Минора Бонье
Крейсер "Чёрная роза"

Глава 1

День не задался с раннего утра, когда я пролила на белую блузку кофе. Сорт был крепким и хорошим, отстирать в туалете не получилось, поэтому пришлось в ужасном виде идти за своим распределением на летнюю практику. Третий курс Космической Академии! Медицинский факультет! И я, Мила Анчоусова, была в десятке лучших студентов-отличников. Была…

– Это катастрофа! – шёпотом сообщила Снежана, моя однокурсница, она первой стояла в очереди к заместителю ректора Натали Роуз.

Наш ректор Гэбриел Норрис открыл филиал Академии в двенадцатой галактике и там же обосновался. Многие хотели перевестись к нему, но на страже его интересов стояла Натали Роуз, получившая на Земле место заместителя. Стерва каких свет не видывал! Снежана прижалась ухом к двери, мы все затаили дыхание. Она подняла руку вверх, показывая, что нам всем труба. Труба – значит, что никто не получит хорошего распределения на летнюю практику. Так и сбылось!

Я расплакалась, когда увидела свою карточку, меня приписали на грузовой корабль, курсирующий между Землёй и Марсом. Это было унизительно!

– Попрошу обойтись без истерик, – строго вымолвила Натали Роуз.

Снежана сломалась первой и разрыдалась после её слов. Жестоко? Нет, это было невероятно отвратительно, ужасно и подло! Я приподнялась на цыпочки и заглянула в карточку Снежаны, ей достался курьерский корабль, следующий на Сатурн. Ну, хоть какое-то развлечение. А что у меня? Железяки, угрюмые техники и смертная скука!

– Хочешь, поменяемся? – шёпотом предложила я подруге.

Снежана молча отпихнула меня локтем, отчего пришлось сделать шаг вперёд.

– Мила Анчоусова, – тяжёлый взор Натали Роуз упал на меня, я даже сгорбилась, не выдержав минуты славы. – Я надеюсь, ты больше никого не залечишь до смерти?

Это она мне припомнила случай на разгрузке в космопорту, когда я неправильно оказала первую помощь любимице ректора Робин Блэйк. Да если бы я знала, что всё так обернётся, то близко бы к ней не подошла! Но сейчас препираться с Натали Роуз было опасно, кажется, ещё никто не получил распределение на Луну. Вот где настоящая дыра!

– Я буду очень внимательна, – пропищала я и быстро шагнула обратно в ряд курсантов, чтобы больше не выделяться.

Мои щёки пылали от смущения, сердце неистово колотилось в груди, сгорая от обиды и унижения, а впереди ждал грузовой корабль. Я продержалась два часа: собрала вещи в общежитии, сдала бельё и ключи от комнаты, закупила продукты, скачала тонну электронных книг, добралась до места назначения, осмотрела свою каморку, села на койку и расплакалась.

– Старт через пять минут, – прохрипели динамики.

Я вытерла слёзы, переоделась в серый комбинезон с эмблемой пчелы и потопала в кают-компанию, где полагалась находиться обслуживающему персоналу при взлёте. Старичок-капитан улыбкой одарил меня и повариху, женщину средних лет, видимо, давно летавшую с этим экипажем. Я застегнула ремни безопасности и закрыла глаза, приготовившись к временной перегрузке. Корабль вышел на орбиту, получил разрешение на полёт и взял курс на Марс.

Не от такой практике я мечтала, когда допоздна зубрила лекции. Я была в десятке лучших студентов! Я рассчитывала получить место медика хотя бы на туристическом лайнере среднего класса. Это ведь можно было облететь всю галактику за лето, встретить интересных людей, завести любовную интрижку с каким-нибудь скучающим красавчиком. А теперь меня ждали железяки, угрюмые техники и старик-капитан. Какие они могли получить травмы во время полёта? Да они даже простуду не могли подхватить. Фиаско!

Моим спасением стали книги. Я читала их запоем, уносясь в космические приключения и забывая о суровой реальности. Через три дня полёта и бесконечной тряски, оказалось, что гидравлика случайно поломалась, я перестала отличаться от членов экипажа. Серый комбинезон, волосы, собранные в безобразный пучок на макушке, тусклый взгляд. Но надо сказать, что повариха готовила вкусно, это вам не пластиковые завтраки и обеды с ужинами, а настоящая еда, как в столовой Академии.

Красный Марс крохотной точкой появился в иллюминаторе. Я мысленно отсчитывала дни, когда смогу прогуляться по планете и хоть как-то компенсировать унылую поездку. Корабль вздрогнул и остановился, несчастная гидравлика выдала дрожь обшивки. Я прильнула к иллюминатору и обомлела от увиденного: огромный военный крейсер закрывал собою весь обзор. Сигнальные огни, боевые орудия – у меня аж мурашки по телу пошли. Но что им понадобилось от маленького грузового корабля?

Глава 2

Динамики захрипели, послышался голос капитана:

– Мила, пройди в кают-компанию. Срочно!

Наверное, мы случайно оказались в месте выхода из гиперпрыжка крейсера, и он нас чуть не задавил. Иного объяснения происходящему я не могла найти. Но раз капитан вызвал, значит, нашлась работа и для медика. Ура! Хоть какое-то событие за эти несколько скучных дней. Я схватила саквояж с лекарствами и инструментами, и с радостной улыбкой ворвалась в кают-компанию. Старичок-капитан выглядел расстроенным, а двое мужчин, затянутых в чёрную форму, посмотрели на меня с нескрываемым омерзением.

Я скосила глаза и увидела своё отражение в зеркале. Лохматый пучок на голове, серый комбинезон и перекошенный в кровожадной улыбке рот. Кажется, я произвела неизгладимое впечатление на присутствующих гостей. Но в кают-компании оказался ещё один мужчина, облачённый в чёрный мундир, расшитый золотистыми нитями. Он был постарше тех двоих, которые пришли от меня в неописуемый восторг.

– Девочка, доложи о себе по форме, – строго проговорил мужчина командирским голосом.

Я тут же вытянулась в струнку и пищащим от волнения голосом затараторила:

– Курсант Мила Анчоусова, третий курс Космической Академии, нахожусь на летней практике, в десятке лучших на медфаке!

– Молодец! – похвалил он меня и добродушно улыбнулся. – Я, капитан крейсера «Чёрная роза» Святослав Лукьянов, на законных основаниях перевожу тебя на службу с этого грузового корабля на свой.

– Адмирал, может не будем торопиться? – подал голос один из мужчин.

– Ларс, озвучьте свои сомнения вслух, – потребовал Лукьянов.

– Ну, она, как бы…

– Ларс!

– Да она несколько нестандартная, – выкрутился тот.

Меня по всякому называли, но такое определение я получила впервые. Я имела поклонников в Академии, даже в конкурсе красоты участвовала на первом курсе, но заняла второе место. Нестандартная…

– Это же хорошо, – ухмыльнулся Лукьянов. – Наши парни меньше будут думать о новом медике. Мила, пять минут на сборы.

Я пулей вылетела из кают-компании, добежала до своей комнаты, схватила сумку и затолкала в неё нехитрые пожитки. Две минуты, и я стою у шлюзового отсека, готовая к новым испытаниям судьбы. Когда вернусь в Академию с отчётом о летней практике на крейсере «Чёрная роза», то стану королевой курса!

– Девочка, ты готова? – поинтересовался Лукьянов, встав рядом со мной.

– Да, – шумно выдохнула я, едва не рухнув в обморок от счастья.

– Смотри мне, веди себя осторожно, у нас полно парней в самом расцвете сил. Надеюсь, ты хотя бы месяц продержишься.

– А что такое? – испуганно спросила я.

– Проклятье «Чёрной розы», – ехидно сказал Ларс. – У нас медики долго не задерживаются.

– А что с ними происходит?

– Ну, – многозначительно выдал Ларс.

Лукьянов громко кашлянул, и все разговоры мигом прекратились. Мы перешли на катер и поднялись на крейсер. Моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди. «Чёрная роза» – самое элитное подразделение космических десантников. Они ведь всегда впереди всех. Если нужно исследовать недружелюбную галактику, или опуститься на неизведанную опасную планету, или противостоять внеземным хищникам. Да всё и не перечислишь сразу! Очень многие подавали заявки на практику и прохождение службы в «Чёрную розу», но не все могли пройти суровый отбор. А меня просто перехватили по дороге. Конечно, разговор о проклятье немного напугал, но я была готова пройти любые трудности, лишь бы получить заветную отметку в своей учебной карточке. Её потом можно будет в рамку впихнуть и повесить на стенку. Что там сказал капитан, месяц продержаться? Да, легко!

Ну, или не совсем легко… После узких коридоров грузового корабля я очутилась словно бы на орбитальной станции. Погрузчик беспрепятственно ехал, таща за собой три тяжёлых ящик, обитых железом. Мимо нас промаршировали бравые десантники и отдали честь адмиралу и офицерам. Меня же никто не заметил. Я пришла на крейсер невидимкой. Лукьянов перепоручил меня Ларсу и покинул нас. Офицер ещё раз смерил меня осуждающим взглядом.

– Может, адмирал и прав, – пробурчал он. – Меньше проблем из-за тебя будет. Иди за мной и не отставай.

Я улыбнулась ему, а сама подумала, что если Ларс ко мне хоть раз попадёт, то самые горькие пилюли и уколы будут его ждать. Мы двинулись по коридору, шли долго. Ларс выдал мне планшет и показал, как ориентироваться на корабле, чтобы не заблудиться. Вскоре мы добрались до медотсека. Это было огромное, просторное помещение, залитое ярким светом, со множеством комнат для личного пользования, для больных, для медицинских исследований. И я просто потеряла дар речи. Вот это летняя практика!

Глава 3

Я в полной мере ощутила себя владычицей космических просторов. Личная комната была выше всяких похвал. Широкая постель, письменный стол, встроенный шкаф со всем необходимым набором, душевая. И я насчитала десять шагов от кровати до противоположной стены. Десять! Это вам не замкнутое пространство каюты на грузовом корабле, а настоящие царские покои. О, душевая! Я привычно потянулась к панели, чтобы запустить таймер ограничения подачи горячей воды, и не обнаружила его там. Крейсер обладал своей системой переработки и очищения воды. О, боже! Какое же это было блаженство включить воду, встать под лейку и закрыть глаза, не думая о том, что скоро запищит таймер. Шампунь с ароматом чайных роз, мягкий гель, щёточка для пяток – моему счастью не было предела.

Уж не знаю сколько я проторчала в душе, но сумела себя отмыть от пыли грузового корабля. Моя кожа буквально сияла, хоть сразу фотографируй на рекламный плакат. Я надела белый комбинезон с красными вставками, предназначенный специально для медиков. Боковые кармашки, удобные манжеты, прочная и комфортная ткань. Вот бы получить парочку снимков с собой любимой. Увы, телефон у меня забрали сразу после состыковки катера с крейсером, а на учебном планшете заблокировали все видя связи, оставив только материал для работы. Впрочем, это меня ни капельки не огорчило.

– Чёрт! – раздался гневный крик из коридора медотсека. – Я тут до ночи должен торчать? Где этот чёртов медик?!

Я гордо вскинула голову и выплыла в коридор, окинула взглядом высокого парня, который устроил дебош в моём подведомственном учреждении, и и строго осадила его:

– Истерику отставить! Что случилось?

Парень шумно засопел и минуту просто пялился на меня, не сводя взгляда. Честно говоря, у меня даже мурашки по спине поползли.

– Травма, – процедил он сквозь зубы.

– Прошу за мной, – я царственно взмахнула рукой и пригласила десантника в смотровой кабинет.

Он подошёл к кушетке и скривился, скрестив руки на груди.

– Ну? – поторопила я парня.

При беглом взгляде на него я не заметила ни одной травмы, ни одного потёка крови. Тёмные брюки, серая футболка с эмблемой крейсера, короткая стрижка и хмурый взгляд.

– Вывих мизинца? – поинтересовалась я, будто была опытным медиком, избороздившим Дальний Космос.

– Хуже, – ответил он и повернулся ко мне спиной.

Широкие плечи, узкая талия… Стоп! Правая ягодица явно была травмирована.

– Раздевайтесь, – приказала я.

– Полностью? – язвительно спросил парень.

– Да, – машинально ответила я, хотя это и не требовалось.

Парень стянул с себя футболку и штаны, а затем улёгся на кушетку, подложив руки под голову.

– Быстрее, – поторопил он меня.

Это был мой первый пациент на крейсере, поэтому я подошла к процессу с особым рвением. Внимательно ощупала травмированную ягодицу, сделала снимок, чтобы определить точное местонахождение металлического болта, а затем вооружилась щипцами.

– Чёрт! – парень, кажется, пришёл в полный ужас.

Я молниеносно провела операцию по извлечению инородного тела из ягодицы пациента, обработала рану, наложила швы и залила их жидким синтетиком. Всё как по учебнику!

– Спасибо, – пробурчал парень и потянулся рукой к своей заднице.

– Не трогать! – я ударила его по вытянутой руке. – Сейчас запишу твои данные и можешь быть свободен.

– А справку не выпишешь?

– Зачем? – удивилась я, садясь за стол.

Компьютер моментально ожил, но затребовал персональный код. Я приложила к выносной панели свою карточку, которую мне предусмотрительно выдал Ларс, и вошла в общую систему крейсера.

– Вторая часть, – пробурчал парень. – Ледовской Дмитрий, сержант. Пожалуйста, напиши как-нибудь красиво, иначе меня засмеют.

И я сообразила, зачем Дмитрию понадобилась справка. Травма была смешная и немножко унизительная для десантника.

– Ладно, – пообещала я и начала вводить данные в личную карточку парня.

Покончив с формальностями, я подошла к кушетке и склонилась над пациентом, чтобы убедиться в полном высыхании синтетика. Дверь отъехала в сторону, и в смотровой кабинет вошёл Ларс, держа в руках объёмную коробку. Он застыл на месте, изумлённо взирая на нас. Не знаю, что его больше удивило, внезапная перемена в моей серой внешности или обнажённый десантник на кушетке, но Ларс явно потерял дар речи. Ему понадобилась минута, чтобы прийти в себя.

– Ледовской! – заорал Ларс дурным голосом. – Быстро на тренировку! Анчоус, немедленно прекратите безобразие!

– Я спасаю пациента, – я указала на травмированную ягодицу парня.

– Мне уже лучше, – Дмитрий слез с кушетки, молниеносно оделся, отдал честь старшему по званию и пошёл прочь.

Ларс бросил коробку на пол и прорычал:

– Женские вещи со склада для личного пользования.

Он ушёл, но буквально через три минуты весь крейсер знал, что на службу пришёл новый медик – Анчоус. Кажется, моя летняя практика не будет безоблачной.

Глава 4

Я пропустила свой обеденный перерыв, несчастные и покалеченные парни атаковали медотсек. Кто-то с вывихом мизинца, кто с ушибом головы, а кто и с более серьёзными заболеваниями. Второй офицер, который был в составе группы, забиравшей меня с грузового корабля, разогнал десантников одним суровым взглядом. Мне тоже стало не по себе, когда он уселся на кушетку и расстегнул китель.

– На что жалуетесь? – мой голос из уверенного скатился в испуганный писк.

– Оскар Алькарас, – представился он и взъерошил ладонью свои чёрные,курчавые волосы. – Сердце.

Я набрала его имя в общей системе и вытащила на экран монитора личную карточку. Странно, что кто-то из десантников мог жаловаться на сердце, но это было правдой. Оскар получил серьёзное ранение, когда на кольцах Сатурна вспыхнул мятеж. Свободные граждане, а попросту космические пираты, решили обложить данью переселенцев с Земли. А те в свою очередь обратились за помощью к Родине-матушке, и крейсер «Чёрная роза» устремился к Сатурну.

– Почему вас не списали на Землю? – спросила я, приблизившись к мужчине.

– Сложная система навигации, никак не могу подготовить себе замену. Мне поставили клапан, всё было хорошо, но теперь стал чувствовать неприятное покалывание.

Оскар раздвинул рубашку и показал свой шрам на груди. Он был похож на крест с закруглёнными краями. Я осторожно коснулась его кожи пальцами и начала ощупывать, микродатчики, установленные над кушеткой, считывали состояние пациента. Удовлетворительное, но ему требовался отдых.

– Нервное переутомление, – вынесла я вердикт и отступила от Оскара. – Два дня на отдых без физических нагрузок.

Он улыбнулся и начал застёгивать рубашку.

– Я думал, ты захочешь меня положить в свою больничку.

– Что?! – у меня аж внутри всё похолодело.

– Спасибо, – поблагодарил он меня. – Если парни начнут заходить по второму кругу, сообщи мне, я их быстро приструню.

Я выдала таблетки Оскару с подробной инструкцией по приёму, а потом спросила:

– Не покажешь, где здесь столовая?

– А разве Ларс не опекает тебя?

– Ларс? – нервно переспросила я, невольно взглянув на коробку, так и стоящую около входа.

– Лукьянов же отдал распоряжение, чтобы Ларс ввёл тебя в курс дела и помог освоиться на корабле.

– Ну, он приходил, – уклончиво ответила я, и мои щёки заполыхали от смущения.

– Ладно, пойдём, – Оскар сделал вид, будто ничего не заметил.

Но когда мы выходили из медотсека, то задержался на шаг и восхищённо присвистнул, опять вогнав меня в краску.

– Теперь понимаю, почему парни к тебе ломились, Анчоус.

– Я Мила Анчоусова, – застонала я от вселенской несправедливости.

– Да? – рассмеялся Оскар. – Ларс тебя везде внёс, как Анчоуса.

Вот она маленькая мужская месть. Ничего страшного, это можно пережить. Оскар привёл меня в столовую, которая была чем-то похожа на нашу в Академии. По одну сторону стояли длинные столы, а по другую вытянулась раздаточная линия, где хозяйничали повара.

– Ты можешь заказывать еду в медотсек, – посоветовал Оскар.

– И есть в одиночестве?

– Тогда лучше выбирай офицерский стол, – Оскар показал на самый дальний. – У нас спокойнее.

Я взяла поднос и пошла выбирать еду, чувствуя себя счастливой. Мой рабочий день практически подошёл к концу, в столовой ещё никого не было, и мне достались лучшие блюда. А ещё повар, которому я успела замотать обожжённый указательный палец, выдал мне в непрозрачном пластиковом контейнере пирожные собственного приготовления, а не штампованные на базе. Я села за офицерский столик, кроме Оскара, там уже находились ещё двое мужчин.

– А когда мы полетим? – спросила я, чтобы скрыть свою неловкость перед незнакомцами.

– Мы уже за Сатурном, – сообщил с улыбкой Оскар.

У меня отвисла челюсть. Надо же, а я не почувствовала гиперпрыжка. Вот что значит боевой крейсер!

– А точка прибытия?

– Это засекречено, – Оскар опередил своих друзей, явно что-то скрывая.

Почему мне нельзя было знать, куда мы летим? Я ведь всё равно никуда не могла сбежать с крейсера. К чему вся эта секретность?

– Не расстраивайся, – шепнул мне на ушко Оскар. – Мы сами внезапно получили задание, даже на Землю не успели зайти, поэтому пришлось хватать первого попавшегося медика.

– Вам крупно повезло, – я не упустила возможности похвастаться своими успехами в учёбе.

Оскар проводил меня обратно и пожелал доброй ночи, а затем ушёл. Я перевела медотсек на ночное дежурство и с чистой совестью пошла спать. Только вот приключения не заставили себя ждать…

Глава 5

Я переоделась в пижаму и устроилась на постели, скрестив ноги. Пирожные! Какие же они были вкусные! Я успела съесть одну целиком, а вторую наполовину, как крейсер вздрогнул, будто что-то большое врезалось в него на полной скорости. И тут же истошно заорала сирена.

– Тревога! Пробой по правому борту! Всему экипажу надеть скафандры! Тревога!

Я вскочила с постели и заметалась по комнате, не зная, за что в первую очередь хвататься. Нас в Академии, конечно, многому научили, но это вам не учебная тренировка, а боевой вылет. Да я попой чувствовала, чтобы «Чёрная роза» угодила в неприятности.

– Скафандр! – я обхватила голову руками и заставила себя успокоиться.

Точно, я видела его в коридоре медотсека. Я рванула туда, нашла скафандр и стала натягивать его на себя. Сирена выла над ухом, подгоняя меня, кровь бурлила в венах, а в глазах от ужаса темнело. Я шумно выдохнула, пристегнула шлем и запоздало вспомнила, что сперва надо включить подачу кислорода.

– Нет! Нет! Нет!

Я искала нужную кнопку, но перед глазами появилась красная пелена. Кажется, началось кислородное голодание! Мне конец! Боже! Как же не хочется умирать молодой и красивой… Вздох. Система сработала на автомате, нагнетая воздух из баллона в скафандр.

– Живая, – жалобно пропищала я и сделала шаг вперёд.

Ремни безопасности, прикреплённые к спине и баллону, не позволили мне сдвинуться с места. Чёрт! Я по своей дурости угодила в ловушку.

– Анчоус! – послышался голос Ларса в динамиках внутреннего передатчика. – Анчоус!

– Я вас слышу, – слабым голосом отозвалась я и собралась попросить помощи, как он быстро перебил меня.

– Ты где?

– В медотсеке. Мне нужна…

– Анчоус, без паники, оставайся на месте.

– Ага, – печально вздохнула я.

Ларс отключился, наступила тишина, но она продлилась недолго. Что-то пролетело справа от моего шлема и врезалось в стену, воздух с шипением вырвался из гибких труб. Я испуганно закричала, инстинктивно дёрнулась вперёд, и застёжки ремней расцепились, выпустив меня на свободу. Я взмахнула руками и грохнулась на колени. Боль была жуткой!

– Медотсек! Медотсек! – кто-то вышел на мою частоту. – Срочно нужна помощь! Раненый! Третья палуба, срочно!

Я поднялась, подошла к стене и на встроенной панели запросила план крейсера. Ну, и где эта чёртова третья палуба? Она была подо мной… Точнее, под медотсеком, и горела красным светом, значит, там была пробоина. Чувство долга затмило страх. Я взяла саквояж с необходимым для первой помощи и двинулась на третью палубу. Пустой коридор, лестничная площадка, спуск, моё сбивчивое дыхание. Я приблизилась к двери с надписью «третья палуба», провела ладонью по сенсорной панели, когда проход открылся, без раздумий шагнула вперёд.

– Мамочка! – заверещала я, оказавшись в космосе.

Пробоина была гигантской, воздух с шипением вылетал из крейсера, рассеиваясь кристалликами в черноте. Холодное сияние звёзд повергло меня в тихий ужас. Нет, к такому меня в Академии ещё не успели подготовить. Но, как говорится, жить захочешь, начнёшь вертеться. Я успела вцепиться в поручень и стала медленно пробираться по уцелевшей кромке коридора.

– Анчоус! – ожил передатчик. – Анчоус, у нас раненый!

– Да иду я, черти! – со злостью прорычала я, и десантник перестал занимать частоту.

Я пробралась до небольшой площадки, вышла к двери отсека и постучалась, предупреждая, что начну открывать. В ответ раздался звуковой сигнал. Десантники впустили меня в комнату, больше похожую на испытательный полигон со всякими навороченными штуками. Один из парней лежал на полу, а из-под его рёбер торчала железяка. Здесь я бы не смогла провести операцию, но вот в медотсеке находился специальный модуль для таких случаев.

– Он умрёт? – спросил высокий парень в чёрном скафандре.

– Ага, – не думая, ответила я, склонившись над раненым.

Железяка плотно вошла в тело и утянула за собой края скафандра, перекрыв отток воздуха. Судя по датчикам, парень сможет протянуть ещё час.

– Чёрт! – хрипло выругался парень.

– Мне нужны аэроносилки.

– У нас их нет, – развёл руки в стороны тот парень.

– А это что? – я указала на плоскую штуковину с двумя аккумуляторами и трубой.

– Аэродоска для абордажа, – пояснил парень.

– Она мне подойдёт. Ещё нужны ремни, чтобы он не свалился.

Парни подняли раненого и переложили на аэродоску, закрепила ремнями и вручили мне. А ещё я выяснила, что на третью палубу было несколько входов и достаточно безопасных в отличие от моего. Впрочем, победителей не судят. Я быстро добралась до раненого и теперь с гордостью тащила его в медотсек, как свою законную добычу. И каково же было моё удивление, когда я разрезала усиленными ножницами скафандр с раненого, это был тот самый первый пациент Дмитрий Ледовской. Ах, кажется, мне судьбой предназначено спасать его!

Глава 6

Я не успела заняться Дмитрием, как потянулись в медотсек бойцы: кто с осколочным ранением, кто с ожогами, кто с отравлением токсичными газами. Одним словом, больничная палата быстро заполнилась тяжёлыми пациентами, требующими наблюдения или операции. Хирургический модуль работал без остановки. Я вертелась, как белка в колесе, успевая бегать между тремя комнатами и обрабатывать лёгкие раны. Возможно, это спасло мою нежную психику от первого нервного срыва во время работы. Но вот второй срыв явился ко мне с адмиралом Лукьяновым и его верными помощниками Ларсом и Оскаром. Мужчины выглядели ужасно мрачными и явно принесли дурные новости.

– Добрый день, – вежливо поприветствовала я важных гостей.

– Мила, сядь, пожалуйста, – попросил Оскар.

– Зачем? – сразу же насторожилась я, испуганно прижав руки к груди.

– Я, как капитан крейсера, обязан поставить тебя в курс дела, – взял слово Лукьянов. – Милочка, ты наше маленькое чудо!

– Ах, спасибо! – я ни на секунду не поверила его наигранной доброте.

Дело было серьёзным, иначе бы они втроём не припёрлись ко мне. Лукьянов выждал несколько секунд, кашлянул и медленно заговорил:

– Мила, на нас была совершена подлая атака пиратским судном. Они сумели пробить отсек с гиперускорителем и отсек с двигателями крейсера.

Адмирал многозначительно замолчал, давая мне возможность переварить информацию. Так, значит, мы застряли около Сатурна? Возможно, что я опоздаю к началу учебного года, но если послать заместителю ректора письмо с объяснениями, то смогу избежать отчисления.

– Мила, – Лукьянов понизил голос и сочувственно улыбнулся. – Произошла небольшая накладка.

– Какая? – безмятежно спросила я.

– Гиперускоритель сработал в нештатном режиме, – пояснил Лукьянов.

И адмирал снова замолчал, Оскар тяжко вздохнул, кажется, они чего-то не договаривали.

– И? – мой голос прозвучал пискляво.

– Нас вынесло на край вселенной, – раздражённо сказал Ларс. – Эта часть неизведанна, навигационных карт нет. Мы будем возвращаться домой вслепую.

– А, вслепую, – глупо повторила я и указала на дверь. – Мне надо выйти.

Я не дождалась ответа адмирала и выскочила в коридор, на негнущихся ногах вошла в свою личную комнату, подошла к стене и со всей силы ударилась о неё лбом. Мягкая панель не дала мне расшибить голову. Ясность осознания нашего ужасного положения буквально раздавила мою нежную психику. Пробираться вслепую на языке исследователей Дальнего Космоса означало только одно – идти на обычных двигателях без гиперпрыжков. А это ведь бесчисленные годы жизни… Я снова ударилась головой о стену, третий раз мне не дал это сделать Оскар.

– Мила, ты нужна нам живой, – он обнял меня и начал поглаживать ладонью по спине. – Успокойся, глупышка.

– Я состарюсь и умру на этом чёртовом корабле!

– Ну, не всё так плохо, – попытался мне приободрить Оскар. – Лукьянов умеет выбираться из трудных ситуаций. У нас на крейсере лучшие специалисты.

– Ваш лучший специалист уже выдал – пробираться вслепую! А у меня же летняя практика! Кто сдаст за меня отчёты? Я же ещё не доучилась!

– Мила, возьми себя в руки. Обстановка и вправду угнетающая, но если ты начнёшь истерить, то это может передаться молодым бойцам, что усугубит обстановку.

– А, вы меня утешить всей толпой пришли?! – разозлилась я, глотая слёзы.

– Ты отлично справляешься со своим обязанностями, – похвалил меня Оскар. – Может, выпьешь что-нибудь успокоительное?

– Зачем? – язвительно поинтересовалась я у офицера. – У меня впереди вся жизнь блужданий по Дальнему Космосу, приберегу, чтобы на старости было чем себя потешить!

– Ну, знаешь, – фыркнул Оскар, отстранившись от меня. – Тебе повезло больше, чем всему экипажу. У тебя на выбор больше тысячи мужчин, а у нас на крейсере даже сотня женщин не наберётся. Кому хуже?

– Спасибо за поддержку! Я прямо сейчас составлю список потенциальных женихов и объявлю отбор. Доволен?

– Идиотка! – вытаращил на меня глаза Оскар. – Я же к тебе по-хорошему, по-доброму, а ты сразу окрысилась.

– У меня, между прочим, нервный стресс, – оправдалась я перед офицером. – Меня, знаешь ли, не готовили к такому внезапному жизненному повороту!

– Ладно, я пошёл, пока мы не договорились до чего-нибудь обидного, – заявил Оскар и направился к двери.

Я осталась одна в своей комнате: растерянная и подавленная, как спелый помидор. А крейсер «Чёрная роза» неспешно бороздил неизведанные просторы космоса, сверкая пробоиной в борту.

Глава 7

Я прорыдала всю ночь, изредка отвлекаясь на осмотр раненных бойцов, лежавших в больничном крыле медотсека. Дмитрий Ледовской после операции крепко спал, обошлось без тяжёлых последствий, но с него стоило спускать глаз. Потом я возвращалась в комнату, падала на подушку и снова плакала. Утром встала с опухшим лицом и глазами-щелочками. Я собрала нечёсаные волосы в безобразный пучок на макушке. К чему теперь заботиться о своей внешности, если впереди бесконечный полёт в космосе? Пусть привыкают ко мне такой, какая я есть! Но зубы всё же почистили и умылась, чтобы окончательно не зарастать грязью. Но стоило мне взглянуть на своё несчастное отражение в зеркале, как слёзы снова хлынули из глаз.

– Мне выдадут диплом Академии… посмертно!

Кое-как справившись с утренним шоком, я проверила бойцов и засела писать объявление. А что мне ещё оставалось делать? Не умирать же от одиночества каждый вечер в медотсеке. Лучше уж рыдать на крепком мужском плече. Я вывела крупными буквами на белом листе: «Ищу мужа для совместного проживания до конца моих дней. Умею печь блинчики». Больше ничего путного на ум не пришло. Я взяла скотч, приклеила объявление на дверь медотсека и вернулась к исполнению своих прямых обязанностей.

Странно, но никто не ломился в мою дверь. Вообще никто! Кажется, никому не нужна была жена…

– Анчоус, к адмиралу! – в мой кабинет без стука вломился Ларс, он буквально горел праведным гневом и прожигал меня злобным взглядом насквозь.

Я молча взяла саквояж с лекарствами и подручными инструментами, а затем пошла вслед за офицером. Ларс привёл меня на капитанский мостик, напоминающий большой аквариум. Нас все видели, но никто не мог слышать. Помимо самого адмирала Лукьянова на встречу пришёл ещё и Оскар.

– Милочка, – ласково улыбнулся Лукьянов и поманил меня к себе.

Я подошла к адмиралу поближе и увидела своё объявление, которое лежало на круглой стойке. Вот почему никто из десантников не рвался стать моим мужем. Кто-то предусмотрительно лишил меня личной, счастливой жизни на долгие годы вперёд. Я покосилась на Ларса, тот презрительно поджал губы. «Никаких обезболивающих ты у меня до конца своей жизни не получишь»! – мстительно подумала я.

– Милочка, до меня дошли слухи, – между тем продолжил говорить Лукьянов.

– Ближе к делу, адмирал, – нагло перебила я мужчину.

– Ты должна быть морально сильной и вдохновлять бойцов на правильные поступки, – строго вымолвил Лукьянов.

– А, – протянула я и понимающе закивала. – Мне не стоило в объявлении указывать, что умею печь блинчики. Это ранит нежные мужские сердца.

– Анчоус! – возмутился адмирал и обхватил меня своими ручищами за плечи.

– О, вы же не собираетесь воспользоваться служебным положением и навязать мне себя в мужья? – я услышала, как Ларс зарычал, а Оскар закашлялся от моей наглости. – Я вынуждена вам отказать. Не хочу стать вдовой в расцвете сил.

– Анчоус! – Лукьянов побагровел от злости и быстро убрал от меня свои руки.

– Я всего лишь пытаюсь принять жестокую реальность, – выпалила я в лицо адмиралу. – Муж – разве я прошу много? Вы лишили меня счастливой поездки на Марс в грузовом корабле. А теперь хотите, чтобы я осталась на этом проклятом крейсере старой девой?!

– Анчоус, что ты себе позволяешь! – сдали нервы у Ларса, и он подступил к нам с адмиралом.

Оскар тоже не выдержал и втиснулся между мной и разъярённым офицером, прикрывая собой.

– Святослав, рано или поздно нам придётся организовывать досуг десантников, – промолвил он. – Сейчас все силы брошены на ремонт третьей палубы, но дня через три появится свободное время. Мы не можем постоянно гонять ребят на тренировках.

– И что ты предлагаешь, Оскар? – поинтересовался Лукьянов.

– Пусть пройдут отборочные игры, – предложил Оскар, и все взгляды устремились на меня. – У нас, кроме Анчоус, есть ещё незамужние женщины. Это хоть как-то отвлечёт десантников от мрачных мыслей.

– Какая мерзость! – воскликнул Ларс. – Ещё не хватало нам средневековых турниров на крейсере!

– Ты злишься, потому что никогда не сможешь добиться моей руки! – в сердцах выпалила я и для убедительности душераздирающе вздохнула, как будто мои лёгкие поразила лихорадка.

Ларс на наших глазах позеленел от ярости.

– Хорошая идея, – пробормотал Лукьянов.

Я гордо вскинула голову и прошествовала мимо уязвлённого до глубины души Ларса к выходу. Жизнь постепенно налаживалась. И у меня скоро будет настоящий муж!

Глава 8

Вереница чужих созвездий с блёклыми огоньками тянулась за иллюминатором, навевая неизбывную тоску по родной Земле. Я и представить себе не могла, что буду с нежностью вспоминать грузовой корабль и тесную комнатку в общежитии Академии. Сколько раз я порывалась на свободу? Много… И вот теперь этой свободы было столько, что хотелось завыть дурным голосом и жестокой несправедливости.

Датчики на мониторе показали рост давления, я перестала страдать, что получалось у меня довольно неплохо, и поторопилась к пациенту. Дмитрий Ледовской пришёл в себя и смотрел в потолок немигающим взглядом. Я уменьшила ему дозу обезболивающего, сверилась с анализами, а затем подошла к парню вплотную.

– Рана была серьёзной, постельный режим тебе обеспечен.

– Мне надо вернуться в строй, – тихо проговорил Дмитрий.

– Ну, если только вместе с койкой.

– Что?! – изумился парень.

– Ты раньше, чем через неделю, не сможешь встать на ноги, – пояснила я парню. – Обломок железа проткнул тебя насквозь, задел лёгкое и чуть не лишил тебя желудка. А если ты не будешь слушать мои указания, то я введу тебя в медикаментозную кому. Что выбираешь, Дима?

– М-да, – обиженно прохрипел он. – Какие ещё дурные новости для меня?

Наверное, Ледовской хотел пошутить, но выбрал очень неудачное время.

– О, мы на краю вселенной, там, где ещё ни разу не ступала человеческая нога. Прыгать крейсеру некуда, так что мы тут застряли до конца жизни.

– Слушай, Анчоус, я же…

– Я говорю правду, – перебила я парня. – Мы в жопе мира! Я бы позвала вашего военного психолога, чтобы он мог помочь тебе принять новую реальность, но извини. Там у него очередь на три года вперёд уже расписана. На обед – куриный бульон и болеутоляющее. Что-то ещё тебя беспокоит?

– Нет, – потрясённо выдавил из себя Дмитрий. – Я просто полежу здесь тихонько, хорошо?

– Да лежи сколько влезет, – махнула я рукой и пошла к следующему пациенту с обвязанной бинтами головой.

Работа немного отвлекла меня от мрачных мыслей. Я сделал три перевязки, вколола антибиотик ретивому бойцу, сменила капельницы, ещё раз проведала Ледовского. Надо сказать, что парень оказался понятливым, смирно лежал и молчал, видимо, ещё не до конца осознал все открывшиеся перед ним перспективы. Будь мы на сто световых лет поближе к Земле, я бы даже расчувствовалась и пожалела Дмитрия. Но сейчас мне в первую очередь приходилось заботиться о своём душевном здоровье.

– Анчоус! – у Ларса вошло в привычку нагло вламываться в мой кабинет без предупреждения. – Доложи обстановку по раненым!

– Все живы, но не здоровы, – я даже встать из-за стола не соизволила, чем ещё больше разозлила офицера.

Жизнь, можно сказать, феерически закончилась для всех нас, а Ларс всё равно был одет по форме, с прилизанными светлыми волосами и ядовитой ухмылочкой. У меня сложилось впечатление, что ему нравится бороздить край вселенной.

– Анчоус, меня бесят твои глупые шуточки!

Я оживилась, кажется, даже у этого наглеца есть хоть какие-то чувства.

– Ларс, я всего лишь медик, – развела я руки в стороны, показывая свои владения. – И подчиняюсь только адмиралу. Если не нравлюсь, то можешь вышвырнуть меня с крейсера на ближайшей обитаемой планете солнечной системы.

Офицер побагровел от ярости. Я понимала, что перехожу все рамки приличия, но у меня ведь была тяжёлая душевная травма. Во цвете своей молодости, с нерастраченным багажом жизни меня закинуло на край вселенной. И я не была обязана создавать иллюзию радости от своего пребывания на чёртовом крейсере.

– Анчоус, всем нам тяжело, – Ларс, видимо, решил проявить ко мне сочувствие, но это возымело обратный эффект. – Но мы же держимся.

– О, мне тоже дайте подержаться за вашу держалку, – саркастически попросила я, но мои слова прозвучали двусмысленно.

Ларс аж рот открыл и уставился на меня немигающим взглядом. Я многозначительно кашлянула, чтобы скрыть своё смущение. Как-то не хорошо получилось с Ларсом, но он сам напросился на грубый ответ. «Побежит же Лукьянову жаловаться», – подумала я и сменила гнев на милость.

– Ладно, после обеда займусь общественным полезным делом, – пообещала я офицеру.

– И каким же? – моментально насторожился Ларс.

– Организую комитет невест, – широко улыбнулась я. – Будем разучивать песни, вязать спицами свитера.

– Анчоус – ты проклятье «Чёрной розы»! – выпалил Ларс и пулей вылетел из моего кабинета.

Что же, пока счёт в противостоянии с упрямым офицером был в мою пользу. Но мне не следовало расслабляться! Пол под моими ногами дрогнул, полным ходом шёл ремонт третьей палубы, находящейся прямо под медотсеком. Я снова уставилась в иллюминатор, глядя на чужие созвездия.

Глава 9

Я не смогла попасть в столовую во время обеденного перерыва, Дмитрию Ледовскому стало хуже. Пришлось срочно ставить ему дополнительные капельницы и стабилизировать состояние. Когда он очухался, я осуждающе на него посмотрела.

– Я же не специально это сделал, – проворчал он.

– Да? А мне вот кажется, будто ты пытаешься меня привязать к себе, – я переключила его койку в режим сидения, и верхняя панель приподнялась вместе с подушкой, чтобы парню было удобнее. – Твой куриный бульон.

– Не хочу.

– Мне всё равно, – я присела на край койки и поставила перед ним переносной столик с тарелкой бульона. – Хочешь первым открыть мой чёрный список?

– Что за список? – насторожился Дмитрий.

– У каждого медика есть свой чёрный список, – мрачно поведала я своему пациенту. – Это те, кто умерли на его руках. Понимаешь?

– Но я-то живой, – возразил мне Дмитрий.

– Но если не будешь есть, то умрёшь от голода.

– Тебя заставили за мной следить? – сощурился парень.

– Ещё чего! – презрительно фыркнула я. – Вас на этом крейсере тысяча, а я – одна. Ладно, помирай от голода.

– Ложку-то дай, – пробурчал Дмитрий.

Упрямец съел куриный бульон и даже попросил добавки. Я хоть и злилась на него, но всё же обрадовалась, когда он стал чувствовать себя намного лучше. Мне ведь тоже было страшно потерять свою прежнюю жизнь и получить бесконечный полёт на краю Вселенной. И я не знала, как буду реагировать, когда кто-то умрёт. Чтобы отвлечься от грустных мыслей, я вытащила из базы крейсера имена незамужних женщин и разослала им приглашения на вечер.

Шесть невест. Не густо для военного крейсера, но остальные девяносто четыре женщины оказались надёжно пристроены. Кто-то проходил службу вместе со своим мужем, кто-то состоял в тесных отношениях и, можно сказать, был одной ногой в браке. Но вот шесть невест всё же отыскалось. Эля и Сара были пилотами, подтянутые девушки, знающие себе цену. Жанетта обеспечивала связь крейсера, к вниманию не привыкла, поэтому сидела в сторонке и испуганно на всех поглядывала. У болтушки Грейс из отдела снабжения рот не закрывался, кажется, она вообще не умела молчать. Рут… Рут числилась техником и могла одним ударом прибить любого наглого десантника. Одним словом, собралась разношёрстная компания девушек.

– Первое совещание комитета невест объявляю открытым! – громко произнесла я, встав со своего места.

– Ого! Это просто потрясающе! А как мы будем выбирать женихов? – Грейс тут же засыпала меня вопросами.

– Оскар и Ларс после ремонта третьей палубы начнут турниры среди десантников. Нам нужно будет только присутствовать на состязаниях, поддерживать своих фаворитов.

Жанетта подняла руку вверх и покраснела от смущения. Я кивнула, давая ей слово.

– А можно отказаться? – едва слышно спросила связистка.

– Нет! – зычно рыкнула на неё Рут, опередив меня. – Всё должно быть по честному!

И для солидности она сжала свой огромный кулак, Жанетта нервно икнула и замолчала.

– А если нам понравится один и тот же жених? – затараторила Грейс.

– Тогда проведём состязание между невестами, – предложила я, и мы, не сговариваясь, посмотрели на Рут.

Да, кажется, ей мы уступим любого жениха без боя.

– А любой может участвовать в турнире? – поинтересовалась Эля, задумчиво наматывая длинную прядь волос на указательный палец.

– Все, кроме адмирала, – ответила я.

– Почему? – всполошилась Сара. – Святослав вполне себе привлекательный мужчина, пусть и с багажом за плечами.

– Да, почему? – поддержала Рут очень щекотливый вопрос.

– Думаю, он не согласится, – мне не хотелось рассказывать девушкам, что я успела нагрубить адмиралу.

– Да он своего сына пошлёт на турнир, – неожиданно проговорила Жанетта.

– Сына?! – это известие вызвало среди невест настоящий переполох.

– Я не знаю, как он выглядит, – смутилась Жанетта. – Лукьянов это скрывает, и его сын служит под другой фамилией. Перед отлётом с Земли он хотел перевести его на другой крейсер, и они крепко поругались.

– А ты откуда это знаешь? – подозрительно сощурилась Сара.

– Так я же им секретную связь обеспечивала, – распрямила плечи Жанетта. – Лукьянов-младший очень дерзкий молодой человек, сказал отцу, что сможет спокойно служить под его командованием и никто не догадается, что они родственники. А Лукьянов-старший психовал, что не сможет рисковать жизнью единственного сына.

– О, какая семейная драма! – всхлипнула Грейс.

– Подождите, – вмешалась я в разговор. – Значит, адмирал знал, что вы летите на опасное задание?

– Ну, да, – вымолвила Сара, семнадцатый пилот крейсера. – Мы же получили задание зачистить сектор около Сатурна от пиратов. Мы даже на Землю не спускались, заправились на орбитальной станции и выдвинулись в поход. А потом…

– Что потом?

– Ну, проклятье, – прошептала Сара.

– Какое ещё проклятье? – переспросила я.

– Мне не страшно, – проговорила Рут и поиграла бицепсами на руках. – Скажу так, все медики на крейсере прокляты. Последняя дамочка с нами всего месяц отлетала и сбежала на катере, когда мы вышли на кольцо астероидов. Стерва!

Я была готова взвыть от досады и злости. Лукьянов ведь ни словом меня не предупредил, что у них реальный боевой вылет. Боже! Надо не забыть его придушить при встрече!

Глава 10

Ранним утром я выписала трёх бойцов, и они с неохотой покинули медотсек. Надо сказать, что после встречи комитета невест, у меня всё-таки проснулась совесть. Пусть мы и очутились на краю Вселенной, не стоило уж совсем опускать руки. Я отыскала в коробке среди вещей, которые мне со склада принёс Ларс, вполне себе приличный джинсовый комбинезон и парочку рубашек с летящими рукавами. А вот с причёской не стала заморачиваться, собрала волосы на макушке и заколола их шпильками, получив объёмную шишку. Ребятам мой внешний вид понравился, даже хмурый Дмитрий Ледовской улыбнулся при моём появлении.

– Анчоус, ты сегодня великолепна! – тихо промолвил он.

– Ах, спасибо! – улыбнулась я в ответ.

Моё счастье длилось ровно два с половиной часа, а потом в медотсек припёрся Ларс. Он окинул меня убийственно-презрительным взглядом, оскалился и прорычал:

– Анчоус, немедленно переоденься!

– Ещё чего! – фыркнула я ему в ответ.

– Мы находимся на боевом дежурстве! Ты обязана быть в форме!

– Ларс, кажется, у тебя высокое давление, – язвительно сказала я и без всякой мысли погладила свой саквояж с инструментами и лекарствами, и опять всё вышло двояко.

Мои безобидные, можно сказать, заботливые слова о состоянии здоровья офицера, приобрели мрачный, угрожающий оттенок. Ларс поперхнулся и громко закашлялся. Я подошла к нему и замахнулась рукой, чтобы похлопать по спине, а он с рыком вдруг отпрыгнул в сторону.

– Анчоус! Я старший по званию…

– Я уже говорила тебе, что подчиняюсь напрямую адмиралу. И хватит орать на меня. Хочешь довести меня до нервного срыва?!

– Ты – чудовище! Ты… – договорить Ларсу не дал Оскар, он вошёл в кабинет и приветливо улыбнулся.

– Уже обсуждаете турнир? – поинтересовался он.

Ларс побагровел от злости, кажется, и сама идея, и то, что нас поддержал Лукьянов, выводила его из состояния равновесия. «Интересно, он в постели такой же страстный»? – подумала я. Ларс, кажется, прочитал мои мысли и заскрипел зубами от злости.

– Ясно, – усмехнулся Оскар. – Ладно, давайте обсудим самые главные моменты. Я попросил инструкторов подготовить полосы препятствий, как во время учений на Земле. Лукьянов разрешил задействовать пятую палубу.

– А его сын тоже будет участвовать в турнире? – спросила я, с любопытством глядя на Оскара, но подпрыгнул и Ларс.

– Кто тебе про него сказал? – моментально нахмурился Оскар.

– Да весь крейсер знает, – пожала я плечами, не собираясь выдавать свой источник информации.

– Чёртовы сплетницы! – взорвался Ларс. – Вам бы только устроить охоту на сына адмирала.

– Боже! – всплеснула я руками. – А вы, мужчины, как будто не озаботились поиском невесты? У меня вот уже ворох любовных записок. А у тебя Ларс? О, кажется я поняла! Тебя никто не рассматривает в качестве жениха из-за мерзкого, сварливого характера.

– Анчоус! – Оскар встал между мной и разъярённым Ларсом. – Прошу не переходить на оскорбления. Нам ещё вместе…

– Целую вечность летать на этом чёртовом крейсере, – закончила я за Оскара. – Пусть Ларс впишет своё имя в отбор. Пусть лично отстаивает честь офицеров!

– И впишу! – в запале выкрикнул Ларс, глядя на меня через плечо Оскара. – А когда дойду до финала, то выберу самую красивую невесту, а ты останешься в пролёте из-за своей несусветной наглости.

– Успокоились? – Оскар чуть оттеснил Ларса к стене. – Мила, как прошла встреча невест?

– Комитет невест, – поправила я офицера. – Мы решили, что будем проводить конкурсы между невестами, чтобы всё было честно. Заодно организуем фан-клубы.

– Кружок по вязанию спицами? – язвительно ухмыльнулся Ларс, явно пытаясь задеть меня за живое.

– Полезное, между прочим, дело, – огрызнулась я офицеру. – Нам всё равно надо будет как-то пополнять запасы одежды. Свитер – полезная вещь в гардеробе.

– Боже, её точно надо высадить на необитаемой планете, – опять разбушевался Ларс.

– Отличная идея, – поддержал меня Оскар, но при этом ловко перехватил Ларса за локоть, не давая тому шагнуть ко мне. – А как быть со спицами? У нас на крейсере вряд ли они найдутся.

– Я спрошу у техников, – пообещала я.

Да я и без Ларса понимала, какая это глупая затея, но чтобы отомстить ему за нападки, решила довести это дело до конца. И вообще я же как-то должна организовывать свой досуг. Чтение книг уже порядком надоело, надо было унять тревогу и реально заняться полезным делом. Мы договорились с Оскаром, что комитет невест на ближайшую неделю возьмёт на себя часть развлекательной программы перед турниром. Самое удивительное, что ремонт третьей палубы ускорился. Техники и привлечённые бойцы тоже решили поучаствовать в турнире. Крейсер «Чёрная роза» взял курс на ближайшую солнечную систему, но жизнь внутри кипела и бурлила.

Глава 11

Упрямство – двигатель прогресса! Вечером я сверилась с картой крейсера и пошла к техникам, дабы раздобыть спицы. Гордая, несломленная женщина на краю Вселенной! Я прошла по коридору, соединяющему третью палубу, где полным ходом шёл ремонт, с двигательным отсеком, потом спустилась на грузовом лифте ниже и вышла на четвёртую палубу. Техники обитали в подбрюшье крейсера и имели выход на все палубы, чтобы оперативно устранять неполадки. Сейчас большинство из них было занято на грандиозным ремонтом, но всё же некоторые из них несли обычное дежурство.

– Вы пришли провести личный отбор? – рыжеватый парень широко улыбнулся и посмотрел на меня с умилением.

– О, нет, – замотала я головой, жутко при этом краснея. – Мне нужны спицы. Понимаете?

– Это для испытаний? – поинтересовался парень.

– Для вязания, – пояснила я.

Наступила неловкая пауза. Парень явно не понимал, чего я добиваюсь от него. Я попыталась ему объяснить предназначение спиц, но это вызвало ещё больший ступор. Мне на выручку пришёл седовласый дядька, который уже десяток лет отслужил на крейсере. Он в два счёта пояснил рыжему парню, что нужно изготовить и где взять необходимый материал, а меня отвёл в их кают-компанию и угостил настоящим чаем. Боже! Это было настоящее блаженство ощутить на кончике языка чаинки, распробовать насыщенный, немного терпкий вкус и мысленно представить, как ты наслаждаешься напитком на Земле. И мои глаза против воли заблестели от подступивших слёз.

– Ты, конечно, хорошее дело придумала, – подбодрил меня дядька. – Парням надо дать выход силе, иначе бунта на крейсере не оберёшься. Мы в разных передрягах побывали, но никогда так далеко не заносила нас судьба.

– Вы верите, что мы вернёмся домой? – робко спросила я.

– Нет, – честно признался дядька. – Но я знаю, что Оскар Алькарас сумеет найти путь домой.

– Ничего не понимаю, – кажется, чай полностью расслабил меня, лишив возможности логически думать.

– Оскар частенько сомневается в собственных талантах, поэтому адмирал к нему в пару подобрал Ларса.

При упоминании имени недружелюбного офицера я невольно захихикала.

– Ларс вспыльчивый и упрямый, он идёт напролом, часто рискует, но всегда выигрывает.

– Как много техники знают, – проговорила я.

– Мы умеем подмечать мелкие детали, – похвастался дядька.

– Значит, вы должны знать, кто из команды сын адмирала.

– Ну, это тайна.

– Даже мне не скажете?

– Не хочу подставлять его под удар, – хитро сощурился дядька. – А ты, девочка, сердцем выбирай жениха.

Вскоре чаепитие подошло к концу, мне выдали двадцать комплектов спиц, я их благополучно засунула в свой саквояж и потопала в медотсек.

Упрямство в Дальнем Космосе, конечно, хорошо, но никогда не стоит расслабляться. Я поднялась на лифте и очутилась в коридоре, и в это время завопила сирена.

– Разгерметезация! Персоналу срочно покинуть двенадцатый коридор! Боевая тревога! Атака на третью палубу!

Моё сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Третья палуба от меня буквально была за толстой стеной. Послышалось шипение, я с воплем кинулась к дверям, которые начали закрываться. Красная лампочка отчаянно мигала, стены коридора содрогнулись, затем прилетел звук выстрелов. Я отвлекалась всего на одну секунду и не успела к двери. Всё, это конец! Самый настоящий конец всех концов! Мне стало не хватать воздуха, я судорожно его глотала, понимая, что перед смертью не надышишься. И вот на кой чёрт мне сдались эти спицы?! Сидела бы тихонько в укреплённом медотсеке! Нет же, попёрлась через весь крейсер искать на свою жопку приключения! Боже, спаси меня!

И Вселенная меня услышала, кто-то вскрыл лазером стену, в пролом втиснулись десантники, только их скафандры были странного серебристого цвета. Может, это техники? Я кинулась к ним, размахивая руками. Кто-то надел мне на голову шлем и подал кислород. Я жадно вдохнула спасительный воздух, продолжая прижимать к груди свой драгоценный саквояж. Динамики взорвались грубым мужским голосом.

– Кто такая?

– Медик, – пропищала я.

– Это хорошо!

Мне выдали скафандр, в который я с трудом влезла, а затем меня вывели через проём в стене. И моя радость от спасения сменилась диким ужасом. Я вновь оказалась за бортом крейсера. Ярко сияли звёзды, меня окружала ледяная пустота, из-за резкой перегрузки желудок прилип к спине. Боже, да когда это закончится?!

Глава 12

Меня втолкнули в тёмный проём, вспыхнули лампочки, и дверь за нами закрылась. Насосы начали с шипением нагнетать воздух в шлюзовую камеру. Я стянула с себя шлем и вдохнула нормальный воздух, отдающий немного кислинкой. Странно, на крейсере не пользовались отдушками, обычно их применяли на старой системе, чтобы скрыть запах гари и прочих неприятных ароматов. Парни рядом со мной начали снимать свои скафандры. Косматые, небритые, чёрт побери, здоровые как быки. Стоп! Где я?!

– Чего встала? – рыкнул на меня здоровяк. – Помочь?

– Не надо, – пролепетала я и стала раздеваться, чувствуя, как по спине стекает липкий пот.

Кто эти люди? А может быть они не люди? Тогда кто они?

Дверь с шипением отъехала в сторону, в камеру вошёл черноволосый мужчина в потёртом кителе без нашивок и погон. Тяжёлый взгляд из-под бровей пригвоздил меня к месту.

– Привет, куколка, – прохрипел он. – Медик?

Я утвердительно кивнула и прижала к груди родной саквояж.

– Капитан Гэрри Кук, – представился он. – Добро пожаловать на «Чёрную Акулу».

– Почему чёрную? – глупый, конечно, вопрос, но он напросился сам собой.

– Потому что мы свободные люди, – хмыкнул капитан Гэрри.

– А, вы пираты, – догадалась я. – Не знала, что нынче разбой называется свободой.

Мужчины оторопели от моей наглости, а мне ведь нечего было терять. Ну, разве что не успею попасть на отбор женихов среди десантников. Моя жизнь и так была обесценена в миллион раз.

– Ну, кого у вас понос пробрал? – деловито поинтересовалась я. – Кому укол вколоть по самые уши? Что уже все выздоровели?

Парень с рыжей щетиной на квадратном подбородке вдруг согнулся и хлопнул себя по коленям, а затем расхохотался:

– Она же шутит! Вы чего напряглись, придурки? Во девка жарит!

Капитан Гэрри потёр переносицу и кисло улыбнулся:

– Ну, чёрт возьми, очень весело. У нас пять с тяжёлыми травмами, ещё десяток с небольшими ранениями.

– Лекарства есть?

– Полно, – кивнул капитан Гэрри и подозвал рыжего весельчака. – Редж, покажи девочке наш медотсек. И будь с ней вежливым!

– Есть, капитан, – Редж тут же вытянулся по струнке.

Надо же, а у пиратов царила военная выучка, как и на крейсере «Чёрная роза». Выглядели они, правда, намного хуже бравых десантников. Впрочем, сейчас передо мной стояли другие проблемы. В обычной жизни угодив в лапы разбойников я бы, конечно, перепугалась и слова не смогла бы вымолвить. А когда ты бороздишь космос на краю вселенной, то хоть какое-то развлечение в череде бесконечных дней.

– Меня похитили! – тоненьким голоском пропела я и пошла следом за Реджем.

Кажется, пираты не ожидали, что выкрадут с крейсера умалишённую девушку. Я их ни капельки не боялась. Ну, что они со мной могут сделать? Ничего! Я единственный медик на два военных корабля.

Редж привёл меня в медотсек, точнее, это была длинная комната с койками и кое-каким устаревшим оборудованием. Они явно не рассчитывали на пожизненный полёт к Дальнем Космосе. Зато лекарств набрали на все случаи жизни. Я занялась ранеными пиратами, а Редж уселся на стуле у выхода и пристально следил за моими действиями.

– Может, уже поможешь? – обратилась я к нему.

– А вдруг ты сбежишь, – фыркнул он.

– Куда? В космос через иллюминатор сигану без скафандра? – мужчина, которому я делала перевязку, загоготал.

Редж шумно выдохнул и подошёл ко мне.

– Я этому не обучен.

– Никогда не поздно изменить свою жизнь, – язвительно ответила я ему, теперь смеялись все вокруг нас.

И пока Редж был занят бинтами, осмотрела ещё двоих. У одного было сквозное ранение, я могла оказать ему помощь здесь. А вот второму срочно требовалась операция, тут без медицинского модуля никак не обойтись.

– Мне нужен ваш капитан, – я повернулась к Реджу и скрестила руки на груди, всем видом показывая, что не потерплю возражений.

Мужчина и сам понял в чём вопрос, почесал затылок и отвёл меня в сторону.

– Гэрри не согласится. Слушай, ты нам тоже нужна. У нас уцелели защитные экраны, с крейсера не смогут отследить наш корабль.

– А у меня, между прочим, и там раненые, – я ткнула указательным пальцем в грудь мужчины и чуть его себе не сломала.

– Пусть подыхают, – выдал с презрением Редж.

Вот теперь ситуация от лёгкой и непринуждённой переросла во вселенскую катастрофу. Во мне проснулся настоящий медик. Я просто не могла допустить смерти ни десантников, ни пиратов. Клятва Гиппократа!

Глава 13

Бывает же так, что держишься из последних сил, пытаешься сохранить душевное равновесие на краю Вселенной, когда впереди только ледяной мрак и безысходность, а потом какой-нибудь пират бросает последний камешек в переполненную чашу терпения. И понеслось!.. Я открыла рот и разрыдалась, взахлёб, душевно, прерываясь на доли секунды, чтобы вздохнуть полной грудью. Горькие слёзы градом лились из моих глаз. Редж испуганно от меня попятился, явно не зная, как реагировать на внештатную ситуацию. Мне же было плевать, что моё лицо сейчас безобразно перекосилось. Я с полной самоотдачей предавалась душераздирающим стенаниям.

– Зови капитана! – кто-то из пиратов подсказал растерявшемуся Реджу.

Наверное, будь я обычной девушкой, то мне бы отвесили пощёчину или оплеуху, дабы привести в чувство. Но сейчас я была единственным медиком на два боевых корабля и могла себе позволить минуту слабости. Вскоре в медотсек ворвался капитан, оглядел меня с головы до ног и с гримасой отвращения и презрения подал носовой платок.

– Он чистый? – машинально поинтересовалась я.

– Ага, – кивнул капитан Гэрри. – Кто тебя обидел?

– Вы, – я громогласно шмыгнула носом.

– Я?! Да меня же, куколка, и рядом-то не было.

– Этому… кхм… бойцу срочно нужна операция в медицинском модуле. Надо связаться с адмиралом Лукьяновым. Думаю, ситуация критическая…

– Нет! – рявкнул капитан Гэрри, но увидев, что я снова собираюсь расплакаться, немного смягчился. – По закону военного времени моего человека сразу же казнят.

– А с кем вы воюете на краю Вселенной? – мой вопрос застал капитана врасплох.

В прошлом всё было предельно ясно: плохие пираты, хорошие десантники. Сейчас некого было грабить, деньги моментально обесценились, а на первый план вышло техническое оснащение. И в нём крейсер «Чёрная роза» однозначно держал пальму лидерства. Видимо, подобные вопросы возникали и у пиратов, раз все молчали и выжидательно смотрели на капитана.

– Ну, мы когда-нибудь вернёмся, – неуверенно проговорил он.

Я запрокинула голову и зловеще расхохоталась, это было из-за нервного стресса, но среди бесстрашных мужчин пробежал встревоженный шепоток.

– И как ты себе это представляешь?! – взъярился капитан Гэрри, побагровев прямо у меня на глазах. – Я беру и звоню Лукьянову: аллё, адмирал, как жизнь? Нам бы твоим медицинским модулем разок воспользоваться. Да?!

– Почему бы и нет, – пожала я плечами. – Если не умеете вести переговоры, то я сама поговорю с «Чёрной розой». Вы только мне связь обеспечьте, пожалуйста.

Всё-таки какое волшебное слово «пожалуйста», капитан Гэрри многозначительно переглянулся с помощником Реджем, потом громко кашлянул и объявил:

– Жду тебя, куколка, на мостике через пять минут.

Раненый бойцы поддержали решение капитана радостными криками. Что же, одних упрямцев удалось переубедить, теперь на очереди был адмирал Лукьянов. Но лучше, конечно, поговорить для начала с Оскаром, вот кто настоящий дипломат.

Пять минут потребовались для того, чтобы сбросить радиобуй и отлететь на безопасное расстояние. Я вошла на капитанский мостик, точнее, небольшой помост в кабине пилотов, откуда хорошо просматривался экран со звёздами и прочими схемами, непонятными для меня. Капитан Гэрри подал знак связисту, все разговоры смолкли, послышались длинные гудки с жуткими скрипами помех.

– «Чёрная роза», приём.

– Акула на связи, – небрежно произнёс капитан Гэрри. – Приём.

– Вас плохо слышно. Сбросьте свои координаты.

– А может вам ещё все шлюзы открыть? – огрызнулся Гэрри.

– Послушай меня, мразь, – прохрипел в динамиках ледяной голос Ларса. – Я лично тебе голову оторву!

– Ларс! – несмотря на враждебность офицера, я неожиданно обрадовалась, услышав его.

– Анчоус?

– А ты кого хотел услышать?

– Анчоус, ты будешь второй, кому я оторву голову, – пообещал Ларс.

– Быстрее, – поторопил меня Гэрри.

– Ларс, одному бойцу срочно требуется операция. Капитан Гэрри хочет получить от вас добро, что его не станут убивать.

– Хрен ему! – заорал Ларс.

Капитан Гэрри хмыкнул, мол, ничего другого он и не ожидал. Я тяжко вздохнула, мысленно проклиная упрямого офицера, но всё же продолжила переговоры.

– Ларс, родненький, человек умирает. Здесь поблизости нет больниц. Единственный медицинский модуль на «Чёрной розе».

– Пусть подыхает!

– Ладно, я могу и на «Акуле» провести отбор женихов.

– Анчоус, ты рехнулась?!

– Здесь даже лучше, чем на «Чёрной розе». Нет конкуренток!

– Высылайте катер, – сквозь зубы процедил Ларс. – Мы переходим на режим исследовательской миссии. Но если вы хоть раз на нас нападёте…

– Я отправлю с девчонкой переговорщика, – перебил офицера Гэрри. – Думаю, нам есть, что обсудить.

Связист отключился от передатчика. Я же из-за переизбытка чувств бросилась на шею капитана и поцеловала его в щёку. Сегодня никто не умрёт на краю Вселенной!

Глава 14

Я держала за руку раненого пирата, когда мы покидали шлюзовой отсек. Редж недовольно пыхтел, топая следом на аэроносилками, кажется, он мысленно проклинал и меня, и Вселенную. Я понимала его душевные терзания, но никак не разделяла негативное настроение.

– Редж, – я глянула на мужчину, получившего важный статус переговорщика. – Взбодрись, пожалуйста! У тебя такое лицо, будто ты на похороны капитана собрался.

Раненый пират чуть не свалился с аэроносилок от хохота, хотя ему полагалось лежать смирно и стонать от боли. Редж побагровел и злобно рыкнул на меня:

– Не у всех есть привилегия рыдать в опасную минуту.

– О! – печально вздохнула я. – Если бы только весь мир мог знать, какой сентиментальный пират мне попался…

Редж выпучил на меня глаза, а раненый всё-таки вывалился из аэроносилок и теперь заслуженно застонал от боли, перестав смеяться. Я начала его приподнимать, ворча себе под нос:

– Во всём надо искать положительные стороны. Подумаешь, занесло нас на край Вселенной, но ведь все живы и почти здоровы. Жизнь-то продолжается, а не стоит на месте.

Редж шумно выдохнул, сгрёб мужчину с пола и грубо закинул на аэроносилки.

– Спасибо, – простонал тот, побледнел и закатил глаза.

– Нам надо поторопиться, – забеспокоилась я.

– Подожди, – вдруг остановил меня Редж.

– Ты чего?

– Ну, вдруг он копыта сейчас отбросит, тогда никуда не надо будет лететь, – злорадно проговорил Редж.

Мы уставились на пирата, тот едва дышал, но через минуту его щёки обрели румянец.

– Живучий, – фыркнула я и махнула рукой, поторапливая Реджа.

Мужчина с несчастным видом уселся в кресло пилота абордажного катера и запустил двигатели на прогрев. Я тем временем закрепила аэроносилки ремнями безопасности и устроилась позади Реджа.

– Ларс вспыльчивый, – предупредила я переговорщика. – И шуток он тоже не понимает.

– Ты можешь заткнуться?

– Знаешь, Редж, – многозначительно произнесла я, сделал паузу и продолжила: – А ведь тебе когда-нибудь тоже понадобится медицинская помощь.

– И что с того?

– Я, между прочим, очень злопамятная!

– Ты, что ли, дочка адмирала? Ведёшь себя дерзко, ничего не боишься, на каждое чужое слово по десять своих выдаёшь.

– Ах, нет! – наигранно ответила я. – Я всего лишь невеста…

Чёрт! Я чуть не проговорилась о сыне адмирала. Эту информацию не стоило сливать пиратам, вдруг бы они устроили охоту за парнем. Кстати, а кто бы это мог быть? И тут я вспомнила, как Оскар и Ларс забегали, когда ко мне попал Дмитрий Ледовской. Парень ещё при первом, весьма пикантном ранении, очень смущался и нервничал, видимо, боялся, что вскроется его связь с отцом. Боже! Я раскрыла самую большую тайну «Чёрной розы»!

– Ты чего ухмыляешься? – Редж повернулся ко мне и нахмурился. – Гадость замышляешь?

– Представляю, как делаю тебе укол. Знаешь, если случайно попасть в не ту мышцу, то боль будет дикой.

– Стерва! – Редж отвернулся, замигали лампочки на приборной доске, загудели двигатели, и катер оторвался от корабля.

Я уставилась на звёзды, ощутив себя маленькой пылинкой среди них. Чужие, холодные и неприступные – они заставляли остро чувствовать своё одиночество. Мы были потерявшимися детьми Земли, обречёнными на вечные поиски обратного пути.

– Анчоус, – всё, эта кличка намертво прилипла ко мне не только на крейсере, но и среди пиратов, Редж кашлянул и, понизив голос, сказал: – Ты заставляешь меня нервничать.

– Почему это?

– Я знаю все женские повадки и ухищрения, знаю, как они любят вымогать деньги. Но ты… Ты странная!

– Одинокая, – поправила я Реджа. – И немного несчастная девушка на краю Вселенной. Тебя кто-нибудь там ждёт?

– Там? – нервно переспросил Редж.

– На Земле, ну или на Сатурне?

Редж поёрзал в кресле и нехотя ответил:

– Да.

– Она красивая?

– Да.

– А ты её любишь?

– Да! – заорал Редж и щёлкнул тумблером, катер набрал скорость и понёсся вперёд, словно пуля.

– А меня никто не ждёт на Земле, кроме родителей. Я ведь по-настоящему ещё ни разу не влюблялась. Ты вот хоть можешь вспоминать о тех днях, что провёл с любимой женщиной. А у меня ничего нет!

– Заткнись!

– А у меня на Земле жена и двое сыновей, – подал голос раненый пират. – Эх, я, наверное, их больше никогда не увижу.

– О, мы тебя подлатаем на «Чёрной розе», будешь как новенький, – пообещала я мужчине.

Катер рассекал черноту ледяного космоса, на мониторе высветилась красная точка, значит крейсер был уже близко. Я мысленно настроилась на встречу с Ларсом, понимая, что тот обрушит на меня поток лютой ненависти.

– Чёрт, что это? – изумлённо воскликнул Редж.

Я отстегнула ремень безопасности и подалась вперёд, вцепившись в плечо пирата. Оранжевая пелена разворачивалась прямо перед катером в форме цветка. Лепестки разрастались с невероятной скоростью, охватывая новое пространство.

– Это огненные фейри! – закричал раненый пират. – Редж, валим отсюда!

Глава 15

Оранжевые лепестки начали смыкаться, я всеми фибрами души ощутила, как они засасывают в себя поток ледяного космоса. Редж сидел и заворожённо смотрел на них, будто ничего красивее в жизни не видел. Надо было срочно привести его в чувство. Но как? Я помахала перед глазами пирата, ущипнула его за щёку, а потом перешла к более серьёзным действиям. Подзатыльник!

– Какого чёрта?! – воскликнул Редж.

– Спасай нас, придурок! – обругала я пирата.

Редж быстро сменил курс катера, мы стали забирать вправо, чтобы избежать опасного столкновения. Цветок это заметил и повторил наш манёвр.

– Чёрт! – кажется, Редж начал паниковать.

– Эти засранцы нас догоняют!

– Не ори, – рыкнул на меня Редж. – И без тебя тошно.

– О, скоро ты об этом перестанешь сожалеть, – мрачно проговорила я и уселась на своё место, чувствуя, как отчаяние пробирается в моё сердечко.

Я погибну вместе с пиратами… Какая бесславная смерть на краю Вселенной!

Редж поднырнул под цветок и резко пошёл на вверх, стараясь обмануть противника, но гадина выкинула щупальца. Да, они у неё были в наличии и весьма цепкие. Катер затрясло, заскрипела обшивка, а и наш полёт прекратился. Редж отключил двигатели, чтобы их окончательно не сжечь. Цветок крепко нас держал, затягивая в свою оранжевую пасть.

– Ну, пока не поздно, можно попрощаться с жизнью, – выдал Редж. – Чейз, с тобой приятно было летать. Прощай, друг!

– Скотина! – огрызнулся раненый пират.

– Анчоус, чего молчишь? Даже плакать не будешь?

У меня не было сил на проявление своих чувств. Я понимала, что вот-вот погибну, но в душе теплилась надежда на чудо. Раздался громкий хлопок, за ним последовала малиновая вспышка, а через секунду кто-то начал вскрывать шлюзовой отсек, словно мы были консервной банкой. Редж выбрался из кресла пилота и отстегнул раненого пирата от стены.

– Что ты делаешь, скотина? – заорал тот.

– Знаешь, пусть лучше фейри сперва сожрут тебя, – ухмыльнулся Редж.

– Ты всё равно сдохнешь!

– Главное, не первым, – Редж подтолкнул аэроносилки к выходу.

– Эй, девка! – обратился ко мне раненый пират. – Спаси меня!

– А зачем? – равнодушно спросила я. – Хуже уже не будет.

– Подонки!

– Анчоус, а ты хоть раз целовалась?

Минута была неподходящей для признаний, поэтому я отрицательно замотала головой, сосредоточившись на том, чтобы встать костью в горле у огненных фейри, которых ни разу в жизни не видела. Пираты их боялись, значит, у нас не было ни единого шанса выжить.

– Иди сюда, куколка, – Редж бесцеремонно выдернул меня из кресла и прижала к себе.

Выглядело всё это отвратительно: сальные мужские губы, безумный взгляд и запах табачной жвачки. Нет, я конечно же, умела целоваться, но в данную секунду у меня случился ступор.

– Ублюдки! – никак не унимался раненый пират.

Его крик заставил меня опомниться, я выставила впереди себя руки и злобно зашипела на Реджа.

– Вот и подохнешь нецелованной, – презрительно произнёс он и демонстративно отпихнул меня к раненому дружку.

У меня от подобной наглости отвисла челюсть. Но что взять с пиратов? Секунду назад мне вот тоже было всё равно, что первым на съедение был отправлен раненый. Ради которого я и выпросила полёт на «Чёрную розу». Жестокая насмешка судьбы! Смерть неумолимо пробиралась в катер, а у меня не хватало времени, дабы настрадаться в волю перед гибелью. Я где-то слышала, что в такие минуты перед глазами человека проносится вся жизнь, как чёрно-белое кино. У меня же, кажется, напрочь сломался ретранслятор.

– Эх, девчонка, а ты ведь совсем молодая, – с горечью вымолвил раненый пират.

Я хотела ответить, что в свои годы успела побывать даже на краю Вселенной, но слова застряли в горле. Ручная граната мелькнула в ладони Чейза.

– Я не дам им нас сожрать, – торжественно проговорил пират и сунул большой палец в металлическое колечко.

– Стой! – завопила я от ужаса.

Знаете, как-то не хотелось, чтобы меня размазало по салону катера.

– Девочка, всё кончено, – обречённо ответил он. – Лучше уж так, чем быть съеденным заживо.

– Чейз, долго будешь красоваться перед куколкой? – гневно прорычал Редж. – Взрывай нас, к чёртовой матери! Уйдём за край Вселенной как истинные герои!

Я надрывно взвыла, не успевая ни с жизнью попрощаться, ни обругать пиратов напоследок. Дверь в салон начала медленно открываться, послышался шипящий звук воздуха, утекающего в ледяную черноту космоса…

Глава 16

Дверь отъехала в сторону, а дальше всё произошло буквально в одну секунду. Длинная тень легла на пол, Редж издал звук, похожий на предсмертный вой. Я каким-то чудом выдернула ручную гранату у раненого пирата, едва не вывихнув ему палец. Ларс! Боже, как я была рада увидеть этого человека на борту катера! Я прыгнула к нему, и ручная граната оказалась зажата между нами. Чувства нахлынули на меня, сложно было обличить их в нормальные слова. Я судорожно выдохнула и прильнула к горячим губам офицера. Ларс, видимо, не был готов к радостной встрече, приоткрыл рот, и мой язычок против воли скользнул внутрь. Сладостное мгновение показалось мне целой вечностью.

Ларс отпихнул меня от себя, бережно забрал гранату и проверил металлическое колечко. Убедившись, она сейчас не рванёт, передал её напарнику, а затем злобно зашипел на меня:

– Анчоус, ты совсем рехнулась!

– Немножко, – растерянно проговорила я и улыбнулась.

– Ой, не доводи её до греха, – попросил Редж, выдвинувшись к офицеру. – Она воет хуже лунных китов.

Ларс перевёл взгляд с меня на пирата, потом обратно и сдавленно проговорил:

– Вы не могли подать сигнал бедствия?

Мне и говорить-то было нечего в своё оправдание, я ведь всего лишь медики, да ещё и похищенная пиратами. Редж тяжко вздохнул и оправдался:

– Мы случайно наскочили на огненных фейри, пришлось удирать.

– Что-то это плохо у вас получилось, – к Ларсу вернулась его привычная язвительность.

– Ну, знаешь ли! – обиделся Редж и, явно забывшись, хлопнул офицера ладонью по плечу. – Ты бы сам на нашем месте перепугался и рванул куда глаза глядят.

– Это всё ваша чёртова секретность, – Ларс одним движением сбросил лапу пирата со своего плеча. – Анчоус, живо на наш катер. У тебя выговор в личном деле!

– За что?!

– Эй, начальник, – подал голос раненый пират. – Девочка хорошая, всех спасти пытается. Зря ты на неё бочку гонишь.

– Она нарушила три пункта устава! – ещё больше разозлился Ларс.

– Но меня похитили, – я развела руки в стороны, показывая, что оказалась беззащитной перед жестокой судьбой.

– Не похитили, – тут же меня поправил Редж. – А вежливо пригласили на «Чёрную акулу», понимаешь? Эй, начальник, ты глянь, на девчонке ни единой царапинке.

И чтобы это продемонстрировать, Редж нагло потянулся ко мне и дёрнул за молнию на куртке. Я жутко покраснела и изумлённо открыла рот. Ларс со всей силы ударил по руке пирата.

– Я потом её осмотрю. Уходим. Ваш катер скоро развалится.

Пиратов упрашивать не пришлось, Редж первым выдвинулся из шлюзового отсека, я начала толкать впереди себя аэроносилки. Напарник Ларса помог мне, а вот сам офицер подошёл к приборной панели, приложил какой-то чёрный ящичек, а когда тот пропищал, пошёл следом за нами. Мы перебрались на катер и взяли курс на «Чёрную розу». Я проверила раненого, а затем пристроилась рядом с Ларсом, который занял пассажирское сиденье, уступив кресло пилота своему напарнику.

– Послушай, – я губами чуть не ткнулась ему в ухо. – Ты не подумай, что я к тебе воспылала чувствами. Это произошло случайно!

– Да? – ехидно переспросил Ларс. – Ты с этими уродами тоже лобызалась?

– Придурок, – душераздирающе прошептала я ему на ухо.

– Анчоус, я всё равно подам рапорт о твоём вызывающем поведении.

– Ларс, ты хочешь опозорить меня на весь крейсер?!

– Боишься, что никто после этого не станет биться за твою руку? – презрительно усмехнулся он.

– Тогда мне придётся выйти замуж за тебя, – я со всей силы, на какую была только способна, пихнула его локтем в бок.

Ларс обиженно засопел, его мыслительный процесс отразился на лице. И мне показалось на долю секунду, что он заставит меня выполнить свою угрозу. Но Ларс просиял и шёпотом мне ответил:

– Ладно, Анчоус, я не буду никому рассказывать, как ты чуть не отдалась мне на катере врагов.

– Что?!

– И не испытывай больше моё терпение.

Вроде бы надо радоваться, что Ларс смилостивился надо мной, вроде бы я избежала публичного позора перед бравыми десантниками. НО!.. Но в моей души разверзся АД! Ларс мне отказал! Можно сказать, я сама ему себя предложила, а он ОТКАЗАЛ! Боже, как это ударило по моему самолюбию. У меня даже в глаза потемнело, так резко подскочило давление. ЭТО БЫЛО УНИЖЕНИЕ! Мужчина меня отверг! Как мне после такого стресса воодушевлять комитет невест? Да у меня же сейчас в сердце дыра, размером с галактику!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.