Марина Воропаева
Потомок

Глава 1

– Что там с ужином? – Макс с улыбкой смотрел, как на кухне возится его розововолосая Ири. Он наблюдал за ней не раз, и не два, но до сих пор это казалось ему чем-то невероятным. На экранах под быстрыми пальцами загорались цветные лампочки кухонных помощников: кто-то резал овощи, кто-то мыл посуду, едва слышно шумел воздушный фильтр, вкусно пахло свежими булочками.

Маленький робот-уборщик показался в проходе, старательно шурша щётками вдоль стены. Занятый попытками втянуть пылесосом непонятно откуда взявшееся пёрышко, он совсем не заметил Макса и врезался в него. Не сбавляя скорости, уборщик проехался по чужой ноге своими крошечными гусеницами и, недовольно просигналив, дальше погнал перо по коридору, не обращая внимания на оставленный после себя беспорядок. Пусть робот и был небольшого размера, но весил как добротная, набитая вещами тумбочка!

– Макс! – На тихий вскрик из кухни выглянула обеспокоенная Ири. – Ты в порядке?

– Нормально, не в первый раз. – Макс опустил ногу на пол и попытался опереться на неё. Он плохо переносил и ненавидел боль, едва почувствовав дискомфорт в стопе, он замер и, потеряв равновесие, чуть не свалился на пол.

– Он тебе ничего не сломал? Давай в больницу?

– Нет, больше времени потратим на поездку. Не хочу выходить из дома. Просто просканируй стопу. В больнице сделают то же самое, таким же устройством.

– Хорошо, но, если на снимке будет что-то не так, едем в больницу.

Пока Макс хромал к дивану, Ири достала тонкий планшет, включила и когда из него вырвался ярко-зелёный луч, направила свет на больную ногу.

– Нарушений анатомической целостности костей не зафиксировано, – холодно сообщил голос из планшета, – обнаружено незначительное повреждение кожного покрова в области проксимальной фаланги мизинца левой ноги. Рекомендуется обработать повреждение дезинфицирующей жидкостью и дождаться самостоятельного восстановления кожного покрова. В случае невозможности естественного восстановления, рекомендуется использование заживляющего спрея. Напоминаю, что использование спрея возможно только в исключительных случаях, для сохранения ценного лекарственного ресурса и…

– Хватит, – Макс сердито выхватил планшет, ткнул кнопку питания и скривившись бросил его обратно Ири, – давай спрей. С детства ненавижу этот противный голос. Всегда от него портится настроение.

Ири послушно отправилась к аптечке, специальному ящику чем-то похожему на небольшой холодильник. Чем ценнее лекарство, тем труднее его хранить. Аптечка состояла из множества изолированных друг от друга отсеков и в каждом из них можно было легко создать идеальные условия для любого лекарства.

Ири прижала маленькую ладонь к сканеру аптечки. Белый луч быстро скользнул от кончиков ногтей до запястья, считывая информацию.

– Отпечаток не распознан. – Экран сканера загорелся едким красным цветом. Ири пошевелила рукой и попробовала прижать сильнее. – Отпечаток не распознан. У вас осталась одна попытка разблокировки. Обратитесь к владельцу данной аптечки, через две минуты будет отправлен сигнал о попытке взлома на ближайшую станцию К-5.

– Макс! Она меня не распознаёт! – Ири попыталась убрать руку от сканера, но было поздно. С тихим жужжанием, прямо под экраном, сдвинулась в сторону часть обшивки. Из открывшегося отсека вырвалась механическая клешня и крепко вцепилась в запястье паникующей Ири. Тишину дома нарушил противный вой сирены.

– До отправки сигнала на станцию К-5 осталось шестьдесят секунд.

– Я сколько раз говорил тебе, не трогать сканеры? Они на тебя не реагируют! Открывай кодом! – Макс вскочил с дивана и попытался как можно быстрее добраться к Ири, но нога болела. Он явно не успевал до отправки сигнала.

 Разборки с К-5 здорово вымотали его полтора месяца назад, когда Ири попыталась сама встретить доставщика, а вместо этого заперла его на территории купола Макса. Несчастный робот полчаса метался по саду в попытках выбраться, пока в дом не вломились бойцы К-5 и не вытащили ошарашенного Макса из игровой капсулы. Какой позор! Его, как преступника, унесли на станцию и поместили в антигравитационную камеру. Целые сутки ему пришлось доказывать, что он не планировал воровать и перепрошивать робота. К счастью, после множества особых допросов суровыми специалистами по мозговым волнам и изучения архива доставщика, Макса довольно быстро отпустили. Даже извинились сквозь зубы, пока возвращали именное кольцо. Хорошо, глаза бойцов были скрыты большими очками, Макс был уверен, что не прочёл бы в них ни одной эмоции, по крайней мере, цензурной. Без преувеличения, этот день был самым трудным и страшным за все его двадцать три года уютной жизни. А дома Макса ждал суровый выговор от родителей. Его матушка принципиально никогда не использовала голосовой звонок, предпочитая элегантную голограмму. Этот раз тоже не стал исключением, только все объяснения Макс проговорил, глядя на спину разъярённой родительницы. Она не пожелала даже на мгновенье, взглянуть на своего измученного ментальным допросом сына. Зато не пожалела слов для описания всей степени разочарования её и отца неподобающим, порочащим всю семью поведением Макса. И в конце, не заботясь о чувствах своего ребёнка, матушка посоветовала избавиться от ненужных привязанностей. Иначе, если подобное повторится, Максу грозит вечная изоляция, на самой бедной, отсталой платформе и жизнь под общественным куполом. Все его ресурсы разделят между остальными, более достойными братьями, которые знают, как себя вести.

Макс был в ужасе. Ни за что на свете он не хотел снова оказаться в антигравитационной камере.

– До отправки сигнала на станцию К-5 осталось тридцать секунд.

– Ири, скорее введи код! – Макс уже видел колыхание розовых волос в дальнем углу комнаты и слышал скрежет металла. Он почти бежал, тяжело, припадая на левую ногу. Случайно зацепился за ворох толстых проводов в коридоре и чуть не упал.

– Я не помню как!

– Код! Быстро!

– Я не знаю!

– До отправки сигнала на станцию К-5 осталось пятнадцать секунд.

– Ирис, прекрати дёргаться! Слышишь? Положи левую руку на правую стенку аптечки. Найди в центре кнопку и нажми на неё! – На мгновение, Ири замерла и перестала бороться со схватившей её клешнёй. Свободной рукой она медленно ощупала глянцевый бок аптечки и открыла потайную крышку, под которой прятался примитивный кодовый замок. Макс почти задыхался. Его физическая форма не позволяла ему много болтать на бегу.

– До отправки сигнала на станцию К-5 осталось пять секунд.

Пока механический голос аптечки отсчитывал последние секунды, Ири смогла вспомнить и набрать простую последовательность цифр: четыре нуля.

– Код принят. – Клешня выпустила из плена чужую руку и спряталась обратно под сканер. – Аптечка разблокирована и готова к использованию. Приятного вечера, желаю вам скорейшего выздоровления.

Рядом стоял весь взмокший, запыхавшийся Макс.

– Ты успела. Умница. – От облегчения он прислонился к ближайшей стене и сполз на пол. Довольная Ири достала нужный баллончик и отдала Максу.

– Вот, спрей.

– Спасибо, Ири. – Сейчас, едва избежав «дружеского» визита К-5, Макс почувствовал себя невероятно счастливым. Его подрагивающие руки никак не могли попасть по кнопке распылителя. – Обработай, пожалуйста. У меня больше нет сил.

– Хорошо! – Ири с энтузиазмом стиснула скрипнувший баллон в твёрдой хватке и надавила на распылитель. Лекарства вылетело так много, что оно окатило не только повреждённый мизинец. Беловатые капли пропитали низ штанов Макса и стекали с ноги на пол, образуя вокруг маленькие лужи. – Ой, извини.

– Ничего, – вздохнул Макс, забирая у Ири опустевший спрей. Что ж, зато царапина зажила, и нога больше не болела. – Оставь заявку, пусть привезут такой же. Лучше, даже несколько. И пришли сюда этого негодяя, который не в состоянии разобрать, куда едет. Пусть уберёт бардак.

– Принято.

Скоро из-за угла показался виновник сегодняшнего беспорядка, цепляя гусеницей ножку маленького столика. Макс предусмотрительно поднял ноги повыше. Робот попытался смести лужу щётками и только сильнее её размазал.

– Глупый, нужно тряпкой. – Макс с ухмылкой щёлкнул пальцем по круглой голове уборщика. В ту же секунду робот разразился чередой громких писков и показал обиженное лицо на экране. – Ну конечно, это ты понимаешь.

– Что будешь с ним делать? Сдашь в ремонт?

– Бесполезно. Его не починить. Какой-то заводской брак.

– Тогда выбросишь?

– Зачем? – Макс ласково погладил робота по голове, вызывая счастливое посвистывание и довольную улыбку на экране. – Тем более что свою работу он выполняет. Пусть и немного дольше.

– Но ведь он тебя ранит. Я подсчитала, он наезжает на разные части твоего тела каждые полтора дня. А врезается в другие вещи два раза в час. Если присмотреться, на многих местах в доме остались царапины и даже вмятины. Экономически невыгодно оставлять у себя неисправного робота. Его нужно утилизировать.

– Хватит! – Макс аккуратно оттолкнул робота и поднялся на ноги. – Он остаётся. Всё, тема закрыта. Займись, наконец, ужином. С кухни несёт чем-то горелым. Я буду в игровой капсуле. Позови, когда накроешь на стол.

– Принято. – Ири не стала разоблачать явную ложь Макса. Если бы на кухне действительно что-то горело, в доме сработала бы противопожарная система. Она бы просканировала помещение на наличие живых организмов и запустила программу эвакуации. А после, просто изолировала комнату, обесточила и прекратила подачу кислорода и возгорание само ликвидируется.

Ири тихо ушла в сторону кухни, на ходу пытаясь вспомнить, что же она готовит.

Макс подождал, пока за ней с тихим шипением откроется и закроется автоматическая дверь, и с облегчением выдохнул. Иногда Ирис сильно действовала ему на нервы, прямо как мокрые штаны сейчас. Липкое лекарство начало высыхать и противно стягивать кожу, вместе с прилипшей к ней тканью. Хотелось немедленно помыться и сменить одежду.

Этим Макс и решил заняться в первую очередь. Грязные штаны и футболка уверенно пролетели мимо отсека прачечной и шлёпнулись на пол. Недавно Макс уже расслаблялся в горячей ванной с отличным массажем, и теперь рассчитывал поиграть перед ужином, поэтому решил ограничиться душем.

– Включи режим автоматической мойки.

– Принято. – Отозвался голосовой помощник. – Запускаю режим автоматического душа. Будьте внимательны, не перемещайтесь по кабине во время мытья. Не закрывайте ногами и другими предметами сливные отверстия. Не выставляйте руки в стороны во время работы душевой системы. Не запрокидывайте голову и не открывайте глаза во время обработки пеной. Приятного купания.

– Приступай уже.

– Запускаю душевую систему, последняя сохранённая температура воды тридцать восемь градусов по Цельсию.

– Уменьши на два.

– Принято.

Со всех сторон на Макса полились тонкие струйки тёплой воды. Постепенно они становились сильнее, полностью намочив замершее тело.

– Внимание! Закройте глаза. Запускаю обработку пеной.

Вместо воды на Макса вылился поток приятно пахнущей, пышной пены.

– Можете поднять руки и помассировать кожу головы, для более тщательной обработки.

– Не хочу, смывай так.

– Принято.

Душевая система быстро смыла и унесла в сливы всю пену, вместе с остатками лекарства. Макс заметно взбодрился. Раздражение тоже пропало.

– Запускаю режим сушки.

– Эй, почему так холодно? – Макс поёжился в потоках ледяного ветра. По рукам, ногам и спине прокатилась волна мурашек. – Прибавь температуру.

– Отказано! Температура воздуха для сушки строго регламентирована и не подлежит регуляции даже владельцем, во избежание несчастных случаев.

– Протри датчики! Я замерзаю! Прибавь температуру!

– Отказано! Температура воздуха…

– Стоп! Отключай свою сушку. Сам вытрусь.

– Принято. С лёгким паром.

За пределами кабины температура не изменилась, это помогло Максу немного прийти в себя. Постукивая зубами и мелко дрожа всем телом, он метался по ванной в поисках полотенца. Нашёлся только одинокий махровый халат. Макс был очень счастлив. Что угодно, лишь бы не бежать голым по коридору до гардеробной. Или, не надевать обратно уже брошенные на пол грязные вещи. Выбор без выбора. Макс даже не знал, что из этих двух вариантов хуже.

Оставляя мокрые отпечатки на прохладном полу, босые ноги быстро прошлёпали от ванной к гардеробу. Автоматическая дверь отъехала в сторону и застряла на полпути, так и не открыв проход до конца.

– Что такое сегодня творится? – Макс несколько раз махнул рукой перед датчиком, отошёл подальше от него и вернулся. Дверь осталась недвижимой. Макс попытался вызвать голосового помощника дома и ручную панель управления, но ничего не работало.

Конечно, в гардеробную можно было попасть и другим путём, но перед Максом была наполовину открытая дверь. Зачем ему совершать лишние движения, если он вполне сможет пройти здесь? Пусть халат и вобрал основную часть влаги, но вода с волос никуда не делась. Она уже насквозь пропитала ткань на плечах и Макс снова замерзал.

Глубоко выдохнув, он протиснулся в гардероб. Дверь, наконец, отмерев, быстро закрылась. Макса пронял озноб, но теперь от осознания, что было бы, если бы он замешкался в дверях.

Больше ничего странного не происходило, датчик моргнул и услужливо распахнул дверь. Одновременно открылась панель управления и позвонила Ири.

– Где ты была?

– На кухне, следила за ужином. Ненадолго выходила в столовую. Что-то случилось?

– Да так, уже ничего. Ты не заметила ничего странного?

– Всё как обычно.

– Хорошо. Зайди потом в ванную, убери грязные вещи. Проверь душевую кабину, похоже сломался какой-то датчик, оставь заявку на ремонт. В гардеробной проблемы с дверью, выясни что с ней.

– Принято.

Макс не сомневался, что Ирис быстро со всем разберётся. Теперь он мог спокойно заняться поисками полотенца. Он перекапывал один ящик за другим, в какой-то момент все вещи просто полетели на пол. Полотенец нигде не было, зато нашёлся ещё один халат. Макс грустно вздохнул и решил вытереть голову им. Это лучше, чем заболеть.

Скоро на полу оказались два мокрых халата. Один с ярким синим пятном на спине.

Макс переоделся в любимый спортивный костюм неонового зелёного цвета и придирчиво рассмотрел своё отражение в зеркале. Честно говоря, ему очень нравилось видеть себя на любой отражающей поверхности, поэтому множество вещей в доме были глянцевыми и идеально натёртыми уборщиками, но больше всего, Макс обожал зеркала. Огромные и крошечные, с подсветкой и без зеркала имелись в каждой комнате.

Конечно, самое большое зеркало, почти на всю стену было именно здесь. С досадой, Макс подметил, что его синие волосы стали заметно тускнее после жестокой встречи с халатом. Ему снова пришлось вызвать Ири.

– Убери беспорядок в гардеробе. Закажи мою краску. Опять пора подкрашиваться. Не понимаю, идёт сто тридцатый год новой звёздной эры, люди могут прожить больше сотни лет, и они всё ещё не умеют делать нормальную краску для волос. Я буду в игровой.

– Принято.

Макс не рискнул связываться с автоматической дверью. Решил воспользоваться обычной и выйти через арку столовой.

Максу пришлось постараться, чтобы открыть затвор герметично запертой двери. За два года она ни разу не открывалась, механизм немного приржавел.

Освободившись от плена гардеробной, Макс практически влетел в игровую капсулу. Быстро надев на голову специальный шлем, он погрузился в другую реальность. Макс сидел в уютном кресле перед огромным экраном. Рядом стояла красивая, наполовину роботизированная девушка. Она изящно поклонилась Максу.

– Игровая капсула Эви приветствует вас. Желаете продолжить последнюю сохранённую игру?

– Нет. Та игра оказалась очень скучная. Удали.

– Принято. Желаете просмотреть ленту событий?

– Нет, не хочу. Просто скажи, что сейчас в популярном?

– Популярные запросы: «Званый ужин первой ветви Потомков», «Звёздная война: правда, или сплетни?», «Дипломатическая поездка на Оркод: итоги и выводы», «Загадочное исчезновение пятого сына четвёртой ветви Потомков»…

– Стоп. Покажи новинки игр.

– Принято. Загружаю.

Аватар Эви пошёл лёгкой рябью и пропал. Вся виртуальная комната содрогнулась и рассы́палась разноцветными пикселями.

– Эви, что происходит? – Макс остался один в темноте. Сегодняшний вечер и так оставил на нём серьёзную тень. Слишком много непредвиденных событий. Макс сорвал шлем и запаниковал. – Эви! Эви!

В капсуле замигал аварийный красный свет.

– Внимание! Передача данных прервана! Срочно покиньте капсулу!