Артем Лукьянов
Звезды все помнят. Книга I. Крейсер "Экскалибур"

Пролог

Институт так называемых «звездных маршалов» или «шерифов», кому как нравится, какие бы насмешки он не вызывал, решает главную задачу по обеспечению, если не явного, то, во всяком, случае видимого порядка в тех уголках Галактики, где законное присутствие Звездного Патруля или спорно, или невозможно.

Корпорация ГЛТК, получая многочисленные донесения о кражах ценного и дорогого оборудования с автоматических зарядных станций, была вынуждена прибегнуть к найму «маршалов», наделяя их соответствующими полномочиями для охраны своей собственности особенно на основных популярных межзвездных маршрутах, не особо заморачиваясь их часто сомнительным прошлым или подмоченной репутацией.

(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)

Невысокого роста коренастый светловолосый мужчина в сине-голубом «всепогоднике» c гравировками специальной охранной службы ГЛТК стоял у широкого ферро-стеклянного иллюминатора и наблюдал, как 3 пары космолетов выписывали пируэты вокруг похожего на стальную ящерицу более крупного космо-катера «Тритона». Он любил смотреть вот так вот «вживую», а не через объемные искусственные экраны. Да и эти окна могли в любой момент закрыться сдвижными броне-панелями, если надо. Он был горд собой. Это все вокруг была его маленькая империя. Но империя, даже пусть и маленькая, обходилась в круглую сумму, которую нужно было еще заработать.

Это его парни накручивали восьмерки, сшибая мишени-болванки. А они были непростые, некоторые прошли обучение и опыт в Звездном Патруле. Конечно, все то же самое они могли бы делать и в виртуальном пространстве, но он, Шэмол Крит, предпочитал реальную практику. Дела в целом у него шли не плохо. Выгодный контракт «звездного маршала» в этом секторе от ГЛТК приносил свою копеечку. И Альянс не докучал своим флотом, потому что и с преторианцами у Шэма было все схвачено. Однако, глядя в «окно» с капитанского мостика своего 50-тысячетонного сильно модернизированного грузового судна класса «Кэмэлвэй», переоборудованного во вполне себе боевое, он, все же, был не весел. С часу на час он ждал прибытия очень важного гостя с новостями. Дело в том, что Шэм уже знал, что новости будут так себе, даже несмотря на успех миссии в целом. Представлял он в уме и сколько недополучит. Его ум искал пути и способы выхода из финансового затруднения. Не то, чтобы все было настолько плохо, совсем нет. На объёмном проекционном дисплее у него за спиной крутился и светился контракт от «Зова Вальхаллы». Там его ждали очень хорошие креды, но и рисков была куда как больше, чем тут на задворках «межграничья».

Огромный 450-тысячетонный более чем 3-километровый в длину грузо-пассажирский транспортник класса «Странник», подобный вытянутому толстому сужающемуся впереди и сзади как бы полому внутри цилиндру возник из яркой вспышки света всего в каких-то 50-и тысячах километров от зарядной станции «Пустапао-Энерджи», где его, Шэмола, «Хэллбой» уже более суточного цикла болтался на «приколе».

Шестерка космолетов весьма эффектно и даже где-то изящно разлетелась, оставляя голубые затухающие следы, будто брызги некоего ярко-голубого фонтана, как бы встречая и препровождая прибывший «Астропульс» ко 2-му зарядному доку станции.

– Наконец-то прибыл. Эти преторы такие медлительные.

Он развернулся и неспешно направился в сторону выхода, бросив скользящий взгляд на контракт от «Зова». Шэмол остановился и призадумался. Его мысленный взор через нейро-линк устремился к ИИ, и уже через секунду на экране появилось бодрое весьма молодое мужское лицо одного из пилотов космолетов.

– Фрэнк, скажи мне, что ты думаешь о «Зове Вальхаллы»? Что остальные артефакты об этом думают?

Лицо на экране немного напряглось в некой задумчивости, но уже спустя пару секунд отозвалось:

– А что не так с «Зовом», Шэм?

– Ну, это ж немного не вяжется с наведением законности и порядка. Может, какой негласный кодекс Звездного Патруля нарушается? – Шэмол уже и сам понимал, что наемничество для его парней-артефактов ничем не хуже имеющихся контрактов.

– Ха! Все кодексы в прошлом… Мы теперь вольные птицы. Нам хоть чем заниматься, только на глаза Патрулю не попадаться – развеселился пилот.

Они, беглые артефакты, на самом деле не знали, какими делами ворочал звездный маршал, возможно, тогда задор бы поубавился. Но им не нужно было этого знать. Шэмол хорошо и регулярно платил парням за службу в его подразделении по охране собственности ГЛТК в секторе, и для них этого было достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов, откуда такое весьма приличное по меркам дальнего межграничья жалование. А, вообще, он любил своих ребят. Они, хоть и были молоды, но превосходно управляли сложной техникой, действовали сообща, весьма грамотно и согласованно. На них можно было положиться, в отличии от ИИ, который не умел импровизировать. Может тут на задворках Галактики и нужды не было в какой-то там импровизации, но Шэм среди молодых ребят младше 25-и ощущал и сам себя молодым, хотя ему уже было далеко за 40.

Размышления прервал еще один артефакт, его правая рука и помощник в делах, Новак Штек. Он прибыл на мостик корабля, чтобы принять вахту, пока сам капитан лично встретит преторианских гостей.

– Шэм, по поводу «Зова» … Ребята не в курсе, но у этих юнионовских наемников контракт с «Вихрем» – внезапно как бы мимоходом высказался Новак, который про возможные дела с наемниками уже был наслышан.

– «Вихрем»? – удивился Шэмол, пытаясь понять, про что говорил Новак.

Да… Это штурмовой отряд Патруля. Лучший в Секторе Ориона… Контракт низовой, но если «Зов» наймет нас, то в «Вихре» точно узнают. Тогда узнает и руководство на Аламахе… У парней могут быть проблемы.

– Серьезно? Думаешь сдадут? – погрустнел Шэмол от этой не очень приятной новости.

Новак же пожал плечами, усаживаясь в кресло-ковш ко-пилота, и кратко пояснил:

– Риск залететь на 10-ку астероидных шахт на Минтаке не улыбается никому из нас даже в теории.

Шэмол вздохнул и кивнул головой. Он внезапно вспомнил кое-что еще и решил уточнить:

– А что там с «Визитером»? Ты его закончил?

На этих вопросах Новак даже слегка возбудился. Он указал рукой на проекцию, где развернулась детальная схема упомянутого маршалом малого орбитального шаттла, и прокомментировал:

– «Визитер» сейчас не хуже того же «Тритона» или, тем более, «Градианта». Только снаружи не отличить от обычного орбитальника. Внутри все по-другому… Вот тут и тут я разместил 2-х «Гардов». Как раз вошли в ниши… Вот тут для прикрытия можно пару «Ганранов» или каких скалтонов…

Однако Шэмол не дал ему закончить, подняв руку в жесте, мол, хватит, я все понял.

– А испытания? Как проверял? – спросил он напоследок.

Тот развел руками:

– Только на симуляции… У самого руки чешутся, но где ж мы тут проверим, Шэм!? Мы ж не на спец-задании каком, и захваты кораблей и шаттлов пока не практикуем… Тихо у нас и спокойно, как на кладбище.

Шэмол лишь грустно махнул рукой и подался на выход из капитанского мостика. «Без контракта от «Зова» все бестолку. А утро так хорошо начиналось».

В общей каюте-столовой станции было необычно многолюдно. Его, Шэмола, пилоты быстро нашли общий язык с экипажем «Астропульса». Сказалось то, что у преторианцев на борту оказалось две весьма недурственные собой девчонки. Шэмол же встретил капитана судна Альянса для важного разговора и препроводил его в комнату отдыха, желая выяснить кое-что и, если карта ляжет, подвинуть в доле. Он вполне уверенно считал себя в праве получить больше, потому что на нем самая главная ответственность за сохранность и прикрытие всего предприятия.

Преторианец был выше Шэмола, статнее и шире в плечах и излучал некое добродушие и спокойствие, хотя эти подведенные глаза и улыбка торгаша могла легко сбить с толку. Шэмол не считал себя сильным в торговле, а потому решил напирать на сознательность и зашел с главного:

– Как наши дела? 256 бренников – это неплохо, да?

Преторианский капитан, расположившись в кресле ковше, устало кивнул головой. Его взгляд то и дело косился в сторону релакс-камеры. Шэмол делал вид, что не замечал этого и продолжал напирать:

– «Сица» навязала нам новые условия… Я нахожу их нечестными. Этот некто «Полет», зачем он нам? Все ж и так замечательно было, разве нет?

Преторианец вздохнул и на этот раз ответил:

– Я, уважаемый маршал Шэм, удивлен не меньше вашего. Но что мы можем поделать. Это ее тема, и она выдвигает условия.

– Тебе хорошо говорить. Не ты своей долей делишься, а я – подыгрывая грустно пояснил Шэм.

Преторианец снисходительно улыбнулся. Он выглядел устало, но Шэмол делал вид, что не замечал этого.

– Я рискую больше вас всех, потому что дельце-то совсем не сочетается с моим благородным званием маршала. А урезали при этом почему-то именно мою долю.

– Шэм, уважаемый, не я решаю, кому и что урезать. Нас предупредили о изменении в долях, но мы подписались.

– Я был уверен, что мы потеряем в равной долях… А так эта ситуация меня теперь вынуждает искать новые контракты на стороне.

Преторианец спокойно выслушал нытье Шэмола. Дождавшись своей очереди он прекратил намеки и сказал прямо о наболевшем:

– Я, уважаемый маршал Шэм, с вашего позволения очень хочу сходить на рекреацию… На моем «Астропульсе» что-то сгорело в распределителе, рем-дроны так и не сдюжили починить. Летели сюда с самого Аламаха, считай, без кухни и отдыха, на сухом пайке.

Шэмол кивнул головой. Его все еще одолевала грусть. Однако преторианец поднялся, улыбнулся и похлопал его по плечу.

– Не переживай так, уважаемый Шэм. Обеспечь нам первоклассный отдых и ремонт, и я с тобой поделюсь кое-чем приятным.

Маршал на этих словах заметно приободрился.

– Хоть намекни, а? – взмолился он, провожая преторианца до релакс-капсул.

– Составь мне компанию, а то не хочу все эти нейро-оперы в одиночестве… Обещаю поделиться, не пожалеешь… А в качестве намека: эти 256 бренников Альянс оплатил до самого Парпланда. Так что я везу более 2-х сотен пустых оплаченных кают… Нам с тобой надо обмозговать, как сделать, чтобы мне потом эти креды не пришлось возвращать по прилету… Понимаешь, уважаемы маршал, к чему я?

Теперь уже Шэмол ничего не ответил, но лишь кивнул и как-то даже глуповато шагнул следом за преторианцем в соседнюю релакс-камеру, хотя совсем недавно от нечего делать уже отдыхал в ней. Подобные схемы с мертвыми душами он когда-то в молодости проворачивал. Дело было плевое и малоинтересное. Но тут на кону были креды, а потому Шэмол решил впрячься и помочь преторианцу.

Потерянные

Пиратство и рейдерский захват кораблей в Галактики явление редкое, и не потому что люди, якобы, стали более высоко-развитыми, цивилизованными и не опускаются до откровенного грабежа. Вовсе нет. Просто перехват судна во ВременнОм Континууме задачка нетривиальная и в прямом смысле под силу только «Раме». Куда технически проще организовать диверсию или захват корабля у зарядной станции по маршруту его следования до или после дозаправки. Однако помешать могут свидетели, записи ИИ, тот же Звездный Патруль, который может быть где-то неподалеку в паре-тройке-десятке световых. Хотя ради крупной выгоды могут найтись желающие пойти и на такое.

(Из книги «Первопроходец», Зареслав Вуч, 2525`)

Тренировки и поединки

Лианы будто живых и все понимающих деревьев настырно лезли в «лицо» и закрывали сенсоры боевой машины, мешая быстрому движению вперед. Ноги 4.5-метрового 35-тонного мех-доспеха «Охотника» путались в них не в силах сохранить нужный темп движения. Машина то и дело совершала остановки, крутила торсом, опасаясь внезапного удара со стороны, давая живой гибкой поросли опутать себя. Убеждаясь в тишине и безопасности боевой робот продолжал движение вперед, и все повторялось снова. Он с усилием полимерных волокон-«мускул» с треском рвущихся лиан вырывал собственные конечности у настырной и агрессивной природы. Его термо-ударный клинок с остервенением прорубал путь вперед, разрезая раскаленным жалом ненавистную паутину из лиан, ветвей и кореньев. Природа Найромы сопротивлялась каждому новому шагу боевой машины, не давая той выйти, наконец, к долгожданному плато где-то на окраине плотно поросшего склона пологого холма. Можно было срезать через разрезающий джунгли крутой и глубокий овраг, но пилот который вел машину, посчитал этот маневр слишком рискованным для себя.

Джунгли расступились внезапно. Свет светила пробился сквозь поросль и выхватил блеск разогретого до красна клинка. Жало тут же спряталось в сторону и начало тускнеть. Пилот робота не собирался выдавать свою позицию, выжидая и наблюдая. За его спиной двигались джунгли. Промедление было подобно смерти. Долгое выжидание несло опасность самому выжидающему. Пилот «Охотника» нервничал, и это сказывалось на плавности и адекватности движений машины, выдавая свое присутствие резкими дёрганьями. Он ждал результат от сенсорной системы «Игл-Ай», даже не столько от нее самой, сколько от управляющего ИИ. Однако тот молчал, не замечая ничего опасного или необычного. Открытое пространство впереди умиротворяло и убаюкивало своей тишиной и спокойствием. «Охотник», вырывая ноги из уже начавших оплетать лиан, шагнул к свету.

Полет пары ракет в свою сторону, объявившихся словно из ниоткуда, сенсор засек слишком поздно. Обе боеголовки с треском и грохотом ударили по пилону правой руки с самым главным калибром – 5-мегаватным импульсным излучателем. Тот, кто бил ракетами, делал это грамотно, но и пилот «Охотника» считал себя достаточно опытным. Продвинутый ИИ машины тут же указал наиболее вероятный источник залпа ракет. Робот довернул торс и вскинул правую руку в том направлении, откуда они предположительно прилетели. Однако произвести выстрел излучателем он не смог. Вместо ярко-красного импульса энергии последовал сильный треск и весьма зрелищный и эффектный каскад разноцветных искр. Сильно поврежденный в 2-х местах попаданием ракет тяжелый излучатель требовал срочного ремонта.

Пилот быстро переключился на вспомогательные боевые системы. Его «Охотник», не теряя времени, ударил со своих РПУ. В сторону предполагаемого неприятеля полетели 2 группы бронебойно-зажигательных ракет. Они пропахали грунт, вырывая куски земли с порослью какого-то кустарника на другом краю опушки. Разлет грязи и веток, опадая, столкнулся мимолетно с каким-то невидимым препятствием. Сенсорика «Игл-Ай» боевой машины тут же таргетировала смещение противника-невидимки, а продвинутый ИИ указал на это пилоту и подсветил область, но бить теперь туда оказалось нечем. Обе кассеты плечевых РПУ были пусты, а тяжелый излучатель по прежнему искрил и коптил, напоминая о том, что на него теперь уж точно рассчитывать не стоит.

ИИ «Охотника» вел предполагаемую цель-невидимку на сколько это позволяли разрывы ракет и опавшие клочья земли и поросли. Однако и он был не всемогущим, и с каждой новой секундой промедления вероятность смещения цели именно туда, куда «смотрел» сенсор системы «Игл-Ай», неумолимо уменьшалась.

«Охотник» выстрелил сразу же, как индикатор перезарядки просигнализировал об этом. Однако вместо характерного приглушенного звука разрядки обоих кассет прогремел мощный взрыв, затем второй. От удара будто кувалдой по плечам «Охотник» присел, но на ногах устоял. Его пилот не растерялся и все «понял». Робот-невидимка совершенно точно скрытно сократил дистанцию до расстояния «броска» мины-липучки и использовал их. Только почему-то ИИ не таргетировал заброс мин на коробки РПУ. Однако думать над этим пилоту было некогда. «Охотник», под его управлением совершил обманный маневр, присев еще ниже, будто от тяжести последствий разрыва обеих РПУ, резко выпрямился и взмыл в небо. Продвинутый ИИ благодаря развитой сенсорике по характеру детонации мин-липучек на ракетницах отследил предполагаемую траекторию их прилета и уже наводил робота в ту точку. Термо-ударное жало клинка вспыхнуло и задрожало ярко-красным. Воздух от резкого нагрева зашевелился вокруг него как живой, вычерчивая следом за лезвием жаркими волнами расходящийся прозрачный след.

Выпад рукой с «жалом» в, казалось, пустоту он нанес одновременно со встречным выстрелом легкой термо-ударной пушки 13-тонного мех-доспеха-невидимки «Разведчика», который будучи дезавуированным не стал спокойно ждать своей гибели но огрызался до последнего. Дрожащий сжатый воздух рябью полоснул по разогретому клинку, но смог лишь слегка отвести его от кокпита. Удар раскаленного по контуру до красна лезвия пришелся по касательной. Однако «Охотник» вложил в него весь импульс своего стремительного прыжка. Лезвие с характерной вибрацией и жужжанием прочертила глубокий след справа от кокпита «Разведчика» и перескочила на «птичье» бедро боевой машины. Броня тут же лопнула. Вверх и в стороны брызнул каскад ослепительных искр. Лезвие, словно острый нож через теплое масло, срезало «птичью» ногу целиком от самого бедра и ушло в грунт. Низкий 3-метровый приземистый «Разведчик» качнулся и с грохотом рухнул на бок. Его активный камуфляж «МАСК» замерцал и совсем отключился, обнажая боевую машину целиком. Из-под брюха повалил едкий черный дым. Горели полимерные волокна разрезанной конечности. Нога «Охотника» взмыла вверх и с сильным треском опустилась на слабо бронированную кабину поверженной машины. Сам победитель выглядел не намного лучше своей павшей жертвы. На плечах с дымом и искрами догорали остатки обеих РПУ. Правая рука с главным калибром более походила на решето, так же искрила и чадила.

– Да! Я это сделал! Я победил!

Дункан не скрывал своей радости и восторга, сидя внутри силового броне-костюма «Воид». Он не удосужился отстегнуть нейро-шлем, лишь откинул купол бронированного колпака своего «Вихора». Его переполнял восторг настолько, что, высвободив руки из скафандра, размахивал ими как птица, оглядываясь по сторонам.

Тут в коридоре межзвездного шаттла «Спэйсгейт» он был не один. Вдоль стены стояли еще трое и наблюдали за виртуальным поединком на цифровой Найроме через объемную не очень детализированную но вполне сочную и яркую проекцию, выдаваемую маленьким холо-куб-проектором, установленным тут же рядом на полу. Один из тех трех зрителей махнул рукой, рассмеялся и направился в сторону мостика вдоль прямо по коридору, обходя силовой широкий и громоздкий броне-скафандр стороной.

Шаттл был мал и узок для такого количества пассажиров. Однако ничего нельзя было поделать, как лишь ютиться в надежде скорее достичь точки назначения, куда они уже не первый недельный цикл летели, находясь в так называемом «временном континууме», поглощая световые годы.

– Ну какого хеля столько радости, «Энвис»!? … Разве я тебя не разула до нитки, а!?

Низкий и чуть грубоватый голос принадлежал совершенно лысой женщине в темно-зеленой форме вооруженных сил Крона. Она сидела у противоположно стены, облаченная в пехотный более легкий тактический боевой костюм, и была почти незаметна из-за проекции. Лишь взмахи руками сквозь объемное изображения догорающих боевых машины напоминали остальным о ее присутствии. Ими она поманила радостного победителя поединка «Энвиса» наружу. Неизвестно, что подействовало сильнее, указание на просчет или взмах руки, но Дункан перестал радоваться и беспорядочно, как ребенок, жестикулировать, но покорно последовал за ней на выход из брони.

Проекция все еще отыгрывала сцены схватки. Два оставшихся зрителя внимательно смотрели, советуясь и где-то даже споря между собой на счет произошедшего. Они оба так же были в темно-зеленых комбинезонах региональных вооруженных сил Крона. Одна из пары, женщина, была заметно смуглее и старше рядом стоящего молодого парня лет 20 – 22. Но и кроме того у нее явно был опыт управления боевыми машинами, потому со своим мнением, подкрепленным знаниями, практикой и авторитетом, она, глядя со стороны, явно брала верх.

Та самая чернокожая спортивного телосложения высокая женщина, что вступила в словесную перепалку с Дунканом, взяла управления 3-мерным экраном в свои «руки» и быстро отмотала на интересующий ее момент:

– Тут! … Дунк, хель тебя дери! Чему я учила!? – обратилась она в весьма резкой форме к неспешно подошедшему молодому парню, который еще минуту назад сидел в тяжелом броне-скафандре и радовался своей виртуальной победе.

– Что не так, Тула? … Я ж тебя победил на этот раз! Я смог!

Черная женщина лишь грустно покачала головой, устало потирая лоб. Она указала рукой на тот самый фрагмент боя, который уже запустился на проигрывание.

– Дунк, ты предсказуем, как ребенок!? … Зачем разрядил обе РПУ разом, если не получил точное подтверждение ИИ о моем присутствии, а!?

– Я действовал наверняка… Мой обход должен был застать тебя врасплох! – возмутился светловолосый сероглазый парень, не желая принимать претензии от проигравшей стороны.

– Какой к хелю обход, Дунк! Это, мать ее, Найрома! Я тебя уже на подходе в 10-и милях из джунглей услышала. Сенсоры «Игл-ай» просто вопили о твоем обходном маневре!

– Кто ж знал, что ты выберешь невидимку «Разведчика» с сенсорикой? – возмутился Дункан.

Тулулу вздохнула, поманила парня ближе и указала на экран.

– Сам посуди. Вот ты вываливаешься на поляну и… застываешь.

– Конечно! А что ж мне делать!? Сенсор молчит, тебя не наблюдает. Вот я и дал бортовому ИИ просчитать показания датчиков, замерев на время.

– Ответ неправильный, «Энвис»!

Тут уже не выдержала и вмешалась та самая смуглая коротковолосая шатенка, что прекратила споры со своим соседом и вслушивалась в перепалку участников виртуального поединка.

– Почему это неправильный? Я, например, считаю, что он поступил грамотно: чуть вышел, как бы оставаясь на границе леса и опушки, и сразу замер, давая продвинутому ИИ «Охотника» детально проанализировать обстановку и вычислить невидимого противника по косвенным признакам.

– Тфу ты, ну ты! Вот не удивительно, что ваши силы отгребли, отгребают и будут отгребать от наемников!

– Хорошо, «Байпа», как бы ты поступила!? – возмутилась шатенка, сложив руки крест-на-крест и буквально поедая глазами чернокожую «фурию».

– Не «Байпа», а «Одала» … Если уж называешь меня через позывной, то не путай его с боевой машиной, дорогуша.

Тулулу перевела дух, чтобы немного успокоиться, окинула взглядом всех, включая не участвующего молчаливого соседа шатенки. Он так же отвлекся от своих мыслей и внимательно слушал Тулулу.

– Так вот… У тебя под жопой «Охотник». К хелю его продвинутый ИИ! Он все равно ничего тебе не найдет в этом хаосе и буйстве жизни. Любой след боевой машины зарастет за несколько минут! … Дунк должен был взмыть в небо и раскидать дымы или боеголовки с отложенной детонацией. А еще лучше 50 на 50… Надо объяснять почему?

Она обвела взглядом слушателей. Видя молчание и готовность слушать, продолжила:

– Потому что цель сразу не определилась, а значит что? Значить это, хель его бери, невидимка! А значит, что? … Значит надо его высветить любым способом, пользуясь замешательством… Ведь наш герой Дунк уверен, что обошел меня… Вместо этого он полагается на ИИ, который, надо отдать ему должное, че-та там нашел! Но я бьюсь об заклад на симуляции он сам себе подыграл, вот и нашел… А на реальной Найроме хель бы он догадался! Так то!

Тулулу закончила тираду и выдохнула. Учитель теории из нее был неважнецкий. Она это знала, но что-то внутри подталкивало ее возиться с Дунканом, как с непутевым сыном, пытаясь сделать из него более-менее толкового мех-вода за неполные 3 недельных цикла их полета.

– Сенсорике «Игл-ай» до голубой звезды твои дымы, Тула – попыталась поспорить с ней шатенка.

– Послушай, Габри, или «Мамба», дымы-фогги отлично заглушат твой «Игл-ай». Так что не звезди!

Та шатенка, которую звали Габриэль, махнула рукой и даже, как будто, немного потеряла интерес к спору:

– А, ну так бы и уточнила… Может у вас у наёмников «дымы» и «фогги» – это одно и тоже, а у нас у военных это по номенклатуре два разных типа боеприпасов для ракет и мин.

Тулулу рассмеялась:

– И что? Часто у вас у военных дымы применяют? Это ж архаика, хель ее бери! Кому в голову придет снаряжать меха этой бесполезной дрянью, если есть «фогги»!

Габриель заметно отвела глаза в сторону. Она, вроде, и силилась сказать нечто в свое оправдание, но что-то ее остановило. Тулулу была права, и она это знала. Ее уровень на голову превосходил опыт и мастерство и Габриэль и Дункана вместе взятых.

Темнокожая снова переключила внимание на проекцию. Проигрывание ускорилось и остановилось на отстреле сразу обоих пакетов РПУ по «подозрительной цели».

– И, все же, я тут действовал по уму, Тула! – не унимался Дункан. – Я разрядил обе РПУ, чтобы исключить возможность ответного поражения заряженных кассет.

Лучше бы он этого не говорил. Тулулу рассмеялась громко с весьма специфическим лошадиным гоготанием.

– Ох, Энвис-Энвис, ты ж не на «Воине» каком или «Геркулесе», где детонация РПУ гарантировано вызовет раскол брони… Ты ж на «Охотнике»! … Да и я ж, таки, вскрыла твои кассетницы, разве нет!?

Вторя ее словам экран на проекции сменил картинку на застывшее изображение детонации обеих РПУ. Дункан потупил взор, как нашкодивший ребенок, понимая свою неправоту.

– Этот нюанс я не учел… Так много роботов мы перепробовали, Тула… Зря я тебя не послушался и не выбрал какого-то одного, извини… Мне казалось, что чем больше я освою машин. Пусть и виртуально, тем лучше смогу действовать на практике.

Тулулу снова вздохнула и покачала головой.

– Вот и выбери себе машину по характеру, «Энвис», и успокойся… Главное, ведь, не машина, а прокладка – улыбнулась она.

Снова вмешалась Габриель и снова, защищая Дункана:

– Как по мне, так он правильно делает, что меняет машины. Что бы выбрать что-то подходящее, ему и нужно перепробовать их все.

Тулулу махнула рукой, показывая всем своим видом, где она видала ее мнение.

– Что ты, «Мамба», что «Энвис», которого защищаешь прям как старшая сестра, вы оба в корне не правы… Пилотировать мехов – это не ваше, к сожалению.

– Ха! Вот уж точно бред! – возмутилась Габриэль и повысила голос. – Давай со мной на одинаковых машинах, и я тебе покажу, кто из нас достойный мех-вод!

Тулулу снова зареготала, как центаврское парнокопытное животное с красивым именем «мата».

– Вы оба не понимаете, что значит быть мех-водом. Вы оба – просто водители машин. Вас легко может заменить ИИ, который будет действовать так же, как и «Энвис» в том бою! … Я не против поединка, если это поможет тебе понять столь простую вещь! … Главное – это непредсказуемость и импровизация! Противника надо удивить и обескуражить на столько, чтобы он из ведущего стал ведомым!

– «Одала», а тебе не приходило в голову, что ИИ для боевых машин тоже не дураки придумали… Та же свита… Вы ж в своем «Зове» использовали свиту и не раз. Разве нет?

Ну, ты, прям, все в кучу: и мягкое, и круглое! – развеселилась Тулулу. – Давай так: выбираем мех-доспех до 30 тонн + ты себе берешь свиту из 2х машин до 25-и. Идет?

Габриэль категорически замотала головой.

– Нет. Не идет… Мне не нужны поддавки. Или поединок, или слив засчитан.

– А, хель тебя дери, смуглая! Давай, да хоть на этих вот «Охотниках»!

– Э, нет, Тула! До 30-ти, так до 30-и! И один на один!

– Место!?

– Да пусть та же опушка! … Погнали!

Джунгли расступились под тяжелой поступью 24-тонного «Грея». Машина по мнению Габриель очень подходила для джунглей, но еще больше, как ей думалось, подходила, чтобы наказать заносчивую вредную и неприятную ей наемницу. Возможно в реальном бою ей не посчастливилось бы «скрестить лазеры», но тут в виртуале она ощущала себя в силах поставить эту Тулулу на место. Плюс Габри неплохо знала особенности виртуального ИИ-моделирования схваток и, тем самым, сознательно «читерила». Боевой робот «Грей» в реале при задействованном МАСК-камуфляже очень сильно грелся. Тепло-выводящий контур справлялся плохо, и пилоты частенько оставались с весьма серьезными ожогами. В виртуальном кокпите машины все естественно было иначе: никакого запредельного нагрева, но жесткие ограничения на использование лазера и термо-ударных лезвий. Приходилось выбирать, что важнее – невидимость или скорость.

Уже десантировавшись в виртуальных джунглях Найромы Габри сделала выбор в сторону скрытности и внезапно осознала, что флора вполне себе уверенно детектирует ее боевую машину, цепляясь за ноги и торс, мешая двигаться вперед к той самой опушке рандеву. Она выругалась. Камуфляж МАСК внезапно оказался бесполезен. «Без паники! Что там она использовала в своем Разведчике!?». Габриэль быстро нашла выход. Точнее даже не нашла, а вспомнила из записи последнего боя с Дунканом. В тот раз Тулулу сразу завела «Разведчика» в овраг, и уже там активировала камуфляж. «Ну, конечно! В джунглях бестолку, а в низинах – то что надо!». Довольно длинный и широкий овраг, что она заприметила еще во время поединков Тулулы с Дунканом, располагался всего в 150 метрах, которые, правда, еще предстояло преодолеть через поросль и лианы неугомонной «живности» Найромы.

«Грей» пробирался сквозь джунгли слишком медленно. Сказывалась большая громоздкость конструкции и больше выступающих наружи деталей и систем. Лианы, словно живые змеи, ловили ее машину, действовали будто на упреждение, закручиваясь вокруг ног и рук, особенно рук. Они производили меньше движений, а потому становились легкой добычей лиан. Робот Габриэль терял скорость. Каждый новый шаг давался все с большими и большими усилиями. «Чертова планета! Чертова Найрома! Если бы знала, куда лечу, ни за что не подписалась бы!». Осознание того, что ей придется активировать лезвия и поработать ими, дабы проделать брешь в зарослях, насторожило. «Она ж непременно заметит вспышки и звуки работающих термо-ударных когтей! Интересно, какую машину выбрала эта высокомерная дылда!?».

Ответ на этот вопрос Габриель получила даже быстрее, чем ожидала. Сенсор «Спектра» завопил о приближении множественных мин-детекторов.

– Что!? Это как она могла раскидать их столько за несколько минут!? – выпалила она на эмоциях вслух и сразу же заткнулась, осознав, что Тулулу физически находилась рядом и могла все услышать.

Мина-подкатка детонировала у левой ноги машины, как только она вырвала ее из захвата лианами и сделала очередной шаг вперед. Срезать ее лазером, прихватив еще несколько таких же опасных шаров, она из-за лиан не успела. Броня на ноге выдержала, но приличный ее кусок оторвало и отшвырнуло в сторону вместе с зеленой порослью. «Мне нельзя в овраг! Там эти мины сожрут моего «Грея» с потрохами!».

Ее робот замер и неспешно попятился назад, чтобы сбросить мины-детекторы. «Вот, сука, черножопая! И как я про подкатки не подумала!». Сверкнуло ярко-алым контурное лезвие. «Грей» принялся орудовать правой рукой как заправских дровосек, срубая мешающие продвижению лианы. К оврагу путь был заказан, а потому Габриель направила машину к опушке. Мины-подкатки не могли ее преследовать столкнувшись с той самой порослью, которая чинила им не меньшие препятствия, чем ее роботу.

Взрыв чего-то тяжелого над «Греем» она ощутила собственной головой. Нейро-шлем неплохо воспроизвел сильный взрыв над боевой машиной. В мозг устремились потоки предупреждений и ошибок работы в сканнере. Сразу с десяток сенсоров продвинутой системы слизало с головы вместе с приличным куском брони, а «Грей» был неплохо бронирован для своих 24-х тонн. Но и взорвавшееся что-то было не обычной миной или ракетой, а нечто потяжелее.

– Она на «Ганапе»! – снова вырвалось у нее.

– А ты на «Грее»! – зареготала в ответ Тулулу своим характерным смехом. – Как банально и предсказуемо!

Их вербальный обмен вызвал смех у Дункана и Апполо, которые наблюдали за происходящим через проекцию.

«Ну сейчас ты у меня отхватишь!». Габриэль не плохо знала свою машину и быстро запросила у ИИ расчет траектории полета тяжелой мины.

«Грей» резко повернулся на 60 градусов и отстрелил одну мину из своего пневмо-миномета. Мина та была не обычная, не взрывная, а «сембо», пустотелая болванка с камерами и сенсорами для поиска цели. То, что «Ганапа» Тулы уже не было на прежнем месте, сомнений не вызывало. Боеприпас «сембо» засек отпрыгивающего в сторону по дну оврага горбатого безрукого с вывернутыми коленями робота. ИИ «Грея» выдал новую траекторию вражеской машины еще до того, как она ее запросила.

«Ну вот ты и попалась!»

Вторая мина-липучка ушла аккурат в точку приземления противника по рассчитанной траектории. В идеале боеприпас должен был закрепиться на тяжелой штуковине на горбу «Ганапа» под названием – кассетница тяжелых мин или «КТМ». Шанс был не просто большим, но огромным. Робота противника сверху накрывал этот самый собственный КТМ, а значит прицепиться к чему-то еще, стало быть, почти невозможно. Благодаря слабому сигналу и активному сканнеру «СПЕКТР» у Габриэль был реальный шанс узнать все и сразу. Однако она не учла, что собственная система сканирования благодаря умелой детонации тяжелой мины над головой приказала долго жить. Габриэль выругалась. Теперь она не знала прицепилась ли мина, перезаряжены ли минометы на роботе противника. Хотя по поводу второго она весьма быстро убедилась.

Град мелких мин обрушился на ее голову подобно тяжелому проливному дождю. Сенсоры запищали о присутствии многочисленных подкаток. «Да сколько же у тебя их там!?». «Грей» едва успевал увиливать в стороны, опасаясь контакта с настигающими со всех сторон боеголовками. Очередная, стукнув по искрящейся наверху броне, скакнула на плечо и взорвалась. Снова броня выдержала, но на этот раз оголился актуатор и полимерный мускул плеча, повреждение которого грозило выходу из строя всей левой руки с лазером и термо-ударными лезвиями. Габриэль снова выругалась. Больше всего ее злило то, что она не могла точно высчитать время для детонации своей мины-липучки. Тулулу дурачила ее отстреливая тяжелые боеприпасы, распадающиеся на малые мины-подкатки. А те, в свою очередь, совершали пролеты по кронам, вдоль стволов высоких деревьев, сбивая ее ИИ с точного прогноза на следующую перезарядку и отстрел. Габриэль было важно детонировать, когда 4-ствольный миномет перезаряжен и боеголовки внутри взведены.

«Грей» тем временем оторвался от преследования, пропустив лишь еще одну подачу по целой ноге, которая так же выдержала детонацию, потеряв в лишь часть защитного покрытия. Путь в сторону опушки был ей теперь заказан. 20-тонный более легкий «Ганап» Тулы мог совершать прыжки, не связываясь с зарослями и не прогрызая путь среди лиан. Робот противника господствовал над полем боя и издевался над нею.

ИИ робота Габриель внезапно огорошил ее обвалом чего-то массивного сверху. На деле это была очередь из спаренных легких РП-пушек, вооруженных «райнбуредо». Снаряды с тончайшими нано-нитями и узелками срезали многочисленные лианы, стволы древ, обрушивая всю их тяжесть на голову «Грея». Габриэль едва увела машину от удара. Однако несколько весьма увесистых «поленьев» все же жахнули по разбитой броне на голове боевой машины. ИИ «отрапортовал» о выходе еще нескольких сенсоров, окончательно исключив какую либо возможность засекать движения сверху.

«Да пошла ты!». Габриэль резко изменила траекторию своей машины, бросив ее на встречу опасности. Ей нужна была опушка во что бы то ни стало. Попутно она послала сигнал на детонацию мины-липучки. Дошел ли радио-импульс до адресата, она не знала. Теперь все это было не важно. Она проиграла поединок, она это знала, а потому шла на пролом.

Мины-подкатки теперь пёрли на нее со всех сторон. Словно очнувшиеся спящие жуки они лезли ей под ноги, отталкивались от лиан, пытаясь достать руки и торс. Габриэль вела машину сама, сконцентрировавшись на лазере и термо-ударных лезвиях, пытаясь срезать боеголовки до того, как те детонировали. Поначалу даже неплохо выходило, но детонация одной из мин повредила открытый полимерный мускул руки, приговорив сразу и средний излучатель и оба термо-резака. Еще одна взорвалась прямо под ступней, разворотив механизмы. Нога неестественно выгнулась и теперь представляла собой скорее костыль, чем полноценную конечность.

Джунгли расступились внезапно, изливая на умные глаза море света от ярко горящего на чуть салатово-голубом небосводе светила. Где-то по середине опушки слегка в неестественной позе полу-лежал полу-сидел на собственных куриных лапах «Ганап». Его короб был раскурочен и сильно дымил.

– Опаньки! А кто это у нас тут!? – радостно и вслух выдала Габриэль. – Не иначе как победа, а!?

Однако ИИ ее разочаровал, что пилот «Ганапа» не покинул машину, но виртуально пребывал внутри и продолжал поединок. «Вот упрямая! Ну сейчас я тебя добью!». Габриэль оценила остатки своего вооружения и внезапно осознала, что все, чем она сейчас владеет, была роторная пушка малого калибра на чудом сохранившейся от взрывов правой руке. Она прямо на ходу принялась ее наводить. Полимерный мускул работал медленно и неохотно. Виной тому был поврежденный актуатор после одной из неудачных для нее детонаций мины-подкатки.

«Ганап» прямо на ее «глазах» приподнялся. Оба его легких роторных орудия возникли из травы, слегка довернулись в люльке и выдали длинные очереди прямо по приближающемуся «Грею». Габриель физически ощутила толчки в грудь, по животу, плечам и даже голове. Бронебойно-зажигательные снаряды, словно осы жалили ее, прожигая и отрывая кусочки и без того местами сильно расколотой брони. Робот полыхнул, как свечка, выбрасывая в небо каскады ярких разноцветных искр. Он застыл на мгновение, как красивая искрящаяся статуя, чуть пошатнулся и рухнул плашмя, «мордой в пол».

Поединок был окончен, а за приоткрытой скорлупой тяжелого силового скафандра «Вихор», где сидела все это время Габриэль, уже доносился задорный лошадиный или скорее просто парнокопытный такой неприятный, такой раздражающий теперь рогат «Одалы».

– Ну, что!? Вояка херова!? – комментировала свою победу Тулулу. – Вот и скажи теперь, что ты своим умом живешь! Тогда кто надоумил тебя взять «Грея» в столь очевидно неподходящих для этого условиях.

Габриэль решила для себя молчать, но Дункан, бывший тут, лишь подливал «керосину». В итоге «Мамба» не выдержала и попыталась реабилитироваться:

– Тогда поясни почему твой выбор пал на «Ганапа», а!? Ведь очевидно же, что я знаю эту машину лучше остальных… Тебе это тоже известно!

– Ха-ха-ха… Именно поэтому и взяла «Ганапа». Ты бы ни за что не подумала, что я могла бы поступить так глупо! Разве нет!?

Габриэль вздохнула. Она прекрасно понимала, что эта дикая с виду и по повадкам женщина-наемница ее очень элегантно переиграла. Однако все же было кое-что, что вызвало радость на лице Габри:

– Но ведь и я тебя конкретно приложила одной единственной миной-липучкой! Разве нет!? Ничья!?

Снова в ответ послышался протяжный рогат Тулулы.

– Повелась, а!? Даже тут повелась! … Твоя мина действительно чуть не приговорила меня на последней кассете. Только ты ее поздно детонировала. Небось «СПЕКТР» твой сдох совсем, иначе рассчитала бы, да? … Признаю. Тут мое везение и твое невезение где-то… Но согласись, как же ты повелась!

– А разлом на твоем коробе!?

Габриэль даже на проекция вывела кадр, запечатленный с сенсоров ее машины.

– Вот! … Что это, если не след от детонации мин, а!?

– Ну конечно! Оно так и должно было выглядеть для тебя! … А не смутило, что я сижу в разбитой машине, а!?

– Я подумала, что ты тяжело переживала проигрыш, что тебе стыдно ее покидать, вот и сидишь.

Тулулу снова залилась своим раскатистым смехом:

– Ой я не могу! До чего самоуверенная и самовлюбленная особа! … Ты на самом деле думаешь, что я не пережила бы проигрыша!?

Габриэль ничего не ответила. Зато молча пальцем указала на разбитый короб тяжелых мин на горбу «Ганапа». Тулулу отсмеялась, посмотрела на экран и пояснила:

– Там осталась последняя мина, которую я приберегла на всякий случай. Привычка у меня такая, если хочешь… Ну, я взвела ее, чтобы иметь возможность сразу отстрелить, если что… А тут бабах прямо над головой. Думала, оглохну… Этот нейро-шлем неплохо так передает ощущения. Я прям поверила… Ну оценила повреждения и поняла, что ничего страшного… Но ты-то этого не знаешь, а?

Тулулу, договорив, заискивающе посмотрела в лицо Габриэль. Она издевалась над ней весьма примитивно и топорно. «Мамбу» это раздражало, но она терпела и держала себя в руках. Ее очень раздражала манера наемницы, ее раздражала сама наемница. Она помнила, что лишь вынужденный пассажир на шаттле, как и ее раненый отец, который был в капсуле мед-блока на интенсиве. Габриэль понимала, что домой на Крон вернется не скоро, что подписалась на это все только ради своего отца. Но терпеть издевательства этой черномазой наемницы ей становилось все сложнее и сложнее. Габри посматривала на Дункана, который так сильно походил на ее погибшего младшего брата и который сейчас снова спорил о чем-то с Тулулой. Как бы это странно ни звучало, но тут на борту межзвёздного шаттла «Спэйсгейт» среди наемников не было явно выраженного командира, хотя непререкаемый авторитет был именно у этой наемнице-убийце Тулулу. Габриэль все помнила. То, как они на пару с Бродом обезглавили подразделение прямо в штабе, убив ее товарищей и братьев по оружию, время от времени приходило ей на память. К Дункану же она не питала злобы хотя бы за то, что там на Кроне он защитил колонну мирных, где были и ее родители, а потому как-то интуитивно признавала за ним авторитет, воспринимала его даже как главного в альхонском отряде. Как, вообще, такое вышло, что Дункан Эш с позывным «Энвис», признавался ей главнее матерой наемницей, Габриэль и сама не смогла бы пояснить. Вот и выходило так, что это она сама для себя решила, что Дунк главнее всех остальных, хотя бы потому что он – альхонец, а Тулулу – нет. То, что у наемников не было строгой иерархичности, что ей, как военной и служивой, было привычнее и ближе, она умом понимала, но интуитивно все равно искала какие-то косвенные признаки его главенства. Даже сама матерая наемница, распекавшая и поносившая его за глупости на симуляциях, делала это как-то уж слишком по наставнически. Дункан же по настоянию Тулулы согласился на полет в далекую Найрому, а не наоборот, хотя, правды ради, выбора не было ни у кого: либо сгинуть среди изрытых оврагами сухих равнин Крона, либо сбежать с помощью украденных разгонных колец на Найрому. Куда либо еще шаттл физически лететь не мог из-за разбитого ди-фазера, а значит приходилось слепо доверять вектору направления самих разгонных колец. Мифаста, представитель ГЛТК, брат павшего мужа Тулулы, сделал для них то самое «выгодное» предложение от которого было невозможно отказаться. Тогда Габриэль казалась эта идея не такой уж и плохой с учетом ее пошатнувшегося положения на охваченном гражданской войной Кроне. Сейчас же, спустя более чем 3 недельных цикла лета в ВК, она уже не была так сильно уверена. Все это произошло не сразу, но накапливалось благодаря раздражителю в лице черноликой лысой наглой и заносчивой наемницы.

Габриэль вздохнула. Ей тяжело давался перелет. Малое замкнутое пространство с, по сути, чужими людьми угнетало. Скрашивал циклы долгого полета лишь отец, бренное тело которого медленно и верно восстанавливалось тут на шаттле в мед-капсуле после тяжелого ранения, нанесенного наемниками «Войд» там на родном Кроне. Внезапно сквозь все эти воспоминания до нее донесся обрывок фразы наемницы:

– … Ваша беда… Всех вас, обученных через симуляции с ИИ, что вы и думать стали, как ИИ! … Только от таких пилотов на поле боя, как и от ИИ!

– Тула, скажи мне еще раз только без ругани и смеха по порядку, что я сделал не так и как сделать «так»?

Наемница успокоилась, вздохнула, похлопала Дункана по плечу и перешла на пояснения, активировав проекцию.

– Вот тут… Ты выскочил на опушку, но почему-то начисто забыл что у тебя прыжковые ускорители, которые нужно было использовать… Уходишь ввысь и выпускаешь ракеты с первой кассеты… Не надо разрывные. Лучше шары-детекторы с отложенной детонацией. Противник дернулся, боеголовки ожили и покатились на встречу. Вспомни наш с «Мамбой» поединок.

Дункан кивнул.

– Не важно что, не важно, как… Просто выработай некоторые базовые вещи до автоматизма, чтобы собственный ИИ за тобой не поспевал. Движение – это жизнь… А у тебя «Охотник»! Песня, а не машина! Быстрый, стремительный, резвый, резкий как понос! – продолжила распекать Тулулу.

– Да, но ведь я так почти и делал. В итоге одолел тебя. Разве нет? – попытался снова порадоваться за себя Дункан, победив наконец впервые с самого начала полета в виртуальном поединке наемницу.

– Это не победа, Дунк… Это ничья, если хочешь. «Охотник» твой вроде и живой, а голый и разутый, и ни на что уже не годный. Понимаешь? … А будь у меня «Ганап» вместо «Разведчика» или тоже «Охотник», а?

Сказав, Тула вопросительно посмотрела ему в глаза.

– Вот. Бери пример с Апполо… Он на всех виртуальных тестах 10 из 10-и. Не знаю кто его учил стрельбе из импульсной винтовки, но «Марио» просто сказочно хорош!

Тулулу, закончив, указала рукой на сидящего в сторону у стены и погруженного в себя Апполо. Габриэль совсем забыла о нем, а он все это время тихо и совершенно без движений сидел тут рядом чуть в сторонке и внимательно наблюдал. «Что верно, то верно! Стрелок от Бога! Не хотела бы я с таким повстречаться на пути!». Она кивнула непроизвольно, по сути соглашаясь со словами наемницы. Тулулу это заметила:

– Вот. Даже «Мамба» тут не спорит… Так что, Дунк, бери пример с Апполо и доводи все свои команды и движения до автоматизма… Какой машиной рулишь, не так важно… Важно видишь ли ты перспективу боя. А ты должен всегда ее видеть наперед… Ты должен навязывать противнику свою игру, а не действовать по обстоятельствам… Посмотри на бой с «Мамбой». Я вела ее на поводке, как собачонку, пока Габри не решилась на отчаянный шаг выйти-таки на опушку. Она порвала шаблон… Рисковала? Да! Оправдан риск? Несомненно! Выбора нету! …

– И все равно ты меня ждала и уработала – перебила ее Габриэль, чтобы прекратить разбор проигранного ею боя.

– Ха! Это да! … Я в тебя верила, если хочешь! И ты не подвела! – снова рассмеялась своим характерным смехом наемница. – Ладно. Мы ж один отряд. Все за одно… Эх, вот бы реальный шанс проявить себя предоставился, а не эти жалкие симуляции и симулякры.

Тулулу спала плохо. Никто из пассажиров добровольных или вынужденных не спал на «Спэйсгейте» хорошо большую часть времени. Шаттл не был и близко рассчитан на такое их количество. Единственная комната отдыха была занята мобильными мед-капсулами для еще 2-х тяжелораненых. При том, что сам мед-блок, рассчитанный лишь на пару человек, тоже не пустовал. Препаратов интенсива не хватало, потому восстановление шло медленно. 3 из 5-и пассажиров ютились в общем вытянутом вдоль корабля коридоре среди сваленных тут же тяжелых доспехов, стволов и другого оборудования военного назначения. Остальные были в кокпите, весьма стесненном 4х4 метра капитанском мостике, рассчитанном на 2-х членов экипажа. Именно эти 2-е могли более-менее выспаться. Вдобавок, сейчас была их очередь.

Тулулу проснулась от стороннего шороха, но не подала виду. Она приоткрыла глаза и сразу заметила виновника. Это был Дункан. Он, стараясь никого не будить, направлялся в карго-отсек. В каком-то другом случае возможно у него все прошло бы тихо и незаметно, но в силу того, что Тулулу и так не спала, все произошло естественным образом. Она проследила за ним полуоткрытым глазом, пока тот не скрылся за дверью в грузовой блок. «Ну и хеля ты там забыл, «Энвис»! Спать не даешь!». Она немного попричитала в уме, скорее чтобы повеселить себя, чем пожаловаться. Однако же ей взаправду стало любопытно, и она неспешно, пытаясь аккуратно обойти развалившегося на полу звездой Апполо, двинулась следом. Тот, похоже, был привычен к столь стеснённым условиям и спал, как сурок без задних ног.

Дунк сидел над плотно упакованным в вакууме серого полимера миниатюрным женским телом. Малогабаритность Тулулу не смутила, потому что полимерные пакеты для трупов со временем вытягивали воздух и влагу, по сути мумифицируя мертвое тело внутри. Еще до того, как Дунк, заметил ее, она уже обо всем догадалась. Мертвое тело внутри принадлежало его матери Аманды, павшей на Кроне, точнее на его орбите среди многочисленных коридоров и ответвлений огромной гига-фабрики. Тут рядом закрепленные на полке у стены, но уровнями выше лежали еще тела других погибших из альхонского отряда. Почему-то взгляд Тулулы скользнул и по ним тоже. На память ей внезапно пришел собственный муж Бомбаста вероломной убитый Ирмой «Зимой» еще там на Парпланде. На мгновение собственная боль утраты вернулась, кольнув сердце, но Тула с легкостью бездушной машины отстранила воспоминания, оставив где-то глубоко в душе лишь призрачную тень в виде леденящего холодка.

Дункан плакал, но делал это очень тихо и как бы в себя. Он не услышал, как Тула зашла следом за ним в карго-отсек и опустила свою ладонь ему на плечо.

– Воин, погибший в бою, не погибает, но живет вечно – сказала она тихо прямо ему над ухом.

Дунк тут же прекратил ныть и подобрал сопли.

– Откуда тебе знать? – спросил он недоверчиво, но не оборачиваясь.

Его рука по прежнему лежала на полимерной поверхности упакованного тела матери, и глаза смотрели туда, где скрывалось ее лицо.

– Я – воин, ты – воин! Она тоже воин, потому что вступила в отряд! … А у воинов только такой путь! Другого нету!

– Мне ее очень не хватает, Тула – тихо пояснил Дункан.

– Прекрасно тебя понимаю… Мой муж погиб на Парпланде, так что я знаю, что говорю! – твердо и громко сказала наемница, как отрезала. – А теперь подбери сопли и иди спать!

Дункан повернулся к ней и посмотрел прямо в глаза.

– Научи меня воевать, как ты.

Его голос звучал твердо и решительно. Не было и намека, что еще минуту назад он хныкал, как ребенок. Тулулу растерялась от такого неожиданного поворота. Она даже не сразу поняла, о чем он.

– Тфу ты! Хель тебя дери, «Энвис»! … Я ж этим и занимаюсь! – оскорбилась наемница.

Он замотал головой, не соглашаясь с ней.

– Нет, Тула. Научи меня сливаться с машиной, как ты. Чтобы чувствовать ее, как свое тело – не унимался Дункан. – Я хочу быть не просто пилотом боевого робота, но настоящим воином-мехводом, как наемники «Зова».

Она настолько не ожидала такого поворота, что сама растерянно смотрела на него, моргая, как от соринки в глазу. Так, где-то с минуту или около того, они смотрели друг на друга молча. Затем Тулулу, все же, ответила:

– «Энвис», не знаешь, что просишь… Для вас с Габри довольно будет просто научиться быть хорошими пилотами боевых машин… Что я и делаю, если ты не заметил… А сейчас пошли спать!

Однако тот замотал головой. Его воспаленные от недосыпа и слез глаза смотрели на Тулулу, не моргая. «Вот упрямый, Энвис! Поспать сегодня видимо не судьба!». Наемница вздохнула и поднялась. Она махнула ему рукой следовать в общий коридор.

– Ладно. Будь по-твоему… Дам тебе первый урок, так сказать, для проверки силы желания. На что ты готов пойти и что терпеть… Только потом не ной, если будет больно!

Покинув карго-отсек они оба неспешно направились к стоящему у самого выхода в шлюзовую тяжелому силовому броне-костюму «Вихор». Рядом лежал еще один трофейный пехотный доспех того же наемного подразделения. Именно эти два весьма продвинутых бронескафандра-всепогодника они использовали несколько раз для виртуальных схваток и преподавания уроков. Там сваленными у стены валялась и другая амуниция, снаряжение, которое они смогли утащить с собой с Крона.

– К сожалению всю гамму ощущений этот костюмчик не передает, но кое-что можно до-настроить… Готов?

Тулулу, договорив, повернулась к нему, взяв в руки тактический шлем от другого более легкого боевого доспеха, и кивком головы указала лезть в броню с откинутым колпаком.

Ее умному взору предстала та самая виртуальная поляна среди бескрайних Найромских джунглей. Они были в одинаковых машинах, старых-добрых 32-тонных слегка неповоротливых «Воинах».

– Почему «Воин»? – сразу начал Дункан с явного возмущения. – Старая рухлядь с топорным управлением.

Тулулу вздохнула, молча наблюдая за движущейся встречным курсом машиной оппонента, который всем своим видом выказывал недовольство выбором наемницы.

– Послушай, «Энвис»! Не бывает плохих машин, но плохие пилоты! «Воин» хорош уже хотя бы потому, что учит терпению… Ты собрался стать матерым мех-водом, значит научись ему, чтобы с пользой переносить боль!

– Ну почему не «Охотник»? – взвыл Дункан.

– «Охотник» слишком хорош для тебя – гоготнула «Одала». – А теперь приготовься, собери волю в кулак и терпи.

– Погоди-погоди! – запричитал Дункан. – У меня не активированы боевые системы! Всё в блоке!

– Ага – спокойно и даже как-то вяло и лениво пояснила наемница. – Именно. Первое упражнение – терпеть боль и сопротивляться.

На последней фразе она вскинула левую руку своего «Воина» и разрядила излучатель прямо в грудь такой же машины «Энвиса». Изумрудный луч лизнул броню, вызвав ее оплавление и отслоение. Машина Дункана даже пошатнулась и согнулась, словно ее больно толкнули в грудь.

– А-а-а! – раздался приглушенной вой в нейро-эфире. – Почему так больно!? Можно же сделать чувствительность меньше!?

– Можно конечно… Но не нужно.

Тулулу следом разрядила РПУ. Все 4 ракеты с воем и дымным шлейфом устремились прямо в «Воина» Дункана. Тот снова принял удар. Одна из ракет ударила в то самое место, которое было повреждено излучателем. Большой кусок брони взрывом сорвало и отбросило в сторону. Обнажилась толстая лента с РРП-снарядами, размещенная прямо под капсулой кокпита. Остальные 3 ракеты разошлись по плечам и РПУ над головой, слегка вывернув одну из 4-х ее труб. Снова был приглушенный стон Дункана от боли в нейро-эфире.

– Ты уворачиваться и отбиваться будешь или я сейчас прикончу тебя, и ты испытаешь настоящую боль!

– Погоди! … Стой! … У меня не работает катапультирование!

– Конечно не работает! Ты ж собрался слиться с машиной Значит и умирать будешь с ней! … И я тебе скажу это адски больно. Твой мозг будет думать, что тело разрывают на части взаправду.

– Стой! … Это ж не честно! Я ж не могу отбиваться, давать сдачи!

– Конечно не можешь, «Энвис»! Кому нужны уроки тебе или мне!? … Я получать болевые ощущение не собираюсь… Так что заткнись и терпи.

– Нет! – возмутился он и резко шарахнулся в сторону, как раз в тот момент, как Тулулу раскрутила цилиндры РРП-пушек. Она тут же повела стволы, изрыгающие «пламя дракона» в след его рывку. Однако тот прямо весь сжался, закрыл поврежденную грудь рукой, стал полу-боком и сделал резкий маневр по уклонению. Часть раскаленных стержней действительно ушла в «молоко», но некоторые ударили по выставленной правой руке, буквально распотрошив ее. Тулулу услышала в уме вопль Дункана, стоны и даже нотки плача. Она улыбнулась. «Не посплю как следует, но и без удовольствия не останусь! Хотел боль, получай!». Ее «Воин» снова вскинул вперед руку со средним излучателем и полоснул по плечу, срезав всю изрешеченную руку напрочь. Дункан, выругавшись от боли, резко сменил траекторию и повел робота обратно.

– Хель тебя бери, Дунк! Ты чего такой предсказуемый, а!? … Или не веришь мне, что умирать в этом гробу на ножках ой как больно!?

Она снова разрядила РПУ. Рой из 4-х ракет на этот раз был успешно принят оставшейся рукой, которую буквально разорвало на куски. «Видимо, я была слишком высокого мнения о тебе! С другой стороны не будешь больше просить то, что не тянешь!».

– Готов умереть, «Энвис»!? – с неким садизмом в голосе хохотнула Тула.

– Хель тебе, а не смерть моя! – выругался он, как матерый наемник, и резко устремился прямо на нее.

«Ого! Поумнел внезапно! Жаль, что не сразу!». Она сделала пару шагов назад и раскрутила обе РРП-пушки в торсе прямо в неприкрытого уже ничем «Воина» Дункана.

– Что, «Энвис», рук-то больше нету! – позлорадствовала наемница, предвкушая жуткий стон и рев от боли.

«Скорее всего потеряет сознание, и придется откачивать. А ничего страшного! ИИ воидовского броне-костюма откачает!». Она вела оба ствола в след его петляниям, намереваясь сначала срезать ногу, чтобы свалить и обездвижить, но тот словно догадался. Он согнулся, выставил вперед горб с поврежденной РПУ, прикрыв тем самым часть своего торса. Ноги, все же, остались не прикрытыми, но сам робот Дункана слегка повернулся и далее сокращал дистанцию как бы полу-боком. Подобного Тулулу не ожидала. Большая часть огненных стержней пропахала грунт как раз там, где должна была быть левая нога его робота. Теперь же выходило так, что на нее топорно и дергано прикрываясь выставленной вперед головой, как баран, двигалась 4-метровая человекоподобная боевая машина.

Столкновение произошло даже быстрее, чем Тулулу успела сообразить. «И какого хеля я подписалась на это, не выспавшись!». Оба робота с грохотом упали на грунт. Симуляция тут же была прервана ИИ, решившим почему-то, что это конец. Боевые машины еще могли гипотетически продолжать поединок, хоть и с вполне предсказуемым итогом.

Межграничье

Подобный небольшому вытянутому цилиндру межзвездный шаттл «Спэйсгейт» материализовался из пучка света, разрезав ярким белым лучом мрачное темное Евклидово пространство вокруг. Вспыхивающий то желтым, то красным, то синим ярким светом маячок зарядной станции привлек внимание исполняющего обязанности капитана с именем Мифаста даже быстрее, чем об этом доложил ИИ «Спэйси».

Сам Миф недоверчиво покосился куда-то в потолок. Он на своем пути еще не встречал столь странный ИИ. Искусственный помощник и ко-пилот мог не откликнуться на вызов, проигнорировать запрос или же, наоборот, влезть в него, когда не спрашивают. Остальные члены этого странного альхонского отряда Мифасту волновали гораздо меньше, потому что среди них была Тулулу, которую он давно знал, которой доверял, и которая была женой его погибшего брата Бомбасты. А, вот, ИИ «Спэйси» вызывал стойкое чувство недоверия.

– Мы в 15-и световых от Бета Пустапао, Миф – внезапно обратился к нему ИИ. – Тут зарядная станция ГЛТК «Пустапао-Энерджи». Она отмечена на навигационных картах… Это еще не территория Преторианского Альянса, но уже и не Федерация.

– Я и без тебя понял, что мы не в Альфа Пустапао… Не пойму только, почему мы тут, а не в точке назначения.

Мифаста чувствовал себя в некоторой растерянности именно из-за слабого понимания, как ему строить отношения с ИИ корабля.

– Смещения звезд относительно центра Галактики… ИИ колец сделал авто-перерасчет сюда, чтобы зарядиться и прыгнуть уже непосредственно к Альфе – пояснил ИИ.

– А ты изначально все это знал, да? – поинтересовался Мифаста, по сути, не нуждаясь в ответе.

– Да.

– И почему не отрапортовал? – наседал Миф. – Почему не доложил перед разгоном, как это принято у ко-пилотов?

– Не счел нужным… Автоматика разгонных колец произвела правильный перерасчет, иначе мы бы все равно не попали в Альфа Пустапао, но оказались слишком далеко от маршрутов и зарядных станций без энергии.

– Но есть же базовые правила! – совсем уже возмутился Мифаста.

– И что с того? Разве люди не нарушают базовые правила, когда не видят больше в них смысла, или когда они им мешают? – парировал ИИ.

Мифаста молчал и не находил, чем возразить. Этот странный ИИ иногда его откровенно пугал. «Вот так помощник! А если выкинет какой-нибудь финт? Отключит выработку кислорода, например? Или уберет грави-компенсаторы?». Мифаста вспотел от собственных мыслей, но сине-серый комбинезон транспортной гильдии ГЛТК быстро поглотил лишнюю влагу, чтоб избавить его от дискомфорта.

– Нам необходима эта станция, чтобы пополнить провизию. Запас влаго-таблеток почти на нуле, а паро-генератор работает на износ. Шаттл класса «Спэйсгейт» рассчитан на двух пассажиров, а вас тут 5, не считая раненых в мед-блоке и комнате отдыха – спокойно дополнил картину ИИ.

Мифаста, выслушав все это, так и рухнул в капсулу управления, нервно потирая ладонью лоб. Он раскинул руки в стороны в вопросительном жесте и устало посмотрел своими карими глазами куда-то в потолок, откуда доносился мягкий мужской голос ИИ.

– Почему? Разве это все, по-твоему, не важно для выживания экипажа и пассажиров? … Почему ты молчал все это время и выдал только сейчас!?

– Отрапортуй я обо всем этом раньше, вы бы могли занервничать, может и запаниковать… Мой опыт подсказывает, что чем меньше люди знают, тем лучше… Я не хотел портить впечатления от полета… Теперь же скрывать нет смысла, потому что заправочная станция ГЛТК уже рядом, и мы приближаемся к ней согласно плану.

– А что с разгонными кольцами? – поинтересовался Мифаста уже на эмоциях.

В ответ была тишина. Миф очень быстро сообразил, что ему на самом деле не нужен ответ, потому что он его знал и так. Кольца прибудут сюда вскоре в течение нескольких часов, чтобы приступить к зарядке в автоматическом режиме. Миф вдохнул и медленно выдохнул. «Все хорошо. Все будет хорошо. Только бы до Найромы долететь». Впереди их ждала теперь не только зарядка энергией, но и провиантом: протеиновыми брикетами, медикаментами и влаго-таблетками.

Зарядная станция «Пустапао Энерджи» встречала очередных клиентов буднично. Запрет на пронос оружия или проход боевых дронов тут скорее успокаивал, чем напрягал. А еще они были не первыми гостями станции. В первых 2-х зарядных доках уже располагался «здоровяк-верблюд» в лице горбатого «Кэмэлвэя» и совсем уже громила-гигант – дальнемагистральный «Странник». Оба межзвездных «тяжеловеса» обладали всеми благами цивилизации, а потому Тулулу очень рассчитывала на свободные мышечный «Адаптек» и релакс-камеры на самой станции. Хотя и остальным не помешало бы поспать в рекреационных капсулах хотя бы пару часов. За более чем 3-недельный цикл лёта в «Спэйсгейте» со всеми неудобствами они уже и позабыли, что такое комфорт. Теперь же пришло время наверстывать. Оставив шаттл заряжаться и проходить технический осмотр дронами станции все пятеро дружной гурьбой воспользовались вежливым предложением ИИ «Пустапао Энерджи» провести эти часы с комфортом и пользой для здоровья.

Мифаста и Тулулу, как самые опытные в дальних путешествиях, шли первыми. Дункан с Апполо были следом, а Габриэль слегка дерганным шагом из-за непривычной ей гравитации плелась и оглядывалась по сторонам. Она была единственная, кто ни разу не бывал за пределами родной планеты, если не считать, перелет на Крон в детстве. А потому ей все было в диковинку, все в новинку.

– Давайте только без привлечения внимания – объявил через нейро-линк остальным Мифаста.

– А кому мы тут можем быть интересны? – несмешно пошутила Габриэль, но заметив многозначительные взгляды остальных, стушевалась.

– Нас могут разыскивать… Меня так точно – спокойно пояснила Тулулу. – Просто отдохните в релакс-камерах. Избегайте общих комнат отдыха и лишний раз не попадайтесь на глаза другим.

– Может тут и нет никого кроме нас – отозвался в общем нейро-чате Дункан, осматриваясь по сторонам вдоль пассажирского коридора 6-го гейта, куда они причалили.

– Тут и не будет никого. Это наша зона. Мы ее заняли для зарядки… Там, куда мы направляемся, где все эти «релаксы», «адаптеки» и другие блага, могут быть люди… По плану станция небольшая. Всего 7 гейтов, общий холл с авто-кухней, зоны отдыха, стимулирования и рекреаций. Если пойдем в холл, то будем на виду у друг друга и других гостей – пояснил Миф.

– Не будем… Лично я в «Адаптек». А вам всем рекомендую не животы набивать полуфабрикатами, а податься сразу в релакс-камеры на ускоренный сон, чтобы отдохнуть нормально и не отсвечивать – объявила Тулулу.

– Да. Поддерживаю… Думаю, часа 4-5 зарядиться и нам отдохнуть хватит – согласился Мифаста с наемницей.

– А как же кольца? Их тут оставим? – вмешался молчавший все это время Апполо.

– Нет. Кольца в течение часа-двух, тоже тут будут. 7-ой гейт свободен. Я уже его зарезервировал для них – отмахнулся от него Миф.

– Интересно. А этот ди-фазер нам тут могут починить? – добавил Апполо.

Компашка сбавила шаг и даже остановилась. Мифаста окинул всех глазами. Он в своем сине-сером комбинезоне очень сильно отличался от остальных. Хотя и сам Дункан был одет в черный преторианский «всепогодник» в отличии от Тулы, Габри и Апполо, которые своей темно зеленой массой будто бы были слеплены из другого теста.

– Эм… Да. – неуверенно начал Миф. – Но это будет стоить… Дорого… И не ремонт, а замена… На Найроме вам все сделают в счет помощи. Считай, забесплатно.

Повисла тишина. Все стояли молча, косились на Апполо и будто ждали от него некоего согласия, будто он был главный.

– Ладно – согласился Апполо, уловив повышенное внимание к своей персоне.

Он прибавил шаг, подталкивая и подгоняя остальных не задерживаться в коридоре. Группа снова двинулась с прежней скоростью, и только Габриэль слегка отставала. Ей внезапно удалось найти способ еще раз притормозить остальных:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.