Кристи Шелл
Чужая высота

Глава 1

Слежка? Или показалось? Я ускоряюсь… Быстрым шагом заворачиваю за угол дома и прислоняюсь к кирпичной стене. Надеюсь, покров ночи сможет скрыть меня от преследователя… Чувствую, как от страха каменеет все тело, сердце стучит и больно бьет по перепонкам. Стараюсь успокоить свое дыхание и мысленно накидываю на себя морок. Жаль, что у меня нет более надежных способностей укрыться.

Вздрагиваю и чуть не вскрикиваю, когда напротив меня появляются зеленые глаза. Они смотрят, не моргая. Злые и пугающие. Ищейка… Сердце уходит в пятки. Через несколько секунд оцепенения до меня доходит: он не видит меня. Чует, что я где-то рядом, принюхивается, фыркает в десяти сантиметрах от моего лица. Я еще сильнее прижимаюсь к стене… Никогда не видела их так близко… Но под капюшоном не могу разглядеть лица. Ищейка надвигается на меня… Внезапно его кто-то окликает, и он разворачивается, чуть не задев меня плечом… Уходит… Выдыхаю. Я была в пяти секундах от разоблачения. Единственная мысль в моей голове: "Бежать! Он скоро вернется!"

У меня не осталось сил, чтобы держать морок. Я сбрасываю его и бегу в противоположную от ищейки сторону. Стараюсь затеряться в городских улицах. Сворачиваю за угол и не верю своему счастью: вывеска кофейни. Врываюсь внутрь. Из-за грохота двери посетители оборачиваются. Стараюсь успокоить дыхание и шагаю к стойке. Заказываю американо и упаковку молотого кофе, которая стоит на витрине. Кофе готов. Я выпиваю его, обжигая язык и горло. Нельзя терять время. Они могут обнаружить меня в любую минуту. От одной этой мысли учащается пульс. Нахожу туалет и забегаю в кабинку. Открываю молотый кофе и начинаю усиленно втирать его в кожу, одежду, сыплю на волосы. Бабушка всегда говорила мне, что единственное, что может сбить нюх ищейки, – кофе. Моя бабушка слишком мудрая женщина. Именно поэтому игнорировать ее советы – безусловная глупость.

Выхожу на улицу. Завязываю шарф повыше, чтобы скрыть часть лица. Кутаюсь сильнее в плащ и при этом стараюсь не ускоряться, чтобы не привлекать к себе внимание. Мысли путаются от липкого страха, но я отчаянно пытаюсь найти следующий шаг. Возвращаться домой нельзя: это слишком опасно для бабушки. Что же делать?! Близких друзей у меня нет.

Я жутко злюсь на себя.

Этот чертов дар – мое проклятие. Из-за него погибли мои родители. И именно из-за него вот уже 11 лет мы с бабушкой прячемся. Мы выживаем и скитаемся, словно бездомные псы, из одного города в другой. Только благодаря бабушкиному дару нам удавалось запутывать следы. До сегодняшнего дня. Меня передергивает от этой мысли. Я просто надеюсь, что с бабушкой всё в порядке. У нас с ней есть договоренность на случай опасности. Одна-единственная: я должна затаиться. Я должна спасать себя, даже если мне прямо сейчас хочется вернуться домой и убедиться, что с единственным дорогим мне человеком всё в порядке.

Незаметно для себя оказываюсь на набережной, в центральном парке города. Я часто люблю здесь гулять. Здесь людно в любое время суток. Легко затеряться. Правда, сейчас мое озадаченное и хмурое лицо – как зеленый сигнал светофора, привлекающий внимание. Черт, Рея, соберись! Почему же я не унаследовала дар бабушки?! Он бы мне очень пригодился. Я немного замедляю шаги. Стараюсь с любопытством разглядывать все вокруг. Надеюсь, что со стороны никто не может прочитать в моих глазах бегущую строку "Что дальше???", которая заглавными буквами мелькает в моем взгляде каждые пять секунд. И тут в голове рождается мысль. Вчера разговаривала с коллегой. Мы работаем в одном кафе: он бариста, я официантка. Он говорил про родственника, который скрывается от полиции за мелкое хулиганство и ночует в доме престарелых. Притворяется волонтером, ухаживает за стариками пару дней, а потом исчезает, ссылаясь на занятость. Не думала, что эта информация когда-то пригодится. Но что, если это именно то место, где меня точно не будут искать? Честно, не знаю, чего ждать там молодой девушке. Но надеюсь, ночью волонтера вроде меня не выставят. Намерение созревает в план, и я уже направляюсь к одной паре, чтобы спросить дорогу. Эх, будь у меня телефон, я бы уже давно связалась с бабулей или узнала дорогу сама. Но телефон под запретом. СМС, звонки и сообщения остаются в энергетическом поле на долгие годы. Ищейкам легче всего найти человека по этим жирным следам. Что меня радует, так это то, что им самим нельзя пользоваться ничем подобным. По той же причине. Они должны оставаться инкогнито. От той мысли, что не я одна лишена удобств, настроение заметно поднимается. Хм, как мало нужно для счастья. Всего лишь несчастье твоего врага.

Я подхожу к дому престарелых спустя час скитания по улицам. На часах уже полпервого ночи. Переживаю, ведь уже достаточно поздно для визитов. Но у меня особый случай, который требует особых решений. Замечаю, как на крыльце курит мужчина средних лет. У него на груди какой-то бейдж с именем. Скорее всего, он тут работает.

– Прошу прощения, а может, вы знаете, к кому тут можно обратиться, чтобы меня оформили как волонтера? – начинаю я не слишком уверенным тоном.

– Хм, а что это за волонтеры, которые на ночь глядя приходят? – мужчина с недоверием глядит в мою сторону. – Приходи утром, тут будут директор или его заместитель. Вот у них и узнаешь!

– Но мне некуда идти, я из другого города приехала! Опоздала на поезд и так получилось, что приехала поздно, – я стараюсь вложить в голос как можно больше грустных нот.

– Ничего не знаю! Я тут всего лишь охранник! Я не решаю, кто останется, а кто – нет! Так что едь обратно!

С этими словами он тушит сигарету, выбрасывает окурок в урну. И буквально за секунду захлопывает передо мной дверь. Открываю рот, чтобы упрашивать, но лишь глотаю воздух от неожиданности. При этом слышу, как ключ в замке проворачивается дважды. Как двойное напоминание о том, что сегодня мне всё еще негде ночевать.

Я не настолько смелая, чтобы стучать в двери и требовать впустить. Да и привлекать внимание – последнее, что мне сейчас нужно.

Сначала думаю прилечь прямо на скамью рядом, чтобы охранник утром почувствовал вину. Но потом вспоминаю, что у него нет сердца. Я в этом убедилась всего две минуты назад. Его категоричность говорит об этом лучше всяких слов. Так что не вариант.

Похоже, что придется ночевать где-то под открытым небом.

Я заворачиваю за угол. Людей здесь нет, и я решаю присесть на бордюр. Мне стоит попробовать почувствовать связь с бабушкой. Закрываю глаза, делаю глубокий вдох и пытаюсь найти внутри себя свет-маяк. Внутреннюю точку, которая обозначает бабушку. Это что-то вроде метки на гугл-картах с местоположением. Она доступна только для кровных родственников. И только если родственник дал на это своё согласие. Концентрируюсь, но света нет. Я всматриваюсь тщательнее. Шарю наощупь в темноте, но света нет. Ловлю панику, но потом мысленно себя успокаиваю. Скорее всего, она специально закрыла нашу связь. Она боится, что меня могут вычислить. Я мигом распахиваю глаза. Если она боится за меня в данный момент – это означает, что она в курсе того, что ищейки рядом. А если она в курсе, то они были у нас дома. Все эти выводы неутешительны: они знают обо мне больше, чем мне бы этого хотелось. Я вскакиваю. Мне срочно нужно в трущобы. Этот вариант я откладывала для самого нежелательного развития событий. Сейчас как раз такой. Хорошо, что трущобы находятся всего в получасе ходьбы.

Озираясь по сторонам и накинув капюшон на голову, я передвигаюсь быстрыми перебежками. Стараюсь затеряться в тени зданий. Хорошо, что прятки – моя любимая игра детства. Я мелкая и шустрая. Это мои козыри в этой игре на выживание.

Постепенно приближаюсь к району, от которого всё время старалась держаться как можно дальше. Район Беркис. Сложно найти более злачное место в городе. Кражи, драки, голод, бедность – всё это отличительные знаки этого района. А еще здесь стоит просто невыносимая вонь. Вонь от немытых тел, мочи на тротуарах. Вонь от канализации, которую сливают сюда из других районов. И вишенка на торте – горы мусора, в которых иногда можно заметить копошение крыс. Я чую этот смрад. От него начинают слезиться глаза уже на подходе. Я завязываю свой тонкий шарф повыше, так чтобы остались видны только глаза. Это хотя бы на немного притупляет этот невыносимый запах. И что же я тут забыла? Мне так и хочется развернуться и уйти. Но я себя останавливаю. Я просто надеюсь продержаться тут до утра. Если эта вонь так действует на меня, то ищейки со своим чутким нюхом сюда даже не сунутся. По крайней мере, я на это очень надеюсь. Надежда – единственное, что у меня есть.

Постепенно замедляю шаг. Осматриваюсь. Мне бы найти хоть какое-то укрытие. Потому что ночью на улице я буду как на ладони. И тогда я легкая добыча для воров и преступников. В лучшем случае меня обворуют, а о худшем я даже думать боюсь. Пока мне везет: на улице ни души. С другой стороны, это настораживает. Ведь когда еще, если не ночью, наиболее активны низшие слои. Слои, отвечающие за беспредел в этом городе. Возможно, именно сейчас они грабят более престижные районы. Кто знает. Но это сейчас самое малое, что меня волнует. Вдали вижу небольшую постройку, похожую на заброшенный склад. Подхожу ближе, прикладываю ухо к старой деревянной двери. Тишина. Пробую открыть. Дергаю за ручку – не поддается. Обхожу здание справа, ищу окно или что-то, чем можно вскрыть замок. Вмиг меня прижимают спиной к стене, а к горлу приставляют нож. Поднимаю глаза на мужчину. Он явно выше и мощнее.

– Не дёргайся! – раздается грубый голос. – Если хочешь жить, конечно, – добавляет он со злой усмешкой.

– Эрик, ты куда пропал? – слышится сбоку визгливый женский голос. Через секунду вижу его обладательницу. Блондинка с бешеным взглядом приближается к нам.

– Ого! – округляет глаза девушка. – Эрик, да ты везунчик! Не успел выйти на охоту, как птичка сама в сети прилетела!

Стараюсь замереть. Эти ребята выглядят невероятно странными. Словно сбежали из психушки. Неопрятные, грязные, с бегающим взглядом. Скорее всего, они на мориосе. Листья этого цветка дарят временную удачу и наслаждение, но по крупицам отбирают разум. Человек, употребляющий его три года, превращается в неразумного ребенка. А человек с разумом ребенка в этом жестоком мире долго не протянет. Не сможет постоять за себя. Такова их судьба, если продолжат. Но в текущих обстоятельствах моя жизнь может оборваться гораздо раньше. Так что не тебе их судить, Рея! Мысленно даю себе подзатыльник. Надо сосредоточиться на своих проблемах.

– Кейси, детка, я бы на твоём месте не радовался раньше времени! Делиться с тобой я не собираюсь!

Кейси обиженно надувает губы. Слова мужчины ей не по нраву.

– Что ж, Эрик! В таком случае я не собираюсь прикрывать твой зад перед Кротом. Сам с ним разбирайся! – с этими словами девушка разворачивается и идёт к двери.

– Чёрт! – злобно вырывается у Эрика. Он грубо дергает меня за плечо. – Давай, шевелись!

Толкает меня вслед за девушкой. – Живей!

Решаю, что спорить сейчас – не лучшая идея. Нож в руках Эрика – аргумент, который не проигнорируешь. А удача, благодаря мориосу, не на моей стороне ещё как минимум сутки. Поэтому иду, куда указывают.

Дверь открыта, за ней тускло светит лампа. Эрик тычком в спину велит зайти внутрь. Когда мы оказываемся внутри, дверь с шумом захлопывается. Слышу поворот ключа. Отлично, Рея! Теперь ты заперта с этими психами. Поздравляю, проблема с крышей над головой решена. Желание исполнилось!

Глава 2

Мы идем мимо стеллажей, обтянутых брезентом. Через несколько проходов оказываемся у двери. Кейси открывает ее и кивком велит мне зайти первой. Медлю, но понимаю: других вариантов нет. За дверью – темнота.

Едва я переступаю порог, дверь захлопывается, ключ поворачивается в замке. Первый порыв – броситься назад, умолять выпустить, стучать изо всех сил. Но я запихиваю это желание на задворки своего ума. Бесполезно умолять. У них сейчас нет адекватности даже в глазах, не то что в поступках. Прижимаюсь спиной к двери, вглядываюсь в темноту, надеясь, что зрение адаптируется.

– А ты тут по какой причине? – неожиданный голос из мрака заставляет меня вздрогнуть.

– Кто ты? – выдаю раньше, чем успеваю подумать.

Я насторожена. Стараюсь уловить любой звук, любой шорох. Не хочу пропустить движение в мою сторону. Не знаю, чего ждать от мужчины, которому принадлежит этот голос. Слышу только смешок.

– А тебя не учили, что отвечать вопросом на вопрос – грубо? Особенно для девушки? – в его тоне – самодовольство.

– Меня учили не общаться с незнакомцами. Как видишь, ученица с меня так себе… Так что, может, скажешь уже, кто ты и что это за комната?!

Мои нервы, похоже, подводят меня. Последнюю фразу произношу слишком эмоционально. Я понимаю, что собеседник в выигрыше хотя бы потому, что он в курсе обстановки и видел меня. Скорее всего он сильнее физически. Но это не значит, что я не исцарапаю ему лицо, если он хоть пальцем до меня дотронется.

– А ты забавная… Но не трясись так. Я не ем на ужин девушек, если тебе от этого станет легче.

И снова это мерзкое самодовольство.

– Может, тогда расскажешь, что тут происходит? Для чего мы в этой комнате, умник?

– Мне льстит, что ты считаешь меня умным.

Я делаю вдох и выдох. Скоро моя выдержка лопнет как мыльный пузырь, и максимум, что достанется этому умнику, – брызги пены. Такое себе наказание для того, кто уже достаточно бесит. Так что всё, что остается, – закатить глаза и начать его игнорировать. Я знаю, что он ждет моего раздражения и моей реакции. Не дождется!

Ощупываю стену левее, оставаясь лицом к источнику голоса. Бдительность спасала меня не раз. Надеюсь на нее и сейчас. Медленно продвигаюсь вдоль стены, шаря руками перед собой.

– Ай! – я вскрикиваю и заваливаюсь на пол. Больно ударяюсь коленом. Аж искры из глаз. Я даже не успеваю подумать о том, за что же я могла споткнуться. Как в комнате вспыхивает тусклый луч фонарика, направленный на меня.

– В порядке? – спрашивает умник. – Попросила бы тебе посветить, раз собралась прогуляться.

– У тебя… был фонарик?! Все это время?! Ты не мог предупредить?!

– Мог. Скорее всего. Но ты так смешно сопела…

На этой фразе мои ноздри снова начинают зло раздуваться. Даже не могу это контролировать. Вглядываюсь в сторону мужчины. Он сидит на полу, согнув колени, прислонившись спиной к стене. Расслаблен. Его лицо плохо различимо, но улыбка – на пол лица. Кто бы сомневался! Он явно не слышал о сострадании. Судя по всему, он на несколько лет старше. Его глаз я не вижу четко, но взгляд направлен на меня. Изучающий.

– Что? Не такой уж и страшный? – прерывает молчание.

– Не такой уж и умный, раз так думаешь! – шиплю недовольно.

Он лишь ухмыляется, не отводя глаз.

Мне становится неловко, и я отвожу глаза в сторону. Хочу рассмотреть то, что вокруг. Но смотреть не на что: четыре стены и труба, кое-где выходящая внизу пола, о которую я споткнулась. Тру коленку, чтобы боль поскорее утихла. Подползаю ближе к стене и подтягиваю к себе колени. От его взгляда хочется спрятаться. Натягиваю сползший капюшон. И молчу. Молчу. Молчу.

– Долго ещё будешь пялиться?! – не выдерживаю и трех секунд.

– Мы, похоже, не с того начали, – устало вздыхает он. – Меня зовут Адриан. А тебя как?

Сначала удивляюсь резкому переходу. Но мне нужна информация. Стоит быть… сдержаннее.

– Рея. Меня зовут Рея.

– Рея, ты не против, если я выключу фонарик? Батарейки в нем не вечные, хочется приберечь.

Вскидываю на него взгляд. Стараюсь понять, насколько безопасно остаться снова слепым кротом рядом с ним. Внутри всё сопротивляется. Я хватаюсь за мнимую спасительную палочку. За этот луч света. Похоже, он читает эти сомнения в моем взгляде.

– Рея, поверь, со светом или без у тебя нет шансов против меня. Если бы у меня было желание тебе навредить, то я бы не вёл тут светские беседы.

– Выключай, – обреченно вздыхаю я. Мне сложно не согласиться с логикой в его словах. И комната снова погружается во тьму.

Вытягиваю ноги перед собой. Так он хотя бы о них споткнется, если попробует подойти. Согласна, не самое надежное оружие, но какое есть.

– Как давно ты здесь, Адриан? И что это за компания в виде Эрика и Кейси?

– Осмелела и уже настроилась на диалог? – хмыкает Адриан.

– Всегда была настроена! Ты просто увлекся своими шутками!

– О, извини… Я не знал, что, закатывая глаза и раздувая ноздри, ты так настраиваешься на диалог.

– Адриан, часто ли тебе говорят, что хотят закопать тебя где-то в лесу? Держу пари – постоянно.

– Нет, остальные меня боятся. Ты такая первая…

– Почему боятся? – нервная дрожь в голосе выдает меня. Он не шутит.

– Я не настроен откровенничать на эту тему, – резко обрывает он.

– Ладно, – сдаюсь я. – Может, тогда расскажешь, как ты тут оказался?

– А ты довольно настойчивая, Рея… – то, как он произносит моё имя, растягивая буквы, пугает меня. Я не понимаю его настроение по отношению ко мне. Будто он сам еще не решил, что со мной делать: позабавиться или задушить. Но его голос снова прерывает поток моих бесконечных мыслей. – Эрик и Кейси живы только потому, что удача сейчас на их стороне. Я не смог их убить, и они этим воспользовались. Но как только мориос перестанет действовать, они будут молить о пощаде.

Несокрушимая уверенность в его голосе леденит. Его нельзя недооценивать. Возможно, он старше, чем кажется. Слова не вяжутся с обликом. Его фразы как иглы врезаются в мое сердце. Оно начинает биться чаще. Силой воли гашу нарастающую волну страха. Уговариваю себя говорить спокойно. Одному богу известно, сколько усилий прилагаю, чтобы не начать заикаться.

– Так что вы с ними не поделили?

– Хм, примеряешь роль интервьюера, Рея? – к нему вновь возвращается его шутливый тон. – Так не пойдет, теперь твоя очередь. Почему ты здесь?

– Неудачно прошла мимо…

– Хочешь сказать, что случайно прогуливалась по Беркису? С каких пор этот район считается отличным местом для прогулок? – хмыкнул в ответ Адриан. И его насмешку можно понять. Действительно, не очень правдоподобно.

– У меня здесь живет один знакомый…

– Не лги, Рея! – тут же нетерпеливо перебивает Адриан. – Если, конечно, у тебя еще осталось желание общаться.

Вот же неприятный тип! Я зло выдыхаю. Нет у меня такого желания, есть вынужденная необходимость. Он и сам это понимает.

– Лааадно… Пряталась от кое-кого… Но больше не скажу. Не доверяю.

– Интересно, кто же это такой, что он страшнее всех банд Беркиса и вероятности на них нарваться… – начинает рассуждать Адриан.

– Как отсюда выбраться? Есть идеи? – нетерпеливо перебиваю.

– До завтра – никак. Они ушли на охоту. За такими, как ты.

– За такими как я? Что это значит? Зачем им я? Я думала, они захотят денег, как только придут в себя.

– Эй! Полегче! Я здесь не для того, чтобы тебя успокаивать… Так что держи свои эмоции при себе…

– Ты невыносим! Если бы проводили конкурс на самых неотесанных чурбанов, тебе не было бы равных! – не выдержав, я все же произношу свои мысли вслух. И тут же прикусываю язык. Ожидаю ругательств. Но в ответ раздается лишь громкий смех.

– Что ж, Рея, похоже, ты или слишком смелая, или слишком глупая. А может, и то и другое… – задумчиво протягивает мужчина.

– Тебе так сложно ответить? – недоуменно спрашиваю.

– Запомни: я не обязан отвечать! Решила, что мы приятели по несчастью? Ошибаешься. Я здесь временно. Ты, возможно – навсегда…

– Ты просто душка, что ни слово, то безусловная поддержка, – выдавливаю саркастично.

Скрещиваю руки на груди, зло сжимаю челюсти. Всем своим видом показываю ему своё недовольство, хоть он и не видит. Так легче подавить нарастающую панику.

– Всё верно, неприязнь тебе больше поможет, чем слепая вера в первого встречного, – спокойно добавляет Адриан.

Нет смысла продолжать этот разговор. Легче сдвинуть здание, чем заставить Адриана говорить по-человечески, а не своими пугающими загадками.

Что значит это его "такие как я"? Начинаю вспоминать всё то, что знаю и слышала о Беркисе. В этом районе часто устраивались разборки среди банд. Обычных людей грабили, избивали и выгоняли из жилищ. Самые известные банды, о которых я слышала, – "Змеиный укус"и "Черные падальщики". Они постоянно делят Беркис и стали огромной занозой не только для других районов города, но и для Беркиса в том числе. Здесь их все обходят стороной.

Ходят слухи, в "Змеях"свой химик, который изготавливает разные яды. И враги этого клана умирают в ужасных муках благодаря гениальным изобретениям этого психа. О "Падальщиках"мне почти ничего неизвестно. Я только знаю, что многие скорее мечтают попасть в руки химика-шизофреника, чем повстречать хоть кого-то из этой банды. Вспомнив всё это, я думаю о том, насколько глупым было решение сюда идти. Рея, ты просто мастер находить "лучшие"решения. Хочешь забыть о проблемах – найди новые! Потрясающий план!

– Почему снова дышишь как закипающий чайник? – врывается в мои мысли голос Адриана.

– Не твое дело!

– Хм, над твоими манерами общения хорошо бы поработать. Хотя это придает шарма.

– Это ты меня собираешься учить манерам?

– А кто если не я? – весело хмыкает Адриан.

– Кто угодно, только не ты! Тебе самому над ними еще работать и работать!

Из темноты – громкий смех.

– Рея, тебе повезло, что сейчас у меня враги посерьезнее. Такие вольности я обычно не прощаю.

– Тоже пудришь им мозги пугающими загадками, чтобы они умерли в муках, пытаясь их разгадать? – меня уже не остановить в своей злости на Адриана. Он будто поджёг фитиль своими зашифрованными фразами.

– Что с тобой? Обычные люди чуют мою ауру и молчат… Но не ты. Странно… – задумчиво произносит он. – Ты из рода Отшельников?

Вздрагиваю. Не ожидала, что кто-то в Беркисе знает о них. Их особенность – умение сливаться с тенями, становиться невидимыми, неуязвимыми для ментального воздействия. Мой род был с ними дружен. Но я о них не слышала со времен гибели родителей. Поэтому Адриан даже не представляет, насколько близок в своих догадках. Мне нельзя себя выдавать.

– А что, этот род существует? Думала, слухи… – делаю вид, что мне неинтересно. Надеюсь, он не заметил замешательства.

– Существует… Как и род Калибри…

По телу ударяет ледяная дрожь. Он знает о нас! Он точно не обычный вор из кланов Беркиса. Так кто же ты, Адриан?

Глава 3

Я не решилась больше задавать вопросы Адриану. Это могло натолкнуть его на новые мысли и новые подозрения в мою сторону. Он тоже не продолжал разговор, по-видимому, задумавшись о чём-то своём.

Сложно сказать, сколько времени проходит, когда я наконец решаю снять свой плащ и расстелить на полу. Попробую поспать. Это небезопасно в таком месте, но так легче не думать о голоде и о том, как сильно хочу в туалет.

Ложусь на бок и слышу шевеления со стороны Адриана. Напрягаюсь от звука почти бесшумных шагов. Внезапный звук расстёгиваемой ширинки в темноте пугает меня не меньше, чем глаза ищейки в той подворотне.

– Чт… Что ты делаешь? – заикаясь, тихо шепчу в темноту.

– Опустошаю свой мочевой пузырь, детка… Надеюсь, не слишком задену твои ранимые чувства своими физическими потребностями… – в подтверждение его слов следует характерный звук.

– Неотёсанный мужлан! – зло бурчу себе под нос. Но на самом деле, в этот момент завидую его своеволию. Я об этом мечтаю уже как минимум час.

– У меня прекрасный слух, Рея, – усмехается он и, судя по шагам, возвращается обратно в свой угол.

– Рада за тебя!

– Тебе бы стоило тоже так сделать, глядишь, и не была бы такой злой!

Краснею от его слов и перевариваю совет в своём уме.

– Но, может, Кейси и Эрик скоро верну…

– И не надейся! До утра их точно не будет, а это как минимум ещё шесть часов…

Громко вздыхаю. В моих мозгах – рой пчёл вместо мыслей.

– Посветишь? – в конце концов цежу я и вскакиваю на ноги.

Вспыхивает свет фонарика. Жмурюсь с непривычки. Открыв глаза, встречаюсь с парой серых глаз, которые внимательно смотрят на меня. Сейчас Адриан светит себе под ноги, поэтому легче его рассмотреть.

– Может, поторопишься, принцесса? – не прерывая наш зрительный диалог, Адриан кивает в дальний угол. Его слова выводят меня из оцепенения. Спешу в указанную сторону, быстро перешагивая через трубы.

– Выключи, пожалуйста! – тихо говорю я. – И не смей включать, пока я не скажу! – добавляю обеспокоенно.

– О, мы можем быть вежливыми…

Зло поворачиваюсь в его сторону. Адриан ухмыляется. Он поднимает руки вверх в сдающемся жесте и тут же выключает фонарик. Сложно описать моё смущение и неловкость в последующие несколько минут. Мне так хочется снова накинуть морок на всякий случай, но не могу разбрасываться силами. Они мне точно пригодятся. Все эти минуты молю, чтобы не услышать смех Адриана и чтобы он не додумался подшутить надо мной, включив внезапно свет. Штаны натягиваю со скоростью света. И тут же прошу:

– Включи, пожалуйста…

Когда включается свет, стараюсь даже не смотреть в сторону Адриана, боюсь увидеть его смеющиеся глаза. Пулей проскакиваю к своему плащу. Плюхаюсь прямо на него. Подтягиваю колени к груди и опускаю лицо, стараясь скрыть пылающие щёки. Всё это время чувствую на себе взгляд Адриана. Жду шутки. Но он просто выключает свет. Испытываю невероятное облегчение, что могу снова скрыться от лишнего внимания. В этот момент благодарна Адриану за молчание.

– Ты, оказывается, очень даже милая, когда не брызжешь ядом! – его фраза прерывает оглушающую тишину спустя некоторое время.

Слышу лишь собственное сердце, которое так гулко бьётся в груди. Не знаю, что ему ответить, если только не новой дозой яда. Я даже не знаю, как оценивать эти слова. Не хочется пререкаться. Я слишком устала от всех этих эмоциональных горок сегодняшнего дня. Я всего лишь хочу спать. Поэтому ложусь на бок. Под голову подкладываю шарф. Ещё какое-то время ворочаюсь на плаще, ища удобную позу. Закрываю глаза. Адриан больше не пытается завести диалог. Даже не замечаю, как проваливаюсь в сон.

– Рея, проснись! Сейчас не время разглядывать свои цветные сны с розовыми пони!

Все эти фразы долетают до меня как из-под толщи воды. До меня никак не доходит, почему снится этот странный сон, где меня толкают в бок и пытаются разбудить. Жмурюсь. Но толчки не прекращаются. И тут раскрываю глаза, но ничего не меняется. Темнота. Сажусь и тру глаза.

– Наконец-то! – раздаётся голос совсем рядом.

Мозг лихорадочно начинает вспоминать все события и то, где нахожусь. Постепенно тело начинает ощущать боль от жёсткой поверхности, на которой спала. Тут до меня доходит, кто так старательно будил.

– Адриан, что происходит?

– Не знаю, но что-то точно не так! Эрик и Кейси так и не вернулись, а я чую запах гари!

Пытаюсь принюхаться, но ничего не улавливаю.

– Ничего не чувствую!

– Поверь, мне не кажется! Нам нужно отсюда выбираться!

– Нам? Ещё недавно ты говорил, что есть только ты и твоя свобода! – с обидой выговариваю ему.

– Обстоятельства изменились…

– Где гарантии, что они не поменяются снова и ты не оставишь меня здесь?

– Гарантий нет, придётся поверить…

Молчу. Взвешиваю в уме все слова.

– Хорошо… – вздыхаю обречённо. – Что будем делать?

– Умница, – одобрительно проговаривает Адриан. Похоже, думал, что меня придётся уговаривать дольше. – У нас тут один выход. Дверь я осмотрел. Там без шансов. Но есть вентиляционное отверстие. Судя по твоим размерам, поместишься.

Отгоняю мысли об узкой вентиляционной трубе подальше. Сейчас не время поощрять клаустрофобию. Рея, прошу, будь сильной!

– А как же ты?

– Ты попробуешь открыть мне двери с той стороны…

– Настолько доверяешь мне? Я могу не вернуться…

– У меня нет выбора. Но если не вернёшься, то буду приходить тебе в кошмары каждую ночь и распугаю всех твоих розовых единорогов! – шутливо добавляет Адриан. А у меня снова закатываются глаза. Он невозможен.

Встаю на ноги и чуть не утыкаюсь носом в Адриана. Понимаю это по запаху одеколона. Тут же делаю шаг назад. Не думаю, что в темноте он вообще понял, что происходит.

– Может, включишь фонарик?

Адриан молча включает фонарик. Прищуриваюсь. Жду, пока глаза привыкнут к свету. Адриан не сводит с меня серых глаз. Потом переводит их вверх прямо надо мной. Прослеживаю за его взглядом и вижу вентиляционную решётку прямо под потолком.

– Это очень высоко! – восклицаю я.

Опускаю глаза на стену в поисках выемки или чего-то, за что можно ухватиться. Только сейчас замечаю, что стою на своём плаще. Ступаю в сторону.

– Я подсажу! Но нужно придумать, как открыть решётку. Есть пилочка?

Не удерживаюсь от смешка. Он понимает всё без слов. Я не похожа на леди, которая всегда с собой носит дамскую сумочку. Я скорее похожа на подростка, сбежавшего из дома. Тут в голову приходит решение:

– У меня есть пластиковая карта…

Адриан смотрит на меня внимательно.

– Хм, может, сработает! Давай пробовать!

Быстро опускаюсь на корточки и начинаю рыться в карманах плаща. Там только мелочь, перекладываю её в карманы штанов. И наконец-то нахожу карту. Победно вскидываю её перед Адрианом.

– Скорее, Рея! Запах гари всё явственнее! – поторапливает меня Адриан. Он положил фонарик в карман так, чтобы светил. А сам быстро встал под решёткой. Адриан сцепил руки перед собой ладонями вверх, намекая, что мне следует на них наступить.

Спешу к Адриану, держа карту в руке. Адриан достаточно высокий. Он минимум на голову выше. Поэтому приседает, чтобы мне было удобнее. При этом опирается спиной о стену, чтобы не потерять равновесие. Берусь одной рукой за его плечо и ставлю правую ногу на его сцепленные руки. Он легко поднимает меня. Держусь за стену за его спиной.

– Переходи ко мне на плечи! И держись крепче, чтобы не свалиться! – раздаёт он короткие команды. Но они и не нужны. Я сама интуитивно чувствую, что он ждёт от меня дальше.

В итоге стою на плечах Адриана лицом к стене. От высоты захватывает дух. Но чувствую крепкую хватку Адриана на лодыжках. Опираюсь на стену левой рукой. Второй рукой держу карту. Решётка прямо передо мной. Приходится немного согнуть голову, чтобы не упираться в потолок. Тут всего два винтика. Справа и слева решётки. Вставляю угол карты в шлиц винта. Надавливаю и пытаюсь повернуть. Винт не поддаётся. Нажимаю сильнее. Вкладываю все силы и наконец вижу движение. Фух. В груди бешено стучит сердце, подгоняя меня. Второй винт раскручивается легче. Его частично сдвигает решётка, которая под весом стремится вниз. Приходится перестать держаться за стену и полностью положиться на хватку Адриана. Второй рукой придерживаю решётку. Наконец-то винт выскальзывает и с гулким эхом падает на пол. Засовываю карту в карман штанов. Придерживаясь за стену, чуть приседаю, отдавая решётку Адриану. Он быстро хватает её и кидает на пол. В мою опустевшую руку Адриан быстро что-то вкладывает и сжимает пальцы. А потом снова возвращает свою руку на лодыжку, продолжая придерживать. Выпрямляюсь. Теперь понимаю, что в руке фонарик. Мне страшно. Впереди узкая труба вентиляции. Там темно. Что ждёт меня дальше – неизвестно… Засовываю руки и голову в вентиляцию. Упираюсь руками и подтягиваю тело. Чувствую, как Адриан толкает ноги выше, чтобы мне было удобнее. Так оказываюсь полностью в вентиляционной шахте. Свечу перед собой фонариком и подтягиваюсь на локтях дальше. Тут недостаточно места, чтобы оглянуться и посмотреть в ту темноту, где остался Адриан. Надеюсь, у него стальные нервы. Потому что ожидание в тёмной комнате неизвестно чего, как по мне, ещё хуже, чем это узкое пространство.

Стараюсь ускориться. Помогаю себе носками ног отталкиваться от стенок. Но это не так просто. Всё равно ощущаю себя улиткой. Особенно когда тоже начинаю чувствовать лёгкий запах гари. Спустя пару минут ползания натыкаюсь на разветвление труб. Решаю взять левее. По мысленным подсчётам, именно слева был склад, через который меня вели. Наконец-то вижу решётку внизу трубы. Даже не думаю о том, чтобы не выдать себя светом. Сейчас думаю только о том, что в моих руках не только моя жизнь, но и жизнь Адриана. Мне везёт: решётка ничем не закреплена. Её нужно лишь сдвинуть. Кладу фонарик немного дальше перед собой. Стараюсь как можно бесшумнее отодвинуть решётку. Но бесполезно. Она тяжелее, чем думала. И создаёт такой громкий скрежет, что если тут кто-то есть, то вопрос времени, как скоро он найдёт меня. Спустя пару минут пыхтения отверстие открыто. Решаюсь проползти чуть дальше над отверстием, чтобы можно было сначала спустить ноги, а потом голову. Вкладываю фонарик в карман брюк. От него уже не такое яркое свечение, но всё равно видно. В итоге опускаю сначала ноги, а за ними туловище. Висну на руках, держась за края отверстия. Подо мной виднеется пол, и он кажется не слишком далеко. Решаюсь наконец отпустить руки. Приземление не самое приятное. Чувствую боль в лодыжке от резкого соприкосновения с полом. Но сейчас нет времени об этом думать. Вынимаю фонарик и осматриваюсь. Как и предполагала, тот самый склад. Вдалеке вижу струящийся по потолку густой дым. Очень плохо. Надо спешить!

Бегу по проходу к комнате, где нас заперли с Адрианом. Неуверена, что правильно сориентировалась. Просто надеюсь на удачу. По дороге сдёргиваю брезент с полок в надежде увидеть что-то полезное. Но там только прозрачный целлофан. И тут на глаза попадается кусок тонкой ржавой трубы. Не задумываясь, подхватываю и её. Оказываюсь перед нужной дверью, и она содрогается от того, что кто-то пытается выбить её с той стороны. Но бесполезно. Кладу фонарик на пол и берусь двумя руками за трубу. Начинаю со всей ярости бить по навесному замку. Толчки с той стороны не прекращаются.

Замок не поддаётся. Охватывает отчаяние. Но продолжаю наращивать ярость внутри себя. Особенно когда чувствую, что дым уже и здесь, что от него слезятся глаза. Меня мучает выбор: бросить трубу и спасаться самой или продолжать бить этот чёртов замок. Но знаю, что никогда себе не прощу, если уйду. Если сдамся. Вкладываю всю злость и отчаяние в каждый удар. Даже не верю себе, когда замок поддаётся. Последний толчок Адриана с той стороны, и Адриан резко вваливается в эту часть склада. Смотрит на меня сначала с неверием, потом переводит взгляд на руки, которыми я крепко вцепилась в трубу. На то, чтобы оценить обстановку у Адриана уходит буквально несколько секунд. Он выхватывает трубу. Одной рукой держит её, а другой хватает мою ладонь. И срывается с места в сторону выхода. Даже не успеваю сказать про фонарик. Я почти ничего не вижу из-за дыма. Начинаю закрывать свободной рукой рот и нос, чтобы не кашлять. Не понимаю, как Адриан что-то видит. С паникой помогает справиться только то, что чувствую, как крепко Адриан держит меня за руку. Останавливаемся возле стеллажа. Адриан кладёт трубу на верхнюю полку и за талию быстро подсаживает меня туда же. Подтягиваю ноги и залезаю полностью. Сажусь на согнутые колени. Тут невозможно выпрямиться. Адриан ловко запрыгивает сам. И только тут вижу окно за стеллажами. Адриан садится на колени перед окном. Берёт трубу и замахивается. Громкий звон стекла оглушает. Адриан быстро сбивает трубой острые грани и спрыгивает в отверстие.

– Прыгай, я словлю! – кричит он снизу.

Неуверенно подползаю к краю. Из-за дыма почти ничего не видно. Свешиваю ноги с окна и прыгаю. Меня уверенно ловят чьи-то руки и ставят на землю. Даже не верю, что выбрались из этого ада. Адриан тянет за руку куда-то дальше от стены. Не могу толком разглядеть, что вокруг. Глаза слезятся, сама кашляю. Только осознаю, что на улице уже светло. В помещении казалось, что ночь.

Адриан отпускает руку только, когда оказываемся в сыром подъезде. Здесь сильно воняет плесенью. Адриан начинает подниматься по лестнице. А я стою как истукан, лихорадочно соображая, что делать. После дыма в голове туман, лёгкие горят.

– Долго ещё будешь стоять? – Адриан, похоже, только сейчас заметил моё замешательство. Он стоит на лестничном пролёте и смотрит прямо на меня.

– Куда мы идём?

– Ко мне… – лениво отвечает он и наблюдает за реакцией.

– Что??? Я, знаешь ли, не планировала идти в гости. Похоже, тут наши дорожки расходятся… Спасибо, что помог выбраться из ада и счастливо оставаться… – на этих словах разворачиваюсь к выходу.

Я обдумала всё ещё в той комнате. Безопаснее быть одной. Когда обо мне знает как можно меньше людей. Адриан очень умный. Вопрос времени, как скоро вычислит, кто я. Скорее всего, погонится за вознаграждением за мою голову. Так делали все. Исключение – только бабушка.

– Что ж, я думал, ты голодна и хочешь смыть с себя весь этот пот и грязь… – его спокойный голос летит в спину. И Адриан попадает в цель. Ведь всё, о чём мечтаю, – простые вещи: душ и еда.

Разворачиваюсь, не дойдя до двери.

– Пожалуй, можем расстаться на двадцать минут позже… – говорю и начинаю подниматься. Адриан лишь выдавливает смешок и продолжает идти вверх. Следую за ним как тень.

На третьем этаже Адриан останавливается у серой железной двери. Толкает её, и она поддаётся. Хм, он настолько уверен, что не запирает? Или живет не один?

– Прошу! – придерживает дверь и показывает рукой.

– Только после тебя…

Если там кто-то есть, то у меня хотя бы будет путь к отступлению.

– Трусиха, – с улыбкой констатирует Адриан.

Проходит первым и включает свет в прихожей. Захожу за ним. Оглядываюсь. Достаточно просторно и скромно. Светлые обои. Вешалки. Пара мужских кед у двери. Впереди коридор, судя по всему, на кухню. Слева и справа ещё две двери. Думаю, одна – ванная. Но не уверена.

Следую примеру, разуваюсь. Оставляю потрёпанные кеды у входа.

– Осмотрись пока, а я быстро в душ и подумаю, что поесть… – с этими словами Адриан заходит в комнату направо и через пару минут возвращается с одеждой, уверенно шагая в дверь, где, по догадкам, ванная. Слышится шум воды.

Стою возле двери. Решаюсь пройти дальше. Заглядываю в комнату справа. Большая кровать и шкаф. Спальня. Захожу. Открываю шкаф, чтобы понять, кто тут живёт кроме Адриана. На полках только мужские вещи. Понятно. В комнате больше ничего не привлекает внимание. Выхожу и иду к кухне. Кухня небольшая. Старенький холодильник, плита, шкафчики. Обычная. Не понять, кому принадлежит. Ни фото, ни заметок. По центру стол и два стула. Подхожу к окну, оцениваю район. Небольшой дворик. Дальше – малоэтажки. Людей нет. Похоже, рано. Ищу часы. Их нет. Вдалеке замечаю чёрный дым. Неужели склад ещё не потушили? Хорошо, что стоит отдельно. Огонь не перекинется на дома.

– Душ свободен!

Вздрагиваю, оборачиваюсь. Адриан стоит в проходе. Как он ходит беззвучно?! Мне бы так. Осматриваю. Выглядит хорошо. Чистая футболка, спортивные штаны. В руках одежда. Сейчас от него не веет опасностью. Но помню его скорость и силу. Это обманчиво. Рея, не теряй бдительности!

Направляюсь в ванную. Когда прохожу мимо Адриана, он неожиданно хватает за локоть. Останавливаюсь.

– Нашёл во что переодеться, – протягивает одежду.

Беру. Это лучше, чем то, что на мне. Всё в копоти.

Прохожу в ванную. Тут просто: туалет и душевая кабина. Запираю дверь. С удовольствием стаскиваю пропахшую дымом одежду. Под душем провожу много времени. Решаю помыть и голову. Неизвестно, когда будет следующая возможность.

Выходя из кабинки, беру ближайшее махровое полотенце. Вытираюсь. Как могу, сушу волосы. Рассматриваю одежду от Адриана. Простая футболка, тёплая клетчатая рубашка, чёрные спортивные штаны, носки и мужские трусы с биркой. Очень мило…

Натягиваю всё. Трусы, конечно, больше на шорты смахивают, но ладно. Хотя бы благодаря тугой резинке и верёвочкам могу закрепить, чтобы не свалились. Рукава рубашки и штаны подгибаю. Хорошо, что оверсайз сейчас никого не удивит, не буду белой вороной. Ищу мусорку, чтобы скинуть старую одежду. Мусорки нет, зато есть корзина для белья. Там вещи Адриана. Кидаю свои сверху. Надеюсь, ему не трудно будет выбросить. Вспоминаю, что в штанах карта и мелочь. Роюсь в карманах и замечаю на вещах Адриана необычную нашивку. Красной нитью в форме дракона на кармане толстовки. Значок смутно знаком. Не вспомню, где видела. Думаю, неважно. Свою карту и мелочь запихиваю в карманы новых брюк. Собираюсь выйти и ловлю свои очертания в зеркале. Замираю. На меня смотрит девушка с большими зелёными глазами, тёмными волосами до плеч. Волосы мокрые, растрёпанные. Будто смотрю на незнакомку. Удивляет, как повзрослел взгляд со вчерашнего дня. В нём уже меньше наивности и больше осторожности и решительности. Машу головой, сбрасывая грусть по вчерашней весёлой наивной девушке, которая, несмотря на жизнь в бегах, считала её определённой, понятной, относительно стабильной. Воспоминания о бабушке вызывают острую боль в сердце. Неизвестность – худшее наказание.

Выхожу и слышу запах яичницы. Тут же организм вспоминает, что последний раз ела вчера днём. Живот усиленно урчит. Неловко.

Адриан уже сидит за столом, уплетает свою порцию. Оборачивается на шаги.

– Садись завтракать, – кивает на тарелку напротив.

Проскальзываю мимо, сажусь на стул. Хватаю вилку, оставленную возле тарелки. Тут же начинаю уплетать макароны с яичницей. Вся еда кажется невероятно вкусной. Так сосредоточена, что не замечаю ничего.

– А ты необычно пахнешь…

Я в шоке, чуть не давлюсь макаронами. Вскидываю глаза. Адриан перестал есть, странно смотрит, будто принюхивается. Тоже начинаю принюхиваться. Наверное, выгляжу чудно.

– Не понимаю, я пользовалась обычным мылом с твоей полки…

– Хм, может, показалось… – Адриан переводит взгляд на тарелку и снова ест, как ни в чём не бывало.

Не покидает ощущение, что он что-то недоговаривает.

– Какие планы дальше? – спрашивает он спустя молчание.

– Выбраться из Беркиса…

– Понимаю… Помощь нужна?

– С каких это пор ты стал таким добросердечным? – не удерживаюсь от подколки. Слишком быстро меняет решения. Не забыла его слова, что мы не товарищи по несчастью. Мы сами по себе. Адриан ясно дал понять, что "мы"не существует, есть мир, где каждый выживает как может.

– Я задолжал тебе. Ты спасла мне жизнь… – его прямой пронизывающий взгляд не даёт шанса придумать подколку. Обезоруживает.

– Ты спас от пожара и голода. Тут ещё неизвестно, кто кому задолжал…

Адриан хмыкает. Молчит. Мы оба знаем, я права: он точно мне ничего не должен.

Доев, беру пустые тарелки и иду мыть к раковине.

– Это моё финальное "спасибо", – комментирую.

Пока мою, Адриан встаёт и уходит. Слышу шаги в коридоре. Ставлю тарелки сушиться и выглядываю как раз, когда он завязывает шнурки на кроссовках.

– Мне нужно кое с кем увидеться, дождись меня, – с этими словами выходит и захлопывает дверь.

Бегу к двери, дёргаю ручку. Хочу спросить, что имел в виду. Но дверь заперта. Сложно описать моё возмущение. Какого чёрта он закрыл меня здесь!? Что ты задумал, Адриан?

Глава 4

Если Адриан думает, что я буду сидеть и ждать тут как послушная собачка, он жестоко ошибается! Начинаю с проверки всех полок в комнате и на кухне – ищу запасные ключи. Роюсь в его шкафу, наплевав на порядок. Если он ведет себя так нагло, беспорядок – меньшее, чего он заслужил! Где же чертов ключ? Перерыла все полки в спальне, потом шкафчики ванной. Ключи не нашла, но во всей квартире явно прошел ураган под названием Рея. Кажется, я действительно была вне себя от злости. Обычно я более аккуратна. Нужен перерыв, чтобы успокоиться и подумать. Кипячу чайник, завариваю кофе. Сажусь за стол. С каждым размеренным глотком ко мне возвращается способность мыслить рационально. Внезапная мысль – и я вскакиваю, не допив. Бегу в спальню проверить, что за окном. Открываю, выглядываю. Третий этаж – высоковато для прыжков. С моей боязнью высоты – совсем не вариант. Справа от окна – пожарная лестница. Если высунуться наполовину, до нее можно дотянуться. Вот только как потом спускаться? Лестница кончается на уровне второго этажа. Высоко для моего роста. Хотя если повиснуть на руках, можно запрыгнуть на соседний балкон, а оттуда уже не так страшно. Ждать Адриана не собираюсь. Он что-то задумал. Я ему не верю. Никому не верю. Даже себе – через раз.

Вспомнила, что видела рюкзак в шкафу. Решаю собрать самое необходимое. Нашла теплую толстовку с капюшоном. Натягиваю ее вместо рубашки. Так теплее и комфортнее. Саму рубашку пихаю в рюкзак. Сверху – футболку, пару носков, свежее белье. Да простит меня Адриан за это своеволие, но он сам напросился… Хватаю черную кепку. Надеваю, запихивая под нее влажные волосы. На кухне беру черствый хлеб и кусок сыра из холодильника. Кукурузные хлопья из шкафчика тоже отправляются в рюкзак. Начатую колу выливаю, наливаю обычной воды. Так легче утолять жажду. Нахожу коробок спичек, салфетки и складной нож. Пригодится. Бегу в прихожую обувать кеды. Поднимаю голову – на вешалке тонкая куртка. Я забыла, что мой плащ остался на складе, а ночью может быть холодно. Недолго думая, хватаю куртку с вешалки и натягиваю на себя. Великовата. Но сойдет. Надеваю рюкзак на спину. Направляюсь в спальню к нужному окну. И решаю проверить карманы куртки. Резко останавливаюсь. Достаю правую руку из кармана и неверяще смотрю на связку ключей в своей руке. Умница, Рея! Перерыла весь дом, а ключи были на самом видном месте! Возвращаюсь к входной двери, вставляю ключ. Испытываю чувство облегчения при ощущении, что он подошел и мне не придется бороться со своей фобией высоты.

Выхожу на лестничную клетку, захлопываю дверь. Ключи оставила внутри. Раз квартира до нас была открыта – значит, ничего страшного. Быстро спускаюсь. Выбегаю из подъезда. Озираюсь. Осторожно. В окно видела, как Адриан пошел налево. Значит, мне – направо! Натягиваю капюшон. Со стороны, наверное, сойду за парнишку-подростка. Стараюсь добавить пружинистости походке. Чтобы никто не заподозрил девчонку.

Мне нужно исчезнуть и как можно скорее убраться за окраины Беркиса. Проблема только в том, что я здесь вообще не ориентируюсь. Знаю только, что юг – вотчина самой бедной, а значит, самой злой и опасной касты. Предполагаю, что дом Адриана как раз в северной части, потому что выглядит почти элитно на фоне беркисских лачуг. Что настораживает. В трущобах нет людей, у которых случайно оказалась во владении такая просторная квартира. Что ещё раз говорит о том, что Адриан не так прост, как могло бы показаться.

Чем дальше от дома Адриана, тем более явно ощущаю вонь. Свалки. За всеми событиями забыла об этом смраде. Стараюсь не терять из виду дым от склада – единственный знакомый ориентир. Обхожу дома по большому радиусу. Скоро и дым теряю из виду. Останавливаюсь передохнуть и придумать план. Сажусь под ближайшим деревом, прячась в тени. Шорох – и я вздрагиваю: рядом пробежала мышь. Ежусь. От всей окружающей обстановки мне, мягко говоря, не по себе. Идти напрямую к складу опасно. Пожар наверняка привлек зевак. Да и Кейси с Эриком могут быть рядом. Идти по окраинам – тоже рискованно. Все дальше от относительно благополучного севера. Идти напрямую в предположительную сторону склада опасно. Скорее всего, пожар привлёк толпы зевак. А также Кейси со своим дружком Эриком могут быть поблизости. Идти по окраинам тоже становится опасно. Я всё больше отдаляюсь от элитного северного района и всё больше не понимаю, где нахожусь. После недолгих раздумий решаю, что лучше будет рискнуть и двинуться прямо к складу, чем искать опасности во всей округе. Уже достаточно светло, слышны голоса. Мне еще тревожнее. Вовремя вскакиваю и прячусь за дерево – как раз когда из-за угла дальнего дома выходят трое парней. Приблизительно мои ровесники, но гораздо выше меня. Прижимаюсь к стволу дерева, стараясь слиться с корой. На всякий случай опускаю руку в карман ветровки, сжимаю складной нож. Парни о чем-то тихо говорят, постоянно озираясь. Не разберу слов. Они направляются к полуразрушенному дому, у которого я прячусь. Напрягаюсь как пружина. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно на другом конце города. Внимаю каждому звуку, готовясь в любой момент набросить морок. Хоть он и даст мне максимум две минуты форы, чтобы скрыться, и при этом не свалиться без сил прямо к ногам этих типов.

– Эй, Гор, ты уверен, что тут кого-то найдем? – раздается голос одного. – Уверен. Птичка напела, есть чем поживиться… – отвечает другой. По спине ползет холодок страха. Только сейчас замечаю палки в их руках. Они не должны меня увидеть. Иначе это будет самый короткий бой в их жизни. А в моей – первый и последний. Но я не думаю, что речь идёт обо мне… Неужели меня заметили? Становится не по себе. Так и тянет оглянуться. Еле сдерживаюсь. Нужно сосредоточиться на очевидной угрозе. Суетой себя точно выдам.

Они уже в двух шагах от моего хлипкого укрытия. – Разделиться бы, осмотреть развалины! – тихо предлагает рыжий. – Чип, обходи справа. Зиг, ты со мной, по центру, – командует самый крупный. Гор, судя по всему. Рыжий кивает, отделяется, бежит трусцой к другой части здания. Парни проходят мимо дерева. Я осторожно поворачиваюсь вокруг ствола, двигаясь синхронно, но в обратную сторону, оставаясь в тени. Навык прятаться за годы отточен до автоматизма. Доверяю телу. Боковым зрением смотрю, куда ступаю.

– Ты уверен, что Чипу можно доверять? – полушепотом шипит самый тощий из троих. Зиг. – Ходят слухи, он с падальщиками связан… Если так, Моргус нас убьет! Скормит своему психопату! Он не станет разбираться, в сговоре мы или нет! – Зиг, не паникуй! Смотри в оба! – огрызается Гор. – У меня есть рычаги на Чипа. Он нас не подведет!

Зиг немного успокаивается, но палку сжимает до побеления костяшек. Гор и Зиг приближаются к центру развалин. Думаю, как улизнуть, пока они отвлечены. Но шаг в сторону – и я на виду. – Пустиии! – раздается девичий крик.

Легкая дрожь пробегает по спине. Из-за угла появляется Чип, волоча за шкирку девочку. Лет четырнадцати. Мелкая, с острыми чертами лица. Она вырывается, брыкается, но Чип держит мертвой хваткой, прикрывая ей рот. – Смотри, кого поймал! – весело кричит Чип. – Зиг, а это не твоя сестренка, часом?

Перевожу взгляд на Зига. Он стоит спиной, но по неестественно прямой спине видно – напряжен до предела. Ещё сильнее сжимает пальцы на своём оружии.

– Нет у меня сестры! С чего взял? – слишком резко бросает Зиг. Гор поворачивается к нему, подозрительно щурясь.

– Уверен? – Гор гладит взглядом девочку. – Тогда что скажешь, если мы сдадим ее Моргусу? Такие экземпляры его обрадуют. Подростки проворны в гонках. Заработаем прилично.

Зиг в замешательстве. Косится на девочку. Та замерла, будто ждет приговора.

– Она слишком мелкая! Толку не будет! – Зиг старается говорить ровно, но нервозность сквозит в каждом слове. – Надо кого-то посерьезнее.

– Логично, – после паузы кивает Гор. – Но ее пока оставим про запас. Зиг, раз хочешь кого-то посильнее – постарайся, – Гор усмехается. Его явно забавляет ситуация с "сестрой".

Чип тем временем достает веревку, крепко связывает девочке руки. Когда та пытается кричать и кусаться, затыкает ей рот грязным платком. Теперь она только мычит.

– Ноги свяжи! Оставим тут, заберем после осмотра! – приказывает Гор.

Чип подчиняется. Давит на плечи девочки, заставляя сесть на бордюр. Та не удерживается, падает на спину. Извивается, пытаясь встать или сесть. Безуспешно. Чип и Гор усмехаются. Зиг замер.

– Продолжаем, – Гор отрывает взгляд от девочки. – Зиг, с Чипом – в левый подъезд. Я – в следующий. Тут должны быть ее дружки. Одна бы не выжила. Осторожнее, мелюзга теперь шустрее. Применяйте обездвиживатель.

Они кивают, расходятся. Через пять секунд скрываются из виду.

Пять секунд борьбы: инстинкт самосохранения кричит "беги!", но побеждает совесть. Выглядываю из укрытия. Никого. Рывок к девочке. Она замечает меня не сразу. Но когда видит – глаза расширяются от шока, она начинает дико мычать и дергаться. Прикладываю палец к губам: "Тише!"То ли от шока, то ли от стресса, она затихает, наблюдая, как я чертыхаюсь, пытаясь развязать узлы на ногах. Платок пока не вынимаю – не знаю, как она себя поведет, лишний шум ни к чему.

Узлы слишком тугие. Достаю нож, начинаю яростно резать веревку. Секунды тянутся вечность. От напряжения сводит пальцы, они почти не слушаются. По спине струится пот. То и дело озираюсь, готовая сорваться с места. Хотя не знаю, брошу ли ее одну. Если останусь – не помогу. А так – смогу следить, возможно, будет шанс вытащить ее из этой западни. Концентрируюсь на веревке. Когда большая часть перерезана, девочка начинает помогать, натягивая оставшиеся волокна. Веревка спадает. Вздыхаю с облегчением. Помогаю ей подняться. Вытаскиваю платок. Хватаю за локоть, тяну к следующему зданию. Бежим изо всех сил. Ей неудобно с завязанными за спиной руками, но времени на развязывание нет. Мы обе пыхтим и молча сопим в беге. Из-за адреналина в крови наше дыхание очень быстро сбивается. Пробежали несколько домов. Кажется, слышу крики сзади. Заскакиваем за угол здания. Надеюсь, наши петляния смогут сбить их с пути, и хочется верить, что они только предполагают, куда могла деться девочка, а не видели наверняка. Это хотя бы даст фору.

– Сюда, – шепчет девочка, направляясь к куче мусора.

Я в шоке. Не хочу задохнуться на свалке. Но она уже ловко огибает хлам, присаживаясь на корточки у большой деревянной коробки.

– Открой! – кивает на нее. Видя мое замешательство, добавляет резче: – Быстрее! Они близко!

Это выводит меня из ступора. Подбегаю, присаживаюсь на корточки, чтобы меня не смогли заметить со стороны здания. Откидываю крышку.

– Дно подними! – торопит она, нервно поглядывая назад.

Делаю так, как она сказала. Пальцами поддеваю старую деревянную досточку. Поднимаю. Под доской оказывается люк. Не медля ни секунды, отставляю доску в сторону и прилагаю все усилия, чтобы сдвинуть тяжёлый люк. Девочка в это время напряжённо следит за дорогой.

– Она не могла далеко убежать! И её дружки в том числе! – отчётливо слышу я голос Гора.

Они рядом. Вздрагиваю, тяну из последних сил. Как только появляется щель, в которую можно протиснуться, уступаю дорогу девочке.

– Ты первая. Я без рук не удержусь. Там слева железная лестница.

Рядом с коробкой – тонкая проволока. Хватаю, цепляю один конец за крышку коробки, другой кладу у люка. Повезло – проволока длинная. Смогу дернуть и закрыть крышку. Нужно замести следы. Спускаюсь по лестнице на несколько ступенек, чтобы помочь девочке. Кепка мешает – сдвигаю козырек назад. Девочка следует за мной и начинает тоже спускаться по лестнице. Из-за того, что руки у неё связаны, она постоянно заваливается назад. Держу её в кольце рук, не давая упасть. Хорошо, что она мельче меня. Тяну за проволоку, когда мы почти скрылись. Крышка с грохотом захлопывается.

Черт! Не подумала о шуме! Замираем, прислушиваясь. Мышиная тишина. Сквозь щели коробки пробивается тусклый свет. Невыносимая вонь. Внизу, видимо, канализация. Ждем разоблачения. Проходят минуты… Тишина.

– Меня зовут Мира, – шепчет девочка.

– Рея, – отзываюсь.

– Рея, нужно спуститься ниже. У меня в кармане зажигалка, но свет нужно беречь.

– Ты уверена, что не утонем?

– Знаю тут все ходы.

– Хорошо, тогда давай двигаться медленно.

Я спускаюсь на несколько ступеней, Мира двигается следом, опираясь на меня. Так, пока моя нога не проваливается в холодную жижу на очередной ступеньке. Подавляю брезгливость, нащупываю ногой дно. Неглубоко. Ставлю одну ногу, потом другую. Даже думать боюсь, во что вляпалась. Хорошо, жижа лишь чуть выше щиколотки. Похоже, труба давно не используется. Помогаю Мире спуститься.

– Попробую развязать тебя.

– Хорошо. Зажигалка в правом кармане.

Нащупываю карманы куртки. Достаю зажигалку. После нескольких щелчков вспыхивает крошечное пламя. Света хватает лишь на метр вокруг. Даже не пытаюсь разглядеть, что под ногами. Запах провоцирует тошноту. Подношу огонек к узлу на ее руках. Слишком близко к коже, жечь нельзя. Одной рукой держусь за узел, тушу зажигалку, сунув в карман. Наощупь ковыряю тугой узел. Кряхтя от усилий, расшатываю его. Чувствую, как он поддается. Веревка ослабевает. Руки Миры свободны. Саму веревку пихаю в карман – может пригодиться.

– Спасибо! – шепчет она. – Дай зажигалку, пойму, куда идти.

Нащупываю зажигалку и ее руку. Вкладываю ей. Вспыхивает огонек. Она осматривается, сосредоточенно морща нос, будто что-то вспоминает. Потом направляет свет на трубу справа.

– Сюда, – уверенно говорит. – Дай руку!

Не дожидаясь, хватает мою руку. Огонек гаснет. Она тянет меня за собой в темноту. Делать нечего – следую за ней.

Глава 5

Судя по тому, что мы начали идти близко к стене, Мира держится за неё рукой, нащупывая путь.

– Старайся ступать как можно менее аккуратно, шум отпугнёт крыс, – спокойно говорит мне Мира.

Крыс? От одной мысли, что эта жижа под ногами кишит ими, волосы на голове встают дыбом. Я ведь даже не вижу в этой кромешной тьме! Тут же начинаю шагать так, что плеск разносится по туннелю. Да уж, плескаться в канализационной трубе, полной крыс, – о таком, Рея, ты даже не мечтала!

Несколько раз за путь мы останавливались. По ощущениям прошло около часа. Хотя, может, и меньше. Просто желание выбраться отсюда замедляет время здесь на максимум. На остановках Мира щелкает зажигалкой. Всматривается в тускло освещенный туннель впереди. Кивает своим мыслям. И мы снова идем в гнетущем молчании. Даже не пытаюсь заговорить, чтобы не отвлекать девочку. Да и из-за шлепанья по воде пришлось бы орать. Да и пропустить опасность – шансов больше. Удивительно, но я уже почти привыкла к этой вони. Даже если те трое не найдут нас по следам, вычислят по запаху. От нас наверняка воняет на несколько кварталов. Хотя это же Беркис. Может, никто и не заметит. Рея, благоухая ландышами, ты в Беркисе привлечешь к себе гораздо больше внимания! Такими мыслями гоню тревогу, пока мы бредем в темноте. Крыс видела лишь в мигающем свете зажигалки. Зрелище не из приятных. На одну чуть не наступила. От воспоминания её скользкого хвоста снова передергивает. Может, и к лучшему, что движемся вслепую.

Мира снова останавливается, щелкает огоньком. Мы на развилке. Одна труба уходит левее, другая – прямо. Видимо, этот стык она и нащупала.

– Тут через несколько шагов будет лестница вверх! – Она отпускает мою руку, шагает в туннель прямо и, приподняв зажигалку, осматривает стену справа. Я следую по пятам, вглядываюсь. Скоро свет выхватывает из мрака ржавые балки лестницы.

– Тебе лучше пойти первой, вверху снова тяжелый люк. Я за тобой посвечу!

Не медлю, хватаюсь за холодное железо. Начинаю карабкаться.

– Ай! – Резкий крик Миры снизу. Оглядываюсь. Девочка подняла ногу из жижи. Чуть выше щиколотки впилась огромная крыса. Боже, эта тварь толще её худой ноги! Мира трясет ногой, но крыса держит мертвой хваткой. Спрыгиваю, не думая. Брызги фонтаном. Крысу не отпугнуло. Вырываю зажигалку из руки Миры. Огонь гаснет на миг и вспыхивает снова. Подношу пламя прямо к ощеренной морде твари. Она взвизгивает, разжимает челюсти. Шлепается в воду и мгновенно исчезает в грязи. Стараюсь унять бешеный стук сердца. Паниковать нельзя – Мире нужна помощь. Надо выбираться, пока эти твари не сбежались и не вернулись.

– Ты как?

Мира морщится от боли. Видно, ей плохо. Но девочка стойко кивает. Пытается показать, что держится. Сила духа поражает. Она даже не плачет. Пару секунд – и на лице снова решимость. Хотя по силе хватки крысы почти уверена: рана кровоточит. – Теперь лезь первой, я подсажу. Оставлять тебя здесь нельзя. На запах крови они слетятся мгновенно.

Мира кивает. Даже в тусклом свете видно, как лицо её бледнеет. Не знаю, от моих слов или рана серьезнее, чем кажется. Тороплюсь. Мира хватается за лестницу. Я подсаживаю её свободной рукой что есть силы. Мира подается вправо, давая мне пролезть мимо. Убедившись, что держится крепко, хватаюсь за балку одной рукой, гашу зажигалку. Стараюсь не выронить. Карабкаюсь в темноте мимо неё. Надо быстрее – не знаю, надолго ли её хватит. Когда макушка упирается во что-то твердое, чиркаю огнём. Люк, точь-в-точь как в той коробке. Надо приподнять и сдвинуть. Гашу свет, засовываю зажигалку в карман куртки. Поднимаюсь выше, упираюсь плечом в холодный металл. Голову прижимаю к левому плечу, давлю правым изо всех сил. Люк сдвигается с первого раза! В щель пробивается свет. Что-то настораживает… Ламповый свет. Значит, помещение. Безопасно ли? Не знаю. Вдруг снизу стон Миры, её прерывистое дыхание. Кажется, она на пределе. Решаюсь, сдвигаю люк дальше, подключая второе плечо. Когда щель расширилась наполовину, осторожно высовываю голову. Тусклая лампа где-то высоко, темный потолок… Ни души. Высовываюсь по макушку. Не успеваю осмотреться, как чувствую ледяное прикосновение у виска. Пистолет?

– Так, так, кто это тут у нас? – позади мужской голос. Пытаюсь повернуть голову – новый тычок стволом. – Спокойнее, не дергайся! – замираю.

Думаю, как сунуть зажигалку Мире – пусть хоть шанс будет сбежать. Её-то, скорее всего, ещё не заметили.

– Кольт, это свои! С каких пор тебя пугает вид девчонки, что ты тыкаешь в них своим пистолетом! – внезапно Мира подаёт голос.

– Мира? – удивляется мужчина. Дуло тут же исчезает. Крышку люка резко отодвигают полностью, и чьи-то руки хватают меня за подмышки, выдергивая наверх. Оказываюсь в странной комнате – глухие стены, высокий потолок, как бункер.

– Миру укусила крыса, она ранена! – выпаливаю, едва переводя дух. Вижу, как Мира, цепляясь за лестницу, из последних сил подтягивается повыше. Кольт тут же опускается на колени, хватает её быстрым рывком и, встав, отходит от люка, бережно укладывая на пол.

– Так, посмотрим, что тут у нас…

Парень заворачивает штанину, но делает это грубо. Ткань тревожит рану, Мира шипит, сжимая зубы.

– Лучше разрезать, – говорю я и протягиваю ему свой складной нож.

"Единственное оружие, Рея!"– шипит внутри червь сомнения. Гоню его прочь. Кольт молча берет нож, быстро режет ткань вдоль. Из-под грязи сочится кровь. Почти весь низ штанины ею пропитан – рана глубокая. Черт. Вспоминаю про бутылку воды в рюкзаке и майку Адриана – сойдет на бинты. Кольт растерян – видно, с ранами не сталкивался. Я тоже. Действую интуитивно.

Забираю нож, делаю надрез на майке. Откладываю клинок, отрываю большой лоскут. Остальное отдаю Кольту:

– Порви вдоль, на бинты.

Тот даже не спорит. Видимо, в шоке. Иначе бы огрызнулся – не из тех, кто позволяет собой командовать. Пока Кольт рвет ткань, открываю бутылку, лью воду на рану, смывая грязь. Протираю лоскутом. Мира прикусила губу, только вздрагивает. Ни звука. Кровь не останавливается. Прижимаю чистый лоскут к ране, другим аккуратно бинтую щиколотку. Молюсь про себя, чтобы без заражения. Иначе страшно представить последствия. Не думаю, что в Беркисе врачи на каждом шагу. Тем более врачи готовые работать за бесплатно.

– Нужно обработать рану как следует. Где взять лекарства? – спрашиваю Кольта, который молча наблюдал.

– Лекарства? Шутишь? Максимум – листья артокуса…

Хм, артокус… Бабушка о нем говорила. Может помочь. Растет в тени у воды. Большие оранжевые листья, даже летом. Из-за того, что растение приметно, то слишком редко получается его найти. Потому что большая вероятность, что его нашли до тебя. Бабушка говорила, что его нужно добавить в воду и подогреть, чтобы он был максимально полезным. В больших количествах он может стать ядом, так что нужно быть аккуратным в дозировках

– Лучше, чем ничего, – вздыхаю. Эффективен ли он против заражения – не знаю. – Где его найти?

– Ты вообще кто такая? – Кольт внезапно переводит взгляд на меня, тяжелый, изучающий.

Глава 6

Пока Кольт не сводит с меня цепкого взгляда, я впервые разглядываю его. Светловолосый, небритый. На голове беспорядок. Похоже он часто взъерошивает свои волосы. Острый нос с горбинкой. Узкие цепкие глаза. Ненамного выше меня, но явно крепче и шире в плечах. Лет двадцать пять. Всего на пару лет старше, но это не мешает ему чувствовать себя хозяином положения. Его взгляд свысока режет. Может, дело в недоверии? К Мире он явно теплее.

– Разве сейчас это важно? Разве не важнее позаботиться о Мире?

Не хочу оправдываться перед ним. И тем более не хочу рассказывать, кто я такая. Мне стоит придумать достойную сказку, в которую смогут поверить все вокруг, включая меня саму. А пока у меня не было на это времени. Адриан очень быстро нашёл пробелы в моей лжи. Проверять, сообразительнее ли Кольт, не буду. Меньше слов – меньше зацепок. По крайней мере, планирую придерживаться этой стратегии.

– Да, черт возьми! Еще какое значение! Откуда ты свалилась на наши головы? И откуда мне знать, что ты не шпион Моргуса…

– Да кто вообще такой, этот ваш Моргус? Второй раз слышу…

По округлившимся глазам Кольта я понимаю, насколько выдала себя. Моргус в Беркисе не последний человек. Не знать о нём – значит быть чужой. Или специально играть роль, что тоже не в мою пользу. Рея, ну как же тебя угораздило! Ставишь ловушки самой себе своим бесконечным любопытством.

– Не знаешь Моргуса? – Взгляд Кольта стал не просто жестоким – им можно порезаться. – Проблемы вроде тебя мне не нужны. Уйди по-хорошему… Иначе отсюда не выйдешь!

Для убедительности шагает ко мне. Сдерживаюсь, чтобы не отпрянуть. Я ничего ему плохого не сделала! Но логика в его словах есть. Доверять мне он не обязан.

– Кольт, пожалуйста… – Тихий голос Миры режет тишину. Прерывает нашу дуэль взглядов. Возвращает в реальность.

Кольт подходит к Мире, проверяет ногу. На самодельной повязке проступает кровь. Девочка еще бледнее. Видно, организм и так был слаб, а укус стал последней каплей. Я не врач, но даже мне ясно: без помощи Мира не выкарабкается. Она вот-вот рухнет без чувств.

– Кольт, пожалуйста, оставь разборки на потом… Ради Миры!

Я с мольбой смотрю на него и вижу сомнения в его взгляде. Это длится буквально секунды.

– Хорошо, но все твое оружие останется у меня!

Кольт подходит ближе и вытягивает руку ладонью вверх. Ждет, что я скину всё, что у меня есть.

– Всё мое оружие и так у тебя, – киваю на нож в его кармане. Заметила, как сунул, разрезав Мире штаны.

– Тогда твой рюкзак останется возле Миры, а тебя мне придется обыскать…

Думаю недолго, потом понимаю: другого варианта пойти за артокусом нет.

Снимаю рюкзак и поднимаю руки над собой в сдающемся жесте. Кольт воспринимает это как призыв к действию. Мне неприятно, что его руки нагло проходятся по карманам куртки, штанов, вдоль бедер, спине. Бью его по рукам, когда он тянется к груди.

– Я расстегну куртку! Не распускай руки!

Расстегиваю куртку, приподнимаю худи и майку так, чтобы был виден только живот.

Он удовлетворенно кивает. Возвращаю одежду на место и скорее застегиваю куртку. Хочется помыться после его колючего взгляда. Мира, похоже, совсем не разбирается в людях. Иначе как объяснить, что они в одной компании? Хотя, когда речь о выживании, критерии меняются. Жизнь вносит коррективы в пожелания.

– Идем! – Кольт кивает на дверь, которая почти сливается с темно-серыми стенами.

Он быстрыми шагами пересекает комнату. Спешу за ним. Кольт резким рывком открывает дверь и выходит первым. Кидаю обеспокоенный взгляд на лежащую на полу Миру. Медлю пару секунд, затем проскальзываю вслед за Кольтом. Мы оказываемся в длинном коридоре. Вдоль всего коридора горят редкие лампы, из-за чего часть поглощена мраком. Кольт уверенно движется. Он даже не оглядывается, проверить, иду ли я за ним и не пытаюсь ли напасть со спины. Не верится, что минуту назад видел во мне угрозу. Создается впечатление, что он просто хотел меня облапать. Или же спасение Миры наконец вышло на первый план? Все эти мысли бегают в голове как беспризорные дети по игровой площадке. Пора бы взять их под контроль. Иначе будет сложно выживать среди таких как Кольт. Мы выходим к новой двери. Тут Кольт осторожничает. Приоткрывает, высовывает голову. Сканирует. Бесшумно проходит, придерживает мне. Мы оказываемся в полуразрушенном здании. ЗДве стены целы – со стороны бункера. Остальное – груда кирпичей. Вместо крыши – серое затянутое тучами небо. В воздухе помимо вони от свалки пахнет скорым дождем. Странно, но промокнуть не страшно. Может, дождь смоет канализационную грязь? Кругом тишина. Так тихо, что слышно неровное дыхание Кольта. Он нервничает. Причина мне неясна. Разве что переживает за Миру настолько сильно. Кольт оглядывается назад, и мы встречаемся взглядами. Он ничего не произносит, но я читаю по взгляду. Мне нужно быть его тенью: бесшумно и незаметно следовать за ним. Открываю рот, чтобы уточнить, долго ли идти. Но Кольт отворачивается. Явно не настроен разговаривать. Ах да, я же всего лишь тень, которой не положено задавать вопросы. Не больно-то и хотела с ним разговаривать, в друзья к нему точно не набиваюсь

Кольт тем временем начинает аккуратно двигаться вдоль кирпичей. Переступает небольшие доски и камни. Движется довольно быстро. Еле успеваю смотреть под ноги и оценивать обстановку. Все, что в основном вижу: его прямую напряженную спину. Когда проходим груду кирпичей, попадаем в место, заросшее кустарниками. Становится все сложнее пробираться, ветки то и дело царапают лицо. Поправляю кепку, чтобы скрыть большую часть лица, и накидываю капюшон. Ветки не приносят столько неприятностей, но и обзор уменьшился. Сквозь кустарники Кольт пробирается так небрежно, что после него много сломанных веток и следов от обуви. Даже если потеряю его из вида, по этим знакам смогу определить, куда ушел. Похоже, здесь он не ждет неожиданных нападений. С этими мыслями немного расслабляюсь. Мы движемся в абсолютном молчании. Каждый думает о своем. Хотя, может, он тоже мысленно возвращается в тот бункер, где пришлось оставить Миру. Удивительно, я знаю Миру всего несколько часов, но нас уже так много связывает. С ней все будет в порядке! Именно эту мысль гоняю в голове чаще остальных. Мне просто необходимо верить хоть во что-то хорошее.

Внезапно Кольт останавливается. Не успеваю сориентироваться и врезаюсь в него. Он чертыхается и оборачивается. В его глазах полыхает злость. Я тут же отскакиваю от него насколько возможно. Он прикладывает палец к губам, чтобы я и не думала издавать звуки. Замираю. Задираю кепку повыше, чтобы лучше видеть, напрягаю слух. Кольт всматривается в пространство перед собой. За его спиной ничего не видно. Показывает идти вбок. Двигаюсь боком, пытаясь разглядеть хоть что-то. Что его остановило? Мы оба оказываемся скрытыми густыми зарослями. Начинаю улавливать голоса. Выглядываю из-за спины Кольта и вижу вдалеке сквозь ветки чьи-то силуэты. Мои глаза округляются, когда вижу, как двое парней тащат под руки избитого парня. Тот упирается как может, но силы на исходе. За ним еще двое тащат девчонку. Не могу определить с такого расстояния, сколько им лет. Руки у них связаны. Во рту кляпы. Дергаюсь вперед в желании помочь. Но Кольт, уловив движение, крепко перехватывает меня за локоть. У нас начинаются безмолвные переговоры. Он всем взглядом показывает, чтобы не смела рыпаться и подставлять его и себя. Молча соглашаюсь. У меня с собой нет ножа. Что я могу сделать? Отвлечь их? Но их как минимум четверо. Даже если двое побегут за мной, что делать с остальными. Да и как я смогу им помочь, если стану третьей связанной. Самое ужасное – это продолжать смотреть и быть беспомощной.

Тем временем парня и девушку заталкивают в машину. Конвоиры залезают следом. Машина срывается с места. Мы какое-то время проводим в абсолютной тишине – на случай, если кто-то из них остался и может нас обнаружить.

– Кто это был? – Мой шепот прерывает тишину.

– Люди Моргуса…

– Зачем им эти ребята?

– Ты что, правда не в курсе? Как тебя занесло в Беркис?

Черт! Снова этот вопрос, который ставит меня в тупик. Кольт и так не доверяет. Одна неверная попытка соврать – и я буду завидовать тем ребятам, которых увезли на машине.

– Хотела здесь затаиться, – выдаю часть правды, не раскрывая подробностей.

– Убегаешь от закона? – По-своему понял меня Кольт. – Хм, и что же ты натворила?

– Я никого не убивала, если тебя интересует именно это…

– Да это и так написано у тебя на лбу! Может, ты воровка?

Я неопределенно пожимаю плечами. Кольт понимает, что дальше бесполезно уточнять, и перестает буравить меня взглядом. Вздыхаю от облегчения. Пока Кольт не стал копать дальше – и это не может не радовать. Возможно, ему будет достаточно этой информации. До какого-то времени.

– Так может, расскажешь про Моргуса? – догоняю Кольта, который уже снова пробивает путь среди зарослей.

– Единственное, что тебе о нем знать – лучше держаться от него как можно дальше.

Даже не ожидаю от Кольта откровенности, но, похоже, он сам хочет отвлечься от грустных мыслей о Мире. Иначе как объяснить, что после нескольких минут молчания он продолжает:

– Моргус – значимая фигура в Беркисе. Ему не писаны общие правила. У него в подчинении люди с оружием. Он беспощаден с теми, кто не на его стороне. Его банда – самая жестокая и беспринципная. Если ты слышала о Змеях, то он главарь.

– Я думала, самая жестокая банда Беркиса – Падальщики…

– Да, так думают многие за границами Беркиса… И так было какое-то время. Пока Моргус не возглавил Змей несколько лет назад. Именно тогда жизнь здесь начала превращаться не просто в ад, а в котел в самом сердце ада. Несмотря на то, что Беркис полнится ворами и преступниками, тут все равно всегда существовали правила. Вот только Моргусу стало плевать на эти правила.

– А зачем они забрали тех ребят? И почему за нами с Мирой гнались люди Моргуса?

– Вы убежали от людей Моргуса? Как это возможно? – Тут Кольт даже остановился и оглянулся. Он надеялся, что я шучу.

– Их было трое. Случайно подслушала часть разговора. Они говорили, что им придется отвечать перед Моргусом. А потом нашли Миру. Пока они ушли искать сообщников Миры, мне удалось развязать ей ноги. Так мы вместе сбежали в канализационную трубу. А дальше ты знаешь.

– Так просто ушли у них прямо под носом?

Кольт смотрел на меня как на самую великую сказочницу в мире. В чем-то он, конечно, прав. Но не в этот раз. Сейчас я была абсолютно честна.

– Не так уж и просто. Если бы Мира не вспомнила про люк, мы бы с тобой сейчас не общались.

– Возможно, вы ушли. А возможно, вам дали шанс уйти…

– Что ты имеешь в виду? Хочешь сказать, их план был в том, чтобы мы привели их к кому-то?

От этой мысли по телу прошла дрожь. Меньше всего хотелось стать соучастницей в чьей-то игре.

– Я ничего не имею в виду. Но ситуация подозрительная…

– А как же Мира? Если они найдут ее одну, у нее нет шансов от них убежать… – На этих словах я остановилась. Уже готова была развернуться и нестись обратно.

– Не паникуй. Я всего лишь предполагаю…

Кольт хоть и пытался выглядеть невозмутимым, но видно было, что он тоже взвинчен.

– Но я уверена, не слышала никаких шагов позади в той трубе.

– О, поверь, они умеют быть бесшумными…

Я начала вспоминать все подозрительные моменты нашего побега с Мирой. Теперь мне тоже начала казаться вся эта ситуация странной. Или я становлюсь параноиком? Это что, передается по воздуху? Чувствую первые капли на коже. Темное небо говорит, что нас ждет долгий проливной дождь. Хорошо бы найти артокус раньше. тут понимаю – шагов Кольта давно не слышно. Поднимаю глаза. Кручусь. Его нет. Пытаюсь найти сломанные ветки вокруг. Хоть какие-то знаки, пожалуйста.

– Кольт? – Сначала зову полушепотом. Но когда никто не отзывается, зову громче: – Кооольт!

Тишина. Что же делать? Куда он пропал? Он на кого-то нарвался или просто ушел вперед? Где найти ответы на все вопросы? Кручусь на месте как загнанный в ловушку зверек.

Решаю пройти еще чуть вперед. Правда, уже даже не понимаю, с какой стороны пришли. Шагаю осторожно и медленно. Прислушиваюсь к обстановке после каждого шага. Оставляю за собой несколько тонких сломанных веток. По ним можно будет искать дорогу обратно. Двигаюсь так минут десять. Дождь усиливается. Уже намереваюсь вернуться. Ведь все равно не представляю, куда идти. Может, вернувшись к Мире, смогу придумать что-то еще. Вдруг вижу справа вдалеке блеск. Присматриваюсь. Меняю курс. Слышу шум воды. Ручей? Да. Маленький ручей в кустах. Тот, что нужен? Подхожу ближе. Дождь настолько усилился, что я вымокла полностью за минуту. Здесь нет больших деревьев, чтобы укрыться. Да и есть ли у меня время переждать, когда на кону здоровье Миры. Одежда стала мокрой и тяжелой. В ней я просто неповоротливая улитка. При виде воды осознаю жажду. Сажусь на корточки, загребаю ладонями. Пью жадно. Желудок урчит – пустой. Все запасы остались в бункере. Вдруг чувствую острую боль в затылке. Все тело пробивает резкий импульс. Пытаюсь дотянуться руками до затылка, но руки не слушаются. Тело немеет. Заваливаюсь на спину. Чудом не оказываюсь в ручье. От резкой боли во всем позвоночнике начинают течь слезы, которые быстро смывают капли дождя. С невероятным усилием поворачиваю голову вбок, чтобы защитить глаза от прямых капель. Ощущаю себя живым трупом. Мне кажется, я не жива и только фантомно воспринимаю все вокруг. Мой взгляд натыкается на чьи-то ботинки. Несколько пар ботинок.

Глава 7

– Добегалась? – слышу я будто сквозь вату чей-то грубый голос. Пробую ворочать языком, но он тоже меня не слушается.

– Что ж, эта девушка вполне подойдет. Кольт, ты молодец! Можешь же быть полез

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.