Юрист Музы
Могилы Богов: Безжалостная жертва

Он похоронил своих Богов и пришел за нашими…

Посвящается активистке и блогерке Катерине Ло. Спасибо за неравнодушие к женским проблемам!

Глава 1. Охота.

Миниатюрная девочка в больших очках и школьной форме сидела у кровати больного. Ее осунувшееся лицо с россыпью веснушек обрамляли каштановые кудри искусственных волос, на коленях лежала открытая книга. За окном сгущались сумерки, но школьница не хотела включать свет, чтобы не разбудить спящего.

Дверь в палату отворилась, и строгая медсестра поставила на стол поднос с двумя тарелками супа, хлебом и чаем.

– Тим, ужин принесли! – сказала девочка. – Может, поешь?

Лежащий на постели мальчик шевельнулся и открыл лихорадочно горящие карие глаза. На исхудавшем лице они казались огромными. У него совсем не было волос, выпали даже брови и ресницы.

– Что-то не хочется, Мио, – тихо ответил он.

– Надо поесть, иначе у тебя совсем не будет сил. Давай, немножко, пару ложек! – уговаривала девочка.

Она поднесла тарелку к его кровати:

– Хочешь, я тебя покормлю?

– Ну уж нет! – на лице Тима проступило упрямое выражение. – Сам справлюсь!

– Хорошо, – с затаенной грустью согласилась Мио.

Когда мальчик поел, она убрала на поднос почти полную тарелку и вернулась к книге. Тим снова устало закрыл глаза.

– Почитать тебе? – Мио подняла на него взгляд.

Он покачал головой.

– Что, совсем плохо? – обеспокоенно спросила девочка. – Потерпи еще немного… Скоро уже назначат операцию!

– Жду не дождусь… А то я что-то совсем расклеился. Превращаюсь в мумию. Даже ты уже не просишь тебя поцеловать.

В приливе сочувственной нежности Мио взяла его руку и поднесла к губам.

– Что ты делаешь? – нервно спросил Тим.

– Ничего. Извини, – она испуганно отстранилась.

– Я же пошутил.

– А я не шучу. Для меня ты всегда будешь самым красивым на свете…

***

Тим с тоской смотрел в окно на Дикий лес, окружавший больницу. Он сидел на кровати. Его красивые полные губы были сосредоточенно сжаты, руки беспокойно теребили одеяло, непослушные черные волосы топорщились во все стороны.

Он думал о побеге.

Приподняв футболку, парень машинально потер свежий шрам на животе. Рядом с ним красовалось несколько бледно-розовых полос – следы прошлых операций. Если бы только можно было уничтожить эту больницу, в которой они пленники, подопытные крысы! Чего стоит их великая цель, если ради нее должны умирать дети?! Тим сжал кулаки. О, как же ему хотелось спалить здесь все до тла!

Вдруг по глухим коридорам разлетелась трель сигнализации. Тим услышал крики и топот множества ног.

– Пожар! Объявлена пожарная тревога! Все наружу!

Дверь в его палату распахнулась, и в проеме показался темный силуэт.

***

Никто не верил, что война возможна. После изобретения магии и объединения всех стран под властью Короля мира, сама мысль о ней казалась дикой. И, однако же, это случилось.

Переступая через трупы, она шла вперед по коридору ратуши. Волнистые русые локоны развевались на ветру, который свободно проникал сквозь разбитые стекла. Девушка плотно закрыла за собой дверь и подошла к раковине. Из зеркала на нее взглянули усталые безжизненные глаза на забрызганном кровью лице. Она ударила кулаком по отражению и согнулась в беззвучном крике.

Вампиры были созданы как оружие. Предназначены для того, чтобы убивать. Их породила и выкормила война. Но почему же тогда так больно?!

Вампирша судорожно вздохнула, открыла воду и плеснула себе на лицо. Красные разводы побежали по бледным щекам. С чего все это началось?! Неужели ее судьба была предрешена уже с их первой встречи? Как же давно это было…

***

Ная собиралась на охоту. Макияж был нанесен, подчеркивая невинную голубизну ее глаз, платье элегантно облегало стройную фигуру, украшения были тщательно подобраны, и теперь она укладывала перед зеркалом свои прекрасные русые кудри. Как же хорошо, что создавший вампиров волшебник решил опустить часть легенды про отсутствие отражения, иначе приводить себя в порядок было бы крайне затруднительно!

Ная обворожительно улыбнулась себе. Да, так. Именно так она будет завлекать мужчин в свои сети. Если сделку предложат несколько, можно будет выбрать наименее противного. Хорошо для него, хорошо для нее: когда есть выбор, мужчине будет проще поверить в искренность ее интереса. А чем сильнее он возбужден, тем быстрее это закончится. И Ная, наконец, сможет утолить жажду.

Между вампирами и людьми существовало соглашение, известное как «Красота за кровь». Согласно этой Конвенции любой человек, достигший восемнадцати лет, мог воспользоваться красотой магических созданий, заплатив за это своей кровью. Вампир не имел права отказаться от сделки, как и потребовать ее заключения. Конечно, были и другие условия: нельзя пить одного человека чаще, чем раз в две недели, исполнение сделки не должно быть публичным, дабы не оскорблять общественную мораль, вампир имеет право сам выбрать время в течение суток, и прочие формальности, о которых Ная чаще всего даже не задумывалась.

Кто-то из бессмертных платил за кровь, избегая действия Конвенции, кто-то предпочитал регулярные связи, а ей нравилось разнообразие. Нравилось чувствовать себя желанной и нравилось желать. Не их тел, а той живительной влаги, что скрывалась под кожей. Ная любила пробовать их неповторимый вкус, открывать для себя новые грани ощущений.

Накинув на плечи меховую накидку, вампирша скоро оказалась в своем любимом баре «Тихая пристань».

Вечер только начинался, посетителей было мало. Все же Ная по привычке хищно огляделась, не особенно надеясь сразу найти интересную жертву.

За столиком в углу сидел симпатичный блондин, ложечкой размешивая кофе. На вид ему было не больше двадцати. Его мраморный профиль красиво оттеняли светлые пряди, в художественном беспорядке рассыпанные по высокому вороту плаща. Накидка доходила до середины бедра, открывая взгляду стройные ноги в светлых брюках. Черный шелковый шарф почти скрывал точеные ключицы. Свободная светлая рубашка подчеркивала совершенство его фигуры. Девушка усмехнулась, заметив, что небрежно накинутый на плечи незнакомца фиолетовый плащ был покрыт скоплениями восьмиконечных звезд.

Совет девяти объявил Звезду магов священным символом, отличительным знаком волшебников. Использование восьмиконечных светил, как простого украшения, тянуло на святотатство. Что это, протест? Художественное высказывание? Насмешка над магическим сообществом? Вызов Совету девяти?

Из чистого любопытства Ная подошла к прекрасному незнакомцу:

– Красивый плащ. Не боишься оказаться в тюрьме за такой образ?

Юноша обернулся, и у нее перехватило дух. Его живые глаза неестественно чистого изумрудного оттенка словно пронзали насквозь. Казалось, они светились изнутри.

– Вы беспокоитесь обо мне, милая леди? – его бархатистый голос обволакивал, заставляя забыть обо всем на свете. – Напрасно, я могу за себя постоять.

На его аристократически тонких губах заиграла хитрая улыбка. Вот уж кого бы точно взяли в вампиры! Не за этим ли он здесь?

Стараясь не показывать свою заинтересованность, Ная опустилась на свободный стул. Она кокетливо убрала локон за ухо и, подперев лицо кулачком, спросила:

– Неужели? Знакомство с боевыми искусствами не спасет от лишения свободы.

Улыбка парня приобрела снисходительный оттенок.

– Мое искусство спасет меня от чего угодно, – его лицо вдруг стало серьезным. – По крайней мере, я очень на это надеюсь.

Ная изящно пожала плечами.

– Что ж, надежда умирает последней. Есть ли у тебя имя, бесстрашный?

В глазах юноши зажегся озорной огонек. Он весело произнес:

– Зови меня «Пожиратель младенцев».

Глава 2. Пожиратель младенцев.

Ная испуганно отшатнулась.

– Тот самый?! Быть не может! – выдохнула вампирша.

Незнакомец пожал плечами:

– Отчего же. Пожалуйста, не бойтесь меня, милая девушка.

– Но Вы же последний злой волшебник, да?!

Юноша тяжело вздохнул.

– Совет девяти считает меня злым просто потому, что я не давал клятв на крови, – сказал он печально. – А, значит, в отличие от «добрых волшебников», я потенциально могу использовать магию во вред людям. Но ведь это совсем не значит, что я собираюсь это делать. Я – не мой учитель.

– Но что Вы здесь делаете? Зачем Вы здесь?!

– Присядьте, пожалуйста, моя леди. Вы позволите Вас угостить?

Ная мысленно стряхнула остатки страха и обворожительно улыбнулась. В конце концов, выглядел он совсем не грозно. Не станет же она бояться такого молоденького мальчика? Тем более, такого галантного.

– Я буду виски, – вампирша села за столик и кокетливо положила голову на ладонь.

Волшебник перевел взгляд на официантку, и та бросилась выполнять заказ.

Ная беззастенчиво разглядывала прекрасного незнакомца. Она еще ни разу не пробовала чародея. Интересно, каков он на вкус? Сможет ли она почувствовать в его крови отголоски той силы, которой он обладает?

– Вы пьете? – с интересом спросил Пожиратель младенцев, придвигаясь ближе.

– А, по-Вашему, женщина не может пить? Ах, какое ханжество! – шутливо возмутилась Ная.

– Нет, что Вы… Но разве вампиры могут почувствовать опьянение?

– На несколько минут, если алкоголь достаточно крепкий. Выпивка для нас – это больше дань традиции и уважение к собеседнику. Не оставлю же я своего спутника спиваться в одиночестве, верно?

– Как интересно! А что насчет других ядов? Они тоже действуют на вас какое-то время? – изумрудные глаза незнакомца горели неподдельным любопытством.

Ная смутилась. Его интерес почему-то пугал ее. Изящным движением откинув локоны с лица, девушка постаралась перевести разговор в более приятное русло:

– Вредная еда не сказывается на фигуре, а других ядов я стараюсь избегать. Да что же мы все обо мне, да обо мне! Может, лучше расскажешь о себе, красавчик? Чем ты увлекаешься?

Томным движением вампирша коснулась его руки. Каждый палец мага со второй фаланги и до самого кончика был покрыт тончайшей черной тканью или краской. Он не хочет оставлять отпечатков, следов своего присутствия? Скользнув выше, ладонь девушки легла на его прохладную кожу. Почувствовав, как под ней пульсируют артерии и вены, вампирша инстинктивно облизнулась и спрятала затуманенный взгляд под пушистыми ресницами. Волшебник невольно вздрогнул.

– У меня есть только одно увлечение: я пытаюсь создать идеального монстра, – неуверенно улыбнулся Пожиратель младенцев. – И я очень надеюсь, что ты мне в этом поможешь.

– Конечно! Все, что хочешь, – выдохнула вампирша. – Что я могу для тебя сделать?

Ная крепче сжала его кисть. Ее зрачки расширились. Маг сглотнул и накрыл ее руку своей, перехватывая инициативу:

– Ты знаешь самого древнего вампира?

– Разумеется. Это Мать, – прошептала девушка, наманикюренными пальчиками зацепила черный шелковый шарф и медленно стянула его с юноши.

– Твоя мать? – удивился волшебник. Его изумрудные глаза загорелись интересом.

– Нет, конечно. Я имею в виду Матерь насилия. Она наш негласный лидер. К слову, этот бар принадлежит ей. Это она меня обратила, как и большинство из ныне живущих вампиров, – Ная нежно погладила юношу по обнаженной шее. Как же соблазнительно пульсировала кровь под ее пальцами! Она желала его. И жаждала не только крови.

– Поэтому Вы зовете ее матерью? – слегка охрипшим голосом спросил волшебник.

– Нет, свое прозвище она получила за бесстрашие и жестокость к врагам, когда еще были войны, – тихо и доверительно ответила девушка, инстинктивно закусывая губу. – Думаю, ты знаешь, что когда магам запретили создавать людей и что-либо из людей, начались гонения на магических существ. Сначала вампиры пытались прятаться, но их находили и казнили. Тогда Матерь насилия объединила нас для обороны и добилась заключения Конвенции «Красота за кровь». Именно благодаря ей нас не уничтожили, как, например, оборотней.

– Удивительная женщина! – восхищенно прошептал Пожиратель младенцев.

Ная вдруг почувствовала укол ревности.

– Да, безусловно. Но почему бы нам не переместиться куда-нибудь в более уютное и уединенное место? – запустив пальцы в светлые волосы волшебника, мягко спросила вампирша.

– Хорошо, – словно завороженный, согласился юноша.

– Это большая честь для меня! – раздался рядом уверенный женский голос.

Волшебник обернулся. За его спиной стояла дородная девушка, розовощекая и полногрудая, кровь с молоком.

– Как только мне доложили, что сам Пожиратель младенцев почтил мой бар своим присутствием, я тут же поспешила встретить Вас, – Матерь насилия учтиво склонила голову. – Надеюсь, Вас все устраивает. Разумеется, напитки будут за мой счет.

Маг встал и подошел к миловидной хозяйке заведения.

– Матерь насилия, я полагаю? – спросил он, галантно целуя ее руку. – Чрезвычайно рад знакомству!

– Вижу, Вы удивлены. Когда меня обратили, худоба была не в почете. Увы, стандарты красоты меняются. Вампиры – нет.

– О чем Вы? Вы прекрасны! – возразил Пожиратель младенцев. – Вам ведь больше трехсот лет?

Тонкая черная бровь Матери насилия дернулась.

– Это поразительно! – не унимался маг. – Судя по дате Конвенции «Красота за кровь», Вам должно быть не меньше трех веков!

– Надеюсь, я не выгляжу на свой возраст, – холодно улыбнулась старейшая вампирша. – Что ж, чувствуйте себя как дома, господин злой волшебник.

– О нет, я допустил бестактность?! Простите меня, прелестное создание! – Пожиратель младенцев схватил Матерь насилия за руки, не давая ей уйти. – Я так рад встрече с Вами, что просто теряю голову! Позвольте мне загладить вину!

Щеки хозяйки вспыхнули. Увидев искреннее восхищение в изумрудных глазах мага, Ная снова испытала укол ревности. Теперь он будто бы забыл о ее существовании, нашептывая что-то на ухо Матери. Они скрылись в ее кабинете, который располагался на втором этаже, рядом с комнатами для уединения.

Залпом выпив стакан виски, Ная обиженно откинулась на спинку стула и сложила руки на груди. Вот и попробовала волшебника! Да как он вообще посмел предпочесть кого-то ей, такой красавице?! Да у него просто отвратительный вкус!

Заметив, что тонкий шелковый шарф, который она стянула с мага, все еще лежит на столе, вампирша взяла его и поднесла к лицу. Ная почувствовала нотки мяты и сандала, ее рот наполнился слюной. Сейчас она многое готова была отдать за глоток его крови… Что ж, всему свое время. Они еще обязательно увидятся. Если волшебник однажды уже пришел на их земли, то, как и большинство, вряд ли сможет остановиться. В слюне вампиров содержатся особые вещества, которые обезболивают и расслабляет жертву, лишая воли к сопротивлению. Физического привыкания они не вызывают, но психологическую зависимость от них вполне можно получить, как и от всего приятного.

В последний раз вдохнув его запах, вампирша убрала шарф в сумочку и подошла к барной стойке. Едва взглянув на сидевшего рядом мужчину, она безразлично спросила:

– Угостишь меня или сразу поднимемся наверх?

***

Мешали мысли о волшебнике, кровь казалась безвкусной. Ная оторвалась от шеи мужчины и вытерла губы тыльной стороной ладони.

– Можешь идти, – сказала она незнакомцу, натягивая платье. Хотелось побыть в одиночестве.

– Но комната оплачена на час. Я не хочу никуда идти, – возразил он.

– Тогда уйду я, – вампирша встала и подошла к зеркалу.

– Может, останешься? Ты просто великолепна!

– Я знаю, – ответила Ная, поправляя прическу. – Но мы выполнили свои обязательства. Ты воспользовался моей красотой, я выпила твоей крови. Здесь мне больше делать нечего.

Она снова спустилась в бар. Становилось шумно и людно. Интересно, а Пожиратель младенцев уже ушел, или он все еще в кабинете Матери насилия? Что они делают там так долго? Ная поднесла шелковый шарф к лицу. От его запаха ей снова захотелось крови, хоть вампирша и была сыта. Нет, она добьется своего, чего бы ей это ни стоило. Хорошая охотница умеет ждать.

Ная выбрала самый дальний столик, с трудом отбиваясь от назойливых попыток познакомиться. Сегодня больше никто не имеет права потребовать от нее красоту за кровь. Она спокойно дождется волшебника, шарф даст ей повод заговорить. А дальше все зависит только от обаяния вампирши. Она просто обязана убедиться, что они еще увидятся.

Ждать пришлось недолго. В том месте, где располагался кабинет главы вампиров, потолок вдруг рухнул, образовав неровную дыру. Чудом никто не пострадал. Все разговоры в баре мгновенно смолкли, и послышался раздраженный голос Пожирателя младенцев:

– Тут же все очевидно, кристально чисто! Это договор, всего лишь обоюдовыгодная сделка! Что за теории заговора?! Я предельно откровенен в своих намерениях!

Матерь насилия ответила тихо, но твердо:

– Если я не вижу подвоха, это не значит, что его нет.

– Но ведь это же глупо! Как можно отказаться от такого выгодного предложения?!

– Я не собираюсь заключать сделку с дьяволом.

– Как же меня раздражают дурацкие стереотипы и нежелание людей думать своей головой! – процедил волшебник сквозь зубы.

– Я вампир…

Пожиратель младенцев надменно усмехнулся:

– И все же ты умудряешься сохранять в себе худшие человеческие черты!

Он подошел ближе и посмотрел на нее с высоты своего роста:

– Я мог бы взять все, что мне нужно, силой. Но предпочитаю договариваться.

– Договариваться? – вампирша саркастически усмехнулась, показывая рукой на разрушенный пол. – Ты показал свое истинное лицо, Пожиратель младенцев. Теперь я еще больше уверена, что поступила правильно.

– Нет, я просто перестал сдерживать раздражение. Я ведь тоже человек. Но даже сейчас я не собираюсь применять силу… – он бросил взгляд на дыру, – к тебе.

– Будто бы это достижение! – презрительно ухмыльнулась Матерь насилия. – Хотя для такого, как ты – может, и достижение. Мы закончили?

– Да. Но однажды ты сама придешь ко мне с просьбой.

– И не надейся!

– Я не договорил, – холодно возразил волшебник. – Когда это произойдет, знай: я буду готов тебя выслушать.

Волшебник подошел к краю дыры и грациозно спрыгнул вниз. Взмахом руки он заставил бетон и балки вернуться на место, и через несколько секунд потолок выглядел, как новый. Ликвидировав последствия своей вспышки, Пожиратель младенцев направился к выходу. Его красивые брови были напряженно сдвинуты.

– Кажется, это твое! – крикнула Ная, поднимая шарф над головой.

Волшебник оглянулся. Складки на его высоком лбу, наполовину закрытом косой челкой, разгладились. Он улыбнулся и подошел к вампирше.

– Может, присоединишься? – неуверенно спросила Ная.

Разрушенный потолок снова вселил в нее опасения. Кажется, жажда крови заставила ее забыть, с кем на самом деле девушка имеет дело. Стоит ли оно того? Не пожалеет ли она о своем приглашении?

Пожиратель младенцев устало опустился на стул рядом с ней. С досадой вампирша заметила, что на его белоснежной шее виднеются алые следы свежего укуса. Проклятье! Значит, еще две недели она не сможет его испить.

С минуту они сидели молча, каждый в своих мыслях.

– Никакой из меня переговорщик, правда? – жалко улыбнулся волшебник, сразу став каким-то простым и человечным. – Но как же трудно сдерживаться, когда встречаешься с таким упрямством и предрассудками! Она совсем не хочет прислушиваться к голосу разума. Отказаться от такой выгодной сделки, отказаться от желания… И из-за чего?! Из-за обмана, которого нет! Ну и что, что я злой волшебник! Я что, теперь вообще не могу ничего попросить, не будучи заподозренным в самых ужасных намерениях?!

– Ее можно понять, – опомнившись, Ная сочувственно подала магу шарф. – Ты ведь и сам прекрасно знаешь, сколько страданий причинил Повелитель боли…

– Но ведь я – не мой учитель! Я, можно сказать, его главная жертва! Это несправедливо. Ты же это понимаешь? – спросил волшебник, сжав ее протянутую руку.

– Да, конечно. Человека нужно судить по его поступкам, а не по учителям. Ты же не участвовал в преступлениях Повелителя боли?

Пожиратель младенцев смущенно отвел взгляд.

– Кажется, ты предлагала уединиться, – сменил он тему. – Ты все еще этого хочешь?

Ная со смесью вожделения и ревности посмотрела на следы чужого укуса на его шее. Сегодня крови за свою красоту она не получит. Но другого шанса может и не быть. Если ему все понравится, он придет к ней снова.

– Да, – со вздохом поднялась девушка. – Пойдем наверх?

– Так ты согласна?! – изумрудные глаза мага загорелись. – Наверх? Но я думал… я хотел пригласить тебя в свой замок.

– У тебя есть замок? – удивилась Ная.

– Да. Это точная копия королевского дворца. Тебе понравится. Для такой прекрасной дамы, как ты, это самое подходящее место!

– Ну что ж, веди меня в свой замок, – кокетливо улыбнулась девушка.

– Слушаю и повинуюсь, моя королева! – радостно ответил молодой волшебник.

Он начертил пальцами большой прямоугольник на ближайшей стене. Невидимые линии загорелись магическим светом, открывая портал.

– После Вас, – Пожиратель младенцев подал руку вампирше, предлагая шагнуть в пустоту.

Ная вновь засомневалась. Чего именно он от нее хочет? Что за сделку он предлагал Матери насилия? И вообще, что нравится ему в постели? Да, вампиры не обязаны учитывать все пожелания людей, но ведь ему не составит труда заставить ее. Даже Совет девяти не рискует идти против злых волшебников. Ни суд, ни стража, ни Король мира ему не страшны. Случись что, ее никто не защитит! Его учитель, Повелитель боли, совершенно точно был садистом. Сам Пожиратель младенцев наверняка неоднократно участвовал в его оргиях. Замки строились во времена войн для длительной обороны, в них сложно попасть, их нелегко покинуть. Значит, она даже сбежать не сможет! Да и не будет знать, куда бежать…

– Не бойся, это обычный портал, – прошептал Пожиратель младенцев, щекоча дыханием ее висок. – Уверен, ты тысячи раз через такие проходила. Смелее!

Не дожидаясь ответа, маг подхватил девушку за талию и вместе с ней исчез в прямоугольнике света.

Глава 3. Замок.

Ее ноги утонули в мягком ковре. Ная огляделась. Высокие каменные своды, колонны, холодные стены с картинами и гобеленами. Девушка поежилась.

– Да, обеденный зал не слишком уютный, – заметив это, согласился волшебник. – В комнатах тебе понравится больше. Но сначала предлагаю поесть.

Длинный стол ломился от разнообразных деликатесов. Салаты, закуски, мясо, рыба, икра, паштеты, фрукты… Этим можно было бы накормить целый взвод.

– Ты ждешь гостей? – спросила Ная.

– Можно и так сказать, – лукаво улыбнулся маг, скидывая плащ. – Я ждал тебя. Не знал, что ты любишь, решил перестраховаться. Прошу к столу!

Он галантно отодвинул стул, обитый бархатом. Вампирша воспользовалась приглашением.

– Ты живешь здесь один? – спросила Ная, сбрызгивая морского ежа соком лайма.

– Да. Не люблю, когда мне мешают работать, – пробормотал чародей, разрезая молочного поросенка.

– И какая же «работа» у злого волшебника? – шутливо уточнила вампирша.

– Кажется, я уже говорил: я создаю идеального монстра, – ответил Пожиратель младенцев, отправляя вилкой кусочек мяса в рот.

– Зачем?

– Потому что нет ничего важнее. По крайней мере, для меня.

– И каким же он будет, твой идеальный монстр? – поинтересовалась Ная, намазывая черную икру на галету.

Пожиратель младенцев мечтательно улыбнулся:

– Он будет совершенством. Больше я пока ничего не могу тебе сказать. К слову, обещай, пожалуйста, что никому не расскажешь о том, что увидишь и узнаешь в моем замке.

– Ладно, обещаю, – пожала плечами вампирша.

– Спасибо, – кивнул маг. – Я рад, что не придется стирать тебе память.

– Что?! – девушка поперхнулась.

– Я хочу, чтобы ты запомнила эту ночь.

Отчего-то это прозвучало зловеще. Ная с сомнением посмотрела на свою тарелку, но затем решительно откусила галету. Она не кисейная барышня, чтобы от страха потерять аппетит.

***

После ужина волшебник проводил девушку в спальню. Тяжелые бархатные шторы скрывали узкие окна, над кроватью висел шелковый балдахин. Стены были покрыты коврами, над камином висели старинные деревянные часы.

– Ты был прав, в комнатах гораздо уютнее, чем в зале! – улыбнулась Ная, опускаясь на кровать. Пожиратель младенцев устроился на ковре, положив руки на ее колени.

Его изумрудные глаза смотрели испытующе:

– Моя леди, я не мог не заметить, что ты не попробовала ни одно мясное блюдо. Почему?

– Просто не хотелось, – пожала плечами Ная.

Взгляд волшебника стал холодным и колким.

– Почему ты лжешь мне? – прошептал он. – Ты меня боишься?

По спине девушки пробежал холодок. Инстинктивно она бросила взгляд на дверь спальни. Далеко…

– Я не лгу, – собрав волю в кулак, твердо ответила Ная. – Я действительно не хотела мяса.

– Почему? – Пожиратель младенцев склонил голову набок. – Ты опасалась есть что-либо мясное в доме предполагаемого людоеда?

Ная судорожно сглотнула, вспомнив проломленный потолок бара. Он требует правды? Тогда отпираться не имеет смысла.

– Да, – прошептала она. – А кто на моем месте поступил бы иначе?

– Справедливо, – волшебник отвел взгляд. – Наверное, мне стоит объяснить, почему меня называют Пожирателем младенцев.

– Было бы неплохо, – растерянно улыбнулась Ная одними губами. Кажется, опасность миновала.

– Каннибализм тут ни при чем. Мой учитель был больным садистом, а я, будучи подростком, еще не умел держать язык за зубами.

Пожиратель младенцев вздохнул, погружаясь в печальные воспоминания.

– Это был просто философский спор с другом, – продолжил чародей. – Мы рассуждали о том, оправдывает ли цель средства. Стоит ли рай слезы ребенка? Можно ли убивать ради счастья человечества? Разве не для благой цели мы казним преступников? Тогда я сказал, что ради уничтожения всей боли на земле я готов на что угодно. Меня ничто не остановит, даже если придется истреблять всех садистов еще в младенчестве. Тогда мой друг спросил: а что, если бы мне пришлось делать это лично и каким-нибудь ужасным способом? Например, съедать их?

– Догадываюсь – ты согласился?

– Да. Я сказал, что пошел бы на это. Вот настолько я ненавижу боль. Вот настолько хочу избавить от нее мир.

– И ваш разговор услышал Повелитель боли?

Волшебник грустно покачал головой.

– Нет… мой друг сказал ему, – он тяжело вздохнул. – Сложно о чем-то молчать под пытками. Повелитель боли не хотел, чтобы я к кому-то привязывался. Тогда я этого не знал, и имел неосторожность завести друга.

Ная почувствовала, что руки мага на ее коленях подрагивают. Он устремил на нее пристальный взгляд.

– Моему жесткому учителю наш разговор показался забавным, и с тех пор он приказал всем называть меня Пожирателем младенцев. Да я и не возражал особо, – горько усмехнулся чародей. – Неплохое имя для злого волшебника. Может, отпугнет врагов.

Девушке вдруг стало его жаль. Обучение магии начинается в раннем возрасте. Страшно представить, через что он прошел еще ребенком, оставшись один на один с сумасшедшим садистом…

– Но ведь ты не злой! – в порыве сочувствия возразила Ная.

– Отчего же? – усмехнулся Пожиратель младенцев. – Я не давал клятв на крови. Я могу причинить вред людям. И меня учил магии Повелитель боли. В глазах Совета девяти этих оснований уже достаточно.

– Так дай эти клятвы! Тогда они все поймут!

Волшебник возмущенно покачал головой:

– Я не стану ограничивать великую силу магии ради мнения каких-то людей. Это было бы безумием! Клятвы не позволят мне продолжать мои исследования. Значит, я не смогу создать идеального монстра, и моя жизнь потеряет смысл! С тем же успехом я мог бы сразу убить себя!

– Ты нарушаешь клятвы магов? – Ная сглотнула. – Которую из них? Применяешь волшебство во вред людям? Создаешь людей или что-то из людей?

Пожиратель младенцев молчал.

– Или ты про третью клятву? – выдохнула девушка. – Ту, что запрещает чародеям жениться, касаться драгоценных металлов или денег?

– Третью я точно нарушаю, – усмехнулся волшебник. – Мои столовые приборы из серебра. А если я проведу с тобой еще пару часов, то однозначно захочу жениться!

Ная улыбнулась и погладила ладонями его пышные светлые волосы.

– Как странно, – произнесла она, любуясь светом его изумрудных глаз. – Пожиратель младенцев – это на самом деле мальчик, который ненавидел боль!

– Мальчик?! – игриво возмутился волшебник. – Это кто тут мальчик? Ты мне за это ответишь!

Он повалил Наю на кровать, и они, хохоча, начали бороться. Девушка быстро взяла над ним верх и придавила руки мага к матрасу. Созданные, как орудия для убийства, вампиры обладали нечеловеческой силой.

Ная смотрела на Пожирателя младенцев сверху вниз, тяжело дыша. От неосторожных движений след от укуса на его шее закровоточил. Не в силах противиться искушению, вампирша опустилась и осторожно слизнула красную каплю. От прикосновения ее языка волшебник вздрогнул.

– Ты хочешь крови? – прошептал он.

– Нет. Нельзя, – Ная уткнулась лбом в его ключицу. – Тебя сегодня уже пили. До следующей сделки должно пройти не меньше четырнадцати дней.

– Неужели ты думаешь, что я стал бы требовать от тебя «красоту за кровь»? Я не допущу, чтобы между нами стояла Конвенция. Если хочешь – пей.

– Даже так, все равно нельзя. Это может навредить твоему здоровью.

– Я волшебник, – самодовольно улыбнулся Пожиратель младенцев.

Он коснулся своей шеи, и следы чужих клыков исчезли в магическом свете.

– Ты не причинишь мне вреда, – юноша провел черными кончиками пальцев по ее щеке и убрал ее прядь за ухо.

– Две недели еще не прошли, – продолжала слабо сопротивляться Ная. – Даже если ты сам предлагаешь, я не имею права согласиться. Нарушение Конвенции – это преступление, которое может разрушить мою жизнь. Более того, люди могут использовать это как повод для возобновления войны! Если об этом узнают…

– Не бойся, я никому не скажу, – прошептал маг, притягивая девушку к себе. – Никто не узнает, если мы будем хранить тайны друг друга. Ты же хочешь? Хочешь меня?

– Очень хочу, – ее дыхание обожгло его шею. Ная лизнула белую кожу, но остановила себя.

Нельзя. Нельзя давать волю чувствам. Нарушение Конвенции может привести к серьезным последствиям. Но они ведь не на Землях вампиров, где магическое поле не позволит скрыть преступление! Если они оба будут молчать… В конце концов, это ведь Пожиратель младенцев. Он выше закона. Выше Конвенции. Он защитит ее.

Вампирша жадно впилась зубами в плоть волшебника. Тело под ней дернулось, с губ мага сорвался слабый стон, но девушка лишь крепче сжала его руки. Кровь показалась ей слаще вина. Она горячим потоком наполняла Наю неукротимой силой, энергией, магией. Да, это было именно то, ради чего хотелось сворачивать горы, свергать империи и возводить дворцы. Она готова была пересечь пустыню, рисковать жизнью в бою или покорять вершины ради этого эликсира жизни…

Опомнившись, Ная отстранилась, напоследок лизнув след от укуса. Слюна вампиров не только смягчает боль, но и обладает заживляющими свойствами. Через пару дней никто даже не заметит, что между ними что-то было.

Девушка с беспокойством посмотрела в изумрудные глаза мага. Тот молчал.

– Все хорошо? Я, возможно, слегка увлеклась, прости… – Ная нервно облизнулась.

– Ничего страшного, – слабо улыбнулся чародей, поглаживая ее кудри. – Ты делаешь это иначе, чем Матерь насилия. Сколько тебе лет?

– Неприлично же спрашивать такое у девушки, – смущенно ответила Ная.

– После всего, что между нами было?! – устало усмехнулся волшебник. – Ладно, давай спать.

С этими словами он притянул ее к себе и зарылся лицом в ее волосы.

Глава 4. Согласие.

– Черт! Проспала! – Ная вскочила, глядя на стрелки старинных часов над камином.

– Куда ты? – обеспокоенно спросил волшебник, хватая ее за руку. – Останься, пожалуйста…

– Я опоздаю на работу! Да я уже опоздала!

– Но тебе больше не нужно работать! Просто будь со мной! – Пожиратель младенцев притянул девушку к себе, повалил на кровать и обнял. – Я могу создать все, что тебе нужно. Только не уходи! Ты нужна мне!

В его объятиях было тепло и уютно.

– Что ты такое говоришь… – растерянно улыбнулась Ная. – Мне правда нужно идти. Меня же уволят! Я слишком долго добивалась должности дизайнера в модном доме Этнолы. Если хочешь, я приду к тебе вечером.

– Давай поговорим об этом, – голос волшебника стал серьезным, он погладил ладонью лицо вампирши и заглянул ей в глаза. – Зачем тебе работать?

– Ну что за вопросы такие? Потому что мне нужно на что-то жить.

– Со мной тебе не стоит об этом беспокоиться. Я дам тебе столько денег, золота и драгоценностей, сколько тебе нужно. Просто назови сумму.

– Я не хочу от тебя зависеть! Мы знакомы всего один день, мне нужна стабильность!

– Эти деньги останутся твоими, даже если потом ты захочешь уйти.

– Я не хочу брать у тебя деньги!

– А у модного дома хочешь? Ты готова продавать свое время им, но не мне. Почему?

– Не знаю… – девушка замялась. – Как-то это… Неправильно.

– Почему? Потому что кто-то так сказал?

– Нет… – Ная попыталась придумать оправдание. – Деньги из воздуха наносят вред экономике. Они разгоняют инфляцию…

Пожиратель младенцев усмехнулся:

– Благополучие пары человек не способно нанести значительного ущерба. Центральный банк ежегодно печатает гораздо больше денег, чем создаю я. А еще есть золото. Это природный ресурс, и никто не ограничивает его добычу. Давай я положу в банк слитки на твое имя – как будто ты просто нашла золотую жилу?

Девушка засомневалась. Вечные недосыпы, дедлайны, придирчивая начальница, дефицит времени для развлечений – да, работа отнимает много сил. Если у нее будет достаточно денег, чтобы обеспечить себе пассивный доход, она ведь сможет заняться чем угодно! Да хоть тем же дизайном, только уже для себя самой. Можно создать свою собственную линейку одежды или даже основать модный дом под своим именем…

– Но ведь мы только что познакомились. Зачем тебе это? – недоверчиво спросила Ная.

– Я хочу, чтобы ты осталась со мной и была счастлива. Я волшебник, деньги для меня не имеют ценности, – пожал плечами маг.

Вампирша задумчиво поджала губы. Все это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. С его внешностью и возможностями Пожиратель младенцев с легкостью заполучил бы любую. Почему именно она? Не мог же он влюбиться с первого взгляда! О чем он просил Матерь насилия до того, как пригласить девушку к себе? И что это было вчера? Почему он ничего не попросил взамен за свою кровь? Может, он просто проверял, готова ли она нарушить Конвенцию? Ему нужно что-то противозаконное?

Ная отстранилась и оперлась на локоть, глядя в глаза чародея. Будь он обычным человеком, Матерь насилия не отказала бы в обращении такому красавчику. Да, еще нужно получить разрешение Совета девяти, но это больше формальность. Однако Пожиратель младенцев – последний злой волшебник. Глава вампиров вполне могла воспротивиться. И вот он нашел первую попавшуюся на глаза кандидатку, и жаждет обрести от нее бессмертие… Но это преступление скрыть уже никак не получится. Если Ная на это пойдет, то навсегда потеряет свое место в этом мире: люди не простят ей нарушение Конвенции, а Матерь насилия не простит обращение без ее согласия.

– Если ты хочешь стать вампиром… – начала она.

– Что? Нет, ни в коем случае! – искренне возмутился маг, садясь напротив девушки. – Вы же так несовершенны, зачем мне это?

– Несовершенны?! – глаза Наи изумленно распахнулись.

– Конечно! Чего стоит хотя бы ваша регулярная потребность в свежей крови! Разве это не утомительно – постоянно искать донора?

– Не более утомительно, чем обычным людям – искать еду, – обиженно возразила Ная. – Если тебя не интересует наша сила, тогда чего ты хочешь?

Пожиратель младенцев улыбнулся и нежно погладил ее по щеке.

– Я хочу узнать тебя. Ты даже не представляешь, насколько ты прекрасна. Пожалуйста, расскажи мне о себе. Расскажи мне все.

Щеки Наи покрыл румянец. Она смущенно отвела взгляд:

– Я не очень люблю вспоминать свое детство…

– Тогда начни с обращения, – мягко перебил ее волшебник. – Это ведь практически второе рождение. Как и когда это было?

Ная тяжело вздохнула.

– Тогда я жила у… друзей, – начала она. – У одной девочки из нашей банды… Я хочу сказать, компании, была квартира, оставшаяся от родителей. Из-за нашей… работы, скажем так, мы часто бывали на Землях вампиров. Однажды меня увидела Матерь насилия, и, пожалев, пригласила пожить у нее. Не будет преувеличением сказать, что она заменила мне мать. Научила управлять своей жизнью, помогла понять себя и свои желания, влиться в общество. Именно она оплатила мое обучение на дизайнера. Когда я выпустилась, Матерь насилия согласилась сделать меня вампиром.

– И как давно это было? – изумрудные глаза волшебника горели искренним интересом.

– Девятнадцать лет назад, – сдалась Ная. – Почему тебя так волнует мой возраст?

– А почему вы его скрываете? Это же потрясающе! Даже среди магических существ вам нет равных! Мне кажется, вампиры должны гордиться своим долголетием!

– Некоторые и гордятся, но не рядом с людьми. Ты забываешь, что большинство из нас – женщины. Человеческое общество слишком пристально следит за нашим «сроком годности». Я неоднократно видела, как менялось отношение мужчин, стоило им узнать мой возраст, и это притом, что я вампир и вообще не старею!

– Ладно, ладно, – согласился маг. – Вы вправе прятать от людей что угодно. Но о тебе я хочу знать все.

– А разве в девушке не должно быть загадки? – игриво возразила вампирша.

– Не для меня. Любая загадка должна быть разгадана, – ответил чародей, целуя руки девушки. – Ты откроешь мне свои тайны, красавица?

Перед проникновенным взглядом его изумрудных глаз невозможно было устоять. Ная обвила руками шею волшебника и прошептала:

– Хорошо…

Его руки изучающе скользнули по ее спине.

– Знала бы ты, как я хочу познать тебя, – с жаром зашептал чародей. – Изучить твое прекрасное тело. Раскрыть все твои секреты. Исследовать каждую твою клеточку…

Ная прильнула к нему, уткнувшись носом в шею волшебника. Ей вдруг снова безумно захотелось отведать его крови… Это был не голод, нет. Это была непреодолимая жажда именно его жизненной силы.

– Так что же тебе мешает? – прошептала вампирша, щекоча дыханием его кожу.

– Отсутствие твоего согласия, – маг крепко сжал девушку в объятьях. – Ты уже в моих руках, но без твоего добровольного согласия ничего не получится. Ты позволишь мне изучить себя?

– Да, – выдохнула Ная.

– Это просто замечательно! – воскликнул волшебник, поднимая девушку и шагая с ней куда-то в пустоту. Ная вскрикнула от неожиданности.

Оглядевшись, вампирша увидела, что теперь они находятся в какой-то лаборатории: вокруг были пробирки, склянки и непонятные аппараты, на столах в беспорядке лежали исписанные листы. Пожиратель младенцев усадил девушку на стул и придвинул к ней чистую тетрадь.

– Всего лишь парочка безобидных тестов, – маг протянул ошарашенной Нае ручку. – Я безумно хочу понять, насколько твоя психика отличается от человеческой.

– Эм… Я… – вампирша не знала, что сказать.

– Но ты же согласилась! Пожалуйста! – в красивых глазах чародея плескалась мольба. – Без тебя ничего не получится! Ты очень мне нужна!

– Ну… ладно, – нехотя согласилась Ная.

За первым тестом последовал второй. Затем третий. Потом волшебник попросил ее сжимать предметы с разной силой, бегать, прыгать, отжиматься, подтягиваться… В конце концов, вампирша не выдержала.

– А сможешь ли ты поднять штангу, если мы добавим еще пятьдесят килограммов? – воодушевленно спросил маг, прикосновением увеличивая вес.

– Нет, – ответила Ная, складывая руки на груди.

– Но ведь ты даже не попыталась…

– Хватит! Я больше не буду ничего делать, – резко ответила девушка. – Я тебе не подопытный кролик!

Лицо волшебника помрачнело. На его тонких красивых губах появилась ожесточенная складка. Ная сглотнула. Стоило ли ей быть такой резкой? По спине побежал холодок. Забывать, кто перед ней, может быть опасно.

– Я имею в виду, – поторопилась уточнить Ная, – я устала. Давай на этом закончим. На сегодня. Хорошо?

– Да, разумеется, – примирительно улыбнулся маг и сделал пометку на листе. – Ты говоришь о физической усталости или психологической?

– Второй вариант, – со вздохом выбрала девушка. – Может, займемся чем-нибудь более приятным? Например, вместе позавтракаем…

– Конечно, как я мог забыть! Обеденный зал прямо по коридору, третья дверь направо. Еда всегда остается свежей благодаря магии. Уверен, ты найдешь то, что тебе по вкусу.

– А ты не пойдешь со мной? – с сомнением спросила вампирша.

– Я присоединюсь чуть позже, – уткнувшись в записи, ответил чародей. – Мне нужно систематизировать собранные данные.

Однако в обеденном зале Пожиратель младенцев так и не появился. Устав его ждать, Ная вернулась к двери лаборатории.

Она оказалась заперта.

Глава 5. Закрытая дверь.

Ная постучала. Затем еще раз, громче. Но никто не ответил.

Она прислонилась к каменной стене и задумалась. Что она вообще здесь делает? Зачем она в этом холодном замке? Хотела крови – так она ее получила. Хочет еще – так никаких гарантий, что он снова позволит себя укусить. Волшебник явно теряет к ней интерес, не пора ли ей вежливо откланяться? Однако от воспоминания об изумрудных глазах молодого чародея екнуло сердце. Да, она хочет снова испить его. Это было нечто необыкновенное. Хотя бы еще разок испытать это чувство… Но дверь оставалась закрытой. Что, если он вообще забыл о ней? Что, если больше никогда не вспомнит? И она постепенно превратится в мумию от малокровия, веками бродя по пустым коридорам дворца, словно призрак…

Вампирша забарабанила по двери изо всех сил. Это же просто наглость, в конце концов!

Пожиратель младенцев, наконец, открыл. Он выглядел раздраженным.

– Моя дорогая, давай поговорим о границах допустимого. Я очень не люблю, когда меня отвлекают от работы, – недовольно сказал юноша.

Ная поперхнулась. Такое стерпеть она уже не могла.

– Не бойся, я больше никогда тебя не побеспокою, – ледяным тоном ответила девушка. – Просто покажи мне, как отсюда выбраться. Или я теперь твоя пленница?

Как бы ей ни хотелось его крови, но даже она не стоит таких жертв.

– Нет, что ты, ты абсолютно свободна, – обеспокоенно заверил ее юный маг. – Но зачем тебе куда-то идти? Разве тебе здесь не нравится?

– Нет! Не нравится! – возмущенно ответила Ная. – Ты оставил меня одну непонятно где в этом огромном замке, а я не собираюсь молча ждать на коврике у дверей, пока ты соблаговолишь обратить на меня внимание! Почему ты закрылся от меня?!

Изумрудные глаза Пожирателя младенцев удивленно распахнулись. Он подошел к девушке, обнял ладонями ее лицо и вдруг поцеловал. Ная отпрянула от неожиданности, но чародей настойчиво притянул ее к себе. У девушки перехватило дыхание. Да, она была сильнее его. Она могла бы с легкостью освободиться. Но… ей этого не хотелось. Не хотелось терять прикосновения его мягких губ.

– Прости меня, – прошептал маг, поглаживая ее русые кудри. – Я не хотел, чтобы меня беспокоили, но совсем забыл подумать о тебе. Я слишком долго был один. У меня не было гостей со дня смерти Повелителя боли… Знаю, это не оправдание. Я должен был о тебе позаботиться. Но я исправлюсь. Позволь мне загладить вину, моя милая!

– Ладно, – шепотом ответила Ная, не в силах противиться его властным прикосновениям.

От его запаха у нее кружилась голова, рот наполнялся слюной, в мозгу всплывали воспоминания о восхитительном вкусе его крови.

– Тогда сначала мы пойдем в банк, чтобы я мог исполнить свое обещание, – начал составлять план чародей. – Купим все необходимое для твоего комфорта и зайдем к тебе, если ты захочешь что-то захватить с собой.

– Хорошо, – согласилась вампирша.

– Я покажу тебе, где у меня находится библиотека. Сможешь ли ты сама чем-то себя занять, пока я погружен в свои исследования? Мы купим все, что нужно для твоего досуга. Только скажи.

– Я бы хотела нарисовать пару эскизов, – задумчиво протянула Ная. – Мне понадобится бумага, карандаши и краски.

– Будет сделано, моя красавица, – улыбнулся юноша.

***

Ная рисовала, сидя в библиотеке, когда к ней бесшумно подкрался Пожиратель младенцев.

– А у тебя талант, любовь моя!

Девушка вздрогнула и обернулась. Маг стоял за ее спиной и с легкой улыбкой на аристократически тонких губах разглядывал эскиз.

– Я пока не закончила, – Ная смущенно отложила альбом. Что это за мимолетное признание в любви?! Для него эти слова настолько ничего не значат, что он готов сказать их первой встречной? Или… чародей уже успел влюбиться? Практически с первого взгляда?

– А эта надпись, «Ная» – это название дизайна платья? – уточнил волшебник.

Девушка в недоумении сдвинула брови.

– Нет, – медленно возразила она. – Это мое имя. Ная, «Древесный цветок».

– А… Хорошо, я запомню, – спокойно ответил чародей.

– Подожди… – вампирша запнулась. – Ты что, до сих пор не знал, как меня зовут?!

– Теперь знаю.

Ная вздрогнула. А ведь и правда – он ни разу не поинтересовался ничем, что не касалось бы ее вампирской сущности! За все это время он даже имя ее не спросил! Значит, она для него – всего лишь представитель вида…

Откинув полы фиолетового плаща, волшебник опустился на стул рядом с Наей.

– Значит, Матерь насилия – старейшая из вампиров? – спросил он, изящно подпирая ладонью лицо. – Всех ее ровесников истребили?

Девушка попыталась избежать неприятного разговора:

– С чего вдруг такая мрачная тема? Может, поговорим о чем-нибудь другом?

– И все же? – настоял маг.

– Кого-то да, а кто-то умер сам от рака тела, – вздохнула Ная. – Говорят, мы все болеем онкологией, просто не все до этого доживают. А вампиры доживают. Обычно эта болезнь поражает нас в возрасте от двухсот до трехсот лет.

– Да, я читал об этом. Из-за ускоренной регенерации опухоли развиваются стремительно, до тех пор, пока в теле не останется ни одной здоровой клетки. Значит, Матери насилия осталось не так долго?

– Я не знаю. Через два года ей стукнет триста. Может, у нее иммунитет?

– Сомневаюсь, но обязательно это проверю, – заверил чародей. – Я изучу все, что касается рака тела. И найду способ его вылечить.

Глаза Наи изумленно распахнулись. Неужели он это серьезно?!

– Это не лечится. Даже с помощью волшебства, – неуверенно возразила девушка.

– Возможности магии ограничены лишь нашим воображением, – усмехнулся Пожиратель младенцев. – Никто раньше не пытался всерьез заняться этой проблемой. Вампирам запрещено становиться волшебниками, а остальным просто плевать. Но не мне. Ведь это наша общая беда.

– Но ведь ты не один из нас!

– Да. Однако если мой идеальный монстр умрет через какие-то жалкие двести лет, то какой же он идеальный?! Поэтому я обязательно найду лекарство.

– Это было бы… просто замечательно, – Ная слабо улыбнулась. Глаза мага горели странной решимостью, отчего ее одолевала тревога.

Чародей взял ее за руку и погладил кисть кончиками пальцев.

– Ты понимаешь, как это важно? – спросил он серьезно. – Ты понимаешь, что ради этой цели можно многим пожертвовать?

– Д-да, наверное, – девушка инстинктивно отодвинулась от него.

– Я бы хотел, чтобы был иной выход. Я бы хотел, чтобы мне не пришлось тебя об этом просить. Ты ведь знаешь, как я ненавижу боль, и все, что с ней связано. Но у меня просто нет выбора. Либо так, либо сделать все без твоего согласия. А я этого не хочу. Не хочу уподобляться Повелителю боли.

Ная судорожно сглотнула и отдернула руку.

– О чем ты говоришь?! – спросила она, вжимаясь в кресло.

– Это последнее, о чем я тебя попрошу, – мрачно сказал волшебник. – Обещаю. Мне жаль, но это необходимо. Иначе я не смогу продвинуться дальше в своих исследованиях. Не найду лекарство от рака тела. Не создам идеального монстра. А ты ведь понимаешь, как это важно?

– Чего ты хочешь? – испуганно прошептала Ная. Что будет, если она ему откажет?! Не станет делать то, о чем он просит?!

– Мне нужна твоя кровь, – тихо сказал чародей. – Совсем немного. Если моя догадка верна, то все дело в чем-то вроде вируса, живущего в кровеносной системе. Поверь, если бы был другой способ достичь моих целей, не нарушая целостность твоей прекрасной кожи…

– И это все? – выдохнула девушка. – Конечно, бери!

– Ты согласна?! – лицо мага просияло. – Тогда дай мне руку, пожалуйста.

Ная протянула ему свою ладонь. Волшебник нежно коснулся ее и осторожным движением нанес какую-то прозрачную мазь.

– Что это? – недоверчиво спросила вампирша.

– Я создал обезболивающее на основе твоей слюны.

– Когда и как ты ее достал?!

Во время поцелуя рядом с лабораторией? Неужели он даже ласки использует исключительно в своих целях?!

– Собрал со столовых приборов, – ответил Пожиратель младенцев, сосредоточенно делая тонкий надрез скальпелем. На ладони вампирши появилось несколько красных капель, но ранка тут же затянулась. Маг промокнул кровь белым шелковым платком.

– Вот и все, – улыбнулся он. – Спасибо за помощь!

Не дожидаясь ее реакции, волшебник взмахнул фиолетовым плащом, усыпанным звездами, и растворился в воздухе.

Глава 6. Постель.

Ная лежала без сна, уставившись в потолок. Здравый смысл подсказывал ей, что нужно бежать из этого замка, пока не поздно. Однако по непонятной причине ей не хотелось этого делать. Постепенно возвращались отголоски жажды, а с ними и воспоминания о прошлой ночи.

Пожиратель младенцев едва слышно опустился на кровать. Девушка вздрогнула.

– Ты всегда будешь так появляться из ниоткуда? – спросила она с ноткой обиды в голосе.

– Я тебя напугал? – улыбнулся волшебник, снимая плащ и шарф. Ловким движением он отбросил их на кресло. – Тебе нечего бояться. Я тебя не обижу.

Чародей притянул Наю к себе и обнял со спины, вдыхая аромат ее волос.

– Ты же не против моих прикосновений? – спросил он тихо. – Если тебе что-то не нравится, я хочу об этом знать.

– Все хорошо. Мне не привыкать…

– В том-то и дело. Мне кажется ужасно несправедливым то, что вампиры вынуждены продавать свое тело за кровь. В таких условиях вряд ли вы получаете удовольствие от близости. Поэтому не воспринимай мои ласки, как прелюдию. Я не стану требовать или настаивать.

Ная мысленно усмехнулась. Встречала она таких «благородных». Конечно же, он надеется, что теперь она сама благодарно бросится в его объятия. Наивный!

– Ты готов ждать, пока я сама захочу? – уточнила девушка. Тем лучше, ведь ждать ему придется вечность…

– Разумеется. В моей жизни было слишком много принуждения. Я хочу оставить это в прошлом.

Вампирша молчала. Неужели он на самом деле ждет благодарности за то, что обычные девушки получают по умолчанию?! Ну спасибо, что не заставляешь с тобой спать, благодетель!

– Поэтому, я надеюсь, ты не станешь ничего от меня скрывать. Если тебе больно или плохо – я хочу знать, – прошептал волшебник.

Ная прикусила губу. Да, конечно, он хочет знать о ней все, чтобы создать своего идеального монстра. Видимо, тот будет похож на вампира. А, может, и на конкретного вампира…

Но тепло его объятий не давало ей покоя. Может, она к нему несправедлива? Он уже сделал для нее больше, чем любой другой мужчина. Возможно ли, что он на самом деле беспокоится о ней?

– Какое же ты все-таки прекрасное создание, – с искренним восхищением прошептал маг в светлые локоны Наи. – Просто воплощение жажды жизни.

– Сочту за комплимент, – скептически усмехнулась вампирша.

И все-таки нежность его прикосновений была куда приятнее привычной ей требовательной грубости.

Ная погладила волшебника по руке кончиками пальцев. Он крепче прижал ее к себе и поцеловал в шею. Девушке вдруг стало жарко.

– А ты знала, что не умрешь, даже если разделить тебя пополам? Прямо вот здесь, – чародей нежно провел ладонью по талии вампирши, отчего у нее перехватило дыхание. – Восстановление займет много времени и понадобится море крови, но это возможно. Кто еще из ныне живущих способен отрастить себе новые ножки?

Рука волшебника скользнула по ее бедру, заставив вздрогнуть.

– Я об этом знала, – ответила Ная, стараясь держать лицо. – Вампиры практически бессмертны. Но мы создавались по древним легендам, чтобы каждый человек с младенчества знал, как нас уничтожить в случае восстания. Нас можно сжечь, отравить чесноком, отрубить голову либо проткнуть сердце мечом или деревянным колом. Только это способно нас погубить.

Маг самодовольно улыбнулся, перебирая русые волосы девушки.

– На самом деле есть и другие способы, – воодушевленно прошептал он. – Отрубание головы работает, поскольку отделяет головной мозг от спинного. Но также ты не сможешь восстановиться, если от позвоночника почти ничего не останется. Если вдруг кто-то зайдет чуть дальше седьмого грудного диска.

Кончики пальцев мага скользнули по спине девушки под ночную рубашку, вызывая мурашки.

– Примерно вот здесь твоя точка невозврата, – тихо сказал волшебник, поглаживая нежную кожу.

Ная сглотнула. Его прикосновения возбуждали, но в то же время пугали.

– А еще способность к регенерации теряется, если организм слишком истощен, чтобы своими силами восстановить пищеварительную систему, – продолжил чародей, скользнув ладонью к животу Наи. – Или если просто нет доступа к свежей крови. В таком случае происходит мумификация. Однако даже из этого состояния при должных усилиях вампира можно воскресить.

– Зачем ты мне все это говоришь? – дрогнувшим голосом спросила Ная.

– Просто делюсь своим восхищением. Твой создатель был гением. Как бы я хотел с ним познакомиться! Он победил старость, и мне осталось лишь победить рак тела.

– Чтобы создать идеального монстра? Скажи, все это было ради твоих исследований? Я нужна тебе только для этого?

Маг поцеловал ее в висок и прошептал:

– На самом деле теперь, когда я получил твою кровь, ты больше мне не нужна.

По спине вампирши побежали мурашки. Было что-то зловещее в этих словах…

– Во время лечения волшебники иногда восстанавливают утраченные органы, а еще мы умеем находить целое по части, – продолжил Пожиратель младенцев. – Так ищут преступников. Не сильно сложнее оказалось и воссоздать целое из части. Я больше не буду мучить тебя анализами и тестами. Да я и не стал бы причинять тебе боль. Так что нет – для создания идеального монстра ты больше мне не нужна.

В глазах девушки кольнуло от обиды. Он использовал ее, а теперь собирается выкинуть, как ненужную вещь?! Но она не хотела уходить. Не так, не теперь, когда она уже попробовала его вкус, и больше не сможет его забыть.

Будто услышав ее мысли, Пожиратель младенцев прошептал, перебирая черными кончиками пальцев русые пряди:

– Ная, ты можешь уйти в любой момент. Но я очень прошу тебя остаться. Признаюсь, я не самый хороший любовник. У меня никогда не было отношений. Я еще не умею заботиться и думать о ком-то… Но я очень хочу научиться. Если ты мне позволишь.

– Ладно, – с готовностью согласилась девушка. – Если ты больше не будешь говорить мне, что «я тебе не нужна».

– Обещаю, – улыбнулся Пожиратель младенцев.

– А клятву на крови дашь? – ответила с кокетливой улыбкой вампирша.

Маг отстранился. Его лицо стало серьезным.

– Ты чего… я же пошутила! – растерянно заверила его Ная, глядя на холодный блеск его изумрудных глаз.

– Об этом не шутят. Неужели ты не знаешь, что значат эти клятвы, и чем может грозить их нарушение?!

– Я верю тебе и без клятв.

– Хорошо. Я никогда не стану ограничивать свою силу. Это было бы преступлением.

– Чего ты такой серьезный? – Ная с улыбкой погладила его по щекам. – Я не хотела тебя обидеть и уважаю твои принципы.

– Правда? – с надеждой спросил чародей.

– Абсолютная. Не такой уж ты и злой, раз даже людей не ешь! – шутливо ответила вампирша.

– Я этого не говорил, – мрачно усмехнулся Пожиратель младенцев. – Я лишь сказал, что история моего имени не связана с каннибализмом.

Девушка натянуто улыбнулась:

– Ты же шутишь, да?

Волшебник поднялся и сел в кресло напротив кровати, сложив ногу на ногу.

– Странно видеть такую реакцию от вампира, – возмутился маг. – Что за двойные стандарты? Вы же пьете человеческую кровь, откуда тогда отвращение к мясу?

– Забирая кровь, мы не отнимаем жизнь, – возразила Ная.

– Так в этом все дело? А если я скажу, что людоедство тоже не всегда связано с убийством? Дело только в смерти или тебя пугает сам факт поедания существа своего вида?

– К чему этот вопрос? – вампирша нервно перебирала пальцами юбку ночной рубашки. – Мы же говорим гипотетически, верно?

Пожиратель младенцев изящно откинулся в кресле. Изумрудные глаза сверкнули холодным светом:

– Хорошо, давай пофилософствуем. Представь себе самый ужасный сценарий. Тысячи невинных младенцев, съеденных заживо. Съеденных мной. Представила? А теперь скажи, что тогда будет. Что будет, если это окажется правдой? Ты уйдешь? Уйдешь от меня?

Ная резко встала:

– Ты меня выгоняешь?!

– Нет. Но я хочу знать.

Вампирша бросила взгляд на его белую шею, где так соблазнительно пульсировала сонная артерия. Все было неправильно, не так, он пугал ее, но вместе с тем манил. Стоит один раз оттолкнуть его, и он больше не даст ей себя испить! Еще никогда никого она так не хотела… И отказаться от мага из-за глупой фантазии? Да, это ведь просто выдумка! Так девушки иногда спрашивают: «Любил бы ты меня, будь я рыбкой?» Он всего лишь хочет принятия, понимания.

Облизнув пересохшие губы, Ная ответила:

– Я не уйду из-за каких-то фантазий или твоего прошлого. Для меня важнее, кто ты есть сейчас.

Взгляд мага смягчился. Легкая улыбка тронула его красивые тонкие губы:

– Забудь то, что я сказал. Это было давно и неправда.

– Ладно, – выдохнула девушка.

Как только ей надоест его кровь, ноги ее не будет в этом замке. Да, он не виноват, что его психику покалечил Повелитель боли, но и она не должна из-за этого страдать.

– Расскажешь подробнее про отравление чесноком? – попросил злой волшебник.

Ная отрицательно покачала головой.

– Ладно, выясню сам, – не особенно расстроившись, бросил Пожиратель младенцев и покинул спальню.

Глава 7. За дубовой дверью.

Солнечные лучи игриво заглядывали в окна библиотеки. Ная рисовала. Но идеи новых платьев все не шли ей в голову. Теперь, когда ей больше не нужно было беспокоиться о деньгах, эта работа казалась бессмысленной. Ее занимал Пожиратель младенцев.

Наю задевало его безразличие. Ей так хотелось привлечь его внимание, завладеть его мыслями, его телом и кровью… Не потому, что она была влюблена. Совсем не поэтому. Он явно был ее недостоин, он был надменен, опасен, непредсказуем, временами груб. Помешанный на своем идеальном монстре, он никогда бы не поставил ее во главу угла. А быть на вторых ролях вампирша, привыкшая к обожанию, не собиралась. Она это терпеть не станет. И ей безумно хотелось показать ему это. Доказать, что она достойна большего, достойна лучшего… что она достойна любви. Эта мысль не давала покоя, вызывая почти забытое щемящее чувство в груди. Она вновь ощущала себя совсем юной девушкой, которая пытается привлечь внимание недоступного и холодного взрослого. Умного, красивого, все знающего… Тогда, в далекой человеческой жизни, это было вполне объяснимо. Но теперь ведь она другая. Она старшего его и опытнее. Так в чем же дело?! Почему рядом с ним она чувствует себя несмышленой?! Разве владение магией может заменить годы опыта? Нет, не в этом дело, просто… За все это время чародей ни разу не посмотрел на нее, как на женщину. Галантность волшебника граничила с безразличием. Все его комплименты относились к ее вампирской сущности, а не к ней. Ее личность, ее желания и нужды его нисколько не интересовали. И этим он заставлял ее чувствовать себя неполноценной, что вызывало внутреннее возмущение. Поэтому Нае хотелось доказать. Ему, себе, всему миру – доказать, что она может, что она привлекательна, что она желанна, что она ценна. Поэтому она соблазнит его. Соблазнит, а потом бросит. Да, именно так она вернет себе контроль над своей жизнью.

И даже самой себе она не могла признаться, что этот новый план служит лишь предлогом, чтобы остаться; что ей необходимо мечтать о том, как она его бросит, потому что ее ужасает мысль, что Пожиратель младенцев может расстаться с ней первым.

Вампиры нередко заводили отношения, если это сулило какую-то выгоду, всерьез влюбляться в пищу считалось моветоном. И Ная не станет нарушать негласные правила. Это всего лишь беззаботная интрижка, которая закончится, как только она получит свое.

Твердо решив привести свой план по соблазнению в исполнение, Ная устроила засаду в обеденном зале.

***

Пожиратель младенцев появился там только вечером, когда включились лампы с мягким искусственным светом. Неужели он настолько увлечен созданием идеального монстра, что даже не чувствует голода?

– Ная, рад тебя видеть! – улыбнулся маг, наскоро кусая бутерброд с икрой. – Если вдруг тебе интересно… Чеснок работает по принципу аллергической реакции. Он вызывает раздражение, отек, зуд, удушье, и при этом отключает регенерацию. Однако смертельную дозу в естественных условиях получить очень сложно – вряд ли вампир «случайно» съест целую головку. Так что это средство способно скорее ослабить, чем убить.

– А зачем тебе убивать вампиров? – нервно усмехнулась девушка.

– Незачем, незачем, конечно! – заверил ее волшебник с набитым ртом. – Я просто хочу изучить все. В том числе ваши слабые стороны. Без полной информации создать лекарство от рака тела не получится.

– Знаешь, ты прав, – протянула Ная. – Нет ничего важнее, чем поиски лекарства. Поэтому я хочу помочь тебе в твоих исследованиях.

Пожиратель младенцев проглотил еду.

– Спасибо за предложение, но я справляюсь, – с натянутой улыбкой ответил он.

– И все же я вынуждена настаивать, – с кокетливым упрямством возразила Ная. – Ты все время проводишь в своей лаборатории, забываешь даже поесть! Я хочу стать ближе к тебе. Совместная активность сближает.

– Только не в этом случае.

– Почему? Почему ты меня отталкиваешь?! Разве ты не хочешь, чтобы я осталась с тобой?!

Ная прекрасно понимала, что это дешевая манипуляция, и даже не особо надеялась, что она сработает. Однако маг переменился в лице, отодвинул тарелку и поставил локти на стол, сцепив ладони у лица, будто прикрываясь от чужих глаз.

– Ная, ты не знаешь, о чем просишь… Повелитель боли заставлял меня совершать ужасные поступки, – тихо и серьезно сказал он. – Поступки, о которых я не хочу вспоминать. Я убивал. Я насиловал женщин. Я пытал людей.

По спине вампирши пробежал холодок. Да, она могла предполагать, но теперь это стало реальностью…

– Ты же знаешь, что связалась со злым волшебником. Ты ожидала чего-то иного?! – с вызовом спросил юноша, заметив ее реакцию.

Ная сделала глубокий вдох. Так, спокойно… Она ведь знает, зачем она здесь, и не собирается строить с ним отношения. Как будто это помешает ей соблазнить его! Как будто ей никогда раньше не попадались преступники! На Землях вампиров магическое поле обеспечивает соблюдение Конвенции «Красота за кровь», из-за чего другие волшебные воздействия ограничены. Например, поиск целого по части практически невозможен. Это привлекает к вампирам всякий сброд, скрывающийся от закона. Так чем маг хуже их?

Девушка подошла к волшебнику и обняла его. Тепло его живого тела успокаивало, и ей нравилось возвышаться над ним.

– Все хорошо, – прошептала она. – Мне все равно, что было в твоем прошлом. Теперь ты больше не такой. Теперь ты свободен от Повелителя боли.

Да, ведь если Ная отреагирует иначе, то ее план провалится. Теперь не он, а она его использует. Она его обманывает. Она имеет власть над ним.

Пожиратель младенцев мрачно усмехнулся:

– «Не такой»? Ная, я способен на ужасные вещи ради достижения своих целей. Мое прошлое оставило неизгладимые шрамы на моей душе. Для меня было рутиной то, о чем многие боятся даже подумать. Не осталось черты, которую я не смог бы преступить для создания идеального монстра.

– Но ведь ты говорил, что ненавидишь боль… – Ная отстранилась и посмотрела в изумрудные глаза мага.

– Да, но меня научили ее терпеть и причинять. Прежде чем лекарство поможет, его тестируют на мышах. Им придется расстаться с жизнью ради спасения миллионов. Иначе прогресс невозможен. Не я придумал эти жестокие законы. Но я смогу их изменить, и эта цель оправдывает любые жертвы. Ведь я кладу на алтарь не только чужие жизни, но и себя. Ты думаешь, я не чувствую жалости?! Ты думаешь, мне нравится видеть их страдания?! Думаешь, мне нравится то, что я делаю?! Нет. Я умираю вместе с каждой жертвой. Но кто еще способен это вынести, кроме ученика Повелителя боли?! У кого еще найдется сила и смелость пройти через все это?! – волшебник покачал головой. – Мое имя – это не пустой звук. Не обманывай себя. Я на самом деле Пожиратель младенцев. Но даже если в итоге я останусь единственным злодеем на земле – я готов заплатить эту цену. Твоя же жертва будет бессмысленной. Я не хочу, чтобы ты страдала.

Значит, она все-таки ему небезразлична… Но не так интересна, как его исследования.

– Неужели твой идеальный монстр того стоит?! – возмущенно спросила вампирша. – Почему?!

Чародей опустил взгляд. На его красивых тонких губах заиграла таинственная улыбка:

– Когда он появится, мир изменится навсегда. В конечном итоге, в лучшую сторону, даже если сначала придется сломать все до основания. Но это все – моя тайна. Никому не говори об этом, хорошо?

– Я все равно не понимаю, что именно…

– Ная, пожалуйста, – волшебник взял ее за руку и посмотрел ей в глаза. – Я и так уже сказал тебе гораздо больше, чем хотел. Не могу тебе отказать, просто безумие какое-то…

Девушка почувствовала скрытую радость от его слов. Она все-таки что-то для него значит! Она для него особенная!

– Знаешь ли, я тоже прошла через многое, – ответила Ная. – Меня сложно напугать. Просто позволь помочь тебе!

Пожиратель младенцев посмотрел на нее с сомнением. Что было в его изумрудных глазах? Страх разочаровать ее? Опасения за ее душу? Робкая надежда найти понимание и принятие даже самых страшных своих тайн?

– Тебе не понравится то, что ты увидишь, – тихо ответил маг.

– Пожалуйста, – попросила Ная, гладя ладонями лицо волшебника. – Что бы я там ни увидела, это вряд ли будет страшнее неизвестности.

***

Он сдался. Она добилась своего. Внутренне ликуя, Ная вошла через приоткрытую дубовую дверь в дальнем конце лаборатории. В нос ударил запах формалина и каких-то химикатов.

На слабо освещенном каменном столе в центре комнаты лежала обнаженная Ная. Нет, не она, но точная ее копия. На миг вампирше показалось, что она смотрит на себя со стороны, как бесплотный дух. Голова закружилась.

Руки и ноги двойника были крепко стянуты ремнями, глаза закрыты, лицо безмятежно. Можно было бы подумать, что девушка мертва, но ее бледная грудь мерно вздымалась и опадала.

– Не волнуйся, она не чувствует боли, – глухо сказал Пожиратель младенцев. – Вообще ничего не чувствует. Я лишил ее сознания.

– Рада это слышать, – машинально прошептала Ная, пытаясь прийти в себя. Она же сама этого хотела. Сама согласилась. Теперь не время раскисать! Но откуда ей было знать, насколько сложно будет смотреть на саму себя в таком беспомощном состоянии?! Девушка вдруг ощутила жгучее сочувствие к тому, кто лежал на этом холодном каменном столе. Действительно ли она ничего не чувствует или просто не может ничего сказать?!

– Теперь я изучаю воздействие ядов, – голос волшебника вывел ее из забытья. – Я попрошу тебя записывать мои наблюдения.

Ная не поняла, как в ее руках оказались блокнот и ручка. Сильные руки усадили ее в мягкое кресло.

– Ты в порядке? – раздался над головой голос Пожирателя младенцев. – Если хочешь, могу проводить тебя в спальню.

– Все хорошо, – слабо улыбнулась девушка. – Я готова.

Все происходило словно в кошмарном сне. Тусклый свет настольных ламп, удушливый запах формалина, приглушенный голос мага, она, обездвиженная ремнями и равнодушная к собственной боли…

– Время: 20:37, – сказал Пожиратель младенцев. – Ввожу три грамма цианида водорода перорально. Он воздействует на работу кровеносной системы, прикрепляясь к железу в красных кровяных клетках, которые ответственны за транспорт кислорода. У человека через тридцать секунд он вызовет потерю сознания и судороги, через несколько минут – смерть. Доза превышает летальную для людей примерно в тридцать раз.

Краем глаза Ная заметила, что маг подошел к ее клону и аккуратно влил какую-то жидкость из пробирки в приоткрытые губы девушки. Ее тело вдруг дернулось, она начала ловить ртом воздух, по-прежнему не открывая глаз.

– Пять секунд с момента введения. Небольшие судороги, признаки удушья, – спокойно продиктовал Пожиратель младенцев.

Ная с радостью уткнулась в записи, дрожащей рукой с трудом выводя буквы. Зачем она во все это ввязалась?! Не лучше ли на этом остановиться?

– Тридцать секунд с начала эксперимента, – услышала девушка голос мага. – Дыхание ровное. Признаки отравления отсутствуют. Вывод: на нейтрализацию яда ушло около двадцати пяти секунд с момента отравления. Увеличиваю дозу в два раза.

Она не человек. Она не чувствует боли. Волшебник создал ее именно для этой цели. Она даже не наделена сознанием. Но отчего тогда все это кажется Нае таким неправильным?!

Стрихнин, мышьяк, полоний, зарин… почти ничто на нее не действовало. Ускоренный обмен веществ избавлял организм вампирши от любого яда за считанные секунды.

– Теперь попробуем Ч-1, – с напряженной улыбкой сказал волшебник, – мою собственную разработку на основе диаллилдисульфида, содержащегося в чесноке. Начнем с одной десятой грамма.

Он осторожно нанес две капли на язык подопытной.

Ная вздрогнула. Тело клона изогнулось в судороге, затем еще и еще раз. Ремни натянулись. Кожа начала сереть, вены вздулись, но выражение лица, так похожего на ее собственное, оставалось неестественно спокойным, как будто даже умиротворенным… безжизненным на фоне ужасающей агонии тела.

Ная почувствовала тошноту. Она едва успела убрать блокнот, как ее вывернуло. Сплевывая горькую слюну, вампирша глубоко дышала. Перед глазами все еще стояла картина неестественного равнодушия ее собственного лица, которое она так часто видела в зеркале… И вдруг ее посетила безумная мысль. А что, если это она – клон? Что, если настоящая Ная сейчас лежит связанная на этом алтаре магии, лишенная сознания? Пожиратель младенцев вполне мог предпочесть оригинал для своих экспериментов. И, может, еще одна копия прямо сейчас живет ее прошлую жизнь…

Волшебник смотрел на девушку с любопытством.

– Ты не перестаешь меня удивлять, любовь моя! – мягко сказал он, придерживая ее волосы. – Рвотный рефлекс необходим, чтобы спастись от отравления. Но он у тебя сохранился, несмотря на то, что яды на тебя не действуют. Какое же ты все-таки замечательное создание!

Ная отдышалась и бросила взгляд на каменный стол. Ее двойник лежал с мертвенной неподвижностью.

– Ч-1 работает, – с улыбкой заметил маг, проследив за взглядом девушки. – Мне нужно немного прибраться, и затем продолжим. Хочу определить, с какой дозой организм справится, а какая приведет к мгновенной смерти.

Чародей сделал едва уловимое движение, ремни сами собой расстегнулись, тело повернулось и упало на пол. Глухо ступая босыми ногами, из глубин лаборатории вышла еще одна обнаженная копия Наи. С безразличным выражением лица она легла на стол и замерла.

Девушка смотрела на нее с ужасом:

– Не понимаю, как ты можешь быть таким спокойным. Ведь это же я! Другая я, но все же…

– Это поправимо, – заверил ее маг.

Он коснулся лодыжки подопытной и по ее коже пробежала рябь. Тело начало деформироваться и покрываться черной чешуей, отовсюду полезли извивающиеся щупальца.

– Ее форма не повредит результатам. Тебе ведь будет проще, если она будет выглядеть, как монстр? – спросил Пожиратель младенцев. – Монстров никто не жалеет.

Ная с ужасом смотрела на остатки того, что только что было ей.

– Я… я хочу побыть одна, – устало прошептала девушка.

На лице мага отразилось беспокойство, но он молча кивнул и проводил ее до спальни.

Глава 8. О любви.

Ная долго не могла уснуть, представляя, как за стеной Пожиратель младенцев отрезает по кусочку от ее полуживой бесчувственной копии, чтобы определить «точку невозврата»…

Небо на горизонте уже начало светлеть, когда волшебник осторожно постучал и приоткрыл дверь спальни.

– Ты не спишь? – он неуверенно улыбнулся и сел на край кровати.

Ная не ответила. В предрассветных сумерках неестественно яркие изумрудные глаза чародея как будто светились. Он скинул плащ и лег рядом с девушкой.

– Это был тяжелый день для нас обоих, – прошептал Пожиратель младенцев, не решаясь обнять Наю или хотя бы коснуться. – Но я знаю один действенный способ порадовать любого вампира.

Маг приподнялся и медленно стянул черный шелковый шарф, глядя в глаза девушки.

Ная отвернулась.

– Ты больше не хочешь моей крови? – в голосе волшебника послышалось беспокойство.

– Прости, не сегодня.

Пожиратель младенцев сел на кровать спиной к вампирше и закрыл лицо руками.

– Я так и знал! Так и знал, что этим все кончится! – сквозь зубы процедил он. – Мне не стоило пускать тебя в лабораторию! Зачем только я тебя послушал?!

– Я бы все равно все узнала рано или поздно.

– Так вот лучше бы поздно! Сколько еще времени мы могли бы быть счастливы?!

– Счастливы?! – Ная обернулась.

– Да. Я безумно рад, что ты есть у меня. А тебе разве было плохо со мной? – маг повернулся к девушке и с надеждой посмотрел в ее небесно-голубые глаза.

Было ли ей плохо? Он позаботился обо всех ее физиологических потребностях. Но его безразличие задевало ее самолюбие. Она ведь даже была не первой…

– Но ты был бы больше рад Матери насилия, да? – с уязвленной гордостью спросила Ная. – Что за сделку ты ей предлагал?

Волшебник вздохнул:

– Ная, разве это важно? Зачем ворошить прошлое?

– Для меня – важно! Ответь!

– Я предлагал ей желание за каплю крови. Только и всего.

– А когда не получилось, ты решил, что сойдет и другой вампир?!

– Почему не получилось? – усмехнулся чародей. – Я еще в процессе переговоров. Ей обязательно что-то от меня понадобится, и тогда я возьму свое, и даже больше.

– А я? Чего ты хочешь от меня?! – глаза Наи наполнились слезами. Так, значит, это правда? Он просто использует ее, чтобы добраться до Матери насилия? В этом причина его безразличия?

– Чтобы ты была со мной, – волшебник подвинулся ближе, не сводя гипнотического взгляда с девушки. Он наклонился и осторожно поцеловал Наю в плечо. По ее коже побежали мурашки.

– Я хочу, чтобы ты стала моей, душой и телом, – прошептал чародей. Он провел ладонью по щеке Наи, с нежной грустью глядя ей в глаза. – Я… так устал от одиночества. Мне нужен кто-то живой рядом.

Вампирша остановила его руку.

– Значит, ты меня не выбирал. Ты взял первого, кто попался на твоем пути. Так зачем же за меня держаться?

– Ная… Но ведь это ты выбрала меня, – с легким укором возразил маг. – Ты подошла познакомиться. Ты окликнула меня. Ты захотела моей крови. Меня покорило твое желание.

Пожиратель младенцев поправил широкий ворот светлой рубашки, освобождая шею.

– Неужели ты больше не хочешь? – спросил он, проводя большим пальцем линию чуть выше ключицы. Там образовалась тонкая царапина, красная капля побежала вниз, впитавшись пятном в белую ткань. Ная сглотнула слюну, ее зрачки расширились.

– Нет, не сегодня, – снова отказалась девушка, вспоминая каменный стол в лаборатории.

– Почему же? – волшебник прижал ее к кровати, нависая сверху. Он провел окровавленным пальцем по губам вампирши. – Пожалуйста, Ная. Мне это нужно. Не отвергай меня.

Запах его крови дурманил разум, жажда застилала взгляд красной пеленой. Ная впилась в его шею со слабым стоном. Нет, этому просто невозможно противиться! Сжимая спину юноши, вампирша беззастенчиво наслаждалась его кровью. Никогда прежде она не чувствовала насыщение так ярко. Ей хотелось, чтобы это длилось вечно. Только его горячее тело под ее пальцами, его вкус на языке и больше никаких сомнений…

– Ты ведь не уйдешь от меня? Теперь не уйдешь? – шептал маг, прижимая ее к себе. – Ная, пожалуйста, не уходи. Не бросай меня. Никогда…

Вампирша отстранилась, вытирая ладонью губы. В изумрудных глазах волшебника читалась мольба, просьба, требование, жажда… А ведь он никогда ее не отпустит! Каждый раз, когда она стремилась к свободе, он убеждал ее остаться. Что будет, когда уговоры не сработают? Он запрет ее в лаборатории, как одного из двойников?!

– Что с тобой? Что не так, любовь моя? – обеспокоенно спросил чародей.

И вот, снова оно. Практически признание в любви. Как легко эти слова срываются с его губ! Но как сильно они противоречат его поступкам… Самое ужасное, что она хотела ему верить. Хотела быть любимой. Всегда, еще с самого детства. Но разве любовь может сочетаться с его холодным безразличием? Разве такой, как он, вообще способен любить?! Если бы маг испытывал к ней чувства, то неужели смог бы издеваться в своей лаборатории над ее точными копиями?! Нет, это всего лишь собственничество. Ему нужна женщина в замке, как игрушка или питомец. Просто чтобы была. Чтобы грела постель долгими зимними ночами. Он ведь даже ее не хочет! За все это время он ни разу не попытался овладеть ей!

Если спустя девятнадцать лет вампирской жизни Ная так и не нашла того, кто был бы заинтересован не только в ее теле, то вряд ли уже найдет. Зачем же он зря бередит старые раны?!

– Не надо. Не называй меня так, – прошептала девушка. По ее щекам потекли слезы. – Не смей бросаться такими словами!

– Но это правда, – тихо сказал волшебник. – Ная, я люблю тебя.

– Прекрати! Что это вообще значит?! – воскликнула вампирша. – Тебе почти ничего обо мне не известно! Ты признался мне в любви еще до того, как узнал мое имя!

– Потому что такие условности, как имя, прошлое или внешность, для меня не имеют значения.

– Условности?! Но как тогда вообще можно говорить о любви?! Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что любишь? Что значит для тебя любовь?

– Это значит, что ты навсегда в моем сердце, – тихо сказал маг, приложив черные кончики пальцев к груди. – Это значит, что я буду помнить тебя вечно. Это значит, что я хочу, чтобы ты была счастлива со мной.

– Но ты не ведешь себя, как влюбленный!

Чародей взял ее за руки:

– Ная, я люблю тебя, как умею. Если ты хочешь, чтобы я вел себя иначе, то просто скажи мне, как.

– Это так не работает! Если я попрошу подарить цветы, это будет не то же самое, как если бы ты подарил мне их сам. Ведь главное – это не букет, а то, что ты обо мне подумал и захотел меня порадовать. Нельзя заставить человека «хотеть». Просьба не изменит твоих желаний.

– Ладно, не говори. Я могу прочитать твои мысли, – он погладил ее кисти большими пальцами. – Мне казалось, что тебе не понравится такое вторжение, нарушение приватности. Но если это сделает тебя счастливой…

– Нет! Не смей лезть в мою голову! – Ная попыталась всплеснуть руками, но волшебник не отпустил ее. – Это не поможет. Я просто чувствую, что я тебе не интересна!

– Это не так! – искренне возразил маг. Его изумрудные глаза сверкнули. – Ты мне безумно интересна!

– Как вампир, а не как личность! Как объект исследования, а не как человек, не как женщина! Ты не смотришь на меня, как на равную!

Пожиратель младенцев вздохнул, и ладони вампирши выскользнули из его рук. Она вытерла слезы, но они тут же снова побежали по щекам тонкими струйками.

– Ная… Но ведь мы и не равны, – с тихой грустью сказал чародей. – Я – волшебник, ты – творение волшебника. Этот факт невозможно игнорировать. Да, мы с тобой очень разные. Но неужели в неравных отношениях не может быть любви?!

Вопрос поставил Наю в тупик. Разумеется, их разделяет пропасть. Но разве это делает невозможным взаимное уважение?! Видимо, маг, способный за день создать подобное ей существо, физически не может увидеть в ней женщину. Устроит ли ее такое отношение, как к домашней зверушке?!

– Я хочу, чтобы ты обучил меня магии, – уверенно сказала Ная.

На лице чародея отразилось удивление:

– Что?!

– Я сказала, что хочу обучиться магии, – спокойно повторила девушка. – Если ты считаешь равными себе только волшебников, то я стану одной из них.

– Но, любимая, твой мозг уже не обладает детской пластичностью. Я не уверен, что это вообще возможно…

– Ты готов сдаться, даже не попытавшись? Или тебя останавливает запрет Совета девяти?

– Нет, что ты. Я считаю, что магические существа не должны ущемляться в правах, в том числе на обучение волшебству.

– Значит, решено?

– Хорошо, – чародей провел кончиками пальцев по ее виску, убирая русую прядь за ухо. – Ты такая красивая, когда плачешь…

Глава 9. Могилы.

Утром ночное происшествие уже не казалось вампирше таким уж страшным. Ная даже корила себя за чувствительность. В конце концов, маг ведь преследует благую цель. И сделал все, чтобы при этом никому не было больно. Разве это достойно осуждения?

Девушка сладко потянулась.

– Доброе утро, дорогая, – Пожиратель младенцев нежно поцеловал ее в щеку. – Когда приступим?

– Давай сразу после завтрака, – улыбнулась Ная. – А можно ли обучаться магии на свежем воздухе? Погода сегодня прекрасная.

– Не благодари, – усмехнулся маг. – Снаружи – так снаружи.

***

– Вот. Я выбрал для тебя лучшие учебники по анатомии, биологии и химии, – сказал волшебник, вручая изумленной девушке стопку книг.

– Зачем это? – Ная непонимающе хлопала ресницами.

Они стояли под мягкими утренними лучами солнца возле замка на зеленом поле, которое постепенно переходило в непроходимую чащу.

– Ты не сможешь лечить людей без знания того, как работает их организм, – строго ответил чародей.

– Но я не хочу лечить людей…

– Мне казалось, ты собиралась обучиться магии, – Пожиратель младенцев поднял брови. – Ты передумала?

– Нет, но разве нельзя пропустить эту часть? Я не собираюсь становиться целителем.

– Тогда чему именно ты хочешь научиться?

– Я не знаю… всему?

– Так вот, ты не научишься ни-че-му без понимания, как устроено твое собственное тело, – чародей нахмурился. – Даже с помощью магии ты не сможешь сделать то, что не способна представить.

– Ладно, я все это прочитаю, – со вздохом согласилась Ная. – А до этого момента ты больше не будешь меня учить?

– Напротив! Присядь, пожалуйста.

Ная опустилась на траву у ног волшебника.

– Закрой глаза, – тихо сказал чародей. – Расслабься. Почувствуй свое дыхание. Почувствуй пульсацию жизни внутри себя. Почувствуй волшебство, которое нас окружает и существует внутри нас. Свежий труп физиологически ничем не отличается от живого человека, но какая-то неведомая сила заставляет тело работать, заставляет каждую клеточку двигаться и бороться за место под солнцем, заставляет сердце биться, а нервы – принимать и передавать электрические импульсы. Эта сила и называется магией. Она вокруг, она во всем живом, она в тебе. Найди ее внутри себя. Почувствуй. Магия – это и есть сама жизнь.

Вампирша ощутила, как тепло разливается по плечам и спине. Она вдохнула мягкий летний воздух полной грудью. Странно, но ей казалось, что всего несколько дней назад была осень… неужели после встречи с волшебником Ная потеряла счет времени? Или вокруг его замка всегда светит ласковое солнце? Может, они сейчас находятся в другой стране… Уж точно не на Землях вампиров!

Девушка усилием воли остановила поток мыслей. Что там говорил маг? Почувствовать пульсацию жизни? Она попыталась сосредоточиться, но мысли снова убегали куда-то в сторону…

– И сколько еще мне так сидеть с закрытыми глазами? – спросила Ная.

– Обычно нужно не меньше восьми тысяч часов медитаций, прежде чем переходить к следующей ступени.

– Так долго?! – девушка удивленно посмотрела на мага.

– А как ты хотела? – пожал плечами чародей. – Не думала же ты, что десять лет обучения получится сократить до нескольких часов? Сначала нужно овладеть навыком сосредоточения воли, почувствовать магию внутри себя, чтобы управлять ей, изучить то, как работает наш мир. Все волшебники начинают с медитаций и общеобразовательных дисциплин.

– А точно ли это нужно? – капризно скривила личико Ная. – Правда ли без этого никак, или детей просто учат послушанию?

– Хорошо, давай попробуем перейти на следующий этап, – Пожиратель младенцев недовольно сдвинул брови.

Он опустился на колени, и поднес нежно-сиреневый цветок к губам девушки. Она посмотрела на мага вопросительно.

– Этот Гимальская роза, – пояснил чародей, с любовью глядя на бутон. – Она растет только в одном месте, очень высоко в горах. Ты, наверное, слышала, что первый волшебник был монахом-отшельником. Цветок помог ему расширить сознание и познать тайну магии. Совет девяти хранит эту тайну, как зеницу ока. Они никого не пускают на священную гору, но для меня это не преграда. Я достал эту розу для тебя. Прими же мой дар.

– Это надо съесть? – с сомнением спросила Ная.

– Да. Откройся новому опыту!

Ная откусила бутон от стебля. Лепестки неприятно скользили по зубам и горчили, и она поспешила проглотить цветок.

Почти сразу вампирша почувствовала легкое головокружение. Цвета вокруг стали ярче, пространство приобрело странный объем и как будто покрылось рябью, время замедлилось. Изумрудные глаза волшебника под длинной челкой блестели, словно драгоценные камни. Ная замечала каждую прядь его волос, каждое движение его красивых тонких губ. Невыразимо грациозно Пожиратель младенцев сорвал с земли стебелек и протянул его девушке.

– Сломай его, – приказал маг. Ная отчетливо слышала каждый звук его голоса, он был прекраснее любой музыки. Пространство вокруг плыло, растение в ее пальцах становилось то больше, то меньше.

– Ная, сосредоточься. Сломай его! – повторил волшебник.

Девушка переломила стебель пополам. Пожиратель младенцев удовлетворенно кивнул и сорвал еще одну травинку. Ная неосознанно улыбнулась. Так приятно было получить его одобрение! Да она готова хоть каждый день по тысяче раз рвать стебли, если это доставит ему удовольствие!

– Сделай это еще раз, но теперь осознанно, – голос мага стал тихим и бархатистым. – Медленно прикоснись к нему. Не дави. Почувствуй его. Почувствуй течение жизни внутри него. Ощути его целостность и каждую частичку.

Девушка бережно коснулась ладони волшебника, она показалась ей горячей. Когда непослушная травинка очутилась в ее пальцах, чародей прошептал:

– А теперь сломай. Сломай его.

Ная подчинилась. Маленькие капельки травяного сока заблестели на ее руках.

– Запомни это ощущение, – изумрудные глаза мага были серьезными. – Запомни хруст и натяжение, с которыми один предмет перестает существовать и становится двумя.

Волшебник протянул вампирше еще один стебель:

– А теперь тебе нужно сделать то же самое, но не физической силой, а с помощью магии.

Ная сосредоточенно смотрела на травинку между своими пальцами. Та вытягивалась и сжималась, но и не думала ломаться. Девушке показалось, что прошла вечность.

– Давай же! – подбодрил ее чародей. – Разрушение – это самое простое. Так же, как руками, только магией. Прикосновением. Впусти в себя энергию стебля. Почувствуй, как ваши жизни сливаются воедино, и оборви его существование…

Стебелек постепенно возвращался в норму. Действие цветка проходило.

– Ха! Легко сказать! – возмутилась Ная. – Ты правда думаешь, что я прямо сейчас смогу это сделать?!

– А разве не ты сказала, что медитации и изучение природы вещей тебе не нужны? – усмехнулся Пожиратель младенцев. – Так давай. Действуй. Пока ты не освоишь разрушение, дальнейшие уроки бессмысленны.

– Я же вампир, на меня твои цветы не действуют!

– Дело не в этом! Я уже достаточно изучил твое тело, чтобы подобрать правильную дозировку. Обычно хватает лепестка, тебе я дал целый бутон. Ты же почувствовала эффект, ведь так?

– Может быть…

– Вот видишь! Все дело в отсутствии подготовки. Гимальская роза не научит тебя магии, она лишь помогает расширить сознание, чтобы сделать первый шаг. Как только ты поймешь, как управлять своей жизненной силой, цветы тебе уже не понадобятся. А потом мы освоим цепные реакции. Тогда можно будет тратить чуть-чуть энергии, чтобы начать процесс, затем еще немного, чтобы все остановить. Если сможешь уничтожить хотя бы одну клетку, то сможешь расколоть и горы.

– Вот так просто? Но разве магия не требует человеческих жертв? – засомневалась вампирша.

– Да, это так, – лицо волшебника помрачнело. – Для Ритуала силы я обычно использую приговоренных преступников. Благо, в тюрьмах их хватает. Но пока ты не научилась управлять своей собственной жизнью, чужие тебе без надобности.

– Ладно, я поняла, – смирилась девушка. – Значит, восемь тысяч часов медитаций?

– Да, – кивнул чародей. – Если отвлекаешься, то не ругай себя. Просто возвращайся к ощущению жизни. А я пойду поработаю.

– Подожди, ты разве мне не поможешь? – Ная затеяла все это, чтобы стать ближе к магу, и не собиралась его так просто отпускать. – А кто же будет следить, чтобы я все делала правильно? Будет очень обидно потратить несколько лет на занятия, а потом обнаружить, что все испорчено из-за какой-нибудь банальной ошибки!

Волшебник засомневался. Он явно не ожидал такого поворота событий.

– Разве твой учитель тебе не помогал? – настаивала девушка. – Разве за учениками волшебников не следят постоянно?

– Хорошо, – со вздохом сдался Пожиратель младенцев. – Думаю, пару часов я могу на это выделить.

***

– Ну давай погуляем! – упрашивала волшебника Ная.

Тот недовольно хмурил брови:

– Ная, любимая, если ты больше не хочешь медитировать, то мне нужно вернуться к исследованиям.

– Неужели это не подождет пять минут? – девушка нежно взяла мага за руку. – Давай просто обойдем вокруг замка. Я ведь тут еще ни разу не была!

– Ладно, – сдался он. – Но сразу после я пойду в свою лабораторию, и ты больше не будешь придумывать всякие отговорки!

– Тебе настолько плохо со мной? – обиженно надула губки Ная.

– Нет, что ты!

– А похоже, что так!

Пожиратель младенцев притянул девушку к себе и погладил ладонью ее щеку.

– Любовь моя, мне с тобой очень хорошо, – прошептал он и поцеловал ее в приоткрытые губы. По спине Наи побежали мурашки от неожиданной ласки. Она обвила руками его шею и потянулась к нему всем телом, однако волшебник уже отстранился.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.