Неписатель Нетипичный
Мистические истории про питомцев

Рыжий Ангел на страже

Лика всегда считала свою кошку Миру просто необычайно умным животным. Рыжая, с глазами цвета жидкого золота и бархатистым мурлыканьем, которое лечило любую тревогу.

Они жили в старом доме с тонкими стенами, где каждый скрип лестницы или половицы был знаком. Сверху жил сосед, Марк, тихий и неприметный программист, который всегда казался обычным замкнутым человеком. Пока не случилось то, что заставило Лику изменить мнение об этом человеке…

Лика не верила ни в привидения, ни в сверхъестественное.

Она была современной девушкой, считала себя приверженцем научного подхода и критического мышления. Поэтому все мистические истории про призраков, демонов и прочее потустороннее она относила к разряду банальных страшилок для любителей пощекотать себе нервишки. Так что девушка особо не запомнила тот момент, когда это началось.

Сначала были странные звуки по ночам – не шаги сверху, а словно что-то тяжелое и негнущееся волочилось по полу Марка. Потом появился запах – сладковато-гнилостный, смешанный с серой. Лика списывала на старые трубы или свою фантазию.

Мира же вела себя иначе. Ее золотые зрачки сужались в щелочки, стоило им встретить Марка в подъезде. Она шипела, ее шерсть вставала дыбом, а низкое, предупреждающее урчание, не похожее на ее обычное мурлыканье, заставляло Лику вздрагивать. Кошка не подпускала хозяйку к двери соседа ближе чем на три ступеньки.

Однажды Лика вспомнила бабушкину сказку, которую та рассказывала ей, ребенку, глядя на мирно спящую кошку: «Они – потомки ангелов, внученька. Потомки тех, кто спустился с небес не для войны, а для тихой охраны. Их когти и зубы могут ранить Тьму, пронзить самую суть демона, но не убить его. Ибо не дано им отнимать жизни, даже самые темные».

Тогда это казалось красивой легендой. Теперь, глядя на напряженную Миру, Лика впервые в жизни почувствовала ледяной комок необъяснимого страха в груди.

Ночь Апокалипсиса наступила внезапно.

Лику разбудил грохот – не из квартиры Марка, а прямо у ее двери. Что-то тяжелое, нечеловечески сильное, ломилось в тонкую древесину. Дверь трещала по швам. Сквозь щели сочился не подъездный свет, а сгущающаяся, липкая тьма, и тот самый сладковато-гнилостный запах заполнил квартиру, вызывая тошноту.

Лика в ужасе отползла к стене, зажав в руках телефон с набранным 102, но пальцы дрожали так, что она не могла нажать кнопку вызова. Да даже если бы пальцы и не дрожали, то скованный страхом разум просто застыл в одном моменте. Все, что могла делать девушка – в ужасе смотреть на ломающуюся дверь.

Верхняя петля слетела, а замок, напоследок жалобно и звонко звякнув, вылетел в коридор. Дверь с грохотом распахнулась. На пороге стоял Марк.

Но это абсолютно точно был не тот Марк, которого знала Лика. Его глаза пылали адским желто-красным огнем, рот был искривлен в нечеловеческой гримасе, а по лицу, словно живые трещины, ползли черные прожилки. Из горла вырывалось шипение на языке, которого не существует на земле, но который Лика почему-то понимала.

«Душа… чистая… сладкая…» – проскрежетал голос, больше похожий на скрежет камней.

Лика замерла, буквально парализованная ужасом. Демон в облике Марка шагнул внутрь, его когтистая рука (рука ли еще?) потянулась к ней. Холод, исходивший от существа, обжигал кожу.

И в этот момент между Ликой и Тьмой встала Мира.

Маленькая рыжая кошка.

Она не шипела. Не выла. Она стояла неподвижно, лишь кончик ее хвоста нервно подрагивал, словно ведя какой-то свой отсчет. Но ее золотые глаза… они горели. В них вспыхнул внутренний свет, чистый, ослепительно-белый, как первая звезда. Он залил темную прихожую, и тьма отшатнулась с шипением, словно от удара.

«Ангельское 0тродье!» – взревел демон голосом Марка, полным ярости и… страха. Он сделал выпад, его когтистая тень метнулась к Мире.

Кошка двигалась с грацией и скоростью молнии.

Она не убегала. Она атаковала. Ее прыжок был точен и яростен. Когти, обычно спрятанные в мягких подушечках, которые нежно касались Ликиной руки, блеснули в белом свете кошачьих глаз, словно отлитые из чистейшего серебра. Они вонзились не в плоть Марка, а в саму сущность, что его обволакивала.

Раздался нечеловеческий вопль – смесь боли демона и хрипа захлебнувшегося Марка. Там, где когти Миры пронзили тьму, пылали раны из чистого света, дымящиеся и разъедающие демоническую оболочку.

Мира не отступала. Она была вихрем рыжей шерсти и сияющих когтей, каждый удар заставлял тьму корчиться и редеть. Демон, вопя от невыносимой боли, причиняемой ангельским наследием, стал пятиться. Свет из глаз Миры гнал его, как солнце гонит ночь.

Он вырвался из прихожей, волоча за собой тело Марка, словно разбитую куклу. На лестничной клетке раздался последний оглушительный рев, больше похожий на скрежет разрываемой материи, и запах серы достиг пика, а затем… просто исчез. Словно его сдуло ветром. Тело Марка обмякло и рухнуло на пол.

Тишина. Гулкая и звенящая. Свет в глазах Миры погас. Она подошла к Лике, дрожащей у стены, и мягко ткнулась головой в ее колени. Обычное, теплое, успокаивающее мурлыканье снова наполнило квартиру.

На следующий день Марк пришел к Лике.

Бледный, с огромными синяками под глазами, но обычный. Его глаза были снова человеческими – полными ужаса, стыда и невероятного облегчения. Он помнил все. Помнил потерю контроля и те жуткие вещи, что делал демон, он помнил ледяной ужас заточения в собственном теле, немыслимую боль от когтей рыжей кошки и… освобождающий взрыв света.

– Он… оно… пыталось заглянуть в мою душу, найти слабину, – голос Марка дрожал. – А потом… ваша кошка… Я… я даже не знаю, как благодарить. И как извиниться. – Он посмотрел на Миру, которая невозмутимо вылизывала лапу на подоконнике. В его взгляде был священный трепет.

Лика протянула ему чашку горячего чая. Их пальцы ненадолго встретились. В этом прикосновении было все: общий пережитый кошмар, немыслимое спасение, невероятная благодарность и что-то еще… хрупкое, наивное и новое. Спасение сияющей кошкой от демона – не самое обычное начало для отношений. Но именно так они и начались.

Прошли недели.

Страх сменился странным спокойствием. Лика и Марк стали проводить вечера вместе – сначала за разговорами о том невероятном событии, пытаясь осмыслить необъяснимое, потом за просмотром фильмов, просто за тихими разговорами за кофе. Они обнаружили, что смеются над одними шутками, любят одни и те же книги, и тишина между ними была не неловкой, а уютной.

Мира одобрила. Она теперь терпеливо сидела на коленях то у Лики, то у Марка, ее золотые глаза наблюдали за ними с древним, всепонимающим спокойствием.

Иногда, когда они сидели рядышком на диване, их руки невольно находили друг друга. И в эти моменты Мира мурлыкала особенно громко, как будто ангельский хор тихо звучал в ее маленькой груди.

Однажды вечером, глядя на закат, окрашивающий небо в теплые тона, Марк взял Лику за руку.

– Я думал, что потерял все, – сказал он тихо, будто боясь спугнуть счастье, робко стучавшееся в двери. – Свой разум и самого себя. Ты не представляешь, что это такое. Видеть, как овладевший твоим телом демон творит все то, о чем теперь даже думать страшно. Видеть все это и понимать, что ты ничего не можешь сделать. Это ужасно. Но меня спасло… чудо. Два чуда. – Он посмотрел на Миру, свернувшуюся калачиком на ковре, а потом на Лику. – И теперь я знаю, что самое сильное волшебство – это не борьба с тьмой, а свет, который остается после. И… и тот, с кем ты можешь им поделиться.

Лика улыбнулась. В ее глазах не было и тени прошлого страха, только тепло и что-то новое, яркое и трепетное. Она сжала его руку в ответ.

– Мира знала, – прошептала она. – Она всегда знает, кого нужно защитить. И… к кому можно подпустить ближе трех ступенек.

Они сидели так, в тишине, наполненной лишь звуком вечернего города и глубоким, умиротворяющим мурлыканьем рыжего ангела-хранителя, который, свернувшись клубочком, дремал на теплом ковре.

Темнота за окном больше не пугала. Ведь они знали: настоящий свет живет не только в легендах, но и в маленькой рыжей кошке, и в их собственных, только что зажженных сердцах. А счастливый конец, как оказалось, иногда начинается с демона на пороге и когтей, сияющих ангельским светом.

Бесёнок Бяка, маленький мальчик и уличный котенок

Тьма под кроватью шевельнулась. Не просто поскреблась, как это бывает у всех маленьких детей, а задышала. Тёплым, липким, пахнущим гнилыми зубами воздухом.

Маленький Артём прижался к стене, впиваясь пальцами в одеяло. Он знал: если малыш позволит себе закричать – оно вылезет быстрее.

Из чёрной щели медленно выползли пальцы. Длинные, костлявые, с крючковатыми ногтями, покрытыми запёкшейся кровью. Они постучали по полу, словно пробуя его на прочность. Потом показалась ладонь. Потом – другая.

И наконец вылезло оно.

Существо было похоже на ребёнка, если бы ребёнка слепили из обожжённой кожи, вывернутых суставов и слишком широкой улыбки. Его глаза – две чёрные дыры, заполненные шевелящимися тенями. Рот – до ушей, с рядами мелких, острых зубов, будто у пираньи или акулы.

– Артёмочка… – прошипело существо. Голос звучал так, будто его собрали из сотен шёпотов, слипшихся мокрым комком воедино. – Поиграем?

Ужасный бесенок пугал малыша.

Артем зажмурился и еще крепче вжался в стену.

– Не бойся… – оно подползло ближе, и мальчик почувствовал, как по его ноге стекает что-то тёплое и липкое. – Я не буду тебя кусать…

Оно лгало. Такова его природа, его суть…

Бесёнка звали Бякой.

Он был одним из младших в иерархии Нижних. Тех, кто живёт в трещинах между мирами, питается страхом и плотью, служит Тёмным Владыкам, чьи имена нельзя произносить вслух, да даже думать о них опасно.

Но Бяка был плохим бесом.

Он не хотел пугать. Не хотел рвать мясо когтями. Не хотел слушать, как дети кричат, когда он выгрызает им глаза. Все это было для него… скукотой.

– Ты… особенный, – шептали ему другие бесы, когда он отказывался мучить жертву. – С тобой что-то не так.

И они были правы.

Бяка и правда был не таким, как все.

А в Нижних это не прощают.

Малыш не спал уже третью ночь.

Бесёнок приходил каждый вечер, стоило маме пожелать Артему спокойной ночи и выйти. Он садился в уголке, смотрел на мальчика своими бездонными глазами и… просто сидел.

– Ты… не боишься меня? – спросил Бяка в одну из ночей.

– Немного, – прошептал мальчик.

Бесёнок поник.

– Я не хочу пугать…

– Тогда зачем ты здесь?

Бяка сжал свои когтистые лапки.

– Мне велели. Это моя работа.

Велели…

В Нижних планах нельзя ослушаться. Если бес отказывается мучить – его самого отдают Старшим. А Старшие любят играть с младшими.

Особенно – с теми, у кого ещё осталась душа.

На пятую ночь Бяка приполз раненый.

Его шкурка была покрыта рваными ранами, из которых сочилась чёрная, густая жидкость. Один глаз был выбит.

– Они… знают, – прохрипел он. – Знают, что я не пугаю тебя.

Артём задрожал. Мальчик не понимал от чего. От страха за себя или… за бесенка?

– Кто они?

– Те, кто ниже.

Бяка схватил мальчика за руку. Его когти впились в кожу, но боль пролетела мимо сознания малыша, стоило ему услышать испуганный голос бесенка. Неподдельный животный страх.

– Они идут за мной. И… за тобой.

Потому что теперь Артём видел. А те, кто видел Нижних, становились их добычей. Это закон, правило, непреложная истина.

Дверь в комнату скрипнула.

Не просто открылась – разверзлась, будто её рвали изнутри или пинали.

Из тьмы за её пределами полилось нечто.

Длинные, скрюченные фигуры, сплетённые из костей и кожи. Лица без ртов. Рты без лиц. Существа, для которых боль была языком, а страх – воздухом.

Старшие…

– Бяка… – зашипели они хором. – Маленький, жадный предатель…

Бесёнок встал перед Артёмом, расправив свои жалкие крылышки и повернувшись к мальчику, сказал лишь одно слово:

– Беги.

Но мальчик не мог пошевелиться.

Старшие засмеялись.

И тогда маленький бесенок кинулся на них.

Артём не помнил, как оказался в шкафу. Он слышал только звуки. Хруст костей. Визг. Чьё-то рыдание. Потом – тишину. Дверь шкафа медленно открылась…

Перед ним стоял Бяка.

Весь в чёрной крови. С вырванным клоком шкуры на боку. С торчащим из груди обломком кости.

– Они… ушли.

Артём заплакал.

– Почему?.. Почему ты…

– Потому что я друг.

И тогда бесёнок улыбнулся. По-настоящему. Впервые за многие сотни лет.

Утром мать нашла Артёма в шкафу.

Он сидел, обхватив колени, и что-то шептал.

– Он спас меня…

– Кто, малыш? – обеспокоенная мать опустилась перед ним на колени.

Артём поднял голову.

– Бяка.

И тогда она увидела.

На стене за её спиной – тень.

Слишком большая. Слишком зубастая.

Слишком… довольная.

Потому что Бяка не был добрым. Он просто был не способен на добро. Зато он был умным. И теперь у него была новая игра.

Мама Артема мотнула головой, не в силах поверить увиденному. Спустя мгновение стена за её спиной была пуста – тень исчезла. Только холодный сквозняк шевельнул занавески, будто кто-то невидимый проскользнул мимо.

– Никого нет, малыш, – прошептала мама, гладя Артёма по голове. – Тебе просто приснилось.

Но мальчик знал правду. Бес не ушёл.

И теперь он не оставит их в покое. Малыш, несмотря на свой возраст, прекрасно понимал, нет, даже скорее чувствовал, что его семья теперь во власти Бяки.

Следующей ночью Артём проснулся от тихого шороха и веселого хихиканья.

– Артёмочка, вкусняшка моя, – прошептал знакомый голос.

Мальчик замер. Из-под кровати медленно выползло что-то. Но это был уже не Бяка. Точнее, не совсем Бяка.

Его обгоревшая шкурка была заштопана чёрными нитями, словно кто-то грубо сшил его обратно после схватки со Старшими. Один глаз так и остался выбитым, но во втором теперь горел не испуг или робость, а… удовольствие и гордость.

– Я доказал свое право и теперь наши игры станут куда веселее. Ты же хочешь этого, малыш? – прошипел бесёнок, растягивая рот до ушей, обнажая острые акульи зубки.

Артём попытался закричать, но пальцы Бяки, мягкие и липкие, как варёные макароны, впились мальчику в горло,

– Ш-ш-ш… Не пугай маму. Ты же не хочешь, что бы она увидела меня? Подумай своей маленькой головкой, что я тогда с ней сделаю? Ты же любишь маму и не желаешь ей зла?

Хитрый бесёнок знал на что давить и как убедить малыша не поднимать крик. Он годами обманывал Старших, а тут какой-то несмышлёный ребенок. Лакомая, легкая и вкусная добыча. Бяка наклонился ближе, и мальчик почувствовал, как по его щеке стекает тёплая капля чужой слюны.

– Старшие наказали меня за непослушание… Но я смог их убедить. – Его голос стал сладким, как испорченный мёд. – Теперь ты только моя игрушка. Ну а твоя мама… Она пойдет на сладкое.

При этих слова бесёнок разжал лапку и облизал свои сухие губы. А потом резко дернул рукой с зажатой в ней детским зубом. Артему было очень больно, но он боялся за маму, поэтому не проронил ни звука…

– …мы поиграем, малыш. У нас столько времени впереди…

Жизнь Артема превратилась в ад.

Малыш больше не спал. Вообще. Бяка приходил каждую ночь. Сначала – шептал страшные слова из-под кровати. Потом – своими грязными, липкими и холодными пальцами, сдавливал мальчику горло. А теперь он начал являться еще и днём.

Он пугал и издевался, иногда притворялся лучшим другом и самым большим добряком во всем мире, что бы сильнее обмануть надежды ребенка и насладиться его отчаянием.

Мама ничего не замечала. Она просто… угасала с каждой секундой.

Сначала у неё начали пропадать вещи: сережки, заколки, ложки. Потом – волосы. Целые пряди каждое утро оставались на подушке, будто кто-то выдёргивал их по ночам. Мама кашляла, бледнела, жизнь покидала молодую женщину каждую секунду. Врачи лишь разводили руками, не в силах определить что является причиной такого состояния.

– Это он, – шептал Артём, глядя, как тень на стене шевелится без света. – Он ест мою маму. Я должен что-то сделать.

Но что мог сделать маленький мальчишка против хитрого исчадия ада? Бяка не просто мучил его семью. Он медленно, размеренно пожирал их жизнь, получая от этого извращенное удовольствие и явно наслаждаясь процессом.

Маленькая кошка.

Артём нашёл её у школы – маленькую, грязную, с внимательным и понимающим взглядом. Она шипела на всех, но когда мальчик словно по наитию протянул руку, кошка не убежала.

– Ты тоже боишься? – прошептал малыш, гладя дрожащую спину уличной кошки.

Кошка посмотрела на него зелёными глазами – и вдруг ласково заурчала, будто всё-все понимала.

Последняя ночь

Бяка пришёл, как всегда голодный и радостный. Но в этот раз он не стал играть с Артемом. Сегодня он должен был доесть маму мальчика. Ну а потом придёт и время малыша.

Бесёнок сидел на груди у мамы, впиваясь когтями в её плечи. С каждой секундой лицо мамы серело и словно старилось, а Бяка наоборот, начинал светиться и прямо лучиться удовольствием и сытостью.

– Ты не спасёшь её, уже слишком поздно, – прошипел бесёнок малышу, который сегодня спал рядом с мамой.

Артём в панике и страхе за маму закричал – и в тот же миг из-под кровати выстрелила чёрная молния.

Маленькая самоотверженная стражница.

Она вцепилась Бяке в его довольное лицо, рыча так, будто в её груди бушевал ураган.

Бесёнок завизжал – не злобно, а по-настоящему испуганно и удивленно. Он не визжал так даже когда сражался со Старшими.

Бес дёрнулся, забился, но кошка не отпускала. Бяка кружил по всей комнате, пытаясь избавиться от нежелательной ноши, но маленькая кошка всеми своими маленькими кошачьими силами лишь сильнее вгрызалась в хитрое исчадие ада.

Теплый рассвет прогнал мрачные тени.

Мама проснулась впервые за многие месяцы спокойно – без кашля и боли.

– Что это? – в удивлении женщина смотрела по сторонам и на мирно сопящего Артема, что лежал рядом.

По всей комнате на полу валялись чёрные клочья – будто кто-то раскидал черную вату.

А в ногах, свернувшись калачиком, спала кошка, озорно дергая ушами прямо во сне. Мама, умилившись такой картине и поддавшись порыву нежности, поцеловала сына. Артем сквозь сладкую дрему потянулся и обнял маму. А кошка, услышав копошение, приоткрыла один глаз, словно говоря – я все вижу, никакая опасность не пройдет.

Впервые за долгое время Артем чувствовал себя в безопасности. Он знал, что Бяка не вернётся.

Потому что кошки видят то, что скрыто.

И никогда не прощают тех, кто обижает их людей.

Одинокий новый год

Снег кружил в воздухе подобно белым призракам, и тихо падал на землю, укрывая мир мягким, пушистым одеялом. В маленьком домике на краю деревни, где жила бабушка Нина, раздавался треск дров в печи и мяуканье её любимого кота Мурзика.

«Скоро Новый год, Мурзик!», – радостно воскликнула старушка, поправляя белый платок на голове. Но в этот раз что-то было не так. В воздухе витала тревога, словно кто-то зловещий поджидал своего часа.

Нина всегда любила Новый год.

Это время, когда она собирала всех своих близких, когда дом наполнялся ароматом свежеиспеченного печенья, еловых веток и мандаринов. В эти дни раньше в доме всюду слышался смех и довольное щебетание внуков. Царила приятная суета и оживление.

Сейчас же в доме царило ненавистное спокойствие и тишина. В этом году её единственная дочь, Лена, не смогла приехать. «Работа, мама, ты же знаешь. Много дел навалилось, мне не до тебя.», – сказала она по телефону, и Нина почувствовала, как в сердце что-то щемит.

Старушке было обидно. Обидно за потраченные силы и годы. Скольким она пожертвовала ради дочери, а та теперь не может раз в год приехать к матери на такой праздник. Бабушка постаралась заглушить обиду в душе, негоже ведь омрачать такой праздник темными думами. Она осталась одна, только Мурзик был рядом, но его мурлыканье не могло заглушить одиночества.

Завтра новый год.

Вечером, когда Нина уже собиралась ложиться спать, раздался странный звук – будто кто-то шуршал за окном. Она подошла к стеклу и увидела, как тень скользнула мимо. «Кто это мог быть?» – прошептала она, сердце забилось быстрее. Всю жизнь она прожила в деревне и не особо боялась ни лесных хищников, ни заезжих лиходеев.

Но в этот раз страх словно нашёл щелку и проник в её душу. Мурзик, почувствовав её испуг, прижался к ногам старушки. Нина решила, что это просто игра теней, но в глубине души её терзали сомнения. Она каким-то шестым чувством понимала, что это не просто тени.

На следующее утро, когда она вышла на улицу, чтобы занести дров для печки, её внимание привлекло что-то блестящее в снегу за забором. Это был старый медальон, который она потеряла много лет назад. «Как он здесь оказался?» – удивилась Нина.

Но, как только она его подняла, он тут же испарился прямо у неё из рук, ветер резко подул, и в воздухе послышался зловещий шёпот: «Скоро ты заплатишь за свои грехи…» Бедная бабушка смогла убедить себя, что ей это все просто показалось. Но после этого случая тревога прочно поселилась у неё в душе.

Вечер перед Новым годом.

Нина готовила угощения в надежде, что дочь сделает сюрприз и приедет со своей семьей. Несмотря на печаль и тревогу в душе, бабушка украсила дом, прибралась, повесила везде украшения и игрушки. Осталось лишь приготовить праздничный стол.

Нина поставила на печь вариться картошку для оливье, а сама принялась нарезать колбаску, когда вдруг в дверь постучали. «Вот и доченька приехала!» – обрадовалась старушка и побежала открывать.

Дверь со скрипом давно не смазываемых петель отворилась и перед глазами старушки предстал самый настоящий Дед Мороз, вот только его глаза светились зловещим светом.

«С Новым годом, бабушка!» – произнёс он, но его голос звучал словно шёпот мёртвых. Нина почувствовала, как мурашки пробежали по её спине. «Ты не должна была оставаться одна», – добавил он, и в этот момент за его спиной возникла тень – злой дух, который, казалось, был готов забрать её душу. Она явственно чувствовала угрозу от существа, что прицепилось своими призрачными щупальцами к Деду Морозу.

«Что ты хочешь от меня?» – закричала Нина, её голос дрожал от страха. «Твои близкие забыли о тебе, ты стала им не нужна. Ни ты, ни твоя любовь и забота», – ответил дух, и в его словах звучала горечь.

Нина вспомнила, как часто она оставляла Лене сообщения, но не получала ответов. «Я не виновата…» – начала оправдываться она, но дух прервал её: «Я заберу тебя в край таких же забытых и ненужных!»

В этот момент Мурзик, который всё это время прятался под столом, выскочил и бросился на злого духа. «Мурзик, нет!» – закричала Нина, но кот, казалось, знал, что делает. Он прыгнул на духа, и тот, издавая жуткий крик, исчез в воздухе.

С глаз Деда Мороза словно спала пелена. Он, увидев что свободен, улыбнулся: «Ты не одна, бабушка. Любовь всегда побеждает зло. Пока рядом те, кто тебя любят и не важно, человек это или тот, кого ты приютила».

Новый год настал.

Нина, обняв Мурзика, почувствовала, как тепло заполнило её сердце. Она поняла, что даже в самые тёмные, злые времена, когда кажется, что всё потеряно, любовь и забота о близких могут победить любые страхи. А дочь…

У неё теперь своя семья и своя жизнь. Она сделала все для неё и пришло время просто отпустить свое дитя. «С Новым годом, Мурзик», – прошептала она, и в этот момент за окном захлопал салют, как символ надежды и новой жизни.

Первая охота черного кота

– Ты слышала? Опять пропали коты! – с тревогой произнесла Екатерина, глядя в окно на серое небо. Ветер завывал, как будто предвещая беду. В деревне, где она жила, слухи разлетались быстрее, чем этот самый ветер. Да, как и в любой древне. Каждый раз, когда исчезал очередной питомец, все указывали на одного и того же человека – старую ведьму, что жила на краю леса. Только вот сделать с этим ничего не могли. Мешало наличие участкового и банальный страх перед ведьмой.

Катя всегда любила животных.

Её пушистый кот Мурзик был не просто питомцем, а настоящим другом. Однажды она ездила с родителями в город, где и спасла его от голодной судьбы и стаи злых дворняг. Не без помощи папы, конечно.

Вспомнив это, она искренне улыбнулась. Тогда он был ещё крошечным комочком шерсти, а сейчас вымахал в здоровенного черного кота, что сам гонял собак по всей деревне.

С тех пор, как начали пропадать коты, её сердце сжималось от страха. Ведьма, по слухам, могла превращать животных в своих слуг, а потом забирала их в свой мрачный дом, где выпивала их души или оставляла в своем услужении.

– Я не верю в эти сказки, – сказала ей соседка и одноклассница Лена, когда они возвращались из школы. – Просто старуха странная, и всё.

Но Катя знала, что это не просто слухи. Есть вещи, которые логически сложно объяснить, но всей душой ты понимаешь, что это так. Катюша знала, что пропажа котов дело рук ведьмы. Девушка была уверена в этом, хоть и доказательств у неё не было.

В тот вечер, когда она вернулась домой, Мурзик не встретил её у двери. Тревожно стало на душе у девушки. Она обыскала весь дом, заглянула под кровать, в шкаф, но его нигде не было. Неужели старая ведьма добралась и до её любимого кота?

– Мурзик! – закричала она. Ответом была лишь тишина. В панике она выбежала на улицу и направилась к лесу, где жила колдунья. Катя боялась, но любовь к своему пушистому другу была сильнее страха.

– Ты куда? – крикнула Лена, убиравшаяся во дворе, но Екатерина не обратила внимания. Она знала, что должна найти своего кота и цена не имеет значения.

Лес был темным и зловещим.

Каждый шорох заставлял её сердце биться быстрее. Девушке казалось, что из-за каждого дерева за ней наблюдают монстры, что только ждут удобной возможности растерзать бедняжку. В небе кружило воронье, не предвещая ничего хорошего. Где-то вдалеке выли волки.

Было темно, хоть на улице царствовала середина дня. Коленки дрожали, а зубы выдавали настоящую чечетку. Кате было очень страшно. Хоть она деревенская и не боялась леса, но именно тут её пугало все. Словно эти деревья и трава не принадлежали этому миру.

Вдруг она увидела свет, пробивающийся сквозь плотные ветки многовековых деревьев. Это был дом ведьмы. Ветхие стены были покрыты мхом, а окна – заколочены. Из черной трубы валил едкий дым. Екатерина подошла ближе и услышала тихое мяуканье. Это точно был Мурзик! Она узнала бы его голос из тысячи.

– Мурзик! – закричала она, но её голос был заглушен треском веток и внезапно поднявшимся ветром. Вдруг дверь открылась, и на пороге появилась старая ведьма с длинными, как корни деревьев, пальцами. Она улыбалась беззубым ртом, глядя прямо на девушку.

– Ты пришла за своим котом? – произнесла она, и в её голосе звучала насмешка. – Он теперь мой.

– Верни его! – закричала Катя, чувствуя, как гнев переполняет её и слезы подступают к глазам. Страх медленно уходил. – Он не твой!

– Ты не понимаешь, – сказала ведьма, – он теперь служит мне. Как и все остальные. Их души такие сладкие и сильные. А знаешь, малышка. Я ведь никогда не пробовала человеческую душу…

Катя, не раздумывая и не слушая старую колдунью, бросилась в дом.

Ведьма, хмыкнув, лишь проводила её взглядом. Внутри было темно и холодно. Пахло сырой землей и какой-то терпкой травой. Катя нашла Мурзика, который сидел в большом котле, испуганный и потерянный. Схватив его на руки, она почувствовала, как сила любви к своему питомцу наполняет её.

Все тревоги и страхи испарялись, как капли дождя в жаркий день. Катя закрыла глаза и просто наслаждалась теплом, что держала в руках. В этот момент зашла смеющаяся ведьма.

– Еда сама пришла на кухню, как мило.

– Я не позволю тебе забрать его! – закричала девушка, и в этот момент в её сердце вспыхнула искра. Она вспомнила все те моменты, когда Мурзик был рядом, как он согревал её душу и сколько подарил ей тепла. Он был всегда рядом.

Только он мог ничего не говоря поддержать её. Только он молча мог выслушивать её многочасовые жалобы на жизнь. Только он мог дарить счастье всей своей кошачьей душой.

Словно почувствовав настроение хозяйки, кот вдруг зашипел, и в этот момент ведьма отшатнулась, как будто её поразила молния. Катя не поняла, что случилось. Её человеческий взгляд просто не смог уловить произошедшее. Катюша лишь почувствовала, как тяжесть с её рук пропала, вернувшись через мгновение.

Миг, и свет вспыхнул.

Весь лес словно замер. Ведьма исчезла, оставив лишь черный силуэт на грязном полу. Катя ничего не понимала. Она выбежала из дома, держа Мурзика на руках. Они быстро вернулись в деревню. Девушка не стала никому рассказывать о случившемся. Кот, по понятным причинам, тоже.

– Мы справились, – прошептала она, обнимая своего друга. В этот момент она четко осознала, что любовь и смелость могут победить даже самые тёмные силы. И хоть она не понимала и малой доли случившегося, но была рада, что её друг снова рядом с ней.

В деревне еще долго перешептывались о странной пропаже ведьмы. Даже приезжали следователи из города, но ничего не нашли. Жизнь продолжалась. Кате предстояло скоро ехать в город на учебу и она не намеревалась расставаться со своим питомцем.

Сколько всего интересного их ждет впереди! Катя знала, что справедливость и добро всегда победит. И в этом ей поможет её мудрый черный кот с янтарными глазами.

Последняя охота черного кота

Черный кот лежал на подоконнике, наблюдая за происходящим во дворе. Его янтарные глаза неотрывно следили за странной женской фигурой в черном, медленно бредущей вдоль дома. Старый котофей знал, чувствовал всей своей древней душой – что-то не так.

– Мурзик, отойди от окна, – проворчала Катя, поглаживая питомца по черной, местами поседевшей шерстке. – Не нравится мне эта наша соседка.

Катя переехала в этот дом относительно недавно.

Учеба вдали от родного городка давалась тяжело, особенно последний курс меда, но родительская поддержка и стремление в светлое будущее помогали. Да и Мурзик, старый деревенский кот, давал моральных сил.

Может кто-то и посчитал бы это глупостью, но Катя рядом с Мурзиком чувствовала себя как за каменной стеной. Может это потому, что он был рядом с самого раннего детства?

Кот согласно мяукнул. За почти двадцать лет совместной жизни они с хозяйкой научились понимать друг друга без лишних слов. Мурзик был не просто котом – он стал единственным другом одинокой девушки вдали от дома.

Соседка сразу не понравилась Кате.

Другие соседи оказались вполне милыми и понимающими людьми. Одна бабушка даже угощала худую девушку пирожками, а сосед снизу при переезде помог занести скромные пожитки в квартиру. Эта же женщина… Высокая, худая, с неестественно черными волосами и бледным лицом. Она никогда не здоровалась, избегала соседей и выходила из дома только по ночам. А вчера произошло то, что окончательно насторожило Екатерину.

Во дворе пропал котенок.

Маленький Рыжик, любимец всего двора, исчез. Этот кот был словно талисманом. Он притягивал взгляды, всегда был ласков и нежен. И даже уличные собаки не трогали милого котенка. При виде этого маленького комочка, наполненного любовью, настроение само собой ползло вверх и на лице расцветала улыбка.

Но вчера он пропал. Последний раз его видели играющим возле подъезда той самой жуткой женщины. А утром дворник нашел на помойке окровавленный ошейник котенка.

– Нет, Мурзик, так нельзя, – решительно произнесла Катя, поправляя очки. – Надо что-то делать!

Но что может сделать одинокая девушка в чужом городе?

Ночью она не могла уснуть. За окном выл ветер, корявые ветки деревьев стучались в окна, а в соседней квартире раздавалось странное бормотание и звон склянок. Неужто жуткая соседка оказалась еще и алкоголичкой? Мурзик сидел на груди хозяйки, напряженно вглядываясь в темноту.

Вдруг раздался душераздирающий кошачий крик. Катюша вскочила с кровати. Мурзик зашипел, шерсть встала дыбом.

– Боже мой! – воскликнула девушка, спешно накидывая халат и куртку с прихожей.

Выйдя на лестничную клетку, она увидела приоткрытую дверь соседней квартиры. Изнутри доносилось тихое пение и запах горелых трав. Мурзик, прижимаясь к ногам хозяйки, тихо рычал.

То, что она увидела, заглянув в щель, заставило её похолодеть. Посреди комнаты стоял черный котел, вокруг него были разложены свечи. Соседка, одетая в длинное черное платье, помешивала что-то в котле, приговаривая странные слова. А на полу… На полу лежали безжизненные тела нескольких котов.

Катя прижала руки ко рту, сдерживая крик. Мурзик вдруг рванул вперед, громко и воинственно мяукая.

– Ах ты, грязное создание! – прошипела ведьма, оборачиваясь. Её глаза светились зеленым огнем.

Но храбрый кот Мурзик не отступил. Он прыгнул прямо на ведьму, вцепившись когтями в её лицо, искаженное нечеловеческой злобой.

Городская ведьма кричала.

Жуткая женщина пыталась оторвать черного кота от своего лица. Она, ослепленная, носилась по всей комнате. Котёл опрокинулся, и тёмная жидкость разлилась по полу. Свечи погасли одна за другой.

– Мурзик! – крикнула Катя, бросаясь на помощь своему питомцу. В тот момент она не думала о нарушении закона, частной собственности и подобных мелочах. Она видела, что её любимец, её питомец и просто друг в большой беде. Еще чуть-чуть и ведьме удастся оторвать Мурзика от своего лица. Что будет потом, девушка даже не хотела думать.

Ведьме удалось освободиться.

Она отшвырнула кота и направила руки в сторону молодой девушки. Её пальцы искрились зеленоватым светом.

– Наивная девочка! Думаешь, твой облезлый кот сможет помешать мне? Я веками собирала силу кошачьих душ, что куда сильнее душ этих жалких людишек!

Из темных углов комнаты появились призрачные силуэты – десятки кошачьих теней. Они кружились вокруг ведьмы, становясь всё более материальными. Мурзик сидел в центре этого хоровода, его глаза светились неземным огнем.

– Нет! Невозможно! – закричала ведьма. – Они не могут освободиться!

Катюша с изумлением наблюдала, как призрачные коты набрасываются на ведьму. Та пыталась отбиваться, но её заклинания проходили сквозь призрачные тела.

Это зрелище было настолько нереальным, что девушка просто села там, где стояла. Она во все глаза смотрела за игрой света и тени, не в силах понять происходящего. Её человеческий разум просто отказывался воспринимать то, что видят глаза.

– Мурзик… что происходит? – прошептала ошарашенная девушка. Сначала эта жуткая соседка, от которой веяло злобой. Потом странный ритуал и тельца замученных кошек. А теперь это…

Её верный друг повернулся к ней, и в этот момент она поняла – её обычный домашний кот всегда был чем-то большим. Хранителем, защитником, древним существом, охраняющим души невинных.

Ведьма истошно закричала, её тело начало чернеть и съёживаться, превращаясь в обугленную массу. Призрачные коты один за другим растворились в воздухе, унося с собой частицы тёмной магии.

Когда всё закончилось, Мурзик спокойно подошёл к хозяйке и потёрся о её ноги, мурлыча как ни в чём не бывало. Мол, ну что ты, хозяйка. Мы давно вместе, пора бы больше мне доверять.

– Ах ты, мой защитник, – улыбнувшись, прошептала Катя, поднимая кота на руки. Страх и непонимание отступили под взглядом родных янтарных глаз. – Сколько же тайн ты хранишь?

На следующее утро от странной соседки не осталось и следа. Только маленький рыжий котёнок сидел у двери Катюши, когда она вышла за почтой. Рыжик вернулся и выбрал себе хозяйку.

С тех пор во дворе больше не пропадали коты. А Мурзик всё так же лежал на подоконнике, наблюдая за двором янтарными глазами, в глубине которых иногда мелькали загадочные искорки древней магии. Он знал – это была его последняя охота на ведьму, и теперь он может спокойно наслаждаться заслуженной кошачьей пенсией рядом с любимой хозяйкой.

Вот только надо научить Рыжика своему ремеслу, а тот лишь ленится и предпочитает носиться по двору, гоняя мелких призраков. Ну ничего. Придет еще и его время стоять на страже. Такие мысли носились в голове у старого кота.

А Катя… Катя иногда, тёмными ночами, когда луна полная, а ветер завывает особенно тоскливо, замечает, как её пушистый друг принимает свой истинный облик – древнего стража, защитника кошачьих и человечьих душ. И тогда она просто улыбается, насыпает ему корма в его любимую мисочку и слушает теплое мурчание такого близкого и родного существа.

Черный кот – предвестник беды?

– Этот проклятый кот опять приперся! – закричала Марина, вжимаясь в стену. Её пальцы судорожно сжали край шерстяного пледа, который она накинула на плечи. Глаза, широко раскрытые от ужаса, не отрывались от окна, слегка покрытого морозными узорами.

За стеклом, в кромешной ночной темноте, горели два бледно-зелёных огонька. Они не мигали, не двигались, просто смотрели на неё. Смотрели так, будто знали всё, что женщина пыталась скрыть даже от самой себя.

– Кто? – спросонья пробормотал её муж Андрей, переворачиваясь на кровати и едва открывая заспанные глаза. – Опять твой чёртов кот?

– Он не мой! – выкрикнула Марина, и её голос сорвался на визг. – Он… он не кот. Он что-то другое. Ты не понимаешь! Ты никогда меня не слушаешь!

Андрей сел, потёр глаза и вздохнул. Его терпение было на исходе. Этот кот уже которую ночь подряд появлялся у их дома, сидел и просто смотрел в окна, и каждый раз Марина из-за этого впадала в истерику. Он не понимал, что её так пугало. Ну, чёрный кот. Ну, смотрит в окно. Ну, примета. Но это же просто животное!

– Марина, хватит, – сказал он, стараясь говорить мягко, но в его голосе уже звучало раздражение. – Это обычный кот. Может, он голодный, вот и приходит, ожидая когда его накормят. Давай я схожу, дам ему колбаски и прогоню его, и всё будет хорошо.

– Нет! – она поспешно схватила его за руку, когда он попытался встать. – Не выходи. Пожалуйста. Он… он не просто так здесь. Он пришёл за мной. Или за тобой! Я боюсь…

Андрей вздохнул ещё раз, но остался на месте. Он знал, что спорить бесполезно. Жена всегда была упертой и упрямой. Марина раньше не страдала такими суевериями, но за последние недели её страх перед этим черным котом стал навязчивым и неконтролируемым. Она говорила, что чувствует его взгляд даже днём, когда кота не было видно. Говорила, что он шепчет ей что-то, когда она одна.

Андрей списывал всё на стресс и усталость. Им повезло начать жизнь с чистого листа. Они уехали из города, где слишком многое напоминало жене о смерти матери, сменили работу, только переехали в этот дом, и Марина ещё не привыкла к новому месту.

Но сейчас, глядя на её бледное лицо и дрожащие руки, он почувствовал лёгкий холодок страха за свою жену. А вдруг это что-то психическое?

– Ладно, – сказал он, обнимая её и прогоняя из своего голоса любой намек на раздражение. – Давай просто ляжем спать. Утро вечера мудрее.

Но Марина не ответила. Её взгляд был прикован к окну. Зелёные огоньки кошачьих глаз исчезли.

Черный кот появился не сразу.

Всё началось три недели назад, когда они переехали в этот старый дом в частном секторе на окраине города. Марина сразу почувствовала, что с этим местом что-то не так. Воздух был слишком тяжёлым, слишком тихим. Даже птицы здесь не пели. Тишина пугала женщину.

Но Андрей был в восторге. Дом был большим, уютным, да и цена была смешной по городским меркам. Он говорил, что это их шанс начать новую жизнь. Марина хотела верить ему.

В первую же ночь она услышала странный звук. Это был тихий, почти неслышный скрежет, как будто кто-то царапал стекло. Она подошла к окну и увидела его. Чёрный кот с бледно-зелёными глазами. Он сидел на подоконнике и смотрел на неё.

Марина почувствовала, как её сердце замерло. Она всегда боялась чёрных котов. Люди говорили, что они приносят несчастье. Но этот кот… он был другим. Его взгляд был слишком человеческим, слишком осознанным.

– Уходи, – прошептала она, но кот не двинулся с места. Он просто продолжал смотреть на неё, как будто знал что-то, чего она не знала.

С тех пор кот появлялся каждую ночь. Марина пыталась игнорировать его, не думать про него, просто не обращать внимания, но это было невозможно. Она чувствовала его присутствие даже тогда, когда его не было видно. Ей казалось, что он следит за ней, что он знает её секреты.

Она начала видеть его во сне. В её снах кот говорил с ней, предупреждал её о чём-то, но она не могла разобрать слов. Она просыпалась в холодном поту и с дико бьющимся сердцем, с криком на губах.

Андрей не понимал её страха. Просто обычный уличный кот. Он считал, что его жена начинает сходить с ума. Но Марина знала, что она адекватная. А кот не был обычным. Это существо было кем угодно, но не просто черным котом. И он был здесь не просто так.

Черный кот пугал все больше.

– Марина, ты должна взять себя в руки, – сказала её подруга Зина, когда они сидели за чашкой чая на кухне. – Ты выглядишь ужасно. Ты не спишь, не ешь. Забросила себя и работу. Это не нормально.

– Ты не понимаешь, – прошептала Марина, глядя на свои дрожащие руки, крепко сжимающие чашку. – Он… он знает. Он знает всё. Он видит мою душу насквозь.

– Кто знает? Кот? – Зина засмеялась и удивленно посмотрела на подругу. – Марина, это просто животное. Котейка, кот, котик. Он не может знать ничего, кроме как покушать и помурлыкать.

– Ты не видела его глаз, – сказала Марина, и её голос стал твёрже. – Он не просто кот. Он… он как будто видит меня насквозь. Как будто знает, что я сделала.

Зина замолчала. Она знала, о чём говорит Марина. О том, в чем сама себя уже который год обвиняет её подруга. О том, о чём они никогда не говорили вслух.

– Марина, – наконец сказала Зина, – ты должна отпустить это. Ты не виновата.

– Но я виновата! – выкрикнула Марина, и её голос сорвался. – Если бы я не была такой глупой, если бы я только успела сказать как люблю её, если бы я не… – она замолчала, сжав кулаки и опустив глаза. – То мама была бы жива… А теперь. Теперь он пришёл за мной. Он знает.

Зина хотела что-то сказать, но в этот момент раздался громкий стук в дверь. Марина вздрогнула и вскочила с места.

– Кто это? – прошептала она, глядя на дверь.

– Наверное, Андрей, – сказала подруга, посмотрев на часы, но в её голосе звучала неуверенность. До прихода Андрея с работы было еще два часа.

Марина подошла к двери и медленно открыла её. На пороге никого не было. Только чёрный кот, сидящий на ступеньках. Его зелёные глаза горели в темноте.

– Уходи! – забилась в истерике Марина, изо всех сил захлопывая дверь. Она прислонилась к ней, чувствуя, как её сердце бешено колотится. – Он здесь. Он пришёл за мной. Я так больше не могу.

Черный кот всегда возвращался.

Ночь была тихой. Слишком тихой. Марина лежала в постели, прислушиваясь к каждому звуку. Андрей мирно сопел рядом, но женщина не могла уснуть. Она знала, что кот вернётся. Она чувствовала его присутствие и надвигающуюся беду.

И тогда она услышала это. Тихий, едва слышный скрежет где-то на границе восприятия. Женщина замерла, чувствуя, как её сердце на мгновение остановилось. Это было окно. Кот был здесь.

Марина медленно повернула голову и увидела его. Он сидел на подоконнике, зелёные внимательные глаза горели в темноте. Он смотрел на неё, и в его взгляде было что-то… зловещее.

– Уходи, пожалуйста. Оставь меня в покое, я больше не могу, – прошептала она, но кот не двинулся с места. Он просто продолжал смотреть на неё, ни на секунду не отводя своих бледно-зеленых глаз.

Марина закричала. Она вскочила с кровати, чувствуя, как её сердце готово вырваться из груди. Андрей проснулся и схватил её за руку.

– Солнышко, что случилось? – спросил он, но она не могла ни ответить, ни успокоиться. Она смотрела на окно. Кот исчез.

Время расплаты для кота наступило.

На следующее утро, когда уехала скорая помощь, а муж ушел на работу, Марина решила, что с нею покончено. Она больше не могла жить с этим страхом и виной. Все смешалось в адском коктейле под названием совесть. Вина за безразличие к умирающей матери и позднее осознание своей жестокости, вечная круговерть суеты в желании подняться выше по карьерной лестнице, нелюбимый муж…

Женщине казалось, что черный кот обличает каждый её грех и вскрывает каждый гнойник в её душе. Либо она, либо кот. Марина взяла нож и вышла во двор. Кот сидел на крыльце, как будто ждал её.

– Ты думаешь, ты можешь меня запугать? – прошептала она безумным голосом, подходя к нему. – Ты думаешь, я позволю тебе разрушить мою жизнь и лишить рассудка?

Кот смотрел на неё, и в его глазах не было страха. Только… печаль.

Марина замахнулась ножом, но в этот момент кот ловко отпрыгнул в сторону. Женщина споткнулась и упала с крыльца. Кот отбежал подальше, залез на забор и продолжил смотреть на женщину своими внимательными и печальными глазами.

Женщина была в бешенстве. Пусть её посадят за жестокое обращение с животными, пусть в неё тыкают пальцами, пусть её считают сумасшедшей, но сегодня она избавится от кота. Иначе она так дальше жить просто не сможет. Кот довел её до этого состояния.

Марина подскочила и побежала за котом. А черный кот словно этого и ждал. Он ловко убегал от женщины сначала по забору, а потом по улице, удаляясь в сторону заброшенных, нежилых домов.

Спустя пять минут погони, запыхавшаяся женщина стояла у полуразвалившегося здания, куда секунду назад забежал кот. На её лице играла безумная улыбка, а рука крепко, до побелевших костяшек, сжимала нож. "Ну теперь не уйдешь!" – подумала женщина и зашла внутрь.

Внутри было темно. Женщина включила фонарик на телефоне и пошла искать кота. Вдруг она увидела черный хвост, промелькнувший в одной из комнат и Марина устремилась туда. Последнее, что она услышала, был громкий скрип и треск, а потом полет в темноту…

Когда женщина очнулась, она увидела, что кот сидит рядом с ней на какой-то мешанине из тряпок и одежды. Его зелёные глаза смотрели на неё с… состраданием и просьбой.

Марина потерла ушибленный бок. Злость куда-то испарилась. Осталась лишь холодная решимость избавиться от этого проклятого черного кота. Женщина посмотрела по сторонам в поисках ножа, но он словно испарился.

– Ничего, я тебя голыми руками уничтожу, – проскрипел голос женщины, приближающейся к коту, который словно смирившись, продолжал спокойно сидеть на куче тряпья.

Кот тихо мяукнул и отбросил лапкой кусок тряпки…

Черный кот не всегда к беде.

Марина поняла, как она ошибалась. Кот не был злом. Он не был нечистым духом или исчадием ада. Женщина сидела на крыльце старого здания, гладила черного кота, плакала и смотрела как скорая увозит маленькую девочку.

Оказалось, вчера вечером пропала малышка. Ушла гулять и бесследно исчезла. За всю ночь её так и не смогли найти. А Марина из-за своих переживаний даже не знала об этом.

Бедная девочка, гуляя в этом заброшенном здании, провалилась в подвал, где её засыпали обломки и мусор. Малышка лишилась сознания сначала от удара, а потом от переохлаждения. Счет шел буквально на часы. И если бы кот не привел обезумевшую женщину в это здание, то кто знает, что стало бы с малюткой.

С тех пор Марина больше не боялась чёрных котов. Она знала, что они не приносят несчастье. Они просто видят и чувствуют то, что другие не могут увидеть. А может у них есть кто-то, кто шепчет им на ушко тайны, сокрытые от людей, или даже открывает им будущее.

Марина поняла, что кот не только спас малышку, вовремя приведя женщину, но и помог Марине понять то, что она не виновата в случившемся со своей матерью и надо жить дальше. Она поняла, что вина была лишь в её воображении, и что она должна отпустить прошлое и шагнуть в свое будущее без страха и вины.