Леди Найт
Майор особого назначения

1. Константин

– Полкан сильно злой? – уточнил я у друга и по совместительству сослуживца Пашки Михеева.

Мы шли по коридору главного управления к кабинету нашего обожаемого начальника – полковника Новикова. Чем ближе подходили, тем сильнее у меня сжимался желудок. Впрочем, не только он.

Накосячил я немного, поэтому сейчас направлялся к нему на ковёр, чтобы огрести по полной программе, а, быть может, и по дополнительной – смотря какое сегодня настроение у Петра Яковлевича.

– А ты как думаешь, Костян? – вздохнул Пашка. – Он вчера так орал, я думал, у него харя от злости треснет.

Я сильно не надеялся на милость шефа. Просто так спросил.

После бессонной ночи голова гудела так, что мне хотелось, чтобы полкан поскорее меня отымел во всех позах и отпустил домой. Главаря банды я вчера упустил, так что этот ублюдок теперь затихарится, а я смогу выспаться, наконец, а потом с новыми силами приступить к службе.

В клубе, где мы вчера работали с Пашкой под прикрытием, такая заваруха началась, мама не горюй! А я всё пропустил, за что меня сегодня и будут сношать во все отверстия.

Одно утешало – раскрываемость у меня самая высокая по области, так что не уволят, но и по головке не погладят.

– Ну, не пуха тебе! – пожелал Михеев.

– Пошёл в жопу! – буркнул я.

Бесил он меня сегодня, если честно. Не мог, сука, меня вчера свистнуть, когда перестрелка началась?

Пашка стоял на стрёме, пока я пёр сочную блондиночку в толчке. Не то чтобы я в обиде на него… Понятно, что я сам накосячил…

Друг, называется!

Если бы мы не корефанились со школы, я бы всё хлебало ему разворотил. Но я его любил, козла вонючего!

– Надо говорить: к чёрту! – поправил меня Пашка, искренне считая, что я просто перепутал фразы.

Я не стал его разубеждать и решительно толкнул дверь в кабинет Новикова.

– Разрешите, товарищ полковник? – как можно бодрее сказал я.

– А-а-а-а… Герой-любовничек пожаловал! – с театральной улыбочкой протянул Пётр Яковлевич, и я понял, что мне пизда. – Ну, проходи, Зимин. Выспался, гадёныш?

– Никак нет, товарищ полковник! – ответил я, закрывая дверь.

Косяк косяком, но я не шибко-то хотел, чтобы весь отдел слышал, как Новиков имеет меня без вазелина. Я присел на стул возле стола полковника, как пионер, и приготовился слушать его нудятину.

– Ну, докладывай, – вздохнул Пётр Яковлевич.

– По какому вопросу? Если по поводу перестрелки, то я сейчас всё объясню. Мы с капитаном Михеевым находились в клубе с целью сбора информации, потому вооружены не были. Соответственно, следуя инструкциям, в перестрелку вступать не имели права и возможности.

– Костя, ты совсем дебил? – начал набирать обороты шеф.

– Виноват, товарищ полковник!

– Какая нахуй перестрелка? Ты зачем жену Сафронова выебал?

Так Новиков меня не за это драть будет? Фух, слава тебе господи! Аж дышать легче стало, и в кабинете как-то светлее.

А за что тогда? И кто такой Сафронов?

Чёрт с ним с Сафроновым. Как узнать, которая из моих бывших его жена? Я много с кем чпокался, разве всех упомнишь? И почему именно сейчас полковника это заинтересовало? Какого чёрта его вообще волнует моя половая жизнь?

– Не было такого, – на всякий случай ответил я.

– Как не было? Мы вчера всем отделом слушали, как она визжала и вот это вот всё! – Полковник захлопал в ладоши, имитируя шлепки страстно сливающихся в экстазе тел. – О, да, Костя! Ещё! Глубже! Да! Да! – разошёлся он. Ему бы порнушку озвучивать. У мужика талант. – На тебе прослушка была, конченный!

А! Так он про вчерашнюю блондинку? В душе не ведаю, чья она жена. Я у неё паспорт не спрашивал. Да и имя, если честно, не припоминаю.

– Виноват, товарищ полковник! – это всё, что я мог сказать в своё оправдание. – А кто такой Сафронов? – поинтересовался я, полагая, что в этом случае пойму суть проблемы глубже.

– Стыдно не знать, Зимин! Депутат, шишка серьёзная. Рогоносец узнал обо всём и теперь крови твоей хочет. Чуешь, чем пахнет? Понимаешь, к чему я клоню?

– Никак нет, Пётр Яковлевич.

Я реально не понимал, как связаны мои вчерашние потрахушки и полковник. Он-то тут каким боком? Может, Сафронов родственник его какой?

– Ну, ты в натуре, дебил, Костик! Может, выгнать тебя на хер, как Сафронов того требует, и дело с концом?

– За что?

– За то что хреном своим полез, куда не надо!

– Я…

– Так! Всё! – Полковник стукнул кулаком по столу, не дав мне и слова сказать. – От дела тебя отстраняю, заляг на дно на пару месяцев. Потом вынырнешь, когда этот олень угомонится.

– Как отстраняете? – охренел я. – Да я почти что дело раскрыл! Дайте мне пару недель, и я возьму главаря!

– Знаешь, что ты можешь взять в данной ситуации? За щеку у Сафонова. Не был бы ты моим лучшим опером, я бы тебя… – Пётр Яковлевич задёргался, нервируя меня ещё больше. – Мне оттуда звонили по твою душу! – тыкал пальцем в потолок Новиков. – Хочешь, чтобы мне погоны в задницу затолкали?

– Никак нет, товарищ полковник, – упавшим голосом проговорил я, чувствуя дикую усталость и досаду оттого, что так тупо всё просрал. – Разрешите идти?

– Сидеть! Это ещё не всё, Зимин, – уже спокойней сообщил полковник. Он снял трубку со служебного телефона и позвонил дежурному. – Это Новиков! Зайцеву приведите ко мне в кабинет! – приказал он.

– Пётр Яковлевич, а дело кто теперь вести будет? – спросил я, параллельно гадая, что там за Зайцева такая.

Её я, надеюсь, не трахал? Что-то слишком много проблем из-за какого-то перепихона в клубном туалете. Господи, если бы я знал… Если бы всё вернуть назад…

Нет, я бы всё равно выдрал эту блондиночку сисястую. Уж больно понравилась она мне. Хоть сиськи были у неё и не настоящие, зато рот рабочий.

– Михеев возглавит следственную группу, – оповестил меня полковник, и я ещё сильнее охренел.

– Пашка? – вырвалось у меня. – Он же тупой, как валенок!

– Тупой не тупой, а свидетельницу вчера спас. Ценную! Девчонка видела главаря в лицо. Представляешь, как нам всем повезло?

Да ну нахер? Когда успел? И почему мне об этом не сказал? Почему не поделился новостью с лучшим другом и на тот момент начальником?

Вот гандон! Подсидеть меня решил?

– Возьмёшь девочку и спрячешь её где-нибудь, пока расследование не закончится.

– Я?

– Ты видишь тут кого-то ещё, Костя?

Господи, только не это! Сторожить какую-то тёлку? Я что на охранника похож?

Полкан с цепи сорвался? Ладно, от дела отстранил – справедливо. Но такое унижение я точно не заслужил.

Спорить с Новиковым было себе дороже. Если его хорошенько раздраконить, он меня точно вышвырнет из полиции, и пойду я охранником в "Шестёрочку". Буду разгадывать кроссворды и вспоминать о былой славе, от которой останется только запись в трудовой книжке.

Я ещё не видел эту девку, но уже люто ненавидел её всей душой.

За что мне всё это? Что я такого сделал?

– Свидетельница ценная, – повторил полковник, продолжая мне капать на мозги. – Только попробуй на неё залезть! Держи свой хер в штанах, если не хочешь, чтобы я вперёд Сафронова тебе башку оторвал!

Ой, больно надо! Я сексуальный маньяк, по его мнению? Изучил прослушку и перевозбудился? Пётр Яковлевич думает, что я всех подряд трахаю?

Эта свидетельница страшная поди, как два подвала. А я мужчина с высокими требованиями к женщине, между прочим. Я кого попало не юзаю. Я разборчив в своих беспорядочных половых связях!

– Слушаюсь, товарищ полковник, – обречённо протянул я и принялся ждать свидетельницу.

2. Настя

Надо было давно уволиться из этого клуба, тогда бы не было этого треша, в который меня угораздило вляпаться.

Поначалу в клубе было неплохо, несмотря на то, какие услуги оказывались в нём. Я устроилась туда официанткой, а не стриптизёршей, но всё равно чувствовала себя неуютно от похотливых взглядов клиентов, ловя их периодически на себе. Страх быть оттраханной в любой момент со временем притупился. Я быстро втянулась во все тонкости работы и общения с особыми клиентами, поднявшись до администратора.

Чаевые теперь мне не оставляли, зато зарплата была более чем приличная, да и клиенты относились к админам с бОльшим уважением, чем к обслуживающему персоналу.

И вот, когда я только подумала, что нашла работу своей мечты, в клуб начали приходить какие-то мутные люди. Мужчины, одетые в неприлично дорогие костюмы, обсуждали что-то за закрытыми дверями вип-комнат, потом вызывали девочек.

Всё бы ничего, но девочки после этого начали пропадать. Именно те, которых вызывали накануне, на следующий день не появлялись на работе.

Руководство делало вид, что их это не касается. Во избежание паники среди персонала открещивались от этих пропаж, как черти от ладана, но паника была, да ещё какая.

Несмотря на жуткие слухи, увольняться никто не торопился, как и я.

Вчера всё было, как обычно. Пришли те подозрительные мужчины, выпили, закусили, обсудили свои дела, вызвали к себе девочек. К слову, вели они себя всегда культурно, с персоналом общались вежливо, были щедры на чай.

Я бы подумала, что пропажа девушек из нашего клуба никак не связана с этими посетителями, но таких совпадений просто не могло быть. Мы ещё накручивали друг друга всякими небылицами и домыслами, так что обстановка в клубе была напряжена до предела.

В самый разгар вечеринки в клуб ворвались какие-то люди в чёрном и напали на наших странных гостей. Началась перестрелка, спровоцировавшая панику.

Персонал разбежался кто куда, пытаясь спасти свою жизнь любой ценой. Я стояла у своей стойки на втором этаже, и мой путь к лестнице оказался отрезанным вооружёнными мужчинами.

Умирая от страха, я притаилась за огромным цветочным горшком, молясь только о том, чтобы меня не заметили бандиты. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем стрельба и шум стихли.

Я подняла голову, выглядывая из укрытия. Нужно было убираться отсюда тоже, но из-за липкого страха, завладевшего полностью всем моим существом, я не могла заставить себя сдвинуться с места.

В коридоре было чисто, если не считать человека, валявшегося на полу. Он не шевелился, из чего я сделала вывод, что он мёртв.

Господи, какой ужас! Мне придётся пройти мимо него, чтобы добраться до лестницы. Я не смогу! Я упаду в обморок.

– Жёстко вы с ним, Николай Владимирович, – услышала я мужской голос, совсем рядом, и у меня сердце едва не выпрыгнуло.

– Пусть все знают, кто главный! – ответил первому второй мужчина.

В коридор вышли несколько мужчин, и я дышать перестала.

Совсем.

Двое отстали от остальных, и теперь я могла видеть их лица. Один был страшным, как сама смерть: здоровенный, лысый, как коленка, рожа квадратная и суровая. В руках он держал автомат, что делало его ещё более опасным.

Второй более представительный и приятный, если так можно выразиться в сложившейся ситуации. Невысокого роста, одетый в деловой костюм, идеальная стрижка, гладковыбритое лицо, дорогие часы на запястье. Мужчина был безоружен, по крайней мере, я не видела у него оружия.

Он главарь, – догадалась я.

– Осталось решить вопрос с ментами, и дело в шляпе, – произнёс лысый. – Они нам уже в спину дышат, суки.

– За это не беспокойся, Глеб. Есть у меня там свой человечек. Он обещал всё уладить.

С этими словами мужчины ушли, и я с облегчением вздохнула. Подождав какое-то время, я всё же решилась вылезти из укрытия. Прислушиваясь к каждому шороху, я с трудом поднялась на ноги и заковыляла к лестнице.

Затёкшие от длительного сидения в одной позе конечности онемели, поэтому я шла на своих каблуках, как на ходулях, с трудом перебирая ногами.

Поравнявшись с мертвецом, я едва не заскулила от напряжения. Стараясь игнорировать лужу крови, растекающуюся по полу вокруг его головы, я ускорилась, будто он мог вскочить и схватить меня за ногу.

В какой-то момент нервы сдали, и я понеслась со всех ног, не разбирая дороги. На лестнице я врезалась в кого-то. Завизжала от страха и начала молотить кулаками куда ни попадя.

– Спокойно! Я из полиции! – донёсся до меня мужской голос.

Я перестала колотить его и подняла глаза. Одутловатое, с маленькими узкими глазами и тонкими губами лицо показалось мне неприятным. Одет мужчина был в обычные брюки и рубашку с длинным рукавом. Откуда мне знать, что он не врёт, что он действительно из полиции?

– Вы кого-то видели? – поинтересовался он. – Или что-то?

– Да… Я… – в горле пересохло, мысли смешались, поэтому я говорила с трудом. – Мужчины, вооружённые. Я их видела.

– Опознать сможете?

В этот момент в глазах незнакомца загорелся какой-то странный огонёк, напугавший меня. Так смотрят маньяки на своих жертв в фильмах.

– Думаю, смогу, – уверенно заявила я.

– Прекрасно, – выдохнул мужчина, и его руки начали тянуться к моей шее.

Что происходит, мамочки?

Я застыла под гипнозом его страшных, пробирающих до костей глаз, и мысленно прощалась с мамой и папой.

– Полиция! – заорали снизу. – Не двигаться! Поднять руки!

К нам подбежали люди в масках, и я поняла, что всё кончено, меня спасли.

– Свои! – заорал незнакомец, поднимая руки вверх. – Я провожу девушку куда следует.

Я уже не хотела никуда идти с этим странным человеком. Сотрудникам спецназа я доверяла больше, поэтому сейчас мне казалось, что если этот мужчина заберёт меня с собой, то больше меня не найдут.

– Мы сами, – к счастью, ответил мужчина в балаклаве и увёл меня прочь из клуба.

Меня посадили в чёрный автобус, в котором были другие люди. Увидев коллегу-бармена, я почувствовала некоторое облегчение.

Дальше время тянулось бесконечно долго. Меня привезли в полицейский участок и допросили. Показали несколько фотографий незнакомых мне мужчин, в надежде, что я кого-то из них опознаю, но среди этих людей не было никого, кто имел бы хоть отдалённое сходство с преступниками.

Я привыкла бодрствовать по ночам, но после резкого всплеска адреналина у меня не осталось сил совершенно. Я надеялась, что меня допросят и отпустят домой, но уже было утро, а я всё ещё торчала в участке, как проклятая.

Сейчас меня привели зачем-то к начальнику, судя по табличке на дверях кабинета, и я очень надеялась, что после того, как я отвечу на его вопросы, меня выпустят из этого ада. Мой телефон и сумка остались на работе, так что я смутно представляла, как попаду домой без ключей от квартиры. Про такси я вообще молчу. Чем рассчитываться, если с собой ни копейки, а домой не попасть?

У меня не было сил даже плакать, не то что придумать, как выйти из положения.

В кабинете полковника на меня уставились две пары глаз. Мужчина за столом, одетый по форме, смотрел на меня по-доброму, с ноткой жалости и снисхождения. А вот второй…

Молодой мужчина в гражданском просканировал меня с головы до ног цепким взглядом своих больших, тёмных, как угли, глаз, поджал губы и уставился с такой ненавистью, будто прибить готов.

Я опять не понимала, что происходит. За что меня так все невзлюбили?

– Здравствуйте, Настенька, – произнёс мужчина в форме.

– Здравствуйте, – поздоровалась я в ответ.

Второй не удостоил меня приветствием. Молчал, продолжая испепелять меня взглядом. Я понимала, что мы все в отделении полиции, что никто не причинит мне здесь вреда, но всё равно от этого типа стало не по себе. Может, он бандит? Тогда почему на него наручники не надели?

– Вот, Костя, познакомься, – показал на меня рукой полицейский. – Это твоя подопечная. Будешь охранять её, как самое драгоценное, что есть в твоей жизни.

Что? Мне не послышалось? Меня пытаются всучить в лапы этого страшного мужчины?

У меня язык отсох от новой волны паники и возмущения, поэтому я стояла, хлопая глазами, как дура, не в силах сказать ничего против.

– Она хоть совершеннолетняя? – подал голос Константин, и у меня мурашки побежали по спине. Ему какое дело вообще? Что он от меня хочет? – Не нравится она мне, – ещё сильнее насупившись, "добил" меня он.

Как будто он мне нравился! Он вообще видел себя?

Константин приосанился, расправив широкие плечи, сменил позу и напустил на себя скучающий вид.

– Нравится, не нравится – терпи, моя красавица! – усмехнулся начальник. – Давай подумаем, куда ты повезёшь девочку, – предложил он.

Повезёт? Меня? Это они про меня сейчас говорят? Ну, уж нет! Мне такая охрана не нужна! Мне вообще охрана не нужна!

Этот тип меня куда-то везти собирается? Ещё чего! Я с ним даже наедине оставаться боюсь, и уж тем более никуда с ним ехать не собираюсь!

3. Константин

Настя, Настя, подари мне счастье!

Ну, ничего такая! Сиськи маленькие, зато корма зачётная. Мне вообще блондинки нравились. Есть в их тупизне что-то сексуальное. Рядом с ними чувствуешь себя Эйнштейном, не меньше.

И глаза красивые у неё. Большие, как у оленёнка!

Стоит, глазёнками лупает, как будто не въезжает, что происходит. Блондинка, одним словом.

С виду нежная такая, беззащитная… Накрыл бы я такую своим телом…

И всё равно бесит!

– Я с вами никуда не поеду! – затряслась девчонка, уставившись на меня. – Я не хочу!

Блять, как будто я хочу с ней куда-то ехать? Смешная, ей-богу!

Не ко мне вопросики, Настя. Вон тому лысому в фуражке объясняй.

Давай, малыш, закати истерику полкану, поплачь, разжалоби его как следует. Он хоть и старый, но мужик в конце концов. Дрогнет сердечко его, пожалеет от тебя по-отечески, и ссылку нашу совместную отменит. И тебе хорошо, и мне приятно.

– Настенька, вы, наверное, не поняли всей серьёзности ситуации? – произнёс шеф, нагнетая жути в обстановку. – Мы ловим особо опасного преступника, главаря крупного наркокартеля, ваша жизнь на кону.

Блондиночка переменилась в лице и реально заревела. Даже у меня сердце сжалось на мгновение от этого зрелища, но я вспомнил, что рассматривал, её грудки, обтянутые скучной офисной блузкой, и продолжил своё занятие, предпочитая и дальше не вмешиваться в разговор.

Один хрен я ничего не решаю, так чего слова тратить попусту? У Насти лучше получается противостоять Петру Яковлевичу.

Сейчас шеф нас отпустит на все четыре стороны, предложу Настеньке подвезти её до дома, успокою и выебу. Раз меня от дела отстранили, имею права и возможности.

– У меня работа, понимаете? – всхлипнула девушка.

– Перестаньте! – хлопнул по столу ладонью Новиков, и девушка расплакалась пуще прежнего. – Вы же сами сказали, что у преступников в полиции свой человек? Вы слышали разговор бандитов своими ушами?

Я напрягся, вслушиваясь в каждое слово Петра Яковлевича. Я же сто раз говорил, что у нас стукач завёлся? И мне никто не верил. Я майор полиции, на секундочку!

А теперь пришла какая-то тёлка малолетняя, которой с перепугу что-то померещилось, и вот, пожалуйста! Ценный свидетель! Господи, кому она всралась вообще, чтобы её искали, а тем более устраняли?

– Вы рискуете до дома не доехать, понимаете? – продолжил кошмарить её шеф. – Наша задача сохранить не только вашу жизнь, но и обезопасить вас от психологического давления со стороны криминального мира.

– И надолго мне надо уехать? – уточнила Настя.

Эй! Не так быстро, детка! Ты уже сдалась? Рано, малыш! Дожимай Новикова, дожимай!

Внутри меня всё кипело, но разве была у меня возможность подсказать девчонке правильные слова? Я сидел, скрипя зубами, и понимал, что мы проигрываем полкану в этой битве, и мне становилось всё хуже и хуже.

– Пока мы не схватим главаря, – "обрадовал" Настеньку шеф и меня заодно.

– Я могу уехать к бабушке в деревню и там переждать, – предложила Настя.

Внутри меня всё снова ликовало. Молодец, блонди! Отличное предложение!

– Да, деревня – это идеально! – согласился шеф, ещё больше обнадёжив меня. – Поедете с майором Зиминым в деревню. У моей тёщи дача недалеко за городом. Там тихо и домик неплохой.

Сука…

У меня внутри всё оборвалось. Я был в миллиметре от свободы, но шеф был неумолим.

– Вот адрес, – протянул мне бумажку Новиков. – Ни одна живая душа знать об этом не должна. Ты понял, Костя? НИ-КО-МУ!

– Да понял я, понял! – обречённо произнёс я. – Командировочные мне положены? Или я за свой счёт должен свидетеля содержать?

Был бы мужик – другое дело, мы бы как-то разобрались по-свойски, а на бабу никаких денег не напасёшься. Сколько ни давай ей, она всё потратит.

Была бы моя девушка – тоже был бы другой разговор, а спонсировать чужую бабу я не собирался. Мне её даже трахать не положено. Максимум, могу мороженкой угостить, и то при случае, если себе буду покупать тоже.

– Дам распоряжение в бухгалтерию, пришлют на твою зарплатную карту, – пообещал Новиков.

– А оружие?

– У тебя есть табельное.

– Я автомат хочу, – нагло заявил я. – И гранат можно парочку.

– Сказал бы я тебе… – зашипел полковник. – Повезло, что дама здесь! Свободен, Зимин!

Вот козёл! Автомат зажопил!

Я сомневался, что эта ценная тёлка кому-то нужна, кроме Новикова, просто пострелять хотел. Чем ещё заниматься в деревне?

Бухать и трахаться разве что?

– Девочку не обижай! – сказал мне Новиков в качестве напутствия, когда я тяжело поднялся со стула. Как будто я собирался, блин! – И это… Баб домой не водить, в погребе ничего не трогать! Это на Новый год!

– Ключи? – напомнил я.

– У ворот гномик стоит декоративный, под ним банка консервная, в банке ключи.

В утке яйцо, в яйце игла, – вспомнилось мне.

– Пароль от вайфая? – решил тоже шефа выбесить напоследок, чтоб оставить после себя "приятное" впечатление. Пусть весь день обо мне думает!

– Пошёл на хер отсюда! – вспылил он, и я едва не прыснул от смеха. – Простите, Настенька, ради бога! Приятной вам поездки!

– За мной! – бросил я Насте, проходя мимо неё, и вышел из кабинета полковника.

4. Константин

Девчонка обречённо поплелась следом за мной, мы вышли из отдела и сели в мою тачку. Я всё ещё поверить не мог, что Новиков так несправедливо со мной поступил. Типа хочет жопу мою прикрыть? Может, и так. В любом случае придётся теперь возиться с этой малолеткой. Если выгонят из полиции – вот где будет пиздец. Я же больше не умею ничего, кроме как ловить бандитов.

– И что дальше? – подала голос Настя, глядя на то, как я завис с ключами в руках.

– Ничего интересного, – буркнул я.

Разговаривать с ней мне не хотелось, да и ни с кем не хотелось. Настроение было – лечь и умереть. Девчонка поёжилась, обнимая себя руками. Её мелко потряхивало. Это от адреналина и переутомления – по себе знал.

– На вот, накинь, – достал свой китель с заднего сиденья, сжалившись над бедняжкой.

– Спасибо, – ответила она, суетливо просовывая руки в рукава пиджака, казавшегося на ней безразмерным.

– Соплями не испачкай! Это моя парадка! – бросил я ей и завёл машину.

Она ТАК на меня глянула, что я на сиденье заёрзал. Если бы взглядом можно было убивать, я бы уже сдох. Я ей самое ценное в пользование дал, можно сказать, а она ещё и недовольна?

Не нравился я ей. Да и похуй!

– Мне нужно вещи собрать для поездки, – поставила меня в известность Настя.

– Не вопрос. Где живёшь?

Она назвала адрес, и я прикинул, что нам вообще не по пути.

– Только у меня ключей от квартиры нет, – добавила девчонка. – Они в сумке, сумка на работе.

Пилить по пробкам до клуба, а потом к ней на хату у меня не было никакого желания. Так полдня уйдёт. А у меня голова болит, вообще-то.

– В клуб возвращаться опасно, – придумал я железобетонную отмазку.

– Но…

– Ты чё не слышала, что тебе полковник сказал? Убить тебя хотят. Хочешь, чтобы и меня изрешетили? – Девушка ничего не ответила, поджала губы и отвернулась к окну. Я с ней сюсюкаться не собирался, не на курорт едем, но что-то резковато я с ней, кажется, разговариваю. – Заедем в магазин по пути, купим всё, что нужно, – пообещал я в качестве извинений.

– Я есть хочу!

– Я тоже.

Сначала мы заехали ко мне. Оставлять свидетеля в машине я не стал. Вряд ли её там прибьют, но если и нападут, машину жалко. Кузов зацепят не дай бог, или кровищи мне там напустят. Тачка новая почти. Я такого не переживу.

Или свалит Настенька, не дай боже. Вон как смотрит злобно. Я бегать ни за кем не собирался. Мне заняться больше нечем?

– Куда вы меня привезли? – озираясь по сторонам, спросила Настя.

– Ко мне заскочим на минуту.

– Значит, к вам неопасно ехать? А ко мне опасно? – высказала очередную претензию, гневно раздувая ноздри.

– Выходи резче! А то голодная поедешь! – поторопил я злюку.

Настя всё же вылезла, кутаясь в мой китель, как в пальто, и мы поднялись в мою квартиру.

– Кухня там, – показал я ей рукой направление. – Сообрази пока что-нибудь на скорую руку.

– Я? – удивилась девушка.

– Ты же есть хотела? Или уже перехотела?

Я знал, что у девчонки при себе ни кошелька, ни телефона, поэтому она полностью на все сто процентов зависела от меня. Хочет есть? Придётся постараться.

Настя скинула туфли и мой китель, а потом молча прошла туда, где ей место, как и любой женщине на земле. Пока моя подопечная гремела кастрюлями, я достал дорожную сумку и открыл шкаф. Как и у любого среднестатистического мужика, одежды у меня было немного, поэтому управился я за считанные минуты. Достал из сейфа охотничье ружьё, решив, что лишним не будет, патроны к нему и к пистолету, пару ножей и перцовый баллончик.

Перцовка валялась тут с незапамятных времён и почти выдохлась. Я отжал её у какого-то нарика на облаве, потом закинул в сейф и забыл о ней. Я потряс баллончик, с удовольствием отметив, что там ещё что-то булькает. Пусть будет на всякий.

Из кухни потянуло чем-то съестным, и я потянулся туда же.

– У вас холодильник пустой, – недовольно буркнула хозяюшка, помешивая пельмешки в кастрюле.

– Ну, прости, я гостей не ждал, – развёл я руками, усаживаясь за стол, где уже красовались бутербродики с колбаской и сыром.

Молодец, Настюха! Могёт из топора кашеварить!

– Сразу предупреждаю, – сказала она, ухнув передо мной тарелку с дымящимися пельменями. – Я вам не прислуга!

Даже не спросила, может, я с бульоном люблю? И наложила мало. Я нехотя поднялся и заглянул в кастрюлю, но там, одиноко плавал лавровый листик и больше ничего. Ладно, бутерами докинусь.

– Может, на ты перейдём? – пропустив её недовольство мимо ушей, спросил я. Себе с жижечкой налила, сучка! Мне уже было похрен, поэтому я щедро навалил сверху майонеза и начал есть. – Ты оглохла?

– Соблюдайте субординацию! – фыркнула Настя. – Это вы теперь мой обслуживающий персонал! Я налоги плачу, между прочим, а вы с них зарплату получаете! Так что исполняйте свои обязанности, как положено!

Ты смотри какая цаца! Как же я её сейчас ненавидел! Ещё сильнее прежнего.

Чувствую, помотает мне эта дура нервов. У меня от неё голова ещё сильнее разболелась. Надо таблетки что ли какие-то поискать? А ей рот пластырем заклеить, чтобы не пиздела много.

Но пусть поест сначала.

Через сорок минут мы уже стояли у магазина "Смешные цены". Это моя мстя за "обслуживающий персонал". Я дал девчонке свою кофту, чтобы не мёрзла, но понимал, что ей нужна и другая одежда – элементарно сменные трусы.

– Вы куда меня привезли? – уставилась на вывеску. – Я не буду там ничего покупать!

– А ты в ЦУМ хотела? – рассмеялся я. – Ну, прости! Как стану олигархом, свожу тебя туда, если будешь хорошо себя вести. – Она не двигалась с места, и это меня накаляло. – С голой задницей будешь ходить, если не выберешь себе ничего из одежды. Мне вообще всё равно, мне так даже лучше. Красивая попка у тебя! С удовольствием полюбуюсь!

– Козёл! – прошипела блонди, но к магазину зашагала, как миленькая.

То-то же, Настенька! То-то же!

5. Анастасия

– Ты прикалываешься? – рылся в моей корзине Константин. – Это всё не годится!

Я ничего не успела ответить, как он вывалил всю одежду, что я выбрала, в коробку с надписью "распродажа". Потом закинул обратно носки и нижнее бельё и пошёл с корзиной по рядам. Я смотрела, как он хватает какую-то кофту мерзкого болотного цвета, "бабушкины" штаны с начёсом, куртку, в которой я бы даже на субботник не вышла, какие-то галоши, и ненавидела мужчину ещё больше.

Ему нравится меня унижать? Иначе как объяснить его поведение?

Он пользовался тем, что я не в состоянии сама за себя заплатить, вот и изгалялся надо мной. Моя беспомощность и невозможность противостоять ему в этом случае бесили тоже.

Спорить с ним было бессмысленно, поэтому я молчала, кипя от возмущения. На кассе докинула к покупкам немного уходовой косметики. Пользоваться ею придётся на свой страх и риск, учитывая уровень магазина. Надеюсь, не облезу хотя бы? Константин посмотрел на меня снисходительно, но, воздержавшись от комментариев, всё оплатил. После этого мы зашли в продуктовый, и он набрал полную тележку пельменей, лапши быстрого приготовления и алкоголя.

О, сколько же он набрал бухла!

На алкоголика Константин не был похож, скорее наоборот, спортивный такой, подтянутый, но что я о нём знаю? Меня пугало в нём абсолютно всё, так что этот звон стекла в тележке ничего хорошего не предвещал.

Как будто мы едем что-то праздновать, и нас человек десять.

– Мороженое будешь? – галантно предложил он.

Я очень хотела, из принципа отказалась. Впрочем Константину было плевать, поэтому он даже настаивать не стал.

Наконец, погрузив все покупки в багажник его внедорожника, мы сели в машину, и он, вбив адрес конечного пункта в навигатор, выехал по маршруту.

– Я бы хотела обсудить наше дальнейшее взаимодействие, – сказала я, чтобы выработать какую-то модель поведения, прежде всего у Константина.

– Обсуждать нечего, киса, – ухмыльнулся он. – Я говорю: прыгай, ты прыгаешь. Вот и всё взаимодействие.

– Вы боевиков американских пересмотрели? Знаете что? Я…

– Да ты заткнёшься сегодня или нет? Помолчи хоть немного! Блять…

Я просто охренела от такого поведения! Какой же он ужасный! Просто капец!

Нет, я такое терпеть не собираюсь! Открыла было рот, чтобы высказать всё, что я думаю о грубияне, но он врубил музыку на всю громкость и понёсся по дороге так, будто за нами гонятся.

Мы уже выехали из города, а я всё не могла успокоиться. Музыка долбила прямо по мозгам, меня всю распирало от гнева, а этому хоть бы что. Крутит баранку, не обращая на меня никакого внимания.

За что мне это? Почему именно этому человеку доверили меня охранять? Как он меня защищать будет, если очевидно, что ему на меня плевать?

Музыку Константин всё же убавил. Когда нас на трассе тормознули ГАИшники. Ничего удивительного, учитывая, что он нёсся, как угорелый. Так ему и надо, – злорадствовала в душе.

Константин остановился и опустил стекло на своей двери.

– Здравия желаю, – отсалютовал инспектор. Он представился и попросил Константина предъявить документы.

– Причина остановки? – поинтересовался Зимин, не торопясь предъявлять то, что от него требовали.

– Ориентировку отрабатываем. Предъявите документы и выйдите из машины, – настойчиво произнёс ГАИшник.

– Ориентировку покажете? – всё ещё мариновал инспектора мой телохранитель.

– Обязательно. Из машины выходите! – произнёс уже в приказном тоне.

– Сейчас, – пообещал Зимин и открыл бардачок. – По коду четыре-двенадцать ориентировка?

– Так точно! – ответил инспектор.

– Ясненько… – протянул Константин.

Я сидела, отвернувшись к окну, потому что мало что понимала в ментовских штучках. Вдруг машина так резко тронулась с места, что меня вдавило в сиденье по инерции.

– Вы что творите? Вы совсем, что ли? – заорала я на Константина, поняв, что он пытается скрыться от ГАИ.

– Это не ДПС, – не отвлекаясь от дороги, объяснил мне Константин. – Ряженые какие-то!

– Что?

Позади нас завыла сирена, и я поняла, что нас преследуют. Это бандиты? Те самые, которые хотят меня убить?

– Сука! – выругался Константин, взглянув в зеркало заднего вида.

Он выжимал из машины всё, что можно, пытаясь оторваться от легковушки, но звук сирены становился всё громче. Вдобавок прибавились какие-то звуки ударов, будто в машину кидали камнями.

– Бляди! – снова выругался мужчина. – Пригнись! – заорал он на меня.

По нам стреляют? Господи!

– Водить умеешь? – неожиданно крикнул мне мужчина.

Его тёмные глаза сейчас горели таким огнём, будто от азарта. Губы тронула еле заметная улыбка. Нас сейчас убьют, а его как будто это веселило. Неужели Зимину нисколечки не страшно? Маньяк какой-то!

– Умею немного, – подтвердила я.

– Перелазь за руль! – приказал Константин.

– Сейчас?

– Давай резче, малыш! Нам не оторваться!

Мы одновременно отстегнули ремни, и я начала неуклюже перелазить за руль. Для этого мне пришлось сначала усесться на колени мужчине. Не до того сейчас было, но я всё равно покраснела от смущения, присаживаясь попкой на этого огромного мужика. Он, слава богу, мгновенно выскочил из-под меня, стоило мне нащупать педаль газа ногой.

Я это не выдержу! Я сейчас умру от страха! Не справлюсь с управлением и улечу в кювет, угробив нас обоих!

Я ещё после вчерашнего не отошла, а тут такое!

Благо на трассе было немного машин. Я неслась по факту по прямой, одновременно молясь о милости господней.

В зеркале заднего вида отчётливо была видна машина ДПС, и она всё приближалась и приближалась. Снова звуки стрельбы и отборнейшая матершинная брань Константина, который уже перелез зачем-то в багажник автомобиля.

Что он задумал, я даже спрашивать боялась. Нам не уйти от погони! Мы обречены!

Как бы я ни относилась к Константину, мне было искренне жаль, что он погибнет из-за меня.

Зачем я назвала его козлом? Я даже извиниться не успею перед этим смелым, благородным мужчиной, мамочки…

6. Константин

Бедная, бедная моя тачка!

Каждое попадание по ней, было равно попаданию мне в сердце!

От осознания, что на девчонку на самом деле охотятся, меня словно кипятком окатило. Она реально что-то ценное видела, что-то полезное для следствия знает?

Почему я до сих пор её не допросил, идиотина?

Сейчас нас изрешетят, а я так и не узнаю, чем Настя так ценна? Господи, если бы я только знал, во что ввязываюсь!

Ну, ничего. Сейчас эти пидорасы узнают, с кем имеют дело!

Усадив девчонку за руль, я с трудом перевалился в багажник и расчехлил охотничье ружьё. На автомате, привычными движениями зарядил "Сайгу" и дослал патрон в патронник.

– Настя, сбавь скорость и открой багажник, когда скажу! – крикнул я девчонке.

А она ничего! Не зассала! Другая бы уже билась в истерике, зашкерившись под сиденье, а эта крутит руль, причём довольно уверенно.

– До скольки сбрасывать? – уточнила она. – Как багажник открывается? Кнопка где? – заистерила она.

– Сбрасывай по максимуму, подпусти их поближе! Кнопка на двери, внизу!

– Всё, нашла! Сейчас…

Золото, а не девчонка! Чёткая!

Я наблюдал в заднее стекло, как мы сближаемся с ряжеными, и у меня аж под ложечкой засосало от азарта. Сейчас, гондоны, я вам устрою!

Они снова начали стрелять, и пули с лёгкостью прошивали тонкое железо кузова, врываясь в салон.

Только бы девчонку не зацепило и колёса, иначе мы улетим прямо в ад!

– Открывай! – заорал я во всё горло, и крышка багажника запищав, поехала вверх.

Увидев меня в багажнике с ружьём в руках, бандиты тоже начали тормозить, но было поздно. Я выпустил почти в упор восемь патронов с картечью прямо им в лобовик.

На, нахуй! На, на, на…

На лося берёг, но для этих уёбков от души отсыпал! Вот вам, суки! Получите!

С нескрываемым удовольствием я смотрел, как разъебаная мною машина резко вильнула, а потом кубарем полетела в кювет. Вспыхнула, выбрасывая в воздух чёрную копоть и гарь.

Это было настолько эпично, что я жалел, что у меня не было возможности заснять это потрясающее зрелище.

Из калаша было бы ещё круче, а ещё пиздатее, гранату им хуйнуть прямо на капот, чтобы брызги по всей трассе разлетелись, но этого веселья полкан меня лишил. Если бы он только мог видеть сейчас то же, что и я…

Я настолько залип, упиваясь своей победой, что на мгновение забыл, что еду в открытом багажнике.

– Закрывай багажник, Настя! – сказал я, чувствуя, как меня начинает потряхивать от адреналина. – Съезжай на обочину и тормози!

– Они отстали?

– Навеки вечные! – заверил я девчонку, ставя "Сайгу" на предохранитель.

Машина остановилась, и мы вышли из неё, чтобы отдышаться и оценить ущерб. Колёса были целыми, слава богу, а вот жопа… Решето! Дуршлаг, блять!

Господи, я только вступил в эту должность сторожа, а уже такие потери несу! Кто мне возместит за машину? Новиков, что ли?

– Вы как? – дрожащим голосом выдавила из себя Настя, с сочувствием глядя на раскуроченный зад моего внедорожника.

– Ты цела? – задал встречный вопрос.

– Да. Испугалась только!

Её всю трясло, как в лихорадке, аж зубы стучали. Я достал из багажника пузырь с коньяком и шоколадку. Сам бы с удовольствием въебал, но куда там?

– На вот, бахни! – протянул девчонке "успокоительное". Она не двигалась, только отчаянно замотала головой. – Пей, сказал!

– У вас кровь! – всхлипнула Настя, показывая на моё предплечье.

– Блять! – не сдержался я, видя бурое пятно на разорванной толстовке.

Зацепило видать по касательной. Боли почти не чувствовал, да и рана пустяковая, так… Царапнуло чутка.

– Надо перевязать, – заботливо предложила девчонка.

– Некогда! – всучил ей бутылку с закусью и нашёл отвёртку. – Нам нельзя здесь оставаться, – поторопил я её.

Пока скручивал номера с машины, девчонка хлебала коньяк с горла, не отходя от меня ни на шаг. Прилипла, как хвостик, шмыгая носом над моей душой.

Вкурила, сучка, что это не игра, что всё серьёзно? Поняла, кто тут папочка? Жалко её стало, даже сильнее, чем машину.

Жила себе девочка жила, никого не трогала. А потом хуяк, и ситуация!

Раз эти твари знают, что свидетельница у меня, значит, крыса прямо в нашем отделе.

Новиков? Вряд ли. Он бы не стал так заморачиваться, а просто отдал девчонку бандитам.

Кому теперь верить? Хоть кому-то можно или уже всё?

– Поехали! – дал команду, расправившись с номерами.

Сев за руль, набрал Петра Яковлевича и доложил о происшествии. Тот был в ахуе не меньше моего, но обещаний о помощи или подкреплении я так и не услышал.

– Теперь ты понимаешь, Костенька, почему я тебе эту девочку доверил? Никому верить нельзя. Мне докладывай только по существу. Возможно, нас прослушивают, так что знать не хочу, где вы есть! Конец связи!

– Лысый гандон! – выругался я, швыряя телефон на панель. Раненую руку в районе предплечья начало печь, накаляя меня ещё сильнее. – Что ты там видела, Настя? – обратился я к девушке. Пусть расскажет, пока жива. – Колись давай!

– Вы хам и грубиян! Ничего я вам не расскажу! – растягивая слова, пробормотала она, и я понял, что она пьяненькая. – Я вообще с вами не разговариваю! Сами сказали, чтобы я заткнулась!

Всё понятно! Быстро её развезло. Не натренированный организм.

Ладно, потом попиздим по душам, сучка обиженная!

Ехать-то теперь куда? Вдруг на даче Новикова уже палево? Чё делать-то, сука?

От всплеска адреналина башка работала, как часы, даже болеть перестала.

Поедем в другое место. В моё, о котором точно никто не знает. Хватит с меня геройства.

– Маршрут перестроен! – сообщил мне навигатор, когда я вбил в него новый конечный пункт.

– Куда вы меня везёте? – всполошилась девчонка, услышав, что планы поменялись.

– В лес дремучий, – пошутил я. – Привяжу к дереву и буду трахать в извращённой форме, пока не расскажешь всё, что знаешь!

– Пф-ф-ф… Я буду жаловаться!

– На меня ещё никто не жаловался, бэмби!

7. Анастасия

Я проснулась от странного пиликанья. Не сразу поняла, где нахожусь, но стоило открыть глаза, и быстро сориентировалась в событиях. Мы по-прежнему куда-то ехали с Константином. Только я дрыхла, а он стойко крутил руль.

Меня сморило от однообразного пейзажа за окном и коньяка, вот я и отрубилась. Я чувствовала себя гораздо лучше, только во рту было гадко и хотелось пить. Я потянулась, разминая затёкшее тело, осматриваясь в поисках минералки.

– Зимин, – рявкнул Константин, и я поняла, что ему звонят, и он на громкой связи.

– Константин Львович? – раздался скрипучий голос звонившего.

Остатки сна как рукой сняло. Я узнала этот голос. Это был тот самый бандит, лысый с автоматом. Может, мне показалось спросонья?

Я потёрла заспанные глаза кулаками и вылупилась на Константина.

– Так точно, – ответил он бандиту.

– У меня для вас есть выгодное предложение.

– Спасибо, я ещё за микроволновку кредитную не рассчитался, – оскалился мужчина. – У меня пиздецки маленькое жалование. Прямо как твой член.

– Очень смешно, майор, но тебе придётся меня дослушать, – перешёл на более настойчивый тон лысый. – Я как раз хочу поправить твоё финансовое положение.

– Внимательно дослушиваю вас, товарищ жулик.

Константин бросил на меня заинтересованный взгляд, и я поняла, что и он догадался, кто ему звонит. Мне стало плохо. Лысый хочет предложить ему денег? Взамен на что?

Или на кого?

– Привези девчонку обратно в город, и я щедро тебя отблагодарю, – сказал бандит, и у меня душа захолодела. – Мой босс сегодня добрый.

– Сколько дашь за неё? – поинтересовался Константин, и мне совсем поплохело.

Он продаст меня им? Господи, ещё как продаст. Он же меня на дух не переносит? А ещё ему машину раскурочили. Зачем Константину отказываться? Если не согласится, они же и его убьют. Уже чуть не прикончили, руку ему прострелили.

– Пять миллионов, – ответил лысый, и я поняла, что мне конец.

Для меня это были огромные деньжищи. От такой суммы только дурак откажется. Я сидела, забыв как дышать, молясь только о том, чтобы моя смерть была быстрой, чтобы бандиты не насиловали меня, перед тем как убьют. Пусть меня прикончат выстрелом в голову. Я где-то читала, что мозги вылетают сразу, и ты при этом ничего не чувствуешь.

Но тогда с дыркой в голове я буду некрасивая. Господи, да кого это уже потом волновать будет? Бедные, бедные мои родители! Говорили они, что в ночном клубе ничего хорошего я не найду.

– Рублей? – уточнил Константин.

– Естественно.

– Чё так мало? – разочарованно протянул майор. – За пять миллионов я могу только за щеку тебе дать. Как тебе такая идея?

– Назови свою цену, Зимин, – предложил бандит.

– Я хочу сто тыщ миллионов долларов. Мелкими купюрами.

Майор прикалывается? Он собирается меня продавать или нет?

– Ты свой выбор сделал, ментяра. Рано или поздно я тебя найду, это только вопрос времени. Когда будешь стоять на коленях, захлёбываясь своей кровью, вспомни о том, что у тебя был шанс на спасение. До встречи, придурок!

– Ага, бывайте, Ихтиандры хуевы!

Константин сбросил звонок, свернул на обочину и заглушил мотор. Я сидела ни жива, ни мертва, не понимая, что случилось.

– Вы меня не продадите? – севшим от волнения голосом прохрипела я, с надеждой заглядывая в суровое лицо Константина.

– С ума сошла? Нет, конечно, – ответил он.

– Почему мы остановились?

– Да я просто сикать захотел. А ты разве не хочешь? Мы уже четыре часа так-то пилим.

– А-а… Да, я бы тоже… Это… Ну, вы поняли…

Мы сходили в кустики, размялись, попили воды и съели по пирожку, которые, видимо, купил Константин по дороге. А я всё проспала, и теперь даже неловко было от этого.

Лучше бы я проспала тот разговор с бандитами и не знала ничего, но я всё слышала, и теперь мне было ещё страшнее, чем прежде.

Константин не выглядел испуганным, напротив, он даже пытался шутить, чтобы меня приободрить.

– И что дальше? – не выдержала я неизвестности, в которой он держал меня всё это время. – Куда мы едем?

– К бабушке в деревню, – дожёвывая пирожок, ответил он. – Ты же сама хотела?

– Моя бабушка живёт в другой стороне. Мы заблудились?

– Мы к моей бабуле едем.

– И что вы ей скажете обо всём этом?

– Ничего. Мы ничего ей не станем говорить. И вообще, никому ничего не скажем. Усекла?

– Но как вы меня представите бабушке?

– Скажу, что ты подруга моя, девушка, невеста… Как тебе будет угодно.

– Что? – малость офигела я. – Я не хочу быть вашей невестой.

– Лучше быть моей живой невестой, чем просто дохлой Настей, – злобно рассмеялся Константин. – И выкать перестань, а то наша легенда не сработает. Или ты хочешь расстроить и напугать старую больную женщину? Чтобы ещё и она тряслась от каждого шороха? У бабули больное сердце. Она этого не переживёт.

– Нет, конечно, я ничего такого не хочу, – заверила я Константина. – А если я ей не понравлюсь?

– Да насрать вообще! – рассердился Константин. – Успокойся, не на смотрины едем. Нам просто надо где-то перекантоваться.

– Долго?

– Неделю, месяц, год… Я в душе не ведаю сколько. Дело у меня забрали, вместо него всучили тебя. От меня теперь вообще ничего не зависит.

– Можно я маме позвоню? – жалобно попросила я. – Она будет волноваться.

– На, звони! – протянул мне свой телефон Константин. – Ей тоже ни слова!

– А что мне тогда ей сказать?

– Правду, конечно! Ты что, блять, маленькая? Скажи, что с женихом своим поехала с его бабкой знакомиться.

– Но это же неправда?

Константин закатил глаза и выматерился себе под нос. Я набрала маму и наврала ей с три короба, пообещав ей потом подробнее рассказать про доблестного Константина Зимина.

Когда мама услышала, что мой парень полицейский, да ещё и майор, то так обрадовавшись, как будто в нашу семью счастье привалило. Как я потом буду ей объяснять, что никакого жениха-майора нет и в помине, я понятия не имела. Мама очень расстроится. Передав привет папе, я вернула телефон псевдожениху.

– Чё мама сказала? – с любопытством поинтересовался он.

– Не твоё дело! – буркнула я и пошла к машине.

Где-то через час мы заехали в деревню, название которой я нигде не увидела.

– Добро пожаловать в Ново-Ебенёво! – снова заржал Константин.

А он прям весельчак, как я погляжу? Я без интереса разглядывала проплывающий мимо меня пейзаж, пытаясь выцепить взглядом какой-нибудь магазин. Потом вспомнила, что я нищая, и перестала заниматься ерундой.

Мы остановились возле небольшого двухэтажного коттеджа, и Константин заглушил мотор. Мы что, приехали? Я немного иначе представляла домик бабули. Ну, точно не двухэтажный. Скорее, этакую избушку со ставнями и покосившимися от старости воротами.

Через забор был виден ухоженный двор, во дворе чистенькая, блестящая "Нива". Константин вышел из машины, открыл мою дверь и подал мне руку. Прежде он не был таким джентльменом, поэтому я поняла, что он позирует для бабушки.

– Выходи, любовь моя! – с улыбкой протянул он. Я замялась от такой подачи, завозившись с ремнём безопасности. – Да шевели ты колготками! – прикрикнул на меня жених.

– А с кем твоя бабушка живёт? – с интересом спросила я, когда мы зашли во двор и я снова увидела "Ниву".

Константин взял меня за руку, и от этого мне стало не по себе. Я понимала, что так нужно для поддержания легенды, но у меня мурашки побежали от его горячей шершавой ладони.

– Одна. Да ты не бойся, Насть. Бабуля у меня мировая!

На крыльцо выскочила маленькая, стройная женщина, меньше всего на свете похожая на бабулю. Одета она была в спортивный костюм, на голове бейсболка, лицо практически без морщин. Да ей на вид лет сорок, не больше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.