Дмитрий Рой
Последний танец

Глава 1 Танец на краю зимы

Ледяные кристаллы проступали сквозь кожу мальчика, превращая его в живую статую из инея. Искра замерла в дверях постоялого двора, глядя, как мать прижимает к себе умирающего ребёнка, а толпа в ужасе расступается.

– Прочь! – кричал трактирщик, размахивая метлой. – Убирайтесь с вашей заразой!

«Не вмешивайся», – приказала себе Искра, сжимая ладони в кулаки. Но огонь внутри уже просыпался, реагируя на близость льда. Кожа покалывала, словно по венам текла расплавленная медь.

– Пожалуйста, – всхлипывала женщина. – Он же ребёнок! Помогите кто-нибудь!

Толпа молчала. Все знали – ледяная чума не щадит никого. Прикоснёшься к заражённому, и сам превратишься в ледяную статую за считанные часы. Только вот Искра видела то, чего не замечали остальные: мальчик ещё дышал. Иней покрыл его руки и шею, но не добрался до сердца.

«Ещё можно успеть».

– Эй, танцовщица! – окликнул её знакомый голос.

Гастон, главный акробат их труппы, махал ей от повозки. Остальные артисты уже грузили реквизит – через час они должны были покинуть городок Речной Брод и двинуться дальше на юг, подальше от наступающей с севера зимы.

– Иду! – крикнула Искра, но ноги не слушались.

Мальчик хрипло вздохнул, и на его губах выступили ледяные крошки. Мать обнимала его крепче, будто теплом своего тела могла растопить проклятье.

«Проклятье империи», – мрачно подумала Искра. Пять лет назад ледяная чума появилась на северных границах. Сначала замёрзло одно селение, потом другое. Теперь целые провинции превращались в ледяные пустоши. И никто не знал, как это остановить.

Никто, кроме неё.

– Искра, живее! – Мадам Росарио, владелица труппы, уже восседала на козлах. – Стража императора будет здесь к полудню!

При упоминании стражи Искра вздрогнула. Последние два года она успешно скрывалась среди бродячих артистов, исполняя простые танцы с лентами и обручами. Никто не подозревал, что неприметная девушка с рыжими волосами – последняя из древнего рода Огненных Танцовщиц.

Мальчик закашлялся, и изо рта у него вырвалось облачко ледяной пыли.

«К демонам осторожность».

Искра сбросила дорожный плащ и шагнула вперёд. Толпа зашумела, но она уже не слышала. Мир сузился до умирающего ребёнка и огня, рвущегося наружу.

– Отойдите от него, – приказала она женщине.

– Но… – та подняла на неё заплаканные глаза.

– Если хотите, чтобы он жил – отойдите. Быстро!

Что-то в её голосе заставило женщину подчиниться. Она осторожно положила сына на мёрзлую землю и отползла в сторону.

Искра опустилась на колени рядом с мальчиком. Его глаза под ледяной коркой были открыты – карие, испуганные, молящие о помощи.

– Смотри на меня, – прошептала она. – Только на меня, хорошо?

Первое движение было простым – правая рука описала полукруг, левая скользнула вдоль тела. Обычный разминочный элемент, который она исполняла тысячи раз. Но сегодня каждый жест наполнялся силой.

Тепло зародилось в солнечном сплетении, поднялось к груди, разлилось по рукам. Искра поднялась на носки, развела руки в стороны – и начала танцевать.

Это был не тот примитивный танец с лентами, которым она развлекала зевак на ярмарках. Это был Агни-ката – первая форма Огненного Танца, которой её учила бабушка ещё до того, как император объявил их искусство вне закона.

Повороты становились быстрее, движения – резче. Вокруг её рук начали виться золотистые искры. Толпа ахнула и отшатнулась, но Искра уже не могла остановиться. Огонь пел в её крови, требуя выхода.

Прыжок – и пламя веером расходится от её ладоней. Ещё один – и огненные ленты обвивают её тело, не причиняя вреда. Древние слова сами слетают с губ:

– Агни джвала намаха! Пусть священный огонь очистит!

Жар становился невыносимым. Пот струился по спине, волосы липли к шее. Но Искра продолжала танцевать, направляя потоки огня к замерзающему мальчику. Пламя лизало ледяную корку на его коже, но не обжигало – это был особый огонь, огонь жизни, способный изгонять ледяную скверну.

Лёд начал таять. Сначала медленно, потом быстрее. Вода шипела и испарялась, окутывая площадь горячим паром. Мальчик закашлялся – но теперь это был обычный кашель живого человека.

Искра рухнула на колени, тяжело дыша. Огонь погас так же внезапно, как вспыхнул. В ушах звенело, перед глазами плыли разноцветные круги.

– Мама? – слабо позвал мальчик.

Женщина с рыданием бросилась к сыну, прижимая его к груди. Он был бледен как полотно, но дышал ровно. На коже не осталось и следа ледяных кристаллов.

– Ведьма! – выкрикнул кто-то из толпы. – Она ведьма!

– Нет, – возразил старик в выцветшем кафтане. – Я видел такое в детстве… Это Огненный Танец. Она одна из них!

Искра попыталась встать, но ноги не держали. Танец забрал слишком много сил – два года без настоящей практики дали о себе знать.

– Схватить её! – Трактирщик уже не выглядел испуганным. Теперь в его глазах горела алчность. – Император платит тысячу золотых за каждую огненную танцовщицу!

«Вот и благодарность», – устало подумала Искра.

Но прежде чем кто-то успел сделать шаг, раздался стук копыт. На площадь влетела повозка труппы, едва не сбив зевак. Гастон на ходу подхватил Искру за талию и втащил внутрь.

– Гони! – заорал он вознице.

Повозка рванула с места. Искра успела увидеть, как мать прижимает к себе спасённого сына, как толпа в замешательстве смотрит им вслед, как вдалеке на дороге появляются всадники в чёрных плащах – императорская стража.

– Дура! – Мадам Росарио влепила ей звонкую пощёчину. – Безмозглая дура! Ты погубила нас всех!

Искра прижала ладонь к горящей щеке, но не ответила. В повозке воцарилось напряжённое молчание. Семеро артистов смотрели на неё так, словно видели впервые.

– Так это правда, – тихо сказала Мирабель, воздушная гимнастка. – Ты и вправду… одна из них.

– Огненные танцовщицы вымерли, – буркнул Толстяк Марко, их силач. – Император приказал казнить всех пять лет назад.

– Почти всех, – поправила Искра.

Она подтянула колени к груди, чувствуя, как по телу разливается смертельная усталость. Огонь внутри затих, оставив только тлеющие угли.

– Зачем? – Гастон смотрел на неё с непониманием. – Зачем ты раскрыла себя ради какого-то мальчишки?

Искра подумала о карих глазах ребёнка, молящих о спасении. О том, как её собственная сестра умерла от ледяной чумы три года назад – умерла, потому что Искра тогда побоялась использовать свой дар.

– Потому что могла, – просто ответила она.

Мадам Росарио покачала головой:

– Теперь они будут охотиться за нами. Стража императора не остановится, пока не найдёт тебя.

– Знаю. – Искра выглянула в окошко. Городок остался далеко позади, но чёрные всадники наверняка уже напали на их след. – Я уйду на следующей развилке. Не хочу подставлять вас.

– И куда ты пойдёшь? – фыркнул Марко. – Теперь вся империя будет знать – последняя огненная танцовщица жива.

Искра задумалась. Два года она бежала, пряталась, притворялась обычной девушкой. И к чему это привело? Ледяная чума продолжала наступать, пожирая город за городом. А она – единственная, кто мог что-то изменить – пряталась среди бродячих артистов.

– На север, – решила она. – К источнику чумы.

– Это самоубийство! – воскликнула Мирабель.

– Возможно. – Искра пожала плечами. – Но если я последняя, кто владеет Огненным Танцем, то кто ещё сможет остановить вечную зиму?

Повозка тряслась по разбитой дороге. Где-то позади остался спасённый мальчик и озадаченная толпа. Впереди ждала неизвестность.

– Есть ещё кое-что, – медленно произнесла мадам Росарио. – Легенды говорят, что Огненный Танец достигает полной силы только в паре. Тебе нужен партнёр – музыкант, владеющий магией льда.

Искра горько усмехнулась:

– Магия льда? Та самая, что несёт чуму?

– Не всякий лёд – зло, девочка. Как не всякий огонь – благо. – Старая женщина достала из-под сиденья потрёпанный свиток. – Это карта северных земель. И письмо… от человека, который просил передать его последней огненной танцовщице, если она объявится.

Искра взяла свиток дрожащими руками. Печать на письме была незнакомой – снежинка, переплетённая с музыкальной нотой.

– Кто он?

– Не знаю. Появился год назад, заплатил золотом и исчез. Сказал только, что будет ждать в Ледяной Цитадели. – Мадам Росарио помолчала. – Может, это ловушка. А может – твой единственный шанс.

Повозка замедлила ход. Впереди показалась развилка – налево дорога вела к тёплым южным землям, направо – к холодному северу.

Искра спрыгнула на землю, подхватив свой узелок. Огонь внутри неё проснулся снова, слабый, но упрямый.

– Спасибо за всё, – сказала она труппе. – И простите, что подвела.

– Искра! – окликнул её Гастон. – Лови!

Он бросил ей свой кинжал в кожаных ножнах.

– Он не поможет против ледяной чумы, – усмехнулся акробат. – Но против обычных бандитов сгодится.

Один за другим артисты начали бросать ей вещи – Мирабель отдала тёплый плащ, Марко – флягу с вином, остальные – еду и мелкие монеты. Даже мадам Росарио сняла с шеи амулет в виде пламени.

– Это был моей матери, – сказала она. – Говорят, он защищает от дурного глаза. Авось и от императорской стражи поможет.

Искра сжала амулет в ладони, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Эти люди были ей семьёй последние два года. И вот она снова остаётся одна.

– Берегите себя, – прошептала она и, не оборачиваясь, зашагала по северной дороге.

Позади остались друзья и прежняя жизнь. Впереди ждали ледяные пустоши, загадочный музыкант и, возможно, разгадка тайны чумы.

Ветер усилился, принося с собой запах снега и чего-то ещё – древнего, опасного, зовущего. Искра закуталась в подаренный плащ и ускорила шаг.

Последняя огненная танцовщица возвращалась в игру.

Глава 2 Странник с севера

Дорога петляла между холмами, поднимаясь всё выше. С каждым шагом становилось холоднее. Искра плотнее закуталась в подаренный плащ, благодарная Мирабель за предусмотрительность. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в тревожные багровые тона.

«Нужно найти укрытие на ночь», – подумала она, оглядываясь по сторонам.

Последняя деревня осталась позади три часа назад. Местные жители смотрели на неё с подозрением – одинокая путница, идущая на север, когда все разумные люди бегут на юг. Искра не стала задерживаться, купив лишь хлеба и сушёного мяса.

Письмо в её поясной сумке казалось тяжёлым, словно отлитым из свинца. Она уже трижды перечитала его, но смысл оставался туманным:

«Той, кто танцует с огнём. Ледяная Цитадель хранит ответы, которые ты ищешь. Музыка льда ждёт своего партнёра для последнего танца. Приходи до того, как луна станет полной трижды, иначе будет поздно. Ищи знак снежной розы у Врат Скорби.»

Никакой подписи, только странная печать. Три полнолуния – это три месяца. Времени хватит, если не случится ничего непредвиденного.

Хруст веток заставил её обернуться. На дороге никого не было, но интуиция, отточенная годами скитаний, кричала об опасности. Искра сошла с тракта и углубилась в лес. Лучше переночевать среди деревьев, чем оставаться лёгкой мишенью на открытой дороге.

Подходящее место нашлось быстро – небольшая поляна, защищённая с трёх сторон густым кустарником. Искра собрала хворост для костра, но разжигать не спешила. Огонь привлечёт внимание, а она пока не знала, кто может оказаться рядом.

Сумерки сгущались. Первые звёзды проступили на потемневшем небе. Искра устроилась под старой сосной, прислонившись спиной к шершавому стволу. Усталость после дневного танца всё ещё давала о себе знать – огонь внутри едва тлел, восстанавливаясь медленнее обычного.

«Два года без практики», – с горечью подумала она. – «Бабушка была бы разочарована».

Воспоминание пришло внезапно, ярким и болезненным, как вспышка молнии.

– Выше руки, Искорка! – Бабушка Элейна кружилась по залу, её седые волосы развевались словно серебряное пламя. – Огонь течёт через твоё сердце, а не через ладони!

Восьмилетняя Искра старательно повторяла движения. Вокруг её маленьких ручек вились золотистые искры – слабые, неуверенные, но настоящие.

– У меня не получается так красиво, как у тебя, – пожаловалась девочка.

– Огонь у каждой танцовщицы свой, – улыбнулась бабушка. – Твоя мать танцевала с белым пламенем, чистым как первый снег. Моя сестра – с синим, горячим как кузнечный горн. А твой огонь золотой, солнечный. Он несёт тепло и исцеление.

– А почему папа не умеет танцевать с огнём?

Лицо бабушки помрачнело.

– Дар передаётся только по женской линии, внучка. И это одновременно наше благословение и проклятие. – Она присела рядом с Искрой. – Когда-то давно Огненные Танцовщицы были хранительницами равновесия в империи. Мы танцевали на праздниках урожая, отгоняя холод. Исцеляли больных. Поддерживали священный огонь в храмах.

– А что случилось потом?

– Император испугался нашей силы. – В голосе бабушки звучала старая боль. – Пять лет назад он издал указ: все владеющие Огненным Танцем должны явиться ко двору и принести клятву верности. Многие пошли, веря в справедливость императора.

– И что?

– Их казнили. Всех до единой. В один день империя потеряла триста огненных танцовщиц. – Бабушка погладила Искру по голове. – Твоя мать успела спрятать тебя и сестру. Но сама…

Искра помнила тот день. Чёрные всадники, крики, запах гари. Мать, танцующая свой последний танец, сдерживая императорскую стражу, пока отец уводил дочерей через потайной ход.

– Почему император так поступил, бабушка?

– Говорят, его советник предсказал, что огненная танцовщица принесёт конец его правлению. – Элейна поднялась. – Но пророчества – коварная вещь, внучка. Пытаясь избежать судьбы, мы часто сами приводим её в исполнение.

Треск ветки вырвал Искру из воспоминаний. Кто-то приближался, не особо таясь. Она беззвучно поднялась, нащупывая рукоять подаренного кинжала.

На поляну вышел человек. Высокий, закутанный в тёмный плащ, с дорожным посохом в руке. В свете первых звёзд Искра не могла разглядеть его лица.

– Добрый вечер, – произнёс незнакомец. Голос молодой, с лёгким северным акцентом. – Не ожидал встретить попутчика в этой глуши.

– Я не попутчица, – холодно ответила Искра, не выходя из тени. – Иди своей дорогой, странник.

Мужчина остановился, подняв руки в примирительном жесте:

– Не хотел напугать. Просто ищу место для ночлега, как и ты, полагаю. Дорога на север опасна в одиночку.

«Откуда он знает, что я иду на север?» – насторожилась Искра.

– Костёр бы не помешал, – продолжил странник. – Ночи становятся холоднее. Могу поделиться едой и вином, если позволишь присоединиться.

Искра колебалась. С одной стороны, опасно доверять незнакомцам. С другой – он казался обычным путешественником, а ночь действительно обещала быть морозной.

– Сначала покажи лицо, – потребовала она.

Мужчина откинул капюшон. В звёздном свете она разглядела молодое лицо – лет двадцати пяти, не больше. Тёмные волосы до плеч, несколько дней щетины, усталые серые глаза. Ничего примечательного, кроме странного шрама на левой скуле в форме снежинки.

– Меня зовут Северин, – представился он. – Музыкант по профессии, бродяга по призванию.

При слове «музыкант» Искра напряглась. Совпадение?

– Можешь остаться, – решила она. – Но костёр разводить не будем.

– Почему? – удивился Северин, устраиваясь на безопасном расстоянии.

– Лишнее внимание ни к чему.

Он кивнул, доставая из заплечного мешка свёрток с едой:

– Разумно. Особенно если за тобой охотится императорская стража.

Искра застыла.

– С чего ты взял?

– Одинокая девушка, идущая на север, прячущаяся в лесу, боящаяся развести огонь… – Северин пожал плечами. – Да и новости распространяются быстро. В Речном Броде сегодня огненная танцовщица спасла ребёнка от ледяной чумы.

«Проклятье».

– Не волнуйся, – добавил он, заметив её напряжение. – Я не работаю на императора. Наоборот, держусь от его людей подальше.

– И почему мне следует тебе верить?

Вместо ответа Северин достал флейту – простую деревянную, потёртую от долгого использования. Поднёс к губам и заиграл тихую мелодию. С первых же нот по коже Искры побежали мурашки. В воздухе похолодало, на траве выступил иней.

Музыка льда. Не разрушительная, как чума, но настоящая.

Искра выхватила кинжал:

– Ты один из них! Из тех, кто насылает чуму!

– Нет. – Северин опустил флейту. Иней на траве тут же растаял. – Я владею музыкой льда, это правда. Но чума – не наша работа. Это извращение истинной магии, как если бы кто-то использовал Огненный Танец для поджогов и убийств.

Искра не убрала оружие, но любопытство взяло верх:

– Откуда у тебя эта сила?

– Оттуда же, откуда у тебя твоя. – Северин грустно улыбнулся. – Мой дед был последним Мастером Ледяной Музыки при дворе. Когда император начал охоту на магических артистов, дед успел научить меня основам. Прежде чем его казнили вместе с огненными танцовщицами.

– Музыкантов льда тоже казнили?

– Всех, кроме одного. – Лицо Северина потемнело. – Лорд-канцлер Морозов, главный советник императора. Говорят, именно он нашёл способ превратить музыку льда в оружие. Именно он создал чуму.

Искра медленно опустила кинжал. История начинала складываться в тревожную картину.

– Ты направляешься в Ледяную Цитадель, – произнесла она. Это был не вопрос.

Северин кивнул:

– Как и ты, полагаю. Кто-то разослал письма всем выжившим носителям старых искусств. Обещал ответы.

– Покажи своё письмо.

Он достал из-за пазухи свёрток, идентичный её собственному. Та же печать со снежинкой и нотой, тот же загадочный текст. Только обращение другое: «Тому, кто играет со льдом».

– Это может быть ловушка, – заметила Искра.

– Возможно. – Северин спрятал письмо. – Но что нам терять? Чума наступает, император охотится за нами, а мы – последние, кто помнит истинные искусства. Если есть хоть малейший шанс остановить безумие…

Он не договорил, но Искра понимала. Они оба были загнаны в угол. Оба потеряли всё из-за страха императора перед магией.

– Почему ты рассказываешь мне это? – спросила она. – Мы только встретились.

– Потому что старые книги говорят: Огонь и Лёд должны танцевать вместе, чтобы поддерживать равновесие мира. – Северин смотрел на неё серьёзно. – Пять лет назад это равновесие нарушили. Результат мы видим – вечная зима наступает с севера, пожирая земли.

Искра вспомнила слова мадам Росарио о партнёре для полного танца. Неужели судьба так явно подбрасывает ей знаки?

– Допустим, я поверю тебе, – медленно произнесла она. – Что ты предлагаешь?

– Путешествовать вместе. Безопаснее и… – он замялся, – может, по дороге сможем вспомнить, как наши искусства работают в паре. Древние танцы и мелодии почти забыты.

Прежде чем Искра успела ответить, откуда-то издалека донёсся вой. Долгий, протяжный, совершенно не похожий на волчий.

– Ледяные гончие, – побледнел Северин. – Императорские ищейки. Они взяли твой след.

– Как быстро они нас найдут?

– К рассвету будут здесь. – Он вскочил на ноги. – Нужно уходить. Сейчас.

Искра не стала спорить. Они быстро собрали вещи и двинулись на север, в глубь леса. Луна выглянула из-за туч, освещая дорогу призрачным светом.

– Ледяные гончие не устают и не сбиваются со следа, – на ходу объяснял Северин. – Творения лорда Морозова. Полуживые твари изо льда и злой воли.

– Можем мы их остановить?

– Ты – возможно. Огонь против льда. Но их обычно шестеро в своре, и за ними всегда следуют всадники.

Они бежали между деревьев, перепрыгивая через корни и камни. Вой раздался снова – ближе. Искра чувствовала, как просыпается огонь внутри, отзываясь на опасность.

Лес внезапно расступился. Они выскочили к обрыву над бурной рекой. Поток мчался далеко внизу, разбиваясь о камни.

– Тупик, – выдохнула Искра.

– Не совсем. – Северин указал на старый верёвочный мост, переброшенный через ущелье. – Но он не выдержит гончих.

План созрел мгновенно.

– Переходи первым, – приказала Искра. – Я задержу их.

– Ты с ума сошла? В одиночку против своры?

– У нас нет выбора. Иди!

Северин хотел возразить, но вой раздался совсем близко. Кусты на опушке леса зашевелились.

– Будь осторожна, – бросил он и побежал к мосту.

Первая гончая выскочила из леса через мгновение. Тварь размером с телёнка, сотканная из голубоватого льда и тумана. Глаза – две ледяные искры, полные голодной злобы. За ней показались остальные.

Искра глубоко вздохнула и начала танцевать.

Это был не целительный танец, как утром. Это был Агни-тандава – танец разрушения, которому бабушка учила её тайком, заставив поклясться использовать только в крайнем случае.

Первое движение – и огонь взвился вокруг неё защитным кольцом. Второе – и пламенные плети хлестнули по земле. Гончие взвыли и отпрянули, но не отступили.

«Они сильнее, чем я думала».

Искра ускорила темп. Огонь становился ярче, жарче. Передняя гончая прыгнула, целя в горло. Искра изогнулась, уходя от атаки, и ударила ладонью в ледяной бок твари. Существо взвизгнуло и рассыпалось талой водой.

Пятеро оставшихся атаковали одновременно.

Танец превратился в смертельную игру. Искра кружилась между ледяными телами, оставляя огненные следы. Ещё одна гончая пала, потом третья. Но силы таяли – утренний танец всё ещё давал о себе знать.

– Искра! – крикнул Северин с середины моста. – Скорее!

Она рискнула оглянуться. На опушке леса появились всадники в чёрных плащах. Десяток, не меньше.

Времени на изящный танец больше не было. Искра собрала весь оставшийся огонь и выпустила его единым потоком. Взрыв отбросил гончих и опалил первые ряды деревьев. Не дожидаясь, пока враги опомнятся, она бросилась к мосту.

Доски скрипели и качались под ногами. Внизу ревела река. Искра не смотрела вниз, сосредоточившись на спине Северина впереди.

Свист рассёк воздух. Арбалетный болт пролетел в дюйме от её головы.

– Пригнись! – заорал Северин.

Новый залп. Болты впивались в доски, рвали верёвки. Мост закачался сильнее.

Они добрались до середины, когда сзади раздался грохот. Искра обернулась – уцелевшие гончие прыгнули на мост, не обращая внимания на приказы всадников.

– Он не выдержит! – крикнул Северин.

Словно в подтверждение его слов, одна из главных верёвок лопнула. Мост накренился.

– Беги!

Они рванули к противоположному берегу. Доски трещали под тяжестью гончих. Ещё одна верёвка не выдержала.

Десять шагов до берега. Пять. Три.

Мост рухнул.

Искра прыгнула, чувствуя, как доски уходят из-под ног. Пальцы вцепились в край обрыва. Камни крошились под весом, грозя сорваться. Внизу в пенящийся поток с воем падали ледяные гончие.

Сильные руки подхватили её, втаскивая на твёрдую землю. Искра и Северин откатились подальше от края, тяжело дыша.

На противоположном берегу императорские всадники строились в ряд. В лунном свете блеснула броня. Один из них – явно командир – снял шлем, являя бледное лицо с острыми чертами.

– Беги сколько хочешь, ведьма! – прокричал он через ущелье. – Мы найдём другой путь! Лорд Морозов жаждет встречи с последней танцовщицей!

Искра поднялась на ноги, отряхиваясь:

– Передай своему лорду – если он хочет встречи, пусть придёт сам!

Командир усмехнулся и что-то приказал своим людям. Отряд развернулся и поскакал вдоль обрыва, явно ища обходной путь.

– Нужно уходить, – Северин помог ей встать. – Они найдут брод ниже по течению. У нас есть пара часов форы, не больше.

Искра кивнула, чувствуя полное опустошение. Два серьёзных танца за день выжали её досуха. Огонь внутри едва тлел, как угасающий уголёк.

– Спасибо, – сказала она. – За то, что вытащил.

– Мы квиты. Ты задержала гончих. – Северин внимательно посмотрел на неё. – Хотя должен признать, не ожидал увидеть Танец Разрушения. Думал, это всего лишь легенды.

– Много чего стало легендами за последние пять лет.

Они двинулись на север, прочь от обрыва. Лес здесь был гуще, старше. В воздухе висел запах сосновой смолы и чего-то ещё – холодного, древнего.

– Знаешь, – задумчиво произнёс Северин, – я всю жизнь мечтал увидеть настоящий Огненный Танец. Дед рассказывал, как на праздниках урожая танцовщицы и музыканты выступали вместе. Говорил, это было самое прекрасное зрелище в мире.

– Теперь увидел, – устало отозвалась Искра. – И как тебе?

– Страшно. – Он помолчал. – И прекрасно. Как сама стихия.

Они шли в молчании. Постепенно адреналин схлынул, оставив только усталость и странное чувство… правильности? Словно встреча с этим необычным музыкантом была предначертана.

– Так мы теперь попутчики? – спросил Северин.

Искра взглянула на него. При лунном свете шрам на его щеке казался серебряным.

– Похоже на то. По крайней мере, до Ледяной Цитадели.

– Договорились. – Он протянул руку. – Партнёры?

Она пожала её, удивляясь, какой холодной оказалась его ладонь.

– Партнёры.

Где-то далеко позади раздался вой – но теперь это был обычный волк, приветствующий луну. Впереди дорога терялась во тьме, ведя к загадкам севера и, возможно, к разгадке тайны ледяной чумы.

Искра и Северин шли рядом – огонь и лёд, последние хранители забытых искусств, связанные общей целью и древним пророчеством.

Ночь только начиналась.

Глава 3 Первый аккорд

Рассвет застал их у горного озера. Вода была настолько прозрачной, что видно было каменистое дно даже на глубине. Искра опустилась на колени у кромки воды и жадно пила, смывая привкус дыма и страха.

– Отдохнём здесь, – предложил Северин, осматриваясь. – Место открытое, заметим преследователей издалека. И вода есть.

Искра кивнула, слишком уставшая для разговоров. Они прошли остаток ночи без остановок, петляя между деревьев, путая следы. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, усталость навалилась свинцовой тяжестью.

Северин достал из заплечного мешка одеяло и расстелил на траве:

– Поспи пару часов. Я покараулю.

– А ты?

– Я привык к ночным переходам. – Он устроился на камне, положив флейту на колени. – К тому же кто-то должен следить за дорогой.

Искра хотела возразить, но тело предало её. Стоило голове коснуться импровизированной подушки из свёрнутого плаща, как сон накрыл её тёмной волной.

Снились огненные птицы, танцующие в ледяном небе. Снилась бабушка, кружащаяся в Великом Зале, где когда-то выступали все огненные танцовщицы империи. Снился холодный голос, шепчущий: «Равновесие нарушено. Время истекает».

Проснулась она от музыки.

Северин играл на флейте, сидя у кромки воды. Мелодия была тихой, почти неслышной – как шёпот ветра в зимнем лесу. Но Искра чувствовала силу, текущую сквозь каждую ноту. Вода у его ног покрылась тонким слоем льда, на котором расцветали морозные узоры.

Она лежала неподвижно, наблюдая. В утреннем свете Северин казался моложе. Морщинки усталости разгладились, серые глаза были закрыты, всё внимание сосредоточено на музыке. Шрам на щеке поблёскивал, как настоящая снежинка.

Мелодия изменилась, стала печальнее. Лёд распространился дальше, но в его узорах Искра увидела нечто странное – не хаотичные завитки мороза, а чёткие символы. Руны? Ноты? Что-то среднее?

Северин открыл глаза и встретился с ней взглядом. Музыка оборвалась. Лёд мгновенно растаял, оставив только рябь на воде.

– Прости, не хотел будить, – смутился он.

– Это было красиво. – Искра села, потягиваясь. – Что за мелодия?

– «Плач по утраченной зиме». Дед научил. – Северин убрал флейту. – Говорил, её играли на похоронах Мастеров Льда. Теперь играть почти некому.

– Почему ты не сыграл что-то подобное вчера? Против гончих?

– Боевые мелодии… – он помрачнел. – Я знаю пару, но они опасны. Лёд не различает друзей и врагов, когда его призывают для битвы. Можно заморозить союзника так же легко, как противника.

Искра задумалась. Огненный танец был более управляемым – танцовщица направляла пламя силой воли. Но у каждой стихии свои законы.

– Расскажи мне о музыке льда, – попросила она. – Если мы партнёры, должна понимать, как работает твоя магия.

Северин удивлённо посмотрел на неё:

– А ты расскажешь об Огненном Танце?

– Договорились.

Солнце поднималось выше, согревая промёрзшую землю. Они позавтракали остатками еды, запивая ледяной водой из озера. Потом Северин начал свой рассказ.

– Музыка льда древнее империи. Первые Мастера жили в северных горах, где зима длится девять месяцев. Они научились слышать песню ледников, мелодию метели, ритм падающего снега. – Он провёл пальцами по флейте, извлекая отдельные ноты. – Каждый звук имеет форму. Высокие ноты создают иглы и кристаллы. Низкие – щиты и стены. Но главное – гармония. Правильное сочетание нот может заморозить реку или вызвать лавину.

– А исцелять? – спросила Искра. – Огонь может лечить, если правильно танцевать.

– Холод тоже. Останавливает кровь, снимает жар, замедляет яды. – Северин нахмурился. – Но это требует невероятной точности. Чуть ошибёшься – и вместо исцеления получишь обморожение.

Искра кивнула. Огонь был щедрее в прощении ошибок.

– Твоя очередь, – напомнил Северин.

Она поднялась, разминая затёкшие мышцы:

– Проще показать, чем рассказать. Но сначала – теория. Огненный Танец построен на трёх принципах: движение, дыхание и намерение. Движение направляет силу, дыхание питает пламя, намерение определяет форму.

Искра встала в начальную позицию – ноги на ширине плеч, руки скрещены на груди.

– Смотри внимательно. Это базовая форма – «Приветствие солнцу».

Медленные, плавные движения. Руки поднимаются к небу, описывают круг, опускаются к земле. Повороты корпуса, мягкие шаги. Никакого огня – только танец.

– Пока просто движения, – объяснила Искра. – Теперь добавляю дыхание.

Тот же танец, но теперь каждое движение синхронизировано с вдохом или выдохом. Воздух вокруг неё начал дрожать от жара.

– И наконец – намерение.

Третий раз. Движения те же, дыхание то же, но теперь в каждом жесте была цель. Согреть. Защитить. Осветить. Вокруг рук Искры заплясали золотистые искры, оставляя в воздухе светящиеся следы.

Северин смотрел заворожённо.

– Невероятно. Это как… как живая картина из огня.

Искра завершила форму и опустилась на траву рядом с ним:

– Бабушка говорила, что танец – это молитва в движении. Мы не повелеваем огнём, мы просим его о помощи.

– У музыки льда похожая философия. Мы не приказываем – мы поём вместе со стихией.

Они помолчали, глядя на озеро. Солнце поднялось достаточно высоко, чтобы отражаться в спокойной воде.

– Знаешь, – задумчиво произнёс Северин, – старые книги упоминают совместные выступления. Танцовщицы огня и музыканты льда создавали нечто большее, чем сумма частей.

– Хочешь попробовать?

Он удивлённо взглянул на неё:

– Ты серьёзно? Мы же не знаем, что получится.

– Единственный способ узнать – попробовать. – Искра встала, отряхиваясь. – Начнём с простого. Ты играешь «Плач по утраченной зиме», я танцую «Приветствие солнцу». Посмотрим, как стихии отреагируют.

Северин поколебался, но достал флейту:

– Если что-то пойдёт не так…

– Остановимся. Готов?

Он кивнул и поднёс инструмент к губам. Первые ноты полились над озером – печальные, тягучие, полные зимней тоски.

Искра начала танцевать. Поначалу движения давались с трудом – ритм танца не совпадал с ритмом музыки. Но постепенно она нашла точки соприкосновения, места, где огонь и лёд могли существовать, не уничтожая друг друга.

Вокруг них начало происходить нечто удивительное.

Искры от её танца не гасли при встрече с холодом музыки. Вместо этого они превращались в крошечные звёзды, висящие в воздухе. Иней от флейты не таял в жаре танца, а сплетался в сложные узоры, похожие на созвездия из инея и пламени.

Искра ускорила движения, Северин повысил темп мелодии. Вокруг них закружился вихрь из золотых искр и серебряных снежинок. Не борьба стихий – танец равновесия.

А потом что-то изменилось.

Воздух между ними сгустился, задрожал – и вспыхнул новым светом. Не золотым огнём и не голубым льдом, а чем-то средним. Перламутровое сияние, похожее на северное сияние, но теплее, живее.

В этом свете Искра увидела… видение?

Огромный зал, украшенный знамёнами с символами огня и льда. Десятки танцовщиц в алых одеждах кружатся под сводами. Музыканты в серебряных мантиях играют на флейтах, арфах, колокольчиках. И в центре – пара. Женщина с огненными волосами и мужчина с глазами цвета зимнего неба танцуют вместе, их движения идеально синхронизированы. Вокруг них сияет тот же перламутровый свет…

Видение оборвалось так же внезапно, как началось.

Искра пошатнулась. Северин поймал её, уронив флейту. Они стояли, держась друг за друга, тяжело дыша. Странный свет погас, оставив только обычное утреннее солнце.

– Ты видела? – выдохнул Северин.

– Зал. Танцующих. – Искра пыталась удержать ускользающие образы. – Это было…

– Воспоминание. – В его голосе звучало потрясение. – Не наше. Древнее. Может, так выглядел Великий Зал до падения?

Искра отстранилась, чувствуя странное смущение от его близости:

– Что это был за свет? Я никогда не видела ничего подобного.

– Я тоже. Но… – Северин наклонился, подбирая флейту. – Дед упоминал нечто подобное. Аврора Конкордия – Заря Согласия. Знак того, что огонь и лёд нашли гармонию.

– И что это значит?

– Понятия не имею. – Он выглядел одновременно взволнованным и испуганным. – Но если мы смогли создать её случайно, просто попробовав…

Договорить он не успел. С севера донёсся далёкий грохот, похожий на обвал. Потом ещё один, ближе.

– Что это? – насторожилась Искра.

Северин побледнел:

– Ледяные великаны. Армия императора использует их для расчистки дорог. Они идут за нами.

– Великаны? Я думала, это сказки!

– Как и огненные танцовщицы для большинства людей. – Он быстро собирал вещи. – Нужно уходить. Великаны медленные, но неутомимые. И почти неуязвимые.

Они двинулись прочь от озера, углубляясь в предгорья. Грохот позади становился громче. Искра оглянулась и увидела вдалеке движение – что-то огромное ломилось через лес, круша деревья как спички.

– Сколько их? – спросила она на бегу.

– Обычно трое. Больше сложно контролировать.

– Огонь против льда сработает?

– Они не совсем изо льда. Это древняя магия, старше империи. – Северин помог ей перебраться через поваленное дерево. – Камень, лёд и злая воля, связанные вместе. Чтобы остановить одного, нужна сила целого отряда магов.

«Или двух последних хранителей старых искусств», – подумала Искра, но промолчала.

Они карабкались всё выше. Тропа сужалась, превращаясь в козью тропку вдоль обрыва. Внизу шумел горный поток. Сверху нависали скалы.

Грохот приближался. Деревья у подножия склона затрещали и повалились. Первый великан показался из леса.

Искра ахнула. Существо было высотой с трёхэтажный дом. Тело из серого камня, покрытого ледяной бронёй. Глаза – две ямы, светящиеся голубым огнём. В руке – дубина размером с сосну.

– Не останавливайся! – крикнул Северин. – Смотри вперёд!

Но идти было некуда. Тропа обрывалась тупиком – отвесная скала преграждала путь.

– Ловушка, – выдохнула Искра.

Великан приближался. Каждый его шаг сотрясал землю. За ним из леса показались ещё двое.

– Есть идеи? – спросил Северин, прижимаясь спиной к скале.

Искра огляделась. Узкая тропа, обрыв слева, скала справа и сзади. Три великана впереди. Вариантов немного.

– Помнишь, что случилось у озера? – спросила она.

– Аврора? Ты хочешь… – Он понял. – Это безумие. Мы не знаем, как её контролировать!

– У нас есть выбор?

Великан поднял дубину. Ещё мгновение – и он размажет их по скале.

– Проклятье, – выругался Северин. – Делай что знаешь. Я поддержу.

Искра шагнула вперёд и начала танцевать. Не «Приветствие солнцу» – слишком мягко. Она выбрала «Ярость феникса», один из боевых танцев.

Резкие движения, удары, прыжки. Огонь взвивался вокруг неё яростными языками. Жар был таким сильным, что камни под ногами начали трескаться.

Северин заиграл. Не печальную мелодию, а нечто новое – быстрое, резкое, похожее на вой зимней бури. Холод ударил волной, встречаясь с жаром танца.

И снова – перламутровый свет.

Но в этот раз он был другим. Не мягким и тёплым, а ослепительно ярким, пульсирующим в такт их движениям. Искра чувствовала силу Северина, текущую рядом с её собственной. Холод и жар, лёд и пламя, сплетённые в единое целое.

Великан замер, ослеплённый сиянием. Потом поднял дубину и ударил.

Искра выбросила руки вперёд. Северин взял особенно высокую ноту. Перламутровый свет сгустился в щит, встретив удар.

Взрыв отбросил великана назад. Существо пошатнулось, на его каменном теле появились трещины. Ледяная броня осыпалась хлопьями.

– Работает! – крикнул Северин.

Но радоваться было рано. Два других великана обходили поверженного товарища с флангов. И вдалеке показались всадники – императорская стража нагоняла.

Искра продолжала танцевать, но чувствовала, как силы тают. Создание Авроры требовало невероятной концентрации. Малейшая рассинхронизация – и хрупкое равновесие разрушится.

– Не могу… долго… – выдохнула она между движениями.

– Держись! – Северин изменил мелодию, делая её проще. – Ещё немного!

Второй великан атаковал. Искра направила поток света ему навстречу. Существо взревело – нечеловеческий звук, от которого сыпались камни. Но устояло.

«Слишком сильны. Не справимся».

И тут земля под ногами вздрогнула. Но не от шагов великанов. Это было что-то другое – глубокое, мощное, идущее из недр горы.

– Лавина! – крикнул кто-то из всадников.

Искра подняла взгляд. По склону над ними катилась стена снега и камней. Комбинация жара и холода, танца и музыки дестабилизировала снежный покров.

– Назад! – заорал командир стражи. – Всем назад!

Великаны попытались отступить, но было поздно. Лавина накрыла их, сметая всё на своём пути. Всадники разворачивали коней, спасаясь бегством.

– Держись за меня! – Северин схватил Искру за руку.

Он заиграл новую мелодию – пронзительную, требовательную. Лёд под их ногами вздыбился, создавая подобие укрытия. Искра добавила огня, укрепляя ледяную стену.

Лавина пронеслась мимо, огибая их импровизированное убежище. Грохот был оглушительным. Земля дрожала. Снег и камни проносились в дюймах от них.

Потом – тишина.

Искра и Северин стояли посреди разрушений. Тропа исчезла под тоннами снега. Великанов не было видно – погребены под лавиной. Императорская стража отступила.

– Мы… мы сделали это, – выдохнула Искра.

– Угу. – Северин выглядел не менее потрясённым. – Чуть не убили себя в процессе, но сделали.

Они рассмеялись – нервно, облегчённо. Адреналин всё ещё бурлил в крови.

– Спасибо, – сказала Искра. – За укрытие. Я бы не додумалась.

– Мы партнёры, помнишь? – Северин улыбнулся. – К тому же без твоего огня мой лёд не продержался бы.

Они выбрались из ледяного укрытия. Ландшафт изменился до неузнаваемости. Вместо узкой тропы – широкий склон, засыпанный снегом и обломками.

– Императорские вернутся, – заметил Северин. – Нужно уходить, пока они перегруппировываются.

– Куда? Дорога завалена.

Он указал вверх:

– Через перевал. Это добавит пару дней к путешествию, но зато оторвёмся от погони.

Искра кивнула. Усталость накатывала волнами, но выбора не было.

Они начали подъём. Солнце поднялось к зениту, но здесь, в горах, было холодно. Искра поддерживала небольшое пламя вокруг себя, согреваясь.

– Знаешь, – задумчиво произнёс Северин, – то, что мы сделали… Аврора… Я не думал, что это возможно. Не так быстро.

– Что ты имеешь в виду?

– Обычно синхронизация стихий требует лет тренировок. А мы справились с третьей попытки. – Он покосился на неё. – Может, это знак?

– Какой знак?

– Что мы должны работать вместе. Что наша встреча не случайна.

Искра не ответила. В глубине души она чувствовала то же самое – странную правильность их партнёрства. Но признавать это вслух казалось… опасным? Слишком личным?

Они шли в молчании, поднимаясь всё выше. Воздух становился разрежённым. Внизу остались лес и озеро, императорская стража и погребённые великаны.

Впереди ждали снежные вершины и тайны Ледяной Цитадели. А между ними – странная связь, сотканная из огня и льда, музыки и танца.

Третий день пути только начинался.

Глава 4 Святилище в снегах

Метель налетела внезапно. За считанные минуты видимость упала до нескольких шагов. Ветер выл между скал, швыряя в лицо колючий снег. Искра шла, вцепившись в руку Северина, чтобы не потеряться в белой мгле.

– Нужно найти укрытие! – крикнул он, перекрывая вой ветра.

Искра попыталась создать огненный щит, но порывы тут же разрывали пламя в клочья. Холод пробирался сквозь одежду, леденил кости. Губы онемели, ресницы покрылись инеем.

Они брели вслепую по склону. Каждый шаг давался с трудом – снег доходил до колен. Искра споткнулась, едва не сорвавшись в невидимую пропасть. Северин удержал её.

– Там! – Он указал на тёмное пятно в скале.

Пещера? Расщелина? Не важно – любое укрытие было спасением. Они протиснулись в узкий проход между камней. Ветер стих, хотя холод остался.

Искра призвала огонь. В танцующем свете пламени открылось неожиданное зрелище. Это была не просто пещера – коридор, высеченный в скале, уходил вглубь горы. На стенах виднелись полустёртые барельефы.

– Что это за место? – прошептала Искра.

Северин провёл рукой по резьбе:

– Похоже на старое святилище. Видишь символы? Переплетённые знаки огня и льда.

Они двинулись по коридору. Их шаги гулко отдавались в тишине. Барельефы становились чётче – сцены танцев, музыкантов, людей в странных одеждах.

Коридор привёл в круглый зал. В центре – каменная чаша на пьедестале, вокруг – скамьи, вырубленные прямо в скале. Но самым удивительным был потолок – расписанный так искусно, что казалось, будто смотришь в ночное небо. Звёзды мерцали в свете огня Искры.

– Храм Равновесия, – выдохнул Северин. – Я думал, они все разрушены.

– Ты знаешь это место?

– Только из рассказов деда. – Он подошёл к чаше, на дне которой поблёскивал лёд. – Здесь огненные танцовщицы и музыканты льда проводили совместные ритуалы. Поддерживали баланс между севером и югом, зимой и летом.

Искра опустилась на каменную скамью, чувствуя накопившуюся усталость:

– Почему император уничтожил нас? Мы же помогали империи.

– Страх. – Северин сел рядом. – Лорд Морозов убедил его, что маги опасны. Что однажды мы объединимся и свергнем трон. Классическая тактика – разделяй и властвуй.

– Но ведь пророчество…

– О том, что огненная танцовщица принесёт конец его правлению? – Северин усмехнулся. – Может, имелось в виду не свержение, а что-то другое. Конец правления не всегда означает смерть правителя.

Искра задумалась. В храме было удивительно тепло – словно камни хранили память о тысячах ритуальных огней. Она сняла промокший плащ, расстелив его сушиться.

– Расскажи мне о своей семье, – попросила она.

Северин удивился:

– Почему?

– Мы путешествуем вместе, доверяем друг другу жизни, но я почти ничего о тебе не знаю.

Он помолчал, глядя на мерцающие звёзды на потолке:

– Особо нечего рассказывать. Вырос в Северной провинции, в городке Зимний Мост. Отец был кузнецом, мать – целительницей. Обычная семья, пока дед не начал учить меня музыке.

– И они не возражали?

– Отец был против. Говорил, это опасно, что император… – Северин замолчал. – В общем, он оказался прав. Когда мне было пятнадцать, кто-то донёс. Императорская стража пришла ночью.

Искра тихо тронула его руку.

– Дед вышел встречать их один. Сказал, что я обычный ученик, ничего не знаю о магии льда. Они не поверили, но он… он сыграл Последнюю песнь. Заморозил себя вместе с целым отрядом. – Голос Северина дрогнул. – Родители успели вывезти меня из города. С тех пор я скитаюсь.

– Мне жаль.

– Твоя история не легче, – заметил он. – Я хотя бы успел попрощаться.

Искра прислонилась к каменной стене:

– Мне было восемь, когда пришли за мамой. Сестре – пять. Папа спрятал нас в подвале, а мама… Она танцевала на площади, сдерживая стражу. Весь город видел. Говорят, пламя поднималось до небес.

– Как ты выжила после этого?

– Бабушка забрала нас. Она жила отшельницей в лесу, скрывалась уже много лет. Научила меня всему – танцам, контролю, истории нашего искусства. – Искра закрыла глаза. – А потом пришла чума. Сестра заболела одной из первых в нашей деревне. Я могла спасти её, как того мальчика. Но бабушка запретила – сказала, это выдаст нас. И я послушалась.

Слёзы обожгли щёки. Искра не плакала уже давно, но здесь, в древнем храме, боль прорвалась наружу.

– Эй, – Северин обнял её за плечи. – Ты была ребёнком. Это не твоя вина.

– Я выбрала свою безопасность вместо её жизни.

– Нет. Ты выполнила волю бабушки. Она знала – если схватят последнюю танцовщицу, надежды не останется вообще.

Искра уткнулась ему в плечо, позволяя себе минуту слабости. Северин просто держал её, не говоря лишних слов. От него пахло снегом и чем-то свежим, как горный воздух.

Наконец она отстранилась, вытирая глаза:

– Прости. Не хотела…

– Не извиняйся. – Он убрал прядь волос с её лица. – Мы оба потеряли слишком много. Имеем право на слёзы.

Их взгляды встретились. В мерцающем свете его серые глаза казались теплее. Искра почувствовала странное притяжение, словно невидимая нить связывала их. Северин наклонился ближе…

И замер.

– Слышишь? – прошептал он.

Искра прислушалась. Где-то в глубине храма звучала музыка. Тихая, едва различимая, но определённо реальная.

Они поднялись, инстинктивно взявшись за руки. Звук шёл из прохода в дальней стене. Осторожно, готовые к любой опасности, они двинулись на музыку.

Проход вёл в ещё один зал, меньше первого. Здесь тоже были барельефы, но изображали они нечто тревожное – людей, покрытых льдом, пламя, пожирающее города, расколотую землю.

В центре зала стояла фигура.

Женщина в выцветшей мантии сидела у небольшого алтаря, играя на странном инструменте – помесь арфы и флейты. Седые волосы скрывали лицо. Пальцы двигались по струнам и отверстиям, извлекая печальную мелодию.

– Входите, дети, – сказала она, не поворачиваясь. – Я ждала вас.

Искра напряглась:

– Кто вы?

Женщина обернулась. Лицо, изборождённое морщинами, слепые белые глаза. Но улыбка была доброй.

– Меня зовут Вера. Я – Хранительница этого места. Последняя из своего ордена. – Она отложила инструмент. – А вы – Искра и Северин. Огонь и Лёд, идущие на север.

– Откуда вы знаете наши имена? – насторожился Северин.

– Я вижу больше, чем кажется. – Вера поднялась, опираясь на посох. – Видела вашу Аврору в горах. Красивое зрелище. Давно стихии не танцевали вместе.

– Вы знаете об Авроре? – воскликнула Искра.

– Знаю многое, дитя. Хранители веками берегли знания о старых искусствах. Ждали, когда огонь и лёд снова найдут друг друга. – Старуха подошла к стене, проведя рукой по барельефам. – Видите эти изображения? История повторяется.

– Что вы имеете в виду?

– Тысячу лет назад случилось то же самое. Правитель возжелал единоличной власти, уничтожил служителей стихий. Равновесие нарушилось. Север покрылся вечным льдом, юг – выжженной пустыней. Империя пала.

Искра и Северин переглянулись.

– Но ведь империя существует, – заметил Северин.

– Новая империя. Построенная на руинах старой. – Вера покачала головой. – История забыта, уроки не усвоены. И вот снова – лёд наступает, огонь гаснет, равновесие нарушено.

– Как это остановить? – спросила Искра.

Старуха улыбнулась:

– Вы уже знаете ответ. Почувствовали его, когда создали Аврору. Но путь будет трудным. Лорд Морозов извратил музыку льда, превратил её в оружие. Чтобы исцелить землю, нужно очистить источник скверны.

– Ледяная Цитадель, – догадался Северин. – Там источник чумы?

– Там сердце тьмы. Но и ключ к спасению. – Вера вернулась к алтарю, доставая два свитка. – Возьмите. Здесь записаны Великие формы – танец и мелодия, которые могут восстановить равновесие. Но помните – они требуют полной синхронизации. Малейший разлад – и сила обернётся против вас.

Искра взяла свиток. Пергамент был древним, но символы танца читались ясно. Сложные, невероятно сложные движения, требующие мастерства, которого у неё пока не было.

– Зачем вы помогаете нам? – спросил Северин.

– Потому что больше некому. – Вера выглядела бесконечно усталой. – Я последняя Хранительница, вы – последние маги стихий. Если потерпите неудачу, мир погрузится в вечную зиму. Не будет больше ни огня, ни жизни. Только лёд и тишина.

– Без давления, – пробормотала Искра.

Старуха рассмеялась – неожиданно молодо:

– Судьба редко спрашивает, готовы ли мы к испытаниям. Но я вижу – вы сильнее, чем думаете. Ваша связь глубже простого партнёрства. Огонь и Лёд всегда ищут друг друга, как две половины целого.

Искра покраснела, избегая взгляда Северина.

– Отдохните здесь этой ночью, – предложила Вера. – Храм защитит вас от бури и преследователей. Утром покажу тайный путь через перевал – сократите дорогу на три дня.

– Спасибо, – искренне сказал Северин.

– Благодарите, когда спасёте мир. – Хранительница направилась к выходу. – Моя келья в восточном крыле. Если нужно что-то – зовите. А пока… проведите время с пользой. Изучите свитки. Попрактикуйтесь. У вас мало времени до полнолуния.

Она ушла, оставив их вдвоём в зале с тревожными барельефами.

– Весёлые картинки, – заметил Северин, разглядывая сцены разрушения.

– Предупреждение, – поправила Искра. – О том, что случится, если мы провалимся.

Они вернулись в главный зал. Метель за стенами храма выла с новой силой, но здесь было тепло и спокойно. Искра развернула свиток, изучая движения. Северин сел рядом со своим.

– Это невероятно сложно, – пробормотал он. – Половину нот я даже не знаю, как сыграть.

– Танец тоже… – Искра прослеживала пальцем последовательность движений. – Некоторые позиции требуют гибкости, которой у меня нет.

– Значит, будем учиться.

Они разложили свитки на полу, сравнивая. Постепенно стала видна система – движения танца и ноты мелодии были связаны, дополняли друг друга. Где танец требовал взрыва энергии, музыка давала поддержку. Где мелодия становилась слишком интенсивной, танец заземлял её.

– Смотри, – Искра указала на символы. – Здесь нужна полная синхронизация дыхания. Мы должны дышать как один человек.

– А здесь – зеркальные движения. Ты идёшь вправо, я – влево. Но в одном темпе.

Они встали друг напротив друга, пробуя базовые элементы. Поначалу ничего не получалось – слишком разные стили, слишком разные ритмы. Но постепенно начали находить точки соприкосновения.

– Стоп, – Искра остановилась. – Мы пытаемся подстроиться друг под друга. А нужно найти общий ритм.

– Как?

Она задумалась, потом протянула руки:

– Дай руки. Закрой глаза. Просто дыши.

Северин подчинился. Они стояли посреди древнего храма, держась за руки, дыша в унисон. Искра чувствовала его пульс – спокойный, размеренный. Свой собственный – чуть быстрее, но постепенно замедляющийся.

– Чувствуешь? – прошептала она.

– Да. – Его голос был хриплым. – Как будто…

– Один ритм на двоих.

Они открыли глаза. Расстояние между ними сократилось – когда успели подойти так близко? Искра видела золотые искорки в его серых глазах, чувствовала тепло дыхания.

– Искра, – начал Северин.

Она не дала ему договорить. Поднялась на носки и поцеловала – импульсивно, неумело, отчаянно. На мгновение он замер, потом ответил, притягивая ближе.

Мир взорвался светом.

Аврора вспыхнула вокруг них без танца и музыки – просто от соприкосновения. Перламутровое сияние заполнило зал, отражаясь от каменных стен. В этом свете Искра видела, чувствовала, понимала – они действительно две половины целого. Огонь и Лёд, созданные друг для друга.

Потом страх накрыл её ледяной волной. Она отстранилась, разрывая контакт. Аврора погасла.

– Прости, – выдохнула Искра. – Я не должна была…

– Почему? – Северин выглядел растерянным. – Искра, ты же чувствовала…

– Именно поэтому! – Она отступила ещё на шаг. – Мы не можем… Это слишком опасно. Что если эта связь помешает миссии? Что если с одним из нас что-то случится?

– А что если она поможет? – возразил он. – Ты видела – Аврора вспыхнула сама, просто от…

– Не говори. – Искра подхватила свиток. – Нужно сосредоточиться на тренировках. У нас есть работа.

Северин хотел возразить, но промолчал. Кивнул:

– Хорошо. Работа прежде всего.

Остаток ночи они провели в изучении свитков, старательно держась на безопасном расстоянии. Но Искра чувствовала – что-то изменилось безвозвратно. Притяжение между ними стало почти физическим, воздух искрил от невысказанных слов.

Когда первые лучи солнца пробились сквозь узкие окна храма, Вера вернулась:

– Буря стихла. Время идти.

Она провела их через лабиринт коридоров к выходу с другой стороны горы. Узкая тропа вела вниз, к долине.

– Держитесь этого пути два дня, потом поверните на север у Расколотой скалы. Ещё неделя – и увидите Ледяную Цитадель. – Хранительница вложила в руку Искры небольшой амулет. – Это поможет найти вход. Ищите знак снежной розы.

– Вы не сказали, кто прислал письма, – напомнил Северин. – Кто ждёт нас в Цитадели?

Вера покачала головой:

– Не знаю. Но кто бы это ни был – у него есть ответы. И помните… – она посмотрела слепыми глазами, будто видя их насквозь, – сила в единстве. Не бойтесь того, что чувствуете. Страх – плохой советчик.

С этими словами она вернулась в храм, оставив их на тропе.

Искра и Северин начали спуск. Солнце било в глаза после полумрака храма. Снег искрился миллионами бриллиантов.

– Искра, – начал Северин. – О прошлой ночи…

– Не надо. – Она ускорила шаг. – Мы партнёры. Этого достаточно.

Он вздохнул, но не стал настаивать.

Они спускались с горы, унося древние знания и невысказанные чувства. Впереди ждала Ледяная Цитадель и разгадка тайны чумы. Позади остался храм, хранящий память о поцелуе, зажёгшем Аврору.

Четвёртый день пути подходил к концу.

Глава 5 Граница льда

Деревня Последний Приют оправдывала своё название. За ней начиналась мёртвая зона – земли, поглощённые ледяной чумой. Искра остановилась на холме, глядя на границу между жизнью и смертью. Линия была чёткой, неестественной – с одной стороны бурая осенняя трава, с другой – белое безмолвие.

– Хуже, чем я думал, – тихо сказал Северин. – Граница продвинулась на мили с тех пор, как я был здесь в последний раз.

– Когда это было?

– Полгода назад. Тогда деревня была в трёх милях от края. Теперь… – Он не договорил.

Теперь ледяная пустошь подступала к самым домам. Искра видела заброшенные фермы на окраине, покинутые в спешке. Двери нараспашку, вещи разбросаны – люди бежали, спасая только жизни.

Они спустились к деревне. Два дня пути от храма прошли в напряжённом молчании. Искра держалась отстранённо, избегая случайных прикосновений. Северин не настаивал, но она чувствовала его взгляды, видела боль в серых глазах.

«Так лучше», – убеждала она себя. – «Нельзя отвлекаться на чувства».

Но ночами, когда они устраивались у костра, было трудно не думать о поцелуе. О том, как естественно вспыхнула Аврора от одного соприкосновения. О тепле его рук…

– Стой! – окрик вырвал её из размышлений.

На дороге стояли ополченцы – крестьяне с вилами и дубинами. Испуганные, отчаянные лица.

– Мы путники, – поднял руки Северин. – Идём на север.

– На север? – Бородатый мужчина, похоже, староста, шагнул вперёд. – Вы спятили? Там только смерть!

– У нас есть дело в тех краях, – уклончиво ответила Искра.

Староста прищурился:

– Имперские? Нет, не похоже… Погоди-ка. – Его глаза расширились. – Я видел тебя! В Речном Броде, на ярмарке. Ты танцевала с лентами!

Искра напряглась. Узнал?

– Ты спасла мальчишку Томми! – Мужчина повернулся к остальным. – Это она! Огненная танцовщица!

Ополченцы зашумели. Кто-то попятился в страхе, кто-то шагнул ближе с надеждой.

– Пожалуйста, – староста вдруг упал на колени. – Помогите нам! Чума наступает. Вчера ещё трое заболели. Дети…

– Встаньте, – Искра помогла ему подняться. – Покажите больных. Посмотрю, что можно сделать.

Северин тронул её за локоть:

– Ты уверена? После храма…

– Я не могу пройти мимо. – Она посмотрела ему в глаза. – Не снова.

Он кивнул, понимая.

Староста повёл их в большой дом в центре деревни. Импровизированный лазарет – десяток коек, стоны, запах болезни. Искра прошла между больными, осматривая.

Трое детей, две женщины, старик. Чума была на ранней стадии – иней только начал проступать на коже. Ещё можно спасти, если…

– Мне нужно пространство, – сказала она. – И тишина. Северин останется, остальные – выйдите.

– Но… – начал староста.

– Доверьтесь мне.

Люди нехотя покинули помещение. Искра встала в центре, между койками. Глубокий вдох, выдох. Нужно быть осторожной – целительный танец требует точности.

– Что ты задумала? – спросил Северин.

– Хочу попробовать модифицированную форму. Объединить то, чему учила бабушка, с элементами из свитка. – Она начала разминаться. – Сыграй что-нибудь поддерживающее. Не ледяное – нейтральное.

Северин достал флейту:

– «Песнь равновесия»?

– Подойдёт.

Первые ноты полились в воздухе – спокойные, размеренные. Искра начала танцевать. Медленно, осторожно, прислушиваясь к внутреннему огню.

Это был не Агни-ката, который она использовала в Речном Броде. Новая форма, созданная на основе древних движений из свитка. Каждый жест был выверен, каждый поворот – точен.

Золотистые искры закружились вокруг неё, но не хаотично – они двигались по спирали, создавая сложный узор. Тепло разливалось волнами, мягкими, исцеляющими.

Северин подстроил мелодию под её ритм. Не лёд, но его музыка создавала структуру, каркас, в котором огонь мог работать точнее.

Первый ребёнок – девочка лет шести. Искра направила спираль тепла к ней. Иней на щеках начал таять. Девочка захныкала, зашевелилась – хороший знак.

Следующий – мальчик постарше. Чума зашла глубже, но ещё не добралась до сердца. Больше тепла, осторожнее…

Танец усложнялся. Искра добавила элементы из Великой формы – сложные переходы, требующие идеального баланса. Огонь откликнулся, становясь послушнее.

Но с третьим ребёнком что-то пошло не так.

Мальчик был почти подростком, и чума укоренилась глубже, чем казалось. Когда спираль огня коснулась его, лёд внутри сопротивлялся. Не пассивно – активно, яростно.

– Искра! – предупредил Северин.

Она почувствовала – это не обычная чума. В льду была воля, злой разум. Он атаковал в ответ, посылая волну холода.

Искра пошатнулась. Огонь внутри дрогнул. Северин изменил мелодию, пытаясь поддержать, но было поздно.

Сила вырвалась из-под контроля.

Не разрушительная – Искра успела направить её вовне, а не на больных. Но стены дома вспыхнули золотым пламенем. Не обжигающим – очищающим, выжигающим болезнь из самого воздуха.

И тут случилось невозможное.

Пламя встретилось с музыкой Северина – и преобразилось. Перламутровая Аврора вспыхнула без их сознательного усилия, заполняя помещение. Но это была не та мягкая Аврора из храма. Это было что-то новое – яростное, первобытное.

Больные закричали – не от боли, а от шока. Лёд на их телах не просто таял – он испарялся, превращаясь в светящийся пар. Чума отступала, изгнанная силой, которую Искра не понимала и не контролировала.

– Держись! – Северин бросил флейту и схватил её за руки. – Вместе!

Контакт усилил Аврору. Комната утонула в перламутровом сиянии. Искра чувствовала силу Северина, сплетённую с её собственной. Но также чувствовала нечто другое – древнее, могущественное, пробуждающееся от их союза.

Видение накрыло обоих.

Ледяная Цитадель, но не руины – величественный дворец из хрусталя и света. В тронном зале – фигура в ледяной короне. Лицо скрыто, но глаза… глаза полны такой ненависти, что Искра задохнулась.

«Вы пришли», – голос звучал в их сознании. – «Последние из проклятых родов. Хорошо. Я заждался».

Образ сместился. Тот же зал, но теперь полный замороженных фигур. Сотни людей в ледяном плену. И среди них…

– Нет! – Искра узнала лица. Огненные танцовщицы. Те, кто пошёл ко двору пять лет назад. Они были не мертвы – они были заморожены, подвешены между жизнью и смертью.

«Они ждут», – продолжал голос. – «Ждут, когда последние придут и завершат ритуал. Огонь и Лёд, объединённые в Великой форме. Только так я смогу завершить начатое».

– Кто ты? – выкрикнул Северин.

Смех – холодный, безумный.

«Разве не догадались? Я тот, кто понял истину. Равновесие – ложь. Должна править только одна сила. И когда вы станцуете для меня, я получу власть над обеими».

Видение оборвалось.

Искра и Северин упали на колени, всё ещё держась за руки. Аврора погасла. В лазарете воцарилась тишина.

Потом – детский смех.

Девочка, которую Искра исцелила первой, села на койке:

– Мама! Мне лучше!

Один за другим поднимались исцелённые. Чума исчезла полностью, не оставив следа. Даже старик, казавшийся безнадёжным, открыл ясные глаза.

Дверь распахнулась. Староста ворвался внутрь, за ним – половина деревни.

– Что произошло? Мы видели свет… – Он замер, увидев выздоровевших. – Невозможно.

– Возможно, – устало сказала Искра, поднимаясь. – Но это было… сложнее, чем ожидалось.

Северин помог ей встать. Его лицо было бледным:

– Ты тоже видела?

Она кивнула. Понимание пронзило холодом – они шли в ловушку. Кто-то в Ледяной Цитадели ждал их, планировал использовать.

Но сейчас деревня ликовала. Родные обнимали исцелённых, плакали от счастья. Староста упал перед Искрой на колени:

– Вы спасли их! Спасли всех!

– Встаньте, – она была слишком измотана для церемоний. – Лучше расскажите – давно граница так близко?

– Неделю назад рванула вперёд. За одну ночь – три мили. – Староста поднялся. – Как будто что-то ускорило её. И больные… раньше чума развивалась медленнее.

Искра и Северин переглянулись. Ускорение связано с их приближением?

– Вы наши гости! – объявил староста. – Лучший дом, лучшая еда! Это меньшее, что мы можем предложить!

Искра хотела отказаться – нужно спешить. Но усталость была слишком сильной. И им с Северином необходимо обсудить видение.

Вечер прошёл в празднестве. Вся деревня собралась на площади. Простой ужин казался пиром – люди делились последним, благодарные за спасение близких.

Искра сидела в стороне, наблюдая. Дети играли у костра – те самые, что несколько часов назад умирали. Их родители плакали от облегчения.

– Ты сделала доброе дело, – Северин опустился рядом.

– Мы сделали. – Она посмотрела на него. – Без твоей поддержки я бы не справилась.

– Искра, о том видении…

– Знаю. – Она обхватила колени руками. – Мы идём в ловушку. Кто-то хочет использовать нас.

– Лорд Морозов?

– Или кто-то другой. Тот голос… – Она поёжилась. – В нём было безумие. И сила. Невероятная сила.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.