Марина Север
Кровавый рассвет

Глава 1

За окном мелькали деревья: большие и маленькие, могучие, хвойные. Они стояли плотными рядами вдоль дороги. Ника не успевала не то, чтобы рассмотреть их, она даже не запоминала, какие именно деревья росли по краю, как ей показалось, нескончаемой дороги.

Такси, которое они с сестрой вызвали из аэропорта, было большое, вместительное. Ника в приложении сразу указала, что есть багаж, поэтому требуется внедорожник, в котором они бы смогли разместить свои вещи.

Ее сестра сидела на переднем сиденье и без умолку рассказывала что-то водителю. Как любой, уважающий своих клиентов таксист, слушал спутницу, иногда кивая в знак согласия. Только было неясно, как он мог понимать то, что говорила ему сестра. Другая страна, другой язык.

За всё время пути он проронил, как показалось Нике, всего несколько фраз на ломаном русском языке: «Согласен с вами» и «Тоже так думаю».

Зато Лика, видя, что водитель откликается на ее болтовню, поддаваясь эмоциям, рассказала не только про себя и сестру, но и куда они едут, зачем и почему. Не совсем ясно было, понимал ли он вообще, что она говорит или нет. Но, походу, Анжелике на это было плевать.

Ника смотрела в окно, вспоминая свою прошлую жизнь. Вести беседу с малознакомым мужчиной ей не хотелось. В жизни она была спокойным, уравновешенным человеком. Школу закончила с отличием, поступила в ВУЗ на филологический факультет. После окончания института получила красный диплом и устроилась учителем начальных классов, где проработала год. Ника любила детей, но по сложившимся семейным обстоятельствам ей пришлось уволиться из школы.

Она вспомнила своего бывшего мужа, которого знала со студенческой скамьи. Он учился на факультете физической культуры. Подтянутый, накаченный Андрей нравился всем девчонкам, но выбрал почему-то именно ее.

Они были на последнем курсе, когда Андрей сделал Нике предложение. До этого он два года ухаживал за девушкой. Как и у всех молодых людей, были свидания, цветы, конфеты, признания в любви под луной. Вероника парила в облаках от счастья. Она представляла своё будущее с Андреем, мечтала о небольшом домике, о куче детишек. К сожалению, ни тому, ни другому не суждено было сбыться.

Родители Ники погибли в горах, когда поехали в очередную командировку. По профессии они были геологами. Там была какая-то странная история, в которой, как показалось Нике, никто особо не хотел разбираться. Это произошло как раз незадолго до их с Андреем свадьбы.

Ника сразу же хотела отложить торжество на неопределенное время, но Андрей отговорил ее. Сказал, что нужно устраивать свою личную жизнь и жить дальше.

Тела родителей доставили через две недели. После похорон прошло полтора месяца, и они с Андреем поженились. Многие родственники осуждали ее скоропалительный брак. Говорили, что родители еще не упокоились, а ей «замуж невтерпеж».

Нике как раз исполнилось двадцать два года, а Лике на тот момент было двадцать лет. После свадьбы молодые переехали в квартиру Андрея.

Апартаменты, которые остались после родителей, решили продать. Лика купила себе двухкомнатную квартиру, а оставшиеся деньги – ровно половина – перешли по наследству Нике.

И вот сейчас она едет в такси со своей младшей сестрой куда-то «к черту на кулички», в небольшой городок в Норвегии.

Здесь лето длится всего один месяц, а все остальное время холодно и мерзко.

Некоторое время назад Веронике позвонил нотариус и сказал, что им с сестрой родители оставили завещание. На вопрос: почему его не озвучили сразу, когда прошло полгода с момента их смерти, затруднялись ответить. Нотариус уклончиво пробормотал что-то вроде того, что оно поступило к ним в контору несколько дней назад, поэтому они сами ничего не понимали.

Заверив нотариуса, что обязательно приедет в ближайшие дни, Ника задумалась. «Что это еще за наследство, о котором никто не знал»? Вроде все, что им полагалось, они получили. Тем более никакого завещания родители не могли сделать, так как точно не планировали умирать. Это простое стечение обстоятельств. Тогда погибла вся их геологическая группа. По крайней мере, им так сказали.

Наступил день, когда они с сестрой пришли в нотариальную контору. Здание находилось в центре города, поэтому они выехали чуть раньше. В свое время Лика прошла школу вождения и купила себе внедорожник.

– Так быстрее добираться до работы, а не мучиться в переполненном транспорте, где от каждого чем-то пахнет, – говорила сестра каждый раз, когда Ника упрекала ее в быстрой езде.

– Ну можно хотя бы соблюдать элементарные правила вождения и не гнать под сто двадцать.

Лика всегда смеялась над словами Вероники.

– Не будь ханжой, если мы будем ездить по всем правилам, то на работу я доберусь ближе к обеду. Это большой город, где пробки никто не отменял.

Ника ничего не отвечала на ее сарказм, садилась в машину, пристегивалась и пялилась в свой телефон, чтобы не смотреть на дорогу.

В один из дней они донеслись до пункта назначения за пятнадцать минут. Припарковав машину недалеко от входа, девушки направились в двухэтажное здание.

В холле их встретила помощник нотариуса и проводила в кабинет, где сидел мужчина лет шестидесяти, с проплешиной на голове, которую по бокам украшали седые, слегка вьющиеся волосы. На носу у него были очки, а под носом усики в цвет волос. Хоть он и сидел в кресле, было видно, что мужчина был небольшого роста, плотного телосложения, с короткими толстенькими пальцами, а на одном из них красовался большой перстень с темным камнем.

Кабинет был небольшим. Посередине стоял стол, за которым сидел нотариус, за ним возвышался шкаф с полками и тонкими папками. Стояло четыре стула вдоль стены, видимо, они были для посетителей, маленький журнальный столик, а в углу – тумбочка с ящиками.

Когда Ника с сестрой вошли в кабинет, мужчина оторвал свой взгляд от каких-то бумаг и посмотрел на них поверх очков, которые смешно спустились на самый край его носа.

Сначала рассмотрел Веронику, оценил ее внешность и перевел свой взгляд на Лику. Сестру он рассматривал чуть дольше, чем ее. Но тут, конечно, любой бы не смог оторвать взгляд.

Лика всегда была яркой девушкой. С самого рождения ей уделяли больше внимания, возможно, потому что она была вторым ребенком.

Ника всегда считала, что родители должны больше любить первенца в семье, но у них было наоборот.

Уже в старших классах за Ликой бегала куча парней. Она могла вскружить головы не только мальчишкам из своего класса, но и тем, кто учился на год старше и из параллельных классов.

Когда Ника училась в институте на втором курсе, Лика никак не могла выбрать, куда ей поступать после одиннадцатого класса. Родители настаивали, чтобы она была, как они, геологом, но Анжелика, мечтавшая о карьере модели, хотела поступать в модельное агентство.

Родители были против, но разве Лику это могло остановить? После нескольких попыток прорваться хоть куда-нибудь, Анжелика поняла, что ей «ничего не светит». В модельное агентство нужны либо большие связи, либо большие деньги. А так как родители были простыми геологами, и у них зарплата состояла из оклада и премиальных, а также, возможно, каких-нибудь бонусов, то заплатить за учебу было некому, не говоря уже о связях. Тем более, возить ее в школу моделей не представлялось возможным. Мама и папа все время были в командировках.

Пока Нике не исполнилось восемнадцать лет, за ними присматривала бабушка. Но вскоре после продолжительной болезни она умерла. Обязанности за присмотром сестры легли на плечи старшей сестры, пока родители бывали в отъездах.

После провала поступления в очередную школу моделей, Ника уговорила сестру подать документы в институт. Лика не стала спорить, отнесла аттестат в ВУЗ и поступила на факультет экономики и менеджмента. Математика всегда давалась ей легко. Поэтому в будущем ей светила карьера либо экономиста, либо менеджера.

В прошлом году Анжелика окончила институт и устроилась в небольшую фирму ведущим специалистом, где она работала и по сей день. В коллективе ее недолюбливали, в основном женщины, так как из-за своей внешности она притягивала к себе все внимание мужской половины.

Лика всегда красилась ярко, одевалась вызывающе, поэтому женщины, работающие в фирме, косо на нее смотрели.

Вот и сейчас, войдя в кабинет, Лика сразу же обратила на себя внимание пожилого нотариуса.

Она была одета в обтягивающие кожаные штаны, красную блузку с глубоким вырезом, откуда буквально выпрыгивала грудь, и черные туфли на высокой шпильке. Длинные светлые волосы, которые она красила в блонд, стянула в высокий хвост на самой макушке. Длинные черные ресницы, красная помада на губах только подчеркивали ее и без того худое, красивое лицо, на котором были выразительные голубые глаза. Все это великолепие было на светлой коже, на которой не было ни единой родинки или шрама. Ростом она пошла в отца. Высокая, стройная, всегда подтянутая. Поэтому в свое время она и пробовала себя в модельную школу.

Ника тоже была симпатичной, конечно, не такой яркой, как сестра, но была в ней изюминка, которая нравилась многим мужчинам. В школе за ней не бегали толпы поклонников, как за ее сестрой, но ухажер был.

Ее черты были ближе к маминым. Хоть рост у Ники был ниже, чем у сестры, но фигурка такая же – стройная и подтянутая. Длинные пальцы с аккуратным коротким маникюром.

Вероника любила легкий макияж: розовый блеск, нанесённый тонким слоем на губы, светлые румяна и подкрашенные ресницы. Волосы, в отличие от сестры, она никогда не красила. У нее они всегда были темно-русые, длинные и волнами ложились на худые плечи.

Она никогда не пользовалась завивкой, волосы у нее с детства росли волнистыми. Лицо было овальной формы, на котором сидели два больших глаза ярко-зеленого цвета.

Родители в детстве в шутку часто называли ее «наша ведьмочка».

Лика растянула губы в своей самой лучезарной улыбке, обнажая при этом ровные белые зубы, и поздоровалась с нотариусом, выводя его из оцепенения.

– Добрый день, – сказала она, протягивая мужичку руку с идеальным маникюром. – Меня зовут Анжелика, а это моя сестра Вероника.

Мужчина слез со своего кресла и подошел к девушкам, протягивая при этом свою ладонь Лике и улыбаясь ей в ответ.

– Добрый день. Меня зовут Илларион Матвеевич, нотариус и доверенное лицо ваших родителей, упокой, Господь, их душу.

Мужчина пожал руку Лике, кивнул в знак приветствия Веронике и указал на стулья, которые стояли вдоль стены.

– Прошу вас, присаживайтесь.

Илларион Матвеевич сел на свое место, достал из ящика большой конверт, поправил очки и посмотрел на девушек.

– Недавно, как я уже говорил вам по телефону, на адрес нашей нотариальной конторы пришел конверт. Судя по маркам и английским буквам, оно прилетело к нам из Норвегии.

Илларион Матвеевич налил в стакан воды и сделал небольшой глоток. Он подставил кулачок ко рту, покашлял в него и продолжил:

– Мы его не стали вскрывать, потому что на конверте была указана ваша фамилия и имена.

Девушки переглянулись между собой и снова уставились на мужчину.

– Поэтому вы были приглашены сюда, в мой кабинет, чтобы вместе вскрыть конверт и прочитать содержимое. Раз оно пришло на адрес нашей конторы, а не вам лично домой, предполагаю, что там все-таки завещание от ваших родителей.

Мужчина взял в ящике стола маленький ножичек для вскрытия писем и вынул из конверта большой  красивый лист бумаги. Видно было, что это не простая «Снегурочка» формата А4, качество сильно отличалось.

Внутри находился еще один листок, свернутый пополам, где красивым почерком было написано: «Нашим детям, Веронике и Анжелике».

Нотариус передал его девушкам сразу, а второй лист поднес к лицу и принялся зачитывать.

Девушки сидели молча, не прерывая, но переглядываясь между собой. При каждом новом слове глаза их увеличивались в размерах, а выражение лица менялось с удивленного на непонимающее.

В завещании говорилось о том, что им достается небольшое поместье в Норвегии, недалеко от города. Также земля, на которой стоит дом.

Зачитав завещание, нотариус снял очки и потер переносицу. Видимо, он сам был в недоумении от прочитанного.

Илларион Матвеевич знал их родителей давно, но, видимо, то, что он сейчас прочитал, никак не укладывалось в его голове.

Девушки были не то, чтобы удивлены, они были ошарашены такой новостью. Откуда у родителей могло быть поместье, да еще в Норвегии? Возможно, в письме, которое отдал им нотариус, будет хоть какое-то разъяснение всему происходящему.

Они не стали открывать его прямо в кабинете, а решили прочитать дома, в спокойной обстановке. Забрав завещание у Иллариона Матвеевича, попрощались и вышли на улицу.

Свежий теплый воздух встретил их и принял в свои объятия. Хотелось еще окунуться в прохладную воду, чтобы остудить закипевшие от информации мозги.

Девушки сели в машину и поехали в сторону дома, каждая думая о своем.

Вероника после развода с мужем жила у сестры, поэтому в квартиру они вошли вдвоем. Первая пошла в душ Лика, и пока она плескалась, Ника включила чайник, достала из холодильника нарезку и соорудила небольшой чайный столик.

Ей очень хотелось прочитать письмо, оставленное им родителями, но нужно было дождаться сестру.

Та показалась из ванны минут через тридцать, завернутая в белое махровое полотенце. Плюхнувшись на диван рядом с Никой, она взяла свой бокал с чаем, сделала себе бутерброд и посмотрела на сестру.

За то время, пока Лика была в ванной, Ника успела переодеться и уже сидела в домашнем костюме.

– Ну что? Может, уже прочитаем, что там пишут наши покойные родители? А то у нотариуса я вообще ничего не поняла. Откуда взялось это поместье, да еще в Норвегии? Не помню, чтобы родители хоть когда-нибудь рассказывали нам о поездках за границу. Да и в их вещах ничего такого мы не находили.

Ника вспомнила, как после похорон они пришли домой и перебирали все, что осталось от мамы и папы. Кроме их одежды, большого количества книг в кабинете и повседневных вещей, ничего не указывало на поездки в другие страны. Даже мелкого сувенира или магнитика не было.

Вероника достала сложенный вдвое листок, открыла его – почерк был мамин – и начала читать:

«Милые наши девочки, если вы читаете это письмо, значит, нас уже нет в живых. Как бы нам ни хотелось прожить с вами долгую и счастливую жизнь, обстоятельства сложились иначе. Но такое у нас было предназначение. Мы всю жизнь с папой были в командировках, уделяли вам мало времени, но мы знаем, что вы выросли умными, сознательными и здравомыслящими девушками.

Когда вы родились, мы с папой выбрали вам самые подходящие имена, которые несут в себе некий смысл.

Ника – победа. Как древнегреческая богиня.

Анжелика – избранная, ангел.

Милые наши девочки, в этом мире много всего того, о чем вы даже не догадываетесь. И мы надеялись уберечь вас от этого. К сожалению, не получилось.

Мы с папой на самом деле не были геологами. Наша работа заключалась в другом. Но в чем именно, вы узнаете, когда отправитесь в Норвегию, где мы оставили вам поместье с небольшим клочком земли.

Возможно, вас приведет это в шок, но так было нужно. Поэтому вместе с этим письмом будет завещание, которое зачитает наше поверенное лицо, нотариус Илларион Матвеевич. Кстати, он тоже ничего об этом не знает.

Надеемся, что вы, возможно, продолжите наше предназначение, а может быть, просто выйдете замуж и оставите все как есть. Решать вам.

На этом наше письмо заканчивается. Знайте, что мы с папой вас очень любим и всегда будем присматривать за вами, даже на небесах».

В конце письма стояли имена родителей и маленькая рожица с улыбкой.

Ника свернула листок и уставилась на него невидимым взглядом. По щекам катились слезы, которые она даже не пыталась вытирать. Рядом сидела Лика и шмыгала носом.

Первая пришла в себя Анжелика, она взяла письмо у сестры и прочитала его. Ничего нового, она все правильно расслышала.

Сёстры начали осознавать, что, оказывается, за всю свою жизнь почти ничего не знали о своих родителях. Их постоянно не было дома, а если и были, то вели себя как обычные ученые. Но после того, что они прочитали, выяснилось, что геологами никогда не работали. Тогда непонятно, куда они ездили, в какие командировки?

Сейчас уже сёстрам об этом никто не расскажет, родителей нет, а бабушка умерла еще до их гибели.

– И что нам с этим теперь делать? – спросила она у Вероники.

Та посмотрела на нее мокрыми от слез глазами и пожала плечами.

– Наверное, ехать в Норвегию, – ответила она.

Лика удивленно посмотрела на сестру.

– Как ты себе это представляешь? У меня здесь работа, друзья, в конце концов, вся моя жизнь. Это тебя тут ничего не держит.

Действительно, Нику уже давно здесь ничего не держало. После того, как она сначала уволилась с работы, а потом развелась с Андреем, долгое время не могла прийти в себя. Депрессия просто давила изнутри. Она постоянно лежала на диване, завернувшись в плед, и не хотела никуда выходить.

Первое время Лика пыталась ее поддерживать, приглашала на разные тусовки, звала с собой на море, но Ника отказывалась. И в один прекрасный день ей на глаза попался какой-то детективный роман с элементами мистики.

Ника прочитала его на одном дыхании. Развод ушел на второй план. Когда закончилась одна книга, она взялась за другую и так далее, пока не пришла к выводу, что она так тоже может писать романы, и не просто может – умеет. Не зря же она окончила гуманитарный ВУЗ.

И вот прошло чуть больше года, а у нее за плечами не один десяток книг. Ника погрузилась в работу с головой. Она заключила договор с одной из издательских компаний, которые платят за каждую новую книгу неплохой гонорар.

Недавно одна киностудия предложила снять фильм по ее роману, и Ника согласилась. Она начала посещать писательские вечера, общалась с читателями, подписывала книги. Ей это нравилось. Про бывшего мужа она напрочь забыла.

Тем более у нее осталась сестра, которая только оканчивала институт и находилась на попечении у Вероники.

И вот теперь они вдвоем сидят на диване, ошарашенные новым наследством, и решают, как быть.

– Анжелик, может, все-таки поедем? Так хотели наши родители, возможно, там нас ждет что-то новое, удивительное. А если не понравится, всегда сможем вернуться обратно. Квартира никуда не денется, а оплачивать за нее можно и через приложение. Попросим соседку, она будет за ней присматривать.

Лика с сомнением посмотрела на свою сестру, не понимая, что ей движет. Ведь тут у сестры есть все: слава, книги, в конце концов, родной город.

– А как же моя работа? Мне надо для начала уволиться, отработать, как положено, две недели.

Ника улыбнулась, поняв, что сестре тоже интересно узнать, чем на самом деле занимались их родители. А тем более другая страна, пусть и холодная, но интересная, влечет не по-детски.

– Ну хорошо, – сдалась Лика, – завтра напишу заявление и буду свободна. Глядишь, встречу там какого-нибудь мускулистого горца, – она пошевелила бровями вверх и вниз, – может, и тебе что-нибудь подходящее подыщем.

Ника игриво замахнулась на сестру и легонько ударила ее ладошкой по плечу.

– Ты, как всегда, в своем репертуаре. Только горцы живут в Шотландии, а мы летим в Норвегию.

Они обе засмеялись и, обнявшись, упали на диван.

Последние две недели ушли на сбор вещей. Пока Лика, как положено, отрабатывала на работе, Ника собирала чемоданы, ездила, покупала билеты на самолет.

В перерывах она пыталась начать новый роман, но в голову ничего не приходило. Ее творческий потенциал куда-то спрятался. Возможно, это было связано с прошедшими событиями, а может, и с предстоящими.

Договорившись с издательством о небольшой отсрочке и пообещав, что в ближайшее время она предоставит черновик нового романа, Ника упаковала ноутбук в сумку, поставила ее рядом с чемоданами. Завтра утром у них самолет, который прямым рейсом отправит их в страну, где возвышаются горы, покрытые снегом.

На работе у Лики мужская половина очень сильно расстроилась ее увольнению, зато женщины довольно улыбались, провожая ее нескрываемым от радости взглядом.

В аэропорту было людно, все куда-то улетали, а бесконечные приглашения на очередную посадку сбивали с толку.

Лика заглянула в небольшое кафе. Она, как всегда, была неотразима, привлекала восхищенные взгляды мужчин и недовольные взгляды их жен.

Они оделись легко, хотя прекрасно понимали, что в стране, куда они летят, погода дождливая, несмотря на то, что сейчас лето.

Когда они приземлились в незнакомой им стране, их встретила пасмурная и прохладная погода.

Получив чемоданы, Ника достала кардиган с длинным рукавом и поясом, а Лика – коротенькую кожаную куртку. Осталось только вызвать такси.

Больше всего, отправляясь в незапланированную поездку, Ника переживала за национальный язык, но, слава богу, здесь разговаривали на английском, и спросить дорогу, куда им нужно было добраться, не составило проблем. Из аэропорта они вызвали такси и отправились в поместье, оставленное их родителями в наследство.

Такси остановилось, выводя Нику из воспоминаний. Они вышли из машины и очутились перед воротами. Водитель достал из багажника их чемоданы и поставил рядом с ними.

Девушки даже не услышали, что он с ними попрощался, сел в машину и уехал. Они стояли напротив черных высоких ворот, за которыми виднелся дом, похожий на небольшой двухэтажный замок с флигелем.

Переглянувшись, они толкнули калитку, которая легко поддалась, взяли каждая свой чемодан и по дорожке отправились к поместью. Что их ждало впереди, никто не знал.

Глава 2

Территория, на которой стоял особняк, была большая. Ее окружал высокий забор, вдоль которого росли многовековые ели. Они плотным кольцом охватывали дом, как будто вечные воины стояли на страже порядка. Девушки, пока шли, обратили внимание на то, что с одной стороны была еще какая-то постройка. Небольшой каменный домик, на котором проглядывались маленькие окошки – не такие, как в обычных домах. Возможно, там хранился какой-то инвентарь в виде лопат, ведер и так далее, а, может, и еще что-то.

Сама дорожка, ведущая к дому, была выложена из камня. Не слишком широкая, но вдвоем вполне можно было по ней идти.

Чем ближе они подходили, тем сильнее билось сердце у Ники. Было ощущение чего-то необычного и в то же время страшного. Как будто здесь их ждали тайны, оставленные их родителями, к которым они не были готовы.

Подойдя к дому, девушки остановились. Вблизи он был еще больше. Напоминал древний замок, выложенный из добротного серого камня, которым когда-то пользовались завоеватели земель. По стенам ползли вверх уже засохшие вьюны, которые, как змеи, цеплялись за камни, уползая куда-то вверх.

Дом был двухэтажный с флигелем по центру. Большое крыльцо со ступенями напоминало веранду, которая уходила немного в сторону. Она была покрыта черепицей и охвачена небольшим каменным выступом, который доходил примерно до колен. Мощная деревянная дверь с молоточком посередине была широкая и слишком высокая. Окна в доме были нестандартные, узкие и высокие, не как в обычных квартирах или коттеджах. Крыша, покрытая серой черепицей, как и веранда, на которой в некоторых местах проглядывался зеленый мох, придавала особняку мрачноватый вид.

Ника первая пришла в себя.

– Интересно, откуда все это могло быть у наших родителей? И второй вопрос – как попасть в этот замок?

Лика, которая все это время молчала, подошла к двери и дернула за ручку, к сожалению, дверь не поддалась. Тогда девушка вспомнила, что в фильмах в дверь нужно было постучать три раза молоточком.

Она немного постояла, задумчиво посмотрела на этот молоточек, а потом взяла за основание и три раза стукнула о дверь. Послышался глухой, но очень громкий звук, который эхом отозвался в доме. По сюжету фильмов ужасов сейчас должна была открыться дверь и появиться дворецкий со страшным сморщенным лицом, седыми волосами и в черном костюме. Но ничего такого не произошло. Лика повернулась к Веронике.

– Слушай, а помнишь, в квартире еще, мы оставляли ключи под половичком или в почтовом ящике?

Ника посмотрела на сестру и сдвинула брови к переносице.

– Ты думаешь, что тут есть почтовый ящик?

Лика покрутила головой, но ничего похожего в радиусе новых владений не нашла. Пожав плечами, она подошла поближе.

– Раз нет ящика, значит, есть половик.

И действительно, подойдя к дому, они не сразу обратили внимание на покрытие возле двери. Оно было необычное, не как в городе, больше походило на сплетенный из тонких прутьев небольшой настил.

Лика нагнулась и попыталась его поднять. Он был тяжелым. Ника, увидев, что у сестры не получается сдвинуть странный дверной коврик, пришла ей на помощь. Вместе они приподняли его и оттащили в сторону. И действительно, ключ лежал под ним.

Лика схватила находку и сразу вставила её в замочную скважину. Она повернула ключ аккуратно несколько раз, замок щелкнул, и дверь открылась.

Холодный воздух, вырвавшийся из дома, окутал незваных гостей и заставил обеих поёжиться.

Первой в дом вошла Лика. Пройдя несколько шагов, она остановилась и открыла рот от удивления. Внутри поместье было необычное и еще шикарнее, чем снаружи.

Высокие потолки с красивым узором находились в районе второго этажа. Огромная стеклянная люстра, висевшая на крючке, ослепляла мерцающим светом прозрачных шариков, которые свисали вниз.

Посередине огромной комнаты стоял кожаный угловой диван, напротив – два кресла такого же черного цвета. Между ними лежал большой пушистый белый ковер.

Больше всего Лику поразил огромный каменный камин, возле которого лежали дрова, и стояла кочерга. Он был встроен в стену, но с выступом вперед. Сверху на камине что-то стояло, но на расстоянии было плохо видно.

Над камином висел круглый герб, разделённый на четыре части серебряными полосками. Две части были красного цвета, две другие – синего. Посередине герба крест-накрест расположены два длинных серебряных ножа.

С двух сторон огромной комнаты, начиная от окон, вверх уходили лестницы на второй этаж. Их строение было интересным. Эти лестницы извивались наверх полукругом, и каждая из них сворачивала в стороны вглубь второго этажа, только одна – налево, другая – направо. Но еще лестницы замыкали свой круг посередине. Именно в этом месте коридор уходил куда-то внутрь. Видимо, он вел во флигель, который сёстры видели, подходя к дому.

Также на первом этаже с двух сторон было еще две двери: справа и слева. Они находились между камином и лестницей. Что за ними было, предстояло еще узнать, но чуть позже.

Внутри дома не было обоев, как в квартирах, стены были отделаны декоративной плиткой. Между окнами висели бра. В некоторых местах можно было увидеть подсвечники, в которые были воткнуты свечи. Полы также застилал камень, но не как на улице выпуклый, потертый, а гладкий, как будто его перед тем, как положить, отшлифовали.

На каждом окне висели занавески молочного цвета. На них по краям виднелся мелкий узор. Если присмотреться, то можно было увидеть маленькие синие цветочки, похожие на васильки, между которыми проглядывали зеленые листочки. Странно видеть такие шторы в таком старинном особняке.

В доме было мрачновато и темно. Возможно, в узкие окна попадало мало света, а, может, из-за погоды на улице. Все в комнате, судя по размерам и по мебели – а это был зал – казалось таким старинным и ужасающим.

Лика прошла немного вперед и обернулась к сестре:

– Ну и поместье, такое можно увидеть только в кино. Ты чего там встала?

Ника, которая остановилась в дверях с чемоданами, была поражена не меньше Анжелики.

Она такое никогда раньше не видела. И вот теперь они вдвоем с сестрой оказались на краю света в оставленном их родителями поместье.

Ника взяла два чемодана за ручки и потащила их вглубь дома. Колесики шумно катились по поверхности пола. Из-за тишины звук эхом отдавался по комнате.

Лика подошла ближе к дивану и, наступив на мягкий ковер, вдруг закричала и отскочила назад. В ее глазах читался ужас. Ника, которая шла следом, резко остановилась и уставилась на сестру. Та тяжело дышала, схватившись за грудь, и тонким указательным пальцем с идеальным маникюром красного цвета куда-то показывала.

Ника посмотрела в ту сторону, куда указывала сестра, и ее глаза округлились до размера блюдец, как ей показалось. Она, как и Лика, хотела закричать, но что-то ее остановило.

Отпустив ручки чемоданов, она подошла к ковру и присела на корточки. Потрогав мягкую поверхность, она слегка потянула ковёр на себя. Из-под кресла показалась лапа, а из-под дивана голова медведя.

Соскочив с ковра, сёстры начали его разглядывать. Это оказалась шкура большого белого медведя, которого когда-то убили, выпотрошили, оставив при этом все четыре лапы и голову, и сделали из него ковер. Она знала, что такое бывает, но что он будет в этом доме, и предположить не могла.

Было неприятно смотреть на мертвую тушку, лежащую на полу. Ника повернулась к сестре.

– Это убитый медведь. Боже, как это противно и мерзко.

Лика, которая все еще стояла вдалеке, поморщилась.

– Надо срочно его отсюда убрать. Я не смогу находиться в доме с мертвым животным.

Она подошла поближе, взялась за край так называемого ковра и потянула его к выходу.

– Ника, ну что встала, помоги мне.

Вероника, которая была все еще в шоке, подбежала к сестре и взяла ковер-медведя с другой стороны. Они вытащили его на крыльцо и положили на веранде.

– Потом уберем куда-нибудь, – сказала Лика, – а пока пусть тут полежит.

Они вернулись в дом и закрыли за собой дверь на мощную щеколду.

Лика подошла к чемоданам и взглянула на камин.

– Судя по дровам, лежащим возле камина, отопления здесь нет, и дом придется прогревать этим старым способом.

Ника подошла к сестре, посмотрела по сторонам и увидела под окнами круглые отверстия прямо из стены. Они были небольшими, но располагались по всему периметру дома.

– Смотри, – она кивнула сестре в сторону окон, – если есть отверстия, то, возможно, за стенами спрятаны трубы отопления. Просто нужно найти, где их включать.

Лика посмотрела по сторонам, потом взяла свой чемодан и двинулась в сторону одной из лестниц.

– Пошли, сестра, надо еще осмотреть второй этаж, найти себе комнаты, разложить вещи. А потом найдем кухню. Поесть нам тоже не мешало бы.

Ника взяла свой чемодан и пошла следом за сестрой.

                                                                   ***

Лестница, по которой они поднимались, была из дерева. В некоторых местах ступени поскрипывали. Само дерево было мощным, покрытое темно-коричневым лаком.

Поднявшись на второй этаж, девушки остановились.

– Ну что? – задала Лика свой вопрос, смотря то налево, то направо. – В какую сторону пойдем?

Ника пожала плечами и решила все-таки завернуть направо. Сестра пошла следом и волокла свой чемодан. Проходя мимо входа в коридор, который уходил прямо и находился посередине второго этажа, Ника остановилась. Коридор был темным и узким. Она обратила внимание, что на стенах висят бра. Конца коридора не было видно из-за мрака, который тут царил. Оттуда повеяло холодом, и Ника поёжилась. «Какое неприятное место. Интересно, что там находится?» Но додумать она не успела, сзади её подтолкнула сестра.

– Ника, ты чего остановилась?

– Какое мрачное место, – она кивнула в сторону тёмного коридора.

Лика посмотрела в тёмный проход, но тут же повернула голову к сестре.

– Пошли, давай, у нас ещё будет время всё осмотреть. Я хочу уже найти хоть какую-нибудь комнату с кроватью и плюхнуться на неё. Ноги просто гудят от каблуков.

Она обошла сестру и двинулась дальше. Ника ещё раз взглянула в тёмный коридор и уже собиралась пойти следом, как вдруг ей послышалось, что откуда-то из глубины прохода что-то прошелестело и холодным воздухом окутало её. Она расслышала, как кто-то позвал её по имени. Или ей просто показалось? Ника, не глядя больше по сторонам, почти бегом отправилась следом за сестрой.

Коридор, в который они вошли, был не таким мрачным и тёмным, как предыдущий. В конце было большое окно на всю стену. Оно уходило в пол, а верхняя часть была до потолка в виде арки. На стенах, как и внизу, висели бра, а в некоторых местах торчали подсвечники со свечами.

Девушки прошли до середины и увидели две двери, расположенные друг напротив друга. В конце, ближе к окну, была еще одна, но не такая мощная, как эти.

Лика покрутила ручку, и та легко поддалась. Открыв дверь на всю, девушка издала что-то нечленораздельное от восхищения. Большое помещение напоминало огромный зал, такой, что у нее округлились глаза от увиденного.

Посередине комнаты стояла большая двуспальная кровать из массивного дуба, над которой возвышался балдахин прозрачного розового цвета. Поверх кровати лежал пушистый плед и множество разного размера подушек. По краям кровати стояли тумбочки, а возле них располагались огромные окна почти в пол, с широкими подоконниками, на которых лежали тоже маленькие подушки и покрывала. Окна прикрывали плотные розовые шторы. С двух сторон эти шторы были собраны золотого цвета веревками, на концах которых висели кисточки.

Возле кровати на полу лежали пушистые белые коврики. Они были небольшого размера, поэтому, присмотревшись, Лика сразу поняла, что это вряд ли может быть шкура убитого животного. Практически весь текстиль в комнате был розового цвета, а вот мебель и стены не розовые. С одной стороны вдоль стены стоял большой столик с многочисленными ящиками и зеркалом. Возле него была дверь. Лика обратила внимание, что в спальне – а это, судя по мебели, была точно она – было две двери по разным сторонам. Если одна могла вести в ванную, то куда вела вторая?

– Ни фига себе, – сказала Лика, – вот это спаленка. Не сравнить с нашей в городе.

Она зашла в комнату, оставила чемодан посередине, подошла к кровати, на ходу сбросив туфли на шпильках, повернулась спиной, отвела руки в стороны и плюхнулась на кровать, утопая в мягком пледе.

Ника, которая все это время стояла в коридоре между двумя дверьми, повернулась ко второй и толкнула ее внутрь. Дверь поддалась легко и открылась настежь.

Судя по интерьеру, который она увидела, это была еще одна спальня, но только в другом цвете. Здесь предпочтению отдавались изумрудные тона.

Тяжелые портьеры свисали до самого пола, светло-зеленый балдахин над кроватью, такого же цвета пушистый плед и пушистые коврики с двух сторон. По краям стояли две тумбочки, комод с зеркалом, и были две двери по разные стороны. Все как в спальне напротив.

Ника еще раз взглянула на сестру, которая уже умудрилась достать телефон и делала селфи, лежа на кровати.

Вероника шагнула в комнату, взяв с собой чемодан. Она сняла обувь и присела на край кровати, потирая при этом виски. Начала побаливать голова. Она осматривала комнату и никак не могла понять, откуда у родителей такое поместье. Даже комнаты, в которых они сейчас с сестрой находились, были их любимого цвета.

Можно было предположить, что когда-нибудь они бы им всё рассказали, но из-за гибели не успели этого сделать. И поместье это было предназначено для их семьи. Это факт. Даже две спальни, скорее всего, готовили именно для них.

Ника встала с кровати, подошла к комоду с зеркалом, провела рукой по поверхности. На пальцах осталась едва заметная пыль. «Надо будет помыть тут всё».

Она отодвинула ящички, там было пусто. Подойдя к одной из двери, Ника открыла ее. Это была ванная комната, совмещенная с туалетом. Унитаз, зеркало и раковина для умывания были светло-зеленого цвета. Угловая большая ванная стояла с другой стороны, она была такого же цвета, как и остальная сантехника. Здесь стены были выложены из светлого отполированного камня.

«Странно, если эта дверь ведет в ванную комнату, то куда ведет вторая?»

Ника закрыла ванную и пошла ко второй двери. Медленно повернув ручку, она открыла ее.

Это была небольшая комната, которая больше походила на гардеробную. По бокам были многочисленные полочки и ящички. Посередине висели вешалки в два ряда.

Нике показалось, что в гардеробной было как-то прохладно, как будто откуда-то дул холодный воздух. Она осмотрела помещение еще раз, но ни окна, ни вентиляции, откуда могло сквозить, она не нашла.

Вероника хотела было уже повернуться, но что-то тяжелое легло на ее плечо. Она от неожиданности подскочила, повернулась и заорала во все горло. То, что ее коснулось, закричало в ответ. Это была Лика.

– Ты ненормальная? – сказала Анжелика. – Ты чего так орешь? У меня чуть сердце в пятки не ушло.

Ника, которая стояла с выпученными от страха глазами и тяжело дышала, чертыхнулась.

– Лика, это ты? Я даже не услышала, как ты зашла.

Ника все еще тяжело дышала.

– В смысле как? Я позвала тебя, ты не ответила. Вышла из своей комнаты, смотрю, дверь напротив открыта, а возле кровати стоит чемодан. Подумала, ты в ванную пошла. Захожу в спальню, зову, зову тебя, а в ответ тишина. Я перепугалась. Посмотрела везде, тебя нет. Пошла в сторону гардероба, у меня такая же дверь. Вижу, ты стоишь. Позвала снова, ты молчишь. Я подошла к тебе и за плечо взяла, а ты давай орать как ненормальная. Меня напугала до жути. Ты чего тут стоишь, как вкопанная?

Ника смотрела на сестру и пыталась понять, почему она не слышала ее зова? Вроде дверь была открыта.

– Просто осматривалась тут, увидела еще одну дверь, стало любопытно, что тут. Оказалось, это гардеробная. Правда, в ней как-то прохладно. Ты не находишь?

Лика, которая все еще оставалась в дорожной одежде, прошлась по гардеробной.

– Наверное, ты права. У меня, кстати, точно такая же, только не так холодно.

Девушки вышли из комнаты, Ника закрыла дверь и отправилась к кровати.

– Надо вещи разобрать, – сказала она, открывая чемодан, – потом мы еще хотели дом осмотреть и чего-нибудь перекусить, а значит, нужно найти кухню.

Лика отправилась к себе, чтобы переодеться, а Ника начала разбирать свои немногочисленные вещи и относить их в гардероб. Оставив на кровати легкий спортивный костюм, майку и тапочки с носками, она оттащила чемодан, переоделась и собрала волосы в хвост. Подойдя к зеркалу, еще раз взглянула на себя и вышла из спальни.

Зайдя к сестре, она огляделась и нашла её возле комода. Лика складывала во всевозможные ящики свою косметику, заколки, резинки и всё, что нужно для макияжа. Сестра уже успела переодеться в велюровый обтягивающий костюмчик, под которым виднелась обтягивающая маечка с глубоким вырезом. На ногах красовались мягкие мокасины.

Лика повернулась, погладила руками свои стройные, упругие бедра и направилась на выход.

– Ну что, – улыбнулась Анжелика, – пойдем, осмотрим наш новый дом.

С этими словами она вышла в коридор и направилась в сторону лестницы. Ника вздохнула и пошла следом.

Девушки решили все-таки начать с первого этажа, второе крыло второго этажа оставили на потом. Так как гостиную они осмотрели, оставалось заглянуть за двери, которые находились под лестницами.

Спустившись вниз, Лика повернула к большой двухстворчатой двери. Толкнув ее, она зашла в большое помещение квадратов пятьдесят, не меньше, где висел огромный бойлер и стоял котел отопления. Стены и полы были, как и во всем доме, из камня. Также здесь примостились в углу две машинки: одна стиральная, а вторая для сушки белья. Ещё была большая гладильная доска, утюг, несколько мягких стульев, стол. С боку была еще одна дверь. Открыв ее, девушки увидели санузел и большую душевую кабину. Белая раковина занимала почти половину боковой стены.

Лика подошла к котлу и начала его осматривать.

– Судя по виду, это то, что включает отопление в доме, – сказала она, – только как его включить? Ник, иди сюда, потом ванной полюбуешься. Если мы не включим этот аппарат, то ночью точно замерзнем.

Вероника, которая все еще была в ванной комнате, развернулась и подошла к сестре. Осмотрев со всех сторон котел, она увидела газовый баллончик, которым поджигают горелку.

– Вот, нашла.

Лика уставилась на странное приспособление с ручкой и длинной трубкой. С боку зажигалки была кнопка.

– С чего ты вдруг решила, что этой штуковиной можно зажечь котел?

Ника усмехнулась, взяла зажигалку в руки, подошла к котлу, засунула длинную трубку в отверстие и одновременно нажала кнопку на ручке зажигалки и котле. Раздался щелчок, и горелка запылала ярким огнем.

Ника начала регулировать режим температуры в котле. Поставив на двадцать восемь, она отошла и прислушалась. Тишина. Посмотрев на розетку внизу возле труб, она взяла вилку, которая лежала рядом, а шнур утопал в стене, и вставила внутрь. Послышался шум воды, который побежал по трубам. Она повернулась к сестре и улыбнулась.

– Ну вот. Как-то так.

Лика от удивления присвистнула.

– Ничего себе, какие познания. Это ты у бывшего муженька научилась или сама догадалась?

При упоминании о бывшем муже Ника поморщилась.

– Не напоминай. Нет. Я же писательница, в моих книгах часто упоминались разные строения, а тем более дома. Приходилось изучать литературу, чтобы при описании какой-нибудь постройки указать все точно, до мелочей.

Ника подошла к сестре, обняла ее за плечи и сказала:

– Кстати, я и камин умею разжигать, если что.

Лика шутя ткнула ее кулаком в бок.

– Ничего себе, какие у тебя развились таланты. Пошли дальше. Нам еще в одну дверь заглядывать, надеюсь, там будет кухня, ну а потом на второй этаж.

Девушки вышли из двери и отправились на разведку во второе помещение, которое находилось по другую сторону лестницы.

Толкнув двойные высокие двери, они остановились, с изумлением глядя на комнату и интерьер внутри нее.

Тут не было никаких сомнений. Это была кухня-столовая во всей своей красоте.

Помещение не уступало по размерам тому, в котором они сейчас были. Оно было светлое, с большим угловым кухонным гарнитуром из темного дерева. Навесные шкафчики и полочки, а также мраморная столешница в цвет гарнитура придавала кухне богатый и в то же время старинный вид. Большая варочная поверхность и встроенный духовой шкаф. В углу находился холодильник. Посередине столовой стоял овальной формы обеденный стол и восемь мягких стульев. Почему именно восемь, можно было только догадываться.

С двух сторон были большие окна, с них свисал легкий прозрачный тюль. несколько окон выходили на лицевую часть особняка, где можно было увидеть веранду, а два других окна – на торец дома. В помещении было две двери, и посмотреть, что находится за ними, было большим желанием. «Раз уж исследовать, то сразу весь дом, а не оставлять на потом».

Лика прошла по кухне и открыла одну из дверей. За ней была лестница, уходившая куда-то вниз, в самую темноту. Девушка покрутила головой и нашла выключатель. Потом нажала на кнопку, и в помещении вспыхнул ряд лампочек, которые  так же, как и лестница, вели вниз. Они располагались друг от друга на расстоянии примерно двух метров. Крутая каменная лестница освещалась хорошо, поэтому Лика решила спуститься вниз и всё осмотреть. Повернувшись к сестре, спросила:

– Ты пойдешь? А то как-то одной жутковато.

Ника посмотрела за спину сестры и передернула плечами.

– Анжелик, ты точно уверена, что хочешь туда спускаться? Как-то мрачновато выглядят ступени и стены. Как в моих книгах ужасов. Осталось только дождаться, как какой-нибудь призрак дома или маньяк-убийца нас там закроет и выключит свет.

Лика сделала серьезное лицо и недовольно выгнула правую бровь.

– Слушай, сестра, как ты вообще стала автором мистических романов? С такой смелостью, как у тебя, только про любовь писать. Пошли уже, давай.

Лика начала медленно спускаться по лестнице, слегка касаясь стен руками. Ника двинулась следом. Коридор, который уходил вниз, был узким, а ступени крутыми. Стены были не из камня, как внутри дома, а из обычного кирпича, слегка отштукатуренного. В некоторых местах свисала старая паутина, но, слава богу, не бегали пауки или другая подземная тварь.

Ника с детства боялась насекомых, а особенно червей. Она один раз в младшем классе посмотрела какой-то фильм по телевизору про гигантского червяка, который выползал на поверхность и пожирал людей, после этого у нее нелюбовь к этим многоклеточным. Особенно по весне, когда они из холодной земли выползают на поверхность. Черви греют свои бока на дорожках, и невозможно их просто так обойти. Некоторые, не видя ничего у себя под носом, могут наступить на червяка, который потом прилипнет к подошве и будет всю дорогу до дома преследовать их в виде раздавленного трупа.

Когда ступени закончились, девушки увидели небольшую дверь, которая была закрыта на задвижку.

Лика остановилась. Дверь была невысокая, поэтому даже среднего роста человеку пришлось бы нагибаться.

Она потянула задвижку в сторону. Та не двинулась с места. Пришлось приложить максимум усилий, чтобы задвижка начала потихоньку отодвигаться. «Видимо, этой дверью давно никто не пользовался, и железный замок слегка заржавел».

Когда задвижка полностью открылась, Лика надавила двумя руками на дверь и стала толкать ее внутрь. Та со скрипом начала открываться.

Помещение, которое предстало перед сёстрами, было плохо освещено, видимо, где-то должен быть выключатель. Анжелика пошарила по стене и нашла кнопку.

Девушка нажала на выключатель, и на потолке вспыхнула одна единственная лампочка, которая свисала вниз. Она осветила небольшое помещение, в котором располагались различные полки на стенах, а по низу, вдоль стены, стояли ящики с крышками.

На полках расположились разнообразные банки с соленьями, вареньем и компотом.

Подойдя к одному из ящиков, Лика открыла его и обнаружила там картошку, открыв следующий – лук. Третий она трогать не стала, было и так понятно, что там, скорее всего, может быть морковь или свекла, или еще что-либо из сезонных овощей.

Анжелика повернулась к сестре, которая оставалась стоять возле двери, обхватив себя руками.

– Ну, судя по многочисленным соленьям, это погреб. А ты чего там встала?

Ника осмотрела комнату и сказала:

– Как-то здесь неуютно и холодно. Пошли уже обратно.

Лика взяла с полки банку огурцов и помидоров и протянула их Веронике.

– На-ка, держи, раз уж мы сюда пришли, то давай сразу возьмем еды наверх, чтобы еще раз не спускаться.

Отдав сестре две банки, она набрала в стоящее неподалеку от ящиков ведро картошку, лук и морковь, а также прихватила баночку грибов и какого-то варенья.

Выключив свет и закрыв за собой дверь на засов, девушки начали подниматься наверх.

Когда они почти подошли к выходу, Ника вдруг остановилась. Ее сердце бешено начало колотиться. Тоненькие нити страха обхватили все внутри. Лика, которая шла следом и в основном смотрела под ноги, врезалась в спину сестры и тихонько чертыхнулась.

– Ты чего встала?

– Дверь закрыта, – сказала Ника. – Странно.

Лика, не понимая, что ее так насторожило, спросила:

– Ну и что? Наверное, когда ты заходила, прикрыла ее, просто не помнишь. Открывай, давай.

Ника не двинулась с места.

– Я точно помню, что оставляла ее открытой настежь. Ты же знаешь, что я часто так делаю, даже дома.

Лика закатила глаза.

– Вероник, просто подойди к двери и поверни ручку. Может, ее просто сквозняком закрыло, когда мы открыли дверь в погреб.

Видимо, этот аргумент подействовал на нее положительно, и она потянулась одной рукой к ручке, при этом пытаясь удержать одну из банок подмышкой.

Как ни старалась, ручка не поддавалась. Теперь даже доводы Лики не могли спасти ее нервное состояние, точнее, ощущение чего-то нехорошего.

– Не открывается, – пропищала Ника.

Лика поставила ведро на ступеньку и попыталась протиснуться мимо сестры. Проем был узким, и удавалось это с трудом. У Вероники где-то внутри начал нарастать комок страха. «Что, если действительно дверь кто-то закрыл, и они не смогут отсюда выйти?» Хотя кто может это сделать, если они в доме вдвоем?

Наконец протиснувшись к выходу, Лика начала крутить ручку до упора и дергать дверь. Через какое-то время послышался слегка уловимый щелчок, и она, наконец, поддалась, выпуская их обратно в кухню-столовую.

Девушки по очереди буквально ввалились в комнату. Правда, пришлось вернуться, забрать со ступенек ведро, которое Лика там оставила.

Закрыв дверь в погреб, Ника прижалась к ней спиной. Сердце, которое неслось галопом, начало потихоньку успокаиваться.

Зайдя на кухню и разложив все на столешнице, Лика повернулась и спросила:

– Ну что, во вторую дверь будем заглядывать или на сегодня хватит?

Ника поставила банки на стол и посмотрела на вторую дверь, которая находилась неподалеку от той, которая вела в погреб.

– Да нет, пойдём, посмотрим, что там. Надеюсь, не ванная с туалетом, – усмехнулась она, – судя по комнатам, в которых мы уже были, санузел находится везде.

Девушки шагнули к двери, и Лика потянула ее на себя. В лицо сразу дунул прохладный ветерок. Перед глазами, судя по местности, оказался задний двор. Они еще не успели обойти весь дом и видели только его лицевую часть, поэтому их вниманию предстал забор метрах в двухстах от дома, вдоль которого так же росли высокие ели. Над дверью был небольшой козырек, а внизу – спуск из двух ступенек.

Лика закрыла дверь и зябко поёжилась:

– Да уж. А у них в этих краях довольно прохладно. Чувствую, придётся покупать много тёплых вещей. Ну вот, со второй дверью мы тоже разобрались. Получается, это выход на задний двор.

Ника облегчённо вздохнула, радуясь тому, что больше не придётся спускаться в какое-нибудь тёмное жуткое помещение.

– Давай уже что-нибудь поедим. К сожалению, никакой еды, кроме запасов, мы тут явно не найдём, но можно хотя бы сварить картошки. Солёности у нас есть, а хлеб мы с тобой давно не едим.

Ника согласилась с сестрой и пошла искать кастрюлю, в которой можно было бы приготовить еду.

Если говорить о посуде, то родители позаботились и об этом. В шкафчиках стояли бокалы, лежали всевозможные тарелки, салатницы, разнокалиберные фужеры. В выдвижных ящиках ложки, вилки, ножи и всё остальное, что требовалось для кухни.

Внизу в шкафах были обнаружены кастрюльки и пара сковородок. К сожалению, не было никаких круп, макарон и так далее, но зато нашлись соль и перец. И на том спасибо.

Ника достала кастрюлю, подошла к раковине и включила холодную воду. Из крана послышался какой-то шум, тарахтение, пыхтение. Видимо, водой долгое время не пользовались, поэтому она никак не хотела появляться.

Пока она ждала, что из крана потечёт вода, Лика убрала банки в холодильник, а ведро поставила в один из нижних шкафов, достав при этом штук шесть картошек.

Включив плиту, она подошла к окну.

– Ник, а ведь на улице погода начала портиться. Посмотри, как небо заволокло тучами. Сейчас, скорее всего, дождь пойдет. Да и ветер усиливается. Хорошо, что мы нашли котел, хоть отопление включили. Ночью не замерзнем.

Тут неожиданно из крана плюхнулась вода, ударяясь о дно раковины, разбрызгивая капли по поверхности. Сначала она была мутная, но после некоторого времени стала прозрачная. Ника набрала воды, помыла картошку и положила ее на дно кастрюли.

Поставив вариться ужин, она достала несколько тарелок, разложила по ним соленья и подошла к Лике, которая все это время стояла возле окна.

– Ну что, сестра. Вот тебе и новая жизнь, в чужой стране и в чужом доме, хотя по документам он наш. Теперь придется осваиваться, знакомиться с соседями. Тебя устроим куда-нибудь на престижную работу, а я продолжу писать свои мистические романы. Еще бы понять, откуда у наших родителей, простых геологов, такой роскошный особняк. Мне показалось, судя по мебели и интерьеру, они собирались сюда переезжать вместе с нами, но не успели.

Она обняла Лику за плечи и посмотрела в окно, на котором уже начали появляться первые капли начинающегося дождя.

– Чувствую, что в этом доме нам придется со многим познакомиться, чего мы совсем не ждем.

Проговорив это, Лика положила голову на руку сестры, которая лежала на ее плече.

Глава 3

Ника проснулась от шума, доносившегося откуда-то с улицы. Она приподнялась на кровати и посмотрела на окно. Было темно, но дождь хлестал под порывами ветра, оставляя длинные прозрачные полосы на стекле. Погода разыгралась не на шутку.

Вчера вечером они с сестрой поужинали и поднялись к себе в комнаты. Дальнейший осмотр дома решили отложить на следующий день. Им оставался только второй этаж и постройка недалеко от особняка, которую они видели, пока шли по дорожке. Время было уже позднее, да и погода не располагала к вечерним прогулкам.

Поднявшись к себе, Лика залезла на кровать и принялась листать ленту новостей, а также писать в разные мессенджеры, Ника решила достать ноутбук и немного поработать. Она обещала редактору незамедлительно выслать новую книгу, поэтому придется приложить все усилия, чтобы быстро набросать хотя бы черновик, а там уже видно будет.

Они еще не осмотрели левое крыло дома и флигель, так как время было позднее.

После подвала, в котором девушки побывали, даже Лика отказалась идти куда-либо, хотя она была очень любопытной. Лучше, конечно, все нормально осмотреть днем, когда еще светло. Но, если такая погода будет вести себя так и дальше, то серость и уныние этого места может сказаться на депрессивном состоянии Ники, а ей этого не хотелось бы.

Приняв горячий душ и замотавшись в теплый халат, Ника села на кровать и открыла ноутбук. В комнате напротив сестра уже с кем-то разговаривала по телефону и громко смеялась. Ника встала, закрыла свою дверь и принялась за новый мистический роман.

Когда глаза начали слипаться, она взглянула на время, показывало час ночи. Ничего себе она засиделась. Пора заканчивать. Захлопнув ноутбук и отложив его на тумбочку, Ника встала и направилась в гардеробную, где разложила свои вещи. Открыв дверь, она поёжилась. Всё-таки тут холоднее, чем в комнате, и явно откуда-то дует.

Девушка сняла спортивный костюм и переоделась в пижаму. Забравшись под одеяло, Ника сразу провалилась в глубокий сон. И вот сейчас она проснулась из-за какого-то шума, который шёл с улицы.

В спальне было темно, поэтому ей пришлось взять телефон с тумбочки и включить фонарик. Спустив ноги с кровати, она засунула их в тапочки и пошла к двери. Приложив к ней ухо, Ника прислушалась. В коридоре было тихо. Постояв еще немного, она хотела было уже вернуться в кровать, как вдруг услышала гул и поскуливание, переходящее в вой. Тело моментально покрылось гусиной кожей, а маленькие волоски на руках встали дыбом от страха.

Ника уже хотела бежать в комнату напротив и будить сестру, но передумала. Вдруг это просто ветер за окном завывает, а она завалится к ней среди ночи и перепугает сестру.

Ника подошла к окну и подставила ладони ребром, прильнув лицом к холодному стеклу. Из-за темноты и дождя ничего не было видно. Решив спуститься вниз, она отошла от окна и пошла к двери.

Выйдя в коридор, Ника заглянула в комнату к сестре. Та лежала на кровати и сладко спала.

Решив осмотреть первый этаж в одиночку, она направилась к лестнице, держа перед собой фонарик. Света хватало только для того, чтобы освещать себе дорогу под ногами. Включать настенные бра Ника не решалась.

Спустившись по лестнице на первый этаж, она посветила фонариком вокруг, но нигде ничего подозрительного не заметила.

Ника повернула назад и уже занесла ногу на первую ступеньку, как за входной дверью особняка раздался шум и вой.

Ника остановилась, прислушалась, а потом на цыпочках подкралась к окну, которое выходило на веранду. Отодвинув шторку, она всмотрелась в темноту, но никого возле двери не было. Так как здесь была крыша, дождь сюда не попадал. Ника видела только скомканную шкуру медведя и больше ничего.

Вздохнув с облегчением, она улыбнулась, но тут за дверью опять кто-то завыл. От неожиданности Ника подпрыгнула, но решила больше не терзать себя разными догадками, а все-таки приоткрыть дверь и выглянуть наружу.

Отодвинув щеколду, она слегка открыла дверь, но та, под порывами ветра, распахнулась настежь. В лицо ударил запах сырости и дождя.

Ника попыталась закрыть дверь, и тут что-то мокрое и холодное коснулось ее ног. Она взвизгнула и отскочила в сторону.

Посветив фонариком в разные стороны и никого не обнаружив, она увидела на полу на плитке воду. Сердце заколотилось со скоростью поезда. Закрыв дверь, она пошла в ту сторону, куда тянулся мокрый след.

Дойдя до дивана, услышала чавканье и причмокивание. Посветив телефоном туда, откуда шел звук, она тяжело вздохнула. Возле кресла сидело существо, грязное и мокрое.

Ника подошла поближе. Существо повернулось к ней, и она увидела два глазика, вытянутый носик, а сзади хвост. Это был щенок. Правда, пока непонятно какого цвета и масти, но по очертаниям точно собака.

Он жался к креслу и весь дрожал. Ника подошла поближе со словами «Не бойся, мой хороший, откуда ты тут взялся», погладила его по мокрой холке.

Щенок заскулил и завилял хвостом.

– Так что же мне с тобой делать?

Ника сидела рядом с животным на корточках и все так же светила фонариком. Еды, как таковой, в доме не было. Оставалась только вареная картошка и все. Девушки планировали пройтись по окрестностям, познакомиться с соседями и уточнить, где ближайший магазин.

Она встала и позвала щенка за собой. Открыв дверь на кухню, подошла к холодильнику и достала из тарелки две картошки. Вынув из шкафчика глубокую чашку, положила туда еду, а во вторую налила воды.

Щенок доковылял до тарелки и накинулся на предложенный поздний ужин.

– Конечно, это не подходящая еда для животного, – сказала Ника, глядя на собаку, – но пока только так, завтра утром купим тебе что-нибудь съестное.

Взглянув на дисплей телефона, на котором показывало пять утра, Ника направилась в гостиную к лестнице. Сзади послышалось цоканье когтей о плитку, щенок поковылял следом за ней.

– А ты куда? – спросила Ника, поворачиваясь к животному. – Тебе лучше остаться тут.

Щенок жалобно заскулил и завилял хвостом. Вздохнув, она взяла мокрый комок на руки, стараясь не прижимать к себе, и поднялась на второй этаж.

Зайдя к себе в комнату, Ника отправилась прямиком в санузел. Она включила свет и поставила животное в ванную, потом открыла теплую воду и начала смывать грязь с собаки. После водных процедур взяла полотенце и начала обтирать его, чтобы слегка высушить.

Когда, наконец, она закончила и поставила его на пол, то увидела светлого малыша, жутко похожего на лабрадора. Вот тебе новость. Откуда это чудо прибежало к ним на территорию? Осмотрев красивое создание, поняла, что это мальчик. Тот сидел на полу и смотрел своими глазками-пуговками прямо на нее.

– Ну что, красавчик, пойдём еще немного поспим, а то скоро рассвет, а мы с тобой что-то увлеклись.

С этими словами Ника в сопровождении щенка подошла к кровати, залезла под одеяло и под шум дождя уснула. Сквозь сон она слышала, как щенок пытался забраться к ней на кровать, но у него ничего не получалось. Скорее всего, ложе для него было слишком высокое. После очередной попытки он решил оставить это дело, лег рядом на коврике и засопел.

                                                                   ***

Ника проснулась от того, что где-то рядом лаяла собака. Она резко села на кровати и потерла лицо руками. Посмотрев по сторонам и найдя источник звука, вспомнила о ночном приключении.

Щенок сидел возле двери, карябал ее лапами, пытаясь открыть, и подвывал. Ника спустила ноги и позвала собаку:

– Иди сюда, иди, маленький.

Щенок, услышав, что его позвали, побежал на голос и завилял хвостом. Подбежав к Веронике, он начал лизать ее руки и подпрыгивать, пытаясь достать до лица.

– Что случилось? Ты куда собрался?

Щенок подбежал опять к двери, сел напротив нее и жалобно тявкнул. Тут Ника поняла, что собака, как люди, не ходит по своей нужде на унитаз. Ей нужно на улицу, как и всем животным.

Она схватила телефон и посмотрела на дисплей. Было семь утра. Надев тапочки на ноги и накинув на себя плед, Ника открыла дверь, и они отправились в гостиную, где, спустившись, вышли на веранду. Щенок с визгом вылетел наружу и побежал за дом.

Дождь закончился, и по земле стелился густой туман. Он настолько был плотным, что не было видно деревьев и забора с воротами.

Ника куталась в плед и переминалась с ноги на ногу. Было прохладно, а в домашних тапочках без носков ноги замерзли сразу. На улице стояла тишина, складывалось такое ощущение, что после дождя все животные и птицы попрятались и не хотели выходить из своих нор и убежищ.

Постояв минут пятнадцать и заледенев окончательно, она позвала щенка, который уже переделал все свои дела и просто бегал по траве, что-то вынюхивая.

Ника взяла его на руки и зашла в дом.

– Нужно помыть тебе лапы после прогулки, а то все полы перепачкаешь.

Она скинула с себя плед и положила его на диван.

Зайдя в топочную, где имелись раковина и душевая кабина, девушка включила воду, помыла щенку лапы и вытерла полотенцем, которое еще вчера тут повесила. Сёстры не были уверены, что будут пользоваться санузлом в этой комнате, но на всякий случай Ника принесла сюда одно полотенце. Вот оно и пригодилось.

Выйдя из топочной, она поднялась к себе в комнату, решив, что больше ложиться спать нет смысла. Сон как рукой сняло после посещения улицы. Дверь она оставила приоткрытой, поэтому через некоторое время увидела кремового цвета мордочку, которая протиснулась внутрь и подбежала к кровати. Вероника нагнулась, взяла лабрадорчика, а теперь она не сомневалась, что это точно такая порода, и прижала к себе. Тот лизал ее руки, лицо и вилял хвостом.

– Ну, малыш, как тебя звать? Или у тебя еще нет имени?

Ника смотрела на его глазки-пуговки и думала, какую кличку ему подобрать. Хотя, возможно, этот щенок потерялся и у него уже есть хозяева. Ну, ничего страшного, если найдутся, тогда и будет решать вопрос, а сейчас его как-то нужно называть.

– Это, конечно, странно, – сказала Ника, – но в голову лезет только одно имя, Каспер.

Видимо, щенку понравилась его новая кличка, он радостно завилял хвостом и начал гавкать и облизывать лицо девушки. Ника упала на кровать и начала изворачиваться от Каспера, при этом громко хохоча.

Тут дверь спальни резко распахнулась и ударилась о стену. Ника резко поднялась и села в кровати. В проёме стояла взлохмаченная сестра с недовольным выражением лица.

– Ты на часы смотрела? – процедила Лика. – Ещё даже восьми нет, а ты уже ржёшь во всю силу. Что тебя так развеселило?

Анжелика медленно направилась к кровати Вероники, уперев руки в бока. Из-под одеяла высунулась морда Каспера и гавкнула в её сторону. Та резко остановилась и выпучила глаза, сон с лица моментально сошёл.

– А это кто там у тебя?

Ника погладила щенка и чмокнула его в мягкую голову.

– Это Каспер, наш новый жилец.

Лика подошла ближе, села на кровать и потянулась, чтобы погладить собаку. Тот сначала легонько зарычал, потом понюхал ладонь и, поняв, что ему ничего не угрожает, начал облизывать пальцы Анжелики и вилять хвостом.

– Ну-ка, сестра, расскажи, откуда у нас появилось это чудо? Вчера, когда мы ложились спать, были одни, а теперь у нас есть вот это.

Ника погладила Каспера, улыбнулась и сказала:

– Я ночью проснулась от какого-то шума. Спустилась, приоткрыла дверь, и к нам ввалился чёрный мокрый комок. Я сначала испугалась, но потом, когда пригляделась и отмыла, то увидела маленького щенка. Оказалось, что он ещё и породистый. Больше похож на лабрадора. Я даже кличку ему дала, Каспер.

Лика засмеялась:

– Он же не привидение.

– Зато появился ночью, страшный, как привидение. Поэтому мне только это пришло сразу в голову.

Лика поиграла ещё немного с щенком и встала с кровати.

– Ну, раз мы уже все проснулись, пора бы и позавтракать.

Щенок, услышав слово «завтрак», спрыгнул с кровати и побежал на выход, перебирая своими маленькими лапками и виляя хвостом.

– Вот он уже в первых рядах собрался. Кстати, – Лика повернулась к сестре, – а чем мы его будем кормить? У нас и у самих-то, кроме овощей и разных засолов, ничего нет.

– Ночью я ему дала две вареные картошки, и он их с удовольствием слопал.

Лика нахмурилась.

– Надо сегодня будет срочно съездить в магазин за продуктами.

После этих слов они вместе со щенком вышли из комнаты, а Ника пошла в уборную, чтобы умыться и привести себя в порядок.

После приятного теплого душа она надела свой домашний костюм и спустилась вниз. Из кухни доносился голос сестры и тявканье Каспера.

Лика уже заваривала ароматный кофе в турке, которую она нашла в шкафчиках, а собаке положила оставшуюся картошку. Щенок радостно чавкал и облизывался. «М-да, нужно срочно купить собаке корм. Интересно, где у них тут магазин?»

Девушки расположились за большим столом, Лика принесла хлебцы, которые она брала с собой в самолет, когда они летели сюда, но так их и не раскрыла.

Туман, который Ника видела рано утром, когда выводила Каспера на прогулку, постепенно рассеивался. В окна начали пробиваться первые лучи солнца.

Лика, как всегда, была вся в телефоне, а Ника, задумавшись, смотрела в окно, которое выходило на веранду и на забор. Щенок, позавтракав, бегал по кухне и обнюхивал углы и мебель.

Вероника, сделав очередной глоток кофе, вдруг замерла и пристально уставилась в темное пятно, приближающееся к их воротам. Из-за тумана, который еще рассеялся не до конца, было плохо видно, что или кто идет к их дому.

Она окликнула сестру и махнула головой в сторону окна. Та, отложив свой телефон, перевела взгляд туда, куда показывала Ника, и приподнялась со стула.

– Интересно, кто это в такую рань к нам пожаловал. Не уж-то сосед идет знакомиться?

Она встала из-за стола и направилась в гостиную к входной двери. Ника, поставив бокал с недопитым кофе, пошла следом.

Не дожидаясь, пока незваный гость постучит им в дверь, Лика открыла ее и вышла на веранду. Каспер прошмыгнул между ног и выскочил на улицу, но тут же встал как вкопанный.

Он увидел идущего человека и начал скалиться. Шерсть его встала дыбом, тело и голова слегка наклонились к земле, а одна передняя лапа приподнялась, как будто он собирался прыгнуть.

Когда незнакомец приблизился к веранде, Каспер с диким лаем кинулся на него. Девушки стояли на месте и не понимали, почему маленький щенок так себя ведет, они за ним пока не замечали такой агрессии.

Мужчина, а это был именно он, не испугался, не начал махать руками или кричать на собаку, а просто стоял и смотрел на него. Каспер сначала лаял, но в какой-то момент он прижался к земле и заскулил, а потом, поджав хвост, подбежал к девушкам и спрятался за ноги Ники.

Мужчина, который подошел к их дому, был странно одет. Хотя, возможно, в этой стране так и должно быть, но больше походило на что-то из кинофильмов про ковбоев.

Высокий, худощавого телосложения, в шляпе с широкими полями, из-под которой на них смотрели слегка раскосые черные глаза. Из-под головного убора свисали чуть ниже ушей жидкие, черные, как смоль, волосы. Длинный нос с горбинкой, тонкие губы, острый подбородок.

На вид мужчине было лет пятьдесят. Примерно такого же возраста, как их родители, но если присмотреться, то все-таки старше лет на пять.

Помимо шляпы на голове, одет он был в черные кожаные штаны и высокие сапоги с острым носом. Из такого же материала была черная куртка, перчатки, а сверху накидка с капюшоном, которую надевают во время дождя.

Он смотрел из-под шляпы на сестер и улыбался уголками губ.

– Доброе утро, дамы. Извините за столь ранний визит. Вчера видел, как к воротам подъехала машина, подумал, что хозяева вернулись, которых не видел очень давно. Вот пришел поздороваться, а тут на крыльце вижу двух молодых дам. Вы кем будете Виктору и Анне, позвольте узнать?

Мужчина говорил с ними на английском, но, слава богу, девушки его понимали. Лика посмотрела на сестру и ответила:

– Мы их дочери. Меня зовут Анжелика, но все называют сокращенно Лика, а это Ника.

Девушки смотрели на незваного гостя, но в дом не приглашали, оставались на веранде.

– Очень приятно. Меня зовут Эрибус Свон. Но в основном меня называют мистер Эрик. А где же ваши родители, очень хочется их поприветствовать. Давно не видел.

Ника нагнулась к Касперу и погладила его по холке, потому что тот явно чего-то испугался и не хотел выходить из-за нее.

– Наши родители погибли. Прошло уже два года после их смерти. Странно, что вы их знаете, но не слышали о гибели.

Мужчина как-то странно опустил голову, как будто скрывал свое лицо, но потом резко поднял ее и со скорбью в голосе сказал:

– К сожалению, я действительно не знал, что Виктор и Анна погибли. Меня тут не было очень давно, я сам недавно вернулся в эти места. Как жаль. Очень хотелось их увидеть. Они были хорошими, добродушными людьми. У меня неподалеку от вашего дома стоит поместье. Здесь между домами леса. Наши поместья находятся в нескольких верстах от небольшого городка. Дорога сюда ведет одна, но если вы заметили, что по пути есть повороты, так вот, мой самый первый, уходящий налево.

Лика улыбнулась новому знакомому.

– Подскажите, мистер Эрик, откуда вы знали наших родителей? Они нам никогда не рассказывали про этот дом, а уж тем более о знакомых в Норвегии. Мы всегда жили в России. И после смерти унаследовали данное поместье. Если вы что-то знаете, не могли бы нам поведать?

Мужчина с печалью в глазах посмотрел на сестер и сказал:

– Милые девушки, все это очень прискорбно, но я не так хорошо знал Виктора и Анну. Они приезжали сюда, и мы иногда встречались в городе. Я заходил к ним по земельным делам. Но так чтобы дружили, нет.

Он посмотрел по сторонам.

– А где же Хильда?

Девушки переглянулись.

– А это еще кто?

Мужчина, который все еще стоял возле веранды и не решался подниматься, удивленно посмотрел на сестер.

– Это хозяйка по дому ваших родителей. Насколько мне известно, она приходила к ним раз в неделю, помогала с уборкой, смотрела за домом в их отсутствие.

Вот это был поворот для сестер. Родители, которых они знали как геологов, оставляли их с бабушкой, якобы уезжая в командировку по работе, а сами приезжали сюда и жили в этом поместье. Да еще у них была домработница.

– Нет, мы никакую Хильду здесь не видели, – ответила Ника. – Может, она сюда больше не приходит, так как родителей давно нет, и этот дом два года пустует. Хотя, судя по чистоте и имеющихся тут продуктах…

Последние слова Вероника пробормотала себе под нос.

Тут Лика вспомнила, что хотела узнать про местный магазин.

– Мистер Эрик, мы тут всего один день. Не могли бы вы нам подсказать, как добраться до ближайшего магазина? Хотелось бы прикупить продуктов и все, что нужно для комфортного проживания. И еще: вы не знаете, где живет эта женщина, которая приходила присматривать за домом?

Мужчина пытался улыбнуться своей самой лучезарной улыбкой, но у него плохо получилось.

– Здесь неподалеку расположен небольшой городок, в котором есть и несколько магазинов, больница, отдел полиции. Чтобы туда добраться, нужна машина. Но судя по тому, что в вашем дворе я ее не вижу, у вас нет средства передвижения. Если хотите, я бы мог вас подвезти.

Мужчина посмотрел на сестер, и им показалось, что в его взгляде промелькнуло что-то тяжелое, пронизывающее, так смотрит хищник на свою жертву.

– А разве сюда нельзя вызвать такси? Спасибо вам, конечно, за предложение, но мы как-нибудь сами.

Мужчина назвал номер такси, но про Хильду ничего сказать не смог, так как видел ее всего пару раз, когда она приходила к их родителям. Но заверил, что женщина, скорее всего, из местных. Если что, они могут поспрашивать в городе.

После этих слов он приподнял шляпу в знак прощания, предложил как-нибудь заглянуть к нему в гости, но сам напрашиваться не стал и, развернувшись, пошел в сторону ворот.

Девушки смотрели ему вслед и, когда тот скрылся из виду, вернулись в дом.

– Ты не заметила, – сказала Ника, закрывая входную дверь, – что этот мистер Эрик какой-то странный.

Лика уселась на диван в гостиной, положила рядом с собой Каспера и, почесав ему животик, кивнула головой:

– Показалось. А особенно странно, что он при жизни наших родителей знал, а вот что погибли, не слышал. И взгляд у него какой-то нехороший, еще и нашего карапузика чем-то напугал.

С последними словами сестры Ника была полностью согласна. Каспер так яро кинулся на незваного гостя, но стоило тому посмотреть на него, поджал хвост и спрятался за ее ногами.

Посидев еще немного в гостиной, девушки поднялись наверх, чтобы переодеться и отправиться в ближайший город за продуктами.

Потом они вызвали такси и вышли на веранду. Каспера оставили дома и, как только тот не скулил, решили его не выпускать, чтобы он не увязался следом.

Такси подъехало к воротам. Лика озвучила водителю, что им надо в город в супермаркет. Когда они тронулись, Ника обернулась и посмотрела на особняк. Серое здание смотрело им вслед своими полукруглыми окнами, как бы провожая, но в то же время в надежде, что хозяева вернутся.

Два года оно простояло в одиночестве, привечая только неизвестную им домработницу.

В этот раз Ника смотрела по сторонам, отмечая, что действительно, как говорил их новый знакомый, по краям дороги имелись четыре поворота, расстояние между ними было примерно с километр. Табличек не было, но она и так поняла, что если ехать до конца дороги, то, скорее всего, попадут в чей-нибудь особняк.

Дорога заняла примерно минут пятнадцать, за это время они с сестрой решили обсудить, что им необходимо приобрести в магазине.

Когда водитель въехал в городок, девушки ахнули от изумления. Красивые небольшие домики стояли на ухоженных улицах. Люди шли по своим делам, просто прогуливались, а некоторые останавливались и провожали взглядом машину. Сначала это было как-то необычно. Но, проехав еще немного, Ника заметила, что в городе не так много машин. Были, конечно, но, судя по размеру городка, они не нуждались в транспорте.

Доехав до магазина, такси остановилось возле входа. Лика расплатилась, и они вылезли из машины.

Снаружи здание выглядело небольшим, на нем была вывеска, а также мелом на черных досках нацарапаны названия продуктов  и их цены. Видимо, так делали, чтобы привлечь покупателей, а может, как у них на родине, скидка на товар.

Возле магазина пахло сладкой выпечкой. Лика закрутила головой, жадно втягивая воздух носом. Они второй день толком ничего не ели, кроме соленостей и картошки. Даже сегодня утром успели наспех выпить кофе и закусить хлебцами. Желудок предательски заурчал.

– Как вкусно пахнет, – сказала она, – где же стоит источник этих ароматов?

Ника посмотрела на противоположную сторону и увидела небольшое здание, верх которого украшал большой калач.

– Лика, смотри, – указала она на него, – скорее всего, запахи издает эта смешная булка наверху.

Анжелика обернулась и рассмеялась.

– Вероник, давай зайдем. В магазин мы еще успеем. Просто, если я не попробую то, что так вкусно пахнет, просто умру.

После этих слов она взяла сестру за руку, и они перешли дорогу.

Когда открылась дверь пекарни, колокольчик сверху издал приятный звон. Девушки вошли внутрь и увидели витрины с разной выпечкой и пирожными.

Чего тут только не было! Вафли разного размера, цвета и вкуса. Здесь даже были вафельные трубочки с белым кремом. Изысканное песочное печенье по-норвежски, миндальные мини-тортики, лефсе (картофельные лепешки), бублики с кардамоном, пряный морковный пирог, пирог с брынзой и семгой и многое другое.

На полках возвышался пышный круглый хлеб, плюшки и батоны. Помещение было небольшое, но очень уютное.

Возле окна стояла пара столиков для посетителей.

За прилавком в белом фартучке и колпачке суетилась маленькая пухленькая женщина лет шестидесяти. Она была похожа на одну из своих плюшек, с красным румянцем на щеках. Белые локоны выбивались из-под чепчика, светлая кожа и маленькие пухлые пальчики с аккуратным маникюром без лака. Она улыбалась очередному клиенту и подавала фирменный пакет с товаром.

Девушки подошли поближе к витринам. Лика от удовольствия облизнулась и повернулась к сестре.

– Ника, посмотри, сколько тут всего. Давай возьмем.

Вероника, которая тоже рассматривала витрины, обратила внимание, что женщина, которая уже обслужила покупателя, с интересом разглядывала их.

– Анжелик, бери что хочешь, но не увлекайся. Мы же в первый раз здесь. Давай возьмем несколько булок хлеба, пару батонов и сладкое. Конечно же то, которое  ты захочешь.

Лика захлопала в ладоши, как маленькая, и подошла к женщине, которая тут же улыбнулась ей.

– Доброе утро. Можно нам хлеба, батон и шесть круассанов с начинкой, пирог с сыром и семгой и пару миндальных мини-тортиков.

Женщина упаковала все в бумажный пакет и спросила:

– Какой интересный у вас акцент. Вы не местные?

Девушки переглянулись.

– Нет, – ответила Ника, – мы из России, приехали в поместье наших родителей. Оно здесь недалеко, в пятнадцати минутах езды.

Женщина, которая только что улыбалась, как-то странно посмотрела на них. Ее лицо изменилось и стало каким-то беспокойным.

– А что за поместье? – поинтересовалась она.

Лика махнула рукой в сторону окна и сказала:

– Ну, такое, серое, из камня, двухэтажное. Прямо едешь, вокруг лес, а с дороги по обеим сторонам по два поворота.

Женщина, как показалось Нике, на секунду расширила глаза и тихо охнула.

– Форест Ковен, – прошептала она.

– Что? – Лика посмотрела удивленно на маленькую пышечку.

– А кто ваши родители?

– Виктор и Анна Ковалевы. Вы их знали?

Женщина удивленно посмотрела на нее и пробормотала себе под нос:

– Значит, охотники.

Девушки переглянулись, а Лика засмеялась самым задорным своим смехом.

– Нет, что вы, мы не охотники. Я ведущий специалист, а сестра Ника – писательница.

Женщина натянуто улыбнулась, но было видно, что она пребывает в небольшом шоке.

А меня зовут Ингрид. Но местные жители, в основном, зовут тетушка Ингрид. Городок у нас небольшой, поэтому все практически друг друга знают. И родителей я ваших не то чтобы знала, но они часто приходили в мою пекарню. А вы к нам надолго или просто посмотреть местные достопримечательности?

Лика, у которой буквально сводило живот от голода, сказала:

– Родители умерли два года назад и оставили нам в наследство особняк. Вот мы с сестрой решили посмотреть, что же это за дом такой, о котором мы никогда не слышали. Вчера прилетели. А сегодня решили посетить магазины и закупить продуктов. Но почувствовали запах выпечки и пришли на него.

Ника, которая наблюдала за их диалогом, улыбнулась.

– Тетушка Ингрид, а вы не знаете такую женщину с именем Хильда? Нам сосед сказал, что она приходила к нашим родителям и помогала по дому.

Женщина печально улыбнулась в ответ.

– Ох, как же жалко ваших родителей. Анна была прекрасной женщиной. А про Хильду, как же, знаю. Она действительно ездила в поместье, даже когда ваших родителей не было.

– А вы не могли бы подсказать, где она проживает? – сказала Ника. – Очень хочется с ней познакомиться и порасспрашивать о родителях. Просто мы даже предположить не могли, что они жили в этом месте.

Женщина вышла из-за прилавка.

– Пойдемте я вам покажу. Автобусов у нас нет, городок маленький, поэтому ходим в основном пешком.

Она вышла на улицу. Лика подхватила пакет с выпечкой, и они с Никой вышли следом.

Тетушка Ингрид показала рукой направо и сказала:

– Пройдете три дома и повернете налево. Там через два дома будет цветочный магазин, а напротив небольшой домик синего цвета. Вот там Хильда и живет.

Девушки поблагодарили женщину и отправились в том направлении, куда она им указала. Сама же Ингрид осталась стоять возле двери в пекарню, качая головой.

– Боже мой, ждали мальчиков, а приехали девочки. Что же будет теперь?

Она вздохнула и зашла обратно в пекарню.

Глава 4

Девушки отошли на небольшое расстояние от пекарни, и Лика сразу же залезла в пакет. Достав один из круассанов, она тут же откусила большой кусок и замычала от удовольствия.

– Сейчас бы еще горячий кофе и жизнь будет прекрасна.

Ника засмеялась.

– Как мало тебе надо для полного счастья. Вкусно?

– Очень.

Лика доела свою сдобу, и сёстры потихоньку двинулись в нужном им направлении.

Дороги здесь были не слишком широкие, но две машины смогли бы разъехаться.

Вдоль дороги стояли небольшие домики, в основном двухэтажные, белого цвета. У многих на первом этаже находились лавки по продаже чего-либо. Была тут аптека, кофейня, из которой шел запах свежесваренного кофе. Чуть дальше был магазин тканей, обуви, бутик с одеждой.

Завернув за угол, они увидели двухэтажное здание полиции, а недалеко от него больницу. Она имела один этаж, наверху красный крест, а возле входа машина скорой помощи. Странно, что для такого городка больница здесь была. У них в стране немного по-другому.

На фонарных столбах висели гирлянды, как и на каждом доме. Вообще это место было похоже на сказку.

Небольшой городок с пятью улицами по вертикали и столько же по горизонтали. С одной стороны его окружали высокие горы со снежными шапками наверху. С другой лес.

Погода на улице была теплая, по ощущению, плюс восемнадцать. Девушки обратили внимание, что многие жители носят безрукавки из меха. Возможно, это только утром так, днем будет теплее. Сейчас лето, но они ощутили всю прохладу северной страны даже в такое время года.

Пройдя по указанной Ингрид дороге, они увидели небольшой синий домик, который отличался от остальных хотя бы тем, что он был синим. Его окружал невысокий заборчик, возле которого стоял «допотопный» автомобиль голубого цвета. Он был с двумя дверьми, маленький, похож на машины, на которых ездили в тридцатых годах.

Девушки подошли к двери и постучали. Но им никто не открыл.

– Может, она ушла куда-то, – сказала Ника, – хотя машина на месте.

Лика постучала еще сильней. За дверью послышался шум, и она открылась. На пороге стояла пожилая женщина в домашнем костюме.

По виду ей было больше шестидесяти лет. Темный цвет кожи говорил о том, что она родом из далекой теплой страны и никак не сочеталась с этим холодным местом.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.