Корова – робот-потрошитель
Max Marshall

Иллюстрации Ideogram

© Max Marshall, 2025

ISBN 978-5-0067-4446-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Корова робот-потрошитель
Макс Маршалл

Несмотря на то, что при подготовке этой книги были приняты все меры предосторожности, издатель не несет никакой ответственности за ошибки или упущения, а также за ущерб, возникший в результате использования содержащейся в ней информации.

Корова робот-потрошитель

Первое издание. June 27, 2024.

Авторское право © 2024 Макс Маршалл. Автор: Макс Маршалл.

Эта книга была написана частично с использованием искусственного интеллекта в тексте и иллюстрациях.

Описание

В очаровательной детской сказке «Профессор Итан и Молочный робот-Корова» читатели переносятся в причудливый мир, где гениальный профессор Итан создает замечательного робота-корову из молочного металла. Однако, когда робот-корова неожиданно выходит из строя и начинает сеять хаос в городе, храбрая маленькая девочка Эмми вмешивается, чтобы спасти положение. Обладая сообразительностью и добрым сердцем, Эмми отправляется в захватывающее приключение, чтобы перехитрить коровье бешенство и защитить жителей города. Наполненная волнением, дружбой и силой мужества, эта яркая история учит юных читателей важности решения проблем и сострадания перед лицом неожиданных вызовов.

Об авторе

Макс маршалл создает истории, которые переносят читателей в далекие страны, погружая их в богатую культуру и приглашая испытать весь спектр человеческих эмоций.

На страницах бесчисленных шедевров покоится писатель, чье имя навевает мысли о страсти, творчестве и безграничном воображении.

Прекрасно владея языком и глубоко понимая человеческую душу, этот писатель создает персонажей, чьи триумфы и борьба находят глубокий отклик у читателей всех возрастов. Исследуя сложности любви и потерь или погружаясь в глубины человеческой психики, проза этого писателя столь же прекрасна, сколь и проницательна, раскрывая истины, которые волнуют сердце и вдохновляют душу.

Глава 1: Чудо-молочная машина

Профессор Итан был разносторонним человеком. Он был мастером, коллекционером и мечтателем. Но больше всего он любил невозможное. Поэтому, когда он наткнулся на рисунок, вложенный в старую, пыльную книгу в городской библиотеке, неудивительно, что он сразу же был очарован. Рисунок был простым наброском, но в нем таилось обещание чего-то волшебного.

На рисунке была изображена машина, удивительное, сложное изобретение. Так сказать, корова-робот. На нем неровным почерком было написано:

– Чудо-молочная машина.

– Машина была увенчана блестящей серебристой головкой, ее рожки были закручены в две элегантные антенны. Большие, мягкие на вид карие глаза, совсем как у настоящей коровы, смотрели с ее морды. Под головой располагался гладкий металлический корпус, из-под которого выглядывали механические внутренности с прикрепленными к основанию колесиками.

Профессор Итан провел мозолистым пальцем по линиям рисунка, чувствуя, как внутри него поднимается знакомое возбуждение. Ему всегда нравилось разбирать сломанные вещи и собирать их обратно, превращая обычное в необычное. Эта машина с ее замысловатыми механизмами и механическими конечностями зажгла в нем пламя. Он нашептывал о несбыточных мечтах, о мире, где экстраординарное было обычным делом.

Профессор Итан жил на окраине города, недалеко от свалки. Это было не самое шикарное место, но для него оно было сокровищницей. Горы выброшенных приборов, искореженных кусков металла, ржавых шестеренок и забытых винтиков только и ждали, чтобы им дали новую жизнь.

Он проводил свои дни, роясь в кучах мусора, выискивая глазами все, что привлекло его внимание. Каждый предмет, каждый кусок металла нашептывал истории из прошлой жизни, намекая на возможности, которые ждут своего часа. Он собирал выброшенные части, относил их обратно в свою мастерскую и превращал в новые творения.

Сегодня глаза профессора Этана искали с новообретенной настойчивостью. В его голове вертелся эскиз Чудо-молочной машины. Он визуализировал каждую шестерню, каждый рычаг, каждую металлическую панель, представляя, как великолепное чудовище оживает. Он осмотрел груды металла, надеясь найти нужные детали, идеальные ингредиенты для своего нового проекта.

– Это будет нелегко,

– пробормотал он себе под нос, и его глаза загорелись при виде ржавой шестеренки, которая могла бы идеально подойти для хвоста робота.

– Но я знаю, что смогу это сделать.

– Он представил себе мир, в котором каждый ребенок будет иметь доступ к свежему, полезному молоку, и его сердце наполнилось надеждой.

Мысль об этом немного облегчила его путешествие по свалке, и на его губах заиграла улыбка.

– Это,

– заявил он, бросая пыльный шестеренчатый механизм в свою корзину,

– это будет больше, чем машина. Это будет чудо.

Глава 2: Гаечный ключ, Ведро и мечта

Мастерская профессора Итана была вихрем изобретений. Его рабочий стол, заваленный инструментами, был свидетельством его изобретательности. Паяльники, молотки, отвертки и множество других инструментов стояли наготове, ожидая, когда их приведут в действие. Он был не просто изобретателем; он был волшебником механического мира, ткачом из выброшенного металла, мастером брать что-то сломанное и вдыхать в это новую жизнь.

Центральным элементом его мастерской был огромный пыльный верстак, который также был старой семейной реликвией. Именно здесь его дед, сам по себе известный механик, когда-то творил автомобильные чудеса. Казалось, что сама скамейка пропитана отголосками наследия его деда. Именно на этом верстаке старый механик работал над легендарным автомобилем,

– Комета,

– считается самым быстрым и устойчивым транспортным средством, когда-либо созданным, и все благодаря этому особому гаечному ключу.

Этот гаечный ключ был семейной реликвией, передавался из поколения в поколение, неся с собой мистическую историю. Понимаете, это был не просто гаечный ключ. В нем было что-то почти волшебное, говорили, что оно способно заставить любую машину, какой бы ржавой или побитой она ни была, мурлыкать, как котенка. Профессор Итан дорожил этим гаечным ключом, видя в нем символ своих собственных амбиций, своей веры в магию упорного труда и нотку изобретательности.

Сегодня этот специальный гаечный ключ был самым первым инструментом, который он достал из своего верстака. С благоговением держа его, профессор Итан отполировал ручку до тех пор, пока она не заблестела, отражая мягкий свет, льющийся из окна мастерской.

– Давай посмотрим, какое волшебство мы сможем сотворить вместе сегодня,

– прошептал он с понимающим блеском в глазах.

Но его поиски еще не закончились. Хотя он собрал со свалки множество деталей – колеса, шестеренки, винтики и провода, – одного важного компонента все еще не хватало.

Он представил себе блестящее молочное ведерко, прикрепленное к роботизированной корове, молочное ведерко, которое будет сбивать вкусное свежее молоко с непревзойденной эффективностью робота. Каждые выходные он бродил по местному блошиному рынку, обшаривая глазами каждый прилавок, каждую коробку в поисках идеального ведерка для молока.

И тут он увидел это! В пыльном углу, под кучей старых абажуров, стояло ведро. Заметьте, не просто ведро. Оно было сделано из сверкающего серебра, гладкое и блестящее, как новенькая монета. Оно выглядело точно так же, как ведро на эскизе.

Он внимательно осмотрел его, ощущая прохладную поверхность. Это была идеальная, удачная находка.

– Вот и все! Это недостающая деталь, – объявил он сбитому с толку продавцу с блошиного рынка с огоньком в глазах. Он с нетерпением купил его, ведро идеально стояло на верстаке. Он уже чувствовал, что стал на шаг ближе к осуществлению своей великой мечты, воплотив свою

– Чудо-Молочная Машина

– к жизни.

Профессор Итан приступил к работе. С легендарным гаечным ключом в руке и проблеском надежды в сердце он начал собирать машину по частям. Его мастерская гудела от энергии созидания, когда он соединил свои мечты с кусочками металла, которые собирал с кропотливой тщательностью. Его мастерская, когда-то заполненная старыми пыльными машинами и слухами об изобретательности его деда, теперь резонировала с энергией его собственного видения. И когда в воздухе повис аромат свежесваренного кофе, профессор Итан понял, что находится на пороге путешествия, которое будет не чем иным, как чудом.

Глава 3: Пробуждение Мотылька

Воздух в мастерской профессора Итана был насыщен запахом масла и металла, знакомым ароматом изобретений. Чудо-молочная машина приближалась к завершению. Его гладкий серебристый корпус, свидетельство упорного труда и мастерства профессора Итана, гордо возвышался на его рабочем столе. Колеса блестели в свете лампы, а тщательно отполированные шестеренки жужжали и щелкали, каждая из которых обещала волшебное преображение.

Профессор Итан был сосредоточен, на его лице было серьезное выражение, когда он устанавливал последнюю из труб, его верный гаечный ключ поблескивал в тусклом свете. Он вложил всю свою страсть и мечты в этот проект, опираясь на уроки легендарного механика своего деда. Он знал, что

– Чудо-Молочная Машина

– это была не просто машина; это было выражение силы воображения, дань уважения невозможному, ставшему возможным.

Рядом с роботизированной коровой стояла небольшая миска со свежезаваренным молоком с соседней молочной фермы, готовая к последнему этапу. Чаша терпеливо стояла там, словно молчаливый наблюдатель за его самоотдачей. Но даже он знал, что этого будет недостаточно. Ему оставалось ввести последний волшебный компонент – ингредиент, который сделает эту роботизированную корову не просто производящей молоко, а чем-то по-настоящему замечательным

Он вспомнил мотылька из записной книжки своего деда. Он видел только картинку, крошечную иллюстрацию большого мотылька, нарисованную изящными штрихами на странице рядом с описанием

– существо мягкое, как облака, и яркое, как звездная пыль.

– Он не мог точно вспомнить почему, но в заметках упоминалось, что это был ключевой элемент, жизненно важный компонент волшебной формулы его изобретения.

В течение нескольких месяцев он рыскал по лугам и полям, надеясь мельком увидеть описанное существо. Но только однажды он мельком видел похожего мотылька в своем саду, но это был всего лишь мимолетный взмах крыльев и нежное трепетание чего-то столь редкого и прекрасного. До сегодняшнего дня.

Когда часы в мастерской пробили полночь, дверь распахнулась, впустив легкий ветерок и полоску лунного света. В комнату вплыл большой пушистый мотылек и мягко приземлился на край верстака, рядом с миской с молоком.

У профессора Этана перехватило дыхание, когда он увидел это существо – его крылья, великолепнейший гобелен коричневого и оранжевого цветов, слегка трепетали, словно пытаясь поймать лунный свет. Он выглядел великолепно, нежный гигант, который, казалось, нес на своих мягких крыльях тайны ночи. Но самым необычным была пара больших светящихся глаз, которые, казалось, светились потусторонним зеленым сиянием. Они были не похожи ни на какие другие глаза мотылька, которые он когда-либо видел, наполненные неземным разумом и мистической глубиной.

Секунду мотылек просто сидел там, но затем начал медленно двигаться. Его крылья, украшенные красивыми отметинами и закрученными узорами, мягко расправились. Необычный, но успокаивающий аромат наполнил комнату. Сладкий аромат, нежный и легкий, смесь клубники и сливок, наполнил воздух.

С уверенностью опытного изобретателя он осторожно зачерпнул ложечкой блестящий порошок, который переливался почти фосфоресцирующим светом с крыльев мотылька, и добавил его в миску с молоком. Когда порошок растворился, из чаши вырвалось ярко-зеленое свечение.

Затем он наклонился, осторожно накрыв ладонь ладонью. Он попробовал волшебное молоко. Это было сверхъестественно. Это был вкус сказки – вкусный и сливочный, с ярким и сочным ароматом свежей клубники. Это было уже не просто молоко. Это был нектар нежного великана, особого друга, чуда природы. Это был тот самый вкус, на который сбылись его мечты.

Его дед был прав – тайный мир лежит за поверхностью вещей. Книга профессора Этана

– Чудо-молочная машина – была поистине шедевром изобретения, но это было больше, чем просто машина. Это было обещание – обещание чуда, волшебства и, прежде всего, доброты и любви, которые существовали в самых неожиданных созданиях.

Глава 4: Кроткий Великан и любопытная девушка

Эмми жила через дорогу от профессора Итана, и ее всегда восхищало происходящее в его мастерской. Ей нравилось наблюдать, как он мастерит и создает, его лицо светилось радостью изобретательства. Ей нравилось, как он рылся в грудах металлолома, превращая выброшенное в великолепное.

Однажды, играя в своем саду, она услышала жужжание из окна профессора Итана. Выглянув из-за забора, она увидела мотылька, подобного которому она никогда не видела. Он был большим и пушистым, его крылья представляли собой симфонию теплых коричневых и оранжевых тонов. Он парил вокруг профессора Этана, его огромные, светящиеся зеленые глаза, казалось, пульсировали потусторонней энергией. Мотылек мягко взмахнул крыльями, и сладкий клубничный аромат поплыл над забором, наполняя воздух волшебным очарованием.

Любопытство взяло верх, и Эмми вбежала в ворота, ее сердце бешено колотилось от волнения.

– Профессор Итан, – позвала она, заглядывая в мастерскую.

– Что это за удивительный мотылек? —

Он присел на корточки возле верстака, осторожно опуская мотылька в миску с молочно-белой водой. Мотылек медленно шевелился, его окутывала безмятежная тишина. Свет от мотылька был мягким и теплым, отбрасывая чарующее сияние по комнате.

– Это, моя дорогая, – объяснил профессор Итан,

– это не просто обычный мотылек. Это совершенно необычно. Это наш новый друг. —

Эмми ахнула от восторга.

– Можно мне с ним поиграть? —

Профессор Итан тепло улыбнулся ей, но колебался. Он беспокоился об этой моли, все еще не уверенный, какую роль она сыграла в его Чудо-машине для производства молока. Он знал, что не должен позволять мотыльку стать просто еще одной игрушкой для любопытного ребенка, но взгляд ее глаз был заразителен.

– Возможно, если ты будешь очень нежна, – сказал он, осторожно наблюдая за ней.

Эмми взяла маленький изящный бумажный цветок, который она только что сделала. Ей нравилось создавать бумажные цветы вместе со своей мамой, и на этот раз она придала лепесткам дополнительное мерцание, чтобы получился маленький цветок, который блестел, как солнечный свет. Осторожно протянув его мотыльку, она прошептала:

– Ты выглядишь немного грустным, друг. Возможно, этот цветок украсил бы твой день.

– Она осторожно положила бумажный цветок на одно из крылышек мотылька.

Мотылек не дрогнул, но его глаза слегка сверкнули. Затем он медленно расправил крылья, создавая еще более яркий изумрудно-зеленый свет. Эмми завизжала от восторга. Она аккуратно поместила еще два цветка, каждый на свое крылышко, и вскоре мотылек был украшен очаровательной короной из бумажных цветов.

Ей не нужно было прикасаться к мотыльку. Он знал. Он ожил не для восхищения или развлечения, а для того, чтобы сыграть решающую роль в Чудо-молочном автомате. Но впервые она почувствовала, что понимает это, как будто их связывало что-то особенное, связь, рожденная любознательным ребенком и мистическим, волшебным существом.

Новость о моли распространилась по городу со скоростью лесного пожара. Люди были очарованы ее волшебным сиянием и невероятным молоком с клубничным вкусом, которое она производила. Слух дошел до городских властей, которые не могли поверить в чудеса, произошедшие в мастерской профессора Итана. Было решено отметить мотылька как чудо техники, и был запланирован фестиваль.

Все жители города приложили усилия, принося украшения и закуски для грандиозного мероприятия. Они украсили городскую площадь сверкающими бумажными фонариками, которые переливались, как крылья мотылька. А Чудо-молочная машина профессора Итана, сверкающая и отполированная, гордо красовалась в центре города, вызывая у всех восхищенные возгласы.

Когда начался фестиваль, на лице Эмми расплылась широкая улыбка. Ее любознательное сердце наполнилось гордостью, когда она увидела нежного великана, чудесного мотылька, удостоенного чести за удивительное волшебство, которое он привнес в их жизнь.

– Это все благодаря маленькой девочке, которая знала, что кроткому великану нужна корона!

– Гордо объявил мэр, протягивая Эмми огромный букет подсолнухов.

– Она напомнила нам всем, что именно доброта и чудо действительно привносят волшебство в нашу жизнь.

Глава 5: Тайны и бури

Любовная связь города с

– Чудо-Молочная Машина

– был на пике своего развития. Волшебный мотылек, названный

– Мотылек

– Эмми, стал символом надежды и чуда, а профессор Итан был местным героем. The

– клубничное молоко,

– произведенный в почти бесконечном количестве, он был не просто вкусным, но, как говорили, обладал необычайной пользой для здоровья, заряжая всех энергией и распространяя улыбки по всему городу.

Однако среди эйфории некоторые чувствовали себя неловко. Зависть и скептицизм просочились в ряды ученых престижного исследовательского центра, расположенного на окраине города. Изначально они пренебрежительно отнеслись к творению профессора Итана, назвав его

– прославленная новинка.

– Но когда молоко со вкусом клубники было встречено всеобщим одобрением, их зависть вспыхнула еще сильнее.

Они верили, что в этом есть нечто большее

– Чудо-Молочная Машина

– чем привлекли внимание. Они требовали частички волшебства, решив повторить чудесное производство клубничного молока, но без

– нежный великан

– то, что находилось внутри.

Эти ученые решили проникнуть в мастерскую профессора Итана ночью, их глаза сузились с решимостью, граничащей с жадностью. Они привезли с собой всевозможные инструменты и технологии – сканеры, микроскопы и мензурки. Их цель: раскрыть секреты мотылька и его уникальных мистических способностей.

Их попытка оказалась тщетной. Пока они смотрели в микроскопы и проводили бесконечные эксперименты, мотылек, словно знающий шепот, спокойно сидел в контейнере, мерцавшем слабым зеленым светом. Они тыкали, подталкивали и экспериментировали. Но секрет мотылька крепко держался, защищенный невидимой силой. Они не смогли разгадать тайну и не смогли найти способ создать это великолепное молоко. Все их технологические чудеса потерпели неудачу, униженные перед лицом подлинного волшебства.

Это было почти так, как если бы мотылек сдерживался, позволяя своей магии проявиться только тогда, когда придет время. У него была молчаливая решимость обеспечить, чтобы его дарами делились, но не злоупотребляли и не манипулировали ими.

Тем временем профессор Итан продолжал возиться, совершенствуя свое изобретение. Он внимательно наблюдал за мотыльком, учась заботиться о его хрупком, почти волшебном существовании. Он с благоговением наблюдал за кротким гигантом, который слабо светился в своем защитном стеклянном корпусе.

Он создал великолепную машину. Но самым важным было существо, с которым он подружился, волшебный друг, который мог сделать мир слаще, выпивая по одному стакану восхитительного молока за раз.

Однажды вечером профессор Итан готовил Мотылька к ночному

– сеанс зарядки

– процесс, который требовался для пополнения запасов волшебного порошка, придававшего молоку его вкус и чудесные свойства. Когда вдалеке прогремел гром, на город обрушилась сильная буря.

Небо потемнело, когда вспышка молнии разорвала облака, отбросив длинные тени на мастерскую. Тихий стук дождя вскоре превратился в оглушительный ливень, барабанящий в окна, создавая бурную симфонию звуков. Профессор Итан тщательно готовился к Мотыльку, странное предчувствие покалывало его сердце. Он просто знал, что грядет что-то большое. И он не знал, что это было.

Глава 6: Рев машины

Профессор Итан ворвался в двери своей мастерской, волна страха захлестнула его. Гроза снаружи переросла в хаотичную бурю, и его мастерская, обычно служившая убежищем для творчества и изобретательности, теперь была охвачена леденящим душу напряжением.

Его встретила зловещая тишина.

Ученый выбежал вон, напуганный угрожающим рычанием, эхом разнесшимся по мастерской, металлическим ревом существа, которое больше не было мягким. Они покинули место своего расследования, на полу валялись разбросанные мензурки, разорванные блокноты и научное оборудование, как будто их мечты об открытиях испарились перед лицом могущественной, непредсказуемой силы.

Сама мастерская представляла собой захватывающее зрелище. Каждый металлический компонент вибрировал, почти содрогаясь в конвульсиях, его некогда успокаивающее свечение превратилось в неистовую вспышку красного и зеленого, в зловещий танец электрической энергии, который гудел в воздухе, почти слышимый его ушами.

И Мотылек… Мотылек больше не был кротким великаном.

Он светился, ярко-алый в своей стеклянной клетке. Контейнер мерцал с агрессивной силой, как будто раздвигал свои границы, пытаясь вырваться на свободу. Нежные глаза Мотылька превратились в два пульсирующих рубиново-красных шара. Казалось, она пыталась что-то сказать, его крылья отчаянно трепетали, поскольку он излучал сердитый жар. И все же они не понимали.

– Мотылек! Все в порядке!

– Прошептал профессор Итан, стараясь, чтобы его голос звучал успокаивающе. Он опустился на колени рядом со стеклянным ограждением, чувствуя исходящее от него электрическое тепло, от которого по спине пробежали мурашки.

– Что случилось? Что случилось?

– Было невозможно игнорировать механический гул, ритмичную вибрацию, охватившую Чудо-молочную машину. Это звучало как зловещая симфония лязга, жужжания и визга, каждая нота отдавалась эхом в его костях.

Затем профессор Итан заметил ведро с молоком, стоявшее на его рабочем столе. Его блестящая серебристая поверхность теперь была покрыта темным пятном – цвета крови, крови обманутой мечты, утраченного чуда. Его сердце провалилось куда-то вглубь желудка, его дух отягощался чудовищным звуком его машины. Мечта его дедушки превратилась в кошмар.

Его сердце забилось от беспокойства. Он знал, что что-то глубоко не так. Машина зажила своей собственной жизнью, шторм добавил неожиданную переменную в уравнение. Казалось, что разразился ужасающий энергетический балет, и Мот оказалась в его ужасающих объятиях. Робот-корова – его Чудо-молочная машина – ревела с неудержимой энергией, которая, казалось, перекликалась с яростным ветром и молниями снаружи, угрожая поглотить мечту, которую он так долго лелеял.

Что он собирался делать?

Профессор Итан привык к спокойной, контролируемой симфонии своей мастерской. Он наслаждался предсказуемым гудением машин, ритмичным постукиванием своих инструментов и умиротворяющим теплом механических чудес, которые дали жизнь его творческим начинаниям. Но теперь он потерял всякий контроль. В его мастерской царил хаос, успокаивающий гул превратился в сводящий с ума рев. Нежный

– му

– то, что характеризовало его машину, мягкий символ удовлетворенности и производства, превратилось в оглушительный механический рев. Сон превратился в котел шума и хаоса, наполненный гневом выпущенного на волю зверя.

Теперь стало ясно. Мот пострадал от шторма.

То, что когда-то было тихим шепотом обещания, теперь напоминало яростный вой вышедшей из строя машины. Чудо, которое он так терпеливо создавал, превратилось во что-то ужасающе знакомое, в символ ужасающей правды. Природа, когда-то такая чудесная, стала жестокой, создав злую и неумолимую силу, которая, казалось, пожирала все, с чем сталкивалась. Он почувствовал, как тяжесть этой правды обрушивается на него, чувство ответственности поселилось в его сердце, когда он понял, что Мотылек, прекрасный символ его мечты, был в опасности.

Глава 7: Неоново-Зеленая Ярость

Рев Чудо-машины для производства молока был оглушительным, чудовищный звук, который, казалось, сотрясал сам фундамент мастерской. Профессор Итан с ужасом и восхищением наблюдал, как некогда нежный

– му

– мутировал в адский вопль. Казалось, он вибрирует в самом воздухе вокруг него, почти как живое существо, дышащее яростью и разочарованием. Он наблюдал, его глаза расширились от тревоги, когда огни в его мастерской начали яростно мигать, а сам воздух загудел от неестественной энергии.

Он больше не мог бездействовать.

Профессор Итан поспешил к своему рабочему столу, где теперь стояло блестящее серебряное ведерко для молока, угрожающее напоминание о магии, которую он пытался использовать. Он только что приготовил его. Восхитительная смесь – сладкая, восхитительная смесь свежих молочных продуктов и экстракта Моли, – но теперь ее содержимое оказалось ненадежным.

Молоко было не нежного оттенка слоновой кости, а тревожного оттенка зеленого, фосфоресцирующего свечения, которое усиливалось с неистовой вибрацией, отбрасывая гротескные тени по комнате. Он мерцал зловещим блеском, напоминая ядовитое варево, способное расплавить сталь.

При каждом стоне коровы-робота ведро с молоком сильно сотрясалось, его содержимое пузырилось и кружилось, пульсируя, как живое сердце, готовое разорваться. И внезапно это произошло.

Ведро с молоком опрокинулось. Зеленое молоко – густое, вязкое и сильное – каскадом полилось на стеклянную перегородку, в которой содержался нежный Мотылек. Она текла, как скользкая ядовитая жидкость, покрывая стеклянную поверхность и стекая к светящимся рубиново-красным глазам существа.

Было слишком поздно.

С пронзительным криком, разнесшимся по мастерской, Мотылек яростно забился в конвульсиях, колотя крыльями по стеклянной клетке в отчаянной попытке вырваться на свободу. Зеленый свет усилился, стал ослепительно ярким, излучая тепло такой силы, что профессору Этану пришлось сделать шаг назад.

Он наблюдал, с колотящимся о ребра сердцем, как неоново-зеленое молоко достигло существа. Казалось, он шипел, яростно реагируя на свечение Мотылька, его электрическое гудение превращалось из успокаивающего, нежного журчания в неистовую симфонию помех и грома.

Внезапно раздался ужасающе громкий визг, звук настолько резкий и хриплый, что его было больно слушать, а затем существо замерло, его тело окутал зеленый свет, который окутал его, как саван.

На мгновение профессор Итан не осмеливался ни дышать, ни моргать. Его сон превращался во что-то опасное, во что-то, чего он больше не понимал. Его

– Чудо-молочная машина, – некогда источник радости, превратилась во что-то зловещее. Ужасающее проявление природы, о которой он не был полностью осведомлен. Красота зеленого света исказилась, его нежное тепло стало обжигающим, а магия существа превратилась в электрическую ярость, которая угрожала поглотить их обоих.

Его великолепная машина, теперь вибрировавшая с лихорадочной силой, гудела, как живое, пульсирующее тело, ритмичный звук теперь звучал как бешеное сердцебиение чего-то одновременно чудовищного и прекрасного, хаотическое сочетание чуда и ужаса.

Когда светящееся зеленое молоко прилипло к прекрасным крыльям Мотылька, а ее нежная кожа запульсировала электрическими искрами, его охватило пугающее осознание:

Он создал монстра.

Роботизированная корова, которая должна была приносить чудесную сладость и тепло, превратилась в нечто разрушительное, ее механический стон звучал почти как мучительные крики замученного существа. Некогда волшебный зеленый огонек теперь был пугающим символом опасной силы, которую он высвободил, предостерегающим знаком, намекавшим на нечто большее, чем он сам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.