Подрезанные крылья
Философские сказки
Ирина Горная

Редактор Илья Попенов

Дизайнер обложки Клавдия Шильденко

© Ирина Горная, 2025

© Клавдия Шильденко, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-0067-4573-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Суслик прыгнул выше головы

Шёпот травы сливался в тихую песню. Шорох там, шорох здесь… Казалось, поле пустынно, но на самом деле оно дышало жизнью: здесь постоянно что-то происходило, хоть и незаметно для наблюдателя.

Песню травы слушали и небо, и земля, и те, кто таился между ними. Слушали и прислушивались: хищники предвкушали, как поймают жертву, а жертвы тревожно пытались определить, откуда ждать нападения. И те и другие старались двигаться как можно тише. Это дикий мир. Ты должен быть начеку, в постоянном напряжении, иначе – гибель.

Только иногда кто-то начинал копошиться в зелени, но все шорохи быстро угасали: маленькие существа боялись шуметь, чтоб не навлечь беду. Вокруг торжествовало спокойствие… Но в одном месте шуршание никак не прекращалось. Трава здесь раздвигалась снова и снова, а над ней то и дело мелькала мохнатая коричневая макушка.

Прыжок. Прыжок. Ещё прыжок! Суслик подпрыгивал раз за разом так отчаянно, как будто от этого зависела его жизнь. На самом деле наоборот: рискованным поведением он только увеличивал возможность смерти. Шуметь посреди поля для сусликов опасно. Но он всё равно силился прыгнуть высоко-высоко – может быть, даже выше головы.

– Ну здравствуй, – раздалось сзади.

Холодный пот прошиб Суслика, когда он услышал эти слова, сказанные жутким басом. Через целую вечность он осознал, что всё ещё стоит и в ужасе смотрит перед собой. Затем медленно обернулся.

Радостно-злой оскал, сверкание излучающих предвкушение глаз, блеск слюны на острых клыках. Аура опасности замораживала рискнувшие приблизиться души. Случилось неизбежное: за спиной Суслика стоял волк. Огромный, лохматый и наверняка злой от голода волчара. Прыгун, всецело отдавшийся своему занятию, не услышал, как подкрался грозный хищник.

Теперь все мысли Суслика заместила отчаянная паника. Он дал дёру. Огромными быстрыми прыжками и с громким писком понёсся он к норке. Не оборачивайся! Нет времени! Сердце бешено стучало: тук-тук-тук. Только бы спастись. Ну зачем он это сделал? Зачем он отбежал так далеко от дома?!

                                    * * *

Все обыкновенные суслики ложатся спать два раза в сутки: ночью, как почти всё живое, и днём, чтобы избежать палящей жары. Так повелось издавна.

Этот день семья сусликов проводила, как и всегда. Жизнь в природе однообразна. Время проходит в трудах и заботах. Утром суслики насобирали еды в защёчные мешки, сложили её в хранилище, а потом устроились поудобней в проходах норки и задремали. Под землёй было уютно и спокойно, идеальное место для сна. Никто не обратил внимания, что наш Суслик расположился ближе всех к выходу и при первой возможности выскользнул наружу.

Некоторое время спустя семейство разбудил оглушительный писк.

Да, этот день определённо был такой же, как обычно.

Перепуганный Суслик влетел в норку. Тяжело и шумно дыша, он наконец остановился и обессиленно рухнул: лапки его не держали. Сзади послышался шум, и только теперь Суслик оглянулся. Во вход норки просунулась жестокая когтистая лапа: волк в последний раз пытался зацепить жертву. Ещё какое-то время, к ужасу Суслика, он проталкивал её глубже, но ничего не добился, и вскоре послышались удаляющиеся шаги. Суслик облегчённо выдохнул.

Он посмотрел вглубь норки и увидел несколько пар сердитых глаз.

– Что это такое? – возмутился какой-то из его многочисленных родственников.

– Волк оказался здесь не случайно, он пришёл по твоему следу! – воскликнул другой. – И в следующий раз просто так не уйдёт!

– Скоро все будут знать, где норка. Они придут и начнут караулить нас. Как нам тогда выходить наружу? – испуганно спросила бабушка.

– Мама, снаружи страшно, – заплакала Малышка.

– Навлечёшь на нас беду, вот увидишь, – с укором пробормотала тётушка.

Все они говорили хором, шумели, возмущались, ругали Суслика на чём свет стоит. Ни у кого нет желания даже слушать такое, а уж быть мишенью и подавно не хочется. Суслик насупился и молчал: скажешь что-то – себе хуже сделаешь, а если не реагировать, то, может, затихнут.

Семья всё возмущалась и возмущалась. Им просто не понять! У любого суслика должно быть что-то важнее сна, еды и собирания припасов. То, что придаёт жизни смысл, костром согревает пустое существование. И Суслик нашёл это: он каждый день отбегал как можно дальше от норки и прыгал так высоко, как мог.

Хищники не заставляли себя ждать: Суслика запугали до смерти, несколько раз ранили, но, несмотря на боль и страх, он продолжал прыгать. Когда в детстве он отходил от норки не так далеко, родственники смотрели на его поведение сквозь пальцы; теперь же они возмущались с каждым днём всё громче. Суслик чувствовал себя неправильным, не таким, как все. Но коридор, по которому он совершал свой жизненный путь, был слишком узок и не давал свернуть в сторону. Захочет ли он однажды перестать прыгать? Нет, это невозможно. Даже подумать о таком – уже кощунство.

– Что ты молчишь, что ты молчишь?! Ты же ничего не осознал!

– Он не делает никаких выводов!

– Я, – сказал Суслик, – сделал выводы.

Он гордо поднял глаза вверх, потому что больше смотреть было некуда: стоять, потупившись, было унизительно, а глядеть разъярённой толпе родственников в глаза не хотелось. Повисла неловкая пауза.

– Я сделал выводы, – повторил Суслик. – Я понял, что вы любой ценой хотите навязать мне бесцельное существование, – сказал он и глубоко вздохнул.

Его голос был полон пафоса. Всем своим видом он показывал, как сильно разочарован. Рой голосов снова взвился, суслики перекрикивали друг друга в попытках образумить наглеца. Казалось, это никогда не прекратится, и прошло немало времени, прежде чем все успокоились. Наконец кто-то устало попросил:

– Объясни хоть, зачем ты это делаешь.

Впервые ему задали этот вопрос. Зачем? Суслик чуть не задохнулся от возмущения: они сомневались, что его дело имело смысл. Но отвечать у него не было желания.

– Что, нельзя просто хотеть прыгать? – медленно спросил Суслик. – Неужели мы должны быть скованы тем, как привыкли жить?

Родственники переглянулись.

– Но почему бы тебе не вырыть себе помещение под землёй и не прыгать там? – спросил кто-то. – Так будет безопасней, хищники тебя не съедят. Мы поможем рыть!

Все согласно закивали, но Суслик не спешил радоваться. Он даже начал распаляться.

– Мы что, заперты здесь, как в клетке? Кто сказал, что суслики должны прятаться всю жизнь, а на поверхность выходить лишь короткими вылазками? Что это за ограничение? Почему мы не можем почувствовать свободу, небо над головой? Давайте будем делать то, чего желает наша душа!

– Дурак, – ответили одни.

– Совсем ума лишился, – согласились другие.

Давно в сусликовой норке не было такого единодушия.

– А я знаю, почему он прыгает, – пропищал кто-то внизу.

Все уставились на Малышку, подавшую голос. Она улыбалась. Девочка так смутилась от внимания толпы, что закрыла лапками мордочку, но продолжила:

– Он сказал мне, что хочет увидеть, что за горизонтом!

Суслик покраснел весь до кончиков ушей. Его лапки сами собой сжались в кулаки.

– Это был секрет! – прокричал он. – А ты всем рассказала! Ах ты…

Малышка вздрогнула и заплакала.

– Извини…

Она явно пожалела, что проболталась.

– Не кричи на неё! – строго сказала тётушка и обняла девочку.

Суслики недоумевали.

– Что за горизонтом? Ясен пень, всё то же самое, что и у нас. Трава, зерно, волки, лисы, – озадаченно сказал дедушка.

– Ты когда-нибудь видел что-то другое?

– И наверняка там есть свои суслики, у которых свои норки.

– Может быть, у них шёрстка светлее. Или темнее.

– В любом случае ничего интересного там нет.

– Там всё то же самое, что и здесь.

– А вдруг там жизнь совсем другая? – спросил Суслик. – Вдруг там… лучше?

– Нигде не лучше, чем здесь и сейчас, – рассудительно сказала тётушка. – Вдали есть много чего удивительного. Ты можешь прийти туда и осесть, думая, что всё изменится. Но в итоге разочарованно будешь мечтать о месте за новым горизонтом, потому что не умеешь ценить то, что окружает тебя.

– Ну не можете вы, что ли, помечтать?! – воскликнул Суслик. – Ведь всё может сильно отличаться! Вдруг там… там вкусное зерно лежит кучами так, что не надо работать, и можно свободно ходить по лугам, не опасаясь хищников? Вдруг там волки – друзья сусликов?!

Несколько мгновений все молчали. Затем взрывом раздался дружный хохот. Родственники чуть не надорвались, такими смешными им показались слова Суслика.

– Волки – друзья сусликов! Скажешь тоже!

– Ой, умора!

– Что это за друг такой, который тебя вот-вот съест?

– Не везде же быть насилию! – возразил Суслик. – Где-то должно быть и добро! Я знаю, в душе никто не зол, и, если постараться, мы сможем дружить. Я никогда не видел, что там, за горизонтом, но говорят, мир широк. Наверняка и среди волков есть кто-то, кто думает, как я…

– Если среди них есть такой же дурак, как ты, то он всё равно ни на что дельное не способен.

– Ты же не думаешь дружить с зерном? А волки с нами должны?

– …Мы с этим волком сможем объединиться, когда найдём его за горизонтом! И вместе изменим мир! – попытался перекричать хор голосов Суслик.

На секунду все замолчали. Кто-то буркнул:

– Не надо нам таких друзей. Даже если они сами придут и извинятся.

– Вот что. Прекращай витать в облаках, – рассердился дядюшка. – Волки не друзья сусликов, чёрное не белое. Ты бы ещё сказал, за горизонтом можно бегать по воде и плавать по воздуху. Марш работать! Всё, на выход.

Он погнал всех наружу, и толпа засуетилась, стала настраиваться на кропотливый труд. Суслик один задумчиво стоял посреди норки. Пока его родственники проходили мимо, он размышлял о своём месте в этом мире, о несбыточной мечте заглянуть за горизонт и о том, почему его никто не понимает.

– А тебе что, особое приглашение надо?! – спросил дядюшка.

Мечтателю ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

                                    * * *

День был жарким и солнечным, и на некоторых растениях дозревало новое зерно.

– П-с-с, – раздалось откуда-то сбоку.

Суслик оглянулся. Из травы торчала мордочка Толстяка: пухлые щёки и двойной подбородок. Суслик на цыпочках подошёл к нему, стараясь издавать как можно меньше звуков, и прошептал:

– Чего тебе?

Толстяк был первым, кто заговорил с Сусликом после того, как его отчитало всё семейство, и интонация до сих пор была скована стыдом.

– Ш-ш-ш-ш! – раздалось сзади.

Это шипела из поросли тётушка. Она всегда наблюдала за работой семьи и после делала строгий выговор тем, кто отлынивал, поэтому Суслик тотчас продолжил собирать зерно. Спустя какое-то время они с Толстяком нашли место, где густо росла нетронутая пшеница. Они собирали её и переговаривались.

– Ты на них не это… не обижайся, – шептал Толстяк, – они тебе добра желают. Ведь больно смотреть.

– А мне больно смотреть на всё это, – сказал Суслик с отчаянием. – Сколько наших погибает ради только еды… а вот если бы был высший смысл!

– И ты продолжишь отбегать далеко от норки? – спросил Толстяк, внимательно глядя в спину Суслику. – Ты не боишься, что снова приведёшь волков?

– Нет, – покачал головой друг, – не боюсь.

Какое-то время они молчали. Толстяк мрачно поглядывал на Суслика, а тот как ни в чём не бывало занимался своим делом, потому что всегда мало разговаривал.

– Знаешь, – наконец сказал Толстяк, – а ведь ты прав. Может, и есть смысл заглянуть за горизонт.

– Правда? Ты так думаешь? – расцвёл Суслик.

– Да! Это чудесная идея. Может, действительно мы сможем всё улучшить. Перебежать туда небольшими группами.

Суслик обрадовался. Он впервые почувствовал, что его понимают.

– Но почему бы не сбегать один раз и не проверить, что там? Зачем обязательно прыгать?

Суслик опустил глаза.

– Я будто бы привязан верёвкой. Когда отбегаю далеко, она натягивается и не пускает меня, и я могу только прыгать на месте. С каждым разом получается всё дальше и дальше. Но я никак не могу увидеть…

– Ты должен попытаться. Взять себя в руки и бежать, бежать. Только сила воли и решимость, – бодро произнёс Толстяк. – Я тут подумал: а ведь за горизонтом даже можно увидеть место, где начинается радуга!

– Думаешь, у меня получится? – с надеждой поднял глаза Суслик. – Я уже пытался…

– Так попытайся ещё раз. Не сдавайся!

Суслик не почувствовал ничего странного в его голосе. Наоборот, слова Толстяка так его вдохновили, что он едва не бросился сразу бежать, но взглянул в сторону кустов, где сидела тётушка, и остановился.

Тут раздался громкий писк: караульные предупреждали, что близко лиса! Суслики бросились прочь. Их трясло от паники. Норка уже близко… Суслик прыгнул во вход первым. Он ведь натренировался постоянными вылазками. Напуганный Толстяк бежал позади всех. Он еле пропихнул жирные бока в норку и обессиленно упал.

– Я попытаюсь сегодня ночью, – пообещал ему запыхавшийся Суслик.

Друг мрачно посмотрел в его сторону. Грусть и торжество смешались в его взгляде. Суслик больше не приведёт к норке волков, и пусть винит в этом себя. В конце концов, Толстяк плохо бегал и был кандидатом номер один на выбывание. Он спасал свою жизнь.

                                    * * *

Наступила ночь. Поле погрузилось в призрачную тишину, только стрекотали кузнечики. Все, кто деятельно шуршал среди травы днём, уснули, а ночные хищники бродили кругами, злые, голодные.

Сначала Суслик устроился ближе других к выходу из норки, надеясь в этот-то раз уж точно преодолеть себя и узнать, что за горизонтом. Ему не терпелось исполнить мечту, которая после разговора с Толстяком даже показалась достижимой. Суслик знал, что проведёт эту ночь без сна. Быть может, он погибнет. Дело стоило риска. Казалось, сбежать ночью не так сложно, но дядюшка пинками заставил его перелезть в самый низ. Немного послушав его ворчание, Суслик притворился спящим и дождался, пока остальные заснут.

Он аккуратно перелез через лежащих на полу родственников, стараясь не задевать их и не шуметь. Всё получилось, но затем он увидел, что в узком лазе лежит бабушка. Она всегда отличалась неуживчивым характером и точно закричит, если Суслик её разбудит. Он постарался перебраться через неё.

– Кто это там толкается?! – пробурчала она во сне.

– Это я, – сказал напуганный Суслик тоненьким голосочком, подражая Малышке. – В туалет так хочется!

Бабушка, которая всегда любила Малышку, только поёрзала сквозь дрёму, что-то пробормотала недовольно, но не стала ругаться.

Суслик пополз вверх и выбежал на поверхность. Он стал свободен!

                                    * * *

Суслик мчался по полю. Он бежал так быстро, как мог, широкими прыжками догоняя горизонт. Когда чувства переполняют тебя, не думаешь, что вокруг поджидают хищники, что родные хватятся и будут переживать, что ноги уже не держат. Ты только бежишь, вкладывая все силы, но никак не можешь достигнуть цели.

Из-за темноты Суслик не видел ничего вокруг. Он боялся. Страх был сильнее из-за того, что приближался предел – точка, за которую он не мог выйти. Лапки отнимались, движения становились неуверенными. Суслик доковылял до предела… и пересёк его. Прошёл ещё несколько метров. Оглянулся и удивился тому, как это легко. Почувствовал себя всемогущим. Ему казалось, что теперь он сможет прибежать куда угодно.

Но быстро разуверился в этом. Опасность появилась внезапно, ведь он совсем о ней забыл.

– А-а, старый знакомый, – послышались издалека ехидные слова.

Блеснул знакомый оскал. Суслик задрожал. Он понял, что это конец. Впереди стоял волк, тот самый.

Волк медленно обошёл Суслика, облизываясь. Казалось, он уже воображал, как вонзит клыки в сочное мясо. Его походка говорила о том, что он прирождённый охотник: сильная, уверенная. А Суслик представлял собой жалкое зрелище: маленький, дрожащий.

– Ну, как тебе всё это? – спросил Волк. – Эта ситуация? Поле, ночь… и я?

Суслик судорожно вздохнул.

– Почему ты не убьёшь меня? – сказал он севшим голосом. – Почему тянешь?

– Я хочу немного поболтать, – осклабился Волк.

Суслик молчал. Палачу захотелось поиграть с жертвой, и эта жестокость только продлевала муку истошного желания жить. Надо было бежать, но куда? Вперёд, к горизонту, или обратно, к норке?

– Странный ты суслик, – сказал тем временем Волк, – бегаешь по полю, скачешь без страха. Совсем свою жизнь не ценишь? Зачем ты это делаешь?

– Я хочу узнать, что находится за горизонтом.

– А что там может быть? – озадаченно спросил Волк.

– Там, за горизонтом, настоящая жизнь! – выкрикнул Суслик. – Там – любовь и дружба, там все свободны, там волки – друзья сусликов!

– С чего ты взял?

– Я это просто знаю.

Волк лёг на траву и подпёр голову лапой. Какое-то время он размышлял, а затем оскалился и сказал:

– Да, всё именно так. Я был за горизонтом, там никому не нужно питаться, и поэтому волки – друзья сусликов.

Суслик не поверил своим ушам. Он ошарашенно улыбнулся:

– Как! Действительно?!

– Да, да! – осклабился Волк.

– Тогда почему же ты здесь один?

– За то, что я был там, вожак выгнал меня из стаи, потому что дружить с сусликами – противоестественно. Теперь я волк-одиночка. И мне совсем не с кем поговорить, разве что с тобой.

Голова Суслика шла кругом.

– То есть ты меня не убьёшь? – изумлённо спросил он.

– Да ну тебя, мяса с напёрсток, – вздохнул Волк.

Суслик осознал, что останется жив. Какая радость, какое облегчение! Смерть была так близко… Как же хорошо жить! Теперь, когда опасность миновала, Суслик ощутил острый интерес.

– Расскажи, как там живётся за горизонтом!

– Скоро сам всё увидишь.

– Пошли вместе! – предложил Суслик.

– Тебе будет обидно идти туда без сородичей, – сказал Волк. – Давай-ка приведи сюда остальных сусликов из своей норки, а я провожу вас до самого горизонта, чтоб уберечь от других хищников.

– Да разве ж они пойдут? Они никогда в меня не верили…

И всё же Суслик направился к норке, чтоб рассказать всем о чуде, которое с ним произошло. Он хотел попытаться. Они должны были узнать.

Но не прошло и пяти минут, как Суслик вернулся.

– Знаешь, наверное, нам лучше пойти вдвоём. Моя семья сразу увидит, что мы дружим, и поверит мне.

– Лучше, если ты приведёшь их сюда, – нетерпеливо сказал Волк.

– Или всё-таки пойдём одни? – задумался Суслик.

Необходимость снова говорить со всеми о горизонте пугала его. Эйфория закончилась так же резко, как и началась.

– Нет! – разозлился Волк. – Без твоей семьи мы никуда не уйдём!

Он грозно клацнул зубами, вызвав у Суслика панику. Бедняга замер на месте и не мог пошевелиться.

– Давай же, – поторопил Волк.

Волк своей злостью напомнил, что он хищник, и у Суслика закрались подозрения.

– Постой… если за горизонтом так хорошо, то почему ты до сих пор здесь? – спросил он.

Волк ухмыльнулся.

– Вижу, по-хорошему ты не хочешь, – протянул он, – а я-то думал, ты приведёшь их мне на обед…

Суслик почувствовал тревогу. Он понял, что происходит что-то не то. Ему всё казалось нереальным: когда Волк сказал про горизонт, мир вокруг походил на сказку, радостную, детскую; теперь же она обернулась кошмаром, подлостью, предательством.

– Ты убьёшь меня? – прошептал Суслик.

Он не верил во всё это.

Волк ничего не ответил. Он показал клыки и приготовился к прыжку.

Гнев охватил Суслика. Его колотило. Впервые он чувствовал такую ненависть. Лапки сжались в кулаки.

– Как ты посмел… Как ты посмел! – прокричал он.

Он не хотел больше бежать и не мог стоять на месте. Волк прыгнул, и вместе с ним прыгнул и Суслик. Каждый день выходил он в поле, каждый день скакал, пытаясь увидеть, что находится за горизонтом. Иногда он отчаивался, но всегда находил силы продолжать. И теперь Суслик прыгнул очень высоко, выше головы, выпустил когти и полоснул Волка по носу. В следующее мгновение его сокрушила могучая лапа.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.