Андрей Попов
Турецкий вал. 12. Контузия (фэнтези, хотя кто его знает)

Группа катастрофически не успевала до рассвета выйти к своим. Поиск – мероприятие мало предсказуемое. Вот и в этот раз все, вроде, прошло гладко: прошли нейтралку, просочились сквозь часовых и дозорных, ушли в тыл. Все без сучка и задоринки. Но взять языка не удалось. Постепенно накопилось отставание: там чуть-чуть, там чуток, здесь совсем немножко, и все. В шахматах это называется ЦЕЙТНОТ. Наступающий рассвет безжалостно растворял темноту… Оставалось одно – уйти дневать на нейтралку, чтобы ночью вернуться за языком. Что и было сделано. Недалеко от Турецкого вала забились в воронку, набросав сверху сухие кураи и перекати-поле. Командовал группой старшина Яковец, средних лет, крепыш с ворошиловскими усами. Он упал на плащ-палатку и уже сквозь сон, не поворачивая головы, процедил:

– Всем спать, Егоров бдить. Отползи от нас и смотри тихо, только наблюдай. Если чё, брось в нас патрон. Гляди, заснешь или засветишься, не дожидаясь немца, сам прибью.

    Солдаты, сбившись на дне, мгновенно заснули.

   Егоров чуть отполз от воронки, залег в старую стрелковую ячейку и осмотрелся.

– Неплохо залегли, – подумал солдат, – наблюдать нужно только слева, там где-то дорога, ну и с тыла. Вдруг немцы будут выходить к своим после поиска. Тоже, небось, рыщут ночами. Вперед можно не смотреть. Хоть и недалеко от немецкой траншеи, проходящей по гребню вала, склон очень крут, да и дно рва заросло молодой порослью ежевики и терна. Сами сунулись туда ночью, но через сплетение гибких ветвей и колючек тихо пройти там было просто невозможно.

– Эх, вздремнуть бы. Голова просто раскалывалась. Неделю назад группа, в которой был Егоров, попала под артиллерийский обстрел, и его слегка привалило взрывом. Пока пришел в себя, выполз из-под земли и продрал глаза, налет уже прошел. То, что его завалило, посчитали везеньем, ведь взрыв произошел буквально в нескольких метрах. Организм молодой – выдюжит. А голова болит? Ничего. Поболит и перестанет. Приговор военврача – легкая контузия.

     Темнота уже почти растворилась. С моря потянулся рваный туман. Тишина. Так тихо становится только перед самым восходом.

    Надо сказать, Егорова назначали в поиск не всегда. Был он снайпером, а в разведке с винтовкой не очень удобно. Но старшина иногда, в особых случаях, брал его с собой. Оставлял в стороне от группы наблюдать и, в случае чего, огнем уничтожать приближающегося противника издалека. Несколько раз этот прием спасал группу и обеспечивал успех. Стрелял Егоров очень быстро и метко, практически навскидку. Впечатление такое, что даже не глядел в оптический прицел. Хотя, надо сказать, над ним Егоров просто трясся. Снимал, прятал от дождя, протирал, постоянно что-то регулировал. Прицелом его наградили после того, как он из обычной винтовки за месяц нащелкал тринадцать немцев. Вот и сейчас, прикрывшись сухой травой, он, в ожидании рассвета, прилаживал на него собственное изобретение – трубку, сшитую из голенища сапога, чтобы линза не бликовала на солнце.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.