Марина Дамич
Босс, это мой фламинго!

Глава 1. Чижик vs Чижова

– Чижова! – вваливается в мой мини-кабинетик Макс Мудаков. Ой, то есть Муравлёв! В его руках очередные сто-пятьсот папок с важными отчетами, без которых строительная корпорация «Мейджик Перфоманс Девелопмент» обязательно пойдет ко дну.

Моей ошибкой было устраиваться младшим бухгалтером сюда. Всего-то позарилась на то, что меня пригласили на работу без опыта и даже выделили собственный кабинет.

– Чижик я! – огрызаюсь Муравлёву. – За полгода не можешь запомнить мою фамилию!

– У тебя критические дни? – ржет надо мной. Его пузо буквально колеблется от его бульканья. Пуговицы на рубашке держатся из последних сил.

Пожалуйста, пусть катастрофа случится не в моем присутствии! Моя нервная система и так держится на волоске. Я просто не вынесу эпичного зрелища в виде обнаженного живота Мудакова.

– У меня рабочий день заканчивается через пять минут. Я никакие отчеты больше не возьму! – ругаюсь на него и демонстративно встаю со стула.

– Босс сказал, что завтра должно быть все готово, потому что послезавтра у него отпуск. А я не могу. У меня кошка заболела. Ты ведь хочешь повышения! Я ему сказал уже, что ты сама вызвалась в этот проект и согласилась все разобрать после комментариев контрагентов в программе.

– Я не…

– Завтра у босса встреча с генеральным, Чижова! А вдруг понадобятся какие-нибудь бухгалтерские документы? Или посчитано все неправильно? Или оформлено? Штрафы кто платить будет?

Да плевать мне на штрафы! И на Мудакова! И на босса!

Хотя нет.

С нашим боссом шутки плохи.

Давыдов Владимир Сергеевич человек холодный и жесткий. Иногда мне кажется, что у него калькулятор в голове и полное отсутствие каких-либо эмоций. Говорят, что после его прихода в компанию бухгалтерия претерпела массовую зачистку. Тогда-то меня и взяли на работу. Вот только не пойму, как удается Муравлёву по-прежнему держаться на плаву? Я б на месте Давыдова его давно б уволила.

С Владимиром Сергеевичем я пересекаюсь лишь на редких общих совещаниях, но у меня свой непосредственный руководитель и, к несчастью, это Мудаков.

И вот последний хоть бы взял пример с босса! Тот ведь и выглядит, как полагается. Когда он заходит к нам на этаж, все девочки, как одна, начинают краснеть и смущаться. Даже Любовь Александровна, которой скоро стукнет шестьдесят, не знает куда глаза девать от такого властного и импозантного мужчины.

В общем да, вся бухгалтерия вздыхает по Давыдову, а его статус холостяка лишь прибавляет интриги.

Но мне повезло, что его чары не действуют на меня. Я ещё год назад вышла замуж за своего Никитку и очень счастлива.

Была.

В последнее время муж совсем ко мне охладел. Жалуется, что я не уделяю ему время, а иной раз сам пропадает в своих командировках.

Сегодня мы договорились, что он заедет за мной после работы.

И вот теперь вместо того, чтобы идти домой и спасать свой брак, мне придется разгребать кипу никому ненужных отчетов!

Дождавшись, когда Мудаков выйдет из моего кабинета, я звоню мужу.

– Да, – резко отвечает. Будто знает заранее, зачем я ему звоню.

– Никит, не нужно меня забирать. Буду поздно.

– И почему я не удивлен?

– Это в последний раз, клянусь. Я только сдам отчеты, – лепечу в трубку. Снимаю очки – глаза уже устали от монитора и тусклого света в моей каморке. Говорят, здесь раньше стоял уборочный инвентарь. Видимо, мне повезло, что ради меня подсобку превратили в кабинет.

– Ир, скажи честно. Ты спишь с этим своим Давыдовым?

– Что?! Ты спятил?! – я аж задыхаюсь от возмущения, не в силах двух слов связать.

– Тогда я не понимаю, что тебя там держит! – орет Никита.

– Как что? Ипотека наша! Есть хочется! И одеваться тоже! Давай я уволюсь – ты сможешь за это все платить сам?

Никита – менеджер в банке и зарабатывает неплохо. Вроде на повышение идет. Но его доходов недостаточно, чтобы мы спокойно жили в Москве. Ему самому, порой, денег не хватает и тогда он берет из общего бюджета. Но чаще у меня.

Если я уволюсь, у нас с финансами все будет очень плохо.

– Есть другая работа. Мне не нравится, что ты трешься рядом с Давыдовым и каждый раз задерживаешься, – продолжает ревновать Никита. Мне искренне непонятны его тупые намеки. Я все делаю – и на работе, и дома упахиваюсь до седьмого пота. Дома всегда чисто и есть еда. На работе все отчеты – мои. При этом я стараюсь держать себя в тонусе и слежу за собой. Необоснованные вспышки ревности меня ранят.

И ведь упрекает меня тот самый человек, который не позволил взять его фамилию. Причина проста – его мама против!

– Чем тебе Давыдов не угодил?

– Видел я его! Приезжал к нам в банк на конференцию! Тоже мне, важная птица! Не нравится он мне! – продолжает ругаться Никита. – Значит, так. Или ты увольняешься, или мы разводимся!

– Никит, давай я работу доделаю и дома поговорим. Думаю, я управлюсь за пару часов. Буду к девяти, – устало проговариваю, глядя на толстенные папки с отчетами. Понимаю, что раньше полуночи я не попаду домой. Но Никита будет вариться в своей обиде и просто перестанет со мной разговаривать.

Я устала.

Поэтому сбрасываю вызов, не в силах больше слушать обвинения в мою сторону.

Сквозь слезы открываю папку с отчетами и стараюсь переключить свои тяжелые мысли на работу. Как бы я не ворчала, мне нравится то, что я делаю. Я хорошо понимаю все свои задачи, легко нахожу ошибки и делаю правки. А еще я чувствую себя нужной, чего не происходит со мной дома. Меня, кажется, замечают, только когда еда не приготовлена или рубашка не поглажена.

Время за работой пролетает быстро. Я не замечаю ничего вокруг, погрузившись в цифры и отчетность.

– Чижова? Ты почему еще на работе? – слышу голос, от которого покрываюсь мурашками.

Глава 2. Чижик-чижик, где ты был?

От Давыдова у меня всегда душа в пятки уходят. Он же – топ-менеджер, за которым охотится вся Москва, и лишь ему и генеральному директору, Мещерскому, известны гонорары, за которые он согласился работать в его компании.

Легендарная личность. А сколько его интервью и статей я читала и смотрела! Мужик с мозгами и… честно говоря, первоклассной внешностью.

– Чижик, – робко блею я.

– В смысле? – непонимающе смотрит на меня. Давно без галстука, пиджак распахнут. Его поза расслаблена. Руки в карманах. И пара пуговиц рубашки расстегнута, обнажая мощное основание шеи.

– Моя фамилия – Чижик. А имя – Ирина Александровна, – уточняю. Может, мне повезет и меня начнут замечать как личность?

– Странно, Муравлёв представлял мне тебя, как Чижову, – он нервно смотрит на мои руки, под которыми лежит огромный отчет за первое полугодие. – Ты не ответила на мой вопрос.

– Вы же сами оставили мне эти отчеты и потребовали, чтобы завтра все было готово, – в сердцах восклицаю.

– Я поручил их Муравлёву лично, – Давыдов хмурится и мне совсем не нравится выражение его лица. Как будто я лично устроила спартанский бой за право ведения отчетов к завтрашнему дню. – И недели две назад.

– Каждый раз он приносит мне папки, я их проверяю, делаю пометки, исправляю и…

– В прошлый раз потерю в три миллиона ты нашла? – перебивает меня, подойдя вплотную к моему столу. Хотя и идти далеко не надо. Удивительно, как мы вообще здесь помещаемся.

– Д-да, – теряюсь я из-за его интонации. Наверное, я слишком сильно стараюсь. Может, он себе хотел эти деньги присвоить? А тут я…

– Ясно. Собирайся и иди домой. Завтра буду ждать тебя в своем кабинете ровно в девять. Не опаздывай. Вместе к Мещерскому пойдем, – раздает указание.

– Но мне надо доделать работу…

– Чижова! То есть… Чижик!

– Ирина Александровна я! – надуваюсь и снимаю очки, смело глядя в глаза Давыдову. А они у него серые, холодные и невероятно пронзительные. Сканер вместо зрачков! Видит меня насквозь!

– Хорошо, – сдается он. – Ирина Александровна, я не подписал твой сверхурочный пропуск для службы безопасности. Поэтому охрана все равно выгонит тебя домой.

– Муравлёв же обычно подписывает, – таращусь на него. Сам Давыдов за пропусками сотрудников следит?

– Он датой ошибся, и служба безопасности его не приняла. А поскольку я уходил позже, они попросили меня. И мне стало очень интересно, что делает младший бухгалтер на работе в восемь часов вечера, в то время как весь отдел уже отдыхает дома.

– Работаю, – продолжаю защищаться.

– Я вижу. Дома муж ждет? – он кивает на мое обручальное кольцо. – И как он относится к твоим постоянным задержкам?

– Лучше вам не знать, – не понимаю, почему он со мной на «ты», а я продолжаю «выкать». И зачем он лезет в мою личную жизнь?

– Ясно. Могу подвезти, – предлагает он. Наверняка от чистого сердца. Но меня контузит от такого предложения. Если Никита увидит, как я выхожу из машины босса, точно меня прихлопнет.

Но и тащиться на автобусе, а потом на метро – совсем нет желания.

– Наверное, мне лучше отказаться…

– Я настаиваю. Это ведь из-за меня ты задерживаешься каждый раз, пусть я об этом и не знал, – его тон не терпит никаких возражений. Я сдаюсь.

– Можно хотя бы до метро?

– Давай до пересадки? – торгуется еще со мной. Но не улыбается. Из-за его серьезного вида я совершенно не понимаю, шутит он или нет.

– Хорошо, – наконец, соглашаюсь.

Босс терпеливо ждет, пока я соберу вещи, выключу компьютер и аккуратно составлю папки. Ему словно нравится наблюдать за мной. Или он ищет, за что меня можно наказать или уволить?

Но как истинный джентльмен открывает передо мной двери и пропускает в лифт первой.

В его дорогущей машине я совсем теряюсь.

Он тоже особо не разговорчив. Едет уверенно, минуя вечерние пробки.

Всю дорогу стараюсь не тащиться от запаха его парфюма. И уж, тем более, не пялиться на этого красивого чертягу, каждый раз напоминая себе, что я замужем.

Вот только, кажется, мужу я не нужна.

Наконец, когда подъезжаем к нужной мне станции метро, нарушает молчание:

– Ирина, завтра жду в девять. Мне нужно, чтобы ты была на совещании. Ты лучше объяснишь Мещерскому, как ты нашла три миллиона. Думаю, что пропали со счетов куда большие суммы. Главное, выявить того, кто этим занимается и через каких контрагентов.

Владимир Сергеевич говорит очень серьезно. Но его тембр все равно пробуждает во мне странные чувства.

Попрощавшись с Давыдовым и поблагодарив его за то, что подвез меня, спускаюсь в метро и звоню мужу.

Телефон выключен. Обиделся. Не хочет со мной разговаривать.

Ладно. Благодаря боссу, я сдержу обещание и вернусь домой к девяти, даже раньше. Вот Никитка обрадуется!

По пути забегаю в магазин за вкусным тортом. Никита сладкоежка. И точно простит меня за чашкой чая с «Прагой».

Его машина припаркована у дома. Супер. Значит, не поехал к маме жаловаться на меня. Ждет меня.

Я улыбаюсь и чувствую, как трепыхается сердце. Давыдов узнал, что я проделываю большую часть работы Муравлёва. Может, меня даже повысят? Хотелось бы! Ну, или премию хотя бы. Или отпуск, чтобы мы с Никиткой в Турцию, наконец, выбрались!

Открываю дверь ключами – не хочу беспокоить Никиту звонком. Вдруг он за компьютером и играет в свою любимую онлайн-игру с друзьями?

Но игра какая-то странная. Музыка довольно громко играет и… стоны женские.

– Ах! Да! Вот так! Мой герой! – доносится до меня.

Он что, сменил стрелялки на контент для взрослых?

Вот, что с мужчиной делает отсутствие женщины. Бедняга, стресс снимает.

– Никита, да! Да! ДААА!

Нет, стоп.

Погодите.

Это не игра.

Захожу в нашу спальню и роняю торт на пол. К счастью, упаковка крепко перевязана лентами, и он не разваливается на части.

В отличие от меня и моего сердца.

На нашей супружеской кровати верхом на моем муже очень резво скачет длинноволосая и грудастая брюнетка.

– Яна, ты супер! Дикая киска моя! – кряхтит Никита под брюнеткой.

Трудяги, даже свет не выключили, охваченные страстью. А может, так задумано?

Ноги меня едва держат. Я не отдаю себе отчета в своих действиях. Паника переходит в агрессию. Я поднимаю торт с пола и бросаю его в сладострастную физиономию предателя!

Глава 3. Шоколадно-бисквитное несчастье

– Ай! Никита! Что происходит? – орет, как недорезанная, Яна. Потому что я попала «случайно» в нее.

– Ира?! – наконец-то замечает меня мой муж-ревнивец.

– Какой же ты козел! – ору на него. – С Давыдовым я сплю, да? Мерзавец!

В спальне ничего подходящего для расправы нет. Зато в гостиной стоит его новенький Плейстейшн, на котором он играет в футбол вместе с друзьями. Я фурией несусь туда и вырываю приставку с тумбы вместе с проводами.

Никита бежит за мной без трусов, вызывая у меня полное отвращение.

– Ириш, не смей! – орет, но уже поздно.

Я открываю окно и отправляю любимую игрушку мужа в экстремальное путешествие. Да. Прямо на асфальт. Туда ее!

– Я тебе не Ириш! Я тебе никто! – в истерике заявляю. Он хватает меня за плечи, но я бью его по физиономии. В ужасе понимаю, что в открытое окно вслед за приставкой могу отправиться и я.

– Иришка, ты все не так подумала! И ты сама виновата! Сколько можно мужа своего динамить! И на работе допоздна торчать? – заходит он с козырей, тряся меня.

Я с трудом вырываюсь и бегу от него прочь, но натыкаюсь на его любовницу.

Дешевая вся, надутая, с некрасивыми и выцветшими татуировками на теле.

– И ты променял меня на это? – в слезах спрашиваю у мужа, заглушая рвущуюся из груди боль.

– Иришка, я…

– А это не та Яна, с которой ты в командировки ездил? – рычу на мужа, обернувшись к нему. – Подлец! – бью его сумкой, а затем цепляюсь за волосы Яны.

Никита с трудом меня отнимает от своей любовницы, открывает дверь и буквально выкидывает меня из квартиры в подъезд.

– Успокоишься – придешь! – шипит на меня.

– И торт свой забери! – бросает в меня тортом Яна.

Несчастная «Прага» сейчас больше похожа на фирменный торт от Иришки Чижик – «Развалины брака». Я сижу в обнимку с ним возле лифта и реву.

Хорошо сумка со мной.

Достаю телефон. Кому звонить? Маме? И чем она мне из Казани поможет? Только расстрою ее. Хотя можно взять билет и уехать к ней. Паспорт у меня с собой.

Нет, не вариант. Нужно вначале вещи из квартиры забрать. А это только завтра, когда мужа-козла дома не будет. Если он их не выкинет, конечно.

Листаю последние входящие вызовы на дисплее. Кроме мужа у меня значится Катя Калинина. Наш офис-менеджер. Фея порядка и кофе.

Она много раз приглашала меня посидеть с ней где-нибудь в кафе. Мы на работе очень хорошо общаемся. А кроме нее, кажется, у меня и подруг нет в Москве. Как-то после учебы разбежались.

Звонить не решаюсь. Пишу сообщение с вопросом, можно ли к приехать к ней. С ночевкой. Катя почти сразу скидывает свой адрес с приписочкой: «Жду. Какие напитки будешь?». Пишу, что мне без разницы и вызываю такси, тоскливо бросая взгляд на дверь своей квартиры.

Если Никита думает, что я буду унижаться, устраивая концерты для соседей, то сильно ошибается.

Наконец-то у меня в голове все становится на свои места.

Я впервые честно смотрю на свой брак и козла, за которого я имела несчастье выйти замуж.

Он обвинял меня в измене, потому что сам ходил налево.

Сколько раз его любовница бывала в нашей кровати?

Сердце рвется, но я стараюсь дышать и не реветь.

Слезы будут позже, на кухне у Кати дома.

Выходя из подъезда, я с особым удовольствием оцениваю осколки от приставки, россыпью валяющиеся на влажном после дождя асфальте. Даже пятого этажа хватило, чтобы причинить вред бывшему. Пусть только попробует тронуть мои вещи!

Передо мной останавливается машина такси. Мне везет, что не приходится ждать. Плевать, сколько это будет стоить. Сегодня у меня душевная травма и первый день холостяцкой жизни.

– Такой красивый девушка! И такой грустный! – нарушает мою угрюмую задумчивость таксист. – Сейчас Фируз включит тебе красивый музыку!

Это все моя расплата за эконом.

Но водитель забавный и так искренне улыбается, что я невольно улыбаюсь в ответ и киваю. Он кажется вежливым и добрым. Не могу ему отказать.

Зря.

Всю дорогу до Катиного дома я слушаю весь репертуар про расставания, про силу женского духа, а также про красивые глаза, ну и про то что мой бывший, кем бы он ни был, меня недостоин.

Миксер мне в уши!

И слёзы эти тупые! Закончатся они когда-нибудь?

Ненавижу!

Уже у дома Кати я выхожу из машины, стараясь не хлопать дверью, а то вдруг водитель обидится?

Когда поднимаюсь в лифте на Катин десятый этаж, приходит оповещение в приложении такси с просьбой поставить оценку водителю. Мне, конечно, хочется высказать все, что я думаю. Но ведь я сама могла попросить его выключить музыку и не разговаривать со мной. Так что это нечестно. Человек старался. Поэтому ставлю пять звезд.

– Вот когда надо, в лифтах связи нет. Когда не надо – ставьте оценочку в приложении, – ворчу я, выходя на площадку.

Катя меня уже ждет, открыв нараспашку дверь своей квартиры.

– Чижик, привет! Что это у тебя за жертва атомной бомбежки в руках? – с сомнением смотрит на пластиковую упаковку, оказавшуюся крепче моего брака. А внутри – то, что от меня осталось. И от торта, конечно же. Такого же цвета и консистенции. Шоколадно-бисквитное несчастье

– Это торт «Развалины брака». Патентуем технологию производства, название и открываем бизнес, чтобы больше никогда не зависеть от этих долбанных мужиков! – выдаю пафосную тираду, но стоит Кате меня приобнять, как я начинаю позорно рыдать в голос. Пижамная футболка подруги тут же насквозь промокает.

– Пойдем, стартаперша. Я картошку с мясом пожарила и бутерброды с икрой сделала. Там еще холодное игристое нас ждет в холодильнике.

– Ты же знаешь, я не пью, – вздыхаю, но искренне считаю Катюху моим благословением.

– Судя по твоему виду и названию торта, у тебя форс-мажор, – тонко отмечает подруга и заталкивает меня в квартиру.

Глава 4. Поверь в мечту

– Тебе нужно научиться отстаивать личные границы! – заявляет Катька, выслушав все мои страдания Ярославны и жалобы от Мудакова и таксиста до собственного мужа.

Ну, а игристое проклятое делает свое дело.

Развод на госуслугах в один клик!

А дальше?

Дикие танцы на кухне.

И снова мои страдания:

– Все время работаю и работаю, – шмыгаю носом после рыданий. – А я так хочу на море! Ни разу там не была!

– Шутишь? У вас не было свадебного путешествия?

– Как же! Было! На дачу к его матери в Подмосковье! – вздыхаю. – В качестве бесплатной рабочей силы.

– Жуть!

– Знаешь, мы ведь с мамой одни. Денег едва хватало всегда. Не до морей было. Мне вообще безумно повезло, что я поступила в университет в Москве на бюджет, да еще и с общежитием!

– Что-то пошло не так и ты встретила своего козла, – понимающе кивает Катька и икает. – Слушай. Знаешь что!

– Что?

– А давай ты завтра на море и поедешь!

– В Сочи очень дорого в сезон, – сопротивляюсь, хотя идея мне очень нравится. Но ехать одной дикарем на отдых «Де Ля Бомж» мне не улыбается. – И завтра я работаю. Давыдов лично просил, чтобы я рассказала о делах Мещерскому.

– Да ладно? – Катька смотрит на время в телефоне. Час ночи. Еще есть время, чтобы поспать. – И ты опять ставишь свои интересы последними в приоритете! Теперь еще и Давыдов у тебя добавляется в список манипуляторов?

– Он не… – я хочу выступить в защиту босса, потому что он, на самом деле, очень даже внимательный и милый. Ну, как, чуть милее тигра, но так, в целом, мне он ничего плохого не сделал.

– Он – да! И еще какой – да! Но пусть побегает за тобой. А то – явись в девять утра без опозданий. Да щас! – выдает нелепицу Катя. Я аж покрываюсь холодным потом, стоит представить, как я динамлю босса.

– Но мне не…

– У меня есть один знакомый хирург! Мигом тебе больничный оформим!

– Что?!

– Ничего. Давай смотреть, – она свайпает телефон и заходит в браузер. Вводит в поиск: «Горящие туры в Турцию завтра».

– Тормози, Катюх! У меня загранника нет!

– Как это нет? Я сама тебе оформляла его! Забыла, что в марте Давыдов организовал стажировку в Черногории?

– Но я же не поехала, – опять на слезы пробивает, потому что я не поехала из-за Никиты. Ему аппендицит вырезали, и я за ним ухаживала дома и готовила для него диетическую еду. А все потому что он сказал со страдальческим выражением лица: «Езжай, это твой шанс. Не переживай за меня. Я позвоню маме, она приедет и поухаживает за мной».

Со свекровью у меня крайне плохие отношения. И если бы я променяла его любимого Никиточку на Черногорию и Давыдова, меня бы смешали с грязью, из которой я бы долго еще не выбралась.

С тоской отбираю ложкой смешанную консистенцию «Праги», до которой мы, наконец, добрались с Катюхой. Не думала, что после расставания так тянет на еду!

Черт, лучше бы в марте вручила своего муженька свекрови. И Давыдов, и Черногория – нечто прекрасное. Эх…

– Ах, да, лечила мамкиного пирожка, точно. Но это неважно. Загранник-то все равно оформлен. Лежит у меня в сейфе на работе. Так что все схвачено.

Не хочу знать, почему загранпаспорт так и не дошел в мои руки.

Больше меня беспокоит действия, которые совершают ловкие наманикюренные пальчики Кати.

– О! Акция! Гляди! – радостно кричит Катя.

– Но…

– Давай! Исполни свою мечту! У тебя как раз завтра зарплата!

А дальше все, как в тумане.

Катя находит данные моего загранника в своей корпоративной электронной почте, которую настроили ей на смартфоне айтишники..

Вжух-вжух! И я обладательница нулевого баланса на зарплатной карте и дешевого супер-горящего тура в Аланью. Вылет в субботу в семь утра.

– Номер с видом на море! Первая линия! Иришка, я тебе завидую! – поднимает за меня тост Катя.

Не понимаю, как я на это все подписываюсь? Но дело сделано. И мы запиваем игристым и повторяем в голос весь репертуар таксиста Фируза.

Когда мой будильник орет в шестой раз я, наконец, размыкаю глаза. Долго соображаю где я, кто я и почему так адски болит голова.

– Все, подруга, я побежала. Тебя будила – бесполезно, – кричит уже на пороге Катя. – Ключи здесь, на комоде. Вечером поболтаем!

– Стой! – на меня волной накатывают воспоминания о дурацком вечере и неадекватной ночи. И о путевке в Турцию. – Я сейчас. Вызовем такси!

– Лучше не надо. Звони Давыдову. Скажи, что заболела. Пробьем тебе больничный. Все! Чао!

И эта фурия убегает, захлопнув за собой входную дверь.

Почему мне так плохо, а она – ничего, держится бодрячком?

– Какая же жесть! – хриплю я. Что бы я еще раз выпила? Да никогда! Вот всегда избегала этого дела, а тут форс-мажор и расстройства… но это не выход! Я сама себя осуждаю!

Спина затекла. Я, оказывается, проспала всю ночь на неразложенном диване в гостиной. Точно, это единственная горизонтальная поверхность, кроме пола, куда я смогла дойти. А Катя подложила мне под голову подушку и укрыла легким пледом.

Внезапные вертолёты в моей голове и подступающая к горлу тошнота, вынуждают меня соскочить с дивана и добежать до туалета.

Чуть позже, когда я уже опустошила свой желудок и охладилась под душем, возвращаюсь в гостиную к своему телефону. Катя успела аккуратно сложить мою одежду и выделить мне спортивные штаны и футболку для дома.

Фух! Святая женщина!

Почти. Если не считать игристого!

Кое-как, пошатываясь, собравшись с силами, начинаю отстаивать собственные границы.

То есть звоню Давыдову. Время 8-45, пора бы уже сообщить боссу, что меня не будет на работе.

– Слушаю, – сразу отвечает на звонок, как только я нажимаю иконку вызова у его имени в записной книжке телефона.

– Владимир Сергеевич, – бубню в трубку невнятно. – Это Ирина Чижик.

– Чижик?

Ох, едва ли он знает и помнит меня. Вон, напрягает извилины.

– Младший бух…

– Ты серьезно? Деменцией не страдаю.

– Просто вы это… так спросили… как будто…

– Я так спросил, потому что это не твой голос! – рявкает на меня сурово. А я еще больше мямлить начинаю что-то нечленораздельное. – Только не говори, что ты заболела!

– Ангина, – хриплю, надеясь, что Катькин хирург в больничном листе сможет написать тонзиллэктомию.

– Температура высокая? Давай вызову врача?

– Спсипа, – шепчу, волнуясь. Что это за забота такая внезапная? – Я уже вызвала врача.

– Ирина, не переживай ни о чем. Я перенесу встречу с Мещерским на следующую пятницу. Как раз вернусь в Москву к этому времени.

О, боже! Мой босс – святой человек! Пусть все невзгоды обходят его стороной!

– Хорошо. Я передам отделу кадров номер больничного, – клянусь, скрестив пальцы и зажмурившись.

– Не нужно. Не открывай больничный, иначе в зарплате потеряешь. Я отпускаю тебя с сохранением отпускных дней и зарплаты. Как только почувствуешь себя лучше, выходи.

– Владимир Сергеевич, вы самый лучший! – в сердцах едва не признаюсь ему в любви. И стараюсь заставить свою совесть заткнуться. Он заботится обо мне, а я его обманываю! Гореть мне в аду!

С другой стороны, должен же хоть кто-то из мужчин немного поддержать меня после всех несчастий, что они мне причинили?

– Чижик, таких сотрудников я только рад поощрить. Выздоравливай! Если что-то нужно будет, пиши. На звонок могу не ответить.

– Хорошего отдыха, Владимир Сергеевич!

Искренне желаю ему, от чего мой голос прорезается и становится прежним.

– И тебе скорейшего выздоровления!

Быстро сбрасываю вызов, чтобы он не успел ничего сообразить.

Так, теперь надо как-то попробовать с совестью договориться.

Глава 5. Ну ты и терпила, Чижик!

С совестью можно не договариваться, когда у тебя есть такая подруга, как Катя Калинина.

Она отпросилась с работы уже к обеду, чтобы приехать и накормить меня куриным бульоном с лапшой – пищей богов, на самом деле!

Я знаю, где она его купила. Мы с ней частенько после работы захаживали в кафешку с узбекской кухней, когда только-только устроились на работу. А по счастливой случайности – мы попали в компанию «Мэйджик Перфоманс Девелопмент» практически в одно время. Но последние три месяца я головы не поднимаю из-за завала на работе и времени на посиделки у меня не осталось.

Тут даже муж не выдержал, нашел себе Янку-губошлепку.

Но суп – это лишь тактический ход для успокоения моей души. Потому что сразу после него мы отправляемся в крестовый поход за моими вещами.

Замки Никита еще не успел сменить. А может и не думал даже.

Я надеюсь, что он, в отличие от меня, не стал брать больничный и сейчас на работе. Сталкиваться с ним нет совершенно никакого желания.

На этот случай у Кати есть план Б – то есть она сама. Она уж точно не даст мне развесить уши, если Никита будет искать способ примириться.

Но то, что нас ожидает за дверью – гораздо хуже.

В нашей квартире, да-да, в семейном гнездышке, в котором мы планировали будущую жизнь, расхаживает в моем же шелковом халате та самая Яна!

– Так, тихо! Команды «фас» не было, – отталкивает меня за спину Катька ровно в тот момент, когда я хочу выдернуть все нарощенные блестящие патлы этой ш… женщины с низкой социальной ответственностью!

– Пусти! Я ее в окно выкину! – рвусь, но откуда в Катюхе, которая на голову ниже меня, столько силы?

– Чижик! Я тебя сейчас выгоню! – рявкает на меня и я тут же успокаиваюсь. Просто мысленно желаю этой дряни все самое гадкое в наилучшем виде.

– Проваливайте, давайте! Или я позвоню Никите и…

– Или я позвоню в полицию, покажу свою прописку, а ты пойдешь на хрен! – обрываю ее. Что там про отстаивание личных границ? Сейчас я ей покажу границы! Мужа моего увела? Квартиру не получит!

Янка закатывает глаза недовольно и освобождает нам путь к моему шкафу.

– Давай, просто заберешь вещи и завтра спокойно полетишь в свой шикарный отпуск, – просит меня Катя. – А потом уже этой даме с низкой социальной ответственностью волосы и оторвешь. Договорились?

Яна уши свои развешивает и внимательно слушает. А Катюха специально это все говорит.

– Приедешь отдохнувшая, загоревшая, а тебя Давыдов будет ждать! Красота! Еще и повышение получишь! Я-то знаю! – елейно восторгается Катя, пока я кидаю все свои летние вещи в мой старенький чемодан, с которым я еще с Казани в Москву приехала шесть лет назад.

– Катя, у меня раздельного купальника нет. Только вот этот, – демонстрирую единственный цельный купальник, который я приобрела, чтобы ходить в бассейн. Но до него я, естественно, так и не дошла. Когда бы? Тренировок три раза в неделю на групповых занятиях мне выше крыши. И то не успеваю.

– В Турции купишь! – весело машет рукой Катя.

Благодаря ее поддержке и остротам, мне удается легко собрать чемодан. Беру еще свою спортивную сумку, закидываю в нее косметику, фен и прочие штучки и желаю удачи Яне. Нет, я-то конечно желаю ей заразиться ротавирусом где-нибудь за городом и гораздо более красочно. Прошу сильно не обустраиваться, потому что на развод я подала и намерена разделить имущество пополам с законным мужем.

Когда мы уходим, Яна молча провожает нас тяжелым взглядом, красная от злости. Уф! Пусть радуется, что мне завтра лететь на шикарный отдых! Иначе точно шевелюру бы ей проредила.

– Вот же дрянь! – в сердцах возмущается Катя уже в такси. – Ну ты и терпила, Чижик! Не жалко свою квартиру оставлять этим двоим? Может, надо было бывшего с этой Яной выгнать?

– У меня нет сил на сопротивление, Катя, – я откидываюсь на заднем сиденье и закрываю глаза. Голова гудит после ночного веселья и унизительной встречи с любовницей мужа. – Я слишком сильно устала. От работы, от своего неудавшегося брака, от… знаешь, мне как будто не двадцать пять, а сорок пять. Уже пожила, все повидала, мужик находит другую, и я на все машу рукой.

– Но тебе двадцать шесть. И я уверена, ты всех мужиков в Турции с ума сведешь!

– Боюсь, мне сейчас не до новых отношений, – качаю головой, пытаясь побороть в себе истерику и слезы.

– Ой, да прям! А когда будет до них? В старости? Знаешь, просто твой муж-пиявка все соки из тебя выжал. Сейчас съездишь в отпуск, наберешься сил и вот увидишь, как твои любовные чакры заново откроются.

Не знаю, как Катя это делает, но я снова улыбаюсь.

Эх, а что если пока я была замужем за козлом-изменщиком, возле меня находилась моя судьба? А я, храня верность, упорно не замечала широкий разворот плеч, внимательный взгляд и даже элементарную заботу.

Интересно, я нравлюсь Давыдову также, как он мне?

Что? Черт-черт! Выкинь эту идиотскую мысль из головы! Немедленно!

Краснею перед подругой, боясь, что она умеет читать мои мысли.

– О ком это ты там думаешь, Чижик? – ехидно спрашивает Катя, а я молюсь, чтобы таксист ехал как можно быстрее.

– Знаешь, я, оказывается, сама невольно подтолкнула Никиту к измене, – приходит ко мне другая мысль.

– О, нет! Начинается, – закатывает глаза Катя. – Если ты начнешь про прощение предателя, я тебя сама лично стукну чем-нибудь тяжелым.

– Что? Нет! Фу! – морщусь я. – Я к тому, что я не люблю Никиту и хотела развестись с ним еще сразу после нашего «медового» месяца.

– Да ну?

– Да! Но все думала, что стерпится, знаешь ли, слюбится. Зачем же я замуж тогда за него выходила?

– Была дурой? – совершенно правильно предполагает моя подруга.

– Была дурой, – соглашаюсь с ней я. – И терпела вот это и терпела. Может, и на работе задерживалась, чтобы домой не идти.

– Да, я вижу, как тебе жаль, что ты подала на развод, – тыкает меня локтем в бок Катя.

– Но все же я ожидала хотя бы минимального уважения. Знаешь, из разряда – Ирин, я тебя больше не люблю, давай разведемся. Мне нравится другая женщина.

– Ой! Придумала! А кто ему кушать будет готовить? Стирать? Убирать? Сопельки подтирать? Янка что ли? Ты ее видела? Я уверена, она даже не в курсе, с какой стороны микроволновка открывается.

Смеюсь, как недорезанная чайка, пугая водителя. Бедняга, сейчас от волнения свернет с пути навигатора и привезет нас прямиком в психушку.

Одно радует, что мне хватает оптимизма, чтобы сохранить бодрость и пережить развод.

Глава 6. Помечтать-то можно?

– Катя-я-я-а, – рыдаю я несколькими часами позже в жилетку подруги. Мы снова на кухне и снова пьем. На этот раз чай в прикуску с меренговым рулетом с манго. – Скажи, ну что, неужели я выгляжу хуже? Или жена плохая? Почему он меня променял на нее?

– Потому что он козел, а ты королева! И хватит рыдать уже! Будет в твоей жизни нормальный мужик!

– Мы же с ним с первого курса! Он мой первый и единственный, понимаешь?

– Понимаю, что его мамаша сбагрила Дёмина тебе. А он нашёл в твоем лице новую мамочку. Думаешь, у него с Янкой серьезно все? Он через недели две к тебе приползёт и на коленях будет умолять вернуться.

– Я не хочу этого. Я хочу забыть этого козла. Он мне не интересен как мужчина. Я не помню, когда у нас был секс, если хочешь знать! – продолжаю себя закапывать. – Три месяца или полгода назад?

– Кошмар! При живом муже ходить неудовлетворённой! – хватается за голову Катя. – Три месяца!

– Неудовлетворённой хожу я дольше, – вздыхаю. Мне не нравится Никита, как мужчина. Вернее, мне и сравнить-то не с кем. Он у меня первый, а я оказалась верной, но все так плохо, что я в итоге сама начала избегать отношений с ним.

Конечно, как мужчина он почувствовал холод и отстраненность. Только вот ничего с этим не сделал. Пошел легким путем. Нашел другую женщину. А мне даже на день рождения подарок и цветы на подарил. Сказал, что потом как-нибудь.

Это «потом» теперь никогда не наступит!

– Ну и зачем тогда страдать? Найдешь кого-нибудь получше! – предрекает Катя.

– А сама-то! Почему одна? – перевожу тему на нее, но Катя загадочно улыбается и выдает:

– Давыдов, когда узнал, что я поехала тебя кормить и лечить, очень запереживал! Спрашивал, как ты себя чувствуешь, а заодно поинтересовался, почему муж лечением не занимается.

– Нет! Только не говори, что ты рассказала…

– Я рассказала всему офису, что ты разводишься. И Иришка Чижик теперь в нашем царстве айтишников невеста номер два. На первом месте я, – хохочет Катя. – Я шучу! – она поднимает руки в сдающемся жесте, оценив мой тяжелый взгляд. – Только Давыдову сказала, что все несчастья на тебя обрушились одним разом.

– Ему это было вовсе не обязательно знать, – бубню. Об этом точно знает весь офис. Разве можно скрыть что-то от бухгалтерии? Разговор с Давыдовым мог подслушать кто угодно.

– Ох, это ты зря. Мужик запал на тебя. Точно тебе говорю! Аж мельком улыбнулся, когда я про твой развод сказала.

– Нет, Катя! Я, конечно, от Давыдова в полном восторге, как и все остальные сотрудницы бухгалтерии. И если бы ты спросила, хотела бы я, чтобы за мной ухаживал такой мужчина – конечно да! Но…

– Но? – подталкивает меня продолжать Катя.

– Но я ему нужна лишь как эффективный сотрудник. Он переживает за меня, потому что я, как оказалось, владею важной информацией и с моей помощью он быстрее во всем разберется, – выдаю, как на духу. Потому что это правда. Зачем Давыдову какая-то Иришка Чижик? Вон, какая-нибудь богемная фифа ему больше подойдет.

– Не-а! Почему же он улыбался? Твой развод, можно сказать, его сильно воодушевил!

– Конечно! Теперь я могу работать каждый день до полуночи! Никто дома меня не ждет! – продолжаю отсекать безумное предположение Кати.

– Ты просто не хочешь быть счастливой и не борешься за себя и свои желания! Если нравится мужик – надо брать! – подкалывает меня Катя и трясет своей гривой цвета горького шоколада.

Но все намеки и мои вопросы по поводу ее личной жизни Катя по-прежнему не замечает. Интересно…

И в кого же влюблена наша Катя? Наверняка Мистер Икс работает вместе с нами. Вот и скрывает. Может, уже встречается с ним? Втайне? Или…

– Ладно, сдаюсь, Давыдов мне нравится. Но я не могу думать об отношениях, понимаешь? Я только вчера заявление на развод подала! – приходится объяснять очевидные вещи.

– А когда у тебя были отношения? – фыркает Катька. – Если ты даже последний секс вспомнить не можешь? Детка, может ты и не поняла еще, но со своим утырком ты развелась уже давно. Просто зачем-то работала прислугой и поваром, а еще спала с ним на одной кровати, но и то, кажется, не каждый день.

Как же она права.

Я ведь и не знаю, что такое свидания, или предчувствие чего-то волшебного. Потому что когда мы начали встречаться с Дёминым, я была поглощена учебой. А тут вроде как есть появился парень. С виду хороший и заботливый. Потом жить вместе начали. И вроде бы нас друг в друге все устраивало. Почти. Мы совсем не заметили, что мы всего лишь друзья и сожители, но никак не любовники.

А как это, когда от чувств перехватывает дыхание? И пульс учащается? Или вот молчишь, а слов и не нужно? Я же столько книг про любовь читала, пытаясь взрастить в себе это, но…

– Значит, так. Турки будут от тебя в восторге. Они красавчики и подхалимы. Даже не вздумай улыбаться им и соглашаться на свидания! Не заигрывай, ясно?

– Наверное, – я немного теряюсь из-за жестких инструкций Кати.

– Они либо женатые, либо несерьезные. Нам такого не надо, понятно?

– Да, товарищ командир, – уже не могу сдержать улыбку и смех.

– Общайся с теми, кто из наших мест. Но! Это курорт. Просто улыбки, флирт, чтобы почувствовать себя красивой богиней. Ничего больше! – продолжает наставлять меня Катюха.

– А если я увижу там свою судьбу и любовь? – шучу, смеясь.

– Тогда, Чижик, учись бороться за свое счастье, но при этом сохраняй личные границы, – машет мне пальцем.

– Бороться за свои границы и отстаивать счастье. Поняла, – киваю, повторяю как мантру. Но разве может человек измениться за один отпуск?

Что ж, попробуем.

– А теперь спать! – разгоняет наши веселые посиделки Катя. – На самолет вставать через три часа!

Сегодня я засыпаю, представив, как соблазняю Давыдова на морском побережье, а потом возвращаюсь в Москву победительницей. Напрягаюсь из-за своих мыслей, но тут же успокаиваюсь. Никто в мои фантазии не проникнет. Да и не бывать этому никогда. Но помечтать-то можно!

Глава 7. Чижик, мы все уронили!

– ЧИЖИИИИИК! – нечеловеческий ор моей Кати заставляет подорваться с места. Похлеще любой сирены! В тот момент, когда она влетает в гостиную ко мне, я уже стою по стойке смирно и жду предвестников апокалипсиса.

– МЫ ПРОСПАЛИ, ЧИЖИИИК! – истерит Катька.

Я тут же нахожу свой телефон. Выключен! Черт! Не включается! Батарейка села и я не заметила? Да что ж такое?

– Сколько времени? – с ноткой бешенства спрашиваю у Кати. Чемодан и сумку я собрала до наших посиделок. И регистрацию платную прошла заранее. Это я молодец. Знала, что вселенная снова выкинет мне очередное испытание. Я теперь адепт стратегии – быть готовой ко всему. Ну и миссия у меня – отстаивать счастье и бороться за личные границы.

– Пять утра! – Катька убегает на кухню, видимо, собирается запихать в меня какой-нибудь завтрак.

Я быстро ставлю телефон на зарядку.

Душ я принимала с вечера. Правда, на голове кавардак. Да пофиг вообще! Даже не расчесываюсь.

Влезаю в спортивные штаны Катьки, которые стали мне, как родные и ее же растянутую футболку и толстовку. Вон и коленки вытянуты под мои ноги! Я просто кинозвезда!

Проверив в сумке документы, наушники, провод от телефона, я перекидываю ее через плечо. Вообще-то я планировала надеть эстетичное платьишко в цветочек и босоножки, а остальную одежду запихала в чемодан. Но за окном льет дождь, да и мне предстоит забег по терминалу аэропорта. Спортивный костюм и мои старенькие кроссовки идеально подходят для этого мероприятия.

Телефон, к счастью, включается. Вызываю такси. Мне везёт. Ожидание восемь минут. Супер просто!

Я за эти дни вывалила на такси свой недельный бюджет на питание. Одно радует, что в турции меня ждет трансфер и питание по типу «все включено».

Моя задача основная – валяться креветкой у моря.

Если успею на посадку, конечно.

Затягиваю запутанные волосы в подобие какого-то узла.

– Мать! Ты что? В таком виде поедешь? – хватается за сердце Катька вручая мне бутерброд с колбасой и горячий чай. – Ты так олигарха никогда не встретишь!

– По закону подлости именно в таком виде я как раз встречу всех самых красивых и богатых мужиков! И олигархов, и кинозвезд, и, конечно же, спортсменов! – но я не договариваю, что главное – я не встречу Давыдова. Потому что после вчерашнего разговора с Катькой и моего яркого ночного воображения, до меня постепенно доходит, что он мне очень нравится.

Я все равно никогда не буду с ним. Во-первых, у такого мужчины наверняка кто-то есть. Во-вторых, он – мой босс. А это табу. Ладно бы руководителем у юристов, например, был. Но не в моем же департаменте?

– Чижик! Ты жевать будешь? Или так и будешь спать с бутербродом во рту? – тормошит меня Катька.

Из гостиной доносится звук уведомления приложения такси. Чуть телефон не забыла! Запиваю бутерброд чаем. Из-за того что тороплюсь, чай проливается мне на футболку и толстовку.

Катька и правда смотрит на меня так, будто впервые видит.

Ну, конечно! Иришка Чижик обычно славится порядком в делах, на столе и в одежде. Я всегда опрятно выгляжу – прическа, макияж, каблуки и юбка-карандаш с неизменной белой рубашкой или блузкой. Сегодня же я создаю впечатление бомжа со стажем.

– Пуфкаюфь во фсе тяфкие! – прожевывая бутерброд, с полным ртом объясняю подруге.

– Я в шоке, Ира!

– Иришка Чижик идет в бой! Постерегись! Я на такси опаздываю! – проглотив еду и запив остатками чай, я закидываю в сумку заряженный на пять процентов телефон и выхожу с чемоданом в коридор.

– Паспорт и загранпаспорт взяла? – беспокоится Катя. Не удивлюсь, если она уже ругает себя за авантюру с моим «больничным».

– КАНЕШНА! – тащу свой чемоданище, у которого одно колесо почему-то не хочет крутиться.

– Подожди! Я помогу тебе! – Катя снимает с крючка в прихожей свой длинный тренч и надевает его поверх пижамы, обувается в драные резиновые кроксы, и помогает мне вытащить через порог мой чемоданище.

Нет, он не то чтобы большой. Просто какой-то неповоротливый и неудобный.

– Надо было тебе мой чемодан взять! Почему не сказала? – кряхтит Катька.

– Я и так у тебя поселилась в наглую, еще и одежду забрала, – отвечаю, когда мы забираемся в лифт.

– На дорожку посидеть забыли! – стучит себя по лбу Катя.

– То есть ты считаешь, что это самое страшное, что могло произойти? – хихикаю. Катя подхватывает. И мы, глядя друг на друга, не можем остановить свой хохот до самого выхода из подъезда, едва не порвав животы.

На улице я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть номер машины. Вроде совпадает с заказом.

– Линзы не надела! И очки не взяла! – доходит до меня. Стучу себя по лбу.

– Давай сгоняю быстренько? – предлагает Катя.

– Некогда! – машу рукой и мы подгребаем с чемоданом к машине. Но с таксистом в этот раз повезло. Он помогает мне засунуть чемодан в багажник.

Обнимаю Катьку на прощание.

– Как в самолет сядешь, напиши! А то знаю я тебя! – просит подруга.

– Хорошо, – снова не могу сдержать смех. Кажется, у меня истерика.

– И как приземлишься – тоже! И видеозвонок с рум туром! Я же тебе лучший отель нашла! Слюни пускаю на него! – Катя усаживает меня в машину. – Я оформляла как-то Давыдову поездку туда.

– Когда? – мой голос понижается. Катя захлопывает за мной дверь, а водитель начинает движение. Я опускаю стекло и высовываю голову. – КАТЯ!! ТОЛЬКО НЕ ГОВОРИ…

– Целую, мая харррошая, – со смешным акцентом прощается подруга и отправляет мне воздушный поцелуй. – Не забывай про счастье и личные границы!

Я приеду и такой рум тур ей устрою! Мало не покажется!

Глава 8. Братец по несчастью

Проверки гибкости моих личных границ начинаются уже сразу в аэропорту.

Симпатичная дамочка у стойки регистрации в упор отказывается принимать у меня багаж, потому что он якобы не был оплачен. Но я точно знаю, что его оплачивала. И более того, даже замеряла чемодан вместе с Катей, чтобы уж точно соответствовать стандартам авиакомпании.

Сзади меня ворчит мужик, что я долго копаюсь и надо отойти, чтобы другим не мешать.

Но мои нервы на пределе.

Раньше бы я отошла, поплакала бы и что-нибудь придумала.

Сейчас же я набираю воздух в легкие и громко, на весь зал, требую:

– ПОЗОВИТЕ АДМИНИСТРАТОРА!

Милая стерва, которая игнорировала возможность перепроверить информацию и не захотела смотреть – оплачен у меня багаж или нет, перестает улыбаться. А рядом с ней вырастает фигура импозантного мужчины, с легкой сединой в густой шевелюре и шикарной белоснежной улыбкой.

Моментально обращаю внимание на его руки – не женат.

Ну, и конечно же, почему бы и не предстать перед симпатягой в образе бомжа? Так и знала, что именно все так и будет. Но!

Чижик, это твой выбор! И ты такая, какая ты есть. Все!

Администратор, или как называются представители авиакомпаний – я летала очень редко в своей жизни, тут же извиняется за недоразумение и находит оплаченную квитанцию для моего багажа.

Я кладу чемодан на взвешивание, чуть не умерев от тяжести. А мужик, ворчащий позади, мог бы и помочь! Облегчение приносит то, что чемодан не превышает. Его обклеивают какими-то стикерами и перенаправляют на багажную прямиком к погрузке на борт самолета. Все, свободна от своего громоздкого товарища.

Я мило прощаюсь с администратором, а вот стерве показываю язык, не удержавшись.

Я молодец!

В самолете я успеваю только написать смс Катюхе, и телефон вновь выключается.

Честно говоря, меня хоть и толкает крупногабаритный дядечка локтями, и ребенок пинает спинку кресла, я нахожусь в полном спокойствии и испытываю то самое предвкушение. Когда мы взлетаем над дождевыми тучами Москвы, я смотрю на яркое солнышко и улыбаюсь ему – скоро я наконец-то увижу морюшко!

– Девушка, я просто много кушаю и спортом занимаюсь. Если вы хотите поспать или вам неудобно, толкайте меня смелее, – предлагает бородатый рыжий добряк. То, что он рыжий, как и я – особенно мне импонирует.

Мы весело болтаем практически весь полет, мешая спать всем вокруг шутками и смехом.

– Меня Мирослав зовут, – представляется мне рыжий медведь. Не иначе. Я до этого дня никогда не видела таких громил вживую. – Я в командировку лечу. Из Шереметьево сегодня закрыли все вылеты, так я помчался во Внуково и вот, теперь лечу эконом-классом. А тут конечно кресла мало подходят для моих габаритов. Так еще и бизнес-класса нет. Одно радует, что путешествую в компании очаровательной дамочки.

– И билеты на наш рейс оставались? – удивляюсь я.

– Ага. Последний урвал. Я везунчик. Если мне надо куда-то успеть, я всегда успею. Нет – до Сочи бы полетел, а там на корабле…

Смеюсь от его непосредственности.

– А как тебя зовут, сестра по несчастью?

– Ирина. А почему по несчастью?

– Потому что рыжая! – хохочет громила, сотрясая пространство вокруг себя. Но нам, удивительно, никто не делает замечания. Даже ребенок перестает кресло пинать.

В ходе веселой непринужденной беседы я узнаю, что Мирослав отправляется в тот же отель, что и я. Оказывается, именно в нем проходит какая-то недельная бизнес-конференция.

Кто ж работает летом? Я думала, это удел таких как я, а оказывается, руководство наше тоже… хотя, кто ж откажется в таких условиях в командировки летать?

– У меня крупный айти-проект для финансистов. И если его не представлю, весь следующий год буду без контрактов. Оно мне надо? – хмыкает Мирослав. – Оно мне не надо. Так что приходится зажимать в тесноте самолета девушку. А у тебя, я смотрю, тоже утро веселое было?

– Лучшее за последние лет пять, – смеюсь. – Наконец-то море увижу.

– Никогда не была? Даже в Анапе в детстве?

– Не-а! – качаю головой.

– Вот это улет! Завидую тебе, Иринка! Все в первый раз! Предупреждаю – море соленое.

И сколько лет я ограждала себя от забавных и легких людей, связавшись с Никитой и погрузившись в работу? Я не знала, что еще существуют такие интересные личности как Катя и вот, пожалуйста, Мирослав!

А я, к слову, потрясающе выгляжу! В кавычках. И там конференция в отеле? То есть… как там? Мужицкий дождь?

Надо было надевать летнее платьишко. Но уже все. Буду покорять всех своей харизмой.

Главное добраться до трансфера, а оттуда мухой в номер и буду приводить себя в порядок.

Перед посадкой Мирослав вдруг предлагает обменяться номерами телефонов и сходить как-нибудь поужинать вечерком.

Я диктую ему свой номер, пока он набирает его на смартфоне, а его номер записываю на салфетке под диктовку. Мирослав явно впечатлен моей «высокой» самоорганизованностью.

– Вообще я не такая. У меня всегда все схвачено, – оправдываюсь. – Просто сложный период в жизни.

– Понимаю, – улыбаясь, отвечает Мирослав. Едва ли он мне верит.

Но контакт с Мирославом нужен на всякий случай. Вдруг проблемки будут? Или еще что-нибудь произойдет? Должен быть земляк знакомый в государстве заграничном.

– О, гляди, море! – показывает мне Мирослав на иллюминатор, а я от восторга не могу найти слов. Мы снижаемся прямо над синей гладью воды, на которой мерцают солнечные блики! Еще чуть-чуть и мы нырнем туда всем самолетом. Но капитан воздушного судна очень ловко лавирует в воздушном потоке.

Спустя время шасси касаются земли. И вот мы на чужой земле с оглохшими ушами и ватными от долгого сидения ногами. Я не могу сдержать улыбку. Радуюсь, как ребенок! Пусть я останусь здесь всего на пять дней. Но это будут МОИ пять дней!

Глава 9. Мужицкий дождь и 33 несчастья

По прилету Мирослав после прохождения таможенного контроля, забирает свой дорогой чемодан с багажной ленты и заодно вытаскивает моего боевого товарища с хромым колесом.

– Ирин, поехали со мной? – он мило улыбается и слегка стесняется. Мне приходится задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза.

Вот чувствую с его стороны какой-то интерес. Но у меня внутри после Никиты глухо все. Нет отклика.

Да и дело даже не в Никите. Потому что будь на месте Мирослава некий Владимир, то я вряд ли бы отказалась.

Понимаю, что легкая дружеская беседа и знакомство могут повернуть совсем не туда. То есть, с моей стороны вряд ли будут какие-то знаки, а вот этот веселый мужчина точно может воспринять мои шутки и беседу за флирт. И даже больше.

– Спасибо тебе огромное за предложение, но мне нужно попасть на свой трансфер. Вдруг меня будут искать. Не хочу создавать проблем для туроператора, – нахожу наилепейшую отмазку, но, вроде бы, она срабатывает.

– Ну, мое дело предложить! – с виду Мирослав не обижается и помогает пройти к выходу из аэропорта. Мне так стыдно за свой хромоногий чемодан, но этот рыжий братец-амбал катит его с невероятной легкостью. Как будто с колесами все в порядке. Может, Мирослав и в подмышке может его нести незаметно? Запросто!

Анталья встречает нас непривычной после московских холодов жарой. Я в своем хлопковом спортивном костюме начинаю неистово потеть. Да что ж за день такой?

При этом Мирославу тоже эта жара явно радости не приносит – заметно по его увлажненному лбу.

– Точно не поедешь со мной? – дает последний шанс передумать.

Я гордо машу головой.

– Точно не поеду.

– Ну, увидимся. Звони, если что-то понадобится, – подмигивает мне на прощание Мирослав.

И в этот момент перед ним останавливается блестящий черный «Мерседес». Комфортабельный. Красивый. С кондиционером.

Из него выходит водитель и открывает заднюю пассажирскую дверь перед Мирославом. Затем кладет чемодан в багажник и уезжает с неположенного для долгой стоянки места.

Я машу на прощание Мирославу. Не очень искренне, конечно, но радуюсь за него. Пора бы и мне свой трансфер найти. Плетусь в сторону платной парковки. Замечаю неподалеку женщину с табличкой с названием отеля. К счастью, говорит на русском.

– Вас в трансфере нет, – сверяется со списками гостей у себя в телефоне сопровождающая.

У меня выключен телефон. Вся информация там. Ничего проверить и доказать не могу.

Какое-то смутное сомнение охватывает меня по поводу моего путешествия. Надо было ехать с Мирославом.

Когда все, кто тоже должен отдыхать в этом отеле, заполняют свои места в пассажирском микроавтобусе, гид в последний раз сверяется со списком.

– Ладно, если вы точно в нашем отеле забронировали номер, то садитесь. Разберемся позже.

Я от всей души благодарю гида. Водитель помогает затолкать мой чемодан в багажный отсек микроавтобуса. Ругается на турецком.

– Согласна с вами! В обратный путь куплю новый чемодан! – поддакиваю ему. Наконец я сажусь в микроавтобус и рукавом толстовки вытираю пот со лба.

Толстовка серая и мгновенно темнеет в мокрых местах, образуя пятна.

Водитель вроде бы даже включает кондиционер. Но поскольку я зашла последняя, место у меня тоже не самое приятное. И холод кондиционера до меня просто не добирается.

– А можно убавить кондиционер? – просит женщина лет шестидесяти, но с ухоженным лицом и соломенной шляпкой на голове. Она загорелая и выглядит так, будто уже месяц торчит на курорте, а не только что прилетела.

Я молюсь, чтобы кто-то из других пассажиров заступился за холодок в салоне, но, вопреки моим ожиданиям, дамочку поддерживают.

А мне, безбилетному зайцу, голосовать не положено.

Но несмотря на жару и стекающий по всему моему телу пот, я не могу оторваться от вида за окном. Пальмы! Я вижу настоящие живые пальмы! Небо синее-синее! Цвета воспринимаются намного ярче. Люди самые разные, как и машины. Но чувствуется повсюду некая расслабленность и неспешность. Нет ауры стресса и вечной гонки, как в Москве.

Другие пассажиры довольно равнодушно едут, болтают о чем-то между собой. Кто-то в телефоне сидит. Они больше похожи на обычных людей в московском транспорте. Будто видят такое каждый день. Или, может, это я дикая? Перед нами вырисовывается морской берег, и потрясающие, сверкающие зеленью горы. От этого всего у меня захватывает дух! Я в первый раз заграницей! Неужели я и правда сделала это? Отправилась в отпуск на море!

Наконец, когда нас привозят ко входу в шикарный и ультрасовременный отель, я пытаюсь не открывать сильно рот от удивления. Пять звезд! С ума сойти! Вот это мне везет!

Я вываливаюсь из микроавтобуса последняя. Мою одежду можно уже выжимать. Иду в отель вслед за гидом и другими туристами. Мой чемодан катится из последних сил и издает душераздирающие звуки. А в холле с прекрасной акустикой он тарабанит по мраморному полу и создает особую какофонию звуков. Все вокруг оборачиваются на меня.

Мужчины… как их много! Все в деловых костюмах, кто-то стоит, кто-то сидит в лобби отеля. Все о чем-то совещаются. Я слышу разные языки. Русский, английский, французский, арабский, немецкий – и это только те, которые я могу отличить на слух. О чем они говорят? Говорили, то есть. Пока мой чемодан-страдалец не создает мне конфузную ситуацию и не заставляет всех замолчать.

Я боюсь представить, что у меня на голове. Мой костюм выглядит так, будто я не из Москвы прилетела, а в помойке весь день ковырялась. Пот ручьем бежит по спине, груди и… как же это отвратительно!

А вокруг столько мужиков! Симпатичные бизнесмены, владельцы компаний или топ-менеджеры. Насчет симпатичных я, конечно, не уверена. Мое зрение без очков и линз весьма расплывчатое. Но будем думать, что мужчины, атаковавшие своим присутствием лобби – настоящие симпатяги. И все – все до единого, смотрят на меня. Надо будет Катьке рассказать лайфхак, каким способом можно привлечь к себе внимание. Вдруг ей тоже надо?

Под пристальным и молчаливым наблюдением бизнесменов я все же дохожу до ресепшена. Молодой парень меня мило встречает и даже говорит на русском, пусть и с небольшим акцентом. Это супер. Потому что английский – не самая сильная часть моего резюме.

Я отдаю ему загранпаспорт. Он что-то клацает на своем компьютере и с печальным выражением лица сообщает:

– Вы не бронировали номер.

– Но как же так? – я начинаю закипать. – Проверьте еще раз!

– Я проверил. Может, вы перепутали отель?

– А у вас можно зарядить телефон? – я уже на грани истерики.

– Да, в лобби.

Черт! Делать нечего. Иду со своим скрипучим другом к последнему свободному месту на кресле неподалеку от ресепшена. Но стоит мне до него дойти, как его занимает девчонка лет десяти и зависает в своем телефоне.

Ладно. Боремся за себя, Иришка, боремся.

Иду к дивану подальше, на котором сидят двое мужчин в пиджаках и галстуках. Один интеллигентного вида в очках, другой суровый с темным взглядом и черной бородой. На английском общаются. Мне ужасно неловко, и я даже на своем кривом английском произношу: «Сорри», намекая им подвинуться. Удивительно, но они мне улыбаются в ответ и о чем-то спрашивают. Я вовремя замечаю в журнальном столике перед диванчиком разъемы для зарядки телефона. Просто счастье же! Показываю пальцем на это чудо техники и, вытащив провод из сумочки, ставлю на зарядку свой смартфон.

Я паркую чемодан слева от себя, но случайно наезжаю на чью-то ногу.

Слышу ворчание и стараюсь на агрессию ответить ослепительной улыбкой. Черт, а я зубы сегодня чистила?

Перестаю улыбаться. Сейчас все подумают, что у меня припадок. Или нервный тик. Так, мне надо зарядить телефон и попасть к себе в номер. Не думай больше ни о чем, Чижик! С королевской осанкой я присаживаюсь на краешек дивана и, держа телефон, молюсь, чтобы эта скотина быстрее включилась.

Руки трясутся очень подозрительно. Я вообще переживала так в последний раз на ЕГЭ. Или нет. Когда познакомилась со своей свекровью. О-о-о, как вспомню, так вздрогну.

Телефон, видимо, быстрее заряжается, получив нервный импульс при воспоминании о свекрови. Он, включаясь, издает громкий звук. Ну да, еще слишком мало людей на меня посмотрели. Нужно больше внимания.

Наконец, моя почта прогружается и я открываю бронирование.

Да, верно на ресепшене мне сказали – Ирина Чижик не бронировала отель. Это сделала Катя от лица «Мейджик Перфоманс Девелопмент». Но проживать должна я. Больше не могу сидеть. Спотыкаясь о чьи-то ноги в итальянских туфлях, бегу к ресепшену и протягиваю информацию о бронировании.

– Вам нужно было сразу назвать компанию и сказать, что вы участник бизнес-форума, – подсказывает мне улыбчивый администратор.

– Это так важно? – допытываюсь до правды. А то если Катя это провернула за счет компании, то меня ждет поездка в места не столь отдаленные.

– Конечно! У нас отдельный список для въезжающих и мы предупреждали об этом всех, кто бронировал отель, – объясняет администратор. – У нас особые условия для корпоративных клиентов.

Вот оно что! Спасибо Кате за сообразительность! И поэтому и местечко для меня нашлось в сезон за день до прилета, и скидочка была хорошей. Надеюсь, нас с Катей не уволят за превышение полномочий.

– Оу, ясно! – напускаю на себя равнодушие, когда к стойке ресепшена подходит невероятно ухоженная и шикарная блондинка с фигурой 90-60-90. На ней элегантный белый костюм с цветком на груди, наверное, от какого-нибудь дорогущего французского бренда.

Нет, мужицкий дождь в таком убогом виде я еще могу пережить. Но красотку и львицу? Это нокдаун!

– Вы извините за переполох. Мой секретарь вечно все путает, – делаю взмах ладонью. – Это мой третий перелет за неделю. Уже просто ничего не успеваю.

– Сейчас мы отнесем ваш чемодан в номер, а хостес проводит вас и все расскажет, – объявляет администратор конец моим мучениям и позору. – Надеюсь, у нас вам понравится и вы успеете отдохнуть.

Я же надеюсь лишь смыться отсюда как можно скорее, принять душ и вприпрыжку побежать на пляж! И хорошо, если со мной ничего не случится по дороге!

Глава 10. Владимир

– Владимир Сергеевич, как вы думаете, новое программное обеспечение действительно упрощает работу и сокращает расходы, как обещает Мирослав Соловьев? – интересуется у меня представитель одного из подрядчиков нашей компании.

Мы сидим в лобби отеля, ожидая, когда нас пригласят в конференц-зал

Я приехал сюда вовсе не для поисков новых программ. Этот бизнес-форум должен расширить наши связи и поддержать имидж компании «Мейджик Перфоманс Девелопмент», как надежной, устойчивой и инновационной.

Пообщаться, поддержать связи, в общем, банально просадить время. В целом я очень даже рад этой командировке. Помимо работы планирую неплохо отдохнуть и расслабиться.

Однако на встречу приехали и наши крупнейшие конкуренты, а также представительница серьезной аудиторской компании «Макаров и партнеры», услуги которой можно приобрести лишь заблаговременно и по особой договоренности.

А аудит нам нужен. Знаю, что никто лучше них не справится с теми задачами, которые не терпят отлагательств.

Да, Ирина Чижик нашла очень важную зацепку. Но она всего лишь младший сотрудник. Ей еще нужно набраться опыта. Ее работа лишь помогла бы убедить Мещерского открыть карман пошире и нанять сторонний аудит.

При мыслях об Ирине меня охватывают странные чувства. Уже много месяцев наблюдаю за ней, стараясь не акцентировать внимание. Но невольно подмечаю карандаш в волосах, когда она забывает заколку, и как поправляет кончиком пальцев свои забавные очки в черной оправе. Она больше похожа на сексуальную и горячую ненастоящую учительницу, нежели на бухгалтера… Стоп, Давыдов, ты обалдел?

Похоже, на меня жара влияет так.

И буйная посетительница у ресепшена с шумным чемоданом чем-то Ирину напоминает. Цветом волос, наверное. Потому что, в отличие от этой дамочки, Ирина очень опрятная, строгая. Мало улыбается и слишком много работает.

Черт, что за муж у нее такой? Не может семью прокормить и поэтому жена гнется под тоннами отчетов, задерживаясь едва ли не каждый день.

Хотя, если верить Катерине, то Ирина приняла решение развестись. То есть преграды в виде мужа больше нет.

– Владимир Сергеевич, вы согласны со мной? – допытывается до меня финансист подрядчика, Антон.

Нудный человек.

– Ага, – криво улыбаюсь. Я потягиваю кофе по-турецки, наслаждаясь горьким и терпким первоклассным вкусом, но безумная рыжая посетительница проезжается чемоданом по моим ногам.

– Что же за проклятье такое? – ворчу на нее, но она даже не извиняется, а тараном прет на свободное место. Лицо так и не могу разглядеть – диван, на который она садится, стоит спинкой к нам. Вижу только рыжие запутанные волосы на затылке и изящную шею нахалки. И правда, чем-то Ирину напоминает.

Я изо всех сил пытаюсь вникнуть в разговор с Антоном, как снова какой-то грохот со стороны безумной рыжей.

– А вот и Руденко Элеонора Витольдовна, – толкает меня локтем Антон. Смотрит на эту женщину и слюни пускает. Его абсолютно не смущает, что она замужем и старше него лет на пятнадцать.

Я бы, наоборот, предпочел быть от нее как можно дальше. Но у нее муж влиятельный чиновник, а сама она как раз представляет «Макарова и партнеров». Очень не хочется проблем для Мещерского. Ну и все же я не теряю надежды на сотрудничество.

Поэтому приходится улыбаться Элеоноре Витольдовне и ждать, когда она обратит на нас с Антоном внимание. Если она это сделает, нужно будет подойти к ней и сопроводить ее в конференц-зал. А потом она, как пиявка, прицепится ко мне и до самого ужина не отпустит. А я бы хотел провести этот вечер уединенно. Мне в Москве хватает шума и постоянного общения с людьми, что полностью противоречит моей натуре.

Безумная рыжая, наконец, уходит, оставляя вместо себя какую-то пустоту и тишину. Она создавала прекрасную суету, а еще загораживала меня от Элеоноры Витольдовны.

– Володенька! – машет она мне рукой с ресепшена.

Крашеная блондинка сорока пяти лет, пережившая немало пластических операций и уколов красоты. Лицо безупречно накрашено. Белые фарфоровые зубы ярко выделяются на фоне загорелой кожи. Пиджак с огромным цветком надела без рубашки, яро демонстрируя чудеса хирургии вместо груди.

Совершенно не мой типаж. И возраст.

Мне нравятся ухоженные женщины. Но в последнее время тащусь от естественности, как у Ирины.

У нее все в порядке и без пластики. Ох уж эта ее юбка-карандаш, обтягивающая первоклассную…

Нет, Давыдов, ты точно офигел.

Ничего не могу с собой поделать. И так стараюсь держаться подальше от младшего бухгалтера. Даже самый дальний офис ей выделил и напрямую почти никогда не взаимодействую.

Но в четверг, когда подвозил ее, боролся с собой неистово. Кричал себе – нельзя, забудь, она замужем.

Молчал, как идиот. Реально себя в пубертате вновь почувствовал, когда не знаешь о чем поговорить с девушкой. Надеюсь, что за эти выходные она поправит здоровье и немного придет в себя. Завтра попробую поменять билеты и вернуться домой пораньше.

Может, ей помощь какая-нибудь нужна или лекарства…

Да-а-а, Вован, хорошенько тебя Иринка зацепила. Но ведь… Что я о ней знаю? Только то, что она потрясающе красива? Ну, еще очень вежливая и добрая. Ни в какие скандалы и сплетни не лезет. Очень правильная. Скромная. Отзывчивая. Никогда не лжет. Очень честная. Редкий экземпляр.

– Володенька, ты какой-то задумчивый. Не заболел ли, случаем? – подхватывает меня под локоть Элеонора Витольдовна.

Заболел, кажется. И очень серьезно. Вопрос, есть ли от этого лекарство? Будет ли прехорошенькая младшая сотрудница благосклонна к своему боссу? Капец, какая же идиотская ситуация. Я думаю о своей подчиненной, как о женщине и ничего не могу с собой поделать. Впрочем, нужно для начала пригласить ее на свидание. Чем и планирую заняться по прилету в Москву.

Глава 11. Это мой босс! То есть фламинго!

Феноменально!

По дороге в номер со мной ничего не приключается!

Пока мы поднимаемся на лифте на восьмой этаж, где располагается мой номер, очаровательная девушка, хостес, рассказывает мне об условиях проживания и питания, предоставляемого отелем. В мои приобретенные услуги входит завтрак, обед и ужин – то есть от лишних затрат я уже избавлена.

Когда хостес открывает мне номер и демонстрирует его, я стараюсь рот сильно открытым не держать. Подумаешь, ничего особенного. Я же важная шишка – на конференцию прибыла.

Но лишь хостес прощается со мной и уходит из номера, я прыгаю и хлопаю в ладоши, как сумасшедшая.

Вид – шикарный. И у меня есть балкон с раздвижной дверью, которая автоматически выключает кондиционер, если ее открываешь.

На балконе стоят два плетеных кресла и столик. Сразу присаживаюсь, потому что ноги от неописуемой красоты меня не держат. Внизу под моим балконом расстилается комплекс для отдыхающих с несколькими бассейнами, в том числе и для детей, баром в воде, баром на суше, аниматорами, лежаками – все, как с картинки, которую я когда-то себе клеила в дневник желаний будучи еще студенткой. На лежаках красивые полотенца с логотипом отеля, а на них отдыхают гости. Раскрытые пляжные зонты, защищающие от солнца, придают этому местечку особый шарм и настроение.

Поднимаю взгляд выше и… дух захватывает от бескрайнего моря! Даже до отеля доносится шум мощных волн. А слева от отеля вдоль побережья возвышается цепь изумрудных гор.

Нет, никакая картинка не сравнится с тем, что я вижу своими собственными глазами.

Зажмуриваюсь. Может, я до сих пор в Москве и это просто сон?

Распахиваю глаза.

Я здесь. В плетеном кресле. На побережье Средиземного моря. Любуюсь великолепным видом.

Я, Иришка Чижик, наконец, сделала это – отправилась в путешествие!

Быстро принимаю душ, распаковываю чемодан и развешиваю вещи. Не люблю беспорядок. Он выматывает меня. Даже падая от усталости, я всегда делаю пространство вокруг себя чистым и опрятным. Сейчас же я двигаюсь на адреналине. Неважно, что я не спала, и дорога была непростой. Куда важнее побежать сейчас и окунуться в сказочное море, о котором раньше я только слышала.

Обстановка в номере тоже шикарная. Кровать очень удобная. Так и манит отдохнуть и поспать. Но, нет, я не упущу ни одной минутки своего драгоценного «больничного».

Я оставляю свой несчастный телефон на зарядке в номере. Отправляю Кате смску. Хочется позвонить и разузнать про ситуацию с Давыдовым, но еще больше мне не терпится отправиться гулять.

Сразу надеваю купальник на себя. Жаль, что нет раздельного. Ну, ничего. Сейчас и этот подойдет.

Смотрю на себя в зеркале – бледная кожа, грудь вываливается из декольте – кажется, купальник мне маловат. Но фигурой я своей довольна. Не зря я так над ней трудилась столько времени. К лету готова!

Накидываю поверх купальника платье-халат с короткими рукавами, обуваю старенькие босоножки-шлепки, которые носила всего пару раз за всю жизнь. Волосы влажные после душа все равно закалываю наверх, чтобы не мешали. В шоппер с нарисованным котиком отправляются полотенце и разные мелочи.

Неужели я и правда сейчас пойду купаться на море?

Но уже внизу к выходу на пляж, сотрудник отеля на ломаном английском вперемешку с турецким предостерегает меня – на море высокие волны. Купаться нельзя.

– Так и знала, что во всем этом есть какой-то подвох! – бубню себе под нос, возвращаясь к отелю.

И что? Я так легко сдамся?

Слышу детские крики и смех. Поворачиваюсь в их сторону.

Бассейн! Точно!

Ну, хорошо. На море не попаду, но выпью прекрасный безалкогольный мохито, заем каким-нибудь бургером и прекрасно проведу время, загорая под турецким солнцем!

И у меня это прекрасно получается! К вечеру настроение подлетает до небес. Воодушевившись, я даже беру в пункте проката большой надувной резиновый круг, на котором можно балдеть прямо в бассейне.

Мне предлагают выбрать между единорогом и фламинго. Но поскольку уже вечер, а мне, как рыженькой, удивительно идет розовый цвет, я планирую как то самое дитя заката плавать в лучах розового солнца и попробовать еще какой-нибудь безалкогольный коктейль. То есть да, выбор падает на фламинго.

К вечеру на меня накатывает усталость. Кожа горячая. Желудок урчит. Еще часик и пойду в номер, а затем на ужин.

Но от моей загруженной отпускными буднями жизни меня отвлекает смена декораций у бассейна. И вместо детей, лежаки заполняет тот самый мужицкий дождь. Похоже, их конференция на сегодня подошла к концу и большинство всех этих бизнесменов решают охладиться у бассейна.

Я напрягаюсь. Не хочу излишнего внимания к себе.

Надо вернуть фламинго в прокат и пойти к себе в номер.

Встав с лежака понимаю, что фламинго нет!

Подавив первый приступ паники, оглядываюсь вокруг.

Вижу мужчину с моим фламинго! Идет по краю бассейна! Ха! Вор! Ты от меня не убежишь! Иришка Чижик открывает для себя новую жизнь! И теперь будет бороться за себя до самого победного конца!

Откровенно любуюсь филигранной и накаченной спиной воришки. И это я со своим плохим зрением! Каждый мускул двигается от его походки, а уж ниже спины у него вообще все великолепно! Никакие пляжные шорты такое достоинство не спрячут. Жаль, не вижу лица этого красавца!

Так, это я планировала спрятаться от мужицкого дождя, а в итоге мчусь с разбегу в самый его эпицентр!

Воришка заворачивает к другому бассейну и я, наконец, могу разглядеть его профиль.

Почему он так похож на Давыдова? Или это он и есть?

ЭТО ОН И ЕСТЬ!

Вместо того, чтобы включить голову и остановиться, чтобы босс не задавал мне вопрос по поводу моего больничного, я ускоряюсь.

Потому что перед ним стоит та самая роскошная блондинка, на этот раз в белом купальнике, едва ли скрывающем хоть что-то. И тянет руки с длинными когтями к моему фламинго! То есть, боссу! То есть к… ним обоим!

Это мой фламинго! То есть мой босс!

Ай! Какая разница!

Не отдам их обоих!

Я пытаюсь вклиниться между ними, но подскальзываюсь и со всей дури врезаюсь в Владимира Сергеевича.

Мы летим прямо в детский бассейн. Я, он, фламинго.

Это похоже на ядерный взрыв. С кучей брызг, цепной реакцией и множеством возмущенных криков.

Благодаря тому, что бассейн маленький, я даже не ныряю с головой. И тут же запрыгиваю на фламинго, за который Владимир Сергеевич упорно держится!

– Опять эта сумасшедшая! – слышу позади себя недовольный крик блондинки.

– Это мой фламинго! – заявляю я, когда Владимир Сергеевич равняется со мной.

Трясет головой, чтобы стряхнуть воду с волос и лица. А затем несколько раз моргает. Я не могу оторваться от него и откровенно пялюсь на его идеальный торс.

Нет, когда я видела Давыдова в офисе и в костюме, я предполагала, что у него с фигурой под пиджаком все очень даже в порядке. Но одно дело предполагать, другое дело – видеть воочию.

Широкие плечи, массивная грудь и пресс с кубиками – я такое тело видела только у спортсменов и знаменитостей на фотках в интернете. Не думала, что мой босс настолько горяч. И… я забываю о том, кто я и где нахожусь, потому что ловлю на себе взгляд Владимира Сергеевича. Он смотрит пронзительно. Я знаю, что у него темно-серые глаза, но сейчас закатное солнце делает их какими-то особенными… На меня никто никогда так…

– Ирина?! – подтаскивая меня за фламинго к себе, спрашивает Давыдов. Мне жутко не нравится его интонация. Леденящая и звонкая. Совсем не сочетающаяся с его взглядом и обстановкой вокруг. – Что ты здесь делаешь?! Ты должна болеть! В Москве!

Сталь в его голосе в другой раз заставила бы меня слиться или смыться, проплыв под водой. И неважно, что бассейн мелкий. Я бы проползла по дну.

Но что там насчет личных границ и всего такого?

– Кому должна, я всем прощаю, – заявляю я и рвусь с фламинго к лестнице из бассейна. Кажется, теперь точно пора сваливать!

Глава 12. Чья жена?

– Ку-у-у-да п-шла?! – финт с побегом мне не удается, потому что я на надувном плавательном средстве. В воде. Банальная физика служит против меня.

Когда Давыдов возвращает меня обратно к себе, мне начинает казаться, что и химия тоже бунтует по-всякому. И биология. И что там еще… вся школьная программа нацелена на то, чтобы я получила сейчас возмездие за свой обман и отстаивание фламинго-босса.

Сердце стучит, как сумасшедшее. И наши лица так близко…

– Володенька! – верещит блондинка с берега. – Тебя эта полоумная не ударила? Я позвала охрану! Ее сейчас вытащат отсюда! Володя!

– Все в порядке Элеонора Витольдовна! – успокаивает ее Володенька. Фу!

Вот пусть и остается со своей Элеонорой Витольдовной. Чего на меня пялится-то?

– Я ее знаю! – продолжает успокаивать блондинку босс. И тут же шепотом добавляет:

– Подыграй мне!

– Вот как? И кто же это? – верещит блонди.

– Моя жена! Решила мне сюрприз устроить! – он стаскивает меня с фламинго и прижимает к себе.

Я скольжу по его телу всеми своими выпуклостями и задеваю его кое-какие достоинства и о-о-о… Ого!

Хорошо, что мы под водой.

– Вы с ума сошли? – шиплю на него тихо, но его руки меня активно гладят по спине и спускаются вниз к талии и бедрам. И его «Ого» тоже становится заметно ощутимее.

– Спаси меня, – рьяно шепчет мне на ухо. Будто я его любимая женщина.

– Мы в детском бассейне, Владимир Сергеевич! Не стыдно?! – отлепляюсь от него и вновь беру своего фламинго.

– Ирин, не обязательно было драться. Там есть прокат чуть дальше, за баром, – подкалывает меня Давыдов.

– Это – мой фламинго! – рычу на него и выхожу из воды, поравнявшись с Элеонорой Витольдовной. Та оценивающе смотрит на меня, вернее, как на насекомое, чтобы выявить – опасное оно или нет. С брезгливостью и пренебрежением.

В этот же момент подходит охрана отеля и задает мне какие-то вопросы, а я ничегошеньки не понимаю.

Но Давыдов уже выходит из бассейна и становится позади меня, обвивая руками мою талию. Я прижимаюсь спиной к его груди и ягодицами невольно трусь об его «Ого».

Да что ж такое! И почему так горячо?

Судорожно сглатываю и облизываю пересохшие губы.

– This is my wife, – говорит по-английски Давыдов. И это все, что я могу разобрать. Он еще обменивается репликами с охраной, пока я в полной отключке слушаю его голос и спиной ощущаю, как вибрирует его грудь.

Охранники уходят. Витольдовна недовольно поджимает губы и фыркает.

– Странно. Володенька, ты не говорил, что ты женат.

– Ну, у нас сугубо деловые отношения, Элеонора Витольдовна. Зачем вам эта информация?

– То есть, погоди, – примеряю на себя роль его супруги. И не только его. Вообще любой обиженной супруги, как я. И пофиг, что Владимир Сергеевич – не мой муж. Но он у меня все равно получит! – Пока я болела дома в Москве, ты отдыхал у бассейна со всякими Элеонорами Витольдовнами? – поворачиваюсь в его руках не удерживаюсь от ругани. – Еще и моего фламинго забрал, чтобы ей отдать?!

Бью его надувным резиновым кругом и гордо ухожу.

– Козел! – ругаюсь на него напоследок. – Вот и отдыхай дальше! Без меня и моего фламинго!

Витольдовна прячет глаза и явно думает о том, как побыстрее смыться. А губы Владимира Сергеевича плотно сжимаются. Выражение его лица не предвещает мне ничего хорошего.

Я ожидаю, что он мне как-нибудь подыграет. Но нет. Стоит и ошалело провожает меня взглядом. А у меня, как назло, купальник не туда, куда нужно залез. Я его поправляю, вытаскивая между булочек под пристальным наблюдением босса.

Ну, все, Чижик! Ищи себе новую работу по прилету в Москву. Можно уже сразу открывать приложение по поиску работы. Желательно, чтобы рассматривали без рекомендаций. Потому что после такого мне их Давыдов точно не даст!

Еще и облапал меня!

Хотя…

Я тоже была не прочь. Ужас, ужас, ужас! Ирина!

Уже когда подхожу к своему лежаку, замечаю женщину, держащую в руках такого же фламинго, как и у меня.

– Ой, извините! Вы говорите по-русски? – спрашивает меня и обеспокоенно взирает на моего надувного друга.

– Да, конечно, – стараюсь улыбнуться дружелюбно. После встречи с боссом у меня плохо получается.

– Мой сын утащил у вас фламинго. Я спросила его, где он его взял, но похоже он меня обманул, да?

Нет-нет-нет. Пожалуйста, нет.

Вселенная, за что?!

Я напала на своего босса, бросила его в бассейн, выставила идиотом и изменником, а потом забрала у него фламинго!

Дыши ровно, Чижик!

– Вот неловко вышло, да? – слышу позади себя веселую реплику Давыдова. Он шел все это время за мной? Маньяк!

– Нет, все правильно. Это наш фламинго. Мы планировали с моим мужем устроить эпичную битву на кругах, – елейно говорю я и благодарю женщину за то, что вернула мое плавательное средство.

А когда нас, наконец, оставляют с Давыдовым вдвоем, я делаю вид, что не замечаю его. Облачка пытаюсь на небе разглядеть, но их не почему-то…

– Чижик! Не хочешь мне ничего объяснить? – ой, от его голоса вновь холодком веет. – Или горло уже прошло? Что за нападение в бассейне?

– Хорошего вечера, Владимир Сергеевич, – запихиваю все в сумку, но Давыдов хватает меня за локоть.

– Трусиха, – подтягивая меня к себе, обзывается босс.

А я – да! У меня весь мой боевой запал выдохся.

– Эй, Иришка! Этот тип к тебе пристает? – да ну нет! Ну за что? Мне еще и Мирослава не хватает.

– Это моя жена! – продолжает верить в свою выдуманную ложь Давыдов.

– Ага! И моя заодно. Слышь, Давыдов, убери руки от нее!

Мирослав выглядит сурово и мощно. Конечно, Владимир Сергеевич с потрясающим и сильным телом, но по комплекции явно проигрывает рыжему борову. Если моего босса побьют из-за меня, устроюсь в Турции горничной где-нибудь, потому что в Москву мне можно будет не возвращаться.

– Мирослав, все хорошо. Это правда мой муж, – успокаиваю своего рыжего собрата по несчастью.

– Так ты к нему прилетела что ли?

– Да.

– Бросай его немедленно! Что это за мужик такой, который сам по отпускам, и денег немерено, а жена в первый раз море видит! – требует Мирослав.

– Я тебя сейчас сам брошу, – харахорится Давыдов. О, нет-нет!

– Мы разберемся, Мирослав, правда, – молю своего попутчика. Тот с прищуром поглядывает на Давыдова, но отходит.

– Если оба не спуститесь к ужину, и Иришка не будет улыбаться от счастья, я тебя найду, – угрожает боссу Мирослав. Уходя, случайно толкает охранника в плечо, но тот, оценивая разворот плеч амбала, извиняется. Ну и шкафина!

– Ира, никогда больше не лезь в разборки мужиков, ясно? – зло бросает Давыдов. – Откуда ты знаешь Соловьева?

– Какого Соловьева? – дрожу. Но не от страха. Меня сковывает какой-то озноб.

– Вот этого? – указывает на удаляющуюся фигуру Мирослава босс.

– Мы с ним вместе прилетели сюда. Познакомились в дороге. А это так важно?

– Уже нет, – вмиг остывает босс. – Назови мне свой номер. Вечером зайду за тобой и ты мне все во время ужина расскажешь.

Мне не хочется создавать для него проблемы и заставлять драться в неравном бою с Мирославом. Поэтому называю свой номер. Он удивленно вскидывает брови и расплывается в улыбке:

– Вот это везение.

– Разве? – от слова «везение» мое лицо становится кислым как после лимона.

– Ага. Мы с тобой соседи, – с широкой улыбкой констатирует босс.

Глава 13. Босс модельных параметров

Главное – идти с гордо поднятой головой. И так, будто королева этого отпуска – я, и никакие блондинки и рядом со мной не сравнятся. Да-да.

Не берусь продолжать разговор с Владимиром Сергеевичем. От греха. Очень недвусмысленно он меня к себе прижимал и женой называл. Я же и привыкнуть могу! А потом – здрасьте, распишитесь и получите разбитое сердце. Потому что он, вон, тоже любитель погулять на две стороны. Иначе, как можно объяснить интерес Елены Витольдовны к его личной жизни?

Да и куда мне тягаться с этой мадамой? Я же просто Иришка Чижик. Почти разведенная и, судя по тому, что со мной в последнее время происходит – очень проблемная женщина.

Ну, вот зачем я такая Владимиру Сергеевичу? И что за ерунду он придумал, назвав меня женой? Еще и Мирослав в этот ужас весь втянулся.

За этими мыслями не замечаю, как оказываюсь в своем номере. Надо же! Даже не заблудилась и ничего не уничтожила по пути.

Как-то мне некомфортно совсем.

Хочется поскорее снять с себя купальник и помыться.

Но почему-то когда-снимаю купальник, кожа начинает гореть. В душе вода кажется либо слишком горячей, либо слишком холодной. Кое-как настраиваю приятную для себя температуру.

От мыла кожу щиплет. Неужели у меня аллергия? Может, в бассейне слишком много хлора и он спровоцировал такую реакцию? Когда вытираюсь полотенцем после душа, состояние вообще как будто меня кто-то пожарил вместо сосиски на костре.

Смотрю в зеркале на свою спину – ярко-алая с бледными полосками и следами от купальника. А где края купальника – места особенно яркие и болезненные.

Да ну не может быть! Ну нет! Ну, пожалуйста, нет!

Обрадовавшись своему спонтанному отпуску, я не купила никаких защитных средств от загара, хотя Катя меня предупреждала. Наплевав на меры безопасности, я отправилась на море, думая, что буду лежать под зонтиком и иногда плавать. В итоге на море не пустили, и я проторчала в бассейне под зенитным солнцем.

Но, если честно, я искренне надеялась, что мою бледную кожу с первого дня ничего не возьмет. Бывало в детстве ездили на речку, и я только веснушками покрывалась, а не загорала.

Теперь же я сама и есть одна большая сплошная краснючая веснушка.

Со спины перевожу взгляд на свое лицо.

Лучше бы я себя не видела в отражении.

Нос и щеки – красные, как мякоть помидора, остальная часть лица чуть розовее. Рыжие брови смотрятся вообще зачетно в таком тандеме!

Зато видно, какие у меня красивые яркие и голубые глаза!

В комнате врубаю кондиционер на полную мощность, потому что только с ним приходит какое-то подобие облегчения. Как же все болит!

Аккуратно сажусь на кровать. От моей самой мягкой и филейной части будто кожу отрывают. Неужели… о, нет. Я себе еще и попку поджарила!

Вскакиваю от боли. Нахожу в шкафу платье-футболку. Оно старенькое и прикрывает меня до колен. Хлопок платья очень тонкий и мягкий. Вместе с нижним бельем – это все, что я могу на себя натянуть без криков от боли.

Сил стоять у меня нет. Так и плюхаюсь на кровать, обдуваемая прохладным воздухом от кондиционера.

Бодрый стук в дверь заставляет меня открыть глаза.

Темно уже. Сколько времени? Что происходит?

– Ирина, открывай! Я знаю, что ты в номере, – слышу глухой голос своего босса. Может, мне это только снится?

И вообще, все нормальные люди спят. Наверное.

Выползаю из постели. Стараюсь идти так, чтобы футболка не задевала мою кожу. Кажется, мне становится только хуже. Вдобавок меня морозит, а мокрая после душа голова будто льдом покрыта. Неужели мне продуло шею.

Снова стук в дверь. Нет, он нормальный?

На всякий случай включаю свет. Чтобы Владимир Сергеевич раз и навсегда испугался и ушел.

Или, наоборот, увидел во мне все самое ужасное и сделал свой выбор. А то хорош чертяка – орал в бассейне, что я его жена, когда на мне купальник на два размера меньше, а моя фигура очень даже ничего. Зато сейчас предстану перед ним обожженной помидоркой, и посмотрю на его реакцию!

Насчет три распахиваю перед ним дверь.

Босс, похоже, отлично вживается в роль горячего мужика. Может не вживается, и это просто он такой и есть 24\7? Просто я лишнего себе не позволяла даже в мыслях, храня верность своему придурку-мужу.

Озноб немного затихает, как только Давыдов в шикарном образе турка-мафиози появляется на моем горизонте. Черная из плотного и матового шелка рубашка тесно облегает его мускулистый торс, натягиваясь от любого движения. Брюки первоклассно сидят на бедрах, а переход к узкой талии подчеркивает стильный кожаный ремень. Русые и чуть выгоревшие волосы уложены в идеальном порядке, а на лице легкая модная щетина.

Его кожа, в отличие от моей, прекрасно загорела и шикарно сочетается с черной одеждой Давыдова.

Мне нужно смотреть ему в глаза? Тону в них без оглядки. Дышать забываю. Да, Чижик, фиговая была идея открыть ему дверь с мыслями о том, чтобы он принимал меня такую, какая я есть.

– Ирина? – босс расплывается в улыбке, упираясь рукой о наличник двери.

– Нет, фламинго! – бубню и пытаюсь захлопнуть дверь перед его самодовольным и безупречным носом. Да-да! У него даже нос модельных параметров! И с каких это пор топ-менеджер и финансовый гений выглядит как модель с обложки? Недавно смотрела видеоролики короткие интригующие… такие как Давыдов существуют только там!

– Вполне похоже на то, – хрипло смеется он, подставив руку, чтобы дверь не закрылась.

– На ужин не пойду. Плохо себя чувствую, – толкаю дверь, но стальная хватка Давыдова не дает мне ни единого шанса на спасение от главного позора в своей жизни.

– Раздевайся и отправляйся в постель, милая жена. Лечить тебя будем, – по-деловому командует Давыдов, сломав мое сопротивление и зайдя в номер.

Глава 14. Мы не договоримся

Задыхаюсь от возмущения! С ума сошел?

Но он быстро выхватывает ключ-карту из электрического замка перед дверью и уходит, оставив меня в полной тишине и темноте, потому что без ключа все в номере выключается.

Супер!

Злюсь и одновременно ползу на ощупь к кровати. Не хочу вникать, что в голове у этого мужика, но бегать за ним по всему отелю я не собираюсь. Лекарь, тоже мне!

Через пару минут дверь вновь открывается, появляется свет и запускается кондиционер.

– Ты еще не разделась? – задает совершенно наглый вопрос Давыдов.

– Сейчас, разбежалась! – бубню в подушку, пытаясь найти удобное положение, чтобы кожа адски не горела под платьем.

– Нет, Ирин, тут мы с тобой не договоримся. Делай, как я говорю, – требует он и трогает мой лоб, пробираясь через копну моих волос. – У тебя еще и температура.

– Я же на больничном, мне положено, – пытаюсь отшутиться, не глядя на босса.

– Нет, раз ты приехала на конференцию, то официально ты на работе.

– Откуда вы…

– Чижик, может ты не помнишь, кто я и какой пост занимаю? Думаешь, не могу ничего проверить и отследить, особенно когда речь касается моих сотрудников и корпоративной скидки на отель?

Нервничаю. Сглатываю быстро скапливающуюся слюну.

– А раз ты на работе, то ты обязана выполнять поручения босса. И сейчас тебе нужно раздеться. Или я это сделаю сам, – угрожает мне Давыдов. Я чувствую всем телом, как матрас прогибается под ним. Он садится рядом со мной, касаясь бедром моего бока.

Как же жарко. И горячо. И невозможно! И…

– Вы уж определитесь, Владимир Сергеевич, муж вы мне или босс.

– Хорошо, я тебя услышал. Значит, раздену сам.

И он действительно это делает! Тянет подол платья вверх, скользя по моей обгоревшей заднице. Что он себе позволяет?!

Порываюсь сопротивляться, но…

– Ай! – боль от ожогов резко возвращает меня обратно в постель. И да, пусть уже удивительно нежные и уверенные руки Давыдова освободят меня от этой долбанной одежды!

– Чижик! Ты в курсе, что существуют всякие средств, защищающие кожу от ожогов? – ехидничает босс.

– Откуда мне было знать, что я сгорю? Я ж не езжу в отпуска каждый раз на моря, – ругаюсь на него сквозь зубы, потому что он продолжает тянут ткань платья вверх.

– Приподнимись, – приказывает Владимир Сергеевич. От его тона я теряюсь и невольно ему подчиняюсь. Вот уж самый главный тиран и нарушитель моих личных границ. Он не успокаивается, пока полностью не снимает с меня платье и не отбрасывает его куда-то на пол.

Ситуация патовая.

Я лежу в одних трусах, демонстрируя красную задницу как у обезьяны гамадрила.

Впрочем, и трусами свои стринги я могу назвать с натяжкой. Надела на себя то, что не причиняет боли. Пара полосочек ткани. Не больше.

Вдруг у меня сзади вид не очень? Целлюлит там какой-нибудь или огрехи эпиляции? А босс все-все сейчас разглядит. Как ему потом в глаза смотреть, не думая о приматах?

– Мой ассистент купил мне средство от ожогов после загара. На всякий случай. У меня тоже плечи чуть подгорели, я уже намазался. Хорошая штука, – обещает босс.

У-у-у, у него ассистент есть? Ну, конечно же! Разве будет этот финансист-модель сам себя в отпуск собирать?

– Пожалуйста, сделайте это уже и прекратите меня мучить!

– Ириш, у нас уже та стадия взаимодействия, когда можно перейти на «ты», как думаешь? – подкалывает меня босс, явно пялясь на мою задницу. Забываюсь и резко оборачиваюсь к нему, демонстрируя еще и грудь.

На короткую секунду замечаю его острый взгляд на себе и тут же падаю обратно на кровать. Чёрт! Можно, пожалуйста, чтобы сейчас в земле дырка появилась и я туда упала со всей дури?

– Какой позор! – восклицаю, пытаясь задушить себя подушкой.

– Не увидел никакого позора. Очень даже шикарное все и как надо, – отвешивает мне похабный комплимент Давыдов!

Может, я еще сплю и это самый дурацкий сон на свете?

Давыдов что-то выдавливает мне на спину. Я вздрагиваю от холодной субстанции на коже. Но ладони моего босса тут же дарят мягкое тепло, сочетаясь с ощущением прохлады от крема.

– Сейчас нужно толстым слоем намазать, а потом спокойно полежать, – приговаривает Давыдов с легкой и томительной хрипотцой в голосе. Его руки фривольно гладят мои плечи и спину, распределяя средство от ожогов, касаясь впадины на позвоночнике так томительно, что я вообще перестаю соображать.

– Так хорошо, – выдыхаю я под ласковыми движениями ладоней Давыдова. – Владимир Сергеевич…

– Владимир. Или Вова. Можно просто Влад. Володя бесит до скрежета в зубах, – тембр голоса босса все ниже и тише, а я невольно выгибаюсь под его руками. Безумно приятно! Крем приносит облегчение почти моментально. В его составе наверняка есть обезболивающее.

А может, все дело в чьей-то заботе и приятных прикосновениях?

Закончив намазывать спину и плечи, Владимир выдавливает крем по капле мне на ягодицы.

– Эй! Что вы…

– Ты, – снова поправляет зачем-то, запутывая мои мысли.

– Ты!

– Я? – слышу смешок перед тем, как его руки опускаются мне на попу.

– О-о! – за этот крем можно смело полцарства отдавать. Какой же кайф, когда задница перестает гореть и мягко увлажняется круговыми движениями рук шикарного мужика. Может, Вселенная не так уж и несправедлива ко мне.

– Превосходно, – вновь что-то оценивает Давыдов, скользя по моим бедрам. – Повернись на бок.

– Но…

– Я не буду смотреть!

– Обещаешь? – с надеждой переспрашиваю.

– Нет…

Услышав его ответ я, вопреки любому здравому смыслу, поворачиваюсь на бок. Деликатные пальцы тут же наносят крем на переднюю сторону моих бедер и линию декольте.

– Владимир! – подскакиваю и изо всех сил пытаюсь злобно смотреть на него исподлобья. Но ловлю на себе его потемневший взгляд и оцениваю порочную ухмылку. Какой же он красивый! Слишком! Этот мужчина слишком хорош! – Я могу и сама…

– Можешь, – соглашается он и размазывает пальцами крем по моим скулам и носу.

Зачем-то обхватывает ладонями мое лицо и проводит большими пальцами по губам, настойчиво раскрывая их.

Что происходит? И почему я облизываю кончиком языка его палец?

– Но лучше, когда я, – отвечает на мое сопротивление Давыдов, неминуемо наклоняясь к моим губам.

Глава 15. Владимир

Говорят, что нужно будущую жену в бассейне искать. Или в библиотеке.

В библиотеки я не хожу – не то, что книги не люблю. Та литература, которую я читаю, не всегда есть на русском, а о том, чтобы подобные книги оказались в библиотеке и речи нет.

Но в бассейнах бываю. Особенно у отелей. И сейчас мне невероятно везет.

Я в полном офигевании от присутствиям Ирины Чижик здесь, в Анталье. Она вчера говорила простуженным голосом, а сегодня уже активно демонстрирует свои прелести всем мужикам на радость в бассейне отеля!

Все, абсолютно все мужчины сворачивают головы, пытаясь заценить горячую куколку, задорно возвышающуюся на надувном фламинго!

Я испытываю необъяснимую злость. И вовсе не на то, что она обманула меня и отправилась в путешествие. Напротив, от ее присутствия здесь я погружаюсь в какую-то безумную эйфорию.

А злюсь я из-за того, что купальник ей явно мал. Ее идеальной формы грудь едва прикрыта краем эластичной чёрной ткани. Она манит и привлекает меня. Капельки воды скатываются по ее идеальной гладкой коже. Как же я завидую этой воде!

Ирина улыбается и что-то кричит мне про фламинго, а я пытаюсь не пялиться на ее сис… гм, грудь и заставляю себя смотреть прямо в ясные голубые глаза.

Потрясающе красивая женщина. Невероятная! Никакой косметики ей не нужно!

И чего ты, Вован, стоишь и смотришь? Хватай ее и забирай себе, раз она тебя сбила с ног, а затем готовенькая к тебе приплыла на фламинго!

– Володенька? – орет Елена Витольдовна. Как же мне надоела эта капризная баба. Я мгновенно принимаю решение, что Ирина мне необходима гораздо больше, чем какой-то контракт с аудиторской компанией.

Ко мне приходит гениальная идея, чтобы убить двух зайцев – и Витольдовну отшить, и… Чижика прилепить к себе.

– Моя жена, – говорю я неоднократно во время нашей перепалки в бассейне – слышат все. В глазах Витольдовны тут же гаснет интерес ко мне. Наконец-то она от меня отстанет. Рядом с Ириной у нее совсем нет никаких шансов. Да и без Ирины у нее их не было, просто до нее это почему-то не доходило.

«Моя жена», – утверждаю в своих мыслях, провожая взглядом шикарную попку Ирины и сползающий не туда, куда нужно, купальник.

«Моя жена», – мысленно представляю наших детей, когда она попадает в неловкую ситуацию с фламинго. Смеюсь от ее непосредственности и искренности. А ещё вспоминаю, что это она – та безумная девица из лобби отеля. И нет, она вообще ни разу не скромная тихоня.

Яркая рыжая лгунья и задира, которая строит из себя идеальную девочку. Интересно, почему Ирина загнала себя в этот панцирь? И ведь я тоже сначала повелся на ее образ.

Тащусь по ней с момента, как она прошла собеседование со мной в январе. Жгучая, сексуальная красотка в образе скромной учительницы. Я думал, что она зажигает меня своей правильностью и внешностью, но нет. Пока она строила из себя верную монашку, я старался избегать ее, хотя и бессовестно пускал слюни, похотливо пялясь на нее каждый раз.

Наконец-то я знакомлюсь с настоящей Ириной – неугомонной женщиной с прекрасным чувством юмора и особенной несуразностью. Она теперь позволяет себе быть собой. Отпускает себя, как джинна из бутылки.

Именно поэтому и именно сейчас у меня срабатывает переключатель из режима «вечный холостяк» в режим «глава семьи с красавицей женой и тремя детьми».

Именно эту женщину я вижу рядом с собой. В своей пустой бездушной квартире. В моей слишком большой и холодной постели.

Я не знаю, как это случается у других людей. Но прямо сейчас я готов потащить Ирину Чижик в ЗАГС, присвоить себе навсегда и дать свою фамилию. Маньяк? Маньяк. И бухгалтер.

Как научился считать в детстве, так все пошло и поехало. Мне не нужно много времени для анализа, оценки рисков и сведéния положительного баланса.

Буквально пары минут хватает для полного осознания и принятия решения. Такой я. Те, кто со мной работает, ценят меня за феноменальную скорость. Мои услуги стоят баснословных гонораров, но я выбираю, в первую очередь, исключительно комфортные условия для себя. То, что предложил мне Мещерский Владислав, генеральный директор «Мейджик Перфоманс Девелопмент» – вполне средние условия. Но остался я из-за него. Мне нравится работать в его команде.

Ещё больше мне нравится работать со своей командой, особенно когда в ней появилась рыженькая прехорошенькая Иришка.

Иришка Чижик… ее имя, как щебет птички. Я знал ее фамилию и нарочно коверкал, ожидая, когда она начнёт за себя заступаться. И вот этот момент настал.

Мои планы на жизнь омрачает лишь появление Мирослава Соловьева. Терпеть его не могу, а когда узнаю, что он хорошо знаком с Иришкой, чуть не вою от досады. Но Ирина в процессе развода, и вряд ли стремится к новым отношениям в данный момент. И я ей верю, ведь она даже не в курсе, какая фамилия у этого рыжего бугая.

Но что она делает именно здесь, в этом самом отеле, в это время и… в соседнем от меня номере? Неужели… я ей тоже нравлюсь?

То, как она нервничает заставляет предполагать, что так оно и есть.

Улыбаюсь от своей хищной затеи. Ирина никуда от меня не денется. Наша химия абсолютно взаимна. И кто знает, чем закончится этот день?

С нетерпением жду ужина и готовлюсь к нему, а заодно узнаю все детали путешествия Чижика. Бронированием и всей подготовкой занималась Катя… конечно же! Закадычные подружки! Оформляла поездку мне, увидела цены и возможности и решила помочь подруге? Развод и вперед? Зеленый свет?

Ох, еще какой зеленый.

В нетерпении вечером долблюсь к ней в номер, едва сдерживаясь от желания просто прижать ее к себе, а потом импровизировать. Хотя с последним у меня всегда беда.

Когда вижу перед собой розового фламинго с рыжими волосами, не могу удержаться от шуток и веселья. Моя птичка стала курочкой гриль. Вот же чудо горемычное!

Я искренне хочу ей помочь. Да. И конечно я не упущу момента получить абсолютный доступ к ее шикарному телу.

Да, это похоже на мазохизм. Особенно, когда я глажу и ощупываю ее сочную попку, спасая ее кожу от ожогов. Сдерживаюсь как могу.

Беззащитная, страдающая и зависимая от меня и моих действий, Ирина доводит меня до помутнения рассудка.

Ассистенту премию перечислю по возвращению. В двойном объеме. За крем и… кое-какие защитные средства. Догадался, что его босс будет не только на конференции страдать.

Я бы не додумался. У меня в голове уже который месяц заправляет всеми моими желаниями одна горячая рыжая женщина. Зная, что она болеет и ждет развода, я бы ни за что не стал себя растрачивать с какой-то другой особой.

Но я не просчитал и не предусмотрел вероятность присутствия Ирины в Анталье рядом со мной. Я вообще всегда допускаю большие погрешности, когда дело касается Чижика.

Как можно предположить, что изнывающая от боли, температуры и ожогов, раскроет свои губы и оближет кончиком языка мои пальцы?

Никак. Все терпит сбой.

В голове орет сирена с требованием остановиться. Но вся выдержка пропадает к черту. Медленно наклоняюсь к ее рту, позволяя Иришке внезапно передумать.

Она прикрывает глаза и подается вперед.

Примыкаю в поцелуе к ее манящим губам. Испиваю всю сладость, что она мне дарит.

Ирина горит из-за солнца, но дрожит не потому что ей плохо.

На мгновение прерываемся, чтобы сделать вдох, и вновь погружаемся в яркие мгновения нашего первого и точно не последнего поцелуя.

Ирина выгибается и робко пытается остановить меня. Но ее ладони тут же скользят по моим рукам выше, изучая то, что скрыто от нее под проклятой рубашкой. С удовольствием бы прямо сейчас разделся и соприкоснулся к ее нежной коже, но…

Хриплю от желания и сбитого дыхания.

Ей, возможно, будет сегодня неудобно и неприятно, особенно когда несчастную обгоревшую кожу Иришки поцарапают простыни.

Но я не отпущу ее. Не могу. Сила воли покидает меня, уступив место бессовестному желанию.

Она тает в моих руках, словно ванильное мороженое с кусочками клубники.

А я пропадаю… Ласкаю всю ее так, как хочется, но исключительно ради ее удовольствия.

Лишь когда ее дрожь затихает, а я едва соображаю от происходящего безумия, моя сладкая Иришка говорит:

– Я хочу еще. Но уже с тобой.

__________________

Уффф! Вот мы и добрались до жаришки!

Но у меня есть прекрасный сюрприз для подписчиков моего канала! Я выложу сегодня пикантные подробности этой главы ;-)

Приходи в раздел обо мне

там есть ссылка на канал со срамотой 😁👉👈

Глава 16. Мужчина-цунами

Мозг? Он у меня есть вообще?

Я все еще дрожу от небывалого взрыва. Я вроде уже давно не девочка и знаю, что это такое. Вернее, мне казалось до этого, что знаю.

Весь мой опыт и прошлое – все перечеркнуто Владимиром. Я и представить не могла, что мужчина может провернуть со мной что-то подобное. Я тяжело дышу и слабо понимаю, что вообще происходит.

Вижу только голодные глаза Владимира и оцениваю в них бушующий серый шторм. Этот потрясающий мужчина только что делом доказал, что ему важно мое удовольствие и ощущения от его ласк.

Он не бежит утолять собственную похоть. Не кричит, что от меня мало инициативы. Он. Хочет. Меня. И ему без разницы, что я думаю по этому поводу. Мое тело легко сдается перед его натиском.

Я чуть привстаю, опираясь на локти и смотрю прямо на своего мужчину. Своего? Уже приватизируешь его себе, Ирина?

Черная дорогущая рубашка на нем безнадежно испорчена слоем крема от ожогов, брюки тоже в пятнах. Владимира ничто не остановило, чтобы получить доступ к моему телу.

По совместительству он – мой босс. Роскошный мужчина, от которого у всех женщин вокруг текут слюнки. До чего же я везучая. Ведь это мне он подарил наслаждение. Он выбрал меня.

Это лишь начало. Даже если я сейчас ему откажу, он найдет время и возможности, чтобы хорошенько меня отлюбить. И я не смогу сопротивляться. Вообще.

У меня внутри должна сейчас кричать старая добрая поборница морали, призывающая к скромности. Или предохранитель с горящей красным надписью – запрещено! Босс! Вызывает последствия в виде увольнения и разбитого сердца!

Но едва ли это меня спасает.

Напротив.

Его мощная шея напряжена. Когда Владимир сглатывает, нервно дергается кадык. Руки слишком сильно сжимают мои колени. Как будто он ждет сигнал к атаке. Жадный и голодный хищник.

Хочу ли я стать его жертвой?

Да, пусть заберет меня всю, без остатка. Пожалею чуть позже, а пока…

– Ирина… – Владимир тяжело дышит, словно пробежал марафон. Не меньше.

– Давай сделаем это, – прошу его с отлетевшей напрочь крышкой. – Я хочу еще. Но уже с тобой.

И это я? Та, кто слова «кекс» стесняется?

В принципе всего стесняется? Что может быть ужаснее возни и вот этого всего, когда ждешь, чтобы это закончилось, как можно скорее? А в моменты, когда бывает приятно и ты вот-вот… все, наоборот, слишком быстро завершается.

Владимир из тех, кого дважды просить не нужно.

Он не тратит время на раздевание. Знает, чувствует, что если чуть промедлит, я передумаю. А я уже… хоть и в нетерпении но в голове зудят мысли, что это все неправильно.

Зубами рвет упаковку из фольги. Оказывается, он уже вовсю подготовлен? Знал, чем закончится этот вечер? Или думал обо мне изначально, как о безнравственной и готовой на все…

Зажмуриваюсь.

Пусть он сделает это. Я снова разочаруюсь и забуду обо всем.

Но ничего не происходит. Я приподнимаю голову, заинтригованная промедлением Владимира.

Он, вопреки своим поспешным первоначальным действиям, раздевается, обнажая свое превосходно сложенное тело. Я смотрю на него, как загипнотизированная. Внимательно наблюдаю за каждым движением его мышц на груди и руках. Опускаюсь ниже и все-таки заставляю себя посмотреть туда, куда боюсь больше всего.

Ох!

У него все так красиво и эстетично. Хотя муж убеждал меня, что мужчине главное быть чуть симпатичнее обезьянки.

По сравнению с Давыдовым, это я и моя красная обгоревшая попка ближе к обезьянке.

Но этот мужчина почему-то выбрал меня. И если бы я ему не нравилась, он бы никогда не проделал тех сумасшедших вещей со мной.

Меня пронзает горячей молнией насквозь. И теперь я не могу отвести взгляд от Владимира. Слишком шикарный! И мой! Хотя бы на этот вечер, но мой…

Вновь тащит меня на себя, сжимая в своих сильных и невероятно горячих руках. Я задыхаюсь. Но и кислород мне сейчас совсем не нужен. Я полностью в его власти.

Грудь Владимира ходит ходуном после нашего с ним безумия. Он покрывает легкими поцелуями мою шею, царапая и щекоча ее щетиной. Я хихикаю и дергаюсь, но тут же ловлю стон Владимира.

– Ничего не болит? – беспокоится Владимир. Он падает на кровать и утягивает меня вместе с собой.

– Все обезболено и увлажнено, как надо, – выношу вердикт, закидывая ножку на своего босса. Он тут же гладит ее и ведет по ней вверх, добирается до моей пострадавшей попки и легонечко ласкает.

– Ты – ураган, Чижик, – наконец, признается Владимир. – Надо было послать свои принципы и отбить тебя у твоего мужа еще полгода назад.

Ворчит?

И… что это? Я ему нравлюсь? Правда-правда?

– Я не знала, что вызываю у тебя симпатию, – робко отвечаю, прогуливаясь пальчиками по его груди и прессу. В ошалелой гонке я даже не успела потрогать сие великолепное тело. Натянутая на упругих мышцах кожа горячая, с капельками блестящего пота и крема. Почему он сложен так восхитительно?

– Это так называется? Симпатия? – удивляется Владимир. – Я от тебя шарахался, как от огня, чтобы случайно не опрокинуть на какую-нибудь горизонтальную поверхность. И на встречи общие брал не слишком часто. Боялся очень неловких моментов.

– Оу, – я моргаю часто-часто. Никакой мягкости и деликатности, которая меня порой восхищала в Давыдове. Жестко. Строго. По делу.

– Почему ты не поехала в Черногорию? У меня были большие планы, – смеется Владимир и, подтягивая меня повыше, целует. Его язык уже не требует и не берет, напротив, нежно играет с моим.

– Мой муж был с этим не согласен, – отшучиваюсь, хватая ртом воздух.

Долбанный мозг постоянно меня пилит – я всего лишь подчиненная, которая спит со своим боссом. Он меня хотел? Он меня получил.

– И слышать не хочу, что ты была замужем.

– Я и сейчас…

– Нет, Ирина. Ты – моя женщина. Точка. Это даже не обсуждается.

Вау, как быстро он все решает. Его несет, и ему плевать на острые углы и повороты.

– Но…

– Сейчас закажу ужин в номер и мы все решим, кем и кому ты приходишься. Ясно?

А чего я удивляюсь? Давыдов привык командовать и быстро принимать решения. И сейчас ему тоже совершенно плевать, что я думаю по этому поводу.

Впрочем, разве я способна трезво думать? Особенно сейчас?

Я поддаюсь Владимиру. Его женщина? Окей, я согласна. Пусть возьмет меня.

Цепляюсь за реальность, но она уплывает. Ничего нет, кроме мужчины, создающего для меня искрящуюся магию.

Наверное, весь отель слышит музыку наших стонов. Плевать! Я цепляюсь за Владимира, его гладкую кожу. Царапаюсь неосознанно. Понимаю это, когда он вздрагивает и с шумом втягивает воздух. И сразу же отпускает себя, высекая исключительное право на меня.

Я не борюсь с ним. Напротив.

Давыдов словно сбрасывает все замки с меня. Находит нужные ключики, пока я пытаюсь выжить в темном тумане.

Я без ума от Владимира. Знаю, что ничего подобного не случилось бы, не будь я в него по уши влюблена.

Пора признаться, Ирин. Этот мужик уже давно крепко сидит в твоем сердце. Пытаясь быть счастливой в браке, я в действительности представляла, каково это быть той, кого любит Владимир Давыдов.

– Чёрт! Ира! – он выдает и выраженьице покрепче, отрезвляя меня.

Моя душа в пятки уходит. Что? Что я сделала не так?

Мое тело деревенеет.

Владимир заглядывает мне в глаза и хмурится. Сурово так. Будто я серьезно накосячила на работе. Например, налоги квартальные на оплату не подала.

– Все плохо, да? – осипшим голосом спрашиваю. Ну, конечно плохо!

– Зависит от точки зрения.

– Чей?

– Твоей.

– А с твоей?

– С моей – все отлично. Все идет по плану, – констатирует Владимир. Эмпатия – это не про него. Я поняла. Но почему между нами такой странный диалог?

– А можно уточнить, о чем мы говорим?

– О том, что мы с большой вероятностью станем родителями, – он перестает хмуриться и улыбается широко-широко. Обычно так в лотерею выигрывают.

– Что? – и правда. Это же надо, чтобы нас так шарахнуло!

– Извиняться не буду.

– Вот как? Слезь с меня! – стучу его по плечу, но он ловит мою руку и покрывает поцелуями.

– Нет. Могу обнять и зацеловать всю. Пора принимать данность, Ирин, – нагло заявляет Давыдов.

– Какую?

– Мы – пара. Как тебе такая правда? – он целует меня в кончик носа. От его теплоты и заботы меня дурманит. Я реально позволила то, что позволила? И кому? Своему боссу?

Я позволила ему то, что хотела больше всего.

Могу забеременеть, да?

Я хочу детей, это правда. Но не так же? И в браке с любимым человеком… Я ведь ничего не знаю о Владимире. Почти. Кроме того, что мне с ним удивительно хорошо.

– Прежде чем ты меня сожжешь в костре своих необыкновенно красивых глаз, хочу сказать одно – со мной такого никогда не было, Ирин. Я никогда не теряю голову настолько. Моя колдунья…

Он целует меня, заставляя поверить в его слова. Окей, я согласна на все. Только пусть это будет не краткосрочная сказка, а по-настоящему. Но разве это возможно?

– Может поужинаем, наконец? Я и так от голода истощился. А ты меня довела до изнеможения, – подкалывает меня Давыдов.

– Почему ты так себя ведешь? – спрашиваю его, когда он встает с кровати.

– Как? – не понимает. Правда не понимает, или прикидывается?

– Как будто мы с тобой не один день вместе. Решаешь за нас двоих. Знаешь, что нужно делать наперед, – высказываюсь.

Меня штормит.

Я пережила измену мужа. Видела ее собственными глазами.

Ушла из дома.

Отправилась в путешествие, бездумно поддалась на уговоры Кати.

А теперь еще и переспала со своим боссом, который абсолютно не примет отказов и считает, что я принадлежу ему.

– В моей голове мы с тобой вместе очень давно. Это был всего лишь вопрос времени. А что будет дальше я и так знаю. Нет смысла сопротивляться, Ирин. Просто расслабься и получай удовольствие, – Владимир произносит эти слова суховато. Но его глаза и выражение лица говорят лучше всяких слов.

Он наклоняется и берет меня на руки.

Я невольно держусь за его шею и вдыхаю его терпкий мужской парфюм. Тот самый, от которого мне сносит голову уже продолжительное время.

– Нет смысла сопротивляться, родная, – хрипло шепчет, ставя меня в душевую кабинку. – Великолепная. Роскошная. Очаровательная. Идеальная, – шепчет, целуя меня повсюду и отмывая до скрипа.

И кто я такая, чтобы сопротивляться этому мужчине-цунами?

___________________

Сегодня будут пикантные подробности этой главы ;-)

Приходи в раздел обо мне

там есть ссылка на канал со срамотой 😁👉👈

Глава 17. А что если…

Шум волн и крики чаек доносятся до меня. Какой удивительный сон.

По телу разливается приятная нега. Состояние, будто я плыву в каком-то сахарном облаке. Улыбаюсь сама себе. Мягкий утренний свет при пробуждении заставляет немного прищуриться, пока глаза не привыкают.

Вместо подушки я сплю на чем-то теплом и приятном на ощупь. И почему это что-то так пульсирует, будто имеет собственное сердце?

Окончательно просыпаюсь и открываю глаза.

Это не мой номер.

Ох, не может быть!

Прошлый вечер тут же всплывает в памяти. А затем ужин, больше похожий на развратный пир и…

– Ириш, еще рано. Спи, – хрипло командует босс.

Вот ведь засада.

Когда мне надо вставать на работу, я просыпаю и опаздываю! И на самолет тоже! А тут…

– Владимир Сергеевич? – шепотом переспрашиваю его, приподнявшись над ним и заглядываю ему в лицо. Сонный он такой… совсем не грозный и не властный. Напротив, очень милый. Особенно со своими взъерошенными волосами и уже не совсем модной небритостью на подбородке и щеках.

– Ирин, ты серьезно? – хрипло возмущается, приоткрыв один глаз. Жмурится от света. – Что там у тебя за мыслительные процессы?

Вообще-то тут есть из-за чего переживать. Владимир – мой босс. И я вчера абсолютно потеряла всякую совесть и стыд в его руках. Но в свою защиту могу точно сказать – если бы он не начал размазывать чудодейственный крем по моему телу и касаться там, где я не очень-то разрешала, то ничего бы не случилось.

А когда такой шикарный мужик массаж делает и раздевает – как можно отреагировать иначе? Я же не железная, в самом деле! Тем более…

Сердечко тревожно постукивает при одном лишь взгляде на него. Я лежу на нем бесстыдно голая. Да и он тоже вовсе не одет. И его «ого» приобретает характерную твердость, упираясь туда, куда не нужно.

Но признайся, Ириш, ты без ума от своего босса. Всегда была. Мне не по зубам такие испытания. Сдалась без боя. С удовольствием и наслаждением.

Я помню его на своем собеседовании. Он опоздал на пятнадцать минут. Мы с эйчаром, пока его ждали, вели милую беседу то о погоде, то об увлечениях.

Давыдов ураганом влетел в кабинет для небольших конференций и тренингов. При его появлении будто свежестью повеяло, а воздух опустился на пару градусов ниже. От волнения я облизнула губы. А затем сделала глубокий вдох, моментально наполнившийся его терпким и безумно дорогим парфюмом. Этот запах… он как морской ветер, да, соленый, терпкий, волнующий и весьма уверенный в себе.

Я никогда не встречала таких мужчин. Еще бы! Наши социальные ступени друг от друга на расстоянии примерно как… у подножия горы к тибетскому монастырю на самой вершине.

Где-нибудь в соцсетях, новостях или светской хронике – это пожалуйста, там все такие. Но в жизни?

Костюм на Давыдове сидел идеально по фигуре, не скрывая ничего. Он удивил меня безумно тем, что руководитель, оказывается, может шикарно выглядеть, и это совершенно не мешает иметь дорогостоящие первоклассные мозги. Наверное, сочетание его ума и внешности сразу же обескуражило меня, заставив взволноваться до такой степени, что я забыла, о чем нужно говорить.

А уж когда услышала его голос и первый уточняющий вопрос требовательным и бескомпромиссным тоном, я вообще уплыла куда-то не туда.

Мне он казался таким недостижимым, почти божеством. И вообще – фу! Ирина? Ты же замужем!

Замужем, да только мужиком в нашей семье была вечно я.

Воображение в тот миг заиграло и заработало. А что если ты в семье – хрупкая и оберегаемая женщина, а все вопросы и проблемы непременно решает этот властный мужчина в костюме и галстуке класса люкс?

Картинка мне настолько понравилась, что я даже не поняла, как получила работу.

– Порой, человек без опыта, но с огромным желанием работать, способен изучить и подстроиться под условия гораздо раньше, чем опытные сотрудники, – срезюмировал босс на собеседовании. – Мне нравится ваш потенциал. У вас отличное образование и вы превосходно прошли тестирование.

Далее он рассказал о себе, о том, что принял новый для себя вызов и собирает вокруг себя команду. Поделился сложностями в департаменте на тот момент. Я старалась часто не моргать и не пялиться, мечтательно вздыхая. А когда получила предложение с достаточно неплохой зарплатой и – подумать только! – собственным кабинетом, согласилась на условия в тот же момент.

Конечно, я готовилась к собеседованию и все эйчары всегда твердили – нужно брать время на обдумывание. Пауза повышает значимость в глазах работодателя.

Но как можно тормозить, когда имеешь дело с Давыдовым? Я не успела оглянуться, как он лично повел меня в отдел кадров и размашисто подписал приказ о моем трудоустройстве.

– Отдельный кабинет будет готов через неделю. С этого дня и будете работать. А пока у вас есть время уладить все свои дела перед довольно непростыми трудовыми буднями, – радостно сообщил мне Давыдов и на прощание пожал мне руку, чуть задержав ее дольше, чем положено.

Это потом я много думала – разве младший бухгалтер – его забота? Или… почему все шептались, что Давыдов потребовал у Мещерского снести подсобное помещение у нас на этаже, чтобы выделить персональный кабинет с моим именем на табличке?

Все шушукались и ждали подвоха, а может, думали, что я подружка Давыдова?

Но ни разу – ни словом, ни делом он не позволил себе лишнего. Он находился так высоко на пьедестале своего Олимпа, что я едва ли могла к нему хоть раз подобраться.

Должна была быть командировка в Черногорию, но…

– Скажи, пожалуйста, – возвращаюсь я снова сюда, в постель, которую я делю со своим боссом и, кажется, моим любимым мужчиной. Влюбилась в него, как девочка. Не будь у меня кабинета и зарплату предложили бы в три раза ниже, я бы все равно согласилась на работу. Хорошо, что Владимир этого не знал.

Он уже начинает засыпать, но тут я опять со своими вопросами. Снова приоткрывает глаз и улыбается широко и ясно. Мне до безумия нравится его улыбка! Тону в этом мужчине без шанса на спасение.

– Спать ты уже не будешь? – шутливо ворчит и резко поворачивается.

Я оказываюсь прижатая его телом к мягкому и невероятно удобному матрасу.

– Ты взял меня на работу только потому, что я тебе понравилась? – тупой вопрос. Знаю. Но не могу не задать его.

– Ну все тесты и задания ты выполнила потрясающе. Женщина с такими мозгами меня априори заинтересовала бы, – отшучивается он, кусая мочку моего уха. – Но признаюсь, увидев тебя я почти сразу захотел прекратить собеседование и отказать тебе в работе.

– Почему? – не понимаю. Но обвиваю руками его шею.

– Почему? – переспрашивает меня. – Я возбудился, стоило тебе облизнуть свои сладкие губы. Работа с тобой была бы пыткой для меня. И грозила бы потерей любой субординации.

– А почему тогда взял меня?

– Взял тебя я много позже, о чем жалею. Надо было в тот же день, – продолжает пошло шутить, пока его руки творят совершенно неправильные вещи. Для босса, конечно же. Для любимого и желанного мною мужчины очень даже правильные.

– Ну, Вов..

– М-м-м, намного лучше, чем Владимир Сергеевич. А то когда ты меня так назвала, я аж проснулся, – он покрывает поцелуями мою шею, заставляя меня визжать от щекотки. Какой же колючий, а! – Я принял решение, когда узнал, что ты замужем. Еще подумал, если ты будешь спрятана в своей коробчонке, то я не буду тебя видеть и не сорвусь.

– Столько сложностей… – хмурюсь я. – Мог бы просто сказать, что я не подхожу.

– Я не смог отказаться от тебя. Ни на что не надеялся, если честно. Один раз только, и то помутнение рассудка… Не пытай меня, Ирин. Ты – моя пробоина.

– Что? – вот это комплимент, конечно!

– Да, а как ты хотела? Ты дурманишь меня. Моя хваленая логика мчится в бездну, когда я рядом с тобой. И тогда в машине я молчал… – его голос понижается до шепота.

– Да? – тяжело дышу от его слов. Ну и рук, которые гладят мои ноги, обвитые вокруг его бедер.

– Одна эмоция или улыбка – и я бы тебя поцеловал. К тому же ты меня выбесила отказом подвезти тебя до дома. Я сразу понял, что твой муж ревнует, а значит, есть за что.

– За что? Я не такая и…

– Нет, Ирин, – удерживает меня на месте и целует сладко. – Твой муж ревновал ко мне не просто так, да? Ну, скажи, что сохла по мне и боялась признаться.

– Нет! – трясу головой, но царапаю его спину от его крышесносных движений.

– Да, Иришка. Да, – шепчет Владимир.

И я отвечаю ему:

– Да…

Только вот вопроса совсем не помню.

Глава 18. В объятиях тирана

Удивительно, но после заботливого массажа с целебным кремом, все мои ожоги сходят на нет. Лёгкая краснота еще остается, но кожа не болит и, к счастью, не отслаивается.

– Температуры нет, – радостно сообщает Владимир, где-то раздобывший электронный градусник, пока я мылась в душе у себя в номере. Он взял с меня слово, что после заплыва, я вернусь к нему обратно и мы вместе позавтракаем.

Я могла бы струсить, конечно, что я и собиралась сделать. Но честно взятое с меня слово оказалось сильнее.

Я хотя б привела себя в порядок. Надела, наконец, платье в цветочек и плетеные босоножки. Волосы высушила и придала им мягкую волну. И даже невесомый и прозрачный макияж нанесла. Сколько можно ходить страшилищем перед своим горячим мужиком? Ему, вроде бы все равно, но мне так комфортнее.

Не успеваю я войти в номер Давыдова, как мне тут же в подмышку засовывается градусник, а саму меня усаживают за круглый столик, заполненный едой. Номер, кстати, у Владимира больше. И комнат в нем две – гостиная и спальня, совмещенная с кабинетом.

Поэтому и завтракать в нем гораздо удобнее. Не только спать.

Спать? А я спала сегодня вообще?

– Мы могли бы спуститься вниз на завтрак и прогулку? – предлагаю я. – Если я не болею больше.

Не знаю, как себя вести. Смущаюсь, прячу глаза, потому что Владимир при мне надевает на свою влажную после душа кожу льняную футболку. Он в шортах, демонстрирующих его сильные длинные ноги. Лениво поправляет мокрые волосы и без остановки пялится на меня. Ну и как мне в такой обстановке есть?

– Не хочу идти в толпу. Мне нравится с тобой. А насчет прогулки не переживай, – Владимир наклоняется и легонько целует меня в лоб, смущая еще больше. – Я арендовал яхту. Прокатимся до какой-нибудь дикой местности. У тебя нет морской болезни?

– А? Я… я не знаю, – меня лично жизнь вообще не готовила к тому, что из своей каморки я отправлюсь покорять мужские сердца и кататься по Средиземному морю на яхтах. Это вот… даже вот Катю я легче представляю в подобной ситуации. Но не Иришку Чижик же?

Да и вдруг Владимиру взбрендит в голову, что я с ним из-за его положения или денег? И все? Потеряю его!

– Соловьев вчера сказал, что ты в первый раз на море. Это правда? – Владимир садится рядом со мной и наливает кофе из кофейника себе в чашку. Стол ломится от еды и фруктов. Здесь, по меньшей мере, пять видов завтрака. А я ни один не могу заставить себя есть.

– Да. Как и за границей, – смущаюсь больше прежнего.

– Прекрасно! – вместо непонимания воодушевляется Владимир. – Я тебе все покажу и буду рядом. А почему решилась?

– Это все Катя. Подбила, помогла с билетами и бронированием. И вот я здесь, – оправдываюсь. Давыдов тем временем подхватывает вилкой омлет с беконом и подносит прямо к моему рту.

– Попробуй. Аппетит во время еды приходит, – ласково говорит он. Я смотрю в его глаза и невольно подчиняюсь.

Омлет и правда вкусный.

Желудок одобрительно урчит.

– А почему раньше не путешествовала?

– Училась. Работала. Год назад мы с Никитой решили пожениться после длительных отношений. Ипотеку взяли. И вот… – развожу руками. – Мама меня одна воспитывала. Мы еле смогли меня в Москву отправить, чтобы я получила лучшее образование для своих способностей.

– Вот и я все думал, как такая умная и очень потенциальная для развития девушка, совершала одни и те же ошибки, которые потом Муравлеву, бедняге, приходилось мастерски исправлять, – усмехается Давыдов. – Я рассчитывал, что ты в марте уже станешь ведущим специалистом. А ты только задерживалась и задерживалась на работе, корпя над обычными базовыми задачами.

– Разочаровался во мне? – горько усмехаюсь и беру из его рук чашку, которую он наполнил кофе для меня.

– Нет. Начал наблюдать и проводить служебные проверки, о которых вы не знали. Конечно, Муравлев отлично зачищал следы, но с твоим вечерним пропуском накосячил. Как и с теми заданиями, которые я поручил в качестве проверки лично ему. Когда я ускорил дедлайн, он живо нашел способ с ними разобраться.

– А я все это время думала, что мой босс – черствый сухарь, которому плевать на то, что у меня есть конституционные права, свобода и личная жизнь, в конце концов, – усмехаюсь. Глаза Владимира опасно сверкают.

– На твою личную жизнь мне было очень даже не плевать, Ирина. Каждый вечер смотреть, как ты уезжаешь домой к другому мужчине… ситуация, мягко говоря, невыносимая! А когда он приезжал за тобой пару раз, я еле сдерживался, чтобы не похитить тебя у него прямо под носом.

– Вов…

– Когда-то давно я пообещал себе, что если у женщины кто-то есть, я даже не смотрю в ее сторону. Табу для меня. Хуже смерти, понимаешь? А ты – моя рыжая напасть!

Он наклоняется и, обхватив мое лицо ладонями, жадно и глубоко целует меня. Я задыхаюсь от его напора и тут же уплываю в блаженный туман.

– Ты – моя женщина, Ирина, – горячо шепчет мне на ухо. – Смирись с этим.

Я хихикаю от такой безысходности.

– Он тебя не заслуживал. Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через боль, но в то же время, я безумно счастлив. Все, может быть, прошло бы плавно по возвращению в Москву. Ухаживания, романтика и все такое. Но ты сама сбила меня с ног с этим надувным фламинго. Сама прыгнула мне в объятия. Вариантов для тебя больше нет. Терпи и наслаждайся.

Вот тебе личные границы, Чижик! От изменщика в объятия повернутого на тебе тирана!

Но я и сама повернута на этом тиране… Сил нет никаких! Снова мечтаю о том, чтобы лежать в его жарких объятиях. Сумасшествие!

– Как мы будем это все разруливать, Вова? – шепчу ему в ответ. – Ты – мой босс…

– Это последнее, о чем ты должна думать, Ириш. У тебя первый за всю твою жизнь отпуск. Расслабься и получай удовольствие. Остальное я все решу.

Глава 19. Я все решил

Как тут расслабиться? Когда ты только успеваешь удивляться происходящим в твоей жизни переменам.

– Что ты делаешь? – спрашивает меня зачем-то Владимир, когда я застилаю кровать в его номере.

– Как что? Убираюсь, – с сомнением оправдываюсь. Платье коротковато – когда я наклоняюсь, Владимир перестает смотреть мне в глаза.

– Зачем? – не понимает он.

– Чтобы чисто было, – а я не понимаю его.

– Не сходи с ума. Обслуживание номеров все сделает.

– И ты хочешь сказать, что придет человек убираться, а тут вот этот вот бардак?!

– Всего лишь кровать расстелена, Ир, – приподнимает бровь Владимир, облокачиваясь на проем двери.

Когда я заканчиваю, то возвращаюсь в свой номер. Давыдов тенью следует за мной. Не доверяет мне?

Когда я принимаюсь за уборку еще и у себя, терпение его иссякает.

– Возьми купальник и пойдем, – командует, видите ли. Нет, я на это не поведусь. Мне надо все собрать по местам.

– Куда?

– На яхте плавать.

– А как же конференция? Тебе там не нужно быть? – напоминаю ему о его боссовских обязанностях.

– А ты уже хочешь от меня избавиться? – он ловит меня в кольцо своих сильных рук. – Сегодня воскресенье. Выходной для всех. И я еще вчера арендовал яхту, чтобы сбежать от всех и насладиться морем. Нас ждут, Иришка. Бросай уборку.

Запихивая свой купальник в шопер, предназначенный отныне для пляжа, я ловлю хмурый взгляд Владимира.

– Что-то не так?

– У тебя есть другой купальник? – пыхтит.

– А что с моим купальником не так?

– Нужен другой.

– Другого нет, – вот ведь озадачивает. Довольно скромный и слитный купальник. Что ему не нравится?

– И черный. Опять сгоришь, – продолжает ворчать. – Зайдем в магазин по пути.

Купальник – не самая необходимая вещь в моей жизни. И тратить кучу денег в Турции на это изделие я не планировала, особенно по первой прихоти тирана

Но кто меня спрашивает?

Все, что нужно знать о Давыдове – это человек-ураган. Иногда цунами, когда совсем терпение лопается. Чужие границы и мнение – и вовсе пустое! Что может быть важнее его собственного мнения и опыта? Нет, в какой-то степени это круто! Тебе не надо принимать никаких решений. И даже мучительный выбор купальника… Зачем выбирать, когда:

– Мы покупаем все! – заявляет Давыдов, протягивая свою валютную карту кассиру люксового бренда белья.

Сам факт того, что зашла в магазин женских штучек в сопровождении мужчины – уже что-то с чем-то!

Но… с шикарным Давыдовым рядом? Да еще и зная, что он тебя осмотрел и ощупал накануне всю и вся?

Продавцы, напротив, спокойно реагируют и на Давыдова, и на оплату. Видимо, они привыкли к подобному зрелищу. И я очень завидую их спокойствию, потому что меня всю трясет!

Пока Давыдов расплачивается, а я одеваю обратно свое платье, на кассе ему успевают впарить все, что имеется – солнцезащитные кремы, шляпу с полями, очки солнечные и даже тапочки, несколько сарафанов и воздушных шарфиков, которыми можно укрыться с ног до головы – я даже не знаю как они называются!

Часть вещей отправляется в приличную пляжную сумку, а остальное за отдельную плату Владимир просит отнести в отель.

И его абсолютно не смущает, что это женский магазин и вообще-то за ним в очереди выстроились какие-то две красотки и нервно хихикают, всячески пытаясь привлечь его внимание.

Но Владимир вообще-то уже занят. Поэтому я с елейной улыбочкой подхватываю его под локоть и увожу из магазина, пока он, кроме пляжной амуниции, не начал скупать все чулки и белье подряд.

Вскоре я осознаю, что это он ведет меня, а не я его. Не улавливаю момент, как мы оказываемся на заднем сиденье дорогой представительной машины, которая мчит нас куда-то на пристань.

Я не видела, чтобы Владимир говорил по телефону или с кем-то о чем-то договаривался. Как он это все организовывает?

– Мы могли бы и прогуляться, но у тебя неудобная обувь и обгоревшие плечи. Скоро солнце будет в зените, поэтому лучше доехать на машине с комфортом и кондиционером, – буднично объясняет Владимир.

Может, я когда-нибудь привыкну к его интонации? Или отсутствию каких-то особенных эмоций? Иногда он как какой-нибудь робот-калькулятор ведет себя, а бывает, резко срывается со своих железных рельс и сносит собой, заставляя терять любое мало-мальски устойчивое равновесие.

– Спасибо тебе, – только и могу сказать. Покупки, поездка куда-либо, да и просто невероятные впечатления, которыми он меня начинает снабжать – бесценное проявление его внимания ко мне. Я слабо понимаю, чем я его заслужила, но так уверенно и хорошо мне только с ним.

– Все это мелочи, Ришка, – смешно называет меня так, как никто никогда не называл. Ришка… мне неожиданно нравится!

Он целует меня нежно и легко, улыбаясь. Между нами возникает та самая близость, про которую говорят – родные люди. Жуткое стеснение и смущение внезапно пропадают. Владимиру нравлюсь я любой. Он стремится не просто провести со мной время, но и сделать меня немножечко счастливой.

Не верится в такое везение!

Нас встречает персонал яхты на пристани и помогает зайти на борт. Сама яхта – потрясающая. Я такие только в кино видела! Модная, белоснежная и безумно дорогая! Владимир вместе с капитаном проводят мне экскурсию. Я задыхаюсь от восторга! Неужели я, простая девчонка из пригорода Казани, достойна вот всего этого?

Здесь и красивая обеденная зона на открытой палубе, и спальня похлеще, чем у нас в номере! И отдельная гостиная с мягкими диванами и мини-кинотеатром.

– Это невероятно, Вова! – пищу я от восхищения, когда капитан нас оставляет одних в гостиной. – Спасибо тебе за все!

– Не надо, Ириш! Не стоит, – внезапно мрачнеет Владимир, притягивая меня к себе.

– Но почему? Неужели я не могу тебя отблагодарить? – я понимаю прекрасно, что Давыдов – человек непростой. И что-то есть в нем такое опасное и нестандартное, чего я никогда не замечала в других людях.

– Вообще-то можешь, да, – внезапно соглашается, хорошенько подумав. У него вычислительная техника в голове? – Я решил, что хочу жениться на тебе.

Покачиваюсь в его объятиях и глупо-глупо улыбаюсь. Смотрю в широкое панорамное окно, как яхта отшвартовывается и мы отплываем от берега.

Прекрасное чувство. Много кислорода, морской воздух и мужчина, от которого кровь закипает и сердце бьется часто-часто.

Но что он сказал…

Стоп. Стоп. Стоп. ЧТО он решил там себе?

– Прости, я не расслышала…

– Жениться на тебе хочу, – снова повторяет Давыдов. Его лицо приобретает особенное выражение лица. То ли супер самодовольное, то ли… как будто его величество одолжение делает и решает сам по себе…

– А меня спросить? – теперь у меня не только кровь закипает. Я сама на взводе. Борюсь с собой, чтобы за борт этого мужика не скинуть.

– А что спрашивать? Уверен, ты не против. И нет смысла сопротивляться. Это неизбежно. Я свой выбор сделал.

Иришка Чижик, которая прибыла в Турцию, чтобы учиться отстаивать свои личные границы, в корне не согласна с таким подходом.

– Если мы с тобой спали, это еще ничего не значит, Владимир! – ору на него, а он еще шире улыбается. Смотрит на меня, как на распищавшегося хомячка.

– Как раз это много значит и…

– Верни меня на берег!

– Но почему? – он не понимает.

Он правда не понимает?

Ошалеть!

– Потому что… Я так решила! Никаких замужеств больше! С меня хватит! Останови эту махину!

– Прости, Чижик, не получится. Яхта набирает скорость, – оправдывается, хмурясь Владимир.

– Я ТЕБЕ НЕ ЧИЖИК! – ухожу от него и смачно хлопаю дверью. Мне, пожалуй, пора остыть!

Глава 20.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.