Rosie Moon
Между ненавистью и любовью

Глава 1

Столкновение судеб

Серое небо Парижа нависало над городом как тяжелое одеяло, душащее последние остатки летнего тепла. Элоиза Бошан поправила шарф и ускорила шаг. Опаздывать на собеседование в одну из самых престижных галерей города было непозволительной роскошью, особенно когда твой банковский счет пуст, а арендодатель намекает на выселение каждый раз, когда вы пересекаетесь в коридоре.

Дождь усилился, превращая изящные улочки Монмартра в скользкие ловушки. Элоиза тихо выругалась, когда ее каблук застрял между булыжниками мостовой. Рывок – и вот она уже летит вперед, прямо в объятия незнакомца.

– Смотрите, куда идете! – прорычал мужской голос с отчетливым итальянским акцентом.

Элоиза подняла взгляд и встретилась с самыми холодными серыми глазами, которые когда-либо видела. Их обладатель, высокий мужчина в безупречном темно-синем костюме, смотрел на нее с нескрываемым раздражением. Капли дождя стекали по его строгому лицу, подчеркивая резкие черты.

– Извините, я… – начала она, но осеклась, заметив темное пятно на его белоснежной рубашке. – О боже, ваша рубашка! Мой кофе…

– Триста евро, – отрезал он, стряхивая невидимые пылинки с пиджака. – Столько стоит эта рубашка.

Элоиза почувствовала, как гнев поднимается изнутри, заменяя смущение.

– Послушайте, месье, я извинилась. Это был несчастный случай.

– Несчастные случаи – результат невнимательности, – парировал он. – А невнимательность стоит денег. В данном случае – триста евро.

Элоиза сжала кулаки.

– У меня нет таких денег.

– Тогда вам следует быть вдвойне осторожнее, – мужчина достал визитку и протянул ей. – Алессандро Ферранте. Жду ваш чек по этому адресу. Или вы предпочитаете судебный иск?

Элоиза взяла карточку, ощущая, как бумага впивается в кожу.

– Вы невыносимы, – прошипела она.

– А вы неуклюжи, – он поправил манжету. – И опаздываете.

Элоиза взглянула на часы и ахнула. До собеседования оставалось пять минут. Проклиная все на свете, она побежала вперед, слыша за спиной тихий смешок Алессандро.

Промокшая и взбешенная, она влетела в галерею “L’Essence” ровно в десять утра. Секретарь – молодая женщина с идеальной укладкой – окинула её неодобрительным взглядом.

– Мадемуазель Бошан? Директор ждет вас, – она указала на дверь в конце коридора.

Элоиза глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Это её шанс. Пять лет учебы, два года стажировок и бесконечные отказы привели её сюда. Она не могла позволить какому-то надменному итальянцу испортить её день.

Постучав, она вошла в просторный кабинет, залитый светом даже в такой пасмурный день. За столом сидел мужчина средних лет с дружелюбной улыбкой.

– Мадемуазель Бошан! Рад наконец познакомиться лично. Ваше портфолио произвело на меня впечатление.

Элоиза улыбнулась, чувствуя, как напряжение немного отпускает.

– Благодарю, месье…

– Но решения в этой галерее принимаю не только я, – продолжил мужчина, вставая. – Позвольте представить вам моего партнера и совладельца галереи.

Дверь за спиной Элоизы открылась, и она услышала знакомый итальянский акцент:

– Прошу прощения за опоздание, Пьер. Небольшое… столкновение по дороге.

Элоиза медленно повернулась, уже зная, кого увидит. Алессандро Ферранте стоял в дверях, с той же холодной улыбкой, но теперь в свежей рубашке.

– О, вы уже знакомы? – удивленно спросил Пьер.

– Мы… пересекались, – процедила Элоиза.

– Буквально, – добавил Алессандро, не скрывая удовольствия от ситуации. – Мадемуазель Бошан обладает особым талантом оставлять… впечатление.

В этот момент Элоиза поняла две вещи: она ненавидит Алессандро Ферранте всей душой, и её карьера только что закончилась, не успев начаться.

Но судьба любит иронию. И то, что началось со столкновения на мокрой парижской улице, было лишь первой страницей в их сложной истории.

– Итак, мадемуазель Бошан, – Пьер вернулся за свой стол, – расскажите нам, почему именно вы должны занять позицию куратора в нашей галерее?

Элоиза сглотнула, чувствуя, как горят щеки. Алессандро расположился в кресле у окна, наблюдая за ней с выражением скучающего хищника.

– Я специализируюсь на современном искусстве, особенно на работах молодых художников из Восточной Европы, – начала она, стараясь не смотреть на итальянца. – Мой диплом в Сорбонне был посвящен постсоветской эстетике в живописи. Я считаю, что “L’Essence” могла бы расширить свою аудиторию, представив этих талантливых, но пока малоизвестных на Западе авторов.

– Интересно, – Пьер кивнул. – Вы упомянули в резюме вашу работу с Мартином Клейном в Берлине?

– Да, я была ассистентом куратора на его ретроспективе. Организовала логистику, работала с частными коллекционерами…

– И всё же вас не взяли на постоянную позицию, – вмешался Алессандро, просматривая её резюме. – Почему?

Элоиза напряглась.

– Галерея Клейна – семейный бизнес. Они редко нанимают посторонних на руководящие должности.

– Или возможно, – Алессандро поднял взгляд, – они заметили вашу склонность к… хаосу?

– Алессандро, – Пьер бросил на партнера предупреждающий взгляд, затем снова обратился к Элоизе: – У вас впечатляющее образование и опыт. Но скажите, что вы могли бы привнести в “L’Essence”, чего у нас ещё нет?

Элоиза выпрямилась. Это был её шанс.

– Свежий взгляд. Ваша галерея известна своими безупречными экспозициями классического искусства и именитыми современными художниками. Но мир искусства меняется. Новое поколение коллекционеров ищет нечто иное – подлинность, эмоциональную связь с художником. Я могу найти таких авторов и создать вокруг них историю, которая привлечет и традиционных ценителей, и новую аудиторию.

Она достала из сумки небольшую папку.

– Я подготовила концепцию первой выставки, которую могла бы курировать. “Невидимые нити” – проект, объединяющий работы пяти молодых художников из разных стран, исследующих тему связи и разобщенности в цифровую эпоху.

Пьер взял папку с явным интересом. Алессандро, к её удивлению, тоже подошел к столу и начал просматривать материалы.

– Амбициозно, – заметил итальянец после минуты молчания. – И дорого. Бюджет, который вы обозначили, вдвое превышает наш стандартный для новых экспозиций.

– Но окупаемость будет выше, – парировала Элоиза. – Я уже получила предварительное согласие от журнала “ArtForum” на эксклюзивный материал. И трое из пяти художников уже вызывают интерес у крупных коллекционеров.

Пьер и Алессандро обменялись взглядами.

– Мы рассмотрим вашу кандидатуру и концепцию, – наконец сказал Пьер. – Обычно мы даём ответ в течение недели, но думаю, мы свяжемся с вами раньше.

– Спасибо за возможность, – Элоиза встала, чувствуя, как дрожат колени.

– Мадемуазель Бошан, – Алессандро произнес её имя с едва уловимой насмешкой, – не забудьте про нашу… предыдущую договоренность.

Элоиза стиснула зубы, но промолчала. Уже у двери она обернулась:

– Кстати, месье Ферранте, я заметила, что в вашей коллекции нет работ Анны Карповой. Удивительное упущение для галереи такого уровня.

Она закрыла за собой дверь, не дожидаясь ответа, и только в коридоре позволила себе улыбнуться. Анна Карпова была восходящей звездой петербургской арт-сцены, и Элоиза знала, что Алессандро дважды пытался заполучить её работы для своей личной коллекции, но получал отказ.

– Она невыносима, – Алессандро захлопнул папку с концепцией выставки. – Самонадеянная, неорганизованная и, очевидно, не уважает личное пространство других людей.

Пьер рассмеялся:

– Но ты не можешь отрицать, что у неё есть идеи. И связи в мире искусства, судя по упоминанию Карповой.

– Это был выстрел наугад, – Алессандро поморщился. – Просто повезло.

– Не думаю, – Пьер покачал головой. – Я проверил её рекомендации. Она действительно хороша. И Клейн отзывался о ней в превосходной степени.

– Тогда почему он её не оставил?

– Она сама ушла. Сказала, что хочет развиваться в другом направлении.

Алессандро хмыкнул:

– Или её выгнали, а рекомендацию дали из жалости.

– Ты просто злишься из-за рубашки, – Пьер улыбнулся. – Признай, её концепция интересна. И мы действительно должны обновить наш подход, если хотим оставаться релевантными.

Алессандро подошел к окну. Дождь всё ещё барабанил по стеклу, но сквозь тучи уже пробивался слабый солнечный свет.

– Посмотрим, как она справится с настоящим испытанием, – наконец сказал он. – Пригласи её на ужин с Дюпре в пятницу. Если она сможет убедить этого старого скрягу инвестировать в её проект, я соглашусь.

– Ты хочешь бросить её в клетку со львами? – Пьер поднял бровь. – Дюпре никогда не поддерживал начинающих кураторов.

– Именно, – Алессандро улыбнулся. – Если она такая талантливая, как ты говоришь, пусть докажет это.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.