Жасмин Осман
Убийство Палача

1 глава

Помню, моё первое дело было очень необычным и достаточно сложным. Настолько неожиданным, даже для моего аналитического ума, что конец этой истории запомнился мне на всю жизнь, и больше таких ошибок я не повторю. А о какой ошибке идёт речь, расскажу прямо сейчас. Было это лет 40 назад, но я до сих пор помню все мельчайшие подробности. Тогда я был молод и полон сил. Я не был похож на обычных молодых господ, одетых в различные роскошные, качественные, дорогие или необычные наряды, привлекающие на себя всё внимание окружающих. Их только и волновало внимание женщин. Меня же интересовала учёба. Я был чуть ли не везде первым: и в мероприятиях, и в предметах, а больше всего я любил уроки физики и фехтования. Одевался я до крайности скучно и ничем не выделялся внешне, был я, так скажем, серой массой, и то не такой уж и серой, ведь все пытались быть яркими и необычными, а я наоборот отличался от всех тем, что не выделялся, от чего на меня поглядывали в разы больше, даже если я и не хотел такого внимания к своей персоне… Все же вокруг меня старались либо показать свой статус, либо показаться очень приятным обществу и дамам. Я же, в свою очередь, всей душой показывал, что мне не интересны все эти однотипные балы с глупыми отроками, которые только и мечтают завязать семью в семнадцать лет. Нет, я был не таким. Одевался я скромно, обычно в чёрные брюки, обшарпанные жизнью, белую рубашку и такие же чёрные туфли на маленьком каблуке. Самое особенное в моём образе был чёрный цилиндр, доставшийся мне от деда, переданный моему отцу и, наконец, оказавшийся у меня в руках. Все меня узнавали только по нему. И как только видели меня, то сразу же говорили: "Цилиндр идёт, сейчас допрашивать будет!".

 Закрепилось такое название из-за моей любви к деталям. Меня веселило подойти к какому-то ученику и сказать: "Вы вчера, как только после бала вышли, забыли свои документы. Я это понял, потому что пишете вы сейчас то же самое, что и вчера. И вашей любимой кожаной коричневой сумки, которой вы постоянно хвастаетесь всем вокруг, не пропуская ни одного дня, не вижу. А что от бала вы вышли, я понял по запаху женских духов от вашей одежды. Видно, вы вчера уснули, не переодевшись, а с утра проспали, это я понял по синякам на глазах, показавшим, что вы не выспались и вернулись поздно. И по запаху алкоголя, видно, вы заснули под его действием, когда ничего не соображали, и вам пришлось выйти в том же, в чём были. Я прав?". Обычно после таких высказываний меня побаивались и старались отсесть как можно дальше, чтобы скрыть от меня свои постыдные секреты.

Быть может, такая природная любознательность была обусловлена моей родословной, в которой и мой отец – Проныров Поликарп Александрович, и мой дед – Проныров Александр Семёнович, были знаменитыми сыщиками на весь Петербург. Я очень хотел быть на них похожим и тоже мечтал стать знаменитым сыщиком, чтобы моё имя висело на главных заголовках моих любимых газет: "Проныров Роман Поликарпович раскрыл преступление на улице Х".

К сожалению, мой отец и дед умерли достаточно рано, когда мне было лишь 5 лет, из-за своей опасной работы. До сих пор помню, перед тем как выйти, дедушка потрепал мои каштановые, в папу, мягкие прямые и длинные волосы своей бледной, худощавой, с яркими синими венами холодной рукой, а папа улыбнулся своей проницательной улыбкой, такой улыбкой, что в душу заползёт, заполняя каждый уголок. И с такой улыбкой он говорил мне: "Рома, после работы, вместе с тобой и с твоими сёстрами, мы пойдём в цирк, а потом погуляем в центре города!". Эту мимолётно прекрасную и тёплую улыбку я запомнил на всю жизнь и больше никогда не видел. Он обещал, но вечером я его уже не видел, а вместо этого услышал горький плач мамы и бабушки, к которому постепенно начали присоединяться и сестры, кроме одной, самой младшей и любимой мной Марфы. Любимой из-за того, что она была настолько наивной, честной, не испорченной глупыми советами и очень умной.Такое чувство, что она всё понимала до того, как ей скажут правду, что она просто притворяется маленькой, а на самом деле ей далеко за 20, настолько сообразительного ребёнка я не встречал никогда! Придёт как-то, присядет рядом и начнёт думать над своим существованием, а задаёт такие философские вопросы, что и я на них не могу сам ответить, и кажется будто сейчас её милые голубые блестящие глазки заплачут от грусти и не справедливости этой жизни…

И вот, наконец, я выпустился из университета и началась моя взрослая жизнь. Меня сразу приняли в сыщики, так как мои отец с дедушкой были известны, в результате чего мне даже не пришлось доказывать свою значимость и нужность. Поэтому буквально через месяц меня отправили на моё первое дело, чем я и обрадовал своих домашних. Для начала, перед тем как выехать, мне дали прочитать и вникнуть в суть дела, чтобы я подготовился. Мне дали бумаги, в которых я прочитал все известные на тот момент детали дела: "в 10 часов утра, в "тюрьме И.П." в отдельном от арестантов помещении (там, где живут рабочие), найден труп палача Добронравова Антипа Потаповича, умершего по неизвестным обстоятельствам. Вскрытие не производилось.". Я сразу подумал: "раз вскрытие не производилось, то, скорее всего это не убийство, хотя кто знает. Надо приехать и осмотреть улики, быть может, узнаются интересные подробности". Через 2 дня была подана карета. Когда я начал прощаться со всеми, на пороге я увидел мою бабушку, которая была одета в дорожный, но от этого не менее аристократичный наряд с кожаной коричневатой сумочкой в руках. Она мне говорит:

– Возьми меня с собой, хочу вспомнить молодость, да и я тебе помогу, всё-таки не зря я целых 30 лет как жена великого сыщика, так что я тебе пригожусь. – Отказать я бабушке не мог, да и не хотел особо, всё-таки с ней мне всегда нравилось быть вместе ,так как она была очень весёлой, справедливой, а главное – очень интересной личностью. В её разговоре всегда можно было отыскать очень интересный предпосыл, а так же попытаться догадаться первее её слов, что произошло в той или иной ситуации, меня всегда это потешало и веселило.

И вот, в 12 часу дня мы отъехали от дома и поехали за Петербург в место назначения. Дорога была тихой и спокойной. Мы с бабушкой играли в лото во время поездки. И в друг резко затормозила наша карета. Я выглянул в окошко, чтобы посмотреть, что произошло, и там оказался… Кролик. Серый на вид ухоженный и упитанный кролик пробежал около нашей кареты и убежал обратно в лес. Моя бабушка была очень суеверной, от чего сразу же после этой картины сказала:

– Рома, нам нужно развернуться! Там тебя ждёт неудача! Дай бог, чтобы тебя там не поджидали с ружьём! Тьфу-тьфу!

Я же ответил:

– Не беспокойтесь, это самый простой кролик. Да и странно, что он выбежал из леса, это же не заяц. Значит, либо здесь рядом есть ферма, либо кто-то специально подстроил это, чтобы нас напугать. Хм… – Я решил спросить у нашего кучера, есть ли здесь ферма, на что получил ответ "нет". Тогда я сказал ему как ни в чём не бывало:

– Значит, едем дальше, а вы, бабушка, не волнуйтесь, лучше продолжим игру.

Эта ситуация заставила меня напрячься. Значит, кто-то не хочет, чтобы мы приезжали, что отсылает на убийство, а не на простую смерть.

2 глава

Ехали мы весь день. После кролика, выбежавшего из ниоткуда, я только и думал, что же меня ждёт впереди. В окне я видел лишь ещё зелёные  свисающие деревья да кустарники и ничего больше, бывало, иногда птичка всякая запоёт и то не долго, но в основном слышался только стук колёс и то, как бабушка стучит спицами, связывая что-то. Природа всё-таки в этом месте была довольно необычной, можно даже сказать, живописной, эта была гористая местность, на которой росли высокие стройные свисающие вниз своей причёской берёзы. Думаю, было бы сложно сбежать из тюрьмы благодаря такой местности, попросту легко запутаться и потеряться, если за ранее не знать все пути.Этот умиротворяющий шум и одинаковый вид из моего окошка заставил меня сомкнуть мои веки и заснуть на несколько часов, благодаря чему дорога не казалась такой нудной и скучной. К моему разочарованию, сон не был таким уж хорошим, он больше напоминал кошмар и того, чего я никогда не делал бы в своей жизни, а также кем я не хочу становиться ни при каких обстоятельствах. Во сне мне снилось, как я без труда разобрался в этом деле и сразу стал кем-то особенным и значимым, кем-то другим… Мне стало видеться, как я похолодел, как стал не особо хорошим человеком, я стал похожим на ВСЕХ… Всех тех господ и дам, которые только и думают о себе, которые только и желают, чтобы всё им сходило с рук, и совершавшие любые преступления! Мне снилось, как я зазнался, как стал грубить близким, и как оттолкнул свою любимую сестрёнку Марфу прямо в пустоту без чувства отвращения и страха. Ливень и холод заставили меня проснуться. Я очнулся в поту, моё сердце билось, как будто я на скачках, и при чём мне приходилось играть роль лошади, а не того, кто оседлал резвую кобылу. Я думал про себя, смотря в тоже самое гнусное и надоедливое окно, отвечая на свои собственные вопросы: "как я мог так поступить? Каким образом мне могло вообще это присниться, я же презираю и  ненавижу именно таких наглых и жестоких людей, но при этом мой мозг смог придумать, что я способен стать таким же?". Позже мои раздумья плавно перетекли из обвиняющих мои гнусные сказки в аналитическое мышление данного преступления, и я призадумался о раскрытии этого дела, ежели это всё-таки убийство.

 "Как же мне не повезло" – подумалось мне – "так бы я смог осмотреться вокруг, но как назло пошёл дождь. Ох, что взять с погоды Санкт-Петербурга?". И вдруг я услышал голос моей дорогой и любимой бабушки. Как будто солнце после дождя, она осветила мне путь, вытащив из этого кошмара, сказав мне:

– Рома, ты уже проснулся? – говорила она тихо с хрипотой – Хочешь поесть чего-то? Вот у меня пирожки разных вкусов: и с мясом, и с картошкой, и со сладким.

– Что ты, бабушка, я не голоден… – я подумал минуту и поменял своё мнение. – Хотя знаешь, давай и с тем, и с этим, а тот на десерт! – Ну не мог я отказать себе в таком удовольствии. Всё-таки покажите мне русского человека, который не любит родные тёплые бабушкины пирожки?

 На самом деле я очень сильно уважал и любил мою Нину Александровну, как-никак, а она была приезжая, не из Санкт-Петербурга. Она приехала из небольшой губернии, находящейся в Казани. Она боролась за свою хорошую жизнь в столице, наращивала потихоньку своё влияние. Как говорила бабушка, в неё влюблены были многие зажиточные и богатые помещики, но ни одному из них она не сказала заветного "да". Они же всегда спрашивали её, проходя через госучреждение:

"Нет тут такой маленькой черноволосой и черноглазой? Если я её сегодня не увижу, то всё, пиши пропало". – Шутки шутками, но моя бабушка действительно старалась из-за всех сил ради хорошей жизни. И вот всё-таки она познакомилась с моим дедом в госучреждении, где и работала. Дед мой был молод душой и телом, красивым и заботливым, любил посмеяться и всегда говорил правду, глядя в глаза врагу, за это его все и уважали. Хоть он и был хорошим мужем, но с грехом, ведь без греха не бывает человека ни какого, и у каждого есть свои нюансы! Так вот, он часто употреблял алкоголь. Но ему повезло, моя бабушка еле-еле отучила его от этой привычки, можно сказать, спасла от возможной смерти, тогда бы и меня, и сестёр, и отца не было.

 Когда он умер, моя бабушка держала весь дом на себе и всё делала для нас, можно сказать, содержала. Я тоже, конечно, старался изо всех сил, как и моя мать, но это ни в коем разе не сравнится с бабушкиной заботой, за что я ей крайне благодарен и не знаю, как бы могла сложиться моя жизнь без неё! Вот поэтому я очень сильно люблю мою Нину Александровну, она пережила столько всего, чего мне не переживалось!Ну так вот, продолжим мой рассказ! Мы ехали так, наверное, ещё часов 3-4 и, наконец-таки, доехали до места назначения. Я вышел из кареты и осмотрел её низ. Как я и предполагал, там был механизм с клеткой для кролика, чтобы нас запугать. Но я не пальцем деланный, этот трюк было легко раскусить. "Значит это убийство" – думал я и ухмыльнулся.

Была ночь, да ещё и ливень, от чего было плоховато видно, но нас встретили с лампадой, чтобы мы не заблудились. Встретила нас староватая женщина с зонтом. Света лампы хватало, чтобы увидеть её заплаканное и измождённое лицо. Мне очень хотелось спросить, кто эта женщина, но моя бабушка сделала это первой:

– Дуня, ты ли это?

Женщина повернулась к нам лицом, она протёрла глаза, чтобы выглядеть получше и сказала:

– Я, а вы Нина Александровна? Сто лет в обед! Не уж то ты? А это твой внучок?

Моя бабушка сразу улыбнулась. Это была её знакомая, не знаю, по какой линии и откуда моя бабушка её знает, но я решил не акцентировать внимание на это, а вместо этого послушать, что скажет женщина. Она нам много что могла рассказать, так как мы уже влились ей в доверие, так что она не будет ничего скрывать. Моя бабушка продолжила:

– Да, это мой Рома! Он должен тут расследовать убийства кого-то там.

– Моего сына… ох, Господи, спасибо зато, что послал мне такой подарок! Я уверена, он точно найдёт преступника! Мой сын просто не мог умереть сам, он такой хороший, боже мой… ох… горе мне, Нина, горе!

Я оборвал её:

– Итак, вы его матушка, верно? Расскажите о вашем сыне. Только без Господи, сухо и прямо по делу.

– Хорошо, хорошо, сразу видно профессионал, Нина, ну вот сразу видно! Ну так вот слушай, милок: мой Антипушка умер в своей комнате… ох, царство ему небесное! Он был очень хороший, хоть и работал в такой грешной работе, но он делал это ради меня! Всё-таки… Я болею серьёзной болезнью, не помню как называется, ну и не важно особо, о сыночке моём мы всё-таки говорим! И чтобы лечить меня, он устроился на эту работу, всё-таки крестьяне мы, и не получал он образование, как вы, поэтому он решил, да решил поступить, как мужик, а я ему говорила, не стоит, а он: "Что ты, маменька, мне не трудно, я каждый день буду замаливать о своих грехах Господу Богу, он сразу видит, что я ради доброго дела это делаю", ах, сыночка, сыночек! – она начала стонать от горя и молиться, видно, что сдерживала слёзы свои, мне было жалко её, но без подробностей я не смог бы думать на счёт убийства. Когда она закончила, то продолжила свой душе трепещущий рассказ. – Ох, простите меня грешную, но на сердечке моём кровью написано имя сына бедного, мученика несчастного! Ох, лучше бы я вместо него!

Бабушка моя начала утешать её:

– Ну что ты, что ты, Дуня, не плачь, я понимаю твоё горе, я вот тоже вдова и сына родного лишилась, так что я прекрасно тебя понимаю! И внучка бы своего одного не пустила на такую опасную работу. Ну что ты, не плачь, Бог поможет тебе свыкнуться с болью! Лучше расскажи поподробнее про его жизнь в тюрьме, может, у него враги были или недоброжелатели? Всё-таки он ведь палач, как-никак у него должны быть недоброжелатели, – как же я хочу сказать спасибо бабушке, думаю, я бы не смог так хорошо её утешить, да ещё и так гладко перейти обратно к теме о её сыне.

Через несколько минут она продолжила, а мы всё шли и шли по узкой извилистой дороге, проходя через всевозможную охрану, спрашивающую разрешение на проход дальше.

– Ну недоброжелателей у него, слава Богу, не было! Все к нему относились хорошо, потому, что он сам, как человек, был хорошим, спасибо Господи за сына такого! У него лучшим другом был лекарь , а нравилась ему дева одна – Дашей звать её. Ох, хороша она, как хороша, ну сейчас вы с ней познакомитесь, она у нас поварихой работает, мне помогает! Ну сейчас дойдём, а пока рассказывай, Нинка, как там дела? Как в Петербурге?"И тут понеслись все сплетни из жизни моей бабушки. Она и меня обсудила, и сестёр моих, и маменьку, и покойных папеньку с дедом. Сплетни всего Петербурга мне не было интересно слушать, я их уже слышал по сотни раз на дню, поэтому я думал кто бы мог убить моего расследуемого, и вот что думалось мне: "Пока что, по рассказам его мамы, её сыночек ангел и мешать никому не мог. Хм… Интересно, что же скажут другие очевидцы. И, как я понимаю, у него даже лучший друг в лице лекаря и любимая имеется. Самоубийством, как будто, не пахнет, ежели девушка ему отказом не ответила, то от чего ему самому себя убивать? Быть может, душевные муки его терзали, но по рассказам матери его я этого не чувствую. Он знал, что, если умрёт, то и матерь его умрёт, он не мог так подвести её, и совесть его бы мучила за это, так что это точно не самоубийство. Быть может, тромб оторвался или с сердцем проблема какая, надо бы посмотреть", – думал я, пока мы шли к месту назначения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.