Локи
Грани

Глава 1

В городе кипела жизнь. Крики, гудки автомобилей, музыка, а также самые разнообразные запахи. Всё это встретило Алису как только она вышла из аэропорта. Новый город, новая жизнь, новая она. По крайней мере, девушка на это очень надеялась.

«Маловероятно, ты уж точно никогда не изменишься»

Алиса глубоко вздохнула, сразу об этом пожалев, так как грязный воздух города тут же заполнил лёгкие. Прокашлявшись, девушка достала новенький, словно только из коробки, телефон в розовом блестящем чехле и быстро написала сообщение родителям о прибытии, заодно снова проверив адрес, который она и так знала уже наизусть. Но это просто на всякий случай. Город новый, не хотелось бы начинать знакомство с ним с блуждания в поисках нужного дома.

«Да, это тебе не Санкт-Антон[1], привыкай»

Девушка снова вздохнула. Ей не хотелось признавать, что в чём-то родители были правы: ехать одной в новый город, да ещё и не в самый большой и известный, было не лучшей идеей. С другой стороны, не всё же время сидеть рядом с родителями как декоративная собачка. У Алисы есть свой взгляд на жизнь и свои мечты! И она всем докажет, что сможет справиться и сама.

«Ага, пока родители исправно отправляют деньги»

Беспомощно оглядываясь, Алиса пыталась понять, где здесь можно заказать такси. Видя растерянность явного туриста, к ней тут же поспешил юркий, невысокий мужичок неопределённого возраста. Даже последние августовские тёплые деньки не заставили его расстаться с меховой жилеткой, из-под которой на затёртой футболке уже расплывались пятна пота.

– До города едешь? Довезу быстро и дешевле, чем эти все…, – кто они «эти», девушке показали взмахом руки на ещё несколько автомобилей. – Куда тебе?

«О, про уважительное общение тут явно ещё не слышали»

Алиса назвала адрес, а затем снова сверилась с телефоном. На всякий случай. Цена за поездку оказалась действительно меньше, чем она думала. Хотя, пора, наверное, отвыкать мерить всё по московским ценам. Возможно, для этого города её сейчас ободрали как липку.

«А ведь могли бы сейчас по Москве гулять, жить в квартире родителей – они всё равно ещё два месяца отдыхать будут, и не трястись в машине эконом класса с излишне разговорчивым мужиком»

– А ты из Москвы, да?

– С чего вы взяли?

– Ну, у меня глаз-то намётанный. Это сейчас я таксистом работаю, так, чтобы время занять. А раньше знаешь кем был? В ФСБ служил! Вот как! Так что я сразу вижу, откуда человек и чего от него ожидать можно.

«Ага, все они разведчики или миллионеры на полставки»

– Ты прям вся такая… московская. Такая, ну, блондинка типичная. Словно из фильмов нулевых.

Алиса чуть улыбнулась. Она настолько часто это слышала, что уже даже перестала обижаться. Из неё получился отличный ходячий стереотип: ухоженная полноватая девушка с длинными белыми волосами, голубыми глазами, пухлыми, розовыми губами и множеством розовых вещей и аксессуаров в гардеробе.

«И тату бабочки на…»

Эй! Да, она любила бабочек. Но это только её дело. Кто там это тату увидит? Даже родители не в курсе.

– А сюда зачем приехала? К парню, наверное? Или у вас в Москве все магазины позакрывались?

– Я поступила в университет, теперь буду здесь жить, – Алису всегда учили быть вежливой, даже если собеседник ей неприятен.

– Ого-о-о, а что, ближе нигде не взяли что ли? – мужчина расхохотался так, что чуть не пропустил нужный поворот. Алиса снова вежливо улыбнулась и продолжила смотреть в окно.

Не так уж города и отличаются друг от друга. Вот сейчас, проезжая спальные районы, девушке показалось, что она их узнаёт, словно снова оказалась в Москве.

Наконец, машина затормозила перед девятиэтажкой. Спальный район, центр города, 5 минут до университета пешком. Мечта, а не квартира. Так она расхваливала свою находку перед родителями, чтобы они не волновались.

«Есть одно но…»

Да, одно небольшое «но» – она сняла здесь одну комнату из трёх. Слишком поздно спохватилась и все более-менее хорошие квартиры рядом с учёбой расхватали, а те, что остались, стоили дороже московских. Ну да ладно, хозяйка вроде нормальная, судя по переписке, чуть старше самой Алисы. Девушка надеялась, что они подружатся.

Алиса расплатилась, таксист помог ей вытащить чемодан и, не попрощавшись, уехал. Девушка же, собравшись с духом, медленно покатила чемодан к первому подъезду, придерживая левой рукой сумку от ноута. На немного облезлой и покосившейся лавочке, по традиции, сидели две пожилые женщины, греющиеся в уже заходящем солнце. Как кошки. Одна напоминала Шапокляк из мультика – высокая, худая, в чёрно-белом платье. Мелькнула ассоциация про учительницу на пенсии. Вторая же была полной, в ярком пятнистом платье с множеством кружевов и рюшек, фиолетовые волосы дополняли образ пышного цветка.

«Они в комплекте к дому что ли идут, я не пойму? Или просто на лавочках вырастают. Как грибы»

Шапокляк, сидевшая ближе к Алисе, приоткрыла один глаз, затем, помедлив, открыла второй. По девушке прошёлся сканирующий взгляд, подмечающий каждую мелочь и особенно задержавшийся на чемодане, затем она тихонько кашлянула, и теперь на неё смотрели обе старушки. В который раз Алиса убедилась, что у бабушек появляется какая-то телепатическая сеть, потому что эти двое молча посмотрели друг на друга, покивали и снова уставились на неё.

Нервно поправив лямку от сумки с ноутбуком, девушка полезла проверять номер квартиры и этаж.

Ты в 95 чтоль? – внезапно обратилась к ней старушка-цветок.

Я… а, да, – Алиса в который раз сверилась с телефоном.

«Ты забыла первое правило – не разговаривай с бабушками у подъезда. Даже с самыми милыми»

Ааа, комнату снимать будешь, – её снова просканировали, – ну, может, ты и подольше продержишься. Хотя какое там, кожа да кости одни! Тьфу!

Впервые Алиса не знала что ответить – она никогда не была худышкой: при росте 175, она весила 87 килограмм. Так что модельной внешностью похвастать не могла. И худой её назвали впервые.

«Не о том задумалась»

А, извините… В каком смысле – продержусь?

Ой, что-то не то я болтаю. Да не обращай внимания, с возрастом такое бывает, – под взглядом Шапокляк, старушка-цветочек стушевалась, но было заметно, что удерживать информацию в себе ей невмоготу. – Да съезжают все оттуда через месяц! Ты уже четвёртая! Как девчонка эта квартиру купила, сразу сдавать начала. И никто больше месяца не продержался! Вампирша она, точно говорю. Эта, энергетическая!

«То-то цена такая маленькая была. Ну всё, готовь осиновый кол. Или что там для энергетических вампиров?»

Ты на нас так не смотри! Не совсем уж из ума выжили, знаем, что говорим! Вон, Татьяна Сергеевна тоже подтвердит – все как один сбежали! Все четверо! – цветочек покивала на Шапокляк. Та медленно кивнула, и впервые решила заговорить, чётко проговаривая каждое слово. Точно учительница.

Не на то вы смотрите, Ниночка. Дело вовсе не в новой хозяйке. А в том, что произошло до её приезда! – Татьяна Сергеевна нравоучительно подняла палец вверх, внимательно оглядев слушателей. – Сама эта квартира источает миазмы ужаса и страдания. Вспомните бедную Ирину Александровну, которой пришлось продать эту квартиру после той трагедии.

И то верно! Ох, бедняжка! Такое горе, такое горе! Никому не пожелаешь! Но как быстро эта девчонка квартиру-то купила. Может она его и … того? – Ниночка быстро провела пальцем по шее, опасливо оглядываясь.

«Всё чудесатее и чудесатее»

– Простите, но я не совсем поняла…, – начала девушка, но тут дверь подъезда запищала, открылась, и на крыльце появилась невысокая, на голову ниже Алисы, девушка с ярко-зелёными волосами. Обе старушки тут же резко замолчали, переглянулись, и начали суетливо подниматься с лавки.

Ой, заболтались мы совсем. А там ведь новая серия «Постучись в мою дверь» началась! Пропустим же всё! – поддерживая друг друга, Ниночка и Татьяна Сергеевна скрылись за дверью.

Алисе оставалось лишь проводить их недоумённым взглядом, на полпути встретившись с глазами зеленоволосой девушки. И тут же она замерла, как загипнотизированная, не способная разорвать зрительный контакт. Тёмно-фиолетовые, глубокие и спокойные глаза, они, казалось, проникли в саму её сущность, просканировав, взвесив достоинства и недостатки, и вынеся вердикт. Она смотрела так, будто уже знала девушку с самого рождения, знала, что та сейчас скажет или сделает, и всё это для неё было невероятно скучным.

«Как… она…»

Ты Алиса? Я подумала, что ты уже должна была приехать. Опоздала на 20 минут, – голос тихий, спокойный, без эмоций, но складывалось ощущение, что ты сможешь услышать его при любом шуме.

А, да. Вы… ты, видимо, Габриэль? Почему-то, по переписке, мне казалось, что ты старше.

И правда: девушка перед ней выглядела лет на 16. И дело было не только в молодом лице, вся её внешность, кроме, разумеется, глаз, так и кричала о подростковом бунтарстве: короткие ярко-зелёные волосы, чёрный широкий чокер на шее, оверсайз футболка с дурацкой надписью и мешковатые потёртые джинсы делали худощавое тело ещё более мелким.

Я старше, – невозмутимо ответила Габриэль.

«Ага, ага, старше»

Да, тебе же 22…, – разговор явно не клеился.

Пойдём.

Габриэль развернулась и пошла обратно к подъезду, даже не проверяя, идёт ли Алиса следом. Вздохнув, девушка вновь покатила свой чемодан.

Лифт не работает. Давно. Придётся пешком. Пятый этаж, – равнодушно проинформировала Габриэль и начала быстро подниматься по лестнице.

Наконец, добравшись до пятого этажа, Алиса потащилась к двери в конце коридора, возле которой, застыв как истукан, ждала её Габриэль. Коридор был длинным и тёмным, и только над Габриэль в этот момент мигала лампочка. В минуты, когда она вспыхивала, казалось, будто в волосах девушки сверкает яркий круг света.

Твои ключи. Маленький для нижнего замка, большой для верхнего, – ей протянули связку ключей. – Заходи. Покажу комнату.

Разувшись, Алиса покорно последовала за девушкой дальше. Квартира была довольно просторная: широкий, квадратный коридор, справа заканчивался туалетом, а слева ванной. Прямо напротив входа была дверь в одну из комнат. Закрытая.

Туда нельзя.

Это твоя комната? – Алиса с любопытством осматривалась вокруг.

Нет.

Рядом с этой комнатой, слева, была ещё одна.

Вот эта моя. Туда тоже нельзя.

Ясно…, – не то чтобы Алиса сильно хотела заходить в комнату Габриэль, но теперь ей стало любопытно, почему она так не хочет никого туда впускать.

Справа начинался ещё один коридор, он вёл на кухню и заканчивался третьей спальней. По методу исключения, Алиса поняла, что это теперь её комната. Войдя внутрь, девушка оставила чемодана у двери, скинула сумку с ноутом и рюкзак на большую, двухместную кровать и осмотрелась. Комната была светлой, просторной, светло-бежевые обои с белыми цветами, большое окно с тёмными шторами, высокий шкаф и письменный стол – всё, что нужно для удобной жизни. И соответствовало фоткам в объявлении.

Прекрасно! – девушка с наслаждением потянулась, и повернулась к выходу, намереваясь начать раскладывать вещи. Позади неё, в дверном проёме, стояла Габриэль и внимательно за ней следила. Алиса вздрогнула.

Что?

Деньги. И я не показала тебе кухню.

А-а-а, точно, извини, конечно, сейчас! Совсем забыла. Сама понимаешь – дорога, усталость, новый город, – забормотала девушка, пытаясь отыскать кошелёк в рюкзаке.

Расплатившись за месяц вперёд, Алиса пошла осматривать кухню. Похоже, это было самое просторное помещение в квартире, она объединяла в себе кухню и столовую. И тут же был выход на небольшой балкон, который превратили в очень уютное место с двумя креслами-качалками и столиком.

Тут так уютно! Ты здорово поработала над дизайном, – Алиса повернулась к Габриэль и улыбнулась.

Это не я.

А, ладно…, – Алиса не знала, что ещё сказать, но этого и не требовалось. Зеленоволосая девушка развернулась и ушла в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Вот тебе и добро пожаловать, – пробормотала Алиса. Первый день прошёл не совсем по плану, но главное, что она всё же решилась поменять свой привычный мир на новый!

«Осталось только выжить в этом новом мире»

[1] Небольшой курортный город в Австрии

Глава 2

«Watch me dance, dance the night away

My hеart could be burning but you won't see it in my face»[1] … телефон настойчиво повторял мелодию уже в третий раз.

– У-у-у…, – Алиса, так и не открыв глаза, потянулась к тумбочке, намереваясь переключить будильник ещё на пять минут.

Этой ночью она плохо спала. Раз пять просыпалась от ощущения, что на неё кто-то смотрит. Комната была пуста, но ощущение не исчезало. А потом были кошмары. Алиса не могла вспомнить сюжет, но неприятное ощущение и страх остались даже поле пробуждения.

«Решила проспать первый день? Смело»

Девушка резко распахнула глаза. 7.30 утра, а пара в 8. Так быстро она ещё никогда не одевалась. Хорошо хоть вещи подготовила со вчерашнего дня. Решив не краситься, девушка быстро натянула розовую футболку, новенькие синие джинсы, подхватила розовую сумку для ноута, в которой, кроме самого ноутбука, лежали ещё пара тетрадок, ручка, маленький флакон духов, блеск для губ, расчёска, зеркальце и новый студенческий пропуск, который она уже облачила в милую розовую обложку с котятами. Пропуски выдали вчера на посвящении. Но всё было так сумбурно и Алиса так сильно переживала, что забыла имена как кураторов, так и одногруппников.

Выбежав на кухню, девушка секунду размышляла, успеет ли она выпить кофе? В конце концов, до универа идти 5 минут, а если бегом (пусть физкультуру она и не особо любила) – то 3. Но тут взгляд девушки привлёк небольшой синий стикер, приклеенный поверх кофемашины. Подчерк на стикере был аккуратный, ровный, с красивыми завитушками, словно писала леди из восемнадцатого века: «Сломана. Не включай».

– Как лаконично. Что ж, видимо, не судьба, – Алиса вздохнула и пошла к выходу.

У неё снова возникло противное чувство, будто кто-то наблюдает. Резко обернувшись, она увидела лишь пустой коридор. Ни звуков, ни дыхания, ничего. Передёрнув плечами, Алиса начала застёгивать белые лакированные сапожки.

– Всё хорошо, это просто дурацкие кошмары. Ничего тут нет страшного. Те бабки в первый день напугали меня и я просто внушила себе какую-то сверхъестественную муть, так ведь?

«Правда в это веришь? Смешно»

Аккуратно закрыв за собой дверь на оба ключа (настойчивая просьба Габриэль) и вновь удивившись странным рисункам, похожим на руны, на косяках, девушка быстрым шагом направилась в сторону университета.

Дойдя до новенького здания (его открыли только в этом году), девушка на секунду замешкалась, пытаясь справиться с волнением. Вокруг багровели тополя, воздух был наполнен запахом осени, подступающего дождя и выпечки из буфета. Пахло корицей. Вдохнув пару раз и чуть успокоившись, Алиса подошла к дверям.

Перед постом охраны была толпа студентов, пытающихся попасть внутрь. Именно сейчас Алиса осознала, что забыла электронный пропуск.

– Так, так. Это не проблема, успокойся. Всё хорошо. Надо просто подойти к тому усачу и показать студенческий. Это совершенно не страшно. Он же такой милый дядя, – бормотала она себе под нос, доставая розовую корочку из сумки.

«Милый дядя» – крупный полноватый мужчина лет пятидесяти, с выпученными, нездорово блестящими глазами, пышными, длинными, торчащими в стороны усами, скрывающими полубезумную улыбку, как раз проверил студента перед Алисой и теперь смотрел прямо на неё. Пуговицы на его форменном пиджаке держались из последних сил, особенно в районе круглого пузика. На голове довольно густая шевелюра была в таком же беспорядке, как и усы. Он всем своим видом напоминал безумного учёного из какого-нибудь старого мультика.

– Чего застыла, розовенькая? Документы давай, – хриплый, громкий голос, казалось, обратил взгляды всех студентов на Алису. Она почувствовала явный запах чеснока и какой-то сдобы, исходящий от усача. Девушка покраснела и дрожащей рукой протянула корочку.

– Розовый… Даже не сомневался. Проходи, не задерживай, – документ снова перекочевал в руки к Алисе. Девушка быстро сунула его в карман и быстро прошла вперёд, не смотря по сторонам.

Пройдя на достаточное расстояние от вахтёра, Алиса сверилась с телефоном. Аудитория 304. 3 этаж. «Введение в специальность», Пименов Игорь Петрович, доцент кафедры журналистики.

Алиса зашла в просторную аудиторию. Она была в форме полукруга, ряды парт спускались ярусами к центру, где стояла деревянная кафедра, а на стене висел белый экран. В помещении пахло новыми партами, новой техникой. У него ещё не было своей души, особого запаха, появляющегося после нескольких лет непрерывного посещения молодыми и не очень лицами, вгрызающимися в гранит науки, а взамен оставляя прилепленные к столам жвачки, скабрезные надписи и запах дешёвых беляшей.

«Миленько»

Все задние ряды были заняты более расторопными студентами, да и на средних сидели ребята. Иногда по двое, иногда по одиночке, но Алисе не хотелось садиться с кем-то и нарушать его личное пространство. Всего в аудитории находилось примерно 30 студентов. Вздохнув, она решительно направилась к первому ряду парт, понимая, что другого выбора у неё нет. Пару раз она замечала смутно знакомые лица с посвящения. Студенты неуверенно кивали ей, она также неуверенно отвечала. Девушка уже собиралась поставит сумку на стул, когда из-под стола появилась ладонь и звонко шлёпнула по деревянной сидушке.

– Занято!

– П-просите, – Алиса заглянула под парту и встретилась с большими карими глазами девушки, сидящей на корточках. – А… А ты что там делаешь?

– А ты не в курсе? Это лучший способ прослушивания лекций, – хмыкнула незнакомка, выбираясь из-под стола. – Наушник выпал, искала. Я Вера.

– Алиса, – она бросила взгляд на потертый от времени кейс дешёвеньких беспроводных капелек, которые моно было купить в любом магазине. Хозяйка наушников – широкоплечая невысокая девушка с короткими чёрными кудряшками, одетая в чёрный, выцветший от времени, оверсайз худи с глубоким капюшоном и старенькие джинсы, внимательно и немного насмешливо рассматривала её. Что-то в ней напрягало Алису. Возможно, взгляд девушки, или же вечная насмешка на лице. Соседка по парте не скрывала, что ей не нравится компания.

– Если я мешаю, то могу пересе…, – Алиса не успела договорить как дверь в аудиторию распахнулась и между рядов к кафедре уверенно двинулся высокий сухопарый мужчина в очках и стареньком, но очень аккуратном твидовом костюме. Вытянутое лицо лет сорока, высокие залысины и седеющая голова, длинный нос, на котором удобно уместились небольшие очки. Алиса глянула на часы – ровно 8.00.

«Вот это пунктуальность»

– Садись уже. Будем вместе страдать. Говорят, Петрович весьма строг и ненавидит, когда после начала пары студенты мечутся по аудитории, – Вера несильно дёрнула Алису за руку, призывая сесть. Девушка быстро опустилась на место, доставая небольшой ноут с кокетливо откушенным яблочком на крышке. Разумеется, ноутбук тоже был розовым. Соседка по парте издала неопределённый звук, то ли одобряя, то ли насмехаясь над техникой.

– Так, звонок был, а значит в аудитории должна царить тишина. Это первое правило, – голос Игоря Петровича был слегка высоковат для мужчины и немного резал слух. – Я ваш куратор на эти четыре года, так что запоминаем сразу: опоздания недопустимы, дедлайны священны, дисциплина на первом месте, ну а если увидите меня в баре – я вас не знаю.

По аудитории прошел неуверенный смешок.

– О, не думала, что он умеет шутить. Хотя, как-то один первокурсник не поздоровался с ним в баре – ходил на пересдачи до следующего года.

– Откуда знаешь? – Пригнувшись за ноутом тихо спросила Алиса. Вера приблизилась к ней поближе и таким же шёпотом ответила:

– Я же в общаге живу, со мной ещё пять девочек. Две из них на три курса старше. Знают всех преподов, рассказали кое-что. Общага – та ещё школа жизни.

– Юные леди, я вас не отвлекаю от ваших, несомненно, очень важных переговоров? – Игорь Петрович оказался прямо над их партой. Девушки немного сжались под его строгим взглядом и поспешно отодвинулись друг от друга. – Личное оставляем до перерыва. А сейчас моя нелюбимая часть – знакомство с вами. Встаём по очереди, представляемся.

Преподаватель грозно глянул на Алису, намекая, что у неё нет выбора.

– Алиса Соколова, Москва.

Кто-то на задних рядах начал перешёптываться. До Алисы донеслось несколько фраз: «и чего Москва тут забыла?», «её в Москве никуда не взяли что ли?». Алиса снова покраснела и опустила голову. Игорю Петровичу было достаточно лишь раз взглянуть на аудиторию, чтобы вновь наступила тишина. Вера встала следом:

– Вера Сидорова, Тюмень.

– Анна Пестрова, Омск. – позади Алисы встала невысокая худенькая девочка с двумя идеально заплетёнными косичками, в аккуратно отглаженном костюме. Её голос немного дрожал. Всем своим видом она напоминала типичную отличницу.

Алиса внимательно следила за каждым представляющимся, но запомнить смогла лишь нескольких.

– Кирилл Глушко, можно Кир, – высокий симпатичный парень с русыми волосами и карими глазами насмешливо улыбался. Улыбка была настолько заразительной, что невозможно было не улыбнуться в ответ. Оглядев всех, он артистично поклонился группе. – Нижневартовск.

– Александр Дружинин, или Саша, Надым, – паренёк, ростом с Алису, с каштановыми короткими волосами, в больших круглых очках, делавших его зелёные глаза ещё больше. Он казался таким правильным, но вот лукавые глаза выдавали его с потрохами.

Остальные студенты так же вставали и представлялись, но для Алисы всё смешалось т она уже не могла с уверенностью сказать, кто из ник Полина, а кто Толя.

– Отлично, все познакомились, теперь записываем тему и не отвлекаемся. У нас остался час, проведём его продуктивно…

Из аудитории Алиса выходила выжатая, еле передвигая ноги. А ведь впереди ещё две пары.

«Первый день, а уже так выматывает. Может, назад в Москву, к мамочке?»

Девушка тряхнула головой, собравшись с мыслями и сверилась с расписанием: 301 аудитория, «Социология», Любшина Диана Фёдоровна, профессор кафедры психологии и педагогики.

– О, эта вроде классная тётка. Умная, не сильно придирается, если не борщить, – Вера заглянула в телефон Алисы. – Ну что, будем вместе сидеть, розовая?

– А… Да, давай, – Алисе неудобно было отказать однокурснице, хоть её поведение совсем ей не нравилось. Девушка видела, что Вера насмехается над ней.

«С другой стороны, больше никто не вызвался с тобой общаться, так что…»

– Ну тогда погнали. Вряд ли первую парту займут, конечно, но лучше поспешим. Топ-топ! – Вера ускорила шаг.

– А зачем на первую? Не лучше сесть назад, не привлекать внимание…

– Ты что? Я на бюджете учусь. Мне оценки хорошие нужны просто как воздух. Пусть преподы запомнят лицо, чтобы потом было проще сдавать! Это тактика, детка, – девушка подмигнула Алисе и пошла к первой парте.

Аудитория не отличалась от предыдущей. Алиса, в который раз за сегодняшнее утро вздохнув, медленно поплелась следом. Стоило ей только сесть, как прозвенел звонок.

Прошло минут пять, прежде чем в аудиторию, звонко цокая шпильками, зашла полноватая женщина лет сорока, в модном костюме-тройке. Ухоженная, с красивой причёской, с натуральными русыми волосами, в которых уже проглядывала седина. Быстро пройдя к кафедре, она обвела всех пронзительным взглядом из-под очков в черепаховой оправе.

– Имя моё вам уже известно, если вы хотя бы раз заглянули в расписание. Сейчас я зачитаю ваши фамилии, извиняюсь, если где-то ошибусь – поправьте меня. А затем мы перейдём к занятию. Важное уточнение: если вам скучно на моих парах – я вас не держу. Можете изучать мой предмет дома. Но если не сможете ответить на первом экзамене – извините. Пересдача только с комиссией. Я не стану тратить время на тех, кто не хочет учиться. Итак, начнем, Анненкова…

Дальше пошло новое знакомство. Диана Фёдоровна отметила всех присутствующих, отложила список и повернулась к загоревшемуся экрану на стене, на которой уже появилась схема «Общество как система».

Время тянулось нереально долго – Алиса уже проголодалась, захотела спать или просто хотя бы встать и пройтись. Лекции с множеством терминов и схем – скучнее занятия не найти. Параллельно она изучала Веру, которая лениво записывала пять слов из десяти, произнесённых дианой Фёдоровной. А иногда и три. Чаще всего она просто рисовала довольно похожие скетчи на профессора и студентов. Приглядевшись, Алиса увидела и себя. В руках нарисованная Алиса держала бабочку, от которой расходились лучи света.

«Ха, а что, забавно…»

Алиса отвернулась, продолжая тихо клацать по клавиатуре, быстро печатая лекцию. Не стоит сильно отвлекаться.

– Что ж, на этом закончим на сегодня, подготовьте к следующему занятию конспект …

Из аудитории они выходили вместе. Как-то само собой стало понятно, что и на последней паре девушки сядут рядом..

Настало время обеда. За ним будет ещё пара и наконец можно будет пойти домой. Только не забыть бы зайти за учебниками в библиотеку.

«Сейчас же всё можно найти в интернете. Зачем этот раритет таскать?»

Подчиняясь стадному чувству, их группа в столовой заняла два соседних стола. Девочки сели рядом с девочкой-отличницей, напротив Алисы на стуле вальяжно развалился Кир, шумно похлёбывая чай и раздражая этим соседей. Его это очень веселило. Взяв себе легкий салат и рис с куриной котлетой, Алиса начала медленно и уныло жевать. Пары были интересными и насыщенными, но вот чувство усталости и недосыпа окрашивали мир в серый цвет.

«Осталась одна пара и ты свободна. Держись»

Без особого аппетита доев свою порцию, девушка поднялась одной из первых, собираясь уйти. Внезапно на неё налетела незнакомка, разговаривающая по телефону.

– Ой! Прости-прости! Не заметила тебя! Не поранилась? Не облилась? Не обожглась? Нет? Фух…, – девушка, ростом на пару сантиметров ниже Алисы, быстро ощупывала и отряхивала её, не переставая тараторить. У неё были ярко-рыжие волосы до плеч, немного растрёпанные и вьющиеся, между прядок были видны золотистые нити. Но внимание Алисы больше привлекли интересные родинки на лице и шее девушки – они были в виде аккуратных маленьких звездочек: одна под глазом, две на лбу и несколько на шее. Они почти терялись за яркой россыпью веснушек, но всё же девушка заметила их. – Ну, тогда я побежала, ещё раз извини! Если что-то испачкала – найди меня позже, я сейчас жутко спешу! Алекса, второй курс журналистики. Пока-пока!

Пока Алиса переваривала поток слов, девушка быстро убежала. Ошеломлённо поглядев ей вслед, она только покачала головой и, наконец, вышла из столовой.

– О, я её знаю. Тоже в общаге живёт, через три комнаты от меня, – Вера подала Алисе упавшую сумку, – учится на курс старше нас. Говорят, если очень попросить – может погадать на рунах. И вроде как все её гадания сбываются. Но я в эту чушь не верю особо. Это же обычно программирование себя на определённый результат.

Алиса слегка пожала плечами. Она не верила в сверхъестественное, но иногда в её жизни происходили вещи, которые простым разумом объяснить девушка не могла.

Новая преподавательница по русскому языку вошла в аудиторию с грацией цапли, несущей в клюве добычу. Высокая, с прямой осанкой, седыми волосами, собранными в аккуратный тугой пучок и взглядом, который явно говорил: «Я знаю, что вы все безграмотные варвары, и мне за вас заранее стыдно».

Пара прошла на удивление весело: Лидия Аркадьевна интересно объясняла, приводила яркие примеры и не стеснялась чрезмерно восхищаться богатством русского языка. Её отношение незаметно передалось почти всем студентам и они не заметили, как пролетели эти два часа.

После пар девушки вдвоём заглянули в библиотеку за книгами.

– Слушай… Не хочешь заглянуть в кофейню? Она тут рядом. После посвящения нашла очень классное место. Готовят вкусный кофе и выпечка свежая.

– Только если быстро… У меня смена через час. Нельзя опаздывать, – легко согласилась Вера.

– О, ты работаешь?

– Да… Подрабатываю по вечерам курьером. На кофе хватает, – немного криво улыбнулась Вера. Алиса только сейчас заметила, что девушка так и не сняла наушники, даже при разговоре с ней.

Зайдя в милое кафе рядом со зданием университета, девушки заказали себе напитки и сели за небольшой столик у окна.

– Ого, столько сахара убило бы меня наповал, – хмыкнула Вера, увидев заказ Алисы.

– Просто сладкий капучино и круассан с заварным кремом и фруктами, – Алиса помешала сахар в напитке. – Зато твой американо настолько горький и чёрный, что начинает поглощать радость из окружающего мира.

– Идеально, скажи же!

Девушки рассмеялись. Полчаса пролетели незаметно. Алиса удивлялась тому, как легко они смогли найти общий язык. Вера оказалась весёлой, немного циничной и с нотками чёрного юмора. Но она легко подстраивалась под новые темы, поддерживала любой разговор и с таким воодушевлением рассказывала о любимой музыке, что Алиса даже решила послушать пару новых групп. Хоть и не очень любила рок.

Они обменялись телефонами и соцсетями и Вера убежала на работу, а Алиса не торопясь направилась домой.

Сегодняшний день был изматывающим, но девушка понадеялась, что он подарил ей новую подругу.

Дома Алису на кухне ждала чашка ароматного чая, пахнущего мятой и лавандой со стикером «Выпей. Полезно». Такое ощущение, что его заварили только что, но Габриэль нигде не было видно. Из её комнаты слышался тихий голос хозяйки, ведущей с кем-то беседу.

Чай оказался вкусным, хоть и без сахара. По телу разлилось приятное тепло, снимая усталость и тревогу. Зайдя в свою комнату, Алиса плюхнулась на мягкую кровать, зарываясь лицом в подушку. Не время отдыхать, ещё столько дел…

«Поспать пару часиков, а потом за учёбу…»

[1] Песня «Dance the night», исполнитель Dua Lipa

Глава 3

Тик-так, тик-так

Звук раздавался в голове, словно кто-то вставил часы ей прямо в мозг. Алиса лежала, не способная пошевелиться, открыть глаза или хотя бы просто сделать вдох. Но, что ещё страшнее, она знала, что в комнате кто-то есть. Кто-то стоит рядом с кроватью и холодит кожу еле слышным дыханием. Наблюдает.

Тик-так

Звук пульсировал в висках. Что-то упало на пол. Дыхание приблизилось. Холодные, тонкие, невообразимо длинные, прикоснулись к её лицу, проведя линию на щеке. Холод сменился острой болью. Кажется, пальцы пытались прорваться сквозь кожу. Она услышала шёпот, но не могла разобрать слов.

Тик… так…

Алиса пыталась закричать, дёрнутся, хотя бы вздохнуть. Шепот стал громче, он проникал в уши, заполнял собой всё пространство. «Почему?»… «Кто?»… «За что?»… «Я не виноват»…

Тик-так

Лёгкие сдавило тяжестью, словно на грудь положили каменную плиту. Глаза были закрыты, но почему-то Алиса была уверена, что у её кровати стоит неестественно высокая фигура с длинными руками и пытается прикоснуться к ней, забрать её тепло. Её жизнь.

Тик-так, тик… так… тик…

Стоп, у нас нет часов. Откуда этот звук?

«Открой глаза! Живо!»

С хриплым криком Алиса резко села на кровати. Голова кружилась, легкие болели от нехватки воздуха. Щека горела. Девушка начала ощупывать лицо, но никаких следов не было, только небольшая примятость от подушки.

Дверь резко распахнулась. На пороге стояла Габриэль. Одетая, не сонная. Словно и не спала вовсе. Она молча смотрела на Алису своим странным, немигающим взглядом чарующих фиолетовых глаз. Девушка всё чаще сомневалась, что это линзы.

– П-прости, кошмар приснился.

Габриэль молча вышла из комнаты.Она вернулась через пять минут, неся в руках кружку с горячим чаем, от которого исходил сильный аромат трав.

– Ты не выпила вечером. Пей сейчас.

Алиса машинально взяла чашку. Горячий пар обжег ей нос, а первый глоток оставил горьковатое послевкусие. Но почти сразу по телу разлилось приятное тепло, снимая напряжение в мышцах. Она даже не заметила, как сильно дрожала все это время. Пальцы потеплели от горячей кружки, дыхание восстановилось, накатила волна спокойствия и расслабленности.

«Вот, теперь всё хорошо. Молодец».

– Спасибо… Извини, что разбудила тебя, – пробормотала Алиса.

– Я не спала.

Габриэль удалилась, но из её комнаты донеслись приглушённые голоса. Один? Два? Алиса не успела разобрать – звуки оборвались.

– С кем это она решила поболтать в три часа ночи? – сама себя спросила Алиса, укладываясь обратно и зарываясь в одеяло.

Уже засыпая, на задворках её сознания мелькнуло осознание, что вечером книга по русскому лежала на столе, а сейчас валялась рядом с кроватью. Но мысль исчезла, погрузив девушку в долгий крепкий сон без сновидений.

Наутро Алиса проснулась полностью разбитая. Странный кошмар стёрся из памяти, оставляя лишь неприятное ощущение на задворках сознания. На кухне снова стояла чашка с горячим чаем. Только заваренная. «Пей». Она вообще не спит что ли? Или караулит меня под дверью?

«Ага, стоит на страже твоих снов»

Алиса фыркнула и отпила несладкий напиток. Ну кто вообще пьёт чай и кофе без сахара? Извращенцы. Но обижать Габриэль она всё же не хотела, так что покорно допила, потянулась и уже собиралась пойти в комнату как на кухню зашла Габриэль. Мятая футболка не по размеру, немного спутанные волосы, тёмные круги под глазами. Она направилась к холодильнику и достала стеклянную бутыль с мутной желтоватой жидкостью. Когда девушка откупорила пробку, по кухне распространился странный аромат – сладкий запах жасмина и роз смешивался с чем-то резким и горьким, отчего у Алисы непроизвольно сморщился нос.

– Доброе утро. Интересный запах, что это? – Алиса придвинулась на стуле поближе, рассматривая содержимое кружки.

– Утро. Отвар для остроты ума и бодрости, – ответила она, наливая жидкость в кружку с дурацкой надписью «Ведьмы не стареют». – Тебе нельзя.

– А, ясно…, – Алиса не знала, что на это сказать. – Не то чтобы я сильно хотела… Слушай, ты вообще спишь? Вчера вон чай мне в три часа ночи делала, сегодня в шесть утра снова заварила…

– Не сплю. Пей чай. Он помогает.

Габриэль взяла кружку и подошла к двери балкона. Она, как и входная дверь, была украшена множеством странных знаков, вырезанных в дереве. Такие же знаки Алиса обнаруживала на окнах, пороге, всех углах и косяках внутри дома. Ими был испещрён весь балкон. Несколько раз девушка хотела поинтересоваться у Габриэль, что это за народное творчество, но соседка редко составляла ей компанию во время чаепитий. Сегодня, вообще-то, это было впервые.

«Да уж, кто-то хорошо постарался»

Только Алиса хотела спросить про эти странные символы, как краем глаза заметила движение за окном: чёрная тень опустилась на подоконник снаружи и раздался настойчивый стук в стекло. Подойдя ближе, девушка увидела как Габриэль, открыв балконную дверь, распахнула окно. В него резко влетел очень недовольный и взъерошенный ворон. Пролетев на кухню, он сел на стол и бросил небольшой свёрток, который держал в клюве, а затем повернул голову и уставился на Алису своими блестящими черными глазами. Внезапно его взгляд перевелся на что-то позади нее. Алиса резко обернулась, но в пустом кухонном проеме никого не было.

«Ага, уже воронам верим. Так и до разговоров с кошками недалеко»

– Кар-р! – требовательный крик и хлопанье крыльев.

– Опоздал. Двадцать минут. Получишь меньше.

Габриэль открыла один из верхних кухонных ящиков (для этого ей пришлось залезть на стул) и достала оттуда банку с какими-то цепочками, брошками, браслетами и кольцами. Они были из совершенно разных материалов: пластмассы, бисера, серебра, золота, бронзы, но все объединяло одно – яркий блеск. Металлические украшения были идеально начищены и словно сияли, а пластмассовая бижутерия переливалась стразами и стёклышками, мало чем отличаясь от драгоценных камней. Достав небольшое бронзовое колечко, украшенное маленьким красным камнем, Габриэль кинула его ворону. Тот ловко поймал добычу и быстро вылетел в окно.

– Офигеть… Это что сейчас было? Ты не говорила, что у тебя есть ручной ворон.

– Он не ручной. Принёс почту, – никаких эмоций в голосе. Ни намёка на шутку.

– Ага, очень смешно. Почтовый ворон? Конечно-конечно, верю. Я слышала про почтовых голубей, но чтобы ворон…

– Не говори такого при воронах. Обидятся. Принесут не то, что заказывала. Или вообще не прилетят.

– Ага, спасибо за совет, – Алиса рассмеялась. Очень уж абсурдной выходила беседа. – И что же тебе принёс этот почтовый ворон?

– Забытый поцелуй.

– Так, ясно. Лучше бы не спрашивала. От твоих ответов только больше вопросов. Пойду-ка я одеваться. Не хочу опаздывать. И если снова решишь пригласить в дом ворона – не впускай его в мою комнату.

Алиса зашла к себе, остановилась возле кровати и потрясла головой.

– Бр-р-р. Так и с ума сойти можно. Но как она надрессировала ворона носить вещи? Ладно, не моя проблема. Главное, чтобы по дому не гадил. Хотя, когда вернусь – нужно обсудить это всё. И её странное поведение и этого ворона. И знаки! особенно знаки!

Телефон завибрировал, на экране высветилось сообщение от Веры: «Ты там жива? Надеюсь, что нет, ведь только это может оправдать твоё опоздание! Я жду уже три минуты. Ещё две – до уника пойдёшь одна, отсчёт пошёл». Алиса быстро скинула в сумку ноут, косметичку и потянулась за книгой по русскому, лежавшей на полу. Руки внезапно задрожали и её снова накрыла волна ночного ужаса. Девушка выбежала из квартиры, на ходу завязывая волосы в хвост. Книга так и осталась лежать на полу.

Вера сидела на скамейке у дома. Той самой, где по вечерам появляются любопытные старушки. Погода всё ещё была тёплая, поэтому девушка, не изменяя себе, надела чёрную толстовку с названием какой-то плохо читаемой рок-группы. Капюшон натянут на голову, торчат только непослушные кудряшки у лба. Глаза закрыты. Девушка слушала музыку, сгорбившись на скамейке и не замечая ничего вокруг.

– Прости-прости! Меня соседка отвлекла! Вер? Ты что, спишь?! – Алиса аккуратно потрясла девушку за плечо.

– М-м-м, поспишь тут с тобой, – проворчала Вера, с трудом открывая глаза, – я легла два часа назад: очень уж хорошие ночные заказы падали. Не смогла отказаться.

– Ну ты даешь… Забежим за кофе?

– Не успеем, – с сожалением вздохнула девушка, – Петрович же аудиторию закрывает ровно в восемь. Ты, кстати, подготовилась? Он угрожал устроить опрос.

– Чёрт, – Алиса замерла. Петровича она побаивалась, он был суровым преподавателем старой закалки, требующим знания материала на все 200%, – совсем из головы вылетело с этими кошмарами.

– Это твоё подсознание предупреждает тебя, – зловещим голосом протянула Вера.

– О чём же? – Алиса напряжённо посмотрела на мрачную и серьёзную девушку.

– О том, что надо было учить лекции, дурында, – рассмеялась она, – видела бы ты своё лицо! Ты же не веришь в подобную чушь про вещие сны, предчувствия и прочую паранормальную муть?

– Ой, ну тебя!

Так, шутливо переругиваясь, они быстро забежали в университет. Тревога почти отпустила Алису. Она вообще стала замечать, что чем дальше отходит от квартиры, тем свободнее ей становится дышать.

– О, точно, – шёпотом обратилась в ней Вера, следя, чтобы Петрович не заметил, – мы сегодня у нас в общаге собираемся потусить, помнишь? Ребята со старших курсов тоже обещали заглянуть.

– Слушай, я не знаю…, – замялась Алиса, – так мало сегодня спала, боюсь, что усну прямо посреди разговора.

– Ничего, мы тебя накроем покрывалом и выдадим за элемент декора. Может, хоть там выспишься, – фыркнула Вера.

– А, юные леди уже готовы ответить на все мои вопросы, я верно понял?

«Вот это ты попала»

Алиса мысленно застонала. День обещал быть долгим.

Прошло уже больше двух недель с начала учёбы. Алиса постепенно запоминала лица и имена одногруппников. Быстрее всего она сблизилась с Киром с его заразительным смехом и вечными каламбурами, тихоней Даней Котовым, которого все звали «Котиком», и бунтаркой Марой. Последняя успела за неделю создать рок-группу и теперь на парах писала песни.

Одним из самых забавных «персонажем» университета стал охранник-усач. Каждый раз, когда Алиса не могла найти пропуск (а это случалось часто), он заводил долгие разговоры о мировых заговорах. Вера, кажется, специально «забывала» пропуск, чтобы послушать его очередную теорию – особенно ей нравились истории с участием тайных убийц и мистических организаций.

Университетские будни постепенно обретали четкий ритм. Лекции, семинары, домашние задания – все это складывалось в новую, непривычную, но удивительно комфортную реальность. Алиса с удивлением обнаружила, что учёба начала увлекать её всё сильнее.

Да и одногруппники из случайных лиц в списке постепенно становились важной частью жизни Алисы. Каждый из них открывался с неожиданной стороны, разрушая первые впечатления и стереотипы. Алиса ловила себя на мысли, что в этой пестрой компании чувствует себя удивительно комфортно – может быть, впервые в жизни.

Но главным открытием стала Вера.

Алиса привыкла к другому кругу общения – детям папиных партнеров, одноклассникам из частной школы. В том мире дружба часто была транзакцией: ты мне – я тебе, статус за статус, связи за связи. Она до сих пор с содроганием вспоминала, как однажды, желая вписаться в компанию, присоединилась к травле девочки из бедной семьи. Но когда увидела её слёзы – стало стыдно. Её воспитывали не так. Отец всегда говорил, что главное – сохранять уважение к себе. А уважения к себе не бывает без уважения к окружающим. Заступиться за девочку не хватило смелости – Алиса боялась стать новой жертвой, всё же её отец не настолько влиятелен. Она просто попросила перевести её в другую школу. Не смогла больше смотреть той девочке в глаза.

Вера же, казалось, была из совершенно другого измерения: она не боялась говорить то, что думает. Не лицемерила, не ждала одобрения. А ещё ей было совершенно наплевать на деньги Алисы. Точнее, на деньги её семьи. И при этом она не язвила на эту тему, не высмеивала неопытность Алисы в самостоятельной жизни, даже помогала, если видела, что подруга не справляется с банальными для неё самой бытовыми проблемами. Алиса сама не заметила как привязалась к ней, советуясь практически во всём, кроме, разве что, стиля в одежде.

После последней пары часть их группы направилась к студенческому общежитию – старому кирпичному зданию в пяти минутах ходьбы от университета. Несмотря на солидный возраст, здание выглядело ухоженным – свежая краска на фасаде, новые пластиковые окна, аккуратно подстриженные кусты у входа.

– Пятый этаж, лифт лифт небольшой, так что едем тройками. Ну или поднимаемся пешком, если хотите удивить Гелик на следующей паре, – предупредила Вера, распахивая тяжелую входную дверь. Внутри пахло свежей краской, дезинфицирующим средством и чем-то домашним – вероятно, кто-то на первом этаже решил побаловать себя борщом.

Комната Веры оказалась в двухкомнатном блоке, объединённым общим санузлом и маленькой кухней, который она делила с пятью соседками. В комнате она жила с двумя старшекурсницами с факультета журналистики. Сейчас никого из них не было – уехали домой на выходные, оставив после себя аккуратно заправленные кровати и несколько забавных стикеров на зеркале: «Не забывай поливать кактус!», «Стирай носки, монстр!».

– Ну что, располагайтесь, – Вера широким жестом указала на комнату.

Пространство было небольшим, но уютным: три кровати, три тумбочки, пара шкафов, три небольших письменных стола, миниатюрный холодильник. Стены украшали постеры с неизвестными Алисе рок-группами и несколько черно-белых фотографий в самодельных рамках.

Кир, красный от натуги, поставил на стол огромный пакет с закусками – чипсы, печенье, несколько пачек сухариков, фрукты, овощи и какая-то колбаса по акции.

– Ну, голодными точно не останемся. Хотя бы на пару часов, – провозгласил он, вытирая лоб.

Рядом зазвенел переполненным рюкзаком Котик, сгружая бутылки в холодильник Вместилось меньше половины из того, что он достал.

Пока девочки нарезали фрукты и овощи, парни пробежались до своих комнат чтобы набрать достаточное количество кружек.

Мара, или Марина, высокая черноволосая девушка с готическим макияжем и чрезмерным, по мнению Алисы, количеством пирсинга, кромсала огурец с таким видом, будто это был её давний враг, нанёсший ей непростительное оскорбление.

– Ой, лучше дай мне, а то я так новую фобию приобрету, – смеясь сказал Кир, перехватывая руку Мары и отбирая нож. Он ловкими движениями за пару минут соорудил несколько нарезок из овощей и приступил к фруктам. – Чего вы так смотрите? У меня старший брат шеф-повар в нашем городе. И его часто оставляли со мной нянчиться… Дальше додумаете сами.

Уже через полчаса комната была забита студентами под завязку. Играл микс из разнообразных плей-листов: от классики в современной обработке до к-попа. Ребята обсуждали учёбу, преподавателей, личную жизнь. Саша – ещё один парень с их курса – не теряя времени, пытался ухаживать за девушкам со старших курсов. Старшекурсницы хихикали, глядя на забавного паренька, но взаимностью не отвечали. Среди них Алиса заметила Алексу, которая дружелюбно ей улыбнулась и помахала рукой. На секунду Алисе показалось, что одна из тряпичных кукол на поясе девушки тоже сделала движение маленькой ручкой.

– Ох, пойду подышу, а то тут становится душновато, – сказала Алиса Вере.

– Пойдём, покажу наши ну очень интересные коридоры, – тут же отозвалась она, – а то одна ты тут заблудишься и помрёшь с голоду в каком-нибудь тёмном углу. Ищи тебе потом, объясняй вахтёрам твой хладный труп.

– Выйду на запах дешёвого пива, – рассмеялась Алиса.

– Самая главная ошибка новичка! Тут везде так пахнет. Ну ещё иногда борщом. И слезами. Но это во время сессий.

Девушки медленно шли по длинному коридору, справа и слева тянулся ряд дверей, за которыми слышались голоса, музыка, иногда крики.

Внезапно, в конце коридора, когда девушки уже хотели вернуться назад, Алиса почувствовала знакомый, сковывающий тело ужас. Она смотрела на последнюю дверь, прятавшуюся в тёмном, плохо освещённом закутке коридора.

– Чего остановилась? Пойдём обратно, а то они мне там комнату разнесут. Лика и Женька меня прикончат, – Вера дёрнула Алису за руку, возвращая в реальность.

– А? А, да, конечно, пошли, – немного заторможено ответила Алиса, стараясь незаметно выровнять дыхание.

– Да, мне тоже тут не по себе, – Вера оглянулась на дверь, – Лика говорила, что два года назад в той комнате девчонка из окна сиганула. От неразделённой любви или из-за стресса перед сессией – этого уже никто не знает. Но больше месяца в комнате никто не живёт. Обычно все просятся в свободные комнаты, либо вообще съезжают на съёмное жильё. Одного парня увезли с жутким нервным срывом. Он ещё год лечился. После него комнату закрыли. Теперь там склад. Ребята оставляют там вещи на летний период, пока по домам разъезжаются.

Алиса почти не слушала её, всё ещё пытаясь стряхнуть с себя неприятное оцепенение. Настроение пропало, захотелось просто пойти домой и упасть в тёплую кроватку, просматривая глупые короткие видео в интернете.

Посидев ещё полчаса, натянуто улыбаясь и изображая веселье, Алиса всё же решила пойти домой. Находится в общежитии ей теперь совершенно не хотелось.

Придя домой, девушка вяло поделала домашние задания, но, понимая, что сил на это нет, просто уснула.

Ещё несколько недель прошли, сопровождаясь кошмарами, что стали чаще. Габриэль пропадала где-то по ночам, поэтому никто не реагировал на её крики во тьме. Никто не приносил ей успокаивающий отвар.

Несколько раз девушке казалось, что на периферии зрения она замечает размытый силуэт, шарахающийся от неё. Но она списывала это на недосып.

«Это уже перебор, пора съезжать отсюда»

Но как съехать, когда за новый месяц ты уже заплатила, да и родителей волновать не хочется. Она и так редко им звонит, надо бы позвонить прямо сегодня. Это просто стресс. Надо купить снотворного и нормально выспаться. Вот и всё.

На первой паре Алиса просто лежала на парте, не в силах писать, говорить, думать. Ей хотелось просто поспать, но даже этого она не могла – голова разрывалась от боли.

– Боги, даже некоторые мертвецы получше выглядят, – Вера обеспокоенно положила свою прохладную ладонь на лоб девушке. – Ты как? Иди-ка ты в больницу, подруга. Тебя проводить?

– Не…, спасибо. Я домой, отлежусь, высплюсь… Если не поможет – тогда уже в больницу, – с трудом произнесла Алиса.

Пятиминутный путь до дома показался вечностью. Перед глазами плыли круги, в воздухе появлялись и исчезали яркие искорки. Иногда девушке казалось, что лица некоторых прохожих меняются, над другими появляются светящиеся ауры разного цвета. Похоже, у неё приступ мигрени.

Не с первого раза попав ключом в замочную скважину, Алиса распахнула дверь. С трудом сняв обувь и куртку, девушка, пошатываясь, направилась в свою комнату, как вдруг её внимание привлекли тихие голоса из кухни. Первый голос точно принадлежал Габриэль, а вот второй… Кажется, она уже слышала его. Ночью. В одном из кошмаров. И после него в комнате Габриэль.

«Не стоит…»

Алиса зашла на кухню, Габриэль сидела за столом лицом к ней, а напротив сидел светловолосый парень в чёрной косухе. Алиса видела только его спину. Головная боль усилилась.

– О, не знала, что у нас гости. Приве…, – начала девушка. Глаза Габриэль расширились, парень повернулся на стуле.

Сначала Алиса отметила, что его тело просто прошло сквозь спинку стула и только после она увидела его глаза – две чёрных радужки, словно засасывающих внутрь. На горле парня был виден полупрозрачный разрез, словно ему вскрыли горло. А под косухой, на белой футболке, прямо напротив сердца, расползалось кровавое пятно.

Ещё одна вспышка боли пронзила голову, Алиса пошатнулась, мир вокруг потемнел и она почувствовала, как падает.

Последнее, что она увидела – Габриэль, резко вскочившую со стула, и странного парня, чьи очертания начали расплываться.

Глава 4

Голова была лёгкой и пустой, как воздушный шарик. Казалось, стоит её повернуть или просто о чём-то подумать – она лопнет. Глаза открывать не хотелось. Алиса боялась, что снова увидит странного парня. Да уж, с такими галлюцинациями пора бы перебираться в помещение с мягкими стенами и добрыми санитарами. По ощущениям, её мозг решил взять небольшой отпуск и перестал рационально мыслить. Подумав о страшном видении перед обмороком, Алиса почувствовала, как её тело дрожит, пробираемое ознобом. Стая мурашек заставила её передёрнуться.

– О, очнулась! – услышала она над собой смутно знакомый весёлый голос.

Глаза открылись на удивление легко. Никакой боли. Алиса внутренне готовилась к новой вспышке мигрени, но ничего не болело, даже постоянная в последние дни усталость исчезла. В комнате царил полумрак, разбавляемый лишь ненадёжным светом нескольких тоненьких свечек, от которых исходил запах мёда и трав. За окном было темно и полная луна кокетливо светила своим сырным боком.

Рядом с девушкой на кровати сидела Алекса, внимательно вглядываясь в её лицо. В свете дрожащих свечей (почему, кстати свечей? Кто вообще освещает комнату свечами в XXI веке?) её глаза светились зелёным, как у кошки. Алекса наклонилась ещё ближе.

– Так-так…, – девушка наклонилась ближе. – Сколько пальцев? Как зовут? Нет внезапного желания выпрыгнуть в окно или заколоть кого-нибудь… ну, скажем, тупым карандашом?

– Почему именно тупым? – невольно удивилась Алиса.

– А что? Хочется с острым? – тут же поинтересовалась Алекса, размахивая перед её лицом рукой с двумя оттопыренными пальцами. – Ну? Сколько пальцев? Как зовут? Желание убивать?

– Алиса, два! Нет, но если не перестанешь махать руками – появится, – девушка раздражённо убрала руку Алексы от своего лица.

– Хм-м-м-м… Ты выглядишь вполне нормальной, – кажется, девушка была озадачена.

– А как ещё я должна выглядеть? С радужным рогом на макушке? Что вообще произошло? И почему ты тут?

– А ты не помнишь? – Алекса ещё раз внимательно посмотрела на девушку.

– Ну, у меня болела голова, я пошла домой, зашла на кухню, увидела Габриэль и…, – перед глазами снова встало перерезанное горло и кровавое пятно на рубашке того парня.

– И ты упала. Я тебя принесла. Позвала Алексу, – тихий голос Габриэль раздался из темноты. Прищурившись, Алиса разглядела её, сидящую за письменным столом. – Алекса поможет.

Алекса скептически посмотрела сначала на Габриэль, а затем на Алису. В неровном свете свечей Алисе снова показалось, что тряпичные куклы на её ремне шевелятся.

– Ну не знаю…, – Алекса задумчиво перебирала какие-то травки и бутылочки, разложив их на кровати Алисы, – предыдущие просто съезжали, не выдержав его присутствия. Через месяц они отсюда чуть ли не уползали, а она впервые в обморок упала и кошмары видит всего пару раз в неделю… А! Вот! Иди завари в пропорции 2 к 3, температура семьдесят три градуса.

Алекса вручила Габриэль несколько баночек и выпроводила её из комнаты.

– Чьего присутствия? О чём вы вообще говорите? Откуда ты знаешь про кошмары? И зачем эти баночки? Ну и, может, включим уже свет?!

– А ты и правда в порядке, – Алекса включила свет. Яркая вспышка на секунду ослепила Алису, – Так много вопросов сразу.

Алекса села обратно на кровать и серьёзно посмотрела на девушку. Странно, на Алисе показалось, что зелёные глаза странной гостьи всё ещё немного светятся. Иногда Алекса смотрела куда-то в угол комнаты, словно что-то проверяя.

– Ты веришь в истории о призраках, духах, домовых и прочей сверхъестественной нечисти?

– Что? Нет, конечно! Ну, то есть, я иногда читаю истории в Интернете про паранормальные места, стучу по дереву, чтобы не сглазить удачу… Но это же просто суеверия! Кто в здравом уме будет верить в подобное всерьёз?! А что? Ты сейчас спишешь мой обморок на влияние злых сил? Во мне демон? Или, может, меня прокляли?

Алиса рассмеялась. Это так глупо. Она тоже глянула в тот угол, куда смотрела Алекса, но там было пусто. Лишь на самом уголке зрения ей показалось, что тень немного шевелится, обозначая человеческий силуэт. И тут же снова вернулась головная боль.

«Ну, не скажи…»

Девушка осеклась. Алекса смотрела на неё слишком серьёзно, следя за каждой реакцией и словно опасалась, что она сейчас что-нибудь вытворит.

– Нет, тебя не прокляли, а демоны не вселяются в людей…, – начала Алекса, но тут дверь открылась и снова показалась Габриэль, неся в руках бледно-розовую кружку с чем-то горячим.

– Пей, – кружка оказалась в руках Алисы. Дежавю.

– Что это? – Алиса подозрительно принюхалась, но пахло приятно – лавандой, листьями малины и чем-то горьковатым.

– Это травяной сбор, поможет почувствовать себя лучше, – вместо Габриэль ответила Алекса.

Алиса сделала глоток и поморщилась – снова без сахара.

– Изверги, – вздохнула она, делая новый глоток. Отказываться от чая казалось невежливым – Габриэль всё же старалась, заваривала. – Кто вообще пьёт чай без сахара?

– Я, – ответила Габриэль. Алиса молча сделала следующий глоток.

Алекса сложила все свои странные баночки и мешочки в сумку и сейчас что-то усиленно там искала. Наконец, когда Алиса уже почти допила странный напиток, девушка достала что-то чёрное.

– Возьми, – Алисе протянули чёрный чокер из бисера, очень похожий на тот, что носила Габриэль.

– Зачем? – украшение девушка взяла, пропуская между пальцами гладкое полотно из маленьких бусин. Чокер был тёплым и неуловимо пах лавандой.

– Надень, это подарок. Если хочешь – оберег от… Побочных эффектов присутствия сверхъестественных сущностей.

– Глупость какая… Вроде две взрослые девушки, а ведёте себя… Как маньячки! – но чокер она всё же надела, ругая себя за слабохарактерность.

В момент, как замочек закрепил украшение на её шее, голова девушки прояснилась, словно с неё сняли тяжёлый камень. Стало легче дышать и ушла странная тревога, что поселилась на задворках сознания и иногда выползала на поверхность.

Но это можно было бы списать на психосоматику, эффект плацебо или другую подобную муть. А вот появившегося в углу комнаты светловолосого парня в белой рубашке, косухе и чёрных, рваных джинсах Алиса объяснить не могла. Именно его она видела перед тем как упала. Только сейчас он не выглядел так жутко: хоть он и был неестественно бледным, но исчезли разрез на шее и кровавое пятно на груди. И, кажется, он стал более… Подкаченным и симпатичным.

– Она меня видит, – кажется, парень был не сильно доволен этим фактом. – Эй! А ты не можешь как все остальные нормальные люди просто свалить отсюда? Мне хватает и одной странной соседки.

– Я купила эту квартиру. Так что сосед здесь теперь ты, – Габриэль тоже видела парня и спокойно воспринимала факт его присутствия в комнате Алисы. Девушка же беспомощно переводила взгляд с соседки на парня и обратно.

– Ну конечно, раз я умер – моё мнение больше не учитывается?!

– Да.

– Умер?! – голос сорвался на высокие ноты. Алиса закашлялась, ошарашенно глядя на парня. Только сейчас она заметила, что его ноги не касаются пола.

– И чего так орать? Я уже мёртв, орать надо было раньше, пока я ещё дышал.

– Алиса, знакомься, это Олег. Он ваш сосед, живёт…э-э-э, – Алекса запнулась на секунду, – точнее, обитает в третьей комнате.

– Очень не-рад познакомиться, принцесса, – парень демонстративно подлетел ближе.

– Э-это какая-то шутка? Голограмма? Так, это уже не смешно! Серьёзно! Нельзя над людьми издеваться!

Алиса вскочила с кровати и подошла к Олегу. Она резко махнула рукой, словно разгоняя облако дыма. Рука прошла сквозь тело Олега с небольшим трудом. Алисе показалось, словно она опустила руку в холодный кисель. Под ним и рядом с ним не было никаких устройств, которые могли был проецировать изображение.

Олег задумчиво посмотрел на её руку:

– А это может сойти за неуважительное отношение к трупу?

– Так тела-то у тебя нет. Одна лишь чистая энергия, – задумалась Алекса. – Тут скорее неуважение к памяти и духу покойного. Но не уверена, что за это сажают. Максимум – общественное осуждение.

– Ну тогда я тебя осуждаю! – заявил Олег, глядя на Алису. Она заметила, что глаза у него небесно-голубые, чуть подёрнутые сероватой дымкой.

– Э-э-э… Извини? – осторожно ответила девушка, совершенно не понимая, как она должна реагировать на всё происходящее. Обычно в фильмах героини либо безумно радовались необъяснимым силам вокруг них, либо визжали и падали в обморок. В обмороке она уже была – ей не понравилось, а орать и визжать как-то не хотелось. Всё происходило так странно, Габриэль и Алекса вели себя совершенно спокойно, словно всё так и должно быть. И от этого Алиса и сама успокаивалась. Ну призрак, ну умер, чего теперь орать-то, действительно.

– Ладно, прощаю! – великодушно кивнул Олег. – Но больше так не делай – это неприятно, вообще-то. Ваша живая плоть такая горячая и плотная, фу.

На это Алиса не знала что ответить, всё ещё пребывая в прострации.

– Ну всё, хватит с неё потрясений на первый раз! Свали в туман, – шикнула на призрака Алекса.

– Ты тут даже не живёшь! Не командуй мной, ведьма!

– Ой, изыди, – махнула рукой на него девушка. Олег пролетел к стене комнаты и растворился в ней. Но Алиса ещё пару минут слышала его недовольные причитания о несправедливости не-жизни. Она снова перевела взгляд на Алексу. Девушка безмятежно осматривала её комнату, посадив к себе на колени тряпичных куколок. Внезапно, одна из кукол подняла на девушку своё просто нарисованное лицо (две точки и улыбка) и чёрная линия улыбки расползлась ещё больше. Алиса вскрикнула и соскочила с кровати, прижавшись спиной к стене.

– Ты чего? – Алекса удивлёно глянула на неё. – А-а-а… Что ж, придётся и с ними тебя познакомить. Это Бим и Бом, мои духи-помощники. Я, кстати, ведьма.

– Ну конечно, ведьма. Действительно, чего же тут удивляться, – тихо пробормотала Алиса, глядя, как две небольшие тряпичные самодельные куклы увеличиваются в размерах и поднимаются в воздух.

«Ещё не поздно снова упасть в обморок?»

Алиса отрешённо рассматривала подлетающих к ней кукол. Её саму поражало собственное спокойствие. Словно всё происходящее было фильмом, который она смотрела со стороны. Бим – кула с улыбкой на лице, у Бома же, наоборот, линия рта была уведена вниз, придавая печальный вид. Куклы были явно созданы ребёнком. У самой Алисы классе в четвёртом на трудах тоже было такое занятие: из двух кусков ткани, ваты, разноцветных ниток и ещё парочки небольших цветных кусочков ткани для украшения получались миленькие куколки. И вот сейчас две такие «миленькие» куколки с немного криво нарисованными личиками летели к ней по воздуху.

Алиса ещё плотнее вжалась в стену. Куклы увеличивались в размерах, пока не достигли величины кошки. Их лоскутные тела парили, обдавая Алису волнами странного аромата – смеси сушёного шалфея, лаванды и чего-то ещё, сладковато-гнилостного.

– Не волнуйся, они просто хотят познакомиться. Им было любопытно ещё с нашего первой встречи.

Куклы кружили вокруг неё, их тряпичные лапки иногда касались волос, оставляя после себя ощущение лёгкого электрического разряда. В воздухе звенел едва слышный детский смех.

– Они… они настоящие? – Алиса сглотнула ком в горле.

– Насколько вообще могут быть настоящими духи, заточенные в лоскутные куклы, – пожала плечами Алекса. – Любопытно… они обычно не проявляют такого интереса к людям. Ты точно обычный человек?

Одна из кукол – Бим – вдруг прижала свою тряпичную мордочку к щеке Алисы. От этого прикосновения по телу пробежали мурашки, а в ушах зазвучал шёпот, словно десятки детских голосов говорили одновременно.

– С утра вроде была, – буркнула девушка, опасливо, по стенке, обходя кукол. Но те продолжали лететь за ней. Детский смех усилился. Он звучал словно издалека, откуда-то из прошлого. – А что, есть сомнения?

– О, ты им и правда понравилась, – Алекса удивлённо подняла бровь, – на вид ты и правда просто человек. Никаких искажений в ауре, странностей в поведении… Если не считать любовь к розовому… Но… Я не смогла прочесть твою судьбу, влияние Олега на тебя не такое сильное как на других ну и плюс ты нравишься Биму и Бому! А это редкость.

– Я человек!

– Определённо человек. Сомнений нет, – Габриэль подала голос. Алиса даже вздрогнула, так как вообще забыла, что она тут была всё это время. – Устойчивость к влиянию призраков – вещь хоть и редкая, но вполне реальная. Я знала трёх таких. Теперь знаю ещё одну.

Габриэль посмотрела на Алису своими необычными глазами, девушке вновь показалось, что её прочитали как открытую книгу.

– У тебя вопросы. Задавай.

Алиса вернулась на кровать, больше не обращая внимания на Бима и Бома. Те, поняв, что девушка их больше не боится, вернулись обратно к Алексе, потеряв интерес. Усевшись на кровати в позе лотоса, Алиса внимательно осмотрела девушек, глубоко вздохнула, открыла рот, и… поняла что не знает о чём их спрашивать. Нет, вопросов была куча, но все они смешались, толкаясь в голове, желая быть высказанными первыми, превращая мыслительный процесс в кашу.

«М-да, и как в такой ситуации не сойти с ума? А может ты уже?»

Глубокий вдох. Выдох. Пальцы впились в край матраса, пока не побелели костяшки.

– Я… – голос сорвался. Алиса сглотнула и попробовала снова: – Это всё… реально?

Вопрос прозвучал по-детски наивно, но другого у неё просто не было. Всё её мировоззрение, все представления о реальности за последний час перевернулись с ног на голову. И теперь она сидела здесь, в комнате, с трясущимися руками, спрашивая у двух странных девушек и пары оживших кукол, реально ли всё происходящее.

Губы Габриэль дрогнули в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку.

– Достаточно реально, чтобы ты могла потрогать, – она кивнула в сторону кукол, – и недостаточно, чтобы в это поверить.

– Кто вы? Обе? – Алиса переводила взгляд от одной девушки к другой.

– Ну, как там говорилось в одном сериале, «дорогая, я – ведьма», – Алекса явно передразнивала чей-то голос, но Алисе эта фраза была не знакома, – Габриэль – медиум. Тоже человек, как и ты. Просто видит и чувствует немного больше.

Алекса зевнула и глянула на экран телефона:

– Так, это всё, конечно, безумно весело, но общага закроется через пять минут, а тратить силы на отвод глаз я не хочу. Увидимся послезавтра в универе, детка.

Алекса прикрепила Бима и Бома к ремню, перекинула сумку через плечо и убежала в коридор обуваться. Перед тем, как входная дверь захлопнулась, она успела крикнуть:

– Добро пожаловать в наш сумасшедший мир!

Габриэль ушла закрыть за ней дверь. Теперь она вернулась, стоя в дверном проёме и разглядывая Алису с непроницаемым выражением лица.

– Что? – Алиса нервно сглотнула.

– Хочешь съехать?

– Естественно! Что за вопросы! Но я заплатила за следующий месяц, да и квартиру новую ещё нужно найти… В общем, я здесь до конца месяца! Можно же?

Последнюю фразу она произнесла неуверенно, поглядывая на Габриэль. Нет, Алиса могла бы попросить родителей выслать ещё денег и снять себе квартиру уже сейчас, но…

«И какая же ты после такого самостоятельная?»

Не хотелось их беспокоить. Им ещё месяц нежится под тёплым солнцем на курортах, а она тут со своими проблемами. Да и как сказать о том, что в одной квартире с ней живёт призрак и медиум? Точно запрут в психушке.

– Можно. Но не снимай оберег, – Габриэль кивнула на чокер, – он защищает от паранормального воздействия. И позволяет видеть сверхъестественные объекты.

– Так это из-за него у меня больше не болит голова? – Алиса дотронулась кончиками пальцев до тёплого бисера.

– Да. И поэтому ты увидела Олега и духов.

– А Олег… Он всегда тут? – Алисе вдруг пришла в голову мысль, что призраки ходят сквозь стены. А ещё они невидимы…

– Да, но за тобой я не подсматривал, – голова Олега вынырнула из стены, Алиса вскрикнула, – твои прелести меня не интересуют, принцесса. Я уже мёртв.

Олег снова полностью появился в комнате. Он даже не скрывал, что подслушивал весь разговор.

– Значит, ещё месяц… Ну что ж, потерплю.

– Эй! Это я тут терплю! Ещё я не слушала претензии от призрака!

– О, смотри-ка, она уже со мной спорит! – Олег, тыкая в Алису пальцем, обратился к Габриэль. – Ещё немного и боятся перестанет! Где уважение к потусторонней сущности в этом доме, я спрашиваю?!

– Прекрати. Балаган.

– Но она же…!

– Прекрати.

Алиса смотрела на них и внезапно ощутила полное спокойствие. Ну призрак, ну медиум. Кто-то вон по соседству с маньяками или пьяницами живёт. А у неё в соседях мёртвый парень и странная девчонка. Могло быть и хуже. Точно. А чрез месяц она переедет и всё забудется как страшный сон.

Может, месяц здесь – это не так уж и страшно? По крайней мере, точно будет что рассказать внукам. Если, конечно, она доживёт до этого момента.

Глава 5

Ночью снова были кошмары. Но не навеянные призраком, а обычные: Алиса убегала то от окровавленного Олега, то от двух огромных тряпичных кукол с ножами. За всем этим наблюдали бесстрастная Габриэль и громко хохочущая Алекса, а над ними кружила стая ворон.

Глупый сумбурный сон, навеянный вчерашними событиями.

Алиса открыла глаза, бездумно глядя в белый натяжной потолок. За окном светлело, медленно занимался рассвет. Может, всё это действительно просто ужасно глупый сон, вызванный стрессом? Нет никаких призраков, Алекса вчера не приходила, а она сама просто упала и ударилась головой?

«Было бы славно»

Пальцы нащупали тёплый чокер на шее. Нет, точно не сон. Но что теперь делать? Алекса сказала, что с этим оберегом влияния призрака ей больше не страшны. Значит, никаких жутких кошмаров и головных болей? Звучит неплохо. Но верить на слово рыжей девушке Алиса точно не будет – подождёт пару дней, проверит, не появятся ли симптомы снова. А вообще, за ночь у неё наконец появились вопросы. И она готова была их задать.

Умывшись и приняв душ (предварительно тщательно осмотрев ванную комнату и убедившись, что никаких призраков она не видит), Алиса решительно направилась на кухню. Там царил полумрак – Габриэль, как всегда, не включила свет. Она уже сидела на стуле, прижав колени к груди, и пила чай. Соседка была похожа на взъерошенного воробья. В слабом свете рассвета её глаза, казалось, подсвечивались мягким лиловым отсветом. Её зелёные пряди торчали в разные стороны, а под глазами отчётливо проступили синяки бессонницы.

– Доброе… – начала Алиса, но тут заметила слабое сияние на кофеварке. Фиолетовые руны пульсировали вдоль корпуса, словно подчиняясь биению невидимого сердца. – Что это?!

– Ускорение процесса, – даже не подняла глаз Габриэль. – Кофе будет через тридцать секунд. Как сон?

– Как в фильме ужасов категории Б, – буркнула Алиса, наливая себе чашку. Аромат оказался на удивление насыщенным. – Ты вообще спала?

– Два часа. Мне больше не нужно.

Габриэль наконец повернула к ней лицо. В утреннем свете её черты лица казались ещё более острыми, почти неестественными.

– Эй, принцесса, что, не тянет падать в обморок при виде меня?

Алиса вздрогнула и обернулась. На другом стуле сидел Олег. Девушка заметила, что его тело немного утопало в сидушке.

– Как ни странно, нет, – девушка сделала глоток кофе, ощущая, как сладкий напиток разливается теплом по телу, – но я всё ещё не вполне уверена, что вы не накачали меня какой-то дурью.

– Если бы… Я, знаешь, до своей смерти тоже в призраков и подобную хрень не верил, – вздохнул Олег. Он всё ещё выглядел как обычный парень лет 20-ти. Но Алиса помнила кровавые пятна и перерезанное горло. – Я первые две недели после смерти вообще думал, что это галлюцинация перед окончательным отключкой.

– Кстати, не знаю, вежливо ли о таком спрашивать…, – начала она нерешительно.

– Не знаю, – сразу перебил её Олег. – Ни как умер, ни почему так влияю на окружающих, ни почему не могу уйти дальше, если это «дальше» вообще есть.

Габриэль поставила кружку на стол с тихим стуком.

– Олег – особый случай. Обычно призраки помнят момент своей смерти. – Фиолетовые глаза скользнули к Олегу, затем к Алисе. – Насколько я знаю, в мире довольно распространена легенда, что здесь призраков держит какое-то незаконченное дело. Это правда.

Олег скрестил руки на груди, контуры его фигуры слегка дрожали. Иногда его тело в рассветных лучах становилась полупрозрачным. Но затем он снова становился плотным, будто мир на мгновение забывал о его существовании, а потом, спохватившись, добавлял ему чёткости.

– Жертвы убийств хотят мести, – продолжила Габриэль, – а те, кто умер по естественным причинам – передать послание близким, попрощаться или в последний раз увидеть что-то ценное для них. Олег же не знает как умер. Не помнит.

– Поэтому рядом с ним так… плохо? Ну, без оберега?

– Нет. Аура любых призраков так действует на обычных людей.

Она сделала паузу, подбирая слова.

– Скажем, сейчас Олег уже не принадлежит этому физическому миру – на него не действуют его законы. И вокруг него есть особое поле, вступая в контакт с которым обычный человек начинает испытывать панику, физическое недомогание, безотчётный страх. И желает скорее оказаться подальше от неприятного места. Зайди ты в комнату Олега без оберега – обмороком бы не отделалась. Хотя, ты более устойчива к его воздействию. Это странно. Предыдущие уже на вторую неделю бились в истериках и уезжали не прожив и месяца.

– Я уже после первого предлагал удалить это дурацкое объявление о сдаче жилья, – проворчал Олег, – чувствую себя жутким монстром. Я же не виноват, что теперь так влияю на живых.

Габриэль повернулась к нему, и в её обычно бесстрастном взгляде мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

– Я раз двадцать тебе говорила: в квартире должны быть живые. Иначе потеряешь себя и станешь полтергейстом. Живые напоминают о том, что ты тоже когда-то был таким же. А я не подхожу.

Заметив испуганное выражение лица Алисы, Габриэль тут же пояснила:

– Моя энергия… другая. Её не хватит для Олега. Это всё равно как вампира кормить фруктовым соком вместо крови.

– А вампиры тоже существуют? – Алиса поежилась. Олег заинтересованно подлетел над стулом.

– Я не встречала.

Алиса пыталась переварить новую информацию. Крепкий кофе с тремя ложками сахара очень ей в этом помогал. Она сделала большой глоток кофе, ощущая, как сладкий напиток обжигает язык.

– Ты же могла дать такие обереги и другим жильцам… Почему не дала?

– О, одной всё же попытались дать. – Олег поморщился.– Второй по счёту. Но она так орала… Называла нас отродьями Дьявола, что нас всех нужно изгнать и осветить тут всё святой водой. Собиралась бежать в церковь… В общем, пришлось снять с неё оберег, а память почистить…

– Люди не хотят верить. Им интересно читать про призраков или демонов. Но жить с ними в одной квартире желающих нет, – подытожила Габриэль. – Решили больше не рисковать. Корректировка памяти стоит дорого.

Алиса переводила взгляд с Олега на Габриэль и обратно.

– А почему нельзя просто оставить его одного? – Выражение лица Олега не поддавалось описанию в этот момент. – Да, звучит не очень… Но разве тогда он не исчезнет?

– Добрая девочка… Розовая и пушистая, – фыркнул Олег. – И вообще, я как бы тоже тут. Может, я и мёртв, но всё ещё вас слышу! Как сказала Габриэль, без подпитки энергией живых я одичаю, озлоблюсь и стану полтергейстом – призраком, которым движет лишь желание причинить боль. Таким уже плевать на незавершённое дело. Они просто хотят, чтобы все живые стали не живыми. И не бесили их. Без живых… это как медленно сходить с ума. Сначала просто раздражает каждый ваш вздох, каждый стук сердца. Потом появляется мысль – а что если заставить вас замолчать? Навсегда. Я тоже иногда ощущаю это раздражение. Но убивать вас желания нет. Пока что. Хотя твой музыкальный вкус иногда меняет моё мнение.

Алиса увидела, что Олег неловко улыбается, явно пытаясь пошутить, и поддержала шутку немного нервным смехом. Она обхватила руками теплую кружку, чувствуя, как пальцы слегка дрожат.

– У меня ещё вопросы, – девушка повернулась к Габриэль.

Соседка обняла колени руками и посмотрела на Алису.

– Задавай.

– Кто ты? Ну… точнее, чем ты занимаешься?

– В данный момент – отвечаю на твои вопросы, – невозмутимо ответила Габриэль, но заметив выражение лица Алисы, вздохнула и нехотя продолжила, – я… Ну, наверное, проще будет сказать, что я помогаю людям в этом городе защититься от сверхъестественных сущностей. А иногда помогаю этим самым сущностям вернуться домой.

– Домой? То есть в Ад? Чистилище? Или куда они вообще…

– Ты пересмотрела фильмов, принцесса, – фыркнул Олег, но его смешок прозвучал натянуто. Его полупрозрачные пальцы барабанили по столу, не производя ни звука.

Габриэль ещё раз вздохнула. Лицо её ничего не выражало, но Алиса прям чувствовала, что ей совершенно не хочется объяснять настолько очевидные для неё самой вещи.

– Что ты знаешь о параллельных мирах? – спросила она.

– Ну… Видела пару фильмов про мультивселенные. «Доктор Стрэндж», «Всё везде и сразу»…, – наморщила лоб Алиса.

Теперь, после разговоров о призраках и магии, концепция других миров не казалась ей такой уж безумной.

– Сойдёт. Представь, что наш мир – лишь одна страница в бесконечной книге. Каждая страница – отдельная вселенная со своими законами. Физика, химия, даже сама материя могут радикально отличаться. Чаще всего эти страницы никак не взаимодействуют друг с другом, но иногда, не спрашивай как и почему – этого я не знаю. Так вот, иногда страницы могут соприкоснуться, образуя Грань – границу между двумя реальностями. Через неё могут пройти… гости. Некоторые приходят целенаправленно. Других затягивает случайно. Но почти все они опасны – либо из-за своей природы, либо просто потому, что наш мир для них ядовит, а они – для нас. Ну и чаще всего их единственная цель – пожирать или убивать всех вокруг.

– А какова твоя роль? Ты вроде воина света с мечом и щитом, ограждающего нас от зла? – хмыкнула Алиса.

«Это вряд ли»

Габриэль от чего-то вздрогнула и бросила на девушку быстрый внимательный взгляд, а затем снова уставилась в пустое пространство и продолжила:

– Нет. Я не герой и не защитник. Я… наверное, можно сказать, что я – посредник. Исправляю чужие ошибки. Только если мне за это платят. Или если эти «гости» начинают мешать моей жизни. Ну и иногда я занимаюсь «местными» проблемами – призраками, духами и прочей нечистью.

– Ясно… Так вот куда ты исчезаешь по ночам, – протянула Алиса, вращая в руках кружку. – Наш личный экзорцист-фрилансер.

Новый мир был интересен. Пока что она воспринимала всё просто как ещё один сериал про сверхъестественное или книгу. В конце концов – сама в серьезной опасности она ещё ни разу не была. Так чего пугаться? Просто сказка на ночь. Обморок и головная боль не считаются.

Девушка провела пальцами по ободку кружки. Вопросов становилось всё больше и нужно успеть задать их все, пока Габриэль готова отвечать.

– А клиенты сами тебя находят? – поинтересовалась она, наклоняясь вперед. – Или ты развешиваешь объявления: «Изгоню любую нечисть, недорого, гарантия результата»?

– Обычно находят. Через Алексу, через других… осведомлённых. – Она открыла кран, и вода с шипением ударила по дну металлической раковины. – Большинство предпочитает не замечать. Могут годами жить с сущностью в подвале, списывая странности на сквозняк или грызунов. Человеческий разум – мастер самообмана.

Габриэль встала и пошла к раковине ополоснуть кружку. Алиса вновь уловила аромат жасмина от напитка соседки.

– Люди предпочитают не замечать, пока не станет слишком поздно. Даже когда что-то спит у них в кровати или ест из их холодильника. Человеческий мозг умеет… рационализировать. Ты сейчас видишь это только благодаря оберегу. Обычно люди…

– Не верят своим глазам, – закончила за неё Алиса. Она задумалась, её пальцы сами собой потянулись к чокеру на шее. В памяти всплыли детские страхи – тени в углу спальни, шёпот из пустого шкафа, которые родители называли «бурной фантазией»… – Значит, всё это… всегда было рядом?

Габриэль молча кивнула, вытирая руки.

– Хватит на сегодня. У меня много дел. А ты всё равно скоро уедешь, – Габриэль направилась к своей комнате.

Алиса вздохнула, взяла с тарелочки печенье и пошла к себе. Сегодня воскресенье, надо сделать домашку, постирать, списаться с Верой… Они хотели вместе посмотреть сериал в среду – нужно было выбрать парочку вариантов. Призраки, духи и магия – это, конечно, интересно, но обычную жизнь никто не отменял. Призрак не сдаст за неё сессию.

– Эй, принцесса!

«Чего он привязался?»

– Я могу зайти к тебе в комнату? Есть разговор.

Алиса быстро осмотрелась вокруг: вроде ничего неприличного на видных местах нет. Пусть он и призрак, но всё же парень. Ещё и симпатичный.

– Ну… заходи. Не думала, что тебе нужно разрешение.

– Может я и мёртв, но воспитание никуда не делось! А постучать, сама понимаешь, я не могу, – тело Олега прошло сквозь деревянную дверь. Алиса заметила, что при соприкосновении с физическими объектами, призрак словно превращался в облако пыли с контурами человека. Преодолев препятствие он снова становился собой.

Олег оказался в комнате и с любопытством огляделся. Кажется, он действительно сюда не заглядывал без разрешения.

– Миленько, – усмехнулся он, рассматривая розовый пушистый халат на кровати. Алиса покраснела. – Слушай… а ты не хотела бы остаться тут? В смысле – продолжать снимать жильё и всё такое. До университета близко, цена небольшая, а проблема с кошмарами решилась сама по себе.

Олег сложил руки в умоляющем жесте:

– Ну правда, я не переживу, как бы это не звучало, ещё одну загубленную по моей вине психику. Да, девушки через некоторое время восстанавливаются – Габриэль мне так сказала, но всё же видеть каждый раз как они становятся всё слабее, испуганнее… Это неприятно. А ты даже без оберега держалась дольше всех. Пожалуйста, принцесса, останься, а? Не зря же Габриэль попросила дать тебе оберег.

– Ты с ума сошел?! Я сама чуть не стала одной из этих истеричек! Меня кошмары мучали! Да я в обморок упала!

– А другие с приступами падали! Задыхались, кричали! – Олег тоже повысил голос.

Воздух вокруг него задрожал, Алиса почувствовала запах, который бывает перед грозой. Краем глаза она заметила, что ручка на её письменном столе немного переместилась. Олег внезапно шумно выдохнул, успокаиваясь

– Короче, ты подумай. Я не прошу тебя сразу соглашаться, но и не отказывай прямо сейчас, пожалуйста. Я не хотел умирать. И я не просил, чтобы вокруг меня страдали люди. Ты первая, кто держался так долго без оберега. И твоей жизненной силы вполне хватает, чтобы я не сходил с ума.

Олег исчез, а Алиса повалилась на кровать, обняв подушку. Немного полежав и посмотрев в пустоту, анализируя утренние разговоры, девушка достала ноутбук и начала искать информацию по разным сайтам. Про призраков, про ведьм, про другие миры. Разумеется, нашлись только теории заговоров, фэнтези-книги, сериалы и несколько статей на конспирологических сайтах, совершенно не сходящихся по информации с тем, что рассказывала Габриэль. Ладно, зачем забивать себе этим голову? В конце концов, вряд ли её жизнь сильно изменится от того, что её соседка занимается по ночам чем-то странным. Её саму это никак не касается.

«Может, расскажешь кому-нибудь?»

Ага, чтобы её снова обвинили в чересчур живом воображении. Нет уж! Одного раза хватило. Урок усвоен. Телефон завибрировал – Алиса на выходных всегда ставила на беззвучный режим. На экране высветилась фотография красивой светловолосой женщины с карими глазами и очень заразительной улыбкой. «Мама» – надпись на экране. Пару секунд Алиса удивлённо смотрела на телефон. Со всей этой магией и призраками она ненадолго выпала из реальности. Опомнившись, девушка схватила светящийся прямоугольник и включила видеосвязь.

– Мамуль, привет! Ты чего так рано? У вас же сейчас…, – Алиса сверилась с часами на телефоне, – пять утра!

– О, дорогая, мне как-то не спалось, – мама ласково улыбнулась, внимательно разглядывая дочь, подмечая появившиеся синяки под глазами, растрёпанные волосы и беспорядок на заднем фоне, – у тебя всё хорошо? Выглядишь уставшей… Может…

– Мам, я не вернусь, – твёрдо прервала женщину Алиса. – У меня всё хорошо. Просто привыкаю к новой обстановке. Правда. Всё прекрасно! А знаешь, я тут в магазине…

Как и многие дети, Алиса прекрасно знала, что нужно сказать родителям, чтобы те поверили в любую ложь. Вот и сейчас, активно изображая воодушевление и веселье, девушка забалтывала маму, рассказывая о новых покупках, одежде, университете, однокурсниках, заставляя забыть о тревогах и волнениях.

Проболтав с мамой ещё часа два, Алиса, наконец, принялась за учёбу, параллельно переписываясь с Верой, обсуждая сериалы, задания от преподавателей и разные глупости. За всей этой рутиной утренние события отошли на второй план.

Лишь вечером, когда Алиса, ужиная на кухне, увидела как Габриэль куда-то собирается, она снова вспомнила про разговор и про заново открывшийся ей мир.

– Должен прилететь ворон. Зовут Грач. Он принесёт свёрток. Забери. Отдай в замен это. Не корми его. Даже если сильно будет клянчить.

Габриэль вновь вернулась к своей обычной манере разговора: чётко, по делу, без лишних слов. Она положила на стол перед Алисой дешёвый браслетик с кучей разноцветных страз. В свете лампы они переливались всеми цветами радуги.

– Ладно… А ты куда?

– Работать. На набережной уже несколько вечеров люди замечают движущуюся слизь. Пока без жертв. Око устало подчищать им память. Я ушла.

Не дожидаясь ответа, Габриэль вышла из квартиры. В двери повернулись два замка, оставляя Алису одну. Ну, почти одну. Девушке стало как-то неуютно. За окном уже стемнело, было тихо, даже соседская собака решила, что сегодняшним вечером она не будет изображать одинокого волка, воя на луну, прохожих, звуки, хозяев и вообще на всё, что заметят её глаза. В окно застучали тяжёлые капли холодного осеннего дождя.

– М-м-м… Олег? – неуверенно позвала Алиса.

Никакого ответа. Девушка повысила голос:

– Олег!

– Да что?! Божечки, принцесса, ты и мёртвого достанешь!

Парень появился из стены, раздражённо ворча.

– Как будто у тебя есть какие-то дела. Ты же призрак. Или, хочешь сказать, что ты был занят?

– Ой, всё! – парень закатил глаза. – Я уже даже жалею, что тебе дали оберег. Обычные люди так на призраков не реагируют, ты в курсе? Я бы точно не стал спокойно сидеть, а тем более звать его или дерзить. Ты же понимаешь, что я жуткая сверхъестественная сущность? Хорроры не смотрела что ли?

«Угу, ужас на крыльях ночи»

– Ага, страшно, прям жуть, – Алиса рассмеялась, – я с детства не боюсь монстров под кроватью. Чем меня только не пугали… Но мне всегда казалось, что бабайка в шкафу очень дружелюбный, особенно если дать ему пару конфет.

– Странная ты, – вздохнул Олег. – Зачем звала?

Алиса и сама не знала – зачем. Просто стало неуютно одной сидеть на кухне и ждать почтового ворона. Об этом даже думать странно, а уж произнести вслух…

– Ты же знаешь, что Габриэль ушла? – спросила Алиса, отодвигая тарелку.

– Да, и что?

– А… она часто так исчезает? Надолго?

– Иногда на пару часов, иногда до утра. Зависит от того, с чем имеет дело.

– И… ты не волнуешься?

– Я мёртвый. Мне уже поздно волноваться, – легкомысленно улыбнулся Олег, взлетая к потолку, а затем вернувшись обратно и «усевшись» на стул. – Да и вообще, Габриэль – не тот человек, о котором нужно беспокоиться.

– А ты… не скучаешь по живым? По… ну, людям?

Олег замер, его лицо стало грустно-задумчивым.

– Иногда. Особенно по еде. И по музыке. И по… – он запнулся. – По ощущению, что ты можешь потрогать что-то и почувствовать это.

Тишина повисла между ними. Алиса вдруг осознала, насколько одиноким он стал теперь.

– Ладно, хватит грустить, – Олег резко изменил тему, его голос снова стал насмешливым. – Ты же хотела узнать что-то интересное?

– Да! – Алиса оживилась. – Например, что это за знаки на дверях и окнах?

– Смотря какие. Те, что на входной двери и окнах – защитные от всякой пакости. Внутри квартиры – для усиления потока жизненной энергии. Ну, чтобы мне хватало. А вообще, об этом лучше спросить Габриэль или Алексу – они вместе это всё вырезали.

– Ладно, – вздохнула она. – Тогда расскажи мне что-нибудь о себе.

– Обо мне? – Олег задумался. – Ну… я умер. Вот и вся история.

– Очень информативно, спасибо, – Алиса закатила глаза. – Ладно, может, тогда расскажешь, как ты познакомился с Габриэль?

Тело Олега замерцало, на секунду Алисе показалось, что он сейчас растворится в воздухе, так и не ответив на вопрос. Но всё же через несколько мгновений парень посмотрел ей в глаза и тихо начал:

– Я умер два года назад. В этой квартире. Просто в какой-то момент я осознал, что смотрю на своё тело, лежащее в крови в моей комнате, а надо мной люди в форме. Что-то фоткают, кому-то звонят. Слов в тот момент я разобрать не мог. В принципе ничего не понимал. Просто смотрел. Себя я осознал только когда услышал крики матери. Её не пустили к моему телу, не хотели, чтобы она видела этот кровавый кошмар.

Олег отвернулся. Алиса уже пожалела о том, что начала этот разговор. Голос парня дрогнул. Девушка увидела слезу – настоящую, блестящую – катящуюся по прозрачной щеке. Но когда капля достигла подбородка, она испарилась, оставив после себя лишь лёгкое сияние.

«Ну, теперь тебе не скучно? Не тревожно?»

Алиса незаметно вздохнула. Хотя, кажется, Олег полностью погрузился в воспоминания и не заметил бы даже парочку танцующих индийских слонов.

– А потом меня увезли. А мама отмывала пол. Она уже не плакала. Потратила на оттирание пятен три часа. А дальше, кажется, она престала жить: просто делала что-то на автомате: готовила есть, убиралась, говорила родственникам, что приезжать не нужно. И помогать не нужно. А затем моя аура начала на неё действовать: кошмары, нервные срывы, панические атаки… Она продержалась два месяца. Габриэль потом сказала, что это потому что я ещё не полностью осознал тогда, что мёртв. Мама выставила квартиру на продажу, но все, кто её смотрел, не перезванивали. Кроме Габриэль. Я помню как наши глаза встретились. Она тут же заявила, что готова купить квартиру прямо сейчас. За наличные. Мама не думала ни секунды. Вечером Габриэль уже перевозила вещи.

Дождь за окном усилился, превратившись в глухой барабанный бой по подоконнику. Ветер ударил по стеклу веткой, заставив Алису вздрогнуть. Тишина повисла между ними, густая и неловкая. Алиса вдруг почувствовала странный импульс – обнять его. Но она уже знала, что это бесполезно.

Внезапно раздался резкий и громкий стук. Оба вздрогнули. На подоконнике, стуча клювом по стеклу, сидел огромный ворон. Его перья блестели от дождя, он сливался с чернотой ночного неба.

Алиса выбежала на балкон и открыла окно – ворон быстро, разбрасывая вокруг себя мокрые холодные капли, залетел внутрь и устремился на кухню.

Нахохлившись, он сел на стол с самым недовольным видом и принялся клювом стаскивать с лапы привязанный к ней небольшой свёрток.

– Грач? – неуверенно спросила Алиса.

Птица посмотрела на неё. Девушке показалось, что если бы ворон мог, он бы закатил глаза.

«Это и правда был тупой вопрос»

– Габриэль попросила дать тебе это, – девушка протянула браслет. Ворон внимательно осмотрел его, пару раз клюнул, а затем схватил и попытался с помощь. Лапы и клюва натянуть его себе на шею.

Это выглядело так нелепо, что Алиса не удержалась от смеха.

– Кар-р! – хриплый голос ворона звучал обижено.

– Ну прости-прости, – всё ещё посмеиваясь сказала Алиса, – тебе помочь?

Ворон, всё еще недовольно каркая, пропрыгал по столу поближе к девушке. Алиса надела ему браслет на шею и уже собралась выгонять странного гостя, но погода снаружи ничуть не улучшилась: дождь лил плотной стеной, ветер выл, путаясь среди тесных улиц. Девушка непроизвольно поёжилась. Сама бы она не хотела оказаться в такую погоду на улице.

– Эм… Тебе есть где погреться? Хочешь остаться тут?

Ворон удивлённо открыл клюв, а затем медленно кивнул.

– Не думаешь, что Габ будет против? – неуверенно протянул Олег, рассматривая небольшие лужи воды, оставленные Грачом.

– Габриэль здесь сейчас нет, а я не настолько бессердечная, чтобы выгонять бедную птицу в такую погоду! – решительно ответила Алиса. – К тому же, он останется в моей комнате и никому не помешает!

Алиса соорудила большое гнездо из нескольких махровых полотенец, а также принесла небольшую мисочку с водой.

– Прости, Габриэль сказала не кормить тебя. Но вот воды я принесла. А теперь давай спать. Утром тебя выпущу. Всё равно на пары вставать.

Засыпая, девушка смотрела как птица копошится в своём «гнезде» на письменном столе, устраиваясь поудобнее. В свете фонарей из окна браслет на его шее переливался сказочным волшебным светом.