Ольвия Фил
След ветра

Глава 1Легенда о Буреломе

Когда-то острова были единым континентом. Но Великий Бурелом расколол землю – и драконы унесли её в небо.

Так начиналась любая сказка, которую Меран Тэлин-Вейр рассказывал дочери. Ночами, когда ветер шептал у ставен, а магические кристаллы отбрасывали на потолок танцующие отблески, он садился рядом с её постелью и начинал говорить тихо, словно вплетая голос в дыхание ветра.

– Тогда, Тили, драконы были не чудовищами, как твердит Империя, а хранителями. Они умели слышать имена ветров, говорить с облаками и охранять равновесие между землёй и небом.

Маленькая Тили, с растрёпанными косичками и ветровой лаской Фликом, свернувшимся клубочком у ног, затаённо слушала, зажмурившись от восторга. Сны потом были полны полётов, сверкания крыльев и древнего, почти забытого чувства – когда ветер зовёт тебя по имени.

– Но однажды – продолжал отец, – человек захотел управлять небом, как управляет землёй. Он создал шторм в сердце мира. Буря поглотила драконов… почти всех. Последний из них запечатал своё Сердце – и унёс его на Остров Ветров.

И вот тогда началось падение. Континент раскололся. Земля взлетела в воздух, острова разлетелись по небесному океану, как листья под ураганом. Так родился наш мир.

***

Тили проснулась в холодной мастерской, укрытая старым пончо, пахнущим канифолью и пеплом. Печка давно погасла. Ветер выл где-то за крышами, стучал по жестяным ставням.

– Флик, ты опять грыз мои сапоги? – пробормотала она, когда острый писк донёсся из-под верстака. Ветровая ласка выскочила, держа в зубах обрывок нитей с магической оплеткой.

– Это был последний кусок серебряной жилы, – вздохнула Тили и отняла у зверька добычу. – Надеюсь, оно того стоило.

Жизнь на острове Кайла уже давно перестала быть сказкой. После смерти отца – той самой вспышки в лаборатории, которую назвали «несчастным случаем» – Тили осталась одна. Мать умерла при родах, а единственные, кто интересовался её существованием, были клиенты с чёрного рынка и представители Империи, которым уж очень хотелось понять, почему в её крови резонируют артефакты.

Она выживала, как могла. Чинила обломки амулетов, перезапускала ветроперехватчики, подпаивала кристаллы, которые официально уже не работали. И всё это – за еду и редкий обрывок серебра.

На шее, под рубахой, всегда лежал стеклянный кулон – подарок отца. Запечатанная карта, которую никто не мог расшифровать. Иногда он теплел, когда менялся ветер. Иногда – пульсировал, когда Тили слышала то, чего не должно было быть.

Как сегодня.

Она стояла на краю рынка, в переулке, пряча лицо под капюшоном, и смотрела на мужчину, что вертел в пальцах амулет-искатель. Кулон слабо вибрировал, а у Тили в голове всплывали слова отца:

– Когда Сердце пробудится – буря вернётся.

***

Над ней, в небесах, кружили воздушные суда. Паруса светились магией. Самые мощные – имперские. Они курсировали между Верхними островами: золотыми, сияющими, с магическими шпилями и воздушными башнями, где учили заклинателей, где вершили суды, где решалась судьба мира.

Ниже – Средние острова. Гильдии, рынки, судоверфи, корабли, летящие на свой страх и риск. Там кипела жизнь: торговля, обмен, отчаяние и надежда. Там же – и остров Кайла, забытый, тихий, где когда-то жили мастера артефакторики, а теперь лишь крохотные лавки и пыль.

Ещё ниже – те, кто не поднимаются. Нижние острова. Мгла, руины, твари, что не боятся ветра. Никто не летал туда по доброй воле.

А под ними – Бездна.

Место, куда падали предатели, преступники… и те, кого хотели забыть. Ни один корабль не возвращался оттуда. Ни один – кроме «Девятижизневого».

***

Рэйден Ривенмарк стоял на палубе «Безмолвной Чайки», скрестив руки. Ветер трепал его плащ, и даже облака расступались – будто чувствовали: этот человек умеет говорить с ветром.

– Она ещё не знает, что несёт в кулоне, – сказал он, будто самому себе. – Но Шторм уже слышит её имя.

И в тот же миг, на далёком острове Кайла, Тили подняла глаза к небу – и сердце её кольнуло ледяным предчувствием.

Начиналось.

Глава 2 Торг на грани

Порт Миралинт – сердце Среднего кольца Архипелага, город на стыке неба, воли и золота. Здесь шумели парусные площади, воздух пропитывался специями, копотью и озоном, а небо над крышами рябило от пролетающих судов. Каменные шпили вздымались, будто хотели коснуться воздушных потоков, и каждый угол был набит чем-то полезным, незаконным или смертельно интересным.

Тили Тэлин-Вейр пробиралась сквозь толпу. Плащ – выцветший, но крепкий, капюшон опущен на глаза. Флик, свернувшись в клубок под тканью, дышал ей в грудь – коротко, прерывисто. Он чувствовал то, что пока ускользало от её интуиции: чьи-то взгляды, намёки в ветре, слишком ровное дыхание окружающих.

– Терпим, – прошептала Тили, – если всё пройдёт гладко, мы завтра сможем купить кристалл. Или хотя бы хлеб.

Она шагнула в переулок между двумя торговыми ангарами, где воздух был тяжел от старого железа и перегретого эфира. Здесь не было вывесок, но те, кто знал – приходили. Здесь торговали тем, что не попадало в легальные списки Империи: зачарованными пулями, потухшими амулетами, картами, найденными в руинах и обманными камнями памяти.

Именно здесь она договорилась встретиться с покупателем.

Артефакт лежал в мешочке из драной ткани, спрятанный под слоем меди и обрывков нити. Кулон, унаследованный от отца. Он не пел, не горел. Но иногда – под утренним ветром, при резком смене потока или в снах – он отзывался. Пульсацией, теплом. Знаком, что внутри – не просто стекло и заклинание. Что-то большее. Возможно, карта. Возможно, якорь магии.

Она не знала цену. Но знала, что он слишком притягивает внимание.

Флик пискнул.

– Тихо. Вот он.

Из тени вышел мужчина. Высокий, в сером плаще, лицо закрыто маской. Движения – выверенные, аккуратные. Он не оглядывался. Но ветер вокруг него… будто замер.

Он молча протянул руку.

Тили вытащила мешочек, но не отдала. Сжала сильнее.

– Сначала – деньги.

Он не ответил. Только кивнул. Из-под плаща блеснул знакомый знак – крылатый треугольник. Имперская руна наблюдения.

И в этот момент сердце Тили сорвалось в пятки.

– Беги! – прошипела она себе под нос и бросилась в сторону.

Поздно. Второй уже перехватывал путь с другой стороны. Третий шагнул с крыши.

Флик взвизгнул. Воздух напрягся, будто перед ударом грома. Кулон на груди вспыхнул слабым светом.

Тили метнулась вбок, зацепила ящик, кубарем скатилась по ряду корзин, повалила шаткую лавку и исчезла в канале между складами. Имперцы – а кто ещё мог действовать так слаженно? – бросились следом.

Сапоги стучали по доскам. Кто-то выстрелил – заклинание сверкнуло фиолетовым, с запахом прожжённого воздуха. Её едва не зацепило. Камни дробились, посыпались искры.

Она вбежала в цех, свернула под свисающие тросы, проскользнула между бочками, метнулась вдоль стены и спрыгнула в технический люк. Ветер – западный, предчувствием – шептал: "Сюда".

Она слышала дыхание преследователя. Один… нет, двое. Ещё не нашли.

Кулон светился. Громче. Ярче. Сердце стучало в такт.

– Что ты за тварь… – прошептала она, – и почему они охотятся за тобой?

***

Высоко, на краю торгового шпиля, человек в тёмном стоял, прислонившись к бронзовой балке. Его лицо скрывал капюшон, но глаза – наблюдали. Ярко-синие, с золотыми вкраплениями. Он смотрел на переулки внизу. На сполохи магии. На бегущую девушку.

– Нашёл, – тихо сказал он. – Она всё ближе.

Порыв ветра прошёл по его пальцам. Он вздохнул и шагнул вперёд. Падение.

Но он не падал. Он скользил. Ветер поймал его, подхватил, унёс – между крышами, вниз, за ней.

Пока Рэйден Ривенмарк ещё не знал, как её зовут. Но он чувствовал – это она.

Та, у кого «Сердце».

***

Тили врезалась в стену, упала, вскочила, рванула дальше. Люди шарахались в стороны. Она закусила губу до крови. Звук заклятия – снова рядом. Взрыв. Флик исчез в складке плаща. Её бросило на мостовую.

И тогда – случилось.

Кулон вспыхнул, как будто изнутри его ударила молния. Свет разорвал воздух. Волна ветра сбила противника с ног. Один закричал. Второй закрыл лицо. Третий – застыл.

Она стояла, дрожа, и не понимала – как. Почему. Откуда сила?

– Стоять! – закричал кто-то. Имперский патруль. Больше, чем раньше. Звон металла. Скрежет паровых бронированных сапог.

Всё. Конец.

Тили метнулась в боковой переулок и исчезла, как вихрь. Без плана. Без дыхания. Без надежды. Только с кулоном, что теперь пульсировал, как сердце живого существа.

Высоко, над городом, корабль с парусами цвета шторма завис в облаках. «Безмолвная Чайка» готовилась к спуску.

– Она не знает, кто она, – подумал капитан. – Но буря уже узнала её.

И в этот миг, на дне порта, Тили остановилась. Прижалась к стене. Сжала кулон.

– Что ты со мной делаешь? – спросила она.

А ветер… засмеялся.

Глава 3 Погоня и спасение

Улицы порта Миралинт петляли, как кишки старого дракона. Узкие, кривые, они обманывали взгляд, затягивали в себя тех, кто не знал маршрута. Тили Тэлин-Вейр, пусть и родилась на острове Кайла, считала себя неплохой беглянкой – но сейчас, с пульсирующим в груди страхом и светящимся под рубахой кулоном, она чувствовала: выхода нет.

Позади шаги. Не один человек. Несколько. И все – шли на звук её дыхания.

Флик тяжело дышал, спрятавшись у неё под плащом. В его мохнатом теле дрожала магия. Он чувствовал погоню раньше её. И, судя по писку, знал, что дело плохо.

Проклятый покупатель оказался агентом. Империя. Конечно. Кто ещё мог так быстро устроить засаду в центре города?

Тили свернула за угол, взбежала по шатким деревянным ступенькам, перепрыгнула через разрушенную балюстраду, приземлилась на хлипкую крышу торгового ангара. Доски под ногами скрипнули, но не поддались. Ветер сдул с неё капюшон, волосы распластались по лицу, сбивая ориентацию.

Она скользнула к краю крыши и остановилась. Впереди – тупик. Обрыв. Под ней – двадцать футов до мостовой, заполненной людьми. Прыжок – почти смерть. Позади – шаги. Быстрые. Тяжёлые. Словно к ней направлялась сама буря.

– Проклятье, – прошептала Тили.

В этот момент небо над ней дрогнуло.

С глухим хлопком порыв ветра сбил крышу с теней. На противоположном шпиле – на вершине перекрытия, обнажённом и опасном, – стоял человек. Его чёрный плащ развевался, как крыло. В руке – меч с клинком цвета шторма. Глаза – синие, как небо в разгар грозы.

– Идём, – сказал он.

Она не двинулась. Слишком много странностей за последние сутки. И этот – незнакомец – явно знал, кто она. Или чего она стоит.

– Кто ты?! – выкрикнула она сквозь ветер.

– Друг, пока не доказано обратное. Или враг, если предпочтёшь умереть прямо сейчас.

Он прыгнул.

Мир замедлился. Он летел к ней – не падая, а скользя по потоку ветра, словно был частью его. Как будто воздух держал его, как своего. И в этом было нечто древнее, чуждое человеческому. Не просто магия. Природное право.

Тили отпрянула, но он уже был рядом. Повернул её за плечи.

– Там – смерть. Здесь – шанс. Бежим.

Она не могла сопротивляться. Слишком устала. Слишком запуталась. И внутри – тот самый кулон, что начал вибрировать так, будто чувствовал этого мужчину, этого ветерохода.

Они прыгнули на следующий уровень – плоскую крышу, с которой был спуск на технические лестницы. Он шёл первым, ловко, будто знал каждый выступ. Она – следом, сбивая дыхание. Ветер гудел в ушах.

Внизу был мостик – переход к боковой платформе порта. И там, за ним, – корабль.

Она увидела его.

«Безмолвная Чайка».

Судно висело в воздухе, будто парило само. Паруса – полупрозрачные, из ткани, вплетённой с магическими нитями. Корпус – тёмное дерево, врезанные руны, мерцание кристаллов. Оно дышало. Жило.

– Быстро! – бросил мужчина. – Дальше не поднимется.

Тили споткнулась, вскрикнула. Он схватил её за талию, поднял, подбросил. Силой ветра они перелетели на трап.

И тут же – вспышка заклятия. За их спинами.

– Имперцы, – бросил он, сжав челюсти. – Поторопимся.

Они вбежали на палубу. Команда мелькнула в тенях: силуэты, голоса, кто-то с магическим компасом, кто-то – с гарпуном. Всё слажено. Чужое. Но живое.

Корабль дёрнулся.

– Рывок! – прокричал капитан.

Тили вцепилась в перила. «Чайка» вырвалась вверх, захваченная потоком, унося её прочь. Город, погони, страх – остались внизу.

Капитан смотрел на неё.

– Как тебя зовут?

Она колебалась. Потом сказала:

– Тили. Тэлин-Вейр.

Он чуть заметно кивнул.

– Тогда добро пожаловать на «Безмолвную Чайку», Тили Тэлин-Вейр. Ветер тебя привёл. Посмотрим, зачем.

Глава 4 Безмолвная Чайка

«Безмолвная Чайка» скользила сквозь небо, как клинок по эфиру – легко, стремительно, с почти осязаемым достоинством древней парусной породы. Воздух дрожал вокруг корабля: не от двигателя, не от заклятий, а от самой ткани магии, что вплелась в каждую доску корпуса.

Корабль был стар. Но не ветхий – мудрый. Древесина тёмная, почти чёрная, покрыта сотнями рун и вырезанных символов. Они светились мягко, в такт дыханию судна. И Тили, стоя на краю палубы и вцепившись в перила, чувствовала, как они отзываются где-то внутри неё.

– Это не просто корабль, – пробормотала она.

– Конечно, не просто, – рядом раздался голос. – Он живёт дольше нас.

Она обернулась. Перед ней стоял мужчина в длинном чёрном балахоне, лицо почти скрыто капюшоном. Только глаза – выцветшие, как пепел, смотрели сквозь неё. Или сквозь ткань времени.

– Кто вы? – Тили отступила на шаг.

– Я? Просто штурман. Иногда мертвец. Иногда нет. – Он слегка поклонился. – Тарвис Грей. Рад знакомству, если это вообще допустимо на этом борту.

Прежде чем она успела что-то ответить, мимо пронеслась фигура, оставляя за собой шлейф перьев и запах грозового воздуха.

– Новенькая, а? – усмехнулась гарпия, зависая на поручнях наискосок от Тили. – Сразу видно. Пахнешь паникой и неизвестностью. Это заразно, кстати.

У неё были серебристые перья, янтарные глаза и слишком довольный взгляд.

– Лирия, разведка, дальний обзор и прекрасный характер. Не забудь имя – я злопамятная.

– Она же и наш громоотвод, – мрачно бросил Тарвис. – Буквально и в переносном смысле.

Где-то на носу стоял широкоплечий человек с металлическим протезом руки. Он молча следил за горизонтом и не оборачивался ни на кого.

– Старпом, – прошептал Тарвис. – Если скажет «прочь с палубы» – лучше уйти, пока живы.

Изнутри рубки донеслось глухое: «Где мой нож для жёлтой рыбы?!» – и тут же раздался плеск чего-то… хлюпающего.

– Это кок, – пояснила гарпия. – По совместительству алхимик. Иногда по ошибке подаёт блюда с временным безумием. Но не переживай, все выживали. Почти.

Тили чувствовала себя… чужой. Она стояла в центре действующей легенды. Всё вокруг было слишком странным, слишком сильным. Люди – или нелюди – на борту явно знали друг друга не первый год. А она… была лишней.

Её взгляд остановился на капитане. Он стоял у штурвала, с распущенными волосами, глядя в поток. Ветер подчинялся ему, словно слушал.

Она шагнула ближе.

– Почему вы взяли меня на борт? Вы ведь не знали, кто я.

Рэйден Ривенмарк не повернулся.

– Мы взяли груз. – Его голос был ровным. – Ты – часть груза.

Она замерла. Слова – как хлыст. Сухие. Беспощадные. Но в них… не было лжи. Или была. Но не простая.

– Я не товар.

Он всё же обернулся. Глаза – синие, как ураганное небо. Но не гневные. Печальные. Или усталые.

– Пока ты не поймёшь, зачем за тобой охотятся – ты будешь всего лишь ящиком с неизвестной начинкой. А здесь мы не рискуем просто так. Это – правило.

Он ушёл, не дожидаясь ответа. Только ветер остался с ней. И вибрация под рубашкой – лёгкий пульс артефакта.

Ночью она не спала. В каюте было душно. Корабль гудел снизу вверх, будто жил своей жизнью. Флик свернулся у её живота, время от времени пищал во сне. Тили лежала, уставившись в деревянный потолок, где руны отбрасывали слабое голубое сияние.

Сны не пришли. Вместо них – отголоски. Пульсация.

Кулон на груди светился. Тихо. Незаметно. Но она чувствовала, как магия тянется от него куда-то в глубины неба. Как будто он знал дорогу, но молчал.

Она села. Закрыла ладонями камень.

– Кто ты? Почему ты откликаешься на него?..

Ответа не было. Только дыхание корабля. И снаружи – тихое завывание ветра, будто кто-то шептал ей сквозь ткань пространства.

Тили легла снова. И на миг показалось: где-то в глубине корабля… дышит кто-то ещё.

А далеко в рубке, Рэйден Ривенмарк сидел в полумраке и смотрел на старую карту, где светилась точка. Там, где они были. И от этой точки – шёл пульс. В такт камню у неё на груди.

– Так ты всё же откликнулась, – прошептал он.

– Значит, буря скоро проснётся.

Глава 5 Экипаж теней

Солнце окрасило облака в розово-янтарный цвет, разливаясь над куполами верхних островов, будто кто-то пролил драгоценную настойку в чернильницу неба. «Безмолвная Чайка» скользила по потокам, ловя ветер точно под нужным углом, почти не шелохнув парусами.

Но на палубе стояла тишина. Та, что предшествует буре. Или внутреннему расколу.

Тили ощущала это кожей. С каждым шагом, с каждым взглядом, в который вплеталась настороженность, будто в ней видели не пассажира, не случайность, а угрозу.

– И долго она будет здесь парить? – пробасил голос у мачты.

Тили вздрогнула. Обернулась. Там стоял старпом – высокий, сухопарый, с лицом, словно выточенным из мореного дуба. Металлическая рука блестела в утреннем свете, а взгляд – холодный, как северный ветер.

– У нас нет лишнего провианта. И времени на чужие драмы.

– Ринард… – предостерегающе начал кто-то из тени, но старпом уже шагнул вперёд.

– Я не привык таскать на борту живой груз без причины. – Он уставился на Тили. – Ты либо скажешь, что прячешь, либо на следующей стоянке тебя сбросят с благословением южного ветра.

Тили молчала. В горле стоял ком. Ответить? Солгать? Убежать? Но корабль не оставлял ей путей к бегству.

– Да расслабься ты, Рин. – Сверху, свесившись с поручней, приземлилась Лирия, гарпия. Серебряные перья сверкали, янтарные глаза хищно прищурились. – Мы давно не брали живой груз. Даже скучать начала.

Она прошлась мимо Тили, касаясь её плеча крылом. Легко, почти насмешливо. От неё пахло озоном и опасностью.

– Хоть какое-то развлечение. – Лирия фыркнула и направилась к носу корабля. – А то если снова подадите рыбный суп – я съем кого-нибудь.

– Желательно не меня, – пробурчал Бинон из камбуза, выглянув с повязкой на голове и миской в руках. – Я мягкий и невкусный.

– И слишком чувствительный, – ответила Лирия с усмешкой и исчезла.

Тили осталась с ощущением, будто её проткнули взглядом. Рядом стоял некромант. Молчал, как обычно. Только смотрел.

Тарвис Грей был загадкой. Он не ел. Не спал – по крайней мере, она ни разу не видела. Иногда говорил сам с собой. Иногда – с ветром. И чаще – с мёртвыми.

– Камень у тебя поёт, – вдруг сказал он.

Тили обернулась.

– Что?

– Артефакт. Он поёт. Древнюю, неоформленную мелодию. Её слышат только те, кто уже бывал… по ту сторону. – Он коснулся своей груди. – Там, где звук – последний свидетель жизни.

Она сжала кулон под одеждой.

– Я не знаю, что это. Он остался от отца.

– Остался… или был оставлен специально? – прошептал Тарвис и ушёл, не дожидаясь ответа.

***

Рэйден сидел в штурманской рубке, уткнувшись в карту. Но взгляд его то и дело соскальзывал за окно, туда, где по палубе ходила Тили. Уверенно. Или делала вид. Что-то в ней не совпадало: тонкая – но не сломленная, усталая – но держащаяся слишком ровно, как будто не доверяла ни одному дословному моменту.

– Она не простая, – сказал он вслух.

– Ты про кого? Про гарпию? – раздался голос за спиной. Вошёл Бинон с подносом.

– Про новенькую.

– Да она вся дрожит ночью. Думаешь, угроза?

Рэйден не ответил. Вместо этого он поднялся и подошёл к свитку, где ветра отмечались движением. Ветра тоже вели себя странно. Как будто чувствовали что-то. Или кого-то.

Тем временем, Тили тихо скользнула к навигационной стойке, где лежали старые схемы. Никто не смотрел. Или делали вид. Она вытащила одну карту, развернула…

На ней были древние маршруты. Потоки эфира, опасные участки, воронки, которых нет в современных сводках. И в одном месте – знакомый символ. Круг с тремя вписанными линиями. Такой же, как на кулоне.

Она затаила дыхание.

– Значит, вы что-то знаете. И ищете то же, что и я…

Она спрятала карту обратно и ушла, не заметив, как за спиной в тени снова появился Тарвис. Он склонил голову.

– И она слышит. Интересно…

А «Безмолвная Чайка» шла дальше. Сквозь ветер, сквозь недоверие, сквозь тайны. Словно сама была живой – и знала, что в этот раз она несёт не просто груз. А перемену.

Глава 6 Пробуждение Сердца

Небо расстилалось, как заколдованная ткань, волнами скользя по граням облаков, окрашенных в свинцовый цвет. «Безмолвная Чайка» летела по краю штормового фронта, осторожно, будто на ощупь. Паруса дрожали от напряжения, руны на мачтах вспыхивали то багровым, то синим – каждый цвет предупреждал о состоянии потока.

Рэйден стоял у штурвала, пальцы вцеплены в кожу рукоятки. Вокруг него пульсировала магия – незаметная для глаз, но ощущаемая кожей. Он слышал, как корабль шепчет. Он всегда слышал. Но сейчас шёпот стал визгом.

– Потоки сползают, – буркнул старпом Ринард. – Слишком быстро. Что-то не так.

– Мы попали в переход. – Некромант Грей поднял глаза от своих приборов. – Здесь пересекаются три ветра. Но один… не наш. – Он резко обернулся к Тили. – Что ты привела на наш борт?

– Я?.. – Тили вздрогнула. Порыв ветра пронёсся вдоль борта, зазвенели снасти. – Я ничего…

– Тогда объясни, почему артефакт на тебе поёт так громко, что заглушает даже зов мёртвых?

Гроза сгустилась. Облака сомкнулись над кораблём, будто небо решило схлопнуться в один миг. Тишина. Вакуум. Давление – как перед гневом древнего бога. А потом – взрыв.

«Безмолвную Чайку» втянуло в воздушную воронку.

Паруса вывернулись, словно их схватила гигантская рука. Ветер взвыл. Судно начало крениться. Лирия с криком взмыла вверх, пытаясь стабилизировать курс. Старпом выругался, схватившись за магические тросы. Тарвис уже начал выкладывать руны поглощения.

Тили стояла на палубе, стиснув зубы. Кулон на груди горел, будто впитал в себя молнию. Он бил током сквозь ткань рубашки, словно хотел… выбраться.

И тогда она закричала:

– Пожалуйста!.. Сделай что-нибудь!

Мир вспыхнул.

Свет из центра её груди – чистый, сверкающий, бело-синий – вырвался наружу, окутал её и взметнулся вверх. Как рёв дракона, как зов ветра. Корабль задрожал. Вихрь рассыпался, будто его сорвали с орбиты.

Потоки магии послушно выстроились, как будто кто-то сильный, древний, всесущий дал им приказ.

«Безмолвная Чайка» вынырнула из воронки, пронеслась сквозь небо и оказалась в ясной полосе, где солнце отражалось от крыльев гарпии, а воздух был снова воздухом, не клинком.

Все молчали.

Первыми заговорили руны на корпусе корабля. Они запульсировали в такт сердцебиению Тили. Корабль… благодарил её. Или признавал. Или – подчинялся.

– Это было… – Лирия села на перила, тяжело дыша. – …неплохо.

Бинон вылез из-под люка с супом в руке.

– Кто вылил свет на мой казан?!

Тарвис подошёл ближе. Он уже не скрывался под капюшоном – седые волосы развевались, а на лбу блестела руна памяти.

– Это не артефакт. – Он произнёс слова медленно, будто боялся сам их услышать. – Это… Сердце Шторма.

На палубе повисла гробовая тишина.

Рэйден шагнул вперёд.

– Объяснись, Тили. Что это?

– Я… – голос дрогнул. – Я не знаю. Оно осталось от отца. Он никогда не говорил, что это. Только просил не снимать. Никогда.

– Но ты чувствовала. – Рэйден приблизился, его глаза пылали. – С самого начала. Он отзывался на меня, на корабль, на поток. Это древняя кровь, Тили. Это не вещь. Это зов.

Она подняла взгляд. И вдруг… увидела его. Не только капитана. А силу, которую он скрывал. Магию, что хранил. Он не просто вёл корабль – он был с ним связан. Как она – с кулоном.

– Я не знаю, кто я теперь, – прошептала она. – Но я не хотела…

– Никто не хочет, – мягко ответил он. – Сила не спрашивает, хочешь ли ты. Она просто приходит. И если ты не примешь её – она сожжёт тебя изнутри.

Они стояли на фоне неба, где волны облаков отступили, давая дорогу. Ветер пел. Не угрожающе – нежно, как старый друг, вернувшийся после долгого отсутствия.

И между ними впервые появилась связь. Не из слов, не из долга. Из понимания.

Сердце Шторма билось на груди Тили. А в глазах Рэйндена отражалось небо. То, что они могли разделить. Или потерять.

Корабль вздохнул. Паруса снова легли по ветру. И «Безмолвная Чайка» полетела дальше.

Навстречу новой буре.

Глава 7 Сделка под парусами

Ночь дышала затишьем после бури. Корабль шёл плавно, будто устал от потрясений, и теперь медленно скользил по мягкому южному потоку, поглаживаемый руками вечернего ветра. «Безмолвная Чайка» не спешила. Так не спешат те, кто пережил ураган и знает, что следующая буря уже где-то близко.

Тили стояла у борта. Под ней – море облаков, над ней – звёзды. В кулоне на шее не было света, но внутри него всё ещё что-то пульсировало. Словно сердце… или нечто большее. Она не знала, что делать с этим знанием. Как жить, когда ты – не просто ты, а носитель силы, способной ломать небеса.

– Ты умеешь молчать. Это редкость на этом корабле.

Рядом появился Рэйден. Лёгкий шаг, тень на плечах, взгляд, в котором отражались все эти звёзды – и ещё пара, которых больше нигде не было.

– Я думаю, – ответила Тили.

– Я тоже. И чем больше думаю, тем меньше понимаю, во что мы вляпались.

Она слабо улыбнулась. Тишина между ними – не тяжёлая. Напряжённая, но не враждебная.

– Ты хотел ответов. У меня их нет. Но у меня есть легенда. – Она сжала кулон. – Отец говорил: «Сердце Шторма» укажет путь к тому, что было утеряно. К месту, где ветер спит, а дракон ждёт.

Рэйден нахмурился.

– Остров Ветров.

– Архипелаг Огненных Волн. Там, где ветер впервые поднял землю в небо. Там, где последний дракон исчез.

Он медленно кивнул.

– Если я помогу тебе добраться туда – ты отдашь мне половину от того, что найдёшь.

– Я отдам тебе знание, – спокойно ответила Тили. – Ты получишь часть… но не золото. Я не знаю, что мы найдём. Но если ты поможешь мне понять, кем был мой отец и что он оставил – мы договоримся.

Он не ответил сразу. Долго смотрел на неё. На кулон. На небо.

– Хорошо, – тихо сказал он. – Летим на юг.

– Летим КУДА? – Лирия зависла в проёме люка, прижав крылья к бокам.

В кают-компании было оживлённо. Некромант, не поднимая головы, пил дымящийся отвар из сушёной мяты и, возможно, чего-то менее живого. Старпом мрачно точил кинжал. Бинон пялился в карту.

– Архипелаг Огненных Волн, – повторил Рэйден, как будто не только им, но и себе.

– Это ж почти на границе Бездны! – Бинон взвизгнул. – Там же метеоры, ветровые тени, и… гарпии с дурной наследственностью!

– Эй! – Лирия метнула в него кость от курицы. – Ты про кого сейчас?

– Там был замечен последний из Драконов, – вмешался Тарвис. – Сто лет назад. Потом исчез. Официально – сгорел в шторме. Неофициально – ушёл в эфир.

– И мы туда летим? – пробормотал Ринард. – Отлично. Осталось только сыграть свадьбу и написать завещание.

– Свадьба не по расписанию, – хмыкнула Лирия. – А вот безумие – вполне ожидаемо.

Рэйден не слушал. Он смотрел в окно. Потоки начинали менять направление. Южный ветер поднимался. Вёл.

Он не сказал команде всей правды. Что символ на кулоне Тили – точная копия древнего знака из хранилища клана Ривенмарков. Что этот знак появился на их парусах ещё до его рождения. Что он… слышал этот ветер во сне.

В этот вечер никто не спал. Гарпия ругалась, но уже проверяла подвесную сбрую. Некромант записывал новое пророчество – на мёртвом языке, чтобы его не украли. Старпом чистил раны, нанесённые кораблю. А Тили… сидела на верхней палубе, гладя Флика, который дремал у неё на коленях.

– Ты понимаешь, во что мы ввязались? – прошептала она. – Я – никто. А теперь я веду их к Дракону…

Ответа не было. Только звёзды мигали в ритме ветра. И корабль медленно менял курс.

Юг звал. Огонь звал.

И Сердце Шторма – билось чуть громче.

В рубке Рэйден в последний раз взглянул на старую карту.

– Огонь в небе. Дракон в шторме. Девушка с сердцем, которое не её…

Он закрыл глаза. И впервые за долгое время почувствовал: он не один. И не зря.

Ветер пел. Паруса отзывались. А путь на юг был начертан не на карте – в крови.

Глава 8 Курс на юг

Южный поток был капризен. Он стелился мягко, как шелк, и внезапно вспарывал небо остриём ледяной нити. «Безмолвная Чайка» скользила, будто старая птица, знающая каждую складку воздушного океана. Ветер в этот день был терпелив – корабль плыл по небесной трассе, оставляя за собой лёгкий шлейф из света и тени.

Тали стояла у кормы с повязкой на лбу, испачканная мукой и странной зелёной жижей, источающей аромат имбиря, лаврового листа и… безнадёжной кулинарной попытки. Бинон Шкура ворчал.

– Режь не под углом, а по кругу! – Кок, пухлый, вечно запачканный в специях, стоял над ней, держа в одной руке нож, в другой – банку с маринованными лепестками эфирата. – Хочешь, чтобы гарпия снова кинулась на нас за пересол?

– Я думала, гарпии не едят овощи.

– Лирия не ест. Но она нюхает. И если не понравится запах – она сожжёт камбуз взглядом. А я к этому месту привязался.

Тали усмехнулась. Работа с Биноном успокаивала. Он был добродушен, хоть и постоянно брюзжал, и при этом – чертовски наблюдателен. Несколько раз он мягко уходил от вопросов о ней, но каждый раз оставлял рядом кружку тёплого отвара и кусок тёртого печенья, которое, по его словам, «может склеить душу обратно».

– Ты давно на этом корабле? – спросила она, размешивая эфирную кашицу.

– Третий год. До этого варил на болотах. Там было больше пиявок, меньше магии. А тут… тут каждый день как последний. Но зато никто не спорит с моими рецептами.

– Кроме Лирии.

– Кроме Лирии, – хмыкнул Бинон и осторожно посыпал блюдо лунной солью. – Но ей я даже рад. Крылья создают сквозняки, которые как раз нужны для аэромаринада.

Тем временем Тарвис Грей сидел в тени мачты. Он не двигался – только глаза, подсвеченные изнутри, следили за неведомыми узорами неба. Тали подошла. Осторожно. С уважением.

– Вы… говорили, что слышите ветра. Я… чувствую их.

Некромант не ответил сразу. Только через минуту шевельнул пальцами, как будто что-то вычерчивал.

– Ты начинаешь слушать. Это хорошо. Значит, ты ещё не утеряла голос крови.

– Крови?

– Драконьей. Или, скорее, той, что была рядом с ней. Ты – проводник. В тебе есть пустота, которую можно наполнить. И Сердце Шторма ищет, через кого говорить.

– Я не… Я не знала.

– Никто не знает. Пока не услышит имя ветра.

Он достал из кармана гладкий кристалл, от которого тянуло холодом и запахом грозы.

– Это не просто магия. Эфирные потоки – это жилы мира. И когда-то драконы не только летали – они направляли их. Их дыхание было дорогой. Их песни – штилем. Их сердцебиение – штормом.

Он замолчал. Но кристалл запел. Еле слышно, словно под землёй кто-то вспомнил о забытом заклинании.

В каюте капитана Рэйден сидел над старой картой. Её края были обожжены, бумага – шершавой, как кожа старика. На ней был изображён Архипелаг Огненных Волн. И – символ. Такой же, как на кулоне Тали. Круг с тремя лучами. Как солнце, что раскалывает тьму.

Он провёл пальцем по знаку. Сердце Ветра. Артефакт, о котором шептались даже в имперских архивах. Он искал его с тех пор, как…

– Ты снова смотришь на неё, как будто она карта, а не человек, – пробормотала Лирия, заглянув в щель двери.

– Может, она и то, и другое.

– Или компас. Только в какую сторону он повернётся – пока не ясно.

Тали позже вышла на палубу. Ветер ласково тронул её щёку. Тёплый. Южный. Сладкий. И в нём… был зов. Не крик. Не приказ. А… напев.

Она закрыла глаза. И почувствовала, как корабль плывёт не просто по воздуху, а по нитям. Живым, вибрирующим, древним. Её пальцы дрогнули, будто хотели сплести заклинание. Но она не знала слов. Пока.

Сзади раздался голос Рэйндена:

– Ты слышишь?

– Да. Теперь – да.

– Тогда ты уже не просто гость. Ты – часть пути.

В ту ночь они шли по курсу, который ещё не был начертан на картах. Южный ветер пел. Старпом ворчал в трюме, что «девки с артефактами приносят только беды», но каждый раз незаметно подсовывал Тали подушку получше.

А на небесах впервые за много дней вспыхнули звёзды. Одна – особенно ярко. Как будто кто-то наблюдал. Или ждал.

Корабль нёс их вперёд.

И сердце Тали билось в такт с ним.

Глава 9 Шторм и гарпия

Южный курс оказался сложнее, чем предполагали даже самые пессимистичные из экипажа. На рассвете «Безмолвная Чайка» вошла в зону буревестниковых вихрей – область, где небо сжималось, как живая ткань, ветра сходились под странными углами, и воздух становился вязким, как сироп.

Сначала ветер только пел.

Потом – заорал.

– Шторм сползает слишком быстро! – крикнул Ринард, вцепившись в поручень.

Паруса начали вздуваться, тросы натянулись, как нервы. Руны защиты пульсировали тревожным светом.

Тили держалась у средней мачты, держа Флика под курткой. Маленький фамильяр дрожал, как лист. Воздух был слишком тяжёлым. Слишком… зловещим.

Рэйден шагнул на верхнюю палубу, его волосы растрепал шквал. Он оглядел горизонт – вдалеке в клубах облаков двигались тени.

– Вихрекрылые, – прошептал он. – Хищники из туманных островов.

– Что?! – Бинон, выбравшийся с камбуза, едва не выронил кастрюлю с горячим отваром. – Они едят керамику! И поваров!

– Назад! – рявкнул Рэйден. – Все – в укрытие. Лирия, на разведку!

Гарпия уже поднималась в воздух. Раскинув крылья, она нырнула в облака с воинственным визгом, исчезая среди клубящейся серой массы. Ветер её поддерживал, но каждый взмах крыльев давался с трудом – потоки были рваными, коварными.

Тили метнулась за Биноном, пытаясь утащить того в трюм. Но внезапно небо прорезал вопль. Лирия упала, пробивая облака, на хвосте у неё – тварь. Огромная, с перьевой бахромой, пастью, полной зубов и крыльями, будто из рваной ткани.

Крик.

Тень.

Удар.

Бинон потерял равновесие. Кастрюля полетела вниз. Крылатый хищник развернулся в воздухе, целясь прямо в кока.

– Нет! – выкрикнула Тили.

Она бросилась вперёд, закрывая собой Бинона. В груди что-то вспыхнуло. Сердце – или кулон. Свет вырвался наружу.

Белое пламя.

Крик твари – и она исчезла. Словно сгорела отнутри, оставив только пепельный шлейф.

Тишина повисла на миг. Лишь ветер всё ещё рвал небо.

Гарпия, едва держась, опустилась на палубу. Глаза – полны огня. Кровь на плече. Крыло подрагивает.

– Ты… ты что сделала? – прошипела она, всматриваясь в Тили.

– Я… не знаю. Он… – она показала на кулон. Тот уже потускнел. – Я просто… не хотела, чтобы он погиб.

Лирия прижала крыло к ране, прислонилась к борту.

– Может, ты не просто обуза, – выдохнула она. – Но, если ты ещё раз заставишь меня падать – я тебя сожру.

Бинон поднялся, отряхивая рубашку, в которой уже зияли дырки от когтей.

– Это… это было волшебно, – пробормотал он. – Я… я испёкся от страха, но ты – ты сияла.

Тарвис поднялся из нижнего люка, глядя в небо.

– Свет, сжигающий эфирные тела… Это древняя магия. Очень древняя. Её нет в книгах. – Он посмотрел на Тили. – Но есть в легендах.

Рэйден спустился к ним. Его взгляд – колючий, тяжёлый.

– Ты спасла их. Но сила… вырвалась. Ты контролировала её?

– Нет. – Она покачала головой. – Это было, как вспышка. Как зов.

– Надо учиться. Быстро. Пока твой зов не услышали те, кто и не мечтал быть разбуженными.

Гарпия засмеялась. Устало. Надтреснуто.

– О да. Это будет весело.

Вечером команда в молчании чинила повреждения. Лирия сидела у камбуза, перевязывая плечо. Тили подошла, протянула ей флягу с травяным настоем.

– Это не из рук Бинона? – подозрительно уточнила гарпия.

– Он только собирал травы. Я сама заваривала.

Лирия взяла флягу. Пила долго. Потом кивнула.

– Один из них цапнул меня, когда я спасала тебя, кухонную миску и твою световую истерику. В следующий раз спасай сама.

– Буду стараться, – шепнула Тили.

Лирия взглянула на неё пристально.

– Ты изменилась. С тех пор как села на наш корабль. Стала… чуть меньше глупой.

Это, надо думать, было похвалой.

Корабль продолжал путь. Шторм отступил, небо снова дышало ровно. Но на палубе все знали: тень войны уже идёт за ними.

И гарпия впервые не называла Тили обузой – вслух.

Глава 10 Пророчество смерти

Ночь после шторма была странно тихой. Даже ветер, обычно шепчущий в снастях и играющий с парусами, словно ушёл в себя. В кают-компании мерцал только один фонарь – над рабочим столом Тарвиса Грея. Некромант рассыпал перед собой кости, старые, отполированные веками, каждая – с выжженным символом.

Он не делал этого часто. Только когда тени зашевелятся раньше срока, когда эфир меняет вибрацию, и когда его собственное тело, то ли живое, то ли нет, подсказывает: пришло время спросить у мёртвых.

Тили вошла тихо. Босиком, в рубашке, с распущенными волосами. Словно всё ещё не проснулась от того, что произошло днём.

– Ты звал меня? – спросила она.

– Нет. Но ты пришла. Значит, ты уже слышишь зов.

Тарвис указал на табурет. Она села. Флик, как всегда, забрался ей на плечо, но не пищал. Казалось, даже он знал: сейчас будет нечто важное.

– Смотри. – Некромант провёл рукой над костями. Те дрогнули. Замерли. И начали медленно вращаться. Одна за другой.

Символы вспыхнули. Один – перевёрнутый глаз. Другой – сломанная спираль. Третий – пустая чаша.

Тили чувствовала, как холод наполняет воздух. Холод не тела – души.

– Что это значит?

– Ты должна умереть, – сказал Тарвис ровно. – Так было написано. В дыхании эфира. В ритуале, что отзывается на твою кровь.

Тили отшатнулась. Резко встала. Флик зашипел, запутавшись в её волосах.

– Ты лжёшь!

– Я не умею. – Он медленно повернулся к ней. Его лицо оставалось безмятежным, но глаза… в них был мрак. – Всё сходится. Сердце Шторма не может быть пробуждёно без жертвы. Ты – её сосуд. Живущая с печатью Ветра. Та, чьё имя не завершено.

– Замолчи! – Она встала, кулаки дрожали. – Ты ничего не знаешь обо мне!

– Зато Ветер знает.

В этот момент в дверях появился Рэйден.

– Хватит, – рыкнул он. – Ты перегибаешь, Тарвис.

– Это истина, капитан.

– А может, это просто твои догадки. Или остатки заклинаний, что ты утащил с того света, где должен был остаться. Я сам видел другой исход.

Некромант встал. Медленно. Его тень на стене казалась длиннее, чем должна быть.

– Ты видел свою правду. А я – общую. У каждого свои ветра.

Тишина между ними была напряжённой, как струна перед разрывом.

Тили глядела на них по очереди. Сердце в груди стучало так, будто хотело вырваться. Слова Тарвиса сжигали изнутри. Но взгляд Рэйндена… был якорем.

– Мне не нужен ещё один голос, который говорит, что я – инструмент, – прошептала она. – Если я должна умереть, чтобы что-то заработало… значит, я уже не человек.

Рэйден шагнул ближе.

– Никто здесь не инструмент. Пока ты жива – ты выбираешь. И я не позволю никому решать за тебя. Даже эфиру.

Она смотрела на него. И вдруг поняла – он говорит не только о ней. В его голосе была боль. Старая. Глубокая. Такая, что не лечится ветром.

Позже, когда Тили ушла, а Тарвис остался наедине с костями, он медленно протянул руку к одной из них. Перевернул.

Под ней – новый символ. Путь, расколотый молнией. Знак, что появляется только раз в столетие.

– Значит, Ветер тоже меняет мнение, – прошептал некромант.

Тили сидела в своей крошечной каюте. Кулон на шее снова светился. Слабо. Тепло.

– Кто ты? – прошептала она. – И почему я?

Ответа не было.

Но в темноте она услышала тихий шорох. Как крыло. Как дыхание. Как Ветер, который слушает… и ждёт.

А в трюме Бинон тихо записывал в тетрадь: «Сегодня Тили снова спасла всех. Но кто же спасёт её? Надеюсь, не я. У меня лапша пригорает…»

Глава 11 Цена пути

Небо было светлым. Обманчиво-светлым. Словно кто-то стер с него все тучи, чтобы потом ударить сильнее.

– Пираты, – выдохнул Ринард, глядя в подзорную трубу. – С юго-востока. Два флагмана, один в тени.

«Безмолвная Чайка» отклонилась от курса, и Рэйден знал – это было запланировано. Кто-то подсунул ложные координаты в торговом порту накануне. Кто-то, кому очень хотелось поймать «девушку с артефактом».

– Поднять защитные руны! Всем – по местам! – голос капитана резал воздух, как лезвие ветра.

Тили стояла у левого борта, пальцы дрожали, но взгляд – твёрдый. На ней был лёгкий магический нагрудник, больше для вида, чем для защиты. Рядом – юнга по имени Мило. Тихий, веснушчатый, с глазами цвета лунного света. Он не говорил много, но всегда помогал, всегда улыбался. Даже сейчас.

– Не бойся, – прошептал он ей. – Капитан всегда побеждает.

Она кивнула. Пыталась поверить. Пыталась…

Первый залп. Пиратский корабль, чёрный, как вороний глаз, пронёсся над ними, сбрасывая зачарованные крюки. Один вонзился в мачту. Второй – в палубу.

На борт прыгнули фигуры в масках. С размахнутыми плащами и заряженными артефактами. Всё смешалось: дым, огонь, крик.

Рэйден сражался как буря. Его клинок – вихрь. Лирия рвалась в небо, отсекая врагов в воздухе. Бинон прикрывал гарпию, кидая в нападавших кастрюли, некоторые из которых неожиданно взрывались.

А Тили… Тили пыталась защитить навигационный пост. Артефакт у неё на груди пульсировал, но не просыпался. Мило стоял рядом.

Один из пиратов заметил её. Глаза – чёрные, пустые. Сфера в руке – огненная.

Он метнул её.

– Нет! – выкрикнула Тили.

Но уже поздно.

Мило оттолкнул её. Сфера ударила прямо в него. Свет. Взрыв. Тишина.

Тили упала на колени. Куски обломков, пыль, гарь. Мило лежал рядом. С улыбкой. С вечной, неестественной улыбкой.

Крик.

Ветер завыл.

Корабль дрогнул. Рэйден подоспел и разнёс врага в клочья. Гарпия сбросила последнего налётчика в небо.

Бой закончился. Осталась тишина.

Мило лежал на холсте. Его глаза были закрыты. Тело – очищено. Рядом – маленькая птичья фигурка из дерева. Он вырезал их в свободное время. Говорил, что это – «чтобы не забыть, как выглядит полёт».

– Он спас меня, – сказала Тили. Голос – хриплый. Сломанный. – Мне нужно было… я могла…

Рэйден стоял рядом. Руки – в крови. Глаза – синие, холодные.

– Не вини себя. Это был его выбор. Он выбрал не небо, а тебя.

– Но почему?!

– Потому что он был частью команды. – Капитан взял птичку и положил ей в руку. – А каждая жизнь на «Чайке» – плата за небо.

Похороны прошли у эфирной расщелины. Корабль сбросил тело в самый спокойный поток. Руны зажглись. Воздух запел. Песнь ветра.

Гарпия стояла отдельно. В крыльях – траурная лента.

Бинон молчал. Его руки были в муке. Он сжал комок теста и бросил его вслед за телом.

– Чтобы в следующей жизни ты ел лучше, – прошептал он.

Тарвис не сказал ни слова. Только смотрел на небо. Смотрел долго. А потом наклонился и прошептал заклинание. Воздух дрогнул.

– Что ты сделал? – спросила Тили, подходя.

– Отправил его душу туда, где её не достанут штормы. Пусть он теперь будет птицей. Он любил летать, да?

Она не ответила. Только кивнула.

А Рэйден встал у штурвала. Паруса налились ветром. Корабль пошёл дальше.

Жертвы были заплачены.

Небо требовало плату.

И плата была принята.

Глава 12 Имперская тень

Плавающий порт Сель-Тар был словно ожившая краска – остров-базар, закреплённый на мириадах воздушных якорей и торговых цепей. Пахло специями, поджаренной рыбой, магией и жарой. Сквозь плотные слои торговли и разговоров просачивалась тревога. Тили это почувствовала сразу, как только сошла с трапа «Безмолвной Чайки».

Но первым это уловил Ринард «Костяной Крюк». Старпом шагал по рынку с видом усталого охотника. Он знал – такие порты не любят тех, кто приходит без спроса. И если кто-то смотрит слишком долго, значит, кто-то слишком много знает.

На базарной площади, притворяясь покупателем сушёного фрукта, он перехватил разговор. Полушёпотом, в запахах дыма и корицы.

– Девушка с артефактом, говоришь? – спросил толстяк в красной рубахе.

– Ага. Имперцы ищут её по всем портам. Говорят, что у неё что-то из Залога Ветра.

– Опасное дело. Если Империя кого-то ищет – лучше в облака не смотреть.

Ринард нахмурился. Вернулся на корабль с хмурым лицом, как гроза над Бездной.

– Кто-то сдал нас, – сказал он Рэйдену, не раздумывая. – Или координаты, или название корабля. Слишком точно они вышли на след.

Капитан молчал. Его пальцы бегали по перилам. Он смотрел, как Тили беседует с Фликом у борта, бросая ему пёрышко от гарпии. Девушка выглядела усталой, но в её взгляде светилось новое… понимание. После смерти Мило она стала взрослее. Тише. Глубже.

– Мы уходим, – коротко сказал Рэйден. – Идём по Теневому Маршруту через скалистую арку Рагон-Вейра.

– Нас там ждать будут.

– Пусть. Если ждут – значит, хотят поймать. А я хочу, чтобы они бежали.

Тили в это время стояла у штурмана. Пыталась понять, куда и зачем они идут. Рядом с картой, приколотой к доске, висел кусочек пергамента с неизвестными символами.

– Что это? – спросила она.

– Тайный маршрут. – Штурман, мрачный мужчина с голосом, как скрежет металла, не глядел на неё. – Карту его знаем только мы, капитан и… – он замолчал.

– И кто?

Он промолчал. Но взгляд всё же бросил на нижнюю палубу, туда, где жил Тарвис.

Некромант сидел, окружённый свечами и дымом. Он снова бросал кости. Но на этот раз – без ритуала. Просто глядел в пустоту, словно искал ответ не в будущем, а в прошлом.

Когда Тили зашла, он не удивился. Только слегка приподнял бровь.

– Снова ты.

– Ты знаешь, что за мной охотится Империя, – сказала она прямо.

– Да.

– И ничего не сказал.

– Потому что ты сама должна была это почувствовать. Не все истины требуют слов.

– Что ты знаешь об артефакте? – сжала кулаки Тили. – Почему они ищут именно меня?

Тарвис поставил кубок с пеплом на стол.

– Потому что ты держишь не просто реликт. Ты носишь ключ. К Сердцу Шторма. Империя охотится не на тебя – они охотятся на легенду. А ты, по странной иронии, стала её частью.

Она отвернулась. Грудь горела от злости. От страха. От ощущения, что вся её жизнь – ловушка.

– Я не просила этого. Я хотела жить. Просто… жить.

– Никто не просит стать частью судьбы. Но если ты уже стоишь на борту – лучше держись крепче, – мягко сказал он.

Когда «Чайка» оторвалась от причала, вечернее небо разрезала молния. Магический шторм собирался на горизонте. Рэйден стоял у штурвала.

– Идём под покровом ветра. Пусть след теряют. – Он кивнул Ринарду.

– Есть, капитан.

Тили в последний раз глянула на порт. Где-то там остались ответы. Или новые враги.

А корабль ушёл в эфирный туман.

И тень Империи скользнула следом.

Глава 13 Зов дракона

Ночь принесла штиль. Воздух за бортом «Чайки» был тягучим, как мед, и таким же обманчивым. Небо переливалось зелёным и фиолетовым – эффект пересечённых потоков эфира. Команда отдыхала, смены сменялись, гарпия Лирия дремала на мачте, обняв крыльями парус. Бинон что-то бормотал во сне, прижимая к груди кастрюлю. Даже Тарвис, казалось, на миг замер, будто прислушивался к сердцебиению корабля.

Тили спала беспокойно. В груди – пульсировало. Словно сердце не билось, а отзывалось на музыку, что доносилась из-за грани сна.

Она стояла на острове. Остров дышал.

Нет, не метафора – земля под ногами поднималась и опускалась, как грудная клетка живого существа. Поверхность – покрыта светящимися венами, сквозь которые струился свет. Облака плыли снизу вверх, а небо вращалось, как в водовороте.

На краю – зияющая Бездна. Но не страшная, нет. Она пела. Шептала. Манила.

В небе – крыло. Огромное. Бесконечное. Оно не взмахивало – оно существовало. Каждое движение – рождение шторма.

И голос. Тихий. Не мужской. Не женский. Ветреный.

– Сердце моё – твоё.

– Ты – зов. Ты – имя. Ты – выбор.

Тили шагнула вперёд. Руки – дрожат. Взгляд – поднимается к небу, и в нём отражается огонь, лед, дождь, солнце, буря… всё сразу.

– Приди ко мне.

– Я жду.

Она проснулась в слезах. Не от боли – от странной, пронзительной тоски. Как будто увидела дом, которого никогда не было, но по которому скучала всю жизнь.

Флик сидел рядом. Его шерсть светилась, а усы трепетали от магии. Кулон на груди Тили светился ровно, как пульсирующее сердце.

Она поднялась. Вышла на палубу босиком.

Рэйден стоял у руля. Один. Как всегда в моменты, когда не спится. Его глаза в свете фонаря были цвета молнии. Он не обернулся, когда она подошла.

– Видела? – спросил он глухо.

– Да.

– Я тоже. Только не сон. Воспоминание. Или предчувствие. Не знаю.

Они стояли рядом, не прикасаясь, но воздух между ними был горячим от напряжения. Она чувствовала его эмоции, как ветер чувствует обрыв.

– Это… был дракон, – прошептала Тили.

Он кивнул. Тихо.

– Один из последних. Или первый из новых.

– Он звал меня. По имени. По настоящему имени.

– Тогда тебе и идти первой.

Она сжала кулон. Сердце билось, как барабан. Флик взвизгнул. Где-то вдали воздух дрогнул.

– На горизонте, – произнёс Рэйден, – появился остров. Он не был на картах. Не должен был…

Тили уже знала. Она чувствовала. Это он. Остров, что дышал в её сне.

Остров Бурь.

Она шагнула к борту. Там, среди клубящихся облаков, возник силуэт. Огромный. Скальный. Обрамлённый кольцом молний.

И только ветер, знакомый и родной, прошептал ей на ухо:

– Добро пожаловать домой.

Глава 14 Остров Лахайм – Тайные сделки

Лахайм встретил «Безмолвную Чайку» запахом гари, рыбой и волнами магии. Этот остров, затерянный среди Средних Архипелагов, был похож на нарыв на теле Империи – пульсирующий, живой и опасный. Крутые скалы в обрамлении металлических опор, мачты без парусов, платформы из обломков древних кораблей. Всё здесь дышало контрабандой и памятью о войнах, которые никто больше не называл по именам.

Портовая зона напоминала гигантскую амфору, в которой кипела торговля: над рынками – змеились канаты с подвешенными клетками, внутри которых торговали магическими артефактами, редкими травами и… живыми фамильярами. А ещё выше – висячие трактиры и «домики для уединённых сделок».

«Чайка» вошла в порт скромно, под флагом гильдии воздушных лекарей. Эмблема была поддельной, но сшита умело. Старпом Ринард, с протезом вместо левой руки, первым ступил на швартовую доску и пробурчал:

– Если мы отсюда выберемся без очередных проблем, я три дня есть не буду.

Бинон фыркнул, поправляя корзину с засоленными грибами.

– Это ложь. Через три минуты вы съедите мои пирожки. С гарпией, если повезёт.

Лирия отозвалась свистом с мачты, откидывая назад серебристые перья.

Тали молча следила за происходящим. Её руки не покидало напряжение. Под плащом – артефакт, греющий кожу. Она знала: отец бы не одобрил. Но отец мёртв.

Капитан Рэйден спрыгнул на каменную пристань без слов. В глазах – холодная решимость. В воздухе – соль и кровь старых воспоминаний.

– Будь рядом, но не говори, – бросил он Тали. – Эти люди не любят новых лиц.

Она кивнула. Её шаги были мягкими, но внутри – звенело. Как струна перед взрывом.

Тайная встреча состоялась в подвале бывшего маяка. Стены были обиты солевыми кристаллами, свет которых резал глаза. Запах серы и пыли древних книг висел в воздухе.

Контрабандистов было трое. Один в маске с птичьим клювом, второй – с ожогами на лбу, третий – женщина с татуировкой в виде вихря на шее.

– Вы знаете, что ищете, – сказала она, обращаясь к Рэйдену. – Но это не ваш артефакт.

Он не отвечал. Просто скрестил руки.

Тали стояла чуть в стороне. Артефакт под одеждой пульсировал, как второе сердце.

– Ты его дочь, – внезапно произнёс человек в маске.

Все повернулись к ней.

– Меран Тэлин-Вейр был стражем Ветра. Один из последних.

– Он был артефактором, – сказала Тали. – Он… мастер.

– Он был больше. Он был Охраняющим. А ты – Наследница.

Тишина опустилась. Только капли из трещины в потолке отбивали счёт времени.

Женщина с вихрем подошла ближе. Протянула Тали узкий, потускневший кристалл на цепочке.

– Он просил передать. Если ты когда-нибудь придёшь.

Тали взяла амулет. Внутри – вращалась крошечная роза ветров. Её символ. Их символ.

– Что он охранял? – спросила она.

– Источник, – ответил человек с ожогами. – Не магии. Ветра. Первоветра. Там, где родились острова.

Рэйден резко обернулся.

– Это легенда. Байка для магов, ищущих бессмертие.

– Нет, – сказал контрабандист. – Это Печать. И твоя кровь – ключ.

Он указал на Тали.

Свет в помещении дрогнул. Амулет в её руке засиял. И кулон на шее – ответил ему.

– Мы должны уйти, – прошептала она. – Здесь нельзя оставаться.

– Она права, – сказал капитан. – Возьмите товар. Оставьте плату. Уходим.

Контрабандисты не спорили. Женщина лишь добавила:

– Тебе будет сниться буря. Не прячься. Слушай ветер. Он ведёт.

Когда они вернулись на «Чайку», Ринард только глянул на капитана и пробурчал:

– Вижу, сделка прошла как всегда – с шепотом, угрозами и знамениями. Приятного плавания.

Рэйден не ответил. Он смотрел на Тали. Долго. Внимательно. И, впервые – почти с тревогой.

– Кто ты, Тэлин-Вейр? – произнёс он негромко.

Она не знала, что ответить.

Ветер завыл. Корабль снялся с якоря.

А вдали, за облаками, пульсировала тень. Тень крыла.

Глава 15 След отца – Контрабандисты делятся воспоминаниями

Лахайм не отпускал «Безмолвную Чайку» так просто. Казалось, даже ветер вокруг острова знал – здесь сказанное остаётся в воздухе, как шепот проклятых.

После встречи в подвале маяка Тали долго не могла уснуть. Она сидела у кормовой балки, держа в руке амулет, оставленный одной из женщин-контрабандисток. Он был тяжёлым, с неровными гранями и стершимися рунами. Внутри, в треснувшем кристалле, крутилась роза ветров – копия той, что была на кулоне её отца.

– Ты вся дрожишь, – раздался рядом знакомый голос.

Это был Гвидо, юнга. Подросток, вечно рисующий в своём дневнике непонятные схемы и сны. Сейчас он держал кружку с дымящимся чаем.

– Я не боюсь, – отрезала Тали, но взяла кружку. Тепло разлилось по пальцам.

Старпом Ринард, сидевший чуть поодаль, буркнул:

– Она не боится. Она сошла с ума. Или это одно и то же в наше время?

Никто не ответил.

На следующий день команда вновь сошла на берег. Старый знакомый капитана – Сканнер Тирл, когда-то ходивший с отцом Тали, теперь владел подпольной мастерской. Тали чувствовала: этот человек знал слишком много – и ничего не забыл.

Сканнер был лыс, как медный шар, и пах старыми чернилами и пылью, которая прилипает к костям. Его левая рука была заменена на протез с линзой-картографом.

– Ты похожа на него. Но глаза у тебя – её, – сказал он, как только увидел Тали.

– Её? – переспросила она.

– Матери. Она была не из этого мира.

Сканнер провёл их в заднюю комнату. Там, под стеклом, лежал ещё один амулет – половина. Кристалл с разломом.

– Отец твой хотел спрятать Источник. Империя охотилась за ним. Магистр Аттарейн лично подписал ордер на поимку. Твоего отца убили не за артефакт. За память.

Тали сжала кулаки. Грудь жгло. Амулет на её шее засиял, откликаясь.

– Почему вы мне это говорите? – прошептала она.

– Потому что ты его дочь. И потому что я обещал.

Сканнер протянул ей половинку амулета. Когда пальцы Тали сомкнулись на нём – оба кристалла вспыхнули и затихли. Вместе.

– Он часто говорил о тебе. «Она – мой восточный ветер. Упрямая, яркая, непредсказуемая». А ещё он просил держаться подальше от того, кого называют…

Он запнулся. Повернулся к капитану, стоявшему в тени.

– …Оракулом ветров.

В комнате повисла тишина.

– Это имя слышали немногие, – произнёс Сканнер. – Даже среди магов. Он не человек. Не совсем. Его боятся даже те, кто управляет бурями. Кто он – никто не знает. Но именно он выследил Мерана. Именно он ведёт Империю к Сердцу.

Тали чувствовала, как холод расползается по позвоночнику. Рэйден сделал шаг вперёд, но ничего не сказал. Он просто смотрел на кристалл в её руке. И на свет, что сочился между трещин.

– Мне нужно знать, – прошептала она. – Всё, что знал мой отец.

Сканнер кивнул. Медленно подошёл к столу и вынул из ящика маленький медальон. Повернул. Снаружи – пустота. Внутри – карта. Резная, древняя, словно вырезанная не рукой, а ветром.

– Это один из ключей к Острову Ветров. Таких было четыре. У твоего отца был один. У тебя – другой. Третий исчез. А четвёртый… у того, кого ты, возможно, не хочешь встречать.

Гвидо, слушавший с замиранием, прошептал:

– У кого? У Оракула?

Сканнер не ответил.

Тали взяла медальон. Он был холоден, как лёд. Но в пальцах запульсировал так, будто хотел дышать.

Когда они покинули мастерскую, солнце скрылось за медными облаками. Воздух был вязким и влажным. Буря собиралась за горизонтом.

На палубе «Чайки» Лирия стояла, глядя в небо. Рядом – Бинон, с очередным супом из непонятных водорослей.

– Пахнет неприятностями, – сказала гарпия.

– Или просто мой суп недоготовлен, – вздохнул кок.

Внизу, под палубой, Тили сжимала в руках две половинки амулета. Они не срастались. Но в сиянии она видела карту. Фрагмент. Путь.

А в тени трюма капитан Ривенмарк шептал ветру:

– Если ты слышишь меня, отец… Я иду по следу. Прости.

Ветер завыл. Буря шевелилась. А с неба спустился первый холодный дождь.

Продолжение следует.

Глава 16 Когти гарпии – Бой с патрулём Империи

Небо к югу от Лахайма было неспокойным. Слои облаков сдвигались медленно, как пласты древней земли, и в этом вязком эфире «Безмолвная Чайка» шла почти бесшумно – заслуга капитана, заклинаний тишины на парусах и искусной маскировки корпуса.

Но Империя – не тот враг, которого можно одурачить надолго.

– На четыре клина по правому борту, – коротко сказал штурман, глядя в дальнозор.

Капитан Рэйден лишь кивнул. Он уже чувствовал это – с юга приближался имперский дирижабль. Огромная чёрная туша, тяжёлая, медлительная, но на удивление вооружённая. По бокам у него торчали шестерёнчатые арбалеты, ветряные турбины вращались с сухим воем.

На борту «Чайки» тут же закипела подготовка. Гарпия Лирия обмотала руки ремнями, проверила арканы. Её крылья дрогнули, перья засеребрились.

– Ну что, пташки в клетке не сидят, – усмехнулась она, глядя на Бинона.

– Ты не обязана… – начал он, но она щёлкнула языком.

– Я обязана тебе ужином. А ты – жизнью. Квиты?

Кок хмыкнул, бросая в чан связку сухих лепестков. Те задымили лиловым паром.

– Приготовлю им сюрприз. Со специями.

Когда дирижабль подошёл на опасное расстояние, по воздуху прошёл зов – звук имперского рога. Ответа не последовало. Капитан не собирался вступать в переговоры. Он сделал шаг к штурвалу.

– Все по местам. Мы не везём пленников. Мы – ветер.

Тали стояла у иллюминатора. Артефакт у сердца едва заметно светился. Она чувствовала напряжение, словно небо само затаило дыхание.

Первый выстрел прогремел с борта имперцев. Снаряд пролетел мимо, но оставил след в эфире. Ответ последовал немедленно: гарпия, обогнав все тросы и платформы, взмыла вверх – серебряная вспышка в клубах дыма.

С воздуха бой казался танцем. Лирия кружила, как хищная звезда, уходила от снарядов, кидалась в слепые зоны, разрубала арбалетчиков на платформах. Её крылья сверкали от заряженных чар, когти вспыхивали рунной магией.

– Она… поёт, – выдохнул Гвидо. – Ты слышишь?

И правда – её боевой клич был песней. Без слов. Голос ветра, родившийся в буре.

На палубе Бинон зашёл в трюм, вынес три курительных шара, натёртых перцем, эфирной корой и гнилым мхом. Один за другим – активировал. Поднялась густая пелена, скрадывающая очертания корабля.

Но один из снарядов всё же пробил иллюминатор. Тонкое стекло разлетелось. Осколок попал коку в плечо.

– Бинон! – закричала Тали.

Гарпия услышала раньше. Она сорвалась с высоты, как молния, и в следующую секунду уже стояла над ним, раскинув крылья. Ветер поднял полог дыма, укутывая их.

– Не двигайся, я всё сделаю, – прошептала она, накладывая примитивную повязку.

– Ты… рану завязываешь неправильно, – прохрипел он.

– У тебя рука скоро отвалится. Потерпи, кулинария моя.

Он рассмеялся, хоть и криво.

Когда бой закончился – дирижабль загорелся в небе, гордо пал вниз, оставляя чёрный след – «Чайка» вынырнула из дыма. Все целы. Почти.

На борту повисло напряжённое молчание. Только ветер шептал по снастям.

– Все свободны, – сказал Рэйден. – Мы победили. Но за нами следят.

Позже Тали вышла на палубу. Лирия сидела, опершись спиной о мачту. Её крылья были сложены, а Бинон спал у неё на коленях, привалившись, как котёнок.

Она не гнала его. Наоборот – держала его руку. Ласково, аккуратно.

– Ты всё ещё считаешь, что он не достоин тебя? – спросила Тали.

– Я всё ещё не знаю, кто он. Но сегодня – он был моим штормом.

И небо над ними очистилось. Ненадолго.

Глава 17 Вкус защиты – Магия кока спасает жизнь

После затяжного боя небо будто устало – сгустилось над Архипелагом свинцовым покрывалом. «Безмолвная Чайка» ковыляла над облаками, потеряв былую стремительность. Корабль дышал тяжело, скрипел мачтами, будто сам ощущал боль своих людей. Они ускользнули – но едва.

Тали стояла у борта, прижимая к груди кулон с картой – артефакт снова был тёплым, будто знал: близкие ранены. Её пальцы дрожали не от холода, а от воспоминаний. Мелькнувший силуэт дирижабля Империи всё ещё не уходил с внутреннего взгляда – как клеймо.

– Бухта впереди, – прохрипел Ринард, устало поправляя заклинание на механической руке. – Прилив падает. Там можно укрыться. Если не боитесь привидений.

«Бухта» оказалась узкой расщелиной среди дрейфующих каменных глыб. Место, где некогда стояли дома, теперь было утонувшим в небе городом. Над обломками пролетали чайки, гарью и чем-то древним. Именно здесь капитан решил переждать бурю – и перевязать раны.

Бинона перенесли в каюту под камбузом. Он был бледен, губы пересохли, плечо – в крови. Лирия не отходила. Её крылья в беспорядке, лицо в ссадинах, но она ни разу не пожаловалась. Даже когда корабельный маг Тарвис предложил наложить защиту, гарпия только отмахнулась:

– Он мой. Я сама.

Она готовила отвар – под её рукой шкворчали перцы и травы. Но когда Лирия отвернулась, Бинон потянулся к своим баночкам, вытащил пузырёк с янтарной жидкостью и незаметно капнул в котёл. Запах изменился – стал гуще, напоминал спелый фрукт на фоне дождя.

– Что ты делаешь? – спросила она, вернувшись. – Это…

– Не просто отвар, – слабо улыбнулся он. – Это… чувство. Я – вкусом говорю. О том, что не могу сказать словами.

– Бинон…

– Я чувствую вкус тех, кто мне дорог. У тебя – перец и буря. Горячее, дикое. Я пробовал воссоздать… и не смог. Пока не добавил своё.

Лирия молчала. Её янтарные глаза метнулись к котлу, потом – к его лицу. Он не шутил.

– Ты… чокнутый, – хрипло выдохнула она, но не отстранилась. А когда он дотронулся до её пальцев, не убрала руку. Просто смотрела. Как будто впервые увидела его по-настоящему.

Тем временем Тали не находила себе места. Она чувствовала – что-то в воздухе изменилось. Ветер шептал: «Сердце твоё в пути. Но не только твоё.»

Рэйден появился рядом бесшумно. Тали вздрогнула – но не отстранилась. Их взгляды встретились. Его глаза были суровыми, но без ярости.

– Мы выжили, – сказал он. – Но теперь они знают, что мы не просто караванщики. Империя не отступит.

– Я знаю. – Она сжала кулон. – Но я тоже не отступлю.

– Это… заразно, – усмехнулся он и отвёл взгляд. – Я говорил с Тарвисом. Он уверен – в тебе просыпается нечто древнее. Может, драконьи отголоски. Может, сама буря.

– Мне страшно, – честно призналась она. – Но если это мой путь – я пойду.

– Главное – не забудь, кто ты. Даже когда ветер говорит шёпотом.

В этот момент с камбуза донёсся звук – как будто звякнули крылья. Лирия выскочила с котелком, держа Бинона за плечо.

– Он в порядке, – буркнула она. – Пока дышит.

Рэйден кивнул. И всё же взгляд его задержался на ней дольше, чем требовалось. Что-то в этих двоих начало меняться.

А Тали… смотрела на остатки облаков, разрывающихся над бухтой, и чувствовала: это ещё не конец. Ни пути, ни боли, ни открытий.

Ветер шептал имя. Но не её.

Корабль вздрогнул. Где-то внизу ожил древний механизм – каменная плита, тронутый амулет, среагировал на её присутствие. И снова – карта в кулоне дрогнула.

– Мы на правильном пути, – прошептала она. И впервые за долгое время – поверила в это.

Глава 18 Тайный док – Побег ценой груза

Бухта, приютившая «Чайку», оказалась временным спасением, но не укрытием. Едва небо окрасилось в ржаво-кровавый рассвет, как со стороны восточных скал послышался гул. Не шепот ветра – рокот магического двигателя.

Имперцы. Быстро. Слишком быстро.

– Нас засекли, – констатировал Рэйден, глядя в дальнозор. Его голос был спокоен, но рука легла на эфес клинка.

– Как? – Тали стояла рядом, прижимая амулет. – Мы же ушли ночью, по маршрутам…

– Они шли по нам с воздуха, по потокам. Похоже, кто-то оставил след.

Тарвис появился бесшумно, как тень.

– Я сказал, что ощущал их – но не думал, что они так близко. Магистр-следопыт, должно быть. Профессионал.

– Нам не выбраться, – хрипло бросил Ринард, перегнувшись через перила. – Док заброшен, паруса не поднимем. Разве что сбросить лишнее.

Капитан обернулся к нему. Их взгляды скрестились, и в этом молчаливом столкновении было больше боли, чем угроз.

– Что ты предлагаешь?

Вместо ответа выступила Тали:

– Груз. Сбросить контрабанду. Тогда мы поднимемся.

Ринард повернулся к ней медленно, как если бы только что заметил её присутствие. Его голос был, как сталь по стеклу:

– Девчонка советует выбросить то, что кормит нас годами. Отлично. Осталось только паруса сжечь на удачу.

– Это не кормит, если мы все умрём, – не отступила она. – У вас магический яд, артефакты, проклятые книги… Но они – балласт. Сейчас.

– С какой стати ты решаешь, что важнее? – шаг Ринарда был тяжёлым. – Ты не из команды. Ты – случайность.

– А может, как раз потому и вижу иначе, – резко парировала Тали. – Вам есть что терять. А мне – некуда возвращаться.

Рэйден поднял руку, прерывая их.

– Всё. Хватит. Сбрасываем.

– Капитан… – начал Ринард.

– Это не просьба. Это приказ.

Минутой позже весь экипаж работал, как слаженный механизм. Ящики с чёрной меткой – с тем, что даже на чёрном рынке торговали шёпотом – полетели за борт. Бутыли, свитки, даже малый кристалл с остаточной бурей. «Чайка» застонала, но дрогнула. Её корпус поднялся на полметра – а это могло решить всё.

– Ветер с юга, – прокричал Лирия с высоты, взмывая в воздух. – У нас – двадцать минут, не больше!

– Готовьте тоннель, – крикнул капитан. – Прокладываем путь сквозь стену.

Бухта имела один выход – узкий воздушный тоннель, некогда созданный для контрабандных кораблей. Магические руны на его стенах давно поблекли, но Тарвис смог активировать две – достаточно, чтобы прошли.

– Слабый, но держится, – бормотал маг-некромант. – Как и я, впрочем.

«Чайка» вошла в тоннель, словно нож в переспелый плод. Скалы дрожали, эхо множилось, ветер гудел в обшивке. Тали стояла у правого борта, следя за пульсацией амулета. Он светился ровно – будто одобрял.

Внизу, на месте только что покинутой бухты, раздался грохот. Имперский дирижабль опустился с рёвом, запоздав на мгновение. И этого было достаточно.

Корабль рванулся вверх. Паруса поймали поток, «Чайка» задрожала, но вынырнула над скалами. Ветер сорвался с цепей. Они ушли.

Позже, когда команда разошлась, Тали вышла на корму. Её встретил капитан. Он смотрел вдаль, в то самое небо, которое ещё минуту назад было почти их могилой.

– Ты спасла корабль, – сказал он негромко.

– Я выбросила чужое. Не своё.

– Ошибаешься. Всё, что на борту – уже твоё. Пока ты с нами.

Она чуть дрогнула. Не от слов – от их смысла.

– Ринард злится, – сказала она. – Думает, ты доверяешь мне слишком быстро.

– Ринард… – усмехнулся капитан. – Он боится. Всегда боялся потерять «Чайку». А ты – неизвестность. А значит – угроза.

– А ты?

– А я… – он взглянул на неё, и в его глазах сверкнуло что-то иное. – Я ищу не груз. Я ищу ветер, который приведёт к цели. Пока ты ведёшь нас туда – я за тобой.

Тали не знала, что ответить. Вместо слов она подняла лицо к небу.

И ветер… обнял её. Лёгкое дуновение – не просто поток, а приветствие. Корабль дрогнул, будто вздохнул.

И среди этого – вновь отозвался амулет. Горячий. Живой.

«Ты на пути», – прошептал голос, не её – ветровой.

Где-то внизу остался балласт. А вверху – цель. Сердце Шторма ждало.

Глава 19 Пробуждённое древнее – Магия некроманта

Воздушный тоннель не спешил отпускать.

Он сужался, словно вбирал корабль в себя, шептал эхом на всех языках забытых народов, продувал доски ледяными потоками, как дыханием существа, чьё сердце спит в глубинах бурь. И чем дальше «Безмолвная Чайка» углублялась, тем меньше казалось, что это тоннель – просто проход. Нет. Это – глотка.

– Что-то здесь… не так, – пробормотал Рэйден, глядя в бурлящую темноту. – Слишком тихо. Слишком… живо.

На корме некромант Тарвис стоял с закрытыми глазами, пальцы скользили по амулету, которым он пользовался, чтобы считывать «голоса маршрута». Его губы шевелились без звука. И в какой-то момент – замерли.

– Я нашёл духа-навигации, – тихо сказал он. – Старого, сильного. Он помнит путь.

– Лучше не буди того, кто давно забыл, как просыпаться, – отозвался Ринард, проверяя тросы. – В таких местах даже призраки не знают, что они мертвы.

Тарвис не ответил. Его глаза открылись – и в них на мгновение мелькнула нехарактерная яркость. Он шепнул имя, древнее, как первый гром.

Воздух изменился сразу. Он не просто сгустился – он стал… плотным. Волны невидимой дрожи пробежались по палубе, мачты завыли – не от ветра, от страха.

– Что это?! – Лирия, влетевшая с разведки, резко села на перила. – Что ты вызвал, труп с мозгами?!

– Это не то, что я звал… – прошептал Тарвис, а пальцы его уже дрожали.

Из темноты вынырнуло нечто. Оно не имело формы – то ли щупальце из тумана, то ли крыло из огня, то ли плащ из звёздной пыли. Оно было сгустком древней магии, что затаилась в эфире после Первого Бурелома.

«Я спал. Кто потревожил?»

Голос сущности не звучал – он давил. Корабль затрещал, паруса затрепетали, у Тали в груди сдавило так, что на мгновение померкло зрение. Амулет на груди вспыхнул – и едва не обжёг кожу.

– Это не дух навигации, – прохрипел капитан, обнажая меч. – Это древнее.

– Это остаток тех, кого драконы не смогли забрать, – выдавил некромант. – И я разбудил его…

Существо потянулось к «Чайке». Не быстро – тягуче, как капля яда по лезвию. И от каждого его движения мачты трещали, ветер стонал.

– Мы не унесёмся – он держит нас, – бросила Лирия. – Он пьёт наш путь.

Тали шагнула вперёд. Она не знала, откуда берётся уверенность – но чувствовала: амулет реагирует. Внутри что-то пело. Звало.

– Ветер… западный. Он здесь.

Голос дрожал, но она продолжала. На память всплыли слова отца. «Запад шепчет. Но тот, кто слышит – может шепнуть в ответ».

– Имя… я знаю, ты рядом. Шорох Ночи. Лик Тумана. Покрой его. Защити нас. Я зову тебя, Ветер Запада!

И в этот миг ветер ответил.

В небе вспыхнула линия – не молния, а резонанс. Воздух взвыл. Облака сжались и ударили в существо, будто сама буря отозвалась на зов. Западный ветер пронёсся через тоннель – неся с собой силу сна, шепота и… изгнания.

Существо взревело – звук был не звук, а вибрация, разрывающая уши. Оно отпрянуло, втягиваясь в эфир, унося с собой частицы воздуха, запах времени, даже свет. И исчезло. Просто… исчезло.

«Чайка» провалилась вниз на два метра, но удержалась. Экипаж замер.

Тарвис упал на колени. Его руки дрожали.

– Я… не думал… – прошептал он. – Оно должно было быть… просто Эхо маршрута…

– Ты знал, что играешь с остатками войны, – прошипел капитан. – Но теперь мы знаем, на что способна Тали.

Все взгляды обратились к ней.

Тали стояла, всё ещё сжатая, амулет на груди пульсировал. Лицо её было бледным, но глаза – ясные. И ветер… касался её щёк, как ласковая ладонь.

– Я не управляла. Я просто… услышала его. Он пришёл сам.

– Ты назвала его по имени, – выдохнул Тарвис. – По-настоящему. Без договоров. Без ритуала.

Рэйден подошёл, взгляд его был мягким и сосредоточенным.

– Значит, легенда правдива. Ты – потомок тех, кто слышал ветер. И если ты можешь звать его так… быть может, ты и вправду ключ к Сердцу Шторма.

Тали не ответила. Она смотрела вперёд – туда, где туннель заканчивался огненной каймой рассвета. Там начинался новый маршрут.

Глава 20 Ссора на палубе – Спор капитана и старпома

Ночь на «Чайке» выдалась глухая, ветра почти не было – как будто сам воздух пытался оправиться после того, что произошло в тоннеле. Сквозь рассеянные облака проглядывала хрупкая, будто потерявшая цвет луна. Она серебрила канаты и паруса, превращая палубу в призрачную арену.

Тали стояла на верхней галерее, прижавшись к мачтовому упору. Сон не шёл. Тело всё ещё отзывалось дрожью, а внутри оставался холод от силы, которую она разбудила. Ветер больше не шептал. Он… прислушивался.

Внизу, у носа корабля, кто-то заговорил. Голоса были приглушены, но до слуха Тали, тонко настроенного на западный поток, доносились фразы, резкие, как удары меча о дерево.

– Ты сошёл с ума, Рэйден! – это Ринард, старпом, ворчливый как буря, когда нет рома. – Зачем ты позволил ей вызвать это?! Ты видел, что оно сделало с кораблём?

– Я не позволил, – ответил Рэйден, холодно и резко. – Она сделала это сама. И спасла нас всех. Даже тебя, “Железная рука”.

– Да чтоб меня завязали в узел! – рявкнул Ринард. – С каких пор мы доверяем тем, кого подобрали в переулке? Она не часть команды, Рэйден. И никогда не будет, если ты будешь продолжать играть в великого возрождателя ветров!

Тишина. Потом шаг. Скрип доски.

– Я спас тебе жизнь шесть раз, – тихо сказал капитан. – Но ты всё ещё думаешь, что я – мальчишка с безрассудной мечтой. Я устал, Ринард. От твоих подозрений. От твоей веры только в прошлое.

– Потому что я видел, как это кончается, – хрипло бросил старпом. – Я хоронил команды. Я стоял над телом твоего брата. Я помню, как ты тогда кричал в Бездну. А теперь – снова ты идёшь туда, куда даже штормы боятся смотреть. Только теперь с тобой девчонка, команда и призрачная легенда. Думаешь, она того стоит?

Пауза была длинной. Тали затаила дыхание. И не из-за слов. Из-за голоса Рэя, когда он заговорил снова.

– Я не знаю, чего она стоит, Ринард. Но я знаю, чего стоил он. И если бы у меня был шанс всё повторить, я бы снова шагнул в Бездну. Потому что только так можно понять, что на самом деле значит держать небо в ладонях.

Ринард не ответил. Повернулся, громко стукнув протезом о трап, и ушёл, громыхая, как штормовой якорь. Его гнев исчез внизу, в грузовом отсеке.

Тали стояла, прижавшись к перилам. Сердце стучало глухо. Она не знала, что было страшнее: тень древнего духа или эта тишина, которая осталась после разговора двух мужчин, что несли на себе груз прошлого сильнее любого артефакта.

Рэйден остался на палубе. Склонился над перилами, глядя в темноту. Его лицо было напряжённым, но не злым. Просто… потерянным. В глазах плясали отблески призрачных звёзд. Он не знал, что за ним наблюдают. Или знал – но позволял.

– Ты правда думаешь, что всё это того стоит? – тихо спросила Тали, спускаясь к нему.

Он не обернулся.

– Думаю, если не попробовать – мы так и останемся на обломках чужих решений. Я устал от чужих легенд. Хочу написать свою. Хочешь – иди рядом. Не хочешь… – он взглянул на неё. – Никто не держит тебя на цепи, Тили.

Она всмотрелась в его лицо. И увидела не только капитана, не героя, не драконью кровь. А человека. С болью. С виной. С памятью.

– Мой отец умер, потому что хотел защитить тайну. Я не собираюсь убегать от неё. Даже если придётся шагнуть в самую бурю, – сказала она, не отводя взгляда.

Между ними – тишина. И доверие. Хрупкое, как лёд на парусах, но уже настоящее.

А далеко внизу, в грузовом отсеке, Ринард наливал себе из фляги. Он смотрел на потрескавшуюся карту одного из старых маршрутов и шептал себе под нос:

– Ты слишком на него похож, мальчишка. Слишком.

Но взгляд его был усталым. И – печальным.

Глава 21 Голос крови – Сон с отцом

Ночь снова укутала «Безмолвную Чайку» серебряной тишиной. Паруса спали, обвисшие от штиля, только редкие порывы воздуха играли в снастях, как в струнах. Команда затаилась после напряжённых дней – кто-то спал, кто-то писал в дневник, кто-то молча смотрел на звёзды.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.