Александр Дорошенко
Пособие по физике, в двух частях

Часть 1

Введение.

Современная наука на начало третьего тысячелетия находится в состоянии своего глубочайшего кризиса. Особенно сильно он проявил себя в физической науке, потому что физическая наука в течение трех столетий занимала лидирующие позиции в общей сфере познания человечества. Современная физическая наука потеряла свои лидирующие позиции и почти полностью остановилась в своём развитии. Такое положение с самой, пожалуй, из прекраснейших и интереснейших наук невозможно обойти стороной, как невозможно от неё просто отказаться, тем более, отбросить её, как нечто отжившее, ненужное и бесполезное. Ведь, именно она, стремилась заглянуть за горизонты нашего познания обнаружить, найти, описать, объяснить и понять чудесное и неповторимое, как в самой природе, так и в человеке. Хотя современная физика не рассматривает и не затрагивает человека вследствие того, что его изучает некая другая наука, называемая биологией и имеющая самое непосредственное к нему отношение, физическая наука также рассматривает человека со стороны познания, считая его познающим. Человек как познающий, познавая природу вносит в сам процесс познание нечто, принадлежащее только ему. Но, как оказывается, человека изучают ещё и многие другие науки. К ним относятся: философия, психология, антропология, социология, медицина и другие науки. Если быть совсем точным, то человека изучают все существующие науки, и более того, именно в них и через них он представляется и появляется в неким определенном качестве, с некой одной вполне определенной стороны или же неких сторон, выбранных с той или иной целью их познания. Такое представление о человеке привело к тому, что его стали делить на части, выделять, присущие ему атрибуты, которые впоследствии составили не только некие его элементы, но были положены в основу изучения других наук о человеке. Более того, именно они стали составлять основы так называемых частных наук о человеке. Но более всесторонне и основательно человека изучает все – таки биологическая наука. В ней раскрывается вся материальность человека, в которой, вообще говоря, не идёт речи о его неких высших состояниях, составляющих и непосредственно связанных с его способностями к познанию, стремлению к знаниям, хотя некоторые из них, представлены в виде тех или иных разделов, а то и просто в виде самостоятельных наук. Эти способности, а также их изучение, объяснение, описание и представление принадлежат некой другой сфере знаний о человеке, называемой психологической наукой. Такая раздробленность человека приводит к подобной раздробленности и самого нашего познания, вследствие чего, оно начинает нести, а ещё и отражать в себе те же самые тенденции уже, и по отношению к самому нашему познанию. Именно поэтому и вследствие этого возникает кризис как самого человека, так и его познания, которое, с необходимостью, уже несёт в себе эту раздробленность, трансформируемую и на само человеческое познание, а также и на само его сознание. Именно она приводит к остановке в развитии, как самой науки, так, в частности, конкретных наук, а отсюда и физической науки. Этот кризис связан с многоликостью и бесконечной делимостью как самой науки, так и её конкретных видов на разделы, теорий, учения и т.д. Собрать эту раздельность и раздробленность, которая в современных науках представлена в виде неких самостоятельно существующих частей и кусков просто невозможно, да, и для осуществления этого нам просто не хватить ни сил, ни времени. Вот почему, особенно в настоящее время, мы наиболее остро ощущаем кризис науки, в том числе, кризис частных, конкретных наук.

В нашем учебном пособии мы будем говорить только о физической науке, о том, что она есть такое, как устроена, что изучает и познает, и как с помощью её мы осуществляем своё познание природы и окружающей нас реальности. Мы будем говорить ещё и о том, как и куда возможно её дальнейшее движение, развитие и изменение. Поэтому нам продеться говорить о многом, имеющемся в ней, и даже о том, что к ней, вроде бы и не относится, не имеет непосредственного отношения. Это многое будет в основном касаться самого понимания физической науки, основанного на понимании нами жизненного, живого опыта человеческого познания, а также, на тех, кто создавал и строил эту науку представляя, раскрывая и показывая нам своё понимание физической реальности, природы и человека, без осознания которого невозможно не только само наше познание, но и её дальнейшее развитие. Ведь именно человек познает, выступая как познающее, а потому, с необходимостью, представляет, моделирует, конструирует, объясняет и изучает окружающий его мир и природу. Но при этом, как оказывается, он познает ещё и самого себя.

Вследствие того, что в современном образовании и учебной литературе по физической науке вы не найдёте ничего такого, что позволило бы вам или же просто помогло бы понять, а быть может, просто дало бы вам некую возможность дальнейшего движения в собственном познании, в направлении изучения физической науки, мы решили написать учебное пособие и представить в нем не только физические предметы, объекты, методы и способы, имеющиеся в арсенале физической науки, но ещё и то, как тот или иной учёный и мыслитель стремился к познанию нашего мироздания, двигался к познанию природной реальности, под которой мы понимаем природу, окружающий нас мир и мир, в котором мы с вами живём.

Оказывается, что современная физика скорее является не физической наукой, а техникой, поэтому её изложение мы осуществим отдельно от физической науки, при этом покажем их некую взаимосвязь и нерасторжимое единство, а также и то, как мы пришли к их такому простому отождествлению. В настоящее время физическая наука почти полностью превратилась в технику. В этом легко убедиться, взяв любой учебник по физике или учебное пособие и самим обнаружить и убедиться в преобладающей в ней техничности, которая представлена в них в виде описания различных устройств, демонстрационных опытов, экспериментальных установок, а также результатов опытов и экспериментов уже на самой и с самой природой.

Далее, мы покажем, что кроме техники в ней преобладает ещё и математика, раскроем и расскажем, как происходила формализация, математизация и моделирование природы, а вместе с ней и самих природных реальностей, под которыми мы понимаем все то, что есть в природе, и даже то, что для нас является невидимым, незримым и несуществующим. Примером невидимого нам, но существующего, является тепло, которое мы не видим, но можем ощущать руками или телом – кожей. Другим примером являются радиоволны, которые мы также не видим, но говорить о том, что их нет или они просто не существуют будет просто неверно и неправильно.

Многие считают, что без математики физики просто нет и не существует. Её тем более нет, если нет объектов, видимых нами тел, которые описывает, изучает, объясняет и познает современная физическая наука. Мы же постараемся показать вам то, как осуществилась объективизация и переход к познанию объективного мира через познания природы, а отсюда и познание самого человека. Хотя конечно, основополагающим в нашем анализе природы будет являться, конечно, природа, а не человек. Но, где необходимо мы будем говорить о человеке, о том, кто непосредственно осуществляет само познание, а также и о том, как он это делал и из чего исходил в познании природы и самого себя.

Преобладание техники, а также излишняя математизация физической науки, привели к тому, что в настоящее время она превратилась и стала почти что математической наукой, к тому же ещё и направленной в сторону конструктивной, технической составляющей, что непосредственно отразилось как на самом нашем познании, так и на социальном мире, созданном человеком на основе такого познания природы. Такое положение физической науки особенно сильно сказывается на её преподавании и обучении подрастающего поколения. Именно такое её положение в преподавании и побудило нас к пересмотру физической науки с целью нахождения её места в общей структуре нашего познания, а также и современного образования. Интерес к физической науке, в настоящее время, полностью утрачен у современной молодёжи, вследствие её полной техничности и излишней заформализованности.

Мы постараемся в меру своих сил и возможностей излагать материал как можно проще, но не всегда, и вы в этом непосредственно убедитесь, у нас будет возможность – это сделать и осуществить. Но мы постоянно будем стремится к этому, а потому, постараемся излагать материал как можно подробнее и понятливее. При этом также будем указывать и расшифровывать наиболее сложные понятия, определения, формальные обороты научных теорий и основные идеи, которые приводили к её развитию, изменению наших представлений о физической реальности, а вместе с этим и самого нашего движении в познании, в постоянном стремлении и движении к познанию уже самих природных реальностей.

Следует указать, что в современном образовании, особенно в физической литературе и учебниках по физике преобладает не гуманитарная составляющая физических знаний, а чисто техническая, математическая и механическая составляющие, которые не способствуют, а также и не приводят к пониманию физической науки. Более того, часто тот или иной раздел физической науки или же теория, распространяются на всю физическую науку. Так, например, механика, составляющая только основу описания движения тел, была распространена на всю физику, что привело к её простому сведению к учению о движении, породило тем самым тотальность самого движения, вследствие чего движение стали описывать и изучать как некую всеобщность, существующую и в самой природе. Все наше познание, в таком случае, сводится только к познанию движения, которое, как оказывается, может быть очень легко математизировано и формализовано. Математизация описания движения привела к математизации самой природы, которая стала выражаться в простой постановки проблем и задач, в поиске их решения, которые и должны были привести нас к объяснению, описанию, пониманию и познанию уже самой природы, как природной реальности. Хотя при таком подходе к природе мы не можем говорить о её познании, потому что в таком представлении мы заменяем её некими моделями, конструктами, идеальными объектами или же просто представляем её в виде неких носителей, заменителей или же представителей. Все это привело к тому, что на смену анализа и познания природы пришло простое решение математических задач, но уже в физических обозначениях и размерностях, что полностью заполонило саму физическую науку. Особенно это касается современной физической науки. Отсюда последовала немедленная реакция на все это обучающихся, учащихся и студентов. Многие обучающиеся стали считать её математикой, отличающейся от последний, быть может, только своими обозначениями, величинами и мерами. Математизация привела к усложнению физической науки, а отсюда и к её непониманию, трудностям изучения, породив тем самым самое негативное отношение к ней самих обучающихся. Они стали считать её очень сложной наукой, а отсюда, бесполезной и просто ненужной. Все это привело к полному отторжению не только физических знаний, но и самой физической науки.

Если обратится к современной физической науке и литературе по физике, то кроме компиляции разделов, понятий, определений и т.п., найти в ней чего – то большего невозможно, а то и просто нельзя. Старые учебники, написаны на много лучше, чем современные, но почему – то не переиздаются и не выпускаются. Современных же – хоть “пруд пруди”, но написаны они, скорее, для самих себя авторами, а не для учащихся, не говоря уже о тех, кто только приступает или приступил к изучению физической науки.

Более того, в связи с экономическими изменениями, происходящими в нашей стране, появились различные рода шпаргалки, сводки формул, ответы на экзаменационные билеты, решения задач и т.д. и т.п. Все это не только не способствует порождению интереса к изучению физической науки, а скорее, создаёт к ней некое потребительское отношение, вероятно с целью получения диплома или аттестата, а быть может просто для того, чтобы получить хорошие оценки. Мотивация к физической науке, к самому познанию природы полностью отсутствует и этого уже нельзя не учитывать, тем более, не говорить об этом. Именно таково положение в образовании и преподавании физической науки в настоящее время. Её непонимание самими учителями, приводит к непониманию её и учениками и как следствие этому к её полному отторжению, а отсюда и к негативному отношению к ней и самих обучающихся.

Все это указывает на то, что со всем этим необходимо что – то делать. Но, оказывается, такое положение мы имеем не только в физической науке, но и с наукой вообще. Поэтому мы и пошли на то, чтобы представить вам понимание физической науки, осуществить это не как – то произвольно, как нам это захочется или как это делают многие авторы учебников и учебной литературы по физике, а подкрепить наше изложение работами тех мыслителей, учёных и философов, которые внесли огромный вклад в развитие и становление как физической науки, так и самого нашего познания. Поэтому мы не будем строго придерживаться исторических ракурсов, т.к. для нас важнее понимание самой физики, а не изложение истории её развития. Хотя мы её будем представим и будем говорить о ней, но в несколько ином ракурсе, показывая при этом скорее то, как на самом деле происходило развитие физической науки в истории человечества.

Представленное нами учебное пособие предназначено для того, чтобы помочь любознательным читателям увидеть всю красоту и прелесть физической науки, без её излишней формализации, математизации и технологизации. Кроме этого, мы покажем модельность и экспериментальность физической науки, а также, укажем на пределы и границы существования самой формализации, материализации, математизации, минимизации и моделирования природы. Изложение моделей физической науки будем осуществлять исходя из самих природных реальностей и явлений природы. Разберём также методы физической науки и укажем границы их применимости, а также их использование и применение для изучения, описания и познания конкретных видов природных реальностей, предметов и объектов физической науки.

Оказывается, что наиболее плохо изложены в современной учебной литературе по физике методы и способы познания, которые она использует в своём арсенале познания природы. Более того, они не показаны с точки зрения своего применения и использования, а потому часто приводятся как некая данность или же, как некое простое указание на то, что они есть, существуют в физической науке. Но то, что есть, часто оказывается не тем, что мы пытаемся понять и изложить, особенно если это касается не учёных мужей, а простых детей, учеников или студентов.

Во времена развития социальных сфер общества физическая наука, с необходимостью, должна быть гуманитаризирована, стать более гуманитарной, а отсюда, более естественной и не являться чисто математической и технической дисциплиной. Оказывается, что саму естественность принимают, а не понимая, просто констатируют, как существующее, как то, что есть, является для нас видимым или же просто представленным в неком визуализированном виде. Визуализация есть способ с помощью, которого достигается видения невидимого, с использованием тех или иных приборов, устройств, механизмов и машин. Например, если мы говорим о градуснике, то для нас он является и выступает как некий визуализатор температуры нашего тела, представляет температуру нашего тела видимой нам. Это видимое есть ничто иное как поднятие столбика ртути, отражающееся на шкале градусника. Вследствие чего он может быть использован и для определения температуры других тел, а не только температуры нашего тела. Устройство для измерения температуры тел называют термометром. Визуализация невидимого нами привела к представлению физической науки как чисто технической, механической и математической науки. Поэтому даже механику определяют в учебниках по физике, уже как науку о движении тел.

Расколов физическую науку и саму физическую реальность на куски и части, а затем дробя и размельчая их на все более мелкие и мельчайшие дольки и частички привело к тому, что она потеряла своё истинное лоно изучения и познания, которым, как мы знаем, является природа. Все это привело к рождению огромного многообразия природ, вследствие чего каждому объекту природы стала ставится в соответствие только одна и только ему присущая “природа”. Так и сама физическая наука раскололась на множество физических наук, образовала в своём лоне множество частных физик, изучающих уже конкретную природу того или иного объекта, предмета, тела и т.д. Примерами таких физик как природ являются: природа или физика Солнца, природа атома или атомная физика, природа света или физика света, природа ядра или ядерная физика, природа звука или физика звука, природа твёрдого тела или физика твёрдого тела и т.д. и т.п.

Если обратится к понятию природа и понятию физика то, как оказывается, они есть просто одно и тоже. Эти слова являются и несут в себе одно и тоже содержание, а потому обозначают одно и тоже познаваемое. Но, несомое ими содержание не имеет никакого отношения к тому, что уже существует, есть, находится в лоне своего существования и к тому же является ещё и видимым нам. Вследствие этого физическая наука превращается в науку об идеальных объектах, которые она описывает, объясняет и изучает, а то и просто рассматривает их поведение, которое после изучения мы можем использовать для того, чтобы ими управлять, либо конструировать, создавать и строить из них некие искусственные, необходимые для нас объекты, образующие так называемую вторую “природу”. Именно с такой физикой мы имеем дело в настоящее время. Её изучают и учащиеся, а также студенты высших учебных заведений. Мы конечно, можем назвать её физикой объектов и наверное это будет правильно, но тогда нам, с необходимостью, придётся решать проблему объяснения их природы, проблему уже самой физики, независимо от того, являются они объектами природы – молекулой, атомом, твёрдым телом, Землёй, Солнцем, галактикой или же идеальными, искусственными объектами, которые мы используем для совершенствования своей познавательной деятельности, а не для познания самих природных реальностей.

Физика, решая проблемы космоса, превращается в астрономию, которая строится и стоит на физической науке. Более того, астрономия просто её использует, считая при этом методы физической науки своими собственными методами, отличающиеся от последних, быть может тем, что они имеют отношения не к природной, а к космической реальности. В таком полагании физическая реальность понимается и заменяется на земную реальность, как реальность, принадлежащую лону самой Земли. Так земное отделяется от космического, так и непонимание космического приводит нас к непониманию земного. Но с точки зрения методов и способов познания их очень трудно различить, потому что именно в этом и проявляется их тождественность. Её легко обнаружить если обратится к методам и способам астрономической науки. Мы же не будем разделять эти сферы познания, а где необходимо, будем использовать наши знания о космосе и вселенной, а отсюда и знания из самой астрономии.

По мере необходимости при изучении материала мы будем использовать разнообразные рисунки, схемы, математические соотношения и связи физических величин. При этом мы обязательно будем пояснять их как можно подробнее и понятливее для вас. Кроме такого пояснения мы постоянно будем указывать и на их взаимосвязь с человеком или с те, что непосредственно относится к человеческому, которое при этом было использовано или же положено в то, что мы собираемся описывать, изучать, познавать и стремимся ещё и понять это. В этом, как оказывается, проявляется и выражается некая особенность, специфика и самого нашего познания, т.к. мы ведь должны знать и понимать, для чего нам это нужно и как мы это можем применять и использовать, внося в познаваемое уже некую частичку себя. Более того, ведь именно мы познаем природу, а не она нас, а потому, с необходимостью, должны как – то себе представлять, моделировать и идеализировать её, познавать через самих себя и с помощью своей собственной самости. Без осознания этого мы не сможем понять, как и что мы на самом деле познаем, а тем более того, как мы это делаем.

Если говорить о чисто образовательных целях, то нас преследует только одна цель – дать вам понимание физической науки, самой физики и природы, а не её моделей, представителей, заменителей и носителей. Кроме этой проблемы, связанной с пониманием физической науки мы хотим разбудить у вас интерес к этой одной из прекраснейших и изумительных наук, которую, в настоящее время, превратили непонятно во что; то ли она является математикой с физикой; то ли техникой с физикой; то ли просто неким описание существующих объектов природы; то ли … и т.д. и т.п.

Укажем ещё и на то, что написать такое пособие весьма сложно и проблематично уже потому, что физическая наука развивалась на протяжении почти трех тысячелетий и знания, добытые ею огромны по своему масштабу и объёму, а ещё и по сложности познаваемых ею объектов и предметов. Поэтому мы будем излагать и представлять её через основные учения, теории, явления, объекты, модели и предметы, которые включает в себя физическая наука, но при этом будем постоянно различать то, что мы познаем от того, как мы это делаем и как осуществляем их познание. На этом мы хотим особо заострить ваше внимание, потому что в настоящее время актуальным становится не изучение того, что есть, а того, как можно понять, описать, объяснить и познать изучаемое и изученное нами. Для нашего случая изучаемое и изученное есть сама физическая наука.

В современной физике и физической литературе этот вопрос вообще не рассматривается. Все в ней сведено только к тому, как можно описать объект, получить о нем некую информацию, которую, почему – то и почти всегда называют ещё и знаниями. Мы также разберём и покажем, чем отличаются знания от информации, а вместе с этим и само понятие информация.

Мы не станем писать учебное пособие в том стиле, в котором их пишут в настоящее время, потому что это есть скорее не стиль, а просто изложение тех или иных фактов, взятых из физической науки. Они действительно являются фактами, т.к. не связанны между собой, а потому и не предполагают никакого пояснения и разъяснения. Отсюда многие учебники и учебные пособия, в основном, направлены только на то, чтобы сообщить информацию о физической науке, о том, чем она занимается, что в себе содержит, изучает и познает. Но порой излагают так, порождая при этом впечатление о том, что физическая наука занимается непонятно чем и включает в себя все что угодно и все что заблагорассудится. Именно отсюда возникает непонимание того, что именно она изучает и познает.

Физическая наука сложна вследствие того, что излишне заформализована и заматематизирована. Математический аппарат, который в ней используют не излагается, вызывая, тем самым, дополнительные сложности в её изучении и понимании. Хотя язык физической науки математический, но он не является языком чистой математики. Более того, математические соотношения и связи физических величин не разбираются, а даются как некая абсолютная истина, которую нужно просто знать, заучить, а то и просто вызубрить. Именно это зубрёжка в современном образовании стала почти тотальной и необходимой вследствие того, что учащиеся не понимают изучаемого, и в этом, как оказывается, им очень редко и совсем мало помогают учителя и преподаватели. Знать на современном языке, значить зазубрить, вызубрить и получить хорошую оценку в аттестат или диплом. Знания на оценку и за оценку не могут способствовать пониманию физической науки, а отсюда они просто не могут являться знаниями. Вследствие этого физическая наука и терпит своё полное фиаско в общей системе развития образованности человека, формирования его мировоззрения и развития собственной самости, потому что не связана с пониманием и не даёт его, а отсюда такое к ней отношение учащихся и студентов. Данное учебное пособие будет полезно для учителей и преподавателей физической науки, потому что позволит раскрыть для них ещё некоторые скрытые стороны нашего понимания природы, поможет разобраться с методами познания, используемыми в физической науке без которых, как мы считаем, невозможно её понимание. Мы хотели написать учебники по физике, но, как оказалось, внести в них что – то новое, более существенное уже не представляется возможным вследствие того, что в них в основном отражена и выражена только некая самая общая тенденция, связанная с технологизации и математизацией физических знаний и как следствие этому и самой физической науки. Принимать в этом участие у нас не хватает совести. Поэтому мы пошли на этот эксперимент с той лишь целью, чтобы, действительно, показать красоту и прелесть науки, называемой физикой, а также дать вам её понимание, показав при этом её устремления, невероятные и неимоверные усилия, совершаемые при этом человеком в познании окружающего мира, а также мира, в котором мы с вами живём.

В конце учебного пособия мы представим вам некое уже своё видение возможного развития физической науки, исходя из самого общего опыта познания человеческой цивилизации. Кроме этого, мы рассмотрим существующие в настоящее время взгляды на некоторые проблемы, возникающие в самой физической науке, а также дадим некую программу развития физической науки, точнее сказать, науки вообще, но выразим и отразим её на физической науке. Это и будет некое её дальнейшее развитие в будущее, а вследствие этого и будущее самой физической науки. Но все – таки напомним ещё раз, что понимание физической науки мы будем постоянно ставить во главу угла и именно оно будет иметь приоритет над всем тем, что мы будем излагать в нашем учебном пособии.

Но все – таки это учебное пособие предназначено для обучающихся, для тех, кому интересен этот предмет и ещё осталась “жажда” познания мира. Поэтому мы не стали принимать и использовать при написании нашего учебного пособия уже существующие схемы изложения физической науки, а применили новый подход, который изложим в виде механик физической науки. При этом мы хотели показать, что именно механичность нашего представления о мире является в настоящее время преобладающей тенденцией. Более того, через механичность вам будет более понятно и наиболее явно выражена именно ограниченность и самого нашего познания, а также ещё и её некая конечность и завершённость на современном этапе развития.

Мы обращаемся к современному поколению с одной лишь целью, которая направлена на то, чтобы молодые, дерзкие умы смогли оценить красоту этой по истине восхитительной науки, а также понять, что она с нетерпением ждёт, жаждет и ожидает новых вливаний в своё вечно живое лоно, как этого желает и сам человек, сжатый, раздробленный и ограниченный механистическим познанием, приведшим его к созданию и построению такого же механического мира. Живое требует для себя живого, а потому и познание должно стоять на этом живом, неповторимом и единственном, которым является природа, понимаемая как природные реальности, а не как предметы и объекты, представленные через всевозможные носители, представители или заменители, с которыми имеет дело современная наука. Именно на это и нацелено наше учебное пособие, на познание уже самих природных реальностей. А как осуществлять их познание на основе опыта познания предыдущих поколений мы и изложим в нашем учебном пособии.

Учение о вещем – мантика и динамика систем.

Начиная построение нового учения, необходимо определить то, что мы вкладываем в понятие вещее и чем оно отличается от понятия сущее. Мы подробно изложили, что такое сущее, а также откуда и как оно возникает, а затем и конкретизируется на основаниях, которыми является пространство и время. Метафизическими основаниями нашего познания являются пространство и время, которые позволяют путём введения в него меры описать и понять строение и движение материи, а также природы и самого сущего, выступающих в виде тех или иных идеальных объектов и моделей. Природная реальность в силу своей индивидуальности остаётся за рамками идеальных и модельных представлений, а также их объяснения и понимания. Представление сущего на пространстве и времени, отягощается числом, а потому приводит к тому, что всеобщим качеством познаваемого выступает только его существование. Именно факт его существования мы и полагаем как сущее, которое возникает как уже пространственное существование, которым и является сущее. Сущее в пространстве имеет разнообразные формы и совершает различные движения, а потому именно через них мы и осуществляем его познание. Пространство и время в этом случае выступают не только метафизическими основаниями, но и основаниями нашего познания вообще. В метафизике пространство и время несут в себе те качества, которые имеет и само познаваемое, в них полагаемое. Поэтому мы можем говорить о пространстве и времени как о существующих, как о наличном бытие. Они есть, а потому мы можем осуществлять и осуществляем через них наше познание. Такое понимание пространства и времени приводит нас ещё и к тому, что изменения их качества связано со спецификой полагания в них познаваемого, качество которого на них отражается. Именно такое качество имеют пространство и время, если положить в них само пространство и само время. Если познаваемое изменяется, изменяется его качество, то пространство и время также приобретают это его качество. Если качеством познаваемого являются его противоположные стороны, то пространство и время также понимаются как противоположности. А если познаваемое системно или же является системой, то пространство и время также становятся системными. Нам могут возразить по поводу такого толкования, если все – таки принять его, то тогда можно объяснить и понять, как мы осуществляем своё познание в рамках метафизики, диалектики, а также и в рамках системности. Если динамика существует в лоне диалектики, то её нет в лоне метафизики, а потому её нет и в лоне системности, которую составляет троичность. Троичность также статична как статична единичность и двоичность. Если говорить о единичности, двоичности, троичности и т.д. в рамках качества, тогда по отношению к ним мы можем говорить и об их динамике. Именно в этом смысле и именно таким образом мы и будем понимать динамику.

В рамках количества все динамики есть не что иное как различные виды движения, полный анализ которых, мы дали в методологии физической науке. Но если в двоичности мы можем понять качества пространства и времени, то что такое они есть в троичности; какое качество они несут в троичности или как мы ещё её назвали системностью. Оказывается, что в этом случае познаваемое также должно быть наделено системным качеством, и этим качеством является его эволюция, выраженная в виде цикличности на пространстве и времени. Эволюцию материи мы показали на примере системы иерархии, когда конструировали все уровни её организации, двигаясь начиная снизу вверх по системе иерархии. Но как мы уже показали, троичность образована результатом двух видов синтеза, которые современная физическая наука считает просто тождественными. Именно это отождествление и не дало возможности построения системного представления, точнее сказать, динамики систем.

Анализ этих двух видов синтеза привёл нас к тому, что они имеют существенные различия. Эти различия связаны с тем, что в одном случае синтез есть просто синтез, как простая сумма познаваемых или же синтез, несущий в себе ещё и некое новое качество. Так, например, квант есть синтез, а точнее, сумма частицы и волны. Во втором случае этот синтез есть синтез частицы и волны в молекулу, которая несёт в себе ещё и качественно новое состояние материи, сокрытое в самом понятии тепла. Именно подобное качество показывает нам различие этих двух видов синтеза. Их сравнение позволяет заключить, что тепловое состояние является ничем иным, как информационным качеством вещества, которое порождается в результате полагания вещества в пространство и время. В результате такого полагания пространство и время тоже становятся информационными, а познаваемое, которое несёт в себе это качество в своей универсальности, является уже универсальным носителем качества всего, которым является уже вещее. Вещее это есть познаваемое, несущее в себе информацию, которую можно выявить с помощью пространства и времени. Вещее есть то, что является универсальным качеством любой природной реальности, которая несёт в себе информацию. Отсюда следует, что мир, в котором мы живём, есть вещее, а не только сущее. Мир и все, что в нем существует, вещает нам о себе, а потому мы и сами являемся вещим, т.к. способны воспринимать эту его весть уже как некую информацию. Но, кроме этого, мы воспринимаем и саму нашу вещность, так как сами являемся вещим. Но в отличии от сущего, вещее есть динамическая субстанция. Сущее же является статической субстанцией, т.к. представляется универсальным качеством всего. Вещее также универсально, но уже несёт в генесис самого сущего. Если положить в сущее и вещее меры, то их меры, выраженные с помощью числа, будут различными. Вещее несёт в себе системность, сущее же есть простое отождествление качества познаваемого и познающего, а потому и лежит в лоне метафизики. Вещее позволяет раскрыть эволюцию качеств сущего, а потому является цикличным. Сущее не есть цикл, а есть просто тотальное качество всего. Поэтому для изучения и познания вещего необходимы новые основания, которыми являются зарождающееся, рождающееся, живущее, умирающее и возрождающееся. Именно через них мы раскрываем понятие вещего. Понятие сущего не содержит в себе этих оснований, а потому для него основаниями являются идеальные объекты, построенные на универсальных качествах природных реальностей, одной из которых является и сам человек, выступающий в роли познающего. Но сущее и вещее имеют сходство, одним из которых является то, что оба они несут в себе универсальные качества всех индивидуальностей. Отличие вещего от сущего состоит ещё и в том, что вещее есть целостное познание каждой отдельной и индивидуальной природной реальности, а сущее есть ничто иное, как форма удержания этой целостности в рамках некой всеобщей идеальной индивидуальности. Вещее в отличии от сущего невозможно представить в виде точки как простейшей модели или идеального объекта познания, а потому его представлять через указанные нами выше основания. Вещее может переходить в сущее в том случае, если мы тотально полагаем одно из оснований, например, зарождающееся, или рождающее, или живущее, или умирающее, или же возрождающее. Вот почему в лоне сущего мы эти качества выражаем в виде конечных состояний, которыми являются рождение, жизнь и смерть. Но в сущее не входит природа, или зарождающееся, т.к. это есть ещё и то, чего просто не существует, а потому и не попадают под понятие сущее. Все потенциальное, с точки зрения сущего, просто не существует, а поэтому сам предмет физической науки не попадает под понятие сущего. Это означает, что природы просто нет, а тогда нет как существующей и самой материи. Так, мы можем прийти к тому, что вообще ничего нет, к полному абсурду. Мы можем говорить о том, что эволюция сущего приводит нас к вещему, которое более полно и точнее отражает познаваемое, но уже как природную реальность. Именно это понимание познаваемого как природной реальности приводит к эволюции понятия сущего в понятие вещее. В отличие от сущего, вещее несёт в себе динамику, изложенную нами в виде законов систем, через которые можно познавать любую природную реальность. Эти законы в рамках вещего являются системными законами. Вследствие того, что вещее не является метафизическим понятием и раскрывает познаваемое через новые основания, учения о вещем мы называем мантикой. Выделенные выше основания являются мантическими основаниями нашего познания. В силу того, что сущее есть основная категория метафизики, вещее является основной категорией мантики. Сама мантика есть ничто иное, как предсказание, предвидение и поэтому её лоно составляет то, что для нас до сих пор так и осталось непознанным или же просто считалось непознаваемым. Это непознанное проявляет себя не как сущее, а как вещее, и именно поэтому мы его можем обнаруживать, а затем изучать, объяснять и познавать. Но часто оказывается, что это непознанное выступает просто тем, что мы когда – то познавали или же просто отбросили как несущественное для нашего познания, которое затем и возвращается к нам, вызывая у нас часто недоумение и недовольства. А потому это появляющееся мы часто просто называем по-новому и продолжаем его изучение и познания, строя при этом новые методы и подходы к его познанию и пониманию. Мантика позволяет рассматривать естественную эволюцию природных реальностей, не заменяя её моделями и идеальными объектами. А как это осуществляется в рамках мантики, мы изложим в виде системных законов, которые и представляем.

Первым законом систем является закон метаморфоз. Этот закон есть не что иное как способ раскрытия вещего через универсальные основания, которые являются мантическими, а не метафизическими основаниями. Полагая новые основания, мы не выходим за рамки метафизики, но приходим к мантики как учению о вещем. Закон метаморфоз позволяет, используя мантические основания, выявить эволюцию той или иной природной реальности. Представим для ясности изложения эти основания на рисунке и покажем, как выявляется эволюция самого вещего. Вы же можете это проделать на любой природной реальности и убедится в том, как работает этот закон.

Жизнь. Жизнь.

Рождение. Смерть. Рождение. Смерть.

Зарождение. Возрождение. Зарождение.

Рис. 39.

На рисунке мы представили качества в виде конечных, но уже мантических основаниях. Они не приведут вас в замешательство, т.к. зарождение всегда оканчивается рождением, живущее мы часто называем просто жизнью, умирающее в конечном состоянии мы называем просто смертью. Именно такова эволюция вещего в рамках сущего, а потому именно через эти состояния оно себя проявляет и как некая целостность, и как некая индивидуальность. Любое вещее проходит в своей эволюции именно эти, указанные нами на рисунке, состояния. Более того, они имеют непосредственное отношение и к самому человеку. Но в силу того, что индивидуальность человека имеет конечное число состояний и их число равно трём, мы понимаем под системой только эти три состояния, которые включают в себя смерть и ею же заканчивается. Конкретное человеческое несёт и существует ещё как вещее именно внутри своего рода, но умирает как индивидуальность. Это имеет отношение к любой природной реальности, а потому именно это мы также несём в своём познании, выражая их как его основания. Более того, их – то мы и вносим в само познаваемое, а потому наделяем его этими основаниями, изучая при этом его зарождение и рождение, его жизнь и смерть, а также и его возрождение в новом качестве. Оказывается, что зарождение и возрождение находятся на одном уровне, а потому являются как бы началом и концом цикла. Это есть те состояния, в которых происходит зарождение природной реальности, а также и момент её возрождение. В реальной природе мы наблюдаем, а потому говорим только о конечном состоянии, которое соответствует смерти как выходу за пределы сущего, некий уход в потаённость. Поэтому реальности более соответствует цикл, в котором нет возрождения. Именно такой цикл можно построить, используя понятие сущего. Вещее же требует от нас возрождения, которое осуществляется в новом качестве. Это новое качество связано с эволюцией природной реальности, и если её не брать, то цикл этой эволюции обрывается, и этим его обрывом является ничто иное, как точка коллапса. Оказывается, что саму эволюцию природных реальностей мы и не знаем, хотя и имеем о ней некоторое представление. Более того, мы выделили и некоторые её этапы, а также и существующие в них структуры.

Закон метаморфоз показывает, что эволюция познаваемого совершается путём перехода его в эти указанные нами состояния. Эти состояния имеют определенное время своего существования и проявляют себя как определенная метаморфоза, которая и состоит из состояний, в которые переходит то или иное познаваемое. Изменение состояний, а также форм, которые имеют те или иные конкретные реальности, позволяет нам представить общую картину его эволюции через эти формы. Так, например, эволюционирует бабочка, которая имеет свою собственную метаморфозу, а потому они проявляются в виде различных форм как её состояний. В самом человеке метаморфоза проявляется не в изменении его формы, а в изменении его внутренней структуры, которая также выражает и проявляет себя во вне. Оказывается, что любая система имеет время своего существования, или время своей жизни. Поэтому цикл, представленный на рисунке, должен быть определен и временем. Этим временем является время существования самой метаморфозы, которое мы называем временем жизни самой метаморфозы. Так для человека она в среднем равна приблизительно 70 лет. Для других природных реальностей это время также несложно определить по времени нахождения в этих представленных на рисунке состояниях.

Вторым законом систем является закон системного времени, или закон времени метаморфозы. Именно он устанавливает начало и конец эволюции природной реальности. Его знание приведёт нас к тому, что мы сможем управлять этим временем. Каждое вещее имеет своё собственное время метаморфозы, потому что оно ею и определяется. Определение метаморфоз и времени их жизни приводит к тому, что мы можем построить и раскрыть эволюцию любой природной реальности, отображая это на пространстве через закон метаморфоз, а его время эволюции как время существования того или иного метасостояния, которое есть ничто иное, как то или иное определенное состояние природной реальности. В этом случае и при таком познании природной реальности мы рассматриваем её реальные состояния и их “жизнь”, а не модели или идеальные объекты, которыми замещаем структуру и строения той или иной природной реальности. Так, например, даже простая вода имеет свою метаморфозу – не путайте с искусственной “метаморфозой”, осуществляемой под действием тепла, которая есть естественные переходы воды в другие возможные состояния. Эти состояния также выражены в изменении самой формы воды. Оказывается, то, что мы называем живой природой, не изменяет своей формы, а изменяет свои состояния и эти изменения в её состояниях выражаются на самой форме, а не в её изменениях. В неживой природе, которая нас создала, происходит обратный процесс. Там метаморфоза проявляет себя через изменения своей формы. Именно в этом проявляется основное различие, называемого в науке живого и неживого. Но живое отражено в нас в виде внутренней метаморфозы, т.к. ей присущи внешние и видимые метаморфозы. Поэтому мы говорим о состояниях внутри формы, а не об их изменениях. Природа именно таким образом присутствует в нас, а потому является вечной, существующей вне времени. Мы же временны и существуем во времени. Вот поэтому мы говорим о пространстве и времени как о формах существования материи. Вне их нет и самой материи. Соединить эти различные метаморфозы мы можем только с помощью мантических оснований, которые присущи как природе, так и человеку. Считать природу и космос вечными и неизменными неправильно, потому что в них также протекают явления, связанные с их собственными метаморфозами. Эти метаморфозы мы также не знаем, т.к. считаем их просто состояниями космических тел. Итак, мы представили вам динамику систем, но так и не дали понятия самой системы. Поэтому третий закон есть самый из важнейших законов систем, который говорит, что любая природная реальность системна, точнее, сама является системой и эту её системность выражает её же метаморфоза. Именно она показывает эволюцию природной реальности и её переходы в другие формы или состояния. Мы можем положить сами эти формы или состояния в виде элементов системы и получить механическую модель системы. Так мы вернёмся к тем видам систем, которые нами уже были представлены выше. На этом динамика системы ещё является незаконченной, т.к. система переходит в новую метаморфозу или же просто умирает. Но тем и отличаются знаньевые системы от реальных систем, что они переходят в новое качество, которое в природе осуществляется путём уничтожения через рождение нового, в котором это новое качество себя и проявляет. А потому мы и воспроизводим себе подобных, а в природе этого воспроизводства нет. В ней есть только переходы от одной формы к другой и возвращение к прежней форме. Именно поэтому на своём пути познания мы также возвращаемся к прежней “форме”, но уже выраженной в виде прежнего состояния или же некого представления о том, что познали. С этим связано наше движение в прошлое, в котором мы ищем то, что уже совершилось, а потому просто возвращаем себя в те состояния, которые нами уже были пройдены. Вот почему наше познание есть просто новые названия изученного нами старого. Мы идём на поиск новых состояний, не понимая того, что эти новые состояния являются просто копией старых, в которые привнесены некоторые изменения, связанные с простым, изменяем методов познания, через которые и предвосхищаем те состояния, которые ещё не были представлены в виде тех или иных методов. Вот почему так упорно и кропотливо мы ищем новые методы познания, а не методы описания конкретных качеств или количеств познаваемого. В них мы находим новизну как некую новую всеобщность и универсальность, осуществляя тем самым движение не только своего познания, но и свою эволюцию. В этой универсальной всеобщности и индивидуальности мы и определяем новое качество, точнее её и берём как новое качество, которое позволяет нам совершать новое движение в сферу ещё непознанного. Но чтобы проникнуть в неё лоно, нам необходимы и новые основания, которые бы позволили нам увидеть эту универсальность в её новом качестве. Цикл несёт в себе ещё и качество, которым является вещее, позволяющее нам понять эволюцию того, что мы познаем, а потому мы можем понимать этот цикл как бесконечный процесс поиска и рождения нового качества, которое даёт нам двигаться в будущее. По этому циклу мы можем определять, в каком состоянии мы находимся, а потому вещее несёт в себе полную информацию о том, как мы будем осуществлять своё движение и в будущем. По отношению к познанию первая часть цикла, точнее сказать, этап нашего познания есть этап великих открытий и рождения нас как познающих. В нем преобладала тенденция открытий, которая отражает в себе рождение, а потому это есть только часть метаморфозы познания, которая связана именно с рождением познающего. Мы прошли эту метаморфозу полностью и сделали много важнейших открытий, а также породили и огромное количество различных “вещей”, рассматривая их с точки зрения рождения в рождении, рождения в жизни, рождения в смерти и, наконец, как рождение в возрождении. Следующей тенденцией, которая не только себя проявила, но и начинает уже свою реализацию в мире, является жизнь. Это есть второе состояние в общей метаморфозе, а потому это и есть наше будущее, которое связано с жизнью и её тотальным утверждением. Поэтому следующим качеством в рамках рассмотрения всех наук станет жизнь и её познание, т.к. мы занимались только познанием её рождения, точнее того, как она себя нам являла. В этой связи мы и представили универсальные законы системы, т.к. именно только в этом представлении мы можем описать и понять её. Но чтобы не попасть в лоно бытия или диалектики жизни, мы должны её познать именно в рамках целостного учения, именно в рамках мантики. Если качеством рождения является существование, то качеством жизни является уже бытие, качеством смерти будет являться уже событие, то в рамках троичности жизнь не есть просто существование или бытие или же совместное бытие, оно есть вещее, несущее в себе ещё и некую информационность. Законы систем позволяют нам выявить информационность самой природной реальности, которая несёт в себе информацию.

Конечно, вы можете сказать, что зачем брать весь цикл и работать с ним полностью. Мы привыкли брать только одно из качественных состояний или конкретное метасостояние в метаморфозе. Вы можете его не брать, но тогда вы не знаете, что делать и как двигаться в познании реального. Вот тогда – то вам на помощь и придут системные законы, которые описывают уже динамику систем. Если мы хотим не только понимать природу, но и управлять её изменениями, то нам необходимы не только эти законы, но и представление самой природной реальности как вещего. Если мы останемся на модельных представлениях, то тогда будем постоянно возвращаться к тому, что уже понято и изучено нами. Вы очень просто и легко найдёте это, если рассмотрите эволюцию того, что моделируете. Именно она поможет вам строить новое, а не окрашивать различными “бирюльками” то, что уже создано и познано. Поэтому циклическое представление имеет ещё и эвристическое значение в конструировании, т.к. позволяет понять общую эволюции того или иного технического объекта. Ведь технически объект также создавался руками носителя этой цикличности, а потому она в нем с необходимостью присутствует.

Закон перехода в новое качество позволяет выявить новое качество, путём сопоставления того, что зарождается с тем, что возрождается. Различие возрождающегося по отношению к зарождающемуся всегда различно, и это их различие и есть новое качество. Новое качество определяется только в конце цикла и в тот момент, когда рождающееся отождествляется в возрождающимся. Ведь им соответствует начало и конец цикла, а потому именно в конце цикла мы можем говорить о качестве, которое несёт на себе весь цикл. Внутри цикла мы имеем дело только с качествованиями, которые назвали метасостояниями, выраженными в виде той или иной форме. Именно о качествовании говорил Г. Гегель, сформулировав его в виде закона перехода количества в качества. Но качество куста не меняется от того, что его количество изменилось. Если же мы говорим о множестве кустов, то тогда их общее качество не есть качества отдельного куста, т.к. в этом случае кусты уже не являются в лоне этого их обобщённого качества кустом. Но в этом случае, мы определяем не что иное как возможные формы понятий, которые получаются как результат увеличения его количества. Это и есть качествования кустов, а не самого куста, качество которого при этом не меняется. Качество в рамках количества есть форма качествования единичности, представленной в своём многообразии, а потому, говоря об этом многообразии, мы теряем индивидуальность только для того, чтобы подвести под это многообразие, отстранённое, идеальное количество, которое мы и понимаем как некое истинное и присущее всем качество. Но это есть качествование, т.к. изменение многообразия приведёт к изменению и его качествования, которое лежит в лоне их количества. Качество отражает самую суть познаваемого в его универсальной и всеобщей индивидуальности.

Выше мы представили системные законы и основания, которые позволяют выявить и познать любую природную реальность. В силу их всеобщей универсальности они позволяют выявить эволюцию и любого познаваемого, включая идеальные объекты и модели. Такая универсальность подхода связана с тем, что в качестве оснований мы положили то, что для нас пока лежит как бы в области “бессознательного” или в области потаённости, но это не даёт нам право говорить о том, что мы не осознаем в первое время то, что выступает в качестве познаваемого, а также и то, как мы осуществляем его познание. Эволюцию нашего познания мы можем представить в виде следующего цикла, а потому представим её с помощью следующего рисунка:

диалектика

монолектика системология

метафизика мантика

Рис. 40.

Если внимательно рассмотреть рисунок, то можно увидеть, что на нем метафизика и мантика лежат на горизонтали, а потому несут в себе временное, а не пространственное представление. Именно поэтому их сложно выявить в каком – то другом представлении, т.к. они не несут в себе количественных мер, хотя и могут быть выражены в виде числа той или иной мере. Это число несёт в себе только время. Поэтому, находясь в начале цикла, мы имеем дело с метафизикой, которую и используем в своём познания тогда, когда отождествляем человеческое и природное, познаваемое и познающего. Это отождествление приводит к тому, что мы наделяем независимо от нашего желания любое познаваемое и природную реальность зарождением, которое по отношению к познанию выступает как общая тенденция, направленная на открытие, как оно рождается. Это качество рождения в монолектике выступает как сущее, в диалектике как бытие, а в системологии как система. В мантике оно выступает как вещее, несущее в себе не только качество зарождения, но ещё и качество возрождения. Но само возрождение есть вся метаморфоза, поэтому в нем сконцентрированы все качествования, выраженные в эволюции форм и состояний самой метаморфозы. Отождествление их с зарождающим, приводит нас к новому качеству, которое определено новым тождеством человека и возрождающего природного. Это тождество показывает нам, какое качество будет иметь следующая метаморфоза. Для данного случая это отождествление даёт нам тождество самого цикла и цикла эволюции человека, которое мы определяем как вещее, как вещающее о себе и о природе. Вещая сами, мы с необходимостью понимаем, что этим качеством обладает, а потому и несёт в себе сама природа. Но это вещание есть вещание своим существом, своим существованием. Именно поэтому мы можем познавать то, что вещает, т.к. сами являемся вещающими.

Четвертым законом динамики систем является закон системности природной реальности. Любая природная реальность системна. Этот закон не является, как могут многие подумать первым законом систем вследствие того, что только используя три указанных выше закона, мы можем говорить о природной реальности как системе. Именно они раскрывает её системность, а потому являются утверждением системности любой природной реальности, с точки зрения её динамики. Но можно четвёртый закон понимать не как динамический, а как статический закон. И на это ответ будет отрицательным, т.к. системность познаваемого или природной реальности проявляется только в рамках динамики статических систем просто нет, конечно, если не иметь в виду под системой элементы строения того или иного искусственно созданного устройства, машины или сооружения или же наконец и самого познаваемого. Более того, именно он позволяет нам не только выявить новое качество природной реальности, но и дать ей новое имя, которое и отражает в себе это его новое качество, называемое вещим. Вот почему мы говорим о четвёртом законе, который с необходимостью следует из третьего закона систем. Напомним, что в лоне диалектики существуют три закона и это их существование связано с тем, что рассматриваются противоположные качества познаваемого и их синтез в нечто единое. В рамках количество это есть не что иное как троичность, а потому и законов в диалектике три. На это указывают нам и три закона И. Ньютона, которые используются для описания движения тел. Их называют ещё законами движения тел. Мы же говорим о законах изменения, частным случаем которых являются законы диалектики и законы движения тел. Если “вывернуть” законы системности, наоборот, и положить в первом законе тотально качество, то мы получим по отношению к познанию метафизику, диалектику и системологию как отдельные части метаморфозы. В этом случае метаморфоза исчезает, и мы имеем отдельные методы познания тотально положенного качества, которым является либо сущее, либо бытие, либо вещее.

Физика и будущее.

Приступая к изложению физической науки будущего, мы бы хотели указать на то, что эта глава, в основном, будет посвящена скорее современным представлениям и подходам к физической науке, а вследствие этого и к некой её будущности, будущему. Кроме этого, мы представим подходы, существующие в настоящее время в самом нашем познании, в нашем понимании природы, а также укажем на границы, в которых существует современная физическая наука. В этой главе мы расскажем о том какие возможны выходы из создавшегося положения в физической науке и какими путями их можно преодолеть.

Данная глава рассчитана в основном на тех, кто ещё не потерял интереса к физической науке, а ещё и на тех, кого заинтересовали наши идеи, которые, быть может, он захочется развить, прочитав только эту главу нашего учебного пособия. В современных учебных пособиях и учебниках по физике, вы не найдёте такого представления и подхода к физической науке, рассматриваемого с точки зрения описания её некого будущего. Во многих из них есть нечто подобное на то, что мы изложим далее и на то, о чем мы уже говорили выше. В них часто это оформляется в виде заключения или окончания, а иногда излагается во введении. Обычно это есть просто некое обращения автора или авторов к тем, кто пользуется каким – либо учебным пособием или учебником и мало касается самой сути, излагаем им или ими науки. Современные учебные пособия и учебники не несут в себе понимания основных идей физической науки, их сути, смысла и содержания, а, скорее, являются простым переписывание физической информации, в виде комбинирование разделов или же их простого перемещение их из одного пособия в другое, а также внесение в них более сложного математического аппарата или же часто просто сводят физику к математической науке. Все это, составляет так называемые изменения или новые подходы к обучению физической науки, через новые учебные пособия и учебные программы. Но они не способствуют пониманию самого изучаемого предмета, а тем более, его развитию, которое будут осуществлять уже ныне живущее поколение обучающихся. Поэтому обратимся к современному состоянию физической науки, отделяя от неё по мере возможности математику и технику.

В настоящее время физическая наука находится в состоянии своего глубочайшего кризиса и застоя, связанного с тем, что социальный, а в особенности технический фактор в мире стал преобладающий над природным, естественным фактором развития человеческого общества. Нас больше стал интересовать в настоящее время мир людей, а не мир природы. Вследствие этого сама наука перешла в лоно познания социального мира и социальных отношений, а также, к их изменению и развитию. Все это связано с тем, что развитие социального мира имеет некое первостепенное значение для человека и человечества вследствие того, что в нем есть развитые, развивающиеся и отсталые страны. Отсюда роль науки в современном мире стала не актуальной, перестала являться жизненно необходимой. Она ждёт своих изменений, некого прорыва в своём развитии, неких глобальных изменений и самого нашего познания. Новые подходы, существующие на настоящее время, сводится не к осознанию того, что изучено и что ещё необходимо познать, а, скорее всего, к введению в неё того, чего в ней ранее не было, чего в неё ещё не вводили или же просто не учитывали и отбрасывали. Так, в настоящее время, в материю вводят сознание, превращая её уже в некую сознательную материю. На этом строится представление, как о самом материальном мире, так и о природе, материя которых является уже сознательной, некой сознающей себя материей. Но если посмотреть на то, что нам даёт такое полагание сознания в материю, то, это вообще – то не объясняется, тем более, не позволяет понять, а не то, чтобы познать материю и природу уже как некую сознательную материю. Более того, сознательная материя отражает человеческое, то, что присуще людям и только им, а потому неясно появление в ней сознания, тем более проявление в лоне самой материальности мира и природных реальностей. Вследствие такого полагания, все наше познание сводится к познанию самого человека, а потому не касается познания самой природы и природных реальностей. Сознание часто заменяется на разум, выражается через него, а потому представляется не как сознательная, а уже как разумная материя. Но такое полагание требует к себе такого же подхода, какой мы используем при изучении и познании самой материи. Он состоит в том, что нам необходимо познать виды сознательной материи, её элементы, состав и строения, а затем ещё и процессы, происходящие с ней и само её поведение. Фатальность познания отражается на познании и самой сознательной материи, означающее, что познавать её нужно именно так как мы познавали саму материю. Это направление в современной науке привело к идеи торсионных полей, полей которые переносят только информацию, не осуществляя при этом переноса не только вещества, но и энергии. При их изучении используют старые математические методы с помощью, которых стремятся описать и изучить торсионные поля и, даже, используют для их описания, объяснения и познания теорию поля. Это направление одно из самых интереснейших в современной науке, хотя в нем больше вопросов, чем имеющихся ответов на решаемые в рамка этого представления проблем и вопросов. Торсионные поля позволяют несколько по – иному понять работу человеческого сознания, рассматривать его в зависимости от материи, рождаемой из информационного торсионного поля. Мы не сможем показать и рассказать вам о всех возможностях такого подхода, но сама попытка, на наш взгляд, является наиболее плодотворной и интересной, хотя, укажем на это особо, математический аппарат, используемый в теории торсионных полей, пока остаётся старым, уже реализовавшим себя в физической науке.

Другое представление связано с общением или контактом с мировым разумом, осуществляемое путём вхождения в него с целью познания. Это очень схоже с вхождением в божественное, общение с ним по поводу познания, а также, по поводу того, что мы собираемся и желаем познать. Если вы обратитесь к авторам работ по физической науке, Аристотелю, И. Ньютону или Р. Декарту, то найдёте и у них обращение к божественному или к Богу. Вхождение в мировой разум отличается от вхождения в божественное, в основном, только спецификой своих способов и методов. Так для такого контакта используют физические постоянные или же строят с их помощью некие символические конструкты, схожие с символиками мистиков, эзотериков, спиритуалистов и т.д., а затем используют их для контакта с мировым разумом или Богом. Но, чего – то конкретного и понятного в само наше познание это не вносится, а потому и не пополняет его. Оно скорее несёт в себе некие этические моменты, относящиеся к самому нашему познанию.

Ещё одним их современных представлений является отождествление эволюции с развитием природы, выражая её через так называемые законы генезиса систем. При этом рассматриваются только системы, которые развивается по неким своим, присущим только им законам. Эти законы назвали законами генезиса систем. Данное направление в науке называют системно – генетическим подходом к изучению систем. В таком представлении сама природа выступает как система. Но развитие учения о системе и системах в настоящее время полностью остановилась, хотя ещё можно обнаружить некие отклики от быстро увядающего учения о системах – системологии. Так, например, при изучении физической науки вы можете столкнуться и встретиться с понятием система, которое используют и при изложении физической науки, а также техники и математики, но наиболее часто его использует биологическая наука. Но, как оказывается, понятие системы так и не нашло себе адекватного определения, не достигло должной определённости и конкретности, а отсюда и некой всеобщности. Поэтому под системой часто понимают и как некий набор фактов, событий или информации, но, что она есть такое и как её определять ничего не говорится, хотя примеров систем приводится довольно много. Данный подход, в основном, связан с поиском некого единства и целостности в природе, некой гармонии.

Все это показывает и указывает на то, что наши представления о самом нашем познании не изменяются, вследствие чего, остаётся неизменным и сам метод нашего познания, основанный на математике, идеализации и моделировании как самой природы и материи, так и природных реальностей, а отсюда и самого человека. Мы почему – то не изучаем воду, воздух, свет, грозу и т.д., а стараемся смоделировать или же просто визуализировать их с помощью тех или иных технических приборов и устройств. Их моделирование и конструирование приводит к тому, что мы не сколько познаем, стараясь понять саму природную реальность, а поместить её в некие изменяющиеся условия, в которых она и должна существовать, достигая этого путём внешних, насильственных на неё воздействий. Более того, если вы внимательно прочитали, изложенные нами механики физической науки, то убедились в том, что наше познание постоянно ищет неких аналогий, а то и просто строит эти аналогии, стремится к их поиску и к их построению, вследствие чего законы многих сил имеют очень сходное математическое выражение, а потому и сходное толкование. Мы все строим по аналогии или на аналогиях, с тем, что уже познано, а также, ещё и с помощью тех представлений, которые уже имеем в своём арсенале познания. Но они нас часто подводят, особенно, это касается современной физической науки. Так строения атома, ядра и элементарных частиц пока что для нас так и остаются некой неприступной крепостью, хотя мы можем в простейших случаях о них что – то сказать и, даже, объяснить их поведение, конечно при условии, что оно является довольно простым. Использование квантового механизма не даёт нам возможности проникнуть в них, понять их поведение, вследствие их огромного разнообразия. Кроме этих проблем в физической науке ещё достаточно много нерешённых задач, связанных с поведением и взаимодействием тел, веществ, а также, их проявлений в тех или иных явлениях природы. Более того, то множество проблем, порождённых развитием техники, также ждут своего скорейшего разрешения. Оказывается, что в рамках старых представлений их невозможно решить, а новые представления пока ещё не появились, а только находятся в стадии своего зарождения и становления.

Наше представление о физической науке как о механиках связано с тем, что основу её составляет не познание явлений природы, а описание процессов, в ней протекающей, которые моделируются в виде её неких заменителей, представителей и носителей. Ведь в механизме, представленных выше, мы показали, что сама природная реальность не присутствует, не познаётся, да, к тому же, как оказывается, её там просто не существует и нет. Она заменена процессами, которые мы над ней и с ней осуществляем. Поэтому в них мы говорили в основном о механизме движения, механизме поведения света, тепла и квантовых объектов и не касались при этом самой природной реальности. Более того, мы не можем описать природные реальности через тот или иной механизм или же с помощью некого механизма, а можем только смоделировать, сконструировать, а также минимизировать и материализовать их для неких наших потребностей, которые очень мало напоминают потребность самого нашего познания. Именно такой подход приводит к умерщвлению природы, самой природной реальности, осуществляемый с помощью механизма и механического представления природы как движущейся материи. Более того, сама механистичность привела к технологичности и самого процесса нашего познания, а отсюда – обучения и образования подрастающего поколения.

В связи с этим возникают естественные вопросы. Как же нам тогда познавать? Что познавать? Как осуществлять само наше познание? Может быть нам все – таки продолжить своё движение в том направлении, в котором совершали своё движение. Но, мы думаем, что уже ответили на этот вопрос, показав эволюцию развития нашего математизированного познания. А быть может нам стоит все – таки выбрать некую другую исходную меру или брать меры в зависимости от изучаемых нами объектов и тел? Оказывается, что и это уже реализовано в физической науке. Большие меры используют в астрономии, маленькие – при изучении мельчайших частичек материи – в физической науке. В нашем мире мы используем единичную меру, определяя его как меру, в основе которой лежит универсальное количество числено равное единице.

Из всего, предъявленного нами следует, что остаётся одна единственная возможность, это перейти к изучению, описанию, объяснению и познанию уже самих природных реальностей. Предыдущее познание, связано с тем, что мы считали природу очень сложной, а потому шли на абстрагирование, на выделения в ней самого существенного, основного, которое и выступало для нас в качестве познаваемого, являлось при этом уже неким его заменителем, представителем или носителем. Более того, все познанное мы не можем отбросить и попросту не можем этого сделать, потому что это противоречит самой природе нашего познания.

В настоящее время нам хорошо известно, что вся информация хранится в структуре ДНК, более того, постоянно происходит увеличение информационности самой этой структуры. Но, кроме этого, наше познание указывает ещё и на то, что мы, с необходимостью, наделяли “точку”, как нечто исходное в нашем познании, теми или иными качествами, наполнили её информацией, превратив её в некую информационную сущность и структуру. Примерами такой наполненности являются материальная точка, наделённая качеством материальности, заряженная точка, точка света, тепла и т.д., несущие в себе некие качества, которыми мы сами же их и наделили. Вследствие этого мы не сможем противоречить самой нашей естественной природе, а потому, мы уже должны перейти к изучению и познанию самой природной реальности.

В первую очередь, при изучении природных реальностей, нам необходимо познакомимся с понятием метаморфозы, потому что именно метаморфоза характеризует состояния, которые может иметь та или иная природная реальность, а не её некие заменители, представители или носители, тем более, идеальные объекты, модели или конструкты. Метаморфоза несёт и отражает в себе некий цикл, точнее сказать, генесис развития самой природной реальности, которая не умерщвляется при нашем познании, не делится на части и куски, а живёт в своём естественном виде и существует в естественных условиях. Оказывается, что именно генесис отражает и несёт в себе все возможные метасостояния природной реальности, которые выражают, а ещё и составляют саму метаморфозу. Если обратится к механикам физической науки, то в них легко обнаружить, что мы, в основном, имеем дело с состояниями материи и природы, возникающие при воздействии на них света, воды, воздуха и т.д., которые, в свою очередь, тоже являются некими состояниями вещества, тел, материи, а потому, и самой природы. Это указывает на то, что мы, на самом деле, изучаем и познаем состояния вещества, его переходы и возможные изменения уже в рамках современных представлений, но способами и методами старой физической науки.

Метаморфозы природной реальности можно изучить и понять если мы знаем генесис её развития, выраженный через её метасостояния. Отсюда следует, что нам нужно знать эти метасостояния, которые проходит та или иная природная реальность для того, чтобы узнать её метаморфозу. Как же нам определить их? Оказывается, что для этого мы должны наблюдать за природной реальностью, определять её информацию и смотреть, во что она переходит и какие изменения при этом с ней и в ней происходят. Это и будет составлять её метасостояния. При этом мы фиксируем его в виде той или иной структуры, строения и состава, а ещё и времени его существования. Все это даст нам понимание самой метаморфозы через описания метасостояний, и, более того, ещё и время её жизни. Метасостояния позволяет нам пронаблюдать и выявить её переходы в будущее, а ещё и то, какой становится природная реальность, пройдя свою метаморфозу.

Сами метасостояния определяются как некие этапы, которые проходит природная реальность в своём генесисе. Они есть ещё ничто иное как основания, с помощью которых мы можем определить все метасостояния, присущие уже любой природной реальности. Этими основаниями являются: зарождение, рождение, жизнь, смерть и возрождение. Они составляют основы того, как реализуется генесис самой метаморфозы, представленный и выраженный уже через эти основания. Так метасостоянию зарождение отвечает вся информация о зарождении той или иной природной реальности. Но вследствие того, что мы имеем обычно дело с тем, что уже родилось, а потому, уже с метасостоянием рождения, а не зарождения. Но его можно рассматривать в общей динамике нашего движения по остальным метасостояниям природной реальности, а затем вернуться и понять уже и само метасостояния – зарождение. Восстановить через метасостояния метаморфозу очень просто, как зная саму метаморфозу можно определить и её метасостояния, через основания, приведённые нами выше. В качестве примера возьмём метаморфозу бабочки и рассмотрим все её метасостояния. Ими являются яичко, личинка, куколка и сама бабочка. Сама метаморфоза обычно определяется и именуется по конечному состоянию. Вот почему метаморфозу живого существа мы называем бабочкой, т.к. этим живым существом является бабочка, отражающая конечное метасостояние метаморфозы, которое мы и называем бабочкой. Мы не будем описывать метасостояния и сами метаморфозы в конкретном виде, т.к., думаем, что это будет более интереснее проделать вам самим и обнаружить в этом очень много интересного и поистине удивительного. Укажем, что используемое в современной литературе понятие метаморфозы, относится к метасостояниям, которые часто понимают и обозначают как саму метаморфозу. Поэтому говорят о метаморфозах бабочки как о некоем переходе из яичка, в личинку, а из личинку в куколку, а затем и саму бабочку. Яичко, личинка, куколка являются метаморфозами бабочки, но правильно считать их метасостояниями, т.к. они действительно ими являются и не связаны с простыми изменениями самой формы бабочки. Метаморфоза означает, что стоит выше формы, над формой, а потому несёт в себе её изменения путём изменения состояний уже самой природной реальности, которые реализуются в рамках некой определенной формы и приводящие к изменению только самих метасостояний, а не самой метаморфозы. Для полного построения метаморфозы вам придётся восстановить все метасостояния в метаморфозе, а также описать их в пространстве и времени. Время метаморфозы слагается из времён всех метасостояний, а структура метаморфозы с помощью проецирования природной реальности на пространство. Это проецирование даём нам метаэлементы метаморфозы, которые отражают его одномерность, двухмерность, трехмерность и четырёхмерность, выраженные через имена и понятия, в зависимости от рассматриваемой нами природной реальности.

Учитывая, что метаморфоза несёт в себе генесис, как некую цикличность и повторяемость, можно утверждать, что “жизнь” природной реальности можно распространить и в будущее, т.к. на сколько мы понимаем природу, она изменяет свою цикличность именно в сторону изменения своего качества. Вот вам и открывается проблема перехода природной реальности в некое новое качество, а ещё, и возможность предсказания того, какой она будет в этом новом качестве, по знанию генесиса развития её метаморфозы. Мы понимаем как велико желание увидеть все это на конкретных примерах, так сказать, ощутить все это воочию, но не забывайте, что мы просто даём некую новую программу познания самой природной реальности, которой в науках и в том числе в физической науке просто нет и не существует. То, что сделал сам автор он изложил в своих книгах по физической науке и философии, а потому в данном учебном пособии мы не будем повторятся все то, что в них и так довольно подробно изложено и написано.

Вы спросите о том, как обстоят дела с математикой в таком представлении о самом нашем познании? Оказывается, что математика остаётся, но используется для фиксации и определения времени метасостояний и самой метаморфозы, а также, ещё и для определения структуры, строения и состава метасостояний природных реальностей. Хотя для анализа метасостояний можно использовать всю силу и мощь современной математики. Но все равно, если мы будем её использовать, то придём к её простейшему виду, к самой метаморфозе, т.к. все искусственное, модельное и неестественное, с необходимостью, самоликвидируется, потому что уже будет выступать в некоем для нас явном виде, в результате изучения, описания и познания метаморфозы той или иной природной реальности. Нам придётся впервые абстрагироваться от того, что действительно является абстрактным, искусственным, модельным, а потому и несоответствующим изучаемой и познаваемой нами природной реальности.

При таком представлении о природной реальности, а также о её познании мы не вмешиваемся в ход течения естественных процессов, а потому не изменяем и саму природную реальность. Но при этом нужно иметь в виду, что природная реальность понимается нами как целостная и существующая реальность, а не как некий труп, состоящий из осколков и кусков, которые мы все ещё используем в своём познании и деятельности, создавая новые виды техники и технических устройств, опоясанные ещё и некими новыми видами технологий.

Оказывается, что знание социальной метаморфозы позволяет определить движение человеческого общества в будущее, а также, определять и её дальнейшее развитие. Бросая свой взгляд на социальный мир лишь по той простой причине, что его развитие всегда происходит на основе инстинктивной, животной природы человека, а отсюда, постоянная смена метасостояний и возвращение к зарождению, к зарождающему, стоит только на природе самого человека. Если рассмотреть историю развития человечества, то это легко обнаружить, а ещё и убедится в этом на примерах расцвета и гибели великих цивилизаций. В настоящее время мы находимся именно в этом метасостоянии, но уже некой другой метаморфозе, потому что предыдущая метаморфоза есть метаморфоза техническая, деятельная, а ещё, механистическая и техническая метаморфоза. Проявления нашей инстинктивной, животной природы, в настоящее время, наиболее велико, если не сказать – огромно, и является ещё и преобладающим. Это выражается в стремлении к власти, сексе, пищи и в различных видах удовольствий. Метаморфоза даёт нам осознания генесиса социального мира, его движений, а ещё, и того, как и на чем его можно развивать и совершенствовать, а отсюда и просто устраивать свою собственную жизнь. Все это конечно интересно, но давайте снова вернёмся к физической науке.

Итак, мы утверждаем, что дальнейшее наше познание, с необходимостью, должно перейти на познание самой природной реальности и не должно концентрироваться на познании её представителей, носителей и заменителей. Все изложенное нами касается не только физической науки, но вообще и самого нашего познания. Это означает, что новое представление о природе и мире связано с тем, что мы воспринимаем природную реальность как информационную структуру, как некое новое информационное образование, раскрываемое нами через наше познание. Отсюда следует, что сам мир и человек в нем являются сложными информационными образованиями, проявляющие себя не только через материальные формы и их движения, а через изменения своих состояний, осуществляемых естественным путём, а не некими нашими насильственными способами и действиями. Поэтому метод метаморфозы, на первый взгляд, хотя и кажется сложным не только с точки зрения описания и познания природной реальности, но ещё и в применении и использовании в самом нашем познании.

Сам мир и природная реальность представляют собой информацию, а потому сами являются информационными образованиями, которую мы добываем путём моделирования, конструирования, математизации, материализации и минимизации природных реальностей. Если говорить о построении некой новой, так скажем, теории информации, то мы столкнёмся при её построении с той же самой идеализацией, моделированием и … т.д. и т.п., действиями, переводящими её в некие символы и знаки, тем самым, выражая познаваемое математически, модельно, вследствие чего мы в своём познании снова и снова будем использовать математику. Под информацией мы понимаем не количественную характеристику или характеристики природной реальности, а некое её уже новое качество. А как хорошо известно, динамика количественного описания отличается от динамики качественного описания именно тем, что не несёт в себе математического формализма. Мы показали, что такая динамика может быть выражена через метод метаморфоз, является как количественной, так и качественной динамикой, с помощью которой мы уже можем познавать сами природные реальности. Все это означает, что мы выражаем мир как некую информационную структуру, а потому он сам таковой и является. Мир природы и реальности имеет большую информационность и мы, двигаясь в ней раскрываем её для себя. Такое понимание мира и самого человека приводит ещё и к тому, что все природные реальности являются просто различными видами информационных образований – информонами, несущими и проявляющими себя через информацию, её обмен и изменяющиеся под её действием. Более того, сам мир раскрывает нам о себе информацию, являясь также информоном. Вследствие этого информонами являются электрон, фотон, ядра, атомы, молекулы, тела, вещества, явления природы и т.д. Оказываемое действие информонов осуществляется через передачу информации, а потому они являются ещё и вещем, несут в себе некую весть о самих себе. Вещее уже несёт в себе информацию, а потому метаморфоза раскрывает нам именно вещее, как то, что вещает нам о себе. Отсюда следует, что вещее как информационное образование может быть понято через метаморфозы и её метасостояния, которые, как мы уже показали, можно изучить, объяснить, описать и понять, через новые, введённые нами выше основания. На смену изучения сущего как существующего, а в последствие то, что его удалось свести к объективному, как существующему в мире, вещее есть чисто информационное образование, раскрываемое через сущее, но уже, несущее в себе свой собственный генесис. Мы говорим о генесисе, а не генезисе, т.к. генесис есть описание природы, природных реальностей с помощью её, их метаморфоз. Генезис позволяет понять только движение в неким определенных рамках той или иной живой сущности и не имеет отношения к так называемой неживой природе. В генесисе нет деления на живую и неживую природу. В нем есть природа как природные реальности, которые являются единственными, неповторимыми и индивидуальными.

Современная, и так сказать новая физика, решает проблему вещего, независимо от того, какие природные реальности рассматриваются и познаются нами. Конечно, это имеет скорее отношение к самой философии, а не к физической науке, но ведь, все труды, лежащие в основе физической науки, являются именно философскими трудами. Так основной труд описания и познания движения тел И. Ньютон назвал “Математические принципы натуральной философии”, Р. Декарт – “Учением о методе”, где вводили в анализ и описания природы, материи и тел – математику. Более того, мы уже не можем создать по аналогии с механизмом движения некого нового механизма самого нашего познания, т.к. такие механизмы, в рамках существующих представлений уже созданы, построены и повсеместно нами используются. Вот почему и откуда всю физическую науку мы представили в виде механик, с помощью которых можно познать, объяснить и понять движения, поведения материальных тел, их структур, строений и состава, а также материализовать их, тем самым, сделав визуальными, видимыми нам как сами природные явления, так и состояния самих природных реальностей.

На этом мы закончим своё изложение предварительно указав, что более подробно вы можете ознакомится с новым представлением о самом нашем познании в книгах автора по физике и философии. Мы не будем их перечислять. Тем же кому это станет действительно интересно, а тем более захочется самому принять самое непосредственное участие в познании мира и человека, мы думаем сумеет решить проблему как с приобретением указанных нами книг, так и с их поиском.

I. Метамеханика природы.

1.1. Гравитационная механика или G – теория.

Реконструирование природы мы начнём с классической механики и приведём метод её качественного и количественного анализа как с позиции метафизики, так и с позиции диалектики. Из контекста всегда будет ясно и понятно, о каком методе анализа мы говорим, а также, какой из них мы в данном случае используем.

Анализ природы начнём с количественной метафизики. Напомним, что её основания связаны с выделением Р. Декартом конечного, протяжённого и делимого, а также бесконечного, непротяжённого и не делимого, которое он выражаем в виде математического метода и разворачивает его как аналитический метод познания. Протяжённость делима и телесно. Укажем, что именно на этой идеи, в классической механике стоит понятие тела, а у И. Ньютона – понятие натуры. Мы говорим о количественной метафизике в том смысле, что именно эти выделенные Р. Декартом количественные основания и лежат в основе развития физической науки. Материя становится телесной и делимой, она уже не тот греческий “мюон”, который служит как формообразующее природы, что имеет место у Аристотеля и Платона. Она уже есть конкретная форма, которой является тело. Эти основания и составили основу построения, но уже количественной метафизики, которая у И. Ньютона представлена в виде натуральной философии.

Для определения количества движущейся материи необходимо было определить и понять, что есть движение. Определение количества материи через понятие массы тела И. Ньютон приводит в самом начале своей книги. Формула её определения имеет следующий вид:

      m= V (1)

где – плотность, а V – объем.

Основная проблема, стоящая перед И. Ньютоном, состояла в количественном описании движения, выявлении его количественных характеристик. Протяжённость в числовой мере, выражением которой стало перемещение, или просто расстояние, а представление о самом теле как о “флюксии” привело И. Ньютона к тому, что тело меняет своё положение только путём изменения своего места. Последовательность смены места текуча, а потому отягощена временем. В силу этого протяжённость и временность полагаются им как тождественные. Это приводит его к тому, что мера протяжённости как перемены места, может быть отражена в соответствующей ей мере времени. Только в этом случае можно положить пространство и время как абсолютные. Протяжённость в таком полагании тождественна телесности, а потому несёт в себе ещё и свойство делимости. После такого полагания стало возможно введение и количественной меры движения – скорости. Но в силу того, что движение совершает тело, говорить об этом можно только в том случае, если соединить в единое целое количественны меры самого тела с количественными мерами его движения. Чистое количество движение есть скорость, т.к., отрывая его от тела, можно говорить о количестве движения – скорости безотносительно к тому или иному телу.

Что касается материального, но уже выраженного в телесной форме, то в самом факте движения оно не играет существенной роли. Поэтому тела в результате движения не изменяются вследствие того, что движение отрывается от самого тела и полагается, как некая тотальность. Тело становится тем, что проявляет движение на пространстве.

Импульс соединяет в себе телесность материи и её движение, поэтому выражается через количество массы и скорость тела. То, что импульс является неким связывающим понятием количества материи – массы и количество движения – скорости, можно получить следующим образом. Для этого выразим скорость из определения импульса. Получим следующее соотношение:

      V=p/m (2)

Анализ этого соотношение показывает, что деление импульса тела на его массу даёт нам скорость движения этого тела. Но, тогда мы получаем, что масса тела просто исчезает, а остаётся только его движение. Но движение связано также и с тем, что его совершает. Мы же имеем движение как некую всеобщность потому, что оно имеет отношение не к конкретному телу, а к самому пространству. Вследствие этого мы обладаем свободой материи и можем её моделировать, представляя её не только в виде числа, но также и в виде тех или иных геометрических линий и фигур. Мы исключили её из соотношения (1) путём её деления на импульс. Отсюда следует, что деление на массу или какую – либо другую величину отражает только количественное значение вновь определяемой величины. Качественно они просто неразличимы, т.к. определяются через одну и ту же величину, которая к тому же стоит в числителе. Именно поэтому мы можем говорить о скорости как о импульсе единичной массы. В единичной мере импульс и скорость, становятся просто неразличимыми по своему качеству. Именно это есть не что иное, как определение одной величины через другую, но существующего в рамках перехода от одного понятия к другому. Понятие импульса при “негации” массы превращается в понятие скорости. Более того, он есть сама скорость.

Перепишем формулу импульса в следующем виде:

      m=p/v (3)

При делении импульса на скорость мы негируем движение. Остаётся только масса, которая выражает собой количество материи, которая уже не отягощена движением. Это есть статическая материя, а потому “флюксия” И. Ньютона, или бесконечно малая В. Лейбница, есть материя, представляющая собой простейшее геометрическое место, называемое точкой. Место в пространстве есть точка, имеющая определенную количественную меру – массу. Именно так происходит “негация” движения и моделирование тела точкой, которая наделяется массой самого тела. Её понимают ещё и как тело, масса которого сконцентрирована в точке.

Соотношение для скорости даёт нам динамический аспект движения материи, в котором она выступает в виде модели. Соотношение для материи, выраженное через массу, задаёт её в виде статического образования. И вот тогда и поэтому мы можем говорить о строении материи или тела.

Выделим основное в определении импульса. Им является то, что импульс есть не что иное, как синтез материи и движения, но выраженный уже в виде количественного субстрата. Качественный субстрат импульса, мы выявили при анализе соотношения, его определяющего.

Для полного анализа понятия импульса мы должны представить анализ скорости и массы. А потому начнём его с определения скорости и выявим её количественный субстрат. Для этого представим формулу скорости в следующем виде:

v=s/t (4)

где s– перемещение, t – время. Мерой в данном случае выступает математическое значение величины пространства и времени, которое задаётся числом.

Производя деление на время – пространства, мы актуализируем само пространство, тем самым имея свободу выбора меры времени. Это означает, что мы сами можем вводить время, и мы его действительно вводим. Пространство в таком представлении становится скоростью и поэтому может отображает его на себе. Это отображение мы воспринимаем как изменение положения тела, или его перемещение.

Перепишем формулу (8) в следующем виде:

t=s/v (5)

При делении пространства на скорость мы осуществляем “негацию” скорости. В этом случае пространство и время являются тождественными как в мере, так и в понятиях. Различие их достигается только различием их имён. Меры пространства и времени поэтому становятся не только равными, но и однородными, а потому различить их уже невозможно. Скорость актуализирует пространство, но потенцирует время. Динамика тел в этом случае есть динамика их движения при неизменности формы тела, а также и его величины, которым является объем. Это можно установить и доказать с помощью соотношения, определяющего количество материи, которое имеет следующий вид:

      m= V (6)

Где: – плотность, а V – объем.

Представим это соотношение в таком виде:

      V= /m (7)

Производя деление на массу, мы осуществляем “негацию” материи. В этом случае мы имеем дело с пространством, точнее с пространством, которое занимает материя. Это и есть то, что мы понимаем под её местом. Место есть область пространства, не занятое материей, а потому место есть пространство формы, в которое мы можем поместить материю. А потому это есть не что иное как, свобода формы, которая даёт нам возможность геометризации пространства.

При анализе скорости, мы имеем тождественность пространства и скорости, если осуществляем “негацию” времени. При “негации” материи мы имеем пространство как плотность материи, но уже не в её истинном виде, а в идеальной, модельной форме. Эта модель есть не что иное, как множество материальных точек, занимающих определенное место пространства, которое мы и понимаем, как объем тела.

В результате этого анализа мы имеем скорость, которая определяется через пространство. Объем тела также определяется через пространство. Различие их состоит в том, что тела рассматривается по отношению к пространству как статические образования, а также и как динамические образования. Но, ведь это все равно пространство. Количественность, которая выражается в виде одной или трех мер, не даёт нам качественного различия скорости и массы по отношению к пространству. Более того, если время также выражено в той или иной мере в количестве, то оно также тождественно как материи, так и скорости.

Отметим, что одномерность и трехмерность пространства есть предел, налагаемый нами на материю. Материя есть и существует как в одномерном, двухмерном, так и трёхмерном пространстве. К чему приводит такое представление о ней, мы изложим в метамеханике природы. Современная физическая наука уже пришла к тому, что пределы мер массы, пространства и времени совпадают, и этот предел приблизительно равен десять в минус двадцать четвертой степени. Это есть предел, ниже которого мы не можем ничего фиксировать, а потому не знаем, что происходит там с природой. Ведь приборы не могут фиксировать величин ниже этого предела.

Чтобы разрешить это противоречие, физическая наука отдала пространство и время на откуп только движению, абстрагировавших при этом от материи. Поэтому материю и не рассматривают по отношению к пространству и времени. Но, как мы показали, это не совсем так. Материя определяется через пространство. Физическая наука полагает каждое определение, величину и понятие как тотальность для того, чтобы рассматривать их независимо. Это касается не только самой материи, но и физических теорий, которые также полагается, как тотальность, а потому существуют самостоятельно и независимо от других теорий физической науки. Мы идём на это потому, что в противном случае говорим об одном и том же, используем в одном случае одно понятие, а в другом – другое.

Такое полагание приводит физическую науку к предельной дифференциации, а потому создаётся впечатление, что из этого её положения просто нет никакого выхода. Может быть, его и нет. Но для того, чтобы ответить этот вопрос, нам необходимо провести полный анализ физической науки как с точки зрения её статических, так и динамических составляющих. Пока же мы можем сказать только то, что троичность представления материи в её телесности и протяжённости просто исчерпала себя. Необходим поиск нового качества материи. Этим поиском мы и займёмся, а пока вернёмся к построению гравитационной механики или G – теории.

Понятие импульс отражает в себе родившееся движение, а потому это движение представляется нам как уже существующее, как уже явившееся нам. Именно поэтому И. Ньютон ставит во главу угла свой первый закон, который называют законом инерции. Если движение изменяется, то изменяется и импульс, и тогда нам необходимо определить, что его изменяет. Для решения этого вопроса И. Ньютон вводит новое понятие и величину, которую называет силой. Но она не только то, что порождает движение, но ещё и то, что изменяет его. На основании опытов И. Ньютон установил, что импульс тела изменяют другие тела, воздействующие на него, но есть тела, которые движутся, изменяя своё движение, хотя видимого действия на него другие тела не оказывают. Таким видом движения является движению Луны вокруг Земли. Его так же совершают и другие космические тела, и планеты. Изменение движения происходит не за счёт видимого взаимодействия тел (столкновения), а через пространство, их разделяющее. Но, кроме этого, некий импульс был сообщён Земле в момент её зарождения, а потому его – то И. Ньютон и называет силой. Так он вернулся к идее движения, которую выдвинул ещё Аристотель в своей физике. Суть её состоит в том, что движение порождает некий “вечный перводвигатель”. И. Ньютон также приходит к этой идеи вечного перводвигателя, которым у него является Бог. Именно поэтому большую часть своей жизни И. Ньютон посвящает теологии, стремясь найти в ней объяснение возникновения движения. Полагая Землю как тотальность, И. Ньютон её силу воздействия на Луну называет силой Всемирного тяготения и определяет её в виде следующего математического соотношения.

F= G mл mз /R (8)

Где: mл – масса Луны, mз – масса Земли, R – расстояние между ними, а G – гравитационная постоянная.

А раз это справедливо для Земли и Луны, а Земля, притягивая тела заставляет их двигаться, то это соотношение справедливо и для любых тел. Ведь в космосе такое движение тел преобладает над другими движениями, и поэтому его можно считать всеобщим движением, присущим всем космическим телам. В этом случае сила Всемирного тяготения принимает следующий вид:

F=Gm1m2/r (9)

Где: m1 – масса первого тела, m2 – масса второго тела, r – расстояние между телами, а G – гравитационная постоянная, численное значение которой равно 6,67 10 Нм/кг.

Укажем, что размерность гравитационной постоянной в силовом и энергетическом представлении имеет один и тот же вид. Если взять за меры только материю, пространство и время, то гравитационная постоянная будет иметь размерность – м/с кг. Именно это означает её универсальность и независимость от вида представления, является ли оно силовым или энергетическим представлением. Но что означает гравитационная постоянная, ответа до настоящего времени в физической науке просто не существует.

Мы можем перейти от силового описания движения к энергетическому описанию, а потому рассмотрим его. Если мы говорим, что сила порождает движение, то тогда чем является энергия. Может быть, она порождает силу. Для этого рассмотрим возникновение самого понятия энергии. В классической механике понятие энергии отождествлено с понятием работа. Сила, перемещая тело, совершает работу, но она не действует постоянно на него, а тело все равно движется. В этом случае сила и энергия отождествляются в том смысле, что тело движется за счёт той энергии, которую сообщила ему сила. Работа есть “деятельность” силы по перемещению тела, совершающаяся за-счёт запасённой им энергии. Рассматривая эти понятия в рамках качества, можно сказать, что работа есть акт силы, а энергия есть её потенция, её деятельность по перемещению тела. В механическом представлении энергия выражена через работу как вынесенная во вне и положенная в пространство уже в виде понятия работы. Именно эта её потенциальность порождает её механический аналог, которым становится потенциальная энергия. Переход её в актуальное, видимое, уже выражается в другом её механическом виде, который называют кинетической энергией. Эти виды энергии являются её механическими видами и связаны с состояниями самого тела по отношению к пространству. Закон сохранения энергии отражает собой именно этот переход энергии из области потенциального в область актуального бытия. То, что их два вида, означает ничто иное, как способы её выражения через пространство и время. Поэтому потенциальная энергия есть пространственная энергия, а кинетическая энергия является временной энергией. Укажем на то, что работа связана не только с трансляцией тела в пространстве, но и с энергией тела. Здесь мы имеем ввиду внутреннюю энергию тела, которая выражает себя в виде тепла. Тепло совершает работу над телами, поэтому его можно отождествить с работой. Это приводит к рождению механического эквивалента тепла, показывающего тождественность тепловой и механической работы. Механический эквивалент тепла позволяет моделировать тело в виде маленьких “телец”, называемых молекулами, являющиеся ничем иным, как некими именованными атрибутами геометрических точек. Представления тел в виде молекул приводит к тому, что материя начинает иметь не только своё строение, но и состав.

В самом начале анализа классической механики мы выделили то, что составляет основу её построения, ими являются не что иное, как пространство и время. А потому именно о них, а также и о самой природе, и о материи, пойдём наша дальнейшая речь. Это необходимо сделать для того, чтобы глубже понять как саму материю, так и её движение.

Пространство и время будем рассматривать не с количественной стороны, о которой мы уже достаточно сказали, а со стороны их качества. Укажем, что количественное представление и описание пространства и времени снимается в понятии скорости. Материя, пространство и время – понятием импульса. Скорость характеризует пространство и время, но она же их и снимает. А потому качеством обладает не сама скорость, а движение. В скорости проявляется только количество движения и его геометризованный вид. Поэтому движение по отношению к пространству рассматривается как одномерное, двухмерное и трёхмерное, но качеством пространства в классической механике является его абсолютность и изотропность. Поэтому только эти качества пространства позволяют ввести в него протяжённость и делимость. Одномерность, двухмерность и трехмерность есть не что иное, как введение в пространства меры, представленной в виде числа. Более того, это число является геометризованным числом, т.к. несёт в себе ещё и направленность, а потому и представляется в виде прямой линии или её кусков. Меры накладывают ограничение на виды движения тел, но это ограничение скорее связано не с самим пространством, а с тем, какая геометризация ставится ему в соответствие. Одна мера пространства задаёт движение по прямой линии, которая и является моделью движения тела, называемой в физической науке прямолинейным движением. В основе этой модели лежит идея визуализации движения посредством тела, последовательно меняющего в пространстве своё положение, или “место”. Тело визуализирует движение, а потому мы воспринимаем движение как последовательную смену мест, в которых побывало и ещё может побывать тело. Но как только мы переходим от движения к скорости, на смену телу приходит его масса. Поэтому при изучении скорости играет роль не само тело, а только его количественная мера – масса. Как только мы отождествим движение и тело, скорость и массу, то получаем уже движущуюся массу. Это приводит к тому, что мы просто перемешиваем количественные и качественные субстраты в описании материи, а вместе с этим и с атрибутами самой природы. Именно так мы осуществляем “негацию” материи от движения и движения от материи, а потому физическая наука идёт и на полагание материи независимо от движения, как и движения независимо от материи. А это и означает тотальное полагание движения или материи. В тотальном полагании материя абстрагируется от движения, как движение от материи. При “негации” происходит потенцирование одного по отношению к другому. Именно так в классической механике возникает кинематика, как своего рода отклик на тотальность полагания движения и как абстрагирование от материи. В этом случае материя становится свободной, а потому её можно изучать независимо от движения, используя для этого её геометрическое представление в виде той или иной модели, например, материальной точки. Материальное тело в лоне движения представляет собой модель, самой простейшей из которых является материальная точка, наделённая количественной мерой – массой. В кинематике поэтому говорят о видах движения. Материя пребывает в ней в виде точки, которая несёт в себе единство всех своих атрибутов, которыми является пространство, время, импульс, скорость и т.д. Одна она является и для всего одна, а потому выступает в роли единого. Выражая его разными именами, понятиями, мы ничего не имеем в более глубоком её понимании, а потому и в понимании самой природы. Здесь мы имеем в виду такие понятия как электрон, протон, частица, квант, корпускула, кварк и т.д. и т.п. Поэтому пространство и время в физической науке есть не что иное, как те основы, через которые и с помощью которых мы и осуществляем наше познание.

Двухмерное движение есть движение по окружности или в более общем случае – криволинейное движение. Двухмерная материя также выступает в виде модели точки, имеющей массу. Трёхмерное движение есть движение по спирали, или вихревое движение. С точки зрения мер пространства, мы определяем только положение точки в пространстве, а также её трансляцию по пространству. Время в таком представлении имеет только одну меру, но также протяжённо, как пространство, материя и тело. Протяжённость времени проявляется через выбор меры её исчисления, которая также как и пространство, выражена числом. А потому отличие времени от пространства состоит только в различии единиц их измерения. Двухмерное пространство моделируется средой, а трёхмерное – твёрдым телом. Но нам не следует забывать о том, что это модели материи, а не её виды. Сама же материя превращается в вещество, которое оформлено и выражено количеством формы, называемое его объёмом. Поэтому количество вещества и есть то, под чем мы обычно понимают массу тела. Ниже мы будем говорить о строении материи, а не о её моделях. В моделях мы познаем только свои конструктивные способности, а потому говорим о её механическом строение. Механическое описание и объяснение природы связано с тем, что мы познаваемое полагаем как внешнее и как тотальное в пространство. Именно этот способ познания порождает механическое представление о познаваемом. Мы объяснили и представили его при анализе движения. Механическое представление познаваемого проявляет себя и при анализе скорости, где время считается снятым, а скорость есть чисто пространственная перемена места, выраженная опять же через меру пространства. Напомним, что основу механического представления составляет полагание природы как телесной, протяжённой и делимой субстанции. В силу этого материя, пространство и время также наделяются этими свойствами и, даже более того, считаются ещё и внешне положенными.

Мы уже говорили, что качество пространства задаётся его изотропностью, а количество выражено числовыми мерами, которые несут в себе одномерное, двухмерное и трёхмерное пространства. Изотропность пространства заменяют его однородностью, в результате чего пространство превращается в плоское, евклидовое, пространство. Однородность и плоскостность пространства есть не что иное, как его количественные атрибуты, а потому не имеют никакого отношения к качеству самого пространства. Эта замещение истинного качества пространства его количественными атрибутами привело к полному абстрагированию от качества и тотальному утверждению количества.

Теперь обратимся к материи и её видам, а потому положим материю в пространство. Материя на пространстве представляет собой вещество. Рассматривая вещество на мерном пространстве, мы получаем одномерное, двухмерное и трёхмерное вещество. Одномерным веществом является частица, двухмерным – среда, а трёхмерным – тело. Вещество определяет себя только по отношению к пространству, а введение в него меры приводит к оформленности вещества в указанные нами выше виды. Именно поэтому мы говорим о веществе как о том, что оформлено в пространстве, количество формы которого выражают точка, площадь и объем. Поэтому в физической науке говорят о линейной, плоскостной или поверхностной и объёмной плотности вещества. Вещество есть то, что содержится в теле, а потому тело является той формой, в которую заключено вещество. Молекула как одномерное вещество представлена в своих видах, которыми являются определенный, конкретный их вид такие, как молекулы воды, воздуха и других природных реальностей: среда – как жидкость, газ, плазма и т.д.; твёрдое тело – как металлы, кристаллы и т.д. Динамика веществ задаётся его переходами из одного состояние в другое. Поэтому состояние вещества определяются как жидкое, твёрдое, газообразное и плазменное. Существование вещества в агрегатных состояниях, а также его переходы из одного состояний в другое, есть простое отождествление состояний вещества и его агрегатных состояний. Вещество состоит из молекул как с точки зрения его строения, так и с точки зрения его переходов в различные состояния. Поэтому молекулярное строение вещества и теория его строения имеют в своей основе не что иное, как ту или иную “конфигурацию”, отражающую собой взаимное расположение молекул вещества в “пространстве” тела. В таком представлении изменение их расположения связано и с изменением самой структуры вещества, а также и самих тел. Но расположение молекул несёт в себе протяжённость, а потому и сама молекула имеет протяжённость, или, как ещё говорят, свои размеры. Эти размеры молекулы связаны с чем – то, а потому имеет под собой тоже некое основание. Оказывается, что они связаны непосредственно с нашей Землёй. Ведь именно она составляет не что иное, как центр мироздания вследствие того, что утверждается в самом нашем познании геоцентрическая система мироздания. Радиус Земли приблизительно равен 6 – 10 метров, а размеры молекул имеют величину обратную этому значению. Поэтому молекула есть “маленькая Земля”, и именно Земля является тем, что мы моделируем в качестве молекулы. В мире маленьких масс молекула есть не что иное как модель Земли. Поэтому размеры молекул изменяется в очень небольших пределах. По отношению к массе молекулы мы можем сказать то же самое. Величина обратная массе Земли является массой молекулы. Такое поразительное на первый взгляд совпадение количественных характеристик молекулы и Земли связано с тем, что в основу классической механике положена геоцентрическая система мира, центром которой является Земля. Именно поэтому материализация минимизированной массы осуществляется на том теле, которое положено в основу построения того или иного классического представления о мире. В макромире – Земля, а в микромире – молекула.

Основу учения о строении вещества составляет та же самая идея протяжённости, как и при изучении строения тел. Но типология, положенная в основу изучения вещества, остаётся греческая, точнее, ею является типология Аристотеля. Её образуют земля, огонь, вода и воздух. До настоящего времени физическая наука использует именно эту типологию. Различие современного понимания материи от понимания её греческими учёными, как того, что содержится в той или иной форме, ничем не отличается от её современного понимания, которым является вещество. Различие их состоит в том, что материя и вещество дифференцированы на виды, основу которых составляют их количественные, а не качественные атрибуты. Греческие учёные не использовали понятие рода и вида, а использовали понятие первоначал и первостихий. Метафизика как метод качественного познания, с помощью которого изучалась структура мира и космоса, отличается от метода количественной метафизики. В ней структура мира и космоса рассматривается только с точки зрения количественных отношений и мер. Именно этим отличается метафизика количества от метафизики качества, как и материя от вещества.

Теория среды строится аналогичным образом, каким строилась и классическая механика, только роль силы в ней играет давление, которое есть не что иное, как сила, положенная в двухмерное пространство. Формула, определяющая давление, имеет следующий вид:

P=F/S (10)

Где: F – сила, S – площадь поверхности тела, а P – давление.

Осуществление “негации” площади, на которую действует сила, приводит к тому, что сила и давление выступают как тождественные. Так, например, движение тела в среде вызвано наличием самой среды, что и порождает движение тела. Если в соотношении (10) под силой, мы будем иметь ввиду силу тяжести, то это приводит нас к одномерному “давлению”, которым является не что иное, как сила, но которая действует со стороны той или иной среды на тело. Само тело в этом случае становится одномерным, а среда тем, что заставляет его двигаться. Поэтому во всех основных соотношениях среды используют не понятие массы, а понятие плотности. Плотность снимает телесность и протяжённость, т.к. в этом случае в своём определении содержит “негацию” формы, выражением которой является объем.

Как и в случае тел, основную роль в построении теории среды играет сила Всемирного тяготения, или сила тяжести, являющаяся её динамическим аналогом. Её всеобщее проявление для случая сред и выражено в законе Архимеда, в котором масса представлена через плотность и объем. Формула этой силы имеет следующий вид:

      F=gV (11)

Это соотношение есть не что иное, как сила тяжести, но представленная не по отношению к пространству, а по отношению к среде.

Количественная мера материи даёт нам понимание вещества как формы. Но в определении массы мы уже отождествили форму с объёмом, говоря при этом, что материя уже сформирована, уже имеет не только форму, но и определенный объем. В силу этого вещество определяется в физической науке как дискретное образование, имеющее массу покоя. Вещество есть некая бесформенность, “насилие” над которым выражается в том, что его помещают в определенную форму. В этой связи возникает проблема определения того, как вещество помещается в ту или иную форму, а также и то, как оно её приобретает. Её можно понимать и несколько в другом контексте, а именно как вещество образует ту или иную форму. Здесь, конечно, необходимо иметь ввиду не то, что форма порождает вещество, а как вещество порождает форму. Форма по отношению к веществу, точно так как это имеет место и по отношению к материи, есть вторичное, обладающее некой способностью порождать ту или иную форму. В таком представлении сама форма является уже некой положенной тотальностью, а не материя или вещество.

Введение в пространство числа привело к его представлению в лоне меры. Так пространство наделяется той или иной мерой, выразителем и представителем которой становится число. Тотальное полагание меры привело и к тотальному полаганию её в лоно познаваемого. Это не миновало и вещество. Более того, материя отождествилась с веществом, которое в современной физической науке понимают и как форму материи, и как вид материи. Но то, что вещество видимо, ещё не означает, что оно имеет форму. Ведь именно через него определяется то, что имеет форму и то, что её не имеет. Оказывается, что то, что является для нас видимым в материи, мы называем веществом, а то, что не видимо – полем. Именно поэтому мы определяем его как непрерывное образование, не имеющее массы покоя.

Материя в таком представлении является тем, что формирует тело, превращаясь в пространственную субстанцию, которая есть не что иное, как вещество, а потому и проявляет себя через телесную форму. Вещество выступает по отношению к материи не только как её составляющее, но и как её форма. Это означает, что снятие формообразующего, порождающего в веществе, превращает его в формальное, уже существующее в виде наличного бытия, как ставшее, которое снимается телесной формой, положенной как некая тотальность. Именно эту тотальность мы называем телом.

Пространство по отношению к веществу представлено в двух мерах, но обладает теми же самыми свойствами, что и пространство одной меры. А потому оно наделено теми же самыми атрибутами, что и пространство классической механики, которыми являются протяжённость, телесность и делимость.

В трёхмерном пространстве материя представляет собой тело. Строение тел моделируется маленькими “тельцами”, называемыми молекулами. Строение тел и вещества с точки зрения их молекулярного строения тождественны. Движение тел описывается с помощью классической механики, основу которой составляет сила. Но она определяется уже как момент силы. Поэтому учение и теория движения тел есть учение и теория их вращения, которое порождается действием на тело той или иной силы. Определение момента силы хотя и отличается от определения самой силы, но это отличие состоит в том, что масса тела представляет собой уже момент инерции тела, который есть не что иное, как пространственная масса. И снова геометризация тела приводит нас к модели абсолютно твёрдого тела, представляющего собой систему жёстко закреплённых материальных точек. Если нет вращения, то тело представляет собой материальную точку, т.к. поведение других материальных точек идентично поведению одной материальной точки. Но если движение тела сложное, то его движение можно представить как сумму движений, составляющих его материальных точек. В общем случае сложное движение представляется как сумма одномерного и двухмерного движения. Именно так мы понимаем и представляем сложные виды движения тел. Но что есть тело – современная физическая наука не знает. Учение и теория твёрдого тела породила новый раздел физической науки, который называется статикой. В ней рассматривается не движение тел, а условия, при которых тела остаются в покое. Основу статики также составили законы И. Ньютона, но при условии, что скорость тела равна нулю. Так от физической науки “отпочковывается” и начинает самостоятельно существовать учение и теория устойчивости, которая может применяться к любым телам, а также к строениям и сооружениям.

Представленные выше формы и виды материи моделированы через тот или иной вид движения и овеществлённые в пространстве путём полагания в него той или иной меры. Каждому виду движения ставится в соответствие вполне определенный вид материи, которая на пространстве представлена как вещество, находящееся в своей телесной, вещественной форме. Поэтому материя представлена только своими моделями, которыми являются материальная точка, упругая среда и абсолютно твёрдое тело. Подведение под них материализованных минимизированных “телец” – молекул, приводит к тому, что они становятся тождественными.

В классической механике и её теоретическом построении, основу составляет сила Всемирного тяготения, или сила тяжести. Именно она является главным инвариантом в описании, изучении и объяснении природы, а также и движении различных материальных объектов, которые выражаются и объективизируются именно через эту силу. Весь приведённый анализ мы построили именно на ней и с помощью неё. Но оказывается, в ней есть инвариант, который связан с основным полаганием в классической механике. Этим инвариантом является гравитационная постоянная. С помощью неё можно также воспроизвести весь анализ, который мы представили выше. Мы возьмём её в универсальном виде и дадим её анализ. В константной теории описания природы, или метамеханике природы, мы дадим через неё полный анализ гравитационных явлений.

Рассмотрим размерность гравитационной постоянной.

[ G] =Нм /кг =м/с кг (12)

Анализ размерности показывает, что в гравитационной постоянной происходит “негация” материи и времени. Остаётся только линейное одномерное пространство, т.к. квадрат количества времени равен квадрату количества пространства. Определение гравитационной постоянной через силу Всемирного тяготения также подтверждает наши выводы. Ведь закон Всемирного тяготения есть статический закон, который фиксирует силу, действующую между Землёй и Луной, находящимися на определенном расстоянии. Если закон статический, то и константа должна отражать в себе статику, а статикой механики является пространство. Поэтому гравитационная постоянная имеет и несёт в себе протяжённость (расстояния). Оказывается, что это расстояние численно совпадает с величиной обратной расстоянию от Земли до Солнца.

Внимательный читатель может спросить нас о том, почему мы считаем, что значение гравитационной постоянной обратной расстоянию от Земли до Солнца. Мы напомним, что основу классической механики составляет декартовское понятие телесности и протяжённости. А раз Земля и Солнце тела, то протяжённость между ними и есть величина обратная величине гравитационной постоянной. Более того, в классической механике имеют ввиду не саму протяжённость, а величину протяжённости, которой является расстояние.

Многие учёные – физики значение гравитационной постоянной связывают с временем жизни нашей Вселенной. На это мы можем ответим только тем, что протяжённость порождает меру и только в мере существует и сама протяжённость, а потому значение гравитационной постоянной связано именно с этим материальным субстратом. Более того, и как мы уже показали, протяжённость и величина обратная протяжённости все равно есть протяжённость. Ведь величина равная 5 м и величина обратная ей, есть также расстояние, но уменьшенное в 5 раз. Все это показывает, что протяжённость все равно остаётся протяжённостью, если она касается количества. Качественный субстрат протяжённости не есть её количественный субстрат.

Весь представленный нами выше анализ показывает, что гравитационная постоянная является основным и главным инвариантом классической механики. Поэтому все, что представляется с позиции протяжённости, составляет классическую механику в которой гравитационная постоянная является тем, через что определяется все многообразие видов сил и которая несёт в себе смысл единичной, или удельной, силы притяжения. Более того, сила Всемирного тяготения есть сила, которая связывает между собой Землю и Луну в их статическом состоянии. Динамика раскрывается через пространственную смену мест Луны, что и воспринимается нами как её движение. Факт движения связан именно с пространственными изменениями тел, а не с их протяжённостью. Протяжённость тел считается абсолютной и неизменной, а потому движение понимается нами через пространство как некая трансляция тел, связанная с переменой им места, а не с самой протяжённостью тела. Поэтому мы выделили из классической механики универсальную величину, которой является гравитационная постоянная, несущая в себе эту протяжённость. А так как все дальнейшее развитие физической науки связано с силой притяжения, или как её сейчас называют, гравитацией, то мы назвали свою механику гравитационной механикой, а теорию построенную на гравитационной постоянной G – теорией.

Отметим, что гравитационная постоянная, отражая в себе факт протяжённости, повела человеческую мысль от геоцентризма к гелиоцентризму. Именно эту идею подхватил, а затем и развил А. Эйнштейн. Это привело к переходу от учения о телах и веществе к учению о поле и энергии, в основу которых А. Эйнштейн полагает скорость света.

Выше мы говорили о методе “негации”, который использовали в своём анализе. Поясним это понятие. Под “негацией” мы понимаем то, что игнорируется при анализе определения, понятия, а также смысла той или иной физической величины. Этот термин отражает в себе только количественный переход от одного понятия или определения к другому понятию или определению. Для примера поясним его на определении понятия плотности. Плотность есть масса единицы объёма. Она характеризует количество массы в данном объёме. Но при полной “негации” объёма понятие массы теряет смысл, превращаясь в полную неопределённость. Поэтому многие понятия и определения физической науки часто не отражают в себе конкретных видов и форм материи, а также видов и форм движения. Таковыми, например, являются понятия молекулы, атома, частицы, заряда, кванта, материальной точки и т.д. В движении полная “негация” означает устранение и “растворение” одной характеристики познаваемого в другой. При полной “негации” времени скорость превращается в перемещение, в протяжённость пространства, в котором мера становится уже неопределённой. Полная “негация” означает ничто иное, как “зануление” в определении той или иной величины, стоящей в знаменателе. Рассмотрим это подробнее на примере скорости. Формула скорости имеет следующий вид:

       v=s/t (13)

При t=0, скорость становится бесконечной, но при t=1 скорость становится протяжённой величиной, мера которой задаётся мерой самого пространства. Бесконечность скорости означает только её количественную неопределённость, а не качественную. Более того, необходимо определить, как количество переходит в качество и чем тогда является скорость. Тем более мы не знаем, во что она переходит. Так обстоит дело с любым другим понятием и определением, будь то плотность, скорость, работа, мощность, давление и т.д. Именно это показывает, что в основе классической механики уже лежит неопределённость, которая актуализирует себя во всей своей полноте и актуальности в принципе неопределённостей В. Гейзенберга. В квантовой механике мы покажем, что содержит и несёт в себе принцип неопределённостей.

“Негация” поэтому есть метод анализа. В нем мы не теряем величины, а только потенцируем их, определяя неизвестную величину через уже известные нам величины. Точнее определяем её через те основания, которые полагаем в основу физической науки. А какие это основания, вам понятны и ясны в представленном нами методе.

Классическая механика разворачивается на пространстве. Время выступает в ней в снятом виде. Именно такое представление о времени приводит к тому, что основу явлений, которые существуют во времени, мы отражаем на пространстве в виде механизма, носителем которого является та или иная модель. Отрыв материи от движения в классической механике представлен в виде теории движения материи и теории строения вещества. Именно поэтому в классической механике возникает возможность моделирования движения путём введения в пространство меры. Введение меры приводит к тому, что природа рассматривается и изучается не как материя и движение, а как движущаяся материя. Поэтому классическую механику можно назвать теорией, переводящей качество познаваемого в количество, выраженное через пространство и реализующее себя именно на пространстве.

1.2. Световая механика или С – теория.

Под релятивистской механикой современная физическая наука понимает механику движения тел со скоростями, сравнимыми или близкими к скорости света. Опыты, с помощью которых определили скорость света, имеют отношение к свету, а не к телам, хотя именно с их помощью была определена скорость света. Релятивистская динамика связывает в единое целое количество материи и количество движения, но количество движения есть не скорость движения тел, а скорость движения уже самого света. Введение и определение меры движения света привело к тому, что возникает на её основе и понятие скорости света. Как и скорость вообще, скорость света также определяется через меры пространства и времени. Поэтому для скорости света мы имеем то же самое соотношение, что и для скорости вообще:

      c=s/t (14)

где: s – мера пространства, t – мера времени, а c – скорость света.

Вследствие того, что скорость света имеет конечное значение, она накладывает это ограничение и на меры пространства и времени. Конечность скорости света приводит к тому, что пространство и время также становятся конечными. При “негации” времени протяжённость становится ограниченной значением величины числено равной скорости света, а сама мера протяжённости в этом случае численно совпадает со значением равным радиусу Солнца. Именно так осуществляется материализация протяжённости по отношению к свету. Осуществляется она аналогично тому, как осуществлялась материализация протяжённости телом, которым в данном случае является Земля. Материальным носителем света становится Солнце, и поэтому мы связали значение гравитационной постоянной с расстоянием между Землёй и Солнцем. Так гравитационная постоянная привела физическую науку к изучению самого материального носителя света – Солнцу. Но свет ограничивает пространство, в котором распространяется. Это ограничение отражает и его геометрический образ, которым является световой конус, представленный нами на рисунке. (См. рис.1.)

Световой конус делит пространство на видимую и невидимую области: на области, где есть свет и где его нет. Внутреннюю область светового конуса связывают с будущим, настоящим и прошлым. Такое представление света есть не что иное, как отражение не света на пространстве, а времени на пространстве. Так впервые с помощью света удалось проявить структуру времени на пространстве. Но сам свет в этом случае уходит в область потаённости, из которой мы его “выбираем” и полагаем уже в виде геометрического “образа”, которым и является световой конус. Более точно, свет несёт только внутренняя область светового конуса.

Ограничение пространства светом приводит к актуализации времени. Само же пространство становится потенциальным в силу того, что события, которые в нем происходят, мы не можем не только описать, но и наблюдать. Современная физическая наука, выделяет внутри светового конуса три области которые соответственно называются пространственноподобной, временеподобной и изотропной. Внутри светового конуса – временеподобная область, вне его – пространственноподобная, граница светового конуса, образует изотропную область. Это есть не что иное как геометризация света временем и поэтому на пространстве свет проявляет себя уже как некая временная структура.

Дальнейшее развитие физической науки совершается в направлении геометризации этих выделенных областей, которые порождены самим световым конусом. Вводится инвариантная величина, называемая интервалом между событиями, которая составляет основу описания движения не самого света, а тел, движущихся со скоростями, близкими к световым скоростям. Весь мир моделируется только внутри этой области светового конуса. Анализ материи в области, находящейся за световым конусом, невозможен, т.к. в этой области скорость “материи” становится больше скорости света. Так физическая наука переходит к анализу движения материи только в этой области, отождествляя скорость движения тел со скоростью света. Это и приводит к рождению в лоне физической науки нового раздела, называемого релятивистской механикой. Качество времени определяется областями, находящимися внутри светового конуса в виде прошлого, настоящего и будущего. Пространство в этом случае становится потенциальным и уходит в область потаённости. Поэтому геометризация пространства и времени для этого случая должна быть отлична от классической геометризации. Различие их связано с тем, что скорость света, а потому и скорость тел, становится конечной величиной. Эту конечность пространства связывают с его новым качеством, которым является кривизна. Пространство из абсолютного становится относительным и эту его относительность и несёт в себе геометризация, которая осуществляется не прямыми линиями, как это имеет место в классической механике, а кривыми линиями. Но геометризация пространства накладывает свой отпечаток и на геометризацию времени, которое также становится “кривым”. Кривизна пространства приводит к тому, что время начинает течь по – разному в различных системах отсчёта. В силу того, что пространство и время так и остаются неразличимыми в мере, в релятивистской механике они представляют собой уже единый объект, называемый пространственно – временным континуумом. Геометрией пространства – времени является псевдоевклидова геометрия или геометрия Минковского. Описание материи в пространстве – времени также носит относительный характер. Материя в таком пространстве – времени также становится относительной.

В классической механике, мы обладаем свободой выбора и введения той или иной меры времени, которая определяет собой и меру пространства. Именно время геометризует пространство и об этом говорит нам то, что время мы всегда негируем, превращаем его в некую потаённость. В релятивистской механике это свобода выбора меры времени исчезает. Об этом говорит то, что при полагании времени в мере равной единице, мы получаем конечность пространства, а потому и конечную протяжённость, которая численно равна мере скорости света. Единице времени соответствует вполне определенная мера протяжённости пространства, но эта протяжённость проявляет себя не на уровне протяжённости (расстояния) между телами, а на уровне размеров самих тел. Эта протяжённость в выбранной нами мере численно совпадает с радиусом Солнца. Как и в случае с классической механикой, совпадение здесь также исключается вследствие того, что основания, положенные в метод описания материи, которыми являются протяжённость и телесность, не изменились. Поэтому время, “растворяясь” в ограниченном пространстве, проявляет себя на размерах и форме материальных объектов, а не как расстояние между ними, как это имело место в классической механике. Время отражает в себе не форму материи, а внутренние размеры самих объектов природы. Форма объекта задаётся пространством, но уже “растворенном” во времени. Об этом подробнее мы будем говорить в тепловой механике.

Используя псевдоевклидову геометрию и световой конус, который формализуется ещё и в виде интервала, А. Эйнштейн строит свою общую теорию тяготения, или гравитации. Но в ней он уже использует не свет, а саму материю. Качественный анализ материи на световом конусе так и не был проведён, и это связано с тем, что материя была положена тотально только во внутреннюю область светового конуса. Более того, моделирование материи осуществлялось также, как и в классической механике. Здесь, имеется в виду материя, представленная в виде частиц, вещества, тел, среды и т.д. и т.п.

Учение о движении частиц материи с большими скоростями, образовало в лоне релятивистской механики новый раздел, который назвали релятивистской кинематикой. Конечность скорости света привела к тому, что скорости тел ограничивались пределами самой скорости света. Потому движение их со скоростью света или же большей её невозможно. Это означает, что ограничение скорости света накладывает это ограничение и на скорость движения самих тел. В физической науке, скорость света понимают ещё и как скорость передачи взаимодействий одного тела другому. Причём здесь это ограничение скорости движения самих тел! Это несоответствие разрешается тем же элементарным, метафизическим подходом. Скорость света и скорость тел просто отождествляют, тем самым осуществляется “негация” не скорости света, а самого света. При этом мир погружается во тьму, в котором существует только одна гравитация. Это отождествление приводит ещё и к тому, что возникает возможность перехода от светового мира к миру без света, который и проявляет себя через движение. Так рождается, а затем и строится, А. Эйнштейном уже релятивистская динамика. Для её построения А. Эйнштейн использует материю, энергию и скорость света, но сам свет в ней уже не присутствует. Энергия играет роль переносчика скорость передачи воздействия одного тела на другое, являясь, кроме этого, ещё и источником самих взаимодействий. Масса учитывает материальность тел. Скорость света служит тем, что переводит энергию взаимодействия в массу, а массу в энергию взаимодействия тел. Но оказалось, что эта энергия есть энергия самих тел, энергия, которая присуща самим телам, а не их взаимодействию. Но в лоне телесности эти энергии также отождествляется. Энергия взаимодействия тел отождествляется с энергией самих тел, участвующих в этом взаимодействии.

Проанализируем формулу А. Эйнштейна, которая связывает эти указанные нами выше величины.

      E=mc (15)

Где: m – масса тела, E – энергия, а c – скорость света.

В соотношении (15) скорость света играет роль “переводчика” количества материи, выражением которой является масса, в энергию. Определенному количеству материи соответствует вполне определенное количество энергии. Это следует из того, что скорость света является конечной величиной.

Перепишем соотношение (15) в таком виде:

      c=E/m (16)

При “негации” количества материи – массы скорость света превращается в энергию, которая содержится в ней. Масса как бы “растворяется”, превращаясь в энергию, поэтому под ней понимают то, что уже содержится внутри тела. Но если мы учтём, что скорость света есть также и скорость передачи взаимодействий, то представленный нами анализ теряет всякий смысл, т.к. свет не создаёт материю, а только передаёт ей свою энергию, которая в пространстве мер выражает себя уже в виде некой массы.

Если представить соотношение (15) в таком виде, то получим, что смысл, входящих в него величин принимает и несёт уже некий другой смысл.

      m=E/c (17)

При осуществлении “негации” скорости света получается, что количество материи является количеством энергии. Но “негация” света как сущего приводит к тому, что масса и энергия становятся тождественными в своём количестве, а потому и сокрыты от нашего познания. Эта скрытость связана с тем, что материя положена в виде тотальности в физическую науку, являясь при этом её самым главным и единственным основанием. Вот почему говорят о материальном единстве мира. Только свет даёт нам понимание различия материи и энергии. Если же положить энергию численно равную величине обратной квадрату скорости света, то мы получаем количество материи в единице массы. Энергия в этом случае равна десять в шестнадцатой степени. Оказывается, что ей можно сопоставить определенный материальный объект. Но какому материальному объекту она соответствует? На это в физической науке ответа пока нет.

Релятивистская механика, применяемая к телам, приводит к тому, что конечность скорости света приводит к изменению размеров тел, а также и к тому, что время по отношению к различным системам отсчёта начинает течь по – разному. Сокращение размеров тел вдоль направления их движения связано не с тем, что пространство изменяется при их движении, а с собственным сокращением их размеров. Наблюдаемое тело, находящееся в покое, отличается от тела, которое движется со скоростью, близкой к скорости света, и это его отличие тем больше, чем больше его скорость. В пределе при скорости тела равной скорости света, размеры тела вдоль направления движения становятся равными нулю. Но оказывается, что тела не сокращаются в направлении перпендикулярном направлению своего движения. Следовательно, в перпендикулярном направлении размеры тела остаются неизменными. По всей видимости, тело уменьшает свои размеры до нуля вдоль движения, а увеличивает их в направлении перпендикулярном движению. Так, например, стержень длиной – l и толщиной – a при движении со скоростью света станет длинной с точку, а толщиной l+a. В применении к маленьким телам, размеры которых не меняются вследствие их малости, ими просто пренебрегают. Но тогда можно поставить вопрос о том, применима ли к телам, имеющим определенные размеры, релятивистская механика. Может быть, она применима только в самому свету.

Теория электромагнитного поля, построенная Д. Максвеллом, выявила взаимосвязь скорости света с основными характеристиками электромагнитного поля. В уравнения электромагнитного поля входит скорость света. Это привело А. Эйнштейна к идее построения общей теории поля. Все в физической науке может быть описано и понято через поле. Эту идею А. Эйнштейн стал реализовывать путём построения теории гравитации, в основу которой были положены основные характеристики поля, выделенные им из анализа уравнений полей. А так как поле характеризуется энергией, а не силой, то необходимо было найти связь энергии с количеством материи, движение которой сообщает, а также и порождает сила. Энергия стала тем, что сообщает движение телам, воздействуя на них через поле, в отличие от силы, которая порождает само движение тел. Поле стало тем, что порождает воздействие одного тела на другое. Но электромагнитное поле создаёт заряд, а потому его может создавать и любое материальное тело. Поле, создаваемое материальным телом, А. Эйнштейн и назвал гравитационном полем. Любое тело создаёт гравитационное поле только потому, что имеет массу, а потому масса стала являться тем, что и порождает поле гравитации. Но необходимо было определить качественное различие электромагнитного и гравитационного полей. А. Эйнштейн просто отождествляет эти два вида полей путём наделения их, как пространственных образований, кривизной. Это означает, что любая масса изменяет вокруг себя пространство, искривляя его. Ведь электромагнитное поле само имеет именно такую “кривую” структуру, которую можно проявить визуально, например, с помощью простейшего опыта с мелкими металлическими стружками или опилками. Чем больше кривизна поля, тем большее воздействие оказывает оно на другие тела. Кривизна и стала новым качеством гравитации. Пространство из абсолютного и плоского превращается в относительное и кривое. Относительность пространства приводит к тому, что световой конус отражает собой абсолютность времени, которая выражена в виде прошлого, настоящего и будущего. Время становится абсолютным в своей видовой тотальности.

Анализ материи на световом конусе осуществляется через анализ событий, которые с ней происходят в той или иной области пространства – времени. Поэтому материю анализируют на световом конусе в виде влияния событий, происходящих с ней в прошлом, настоящем и будущем. Но так как свет есть электромагнитное поле, то анализ материи необходимо проводить на световом конусе, чего современная физическая наука так и не осуществила. А потому проведём этот анализ. Для этого представим световой конус в следующем виде, с помощью рисунка.

Протон

I II

Нейтрон

II I

Электрон

Рис.2.

Где: I – область, в которой есть свет, а II – область, в которой света нет.

Проведём только анализ электромагнитных процессов на световом конусе. При этом не будем учитывать тепло, а развернём его в Gchk – теории физической науки.

Световой конус разделяет пространство – время на две области, в одной из которых свет есть, а в другой – его нет. Внутри области, где он наличествует, материя представлена зарядом, который и создаёт это поле света. А раз свет – это электромагнитное поле, то его качество задаётся зарядом. Поэтому с прошлым мы свяжем отрицательный заряд, с настоящим – нейтральный заряд, а с будущим – положительный заряд. Такая тесная связь между светом и зарядом связана с их ограниченностью, а также ещё и с тем, что они также имеют конечные числовые значения определяющих их величин. Область, обозначенная на рисунке – I, является областью, где происходит излучение света, в области – II происходит его поглощение. Граница светового конуса представляет собой переход количества материи, определенное как масса, в количество поля, определяемое его энергией. Временная компонента нашего познания “опространствленная” в виде светового конуса и представляет собой не что иное, как заряд. Именно поэтому он имеет конечное численное значение. Так прошлое, характеризующее отрицательным зарядом, назовём электроном, настоящее, характеризуемое нейтральным зарядом, назовём нейтроном, а будущее свяжем с протоном, положительно заряженной частицей.

Область – II пространства – времени, расположенной за световым конусом, является областью, в которой происходит поглощение света. В этой области материя – пространственноподобна. В ней происходящие события не фиксируются, так как не могут быть представлены визуально, потому что в ней нет света. Поэтому говорят о пространственном не различении двух событий, происходящих в этой области. Только по отношению к этой области, обозначенной на рисунке – II, мы можем определить качество световой материи и её временное происхождение.

Метризация и полагание пространства и времени в релятивистской механике в виде единого объекта пространства – времени приводит к снятию света путём метризации времени, представленного в виде светового конуса. Метризация – (от греч. metrike – мера, размер) – англ. metrization; нем. Metrisierung. Процедура выделения расстояния между точками рассматриваемой шкалы; с помощью М. осуществляется переход от нечисловой информации, полученной по номинальным ранговым шкалам, к числовой. Алгебраически эта метризация представляется в виде произведения скорости света на время. Это приводит к рождению четырёхмерного пространства времени, представленного в общем лоне протяжённости. Но такое представление есть не что иное, как снятие времени, которое вместе с трёхмерным представлением пространства образует уже новое пространство – четырёхмерное. Пространство в таком представлении становится мнимым, а потому и величины, его характеризующие, также являются мнимыми. Если же мы актуализируем пространство, то тогда время становится мнимым. В силу того, что метризация пространства и времени тождественна, мнимость присуща им обоим. Ведь в этом случае проявляется полная симметрия по отношению друг другу пространства и времени, которые образуют единый объект, называемый пространством – временем. А это в свою очередь приводит к рождению четырёхмерных тел, которые называют гипертелами.

Кроме все того, что мы уже высказали выше, в таком представлении происходит и актуализация самой материи, которая (и мы это показали) является основой при построении теории гравитации. Материя также как и заряд, изменяет окружающее пространство, искривляет его. Это искривление и создаёт силовое воздействие на другие материальные тела. Именно эта аналогия заряда и материи приводит А. Эйнштейна к идее о том, что все можно описать и объяснить через понятие поля. Это приводит его к идеи построения общей теории поля. Перевод идеи в лоно количественного описания этого представления, приводит к тому, что для реализации построения общей теории гравитации необходим и новый математический аппарат его описания. Для этого А. Эйнштейн использует тензорную алгебру, основу которой составляет математическая теория матриц. С помощью тензорного представления стало возможным описание кривизны пространства. Движение материи в поле тяготения стало представлять собой не движение по прямой, а движение по кривой линии, называемой геодезической. Но как оказалось использовать понятие геодезической линии для объяснения движения Луны вокруг Земли ничего не дало, сверх того, что уже дала теория гравитации И. Ньютона. Но удалось более точно рассчитать смещение перигелия орбиты Меркурия. Качественного объяснения самой гравитации эта теория так не дала. Но классическое представление гравитации было изменено на полевое представление гравитации, что означало переход от абсолютного и неизменного к относительному и изменчивому в понимании гравитации. Такой подход в описании и объяснении гравитации позволил рассматривать конкретные виды космической материи путём выявления её различных видов, которые задавались тем или иным видом метризации пространства и времени, что привело к возникновению множества моделей космических образований, таких как вселенные, к которым относятся однородная, инфляционная, расширяющаяся и т.д. вселенные, космические объекты, к которым относятся квазары, пульсары, черные и белые дыры и т.д.

Основным инвариантом релятивистской теории и общей теории гравитации является скорость света. Поэтому в качестве второго инварианта, второй основной константы, которую мы выделим из лона физической науки, является скорость света. В мире материи ей будет соответствовать свет, а её формой будет являться поле. Первой константой, выделенной нами, является гравитационная постоянная, которой в мире материи соответствует сама материя, а её формой является тело.

Рассмотрим два предельных случая и проанализируем, к каким результатам они приводят. В теории гравитации ( и об этом мы уже говорили выше) скорость света полностью “негирована “. Света нет, а потому это означает не что иное, как устремление скорости света к нулю. В пределе это означает, что света просто нет. Это есть состояние материи без света, а по шкале мер это есть “зануление”, или просто абстрагирование от света, путём полагания его значения равному нулю. Но света нет и в том случае, если возвести скорость света в нулевую степень. В этом случае мы получаем его меру, которая равна единице. Во всех остальных случаях (и это легко проверить) свет существует, являясь нам в виде сущего. Итак, мы установили, что света нет в тех случаях, когда мы устремляем скорость света к нулю или возводим скорости света в нулевую степень. Именно это приводит к возникновению вероятности как перехода из области света в область, где его нет. Этим указанным и выявленным нами предельным случаям соответствуют два значения, которые равны 0 и 1. А это и есть не что иное, как вероятность, а точнее её предельные значения. Сама же вероятность заключена между этими предельными состояниями, в которых наличествует свет. Оказывается, что мир находится именно в этой области, а потому его можно описывать и объяснять, используя понятие вероятности. Именно это приведёт к рождению новой механики, которую назовут квантовой механикой.

Анализ знаний о свете приводит к тому, что основным и главным инвариантом является скорость света. Эта есть универсальная константа, с помощь которой мы можем вывести и воспроизвести любое учение и явление, связанное с ним. Поэтому мы говорим о свете и его скорости как о световой механике, а о теории, лежащей в их лоне, как о “С – теории”.

1.3. Квантовая механика или h – теория.

Основу квантовой механики составляет принцип неопределённостей, который ввёл в физическую науку В. Гейзенберг. Проанализируем этот принцип, представив его математический вид в виде следующего соотношения:

x p> h (18)

Где: x – изменение координаты, p – изменение импульса, а h – постоянная М. Планка.

Рассмотрим предельный случай, взяв только знак равенства. Представим соотношение (16) в таком виде:

x m/ t =h (19)

В соотношение (17) входят меры пространства, времени и материи. “Негация” времени приводит к тому, что меры пространства и материи имеют значение численно равное постоянной М. Планка. Это есть некое минимизированное пространство, которое занимает материя. Его поэтому можно назвать местом. Время в этом случае снято, а актуализировано количество материи, а также то место, которое она занимает. Эти количества актуализированы в произведении, а не каждое в отдельности, а потому каждое из них выступает как некая самость. Вследствие этого мы можем говорить о том, что понятие протяжённости как расстояния переходит в понятие протяжённости как размеров уже самой материальной сущности. К этому нас приводит предварительный анализ принципа неопределённостей. Если же произвести “негацию” меры пространства и меры количества материи, то получаем следующее соотношение:

t/ x m =1/h (20)

Величина, обратная постоянной М. Планка, актуализирует время, численное значение которого имеет величину, равную приблизительно десять в 34 степени. А так как в основе наших представлений лежат понятия протяжённости и телесности, то эта величина также связана с протяжённостью. Перепишем соотношение (20) в следующем виде:

x m =h t (21)

Постоянная Планка в этом случае играет роль “переводчика” пространственной материи во времени. Это относится и к мерам, в которых представляются эти величины. Но для полного анализа принципа неопределённостей нам необходима формула М. Планка, которая связывает энергию и частоту излучения тела. Она имеет следующий вид:

      E=h (22)

Где: E – энергия кванта, – его частота.

Но величина, обратная частоте излучения, есть не что иное, как время излучения, а потому соотношение (22) можно представить ещё и в таком виде:

      E=h/T (23)

Где: T – время излучения.

Постоянная Планка переводит величину, обратную времени излучения, в энергию излучения. С точки зрения частоты излучения, постоянная М. Планка переводит частоту излучения в энергию излучения. Следовательно, чем чаще излучает тело, тем больше и его энергия. Но здесь возникает вопрос: все ли тела излучают энергию. Оказывается, что все тела излучают энергию. Ведь видимое излучение не говорит нам о том, что других видов излучений просто не существует. Тепловое излучение мы не видим, но тела излучают тепло, которое также является одним из видов энергии. При учёте формулы М. Планка принцип неопределённостей принимает следующий вид:

x m/ t = ET (24)

В соотношении (24) присутствуют два вида времени, одно из которых означает время движения кванта, а другое – время его излучения. Если отождествить их, то мы получаем не что иное, как кинетическую энергию, движущегося кванта. Но оказывается, отождествить их мы не можем. Эти времена различны в том смысле, что одно из них определено по отношению к материи как кванту, который движется в пространстве, а второе – по отношению к материи, как некому состоянию. Это её состояние есть внутреннее состояние, которое не имеет своего внешнего представления в пространстве. Если вынести это время на пространство используя метафизический метод, то мы просто не сможем ему ничего сопоставить, кроме времени движения самого кванта. Оказывается, энергия движения не есть энергия излучения, а потому понятие энергии в этом случае уже не применимо. По отношению к излучению эту энергию интерпретировали как “живую силу”. Такая её интерпретация связана именно с тем, что энергия самого тела есть энергия его существования, и если её отобрать у тела, то оно просто перестанет существовать. Отсюда следует, что время – движение присуще материи вообще, а время – излучение только живой материи. Излучение является более конкретным видом движения материи, её внутренним атрибутом. Поэтому можно сказать, что целостность материи проявляет себя как с внешней, так и с внутренней стороны, которая есть сама энергия, а её движение – излучение.

Качественное различие времени излучения и времени движения состоит в том, что время движения есть время трансляции тела в пространстве, а время излучения есть время существования тела в том или ином состоянии, которые и составляют то, что мы называем временем его жизни. Поэтому классическое описание движения требует полагания материи как материальной точки, имеющей массу самого тела, но не имеющей времени жизни. Она представлена как некая вечно существующая сущность. В квантовой механике этой материальной точкой по отношению к излучению является квант. Говорить о движении кванта также бессмысленно, как говорить о покоящейся материальной точке. Поэтому принцип неопределённостей, применяемый к описанию движения кванта, это одно, а применяемый к самому кванту – это уже совсем другое. Именно на это указывает невозможность сведения времени излучения к времени движения кванта. Применяя его к самому кванту, мы можем сказать, что местоположение кванта определяется его координатой, масса – количеством материи в нем, а его время существования – энергией излучения, которое не может быть меньше значения постоянной М. Планка. Отсюда следует, что квантовая постоянная есть не что иное, как некое ограничение на существования материи в форме кванта.

В принципе неопределённостей равенство означает то, что материя находится в квантовом состоянии, в состоянии оформленности, поэтому это состояние материи мы и называем частицей. Это есть локализованное состояние материи, или её квантовое состояние. Поэтому квант есть локализованная энергия, которая занимает определенное пространство, имеющее определенную массу и время своего существования. Вследствие того, что пространство, занимаемое им, и пространство его движения отождествлены, локализация кванта при движении в пространстве также невозможна. Поэтому при своём движении квант “расползается” в пространстве, и мы не можем зафиксировать в какой точке пространства он находится в тот или иной момент времени. Но, кроме этого, квант есть и энергия определенного, занимаемого им места в пространстве, поэтому говорят о нем как о волновом пакете. В статическом состоянии мы имеем квант, а в динамическом – волновой пакет. Все это, конечно хорошо, но давайте рассмотрим случай, когда величина, стоящая в левой части принципа неопределённостей, будет меньше постоянной М. Планка. В этом случае мы имеем дело с внутренней областью кванта, а потому можем говорить о его строении или составе. Физическая наука совершает попытки проникновения в эту область, но с другой стороны; со стороны строения материи и вещества. Мы уже указывали на это, когда говорили о строении элементарных частиц и о их кварковой структуре. Но, как оказалось, не все частицы состоят из кварков. Есть и такие, которые не имеют внутреннего строения. Эти частицы назвали истинно элементарными частицами, к которым относятся электрон, фотон и нейтрино. Для объяснения структуры и строения элементарных частиц вводится понятие взаимодействия кварков, которое осуществляется посредством глюонных полей. Своего собственного движения кварки не совершают. Именно это говорит нам о том, что понятие протяжённости при рассмотрении структуры и строения элементарных частиц просто не имеет смысла и потому полностью себя исчерпало. Это связано и с размерами самих кварков, а также с размерами элементарных частиц. Ничего существенного в наше понимание мироздания данный подход не внёс.

Такое представление о кванте потребовало пересмотра математического аппарата объяснения его движения. Поэтому, как и ранее, снова возникла проблема, связанная с пересмотром представлений о пространстве и времени. Пространство и время квантовой механики стало вероятностным, а геометрия пространства стала разворачивается на пространстве Д. Гильберта. Хотя, как мы уже говорили, вероятность лежит ещё в лоне классической механики, но проявляет себя в более общем и явном виде в световой механике.

Анализ принципа неопределённостей на пространстве и времени приводит к вероятности не в её качественном, а в количественном смысле. Неопределённость положения и импульса тела не может быть меньше постоянной М. Планка. Поэтому проанализируем принцип неопределённостей с этих позиций, используя для этого формулу, выражающую принцип неопределённостей через импульс и координату. Если устремить изменение импульса к нулю, то получим неопределённость координаты. Это означает, что мы не можем определить, в каком месте пространства находится квант. Но устремление импульса кванта к нулю означает не что иное, как полагание его неподвижным. Квант в этом случае просто не движется, а потому может находится в любой месте пространства. В этом случае он обладает полной пространственной свободой. Определённость его в пространстве возникает только в момент его взаимодействия или излучения. Возможно его определение через рождение других квантов. Если провести “негацию” пространства в соотношении неопределённостей, то тогда происходит актуализация движения кванта. Квант в этом случае постоянно изменяет своё состояние, которое мы не можем зафиксировать. Ведь в импульсе все равно присутствует пространство, а потому мы и его не можем зафиксировать. Именно поэтому в принципе неопределённостей отражён вероятностный способ описания квантовой материи.

Во времени квант проявляет себя как волна, которая есть некая геометрическая “форма” энергии, которую он излучает. Поэтому на пространстве, квант проявляет себя как частица, имеющая массу, во времени, как волна, несущая определенное количество энергии. Пространственно – временные состояния кванта возвели в физической науки в ранг основного принципа, который называют квантово – волновым дуализмом. Для объяснения дуализма кванта была использована идея воздействия прибора на его состояние. Именно это воздействие прибора переводит квант из состояния частицы в состояние волны и наоборот. Так в лоне квантовой механики проникла идея механического представления материи, которая проявила себя в том, что на её поведение оказывает влияние механическое воздействие прибора. Но объяснить, как он на неё воздействует, так и не удалось. Ведь квант есть не что иное, как идеальный носитель поля. Реальные кванты, которыми являются электрон, протон, нейтрон, фотон и другие частички материи, непосредственно связаны с миром и тем, почему он такой, каким мы его видим, так и остались лежать в лоне своей потаённости. Об этом говорит хотя бы то, что все стремления объяснения и определения внутренней структуры и строения электрона так и не увенчалось успехом. Ни один из них не привёл к какому – либо результату в понимании его внутреннего строения.

Квантовая механика только заостряет проблему мироздания, которую мы описываем и познаем как в идеальном, так и реальном плане. Идея только “схватывает” мир в определенном единстве, порождая наше представление о нем, как о идеальном, модельном мире. Но реальный мир порождён множеством материальных сущих, которыми являются природные реальности, а также происходящими с ними явлениями. Чем отличается реальный мир от построенного нами идеального мира? До сих пор эта проблема является для нас как познающих, камнем преткновения, который пока нам не по силам не только раскусить, но даже расколоть силой своего разума. И это связано скорее с тем, что сам разум представляется нами как нечто механическое и идеальное, а не природное, порождённое всем ходом эволюции нашего развития и изменений, которые происходили ещё и с нами. Предельная формализация природы привела к тому, что мы постоянно вращаемся вокруг одних и тех же идей и понятий, хотя изменяем их, придавая им статус новых, ранее неизвестных нам понятий и идей, осуществляя это путём изменения имён, которые не есть изменение понимания самой их сущности.

Анализ принципа неопределённостей указывает нам на то, что также, как и в классической механике, в ней сконцентрированы в некое единое целое наши представления о материи, пространстве и времени. Так в квантовой механике этим единым является квант, а в классической механике – материальная точка. Квантовая механика показывает, что колебание этих мер имеет границу, которая выражается величиной постоянной М. Планка. При значениях меньших постоянной М. Планка мы ничего не можем сказать ни о пространстве, ни о времени, ни о самой материи. Поэтому мы говорим, что основным инвариантом квантовой механики является постоянная М. Планка, а саму теорию называем ”h – теорией”. Ведь именно через неё можно воспроизвести все наши представления о мире квантов.

1.4. Тепловая механика, или k – теория.

Тепловая механика включает в себя термодинамику, МКТ – теорию и статистическую механику. Их единство проявляется в том, что все они предназначены для изучения и объяснения тепла.

Мы проведём анализ тепловой механики в целом, а не отдельный анализ каждой составляющей её части. Для этого выделим и объясним основные моменты учения о тепле. Анализ начнём с основного понятия тепловой механики, которым является количество тепла, или количество теплоты. Количество тепла, теплоты определяется по следующей формуле:

      Q=cmT       (25)

Где: c – удельная теплоёмкость, m – масса тела, а T – изменение температуры.

Эта формула определяет количества тепла, которое можно передать телу, изменив его температуру в результате нагревания. Но его считают ещё и тем теплом, которое может отдать тело при изменении своей температуры, но уже путём его охлаждения. Температура в соотношении (25) есть характеристика не самого тела, а его состояния, хотя многие считают её характеристикой самого тела, и определяют её по отношению к состоянию уже некого другого тела. В этом случае тепло выступает в качестве характеристики одного тела по отношению к другому, а потому это их отношение понимают как тепловое взаимодействие тел. Если мы разрушим тело, то оно отдаёт свою энергию, а потому эту энергию можно назвать собственной энергией тела. Поэтому мы не говорим о взаимодействии, как о передачи тепла, которую фиксируем с помощью понятия температуры, а об изменении состояния тела или же о изменении его формы. Тепловое взаимодействие тел, точнее, переход тепла от одного тела к другому мы характеризуем их температурой, которая определяет их состояния по отношению друг к другу, как тепловые состояния, что приводит к появлению и возникновению понятий более горячего и менее горячего тела. Введение этих понятий приводит к тому, что тепло может течь от более горячего тела к менее горячему, и это происходит до тех пор, пока температуры тел не сравняются.

Проанализируем соотношение (25), предварительно представив её в следующем виде:

      Q/Т =cm       (26)

Анализ проведём, используя метод “негации”. При “негации” температуры мы получаем количество тепла, которое имеет само тело. Это тепло выражено в виде произведения удельной теплоёмкости тела на его массу. Произведение этих величин, положенное в лоно меры, даёт нам не что иное, как ёмкость (вместимость) тепла, точнее, указывает на то, сколько тепла может запасти в себе тело, имея массу равную – m. “ Негация” температуры означает, что количество тепла есть некая ёмкость тепла в теле, которая выражает себя через массу тела и тепло, которое в нем содержится. Это тепло связано с наличием в теле составляющих его носителей частиц, которые называются молекулами. Молекулярный состав тела стали называть веществом. Поэтому можно сказать, что по отношению к теплу тело проявляет себя как некое “вмести-ли-ще”, а потому чем больше масса тела, тем большее количество тепла оно может в себе содержать. Если мы проведём “негацию” вместимости тепла, то получим, что изменение температуры тела есть количество тепла. А это уже есть движение тепла, которое связано с изменением температуры тела. Именно такое представление о тепле привело к тому, что под движением тепла стали понимать особую форму движения материи, называемую теплородом. Так тепло было вынесено из лона тела и положено в пространство. Поэтому появилась возможность говорить о нем как ещё об одном виде движения материи. Одно тело передаёт тепло другому телу, тем самым осуществляется взаимодействие между ними. Тепло ведёт себя аналогично поведению света. Но в отличие от тепла, свет имеет конечную скорость передачи своего взаимодействия, чего мы не можем сказать относительно тепла. Направленность передачи тепла очень сходна с направленностью распространения света. Материальным носителем света является фотон, а материальный носитель тепла так и не выявлен, хотя им считают саму молекулу. Это связано с тем, что введение молекул как материальных носителей вещества не позволило использовать их в качестве носителей тепла, а потому тепло стали связывать не с молекулами, а с их движением. В связи с этим температуру трактуют как среднюю кинетическую энергию всех молекул тела. Она является средней статистической величиной, а потому усредняется по всем имеющимся в теле молекулярным скоростям. Молекула является носителем минимальной массы и не является носителем тепла. Тела под действием тепла достигая критического значения температуры изменяют не только своё состояние, но изменяют и свою форму, переходя в другие так называемые агрегатные состояния. Тепло становится тем, что изменяет вещество, переводя его из жидкого состояния в газообразное, из твёрдого в жидкое и т.д. Модель молекулярного строения тел стала одним из необходимых средств в изучении тепла, которая позволила выявить различные состояния материи и открыла путь к изучению её изменений. Все это следует только из анализа формулы количества теплоты – основного соотношения термодинамики.

Изучение внутреннего строения тел потребовало необходимости объяснения тепловых процессов с точки зрения пространства и времени. Наиболее очевидно это проявляется на примере изучения газа, существование которого связано с его молекулярными движениями, осуществляемыми в “пространстве” тела. А потому нам необходимо обратиться к движению молекул и проанализировать понятие скорости их движения. Скорость теплового движения молекул определяется как средний квадрат скорости или как среднеквадратичная скорость движения всех молекул тела. Причём оказалось, что скорость движения молекул изменяется в огромных пределах.

Энергия движения молекул связана с температурой, которая в свою очередь связана с теплом, передаваемым одним телом другому. Эту передачу тепла мы фиксируем через изменения температуры тела по отношению к другому телу. Если нет другого тела, то говорить о передаче тепла вообще не имеет смысла. Переход от изучения передачи тепла одним телом другому, к тому, что порождает тепло приводит к отождествлению тепла и внутренней энергии тела. А это в свою очередь приводит к тотальному полаганию тела, внутренняя составляющая которого порождается движением его молекул. Но для движения молекул необходимо пространство, в котором они могли бы совершать своё движение. Так в тело внедряется пространство, которое качественно не отличается от внешне положенного пространства. Введение в лоно тела пространства приводит к тому, что его уже можно моделировать молекулами, материальными точками, которые и совершают в нем своё движение. Так рождается модель идеального газа. Идеальный газ есть множество материальных точек – молекул, которые движутся и взаимодействуют между собой. Эта модель очень схожа с тем, что мы видим невооружённым глазом, направляя свой взор на звёздное небо, которое представляется нам в виде множества светящихся звёзд – точек. Различие их в том, что эти светящиеся точки движутся, мы же их видим неподвижными. Точно такую же модель мира использовал Р. Декарт при введении и объяснении понятия протяжённости. Материальные точки – молекулы взаимодействуют с другими точками – молекулами в результате чего происходит обмен энергией, и температура тела изменяется. Отсюда делают заключение о том, что энергия движения есть кинетическая энергия молекул, которая проявляет и выражает себя через температуру тела. Соотношение, связывающее кинетическую энергию тела с его температурой, имеет следующий вид:

mv/2=3kT/2       (27)

В соотношении (27) кинетическая энергия молекул есть ещё и внутренняя энергия тела, объяснить которую можно только через введение в лоно тела пространства. Ведь только по отношению к нему мы можем говорить о скорости движения молекул. В качестве этого пространства берут не внутреннее пространство самого тела, а среду, которой и замещают это внутреннее пространство тела. Самой подходящей средой для этого случая является воздушная среда или газ, а потому именно ею и моделируют пространство самого тела. Твёрдые тела и жидкости невозможно наделить пространством, потому для этого они просто не подходят. С точки зрения учения о движении молекул, мы ничего не можем сказать ни о твёрдых телах, ни о жидкостях. Поэтому мы говорим о них как о состояниях вещества.

Соотношение (27) связывает кинетическую энергию движения молекул, на что указывает средний квадрат их скорости, с внутренней энергией, которая выражается через температуру и степени свободы молекулы. Коэффициент, стоящий перед произведением постоянной Л. Больцмана на температуру, указывает на то, что молекулы имеют в пространстве три степени свободы, а на каждую их них приходится половина kT. Скорость является характеристикой всех молекул, а потому является усреднённой по их количеству. Если происходит изменение кинетической энергии, то мы фиксируем его через изменения температуры. Температура становится не характеристикой процесса передачи тепла, а характеристикой самого тела.

В физической науке считают, что отдельная молекула не является носителем тепла, но обладает степенями свободы в отношении к своему движению. Но мы же говорим о степенях свободы молекулы, которые входят в скорость, а через неё и саму температуру.

Скорость в тепловой механике определяют, используя следующее соотношение:

v= 3kT/m (28)

Где: m – масса молекулы, k – постоянная Л. Больцмана, T – температура.

Масса молекулы имеет порядок величины равной десять в минус двадцать шестой степени килограмм. Понятие скорости в тепловой механике отличается от её определения в классической механике. Скорость в тепловой механике не определяется через пространство и время, как это имеет место в классической механике. Проанализируем определение скорости путём подведения под него пространства и времени. Для этого представим соотношение (28) в следующем виде:

m =3kT t / x (29)

Если в соотношении (29) произвести “негацию” пространства, то получается, что предельное значение массы молекулы становится бесконечным. Но мы показали, что масса молекулы, наоборот, очень мала и к тому же определяется через температуру и среднее время движения всех молекул. В этом случае молекула есть некое динамическое образование, которое выражает себя через динамические характеристики, которыми являются тепло и время. Но само понятие массы требует статики и определённости в том или ином месте пространства.

Если же в соотношении (29) произвести “негацию” скорости, то мы получаем, то же самое: о чем уже говорили выше. Но в этом есть и некоторое отличие, состоящее в том, что исчезает среднее время движения всех молекул, что приводит к тому, что масса просто отождествляется с температурой: масса сама становится температурой. Вот почему мы можем, говорим о том, что тело есть “вместилище” тепла.

Представленный выше анализ показывает, что скорость в тепловой механике несёт в себе классический смысл. Более того, она определяется на основе механической модели, которую ввёл в физическую науку ещё Р. Декарт. Поэтому мы можем говорить не о скорости молекулы, а о скоростях всех молекул, т.к. только в этом случае, мы можем ввести в тепловую механику пространство и время. Укажем, что скорость в учении о теплоте несёт в себе некую проблему, которая проявляет себя в том, что качество пространства и времени в тепловой механике остаются просто неопределёнными. Поэтому в её лоно вводят качество пространства и времени квантовой механики, осуществляя тем самым отождествление этих двух механик. Введение классической скорости в различные теории приводит к тому, что все они строятся по аналогии с классической механикой, а сами модели опять – таки являются классическими моделями.

Проанализируем далее соотношение связи энергии и температуры, которое называют формулой Л. Больцмана.

E=kT (30)

Соотношение (30) связывает энергию и температуру тела. Коэффициент, называемый постоянной Л. Больцмана, играет роль “переводчика” температуры тела в его энергию. При “негации” температуры тепловая постоянная играет роль внутренней энергии тела, называемой ещё удельной энергией тела. Если произвести “негацию” энергии, то тепловая постоянная начинает играть роль температуры, которая связана с числом молекул, находящихся в теле. Это число молекул называют числом Авогадро, или числом Лошмидта. Оказывается, что величина, обратная тепловой постоянной, даёт число молекул в данном теле, точнее, в определенной мере его массы. Такое положение дел в учении о тепле приводит к тому, что в основе её построения лежит что – то отличное от тех оснований, которые использовались при построении классической механики. Но даже если ими являются пространство и время, то нам необходимо проанализировать тепло уже именно на них. Пространство и время тепловой механики являются статистическими. На это указывает тот факт, что мы рассматриваем тепло через движения множества молекул, являющихся его носителями. Если говорить точнее, то это означает, что мы просто не имеем носителя тепла, а потому идём на полагание и на отождествление носителя массы и носителя тепла. Вследствие того, что материальный носитель тепла так и не был выявлен, мы не можем говорить о пространстве и времени, в котором этот носитель может совершать своё движения, порождая через это движение тепло. Тепло в этой связи сходно с гравитацией в том смысле, что носитель гравитации также до настоящего времени так и не выявлен. Это означает, что статистический метод описания тепла в физической науке пока ничем не обоснован, а потому требует своего обоснования. То, что он есть и мы можем им пользоваться, это, конечно, хорошо, но понять сам переход и найти основания, а также обосновать идею статистики физическая наука в настоящее время просто не может. Но, быть может, он связан с вероятностью, и поэтому мы идём на отождествление квантовой и тепловой механик. Поведение большого количества частиц мы не можем описать с точки зрения вероятности, т.к. она имеет отношение не только к коллективному поведению частиц, но также к их индивидуальному поведению, а потому пришлось бы описывать множество отдельных частиц, а затем брать от них нечто среднее. Но можно не описывать индивидуальность, а брать вероятность этого огромного числа частиц. Оказывается, именно так и поступают в статистической механике. Вот отчего такое поведение частиц выделили в отдельную механику, которую и назвали статистической механикой. Вероятность и статистика, поэтому есть одно и то же в лоне количественного описания и представления тепловой материи. Оказывается, что качественного различия статистики от вероятности до настоящего времени просто нет. Это связано с тем, что мы не понимаем качество вероятности, точнее, не понимаем, откуда и какие основания нас привели к этому понятию. В лоне качества, они есть просто различные способы описания одного и того же, того, что мы и называем теплом. Поясним это на следующем примере. Тела состоят их множества маленьких частичек, которые называют тепловыми частицами – молекулами, или элементарными частицами, – квантами. Оказывается, что молекула состоит из квантов. Молекула есть целое, а квант – её часть. Поэтому описание целого и части ничем не отличается друг от друга, а потому разделив это целое на части, мы уже имеем дело с количественным рассмотрением этого целого. Мы описываем эту самую, но уже минимизированную целостность, которая и представляет собой как её некие части, используя для этого уже количественный подход. Поэтому в физической науке мы постоянно сталкиваемся с однообразность описания, как целого, так и его частей. В случае тепловой механики мы, как говорится, имеем это на лицо.

Основным инвариантом в тепловой механике является тепловая постоянная или как её ещё называют постоянной Л. Больцмана. Она является универсальным инвариантом тепла, с помощью которого мы можем воспроизвести все имеющиеся у нас знания о нем. Поэтому в качестве четвёртого инварианта мы возьмём тепловую постоянную, которая задаёт тепловую механику. Теорию, построенную на ней, мы называем k – теорией.

1.5. Анализ типологии физической науки.

Анализ физической науки начнём с оснований, которые выявил и положил в неё как основания Р. Декарт. Именно с выделением им оснований физической науки и подведение под них математики, начинается эпоха бурного развития физической науки, реализующаяся в лоне механического конструирования мироздания. Основу представления Р. Декарта составило понимание и выделение им из лона человеческого телесной субстанции, которую он полагает протяжённой и делимой, а также ещё и разумной субстанции, полагаемой им не протяжённой и не делимой. Первую субстанцию он связал с материей и телом, с тем, что и стало является познаваемым, а вторую субстанцию с тем, как осуществляется само познание; с помощью чего мы его и осуществляем. Второй субстанции соответствует разум, а потому он является ничем иным, как познающим. С познающим связано то, что мы и называем методом познания. Именно под него (разум) он и подводит математику.

Оказывается, что выделенные основания не есть то, что мы понимаем под типологией. Типологию физики выявил ещё великий Аристотель и положил её в виде четырёх первоначал, которыми являются земля, огонь, вода и воздух. Представим их на следующем рисунке:

Огонь Воздух

Вода Земля Рис.3.

Именно эти четыре первоначала составили типологию греческого физюса Аристотеля. В своей физике Аристотель представил их полный анализ. Но к ней мы вернёмся несколько позже, хотя будем, конечно, иметь и её ввиду. А пока рассмотрим, как использовали декартовские основания в физической науке. Укажем, что эти основания являются количественными основаниями нашего познания материи. У Аристотеля – это не основания познания, а первоначала самой природы.

Впервые использовал количественное описание материи в лоне её движения Г. Галилей. С помощью экспериментов он выявил, что падение тел, точнее их движение, зависит от пройдённого телом расстояния и времени, которое протекает, пока тело проходит это расстояние. Так он установил, что путь, пройдённый телом, тождественен (равен) квадрату времени.

И. Кеплер и Т. Браге решали проблему описания движения космических тел. Для описания тел они использовали математику и наблюдали за движением космических тел. Т. Браге составил таблицы движения космических светил, используя которые можно было соотнести их с тем или иным видом математических кривых. Это позволило И. Кеплеру выявить законы движения космических тел путём геометризации их движения. Так впервые удалось подвести под движение материи математику. Это означало, что движение тел можно геометризовать, представив в виде той или иной геометрической линии. Но понять, как и почему движутся тела именно таким образом, через геометризацию их движения так и не удалось. Эти проблемы движения удалось решить И. Ньютону и В. Лейбницу путём введения количества движения – скорости. Количество материи, которой является масса тела, к тому времени уже была известна. Об этом говорит то, что в своей основной работе И. Ньютон приводит формулу определения массы в самом начале своей книги, на самой первой странице, “Математические основания натуральной философии”. Масса определяется как произведение плотности и объем. Материя не изменяется, а только совершает движение. Определить то, что заставляется двигаться тела стало основной проблемой, решением которой занялся И. Ньютон. Он её блестяще разрешает путём введения в физическую науку понятия силы. Сила стала источником движения тел, а также и тем, что изменяет их движение. Но вследствие того, что тела совершают движение, она имеет отношение не только к движению тела, но и к нему самому, к его массе. Поиск И. Ньютоном источника силы привёл его к идеи изучения движение Луны вокруг Земли. Движение Луны вокруг Земли связано с тем, что Земля как – то действует на Луну, заставляет её совершать такое движение вокруг Земли. Она как бы притягивает к себе Луну, не давая ей оторваться. Но это означает, что при таком рассмотрении движения Луны мы берём в качестве центра мира и самого движения Землю. Система мира, центром которой является Земля, называется птолимеевской системой мира. Оказалось, что И. Ньютон положил в основу изучения движения геоцентрическую систему мира. Н. Коперник предлагает гелиоцентрическую систему мира, центром которой является Солнце, движение космических тел в такой системе совершаются вокруг Солнца. Именно используя эту систему мира Н. Коперника, И. Кеплер выявляет законы движения планет и космических тел. Но, как оказалось, восторжествовала все – таки геоцентрическая система мира, т.к. была подкреплена законами движения тел, которые выявил и представил миру И. Ньютон. Это привело к тотальному полаганию силы и породило направления поиска её новых видов. Сила стала той субстанцией, с помощью которой можно было описать весь мир. Так родилось силовое представление о мире, а потом и сам мир стал силовым.

Если рассмотреть типологию физической науки, то в силовом представлении мы имеем дело только с землёй, только с одним элементом типологии, который к тому же ещё положен тотально. Более того, этот элемент типологии несёт в себе уже вполне определенную форму, которой является тело. Земля из греческого первоначала превращается в тело, которое становится объектом – Землёй. Вследствие этого все элементы типологии несут в себе количественные атрибуты материи и становятся объектами. Так огонь становится Солнцем, вода становится материальной водой, или жидкостью, воздух – материальным воздухом, или газом. Типология Аристотеля, несущая в себе качественное состояние мира, превратилась в количественную типологию путём тотального полагания материи в её телесной форме, представляющие собой уже материальные (телесные) объекты. Земля как конкретное тело была вынесена из лона типологии и положена как тотальность в своей телесности. Поэтому в типологии Землю заменяет понятие тела. Представим эту типологию на следующем рисунке:

Свет Газ

Жидкость Тело

Рис. 4.

Появление этих онтологических сущностей связано с тем, что метод классической механики позволял определять, как рождается движение той или иной формы материи. Это приводит к появлению понятия рода в физической науке, которое несёт в себе то, что уже родилось. Так возникли переходные формы материи, такие как теплород, электрод, водород, флогистон, световод и т.д. и т.п. Эти формы материи позволили развить учение о строении тел, а затем и учение о строении вещества. Такое представление материи привело к тому, что для их описания стали использовать законы И. Ньютона. Переход от природы к роду привёл к рождению в его лоне вида, как составляющего его разнообразия. Отметим редукцию и самого понятия природа в понятие рода. Это есть уже количественное отражение понятий целого и части, составляющих некое целое. Определяющими особенностями вида стали является признаки предмета, которые отражали чисто внешние различие, сравниваемых между собой тел или предметов, а также и самих понятий. Вследствие того, что род является тем, что уже существует, что рождено, а вид то, что является нам, но может исчезать, его стали понимать как явление. Понятие явление стало нести в себе то, что может являться. Явления также стали изучать с помощью законов классической механики. Но рождающееся отражает в себе появление объективного и телесного, а являющееся – того, что появляется и исчезает. Поэтому можно сказать, что род связан с существованием в мире материи, а явление – с тем или иным её состоянием. Потому мы говорим о материи как о теле и о материи как о состоянии.

Успехи теории И. Ньютона в объяснении движения материи привели к тому, что универсальность силового подхода в объяснении и описании её движения была перенесена и на сами тела, а также на явления природы. Так с помощью силы стали объяснять электрические и магнитные явления, а также тепловые и световые явления. Познание этих явлений осуществлялось на реальных явлениях природы, к которым относятся молния, радуга, нагревание и охлаждение тел, смена дня и ночи, приливы и отливы и т.д. Применение силового подхода к изучению и объяснению явлений привело к тому, что их стали представлять как ту или иную форму движения материи. Вследствие этого многие виды взаимодействий в рамках явлений стали сходными со Всемирным тяготением, что привело к возникновению молекулярных, электрических, магнитных, световых и других видов сил. Подведение этих сил под силу Всемирного тяготения, а точнее, простое отождествление их с ней привело к тому, что эти силы стали математически ей тождественны и неразличимы с ней. После выявления сил природы, стало возможным описание и объяснение движение тел, которое осуществляется под действием этих сил. Так сила, являющаяся общей причиной движения материи, перешла в конкретный ранг описания движения различных видов материи. Это привело к рождению динамики материи, которую порождала сила. Второй закон движения стал основой метода описания движения тел под действием той или иной силы. Первый закон отражает в себе сам факт существования движения, а также, по отношению к чему может существовать само движение. Третий закон отражает в себе статику, т.к. движение в нем снимается с помощью понятия взаимодействия, которое осуществляется телами. Он есть способ отождествление любой силы с силой Всемирного тяготения, или с силой тяжести. Эти законы привели к рождению кинематики, динамики и статики классической механики. Поэтому методы описания и объяснения материи, а также её строения, строились на основе изучения движения, вследствие чего кинематика стала способом описания движения – статика – материи, а динамика – движущейся материи.

Сила Всемирного тяготения с учётом количественных характеристик Земли превратилась в силу тяжести, которая не только упростила описание и объяснение движение тел, но стала являться ещё и динамической силой. Динамика этой силы связана с тем, что в формулу её определения стала входит характеристика не только материи – масса, и протяжённости – расстояние, но и характеристика самого движения – ускорение. Сила тяжести имеет следующий вид:

      F=mg (31)

Где: m – масса, g – ускорение свободного падения.

Ускорение свободного падения определяется через массу и радиус Земли.

Введение силы тяжести привело и к тотальному утверждению геоцентрической системы мира. А это в свою очередь означает то, что объектом нашего познания становится Земля. Все взоры учёного мира были обращены на Землю, но уже не как на космический объект, а как на объект познания.

Ускорение свободного падения и сила тяжести стали той основой, с помощью которой можно было исследовать и описать различные виды движения земной материи. Космос отделился от Земли, а его познание отделилось от физической науки и привело к тому, что из её лона отпочковывается новая наука, называемая астрономией. Типологию астрономии образовали элементы, которые мы представим на следующем рисунке:

Звезды Туманности

Галактики Планеты

Рис. 5.

Отметим, что элементы типологии астрономии очень сходны с первоначалами Аристотеля.

Применение классической механики и динамической силы, которой является сила тяжести, привело к выявлению и определению множества других видов сил, которые создают все разнообразие движения тел на Земле. Они также проявляли себя в тех или иных явлениях природы. Понимание явлений природы стало возможно потому, что внутрь лона явления природы помещалась та или иная форма движения материи, через которую осуществлялось её изучение и познание. Явление в таком представлении стало выступать как материализованная форма проявления того или иного вида движения материи. Так, например, молнию стали связывать с движением зарядов, тепло – с движением молекул, свет – с движением волн и фотонов и т.д. Оказывается, что для изучения и объяснения движения необходимо выявить его некий носитель. В классической механике им является материальная точка – “маленькое тело”, частица, которая обладает массой. Такое представление движения привело к рождению способа моделирования движения через материю.

Поясним, с чем и что лежит в основе нашего моделирования материи и движения. Основу моделирования составляет наше абстрагирование от несущественных сторон познаваемого, тогда как моделирование есть утверждение самого существенного в познаваемом. Этим существенным является утверждение его тотальности. Так если мы берём и рассматриваем движение, то абстрагируемся от материи. Абстрагирование от материи приводит к тому, что мы представляем её как модель, минимизируя тем самым познаваемое до простейших геометрических объектов. Если же мы познаем и рассматриваем материю, то абстрагируемся от движения. В этом случае мы уже моделируем движение. Моделирование движения осуществляется простыми геометрическими линиями, которые представляют собой не что иное, как “течение” минимизированной материи, которое мы воспринимаем как её простую трансляцию. В конкретном виде это есть некое пробегание точки – массы по пространству, на котором она рисует геометрическую линию, которую мы и воспринимаем как траекторию движения тела. Такое представление познаваемого является необходимостью, а не нашими субъективными импровизациями. Мы идём на это потому, что не можем понять познаваемое как тотальность, несущую в себе свою самость. Поэтому используем для его познания нечто другое. Идя на сравнение одного познаваемого с другим только для того, чтобы отличить, их друг от друга, а ещё и для того, чтобы возник сам акт познания. Можно сказать, что познание есть такое состояние, в котором мы видим различие познаваемых. Это справедливо и в случае познания некой целостности, которую мы берём в виде составляющих её элементов. Именно по отношению к целому мы определяем различие его от некого другого, а также и его неких, выделенных нами частей. Мы сделали это небольшое отступление только для того, чтобы пояснить и показать, как осуществляется наше познание. А теперь продолжим анализ типологии.

Абстрагирование от материи приводит к тому, что мы тотально утверждаем движение. Но материя при этом не уходит в область потенциальности и потаённости. Поэтому она начинает проявлять себя в движении непонятным для нас образом. Так уже в рамках классического описания и познания мы имеем дело с неопределённостью, которая наиболее ярко себя проявляет в квантовой механике. В классической механике она “прячется” за свой основной атрибут – протяжённость. В квантовой механике, превращается в модель, которая выражена в виде так называемого принципа неопределённостей.

Первая физическая теория, представленная И. Ньютоном как учение о движущейся материи, была построена на основе новой типологической единице, которой стала является тело, или в определении И. Ньютона – натура. Мир небесных и земных тел, а также явления природы, приобретают телесную, натуральную форму своего выражения. Оставшиеся три элемента типологии – огонь, вода и воздух – также принимают телесную форму, но название их остаются прежними. Их материализация осуществляется через описания и познания явлений природы. Так материализация света осуществляется с помощью электрических и магнитных явлений, материализация тепла через газ, воды – через жидкость.

Учение о свете развивается в то же самое время, в которое происходит и развитие классического подхода описания явлений природы. И. Ньютон принимает в этом самое активное участие, выдвигая идею корпускулярной природы света. Х. Гюйгенс выдвигает новую идею о волновой природы света.

Физическая наука развивается в рамках только двух представлений о мире. Эти представления связаны с существованием двух систем мира – геоцентрической и гелиоцентрической. Но ничего существенного в объяснении и понимании самой природы света не произошло. Подведение математики под свет привело к тому, что возникла возможность управления его поведением с помощью устройств, которыми стали линзы и зеркала. Их появление связано с материализацией границ тел, на которых происходит изменение его поведения. Геометризация границ и последующая их материализация привели к появлению линз и зеркал. Так возникла практическая сфера применения света, которая ознаменовала собой развитие световой техники. Сам свет стали понимать, с одной стороны, как поток частицы, а с другой – как волну. Поэтому свет стали рассматривать как волну, в его тотальном полагании. Но в силу того, что развитие получила теория И. Ньютона, наше познание самой природы света осуществлялось очень медленно. Это связано с тем, что свет “ушёл” в лоно своей потаённости, а потому его развитие стало совершенствоваться в направлении его представления как некого потока частиц, который был положен тотально по отношению к его волновой природе. Это привело к рождению учения о свете как о потоке частиц и как учении о его волновой природе. Независимость описания этих двух представлений природы света связана ещё и с тем, что под их изучения и описания был подведён различный математический аппарат.

Но, кроме этого, развивается учение о теплоте, которую стали рассматривать как тепловую форму движения материи. В лоне учения о тепле выявляются количественные величины, характеризующие тепло. Ими стали количество теплоты, температура, количество частиц, удельная теплоёмкость и т.д. Тепловая материя полагалась невесомой вследствие того, что все попытки материализации тепла так ни к чему не привели. Даже не спасло отождествление тепла с материальным носителем тела – молекулой.

Тепловая форма материи также полагается тотально и изучается независимо от других форм существования материи. Параллельно учению о тепле развивается учение об электрических и магнитных явлениях. Электрические явления изучаются на основе природного явления – молнии. Электрические и магнитные явления начинают рассматривать независимо друг от друга. Для их объяснения и описания используются методы классической механики. Но их применение очень быстро себя исчерпывают на этих видах явлений природы. Физика явлений через материализацию и моделирование совершает переход от телесной формы к вещественной форме материи. Это приводит в тому, что явления природы овеществляются, становятся “вестниками” того, что содержит в себе та или иная телесная форма. А то, что не имеет формы и не овеществляемо, назвали полем. Вещество и поле становятся видами материи, а чуть позже и формами её существования. То, что поле невидимо, также очевидно как то, что вещество является видимой формой материи. Вещество потому есть то, из чего состоит телесная форма материи. Оказывается, что поле также является составляющей, входящей в телесную форму материи, но определяя форму через пространство, мы определяем вещество через материю, которая содержится внутри этой формы. Это приводит к возникновению понятия формы и содержания уже в лоне количественного описания и познания как материи, так и самой природы.

Открытие и изучение газов, привело к тому, что идея материализации воздуха породила представление о веществе не как о том, что составляет то или иное тело, а как о том, что может переходить из одного своего состояния в некое другое состояние. То же самое происходит, имеет место и по отношению к воде, или жидкости. Все это связано с тем, что при сообщении определенного количества теплоты вещество переходит из одного состояния в другое. Это привело к рождению учения о агрегатных состояниях вещества. Вещество стало той формой, с помощью которой мы могли бы удерживать переходы тела из одного состояния в другое. Так центр познания от телесной формы материи переместился к веществу, а точнее, к его конкретному виду – газу. Но параллельно с ним все ещё развивается и углубляется учение о электрических, магнитных и световых явлениях. Создаётся математический аппарат описания электрических и магнитных явлений, а также волновая теория света. Но учение о тепле становится центральным. Именно здесь происходит открытие закона сохранение энергии и разрабатывается учение о тепловых устройствах и тепловых машинах. Возникают дифференциальные и вариационные принципы описания движения материи. Но, все ещё господствует метафизический метод познания.

Через тепло, путём выявления его способности совершать работу, удалось установить изменения, которые происходят с тем или иным состоянием тела. Так рождается учение о движении тепла – термодинамика. Установление эквивалентности тепла и работы привело к рождению закона сохранения энергии. Заметьте, что мы говорим не о явлениях, а о процессах. Тепло стало “работать”, и это составило основу конструирование устройств и машин, способных совершать работу за счёт поглощение тепла. Тепло, совершая работу приводило, в движение механические устройства и машины. Выявление и изучение механического эквивалента тепла стало основой, с помощью которой осуществляется перевод тепловой энергии в механическую энергию и механической энергии в тепловую энергию. Единичной мере тепла была поставлена в соответствие определенная мера механической энергии, выраженной количеством совершенной работы. Под механической работой стали понимать работу, которую совершает тепло над газом, который совершает её при своём расширении и сжатии. Мы здесь говорим о работе, которая определяется через произведение давления на изменение объёма. В тепловых машинах все это представлено уже в материализованном виде, которыми являются элементы и части тепловой машины. Основными элементами тепловой машины является нагреватель, рабочее тело и холодильник. В рамках учения о тепловых машинах работа и тепло отождествились, но и то только в лоне количества. Работа тепловых машин стала возможна ещё и потому, что с помощью термодинамики удалось выявить направленность тепла, которая связана с его движением от более нагретого тела к менее нагретому. В тепловых машинах рождение движения связано с тем, что материя в процессе совершения работы просто уничтожается. Механизм создания движения требует затраты, уничтожения материи. Но это присуще не только тепловым механизмам. Любой механизм является устройством, которое преобразует материю в движение, путём её уничтожения. В реальных явлениях не происходит уничтожения материи. Происходит её переход из одного состояния в другое. Обратный процесс приводит к тому, что мы приносим в жертву движение, чтобы получить материю. Уничтожая движение, мы получаем материю. Если мы не различаем виды движения, то мы не можем различить и виды материи. Именно так обстоит дело с движением и материей в физической науке и на сегодняшний день. Это имеет отношение и к физике элементарных частиц. Частицы различны, а движение, которое они совершают, одинаковы, а потому различие самих частиц связаны только с различием их масс.

В явлениях, связанных с теплом, телесной формой материи является вещество. Вещество выступает уже в конкретном виде как по отношению к материи, так и по отношению к её форме, которым является тело. Тело является веществом с точки зрения своего строения того, что в нем содержится, как форма, оно есть материя, являясь содержанием этой формы. Поэтому тело выступает как форма материи, состоящее из вещества. Вследствие чего вещество и определяют как дискретное образование, имеющее массу покоя.

Далее типологию физической науки уже образуют явления, к которым относятся электричество, магнетизм, тепло и свет. Виды этих явлений содержат в себе реальные явления природы, которые есть уже сами природные реальности. Но оказывается, что их не очень много, а потому можно представить в виде типологии, которая очень сходна с типологией Аристотеля. Типологию, указанных выше явлений, представим с помощью следующего рисунка

Свет Тепло

Магнетизм Электричество

Рис. 6.

Такое представление элементов указанной выше типологии связано с тем, что для их изучения и познания вводятся уже некие материализованные носители. Так для объяснения тепловых явлений и самого тепла вводится понятие молекулы, электрических – заряд и его конкретный носитель электрон, магнитных – движущийся заряд, световых – волны или фотоны.

Вследствие того, что явления есть определенные состояния материи, а потому и самой природы, они тотально динамичны. Для их понимания вводится статическое представление, выраженное в понятии рода. Явления в статике представляют собой формы материи. Представим их на рисунке.

Светород Теплород

Магнитород Электрород

Рис. 7.

Типологические единицы, представленные на рисунке есть некие переходные состояния и самого нашего познания. Но это есть и переход от явлений природы к её материализованным субстанциям, которыми станут позже просто материальными объектами. Это подчёркивают имена элементов типологии в которых отражено качество рождённого, а не рождающегося. В рамках рода, его существующее разнообразие выражается через понятие вида, позволяющий выявить видимые различия, которые несут в себе те или иные материальные объекты. Этими объектами являются тепло, электричество, магнетизм и свет. Позже произойдёт их минимизация и материализация, которая будет уже отражать себя через понятия молекулы, электрона, тока и фотона.

Понятие рода стало нести в себе уже идею формы материи в её неком конкретном виде, а вид – идею самой материи. Так совершается переход от идеи в её всеобщности к идее в её конкретности. Более того, понятия рода и вида несут в себе только количественные атрибуты познаваемого, обращённые на конкретное: на конкретную целостность, которую назвали объектом. Если же положить род и вид как тотальности, то мы говорим о них как об общем и как о частном. Ранее ими являлись понятия формы и материи. Если считать, что такого перехода нет, тогда мы имеем тотальности, существующие в виде рода, вида, формы и материи, но уже как тела. Теперь они представлены не в развитии и переходах друг в друга, в своей жизни, а в топосах как независимые и существующие раздельно друг от друга сущности. В топосах нет жизни и именно это говорит о том, что топосы есть статические образования, следовательно, они являются мёртвыми, вечными и неизменными.

При изучении явлений мы совершаем их материализацию путём полагания минимизированных статических форм, которые есть минимизированные “тельца”, имеющие свои собственные имена. Именно через них мы и осуществляем описание и познание явлений природы. Такое представление о явлениях природы позволило использовать при их описании классические аналогии. Так от явлений природы физическая наука переходит к тотальности взаимодействия, которое лежит в основе протекания того или иного явления природы, называемое процессом.

На этом этапе развития физической науки типологические элементы явлений были представлены мерами массы и заряда. Молекулы несли в себе свойства вещества, а заряды – свойства поля. Свойства самого вещества проявлялись через его молекулярный состав, а изменения состояний – через изменения в расположении молекул. Молекула стала выступать как наименьший материализованный носитель вещества, существующей в лоне количественного описания и познания, а заряд – как наименьший, материализованный, количественный носитель поля. Но как оказалось, величина заряда имеет наименьшее значение. Это наименьшее значение заряда назвали электроном. Молекула также играла роль минимальной массы, но эта минимальность отражалась и в её качественности – малости. В настоящее время вследствие того, что молекула имеет своё внутреннее строение, она уже не является наименьшей массой, т.к. её имеют ещё меньшие частицы, чем молекула, например, атом, ядро или другие элементарные частицы.

Поле обладает непрерывностью, не имея своей формы, но имеет минимальный носитель. Вещество обладает дискретностью, но имеет свою форму и минимального носителя. Поэтому нет конкретного носителя минимальной массы, т.к. в этом случае мы просто потеряем саму идею вещества и превратим её в идею поля. В этом случае мы просто отождествим понятие вещества и поля. Электрон один, в том смысле, что отвечает за конкретное явления природы, а молекул много, и они отвечают не за конкретное явления, а за всеобщность, которую несёт в себе материя.

Попытки описания поля с позиций вещества потерпели неудачу, хотя подведение под него силового описания привело к некоторому пониманию природы электрических явлений. Открытие явлений излучения и поглощения света и тепла привело к тому, что классический подход очень быстро себя исчерпал. Он привёл к резкому противоречию с результатами опытов. Более того, силовой подход, который использовали при описании взаимодействий между материальными носителями, представляющими то или иное явление природы, также не дал существенных результатов. Это привело к необходимости создания нового математического аппарата, который бы позволял описать и объяснить поведение поля. Этот математический аппарат создал Д. Максвелл, выразив основные характеристики поля в виде математических соотношений, называемых уравнениями поля. Оказалось, что в уравнениях поля константа, связывающая магнитную и электрическую характеристику поля, числено совпадает со значением скорости света, что привело к отождествлению света с электромагнитным полем, а синтез электричества и магнетизма к тому, что свет стали понимать как электромагнитное поле. Но когда и при каких условиях тела могут излучать свет оставалось загадкой. Выявление условий излучения света явилось одной из основных проблем физики электромагнитных явлений. Решение этой проблемы связано с переносом нашим представлений с Земли на Солнце, являющееся источником излучения света. Решением этой проблемы занялся А. Эйнштейн исходя из того, что раз Солнце излучает свет, то тогда его могут излучать и сами тела. В таком представлении все тела становятся источниками света. Поэтому А. Эйнштейна строит теории движения материи в телесной форме при условии, что скорости тел равны скорости света. Так возникает и рождается релятивистская теория движения материи. Релятивистская механика строится на основе типологического элемента, которым является тело. Конечность величины заряда как той субстанции, которая порождает поле, приводит его к перенесение этой его конечности и на саму материю, представленную уже в форме тела.

Но параллельно релятивистскому учению о движении материи развивается учение о тепловом излучении и поглощении тел. Оно развивается на базе классических представлений Релеем и Джинсом, которые в рамках классических представлений пришли к проблеме “тепловой смерти”. Эксперимент показывал, что теоретические выводы Релея и Джинса не соответствуют поведению тел при излучении и поглощении ими энергии. Эксперимент противоречил теории и приводил к другому виду кривой излучения и поглощения энергии. Это противоречие разрешает М. Планк путём введения понятия кванта, который ограничил пределы возможной энергии на излучение и поглощение её телами. Но раз тела излучают и поглощают энергию, то тогда существует и её материальный носитель. Как оказалось, молекула не излучает свет, а потому не является источником света и не порождает его. Но попытка поиска такого носителя приводит к возникновению новой частицы, которая меньше молекулы, но которая может излучать свет. Так рождается понятие атома. Рождение атома есть некий переход от проблемы строения материи к проблеме её излучения. Ведь “маленькая масса”, которой является молекула по отношению к атому, не будет являться носительницей массы. Тогда под лоно молекулы подводится атом, а потому полагают молекулу, состоящую из атомов, тем самым подчёркивая, что молекула имеет сложное строение. То, что она имеет сложное строение, с помощью опытов подтверждает и Э. Резерфорд. Он выявляет, что атом имеет своё внутреннее строение. Так физическая наука в рамках описания и объяснения излучения возвращается к учению о строении вещества, которое выражено в том, что молекула имеет своё внутреннее строение. Строение атома Э. Резерфорд связывает с заряженными частицами, с электрической материей, считая, что атом состоит из ядра и электронов. С помощью введения атома удалось объяснить излучение и поглощение света телами. Объяснение и понимание, как и в каких случаях атом излучает свет, разрабатывает и представляет Н. Бор. Объяснить излучение атома с точки зрения классических представлений о материи и её движении было просто невозможно. Для описания и объяснения излучения и поглощения света, использовали энергетическое представление. Сила в этом случае просто не работала. Что касается самого атома, то он не мог быть представлен как статическая структура, а потому его представили по аналогии со строением Солнечной системы в виде динамической системы, приведшей к рождению планетарной модели атома.

Дальнейшее развитие физической науки происходит в направлении изучения строения вещества, что привело к открытию ядра атома, его внутреннего строения и останавливается на учении об элементарных и субэлементарных частицах.

А. Эйнштейн, исходя из релятивистской теории движения материи и теории излучения света, приходит к идеи, что все существующее в мире есть поле и его проявления. Так возникает идея построения общей теории поля, но уже на основе энергетического представления материи. Развитие физической науки показало, что эта попытка, предпринятая А. Эйнштейном, так и не увенчалась успехом. Но, она привела к изменениям наших представлений о пространстве и времени, и, более того, сами пространство и время стали в рамках этой объективности неким единым, пространственно – временным континуумом, или просто так называемым пространством – временем. Кроме этого, А. Эйнштейн впервые положил материю в пространство – время и стал рассматривать гравитацию как один из возможных способов проявление материальности мира. Оказалось, что этот способ, который он считал единственно возможным и единственно правильным, что современная физическая наука показала всем своим развитием, является просто одной из возможных попыток объяснения целостности и единства мироздания. Она привела к тому, что представление о пространстве и времени как едином объекте неразрывно связано с материей и её количественной характеристикой – массой. Дальнейшее развитие учения о поле и “перевода” его в “космос”, позволило выявить некоторые новые аспекты гравитации в рамках уже полевого представления о материи. Связать в единое гравитационную и инертную массы в рамках теории гравитационного поля так и не удалось в силу того, что количественные атрибуты материи не позволяли выявить новое качество гравитации в рамках учения о поле. Структура мироздания в рамках учения о поле гравитации стала представлять собой множество вселенных. Это привело к рождению её видов: инфляционной, однородной, стационарной, флуктуационной и других вселенных. Это есть тотальное утверждение и полагание одного из элементов типологии, которым стала являться вселенная. Космическая типология, или более точно, типология астрономии, очень сходна с типологией Аристотеля. Разница их состоит в том, что она есть типология объектов космоса, у Аристотеля типология является типологией качеств самих природных реальностей. В типологии астрономии удерживаются эти качества, которые вкладываются и в объекты, её составляющие. Именно поэтому эти типологии одинаковы, и эта их тождественность связана с тем, что качества их остаётся неизменным. Поэтому типология астрономии представляет собой статику, представлена только в виде своих объектов. Типологию Аристотеля составляют качественные и динамические элементы, представляющие собой природные реальности, которые способны не только порождать, но и создавать новые качественные представления о том, что мы берём в качестве познаваемого. Эти новые качественные представления связаны с тем, что природные реальности в своей динамики переходят друг в друга, изменяются и создают новое многообразие природы. В количественной типологии динамика вообще отсутствует, поэтому мы всегда имеем дело с тотально полагаемой сущностью.

Под типологией мы понимаем статические элементы физической науки, которые связаны только со строением и структурой материи. Отрыв типологии космоса от физической науки привёл к тому, что она лишилась выхода из своего лона в лоно космоса. Ведь именно в нем и через него (и мы это уже не раз показывали) мы совершаем своё восхождение от конкретного к всеобщему, которое в космосе приобретает не только свою всеобщность, но и становится статическим. Выделение астрономии в самостоятельную науку приводит к тому, что из лона физической науки исчезает гравитация и гравитационные явления, вследствие чего физическая наука теряет свой предмет изучения. Ведь именно через космос, мы изменяем свои представления о мире и о познаваемом, беря для этого ту или иную систему мироздания, через которое и осуществляем своё познание. Здесь мы имеем ввиду, геоцентрическую и гелиоцентрическую систему мира.

Анализ развития физической науки со стороны выявления её типологических единиц, а также и со стороны упорядочения её в тот или иной вид показывает то, что человеческая мысль “бьётся” в лоне природного многообразия, наделяя его то одним, то другим качеством, теми или иными именами или переходит от изучения одного познаваемого к другому. Если же взглянуть на это с настоящего времени, а в качестве типологии взять те основания, на которых она строилась и рождалась, то тогда можно обнаружить, что при всех её разветвлениях и перескоках от одного познаваемого к другому проявляется вполне чёткая закономерность её развития. Мы её покажем с ещё большей очевидностью при анализе методологии физической науки. Метод и познаваемое в физической науке, даже в настоящее время составляют некое единство, которое очень сложно расчленить, не внося в него субъективного элемента. Рассмотрим это подробно в анализе методологии.

Типология строения материи представлена следующими элементами, которые покажем на рисунке:

Поле Молекула

Квант Вещество

Рис. 8.

Эти элементы, которые мы представили (рис.8.), составляют типологию и современной физической науки. Она есть количественная типология, потому что в ней качество элементов типологии вообще не представлено. Качество в типологии, представленной на рис.8. полностью снято. Но это ещё не предельная типология физической науки. Предельную типологию составляют элементарные, материальные носители: молекула, квант, частица и волна. Мы не представили типологии моделей и их идеальные объекты, но, её легко построить, а также выявить, используя наш метод анализа типологии, основанный на первоначалах Аристотеля. Именно их качественность, позволит выявить и строить типологии как самой физической науки, так и составляющих её разделов. Мы же представили самый общий анализ и метод построения любой типологии физической науки. Оказывается, что в физической науке существует несколько типологий, но все они строятся с помощью одного и того же метода. Типология есть всего лишь элементы, которые изучает физическая наука. Этих элементов в ней очень много, а потому и типологий в физической науке также много.

Напомним, что самую общую типологию физической науки мы представили в рамках развития физической науки. Напомним, что её составляют следующие элементы: природа, движение, материя и форма. В типологиях, которые мы представили, не присутствуют природные реальности. Но мы должны понимать, что именно движение в них приводит нас к познанию и выделению новых типологий, которые приближают нас к типологии природных реальностей. Оказывается, что природные реальности не образуют типологии, а потому строить метод их познания на типологиях просто не имеет смысла. Мы представим метод познания природных реальностей, который кардинально отличается как от метода познания путём представления физической науки в виде той или иной типологии, так и от тех методов, которые мы будем анализировать в следующей главе. А потому рассмотрим методы физической науки и методы самого нашего познания. После чего соотнесём их с самими природными реальностями и оценим на сколь глубоко они позволяют нам описать, изучить и понять уже сами природные реальности.

1.6. Анализ методологии физической науки.

Методология физической науки начинается с разработок великого Аристотеля, выделившего познаваемое и определившего его как физюс. В своей физике, Аристотель говорит о двух методах познания, один из которых имеет непосредственное отношение к физюсу, или природе, а второй – называет метафизикой. С помощью так называемого им научного метода познания выделяются основные элементы познания, которые необходимы при исследовании природы. Аристотель выразил это в своей физике следующими словами: “ …поэтому надо идти от вещей,[воспринимаемых] в общем, как составным частям; ведь целое скорее уясняется чувством, а в общем есть нечто целое, так как общее охватывает многое наподобие частей.” Метафизика изучает неподвижное и неизменчивое, а физика – подвижное и изменчивое. Но если мы рассматриваем типологию физической науки, то мы говорим о неизменном и неподвижном, которое и принадлежит лону метафизики. Отсюда следует, что физике принадлежит изменчивое, которое и является методом, который Аристотель называет научным методом познания. То, что этот метод Аристотель назвал научным, можно поставить под сомнение вследствие того, что о нем упоминается только один раз и только в самом начале его “Физики”. Мы не будет исследовать этот вопрос и у нас не стоит такой цели, но из анализа метафизики вам станет понятно, мог ли вообще Аристотель говорить о научном методе познания. Но если познаваемое не изменяется, например, полагается тотально, то тогда познаётся оно не с помощью научного метода, а с помощью метафизического метода познания.

Именно у Аристотеля мы впервые сталкиваемся с парадоксальной ситуацией, которая возникает в нашем познании. Она связана с тем, что, осуществляя познание, мы просто отождествляем метод познания с самим познаваемым. Тотальное полагание познаваемого означает, что оно становится статическим и неизменным, познать которое, мы можем только в том случае, если отыщем метод, позволяющий нам раскрыть, а затем и познать его. А потому само познаваемое выступает как метафизическое понятие, а методом его познания является научным метод. Но если метафизика – это наука, то и у неё должен существовать свой собственный метод познания. Если же его нет, то тогда метафизику нельзя назвать наукой, т.к. тогда её лоно просто закрыто для нашего познания. Научный метод скорее есть метод познания не природы, а самого сущего.

Выделение основных элементов познания Аристотелем и их качественное описание составило основу метафизического метода познания. Метафизика как метод позволила Аристотелю выделить то, что является неизменным и непреходящим, а то, что является приходящим и изменчивым, он называет физюсом, или природой. Вследствие такого представление о познаваемом метафизику он определяет как учение о сущем, а физику как учение о природе. Поэтому Аристотель говорит о познании чувством – природе или физюсе, и познании “разумом” – сущего. Но понятия разума у Аристотеля нет, а потому создаётся впечатление, что все познание строится только в лоне чувственного восприятия познаваемого. Природа и сущее составляют основу его метафизики, полагаются тотально как статическое и динамическое в описании и познании. Именно у Аристотеля мы впервые сталкиваемся с метафизическим полаганием природы: первоначал, первоэлементов, первопричин, движения, материи, формы, сущего и т.д. – которые он рассматривает именно в динамике и со стороны их качества. Количественная сторона как природы, так и сущего, Аристотелем вообще не рассматривается, т.к. представляется ему как идеальное, а потому вымышленные и не соответствующее самой природе вещей. Аристотель говорит о познании, которое начинается с целого, а потом путём деления на части, путём выявления первопричин, первоначал, первоэлементов, мы осуществляем его познание. Деление целого на части также осуществляется в лоне метафизического метода познания, ведь сами части, рассматриваются независимо друг от друга и даже от самого целого. Это позволяет считать их некими целостностями или же составляющими новую целостность. Поэтому Аристотель выделяет категории метафизики, ограничивая их числом десять, которые исчерпывают человеческое познание в том смысле, что через них можно выявить и описать все то потенциальное, которое имеет в себе как природа, так и сам человек.

У Аристотеля человеческое наделено природным, а природное – человеческим. То, что есть в человеке, есть и в природе, а потому это можно вынести из него и наделить им природу. Даже само понятие природы включает в себя то, что находится при рождении, то, что ещё не родилось. Выделение и выявление того, из чего рождается природное, составило основу введения им понятия физюса, или природы.

Метафизика как метод познания вместе с предметом изучению физики – природой и составили научный метод познания, в котором природа представляет собой предмет познания. Именно в методе познания проявляется вся гениальность Аристотеля, с помощью которого он полагает статические основания познания, составляющие категориальную базу нашего познания. В лоне предмета категории применяются для описания и понимания динамики познаваемого. Так земля огонь, вода и воздух положенные тотально в методе, в предмете, изменяются и взаимнопревращаются.

В отношении первоначал, первопричин, движения и т.д., Аристотель исходит из качественных оснований, при этом ничего не говоря об их количественных основаниях. Он использует в описании природы и движения понятие потенциального и актуального, показывая, как происходит и осуществляется актуализация потенциального. Даже понятие места у него имеет потенциальное и актуальное толкование. Вследствие этого мы называем метафизику и физику Аристотеля качественной метафизикой. Количественной метафизикой позже станет натуральная философия.

Следующий этап развития физической науки с точки зрения её методологии связан с работами Р. Декарта, который в лоне метафизики рассматривает количественные отношения между элементами познания. Поэтому о метафизике Р. Декарта мы будем говорить уже как о количественной метафизике. Количественное у Р. Декарта есть подведение под метафизику математики. Происходит снятие Р. Декартом аристотелевской чувственности и замещение её телесной разумностью. Так осуществляется переход в объяснении природы от потенциального к актуальному, в котором актуальное полагается уже в определенной форме, называемой телом. Это и есть объективизация познаваемого, переход из лона познания предмета к познанию объекта. Осуществляет это Р. Декарт с помощью введения понятия протяжённости, которое является ничем иным, как математизированным представлением вместилище тел, которое несколько позже И. Кант назовёт пространством. На этом понятии Р. Декарт строит своё количественное понимание мироздания, представляя его как множество точек, разделённых между собой некой протяжённостью. Это свободное “расстояние” между точками Р. Декарт и называет протяжённостью.

Кроме полагания телесности, протяжённости и делимости Р. Декарт подводит ещё и математику, считая её критерием истинности и достоверности знаний. Он разрабатывает метод, который позволяет установить эту их истинность и достоверность, назвав его методом дедукции. В рамках метафизического метода познания метод дедукции представляет собой некий частный способ познания, который приводит к замещению тотально положенного качества тотальным полаганием количества.

Статику количественной метафизике составляют понятия рода и вида. Вид остаётся, а вот природа редуцируется в понятие рода, выступающего как существующее, уже родившееся. В физике явлений мы показали это на примере различных форм материи, которыми являются светород, теплород, электрород и т.д.

Введение декартовой системы координат позволило представить мир как множество неподвижных точек, находящихся на различных расстояниях друг от друга. Кроме этого, с её помощью стало возможным описания движение тел, представляя числовые меры пространства и времени в виде линий координат. Это привело в свою очередь к тому, что пространство и время в мере, выраженные числом, стали является просто тождественными величинами. Их различием стало является простое различие единиц их измерения. Однородность мер пространства и времени позволила представить и саму форму тел, используя для этого геометризацию пространства и времени в виде линий и фигур, а не их алгебраизацию, основу которой составляет число. Физическое тело выступает как тело, которое имеет не только форму, но содержит в себе ещё и материю. Поэтому И. Ньютон при построении своей теории синтезирует движение и материю в единое целое.

Построение математической теории, основу которой составляет понятие силы, связано с тем, что И. Ньютон стал искал её в космосе. То же самое мы находим и обнаруживаем в случае анализа движения Аристотелем, источник которого он также искал в космосе. По отношению к физической науке это означает, что основу метода метафизики составляет выявление неизменного и статического, которое затем полагается в космос, становясь в нем неизменным и абсолютным. Поэтому мы можем говорить о метафизике космоса и гравитации. Построение любой физической теории начинается именно с космоса, а точнее, с полагания в него того, что мы берём в качестве всеобщего в познаваемом.

Гравитация и космос выступают в лоне физической науки как то, что “порождает” тот или иной вид познаваемого. Метод и теорию в их единстве мы назовём метафизикой гравитации. Статика космоса, как и его динамика, могут быть объяснены с помощью гравитации. Это легко установить, если подвести гравитацию под типологию астрономии, или как мы её ещё называли типологию космоса, элементами которой являются планеты, звезды, галактики и туманности. Метафизика гравитации включает в себя все учения и теории гравитации, построенные в рамках физической науки.

Теория гравитации А. Эйнштейна, в основе которой лежит энергетическое представление, в отличие от силового представления И. Ньютона, также входит в метафизику гравитации. В объяснении космических явлений использование понятие энергии позволяет глубже и точнее описать явления природы, связанные с гравитацией. Инвариантами метафизики гравитации являются скорость света и гравитационная постоянная.

Энергетический подход, основанный на понятии поля, позволяет объяснить, как рождается сила. Рождение силы связано с тем, что поле изменяется пространство – время, и это изменённое пространство – время мы и понимаем как силу. Но гравитация рассматривается как в силовом, так и энергетическом представлении, которыми являются телесная и полевая формы материи. Кроме этих представлений в физической науке развивается методология описания и познания строения и структуры вещества. Основу учения о строении вещества составляет тепло. За счёт изменения тепла происходит изменение не только состояние тел, но и их форма. В рамках учения о тепле развиваются два подхода, первым из которых, является термодинамика, а вторым – статистическая механика. Термодинамика строится исходя из классической механики, а потому несёт в себе силовой подход в описании и изучении тепла. Статистическая механика использует энергетический подход в описании тепла.

В рамках учения о тепле возникает учение об излучении и поглощении его телами. Классическая механика не в состоянии дать объяснение этим явлениям. Эту проблему решает М. Планк путём введения порции излучения, энергии, которую может излучать или поглощать тело. Так в физическую науку входит новое понятие, а вместе с ним и метод описания излучения, который называют учением о квантах. Квант есть количественное значение определенной порции излучения и поглощения энергии. Соотношение М. Планка, связывает энергию излучения с частотой колебаний частиц в теле и показывает переход частоты колебаний в энергию и переход энергии в частоту колебаний. Квантовая постоянная и осуществляет этот перевод количества энергии в частоту и наоборот. Тепловая постоянная осуществляет переход энергии в температуру и температуры в энергию, а потому тепловая постоянная есть некий предел, при котором энергию можно считать температурой, а температуру энергией. Но если температура тела становится большой, то тела излучают свет, как и само Солнце. Энергия излучения определяется квантовым поведением солнечной материи. Методы квантовой и статистической механики неразличимы с точки зрения пространства и времени, потому что в основе их лежит понятие вероятности, а не протяжённости.

Приведённый выше анализ показывает, что методологию физической науки также как и её типологию, можно представить аналогично представлению Аристотеля. В рамках количественного описания основным методом познания является механический метод познания, который мы назвали количественной метафизикой. Представим методологию количественной метафизики с помощью следующего рисунка:

Световая Тепловая

механика механика

Квантовая Классическая

механика механика Рис. 9.

Под механиками физической науки мы понимаем методы описания и познания элементов типологии, о которых мы вели речь в предыдущей главе. Методы, представленные на рис.9. более универсальные, чем способы описания конкретных материальных объектов. Оказывается, что они не имеют никакого отношения к описанию и познанию самих природных реальностей. Далее мы покажем, что к ним, указанная выше методология не применима. Если сравнить типологию физической науки с методами описания и познания, то легко обнаружить, что название методов отражают в себе название самих познаваемых.

Классическая и квантовые механики не соответствуют тому широкому и обобщённому пониманию, которое мы вкладываем в световую и тепловую механики. С классической механикой мы свяжем более общую гравитационную механику, которая (и мы уже это показали) позволяет раскрыть все многообразия происходящего в космосе. Квантовая механика обобщается и превращается в веполевую механику, являясь синтезом вещества и поля. Но синтез гравитации и света даёт нам квантовую механику. Если соотнести её с типологией Аристотеля, то квантовая механика соответствует элементу типологии, которым является вода. В силу того, что вода является природной реальностью, под которую так и не удалось подвести подходящую модель, она так и осталась чисто природной реальностью. Именно потому в квантовой механике появляется идея “живой“ материи, по всей видимости рождённая интуитивно, как представление о водной стихии, являющейся основой всего живого и самой жизни, о которой писал в своих работах и один из её создателей Э. Шредингер.

Мы осознаем, что многие учёные – физики понимают под методом нечто другое. Об этом свидетельствует то, что под методами они часто понимают просто ту или иную нашу способность познания, например, способность наблюдения понимается как метод наблюдения, способность экспериментирования и моделирования как экспериментальный метод и метод моделирования и т.д. Но почему – то никто из них не представил, как данный метод позволяет нам познавать. Так, например, говоря о методе наблюдения, никто не представляет нам, как его применять для познания, например, Земли, Солнца, космоса или чего – то другого. Если вы говорите о методе, то тогда, прочитайте работу Р. Декарта “Учение о методе”, в которой он говорит о методе как о последовательности действий, которые осуществляет познающий для того, чтобы познать то, что он берет в качестве познаваемого. Какова же последовательность наших действий в методе наблюдения или экспериментальном методе? Ведь нужно различать нашу способность к познанию от самого метода познания. То, что мы способны наблюдать и делать выводы из наблюдения, не даёт нам право говорить, а тем более констатировать, что это есть метод познания. Мы можем просто созерцать то или иное явление природы, наблюдать за ним, но назвать это познанием нельзя. Определение метода через способ есть замещение понятия метода понятием способа, которым является просто наша способность к познанию, а потому может не быть на самом деле познанием, а только чистым созерцанием. Именно об этом толкуют нам многие из учёных умов, подменяя одно понятие другим. Действительно, прав великий Г. Гегель, говоря, о том, что все, что мы познаем, стараемся перевернуть с ног на голову. Поэтому и познаем мир в его перевёрнутом виде.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.