Николай Бершицкий
Вечная Битва: Последнее правосудие. Книга 1

Пролог

Плотный мужичок поспешно шагал по аккуратной дорожке через сад, боязливо оглядываясь на свой дом, стоящий в двух сотнях метров по соседству с тем, куда он сейчас торопился. В его голове бушевали сомнения, однако три его знакомых фермера из округи, столкнувшиеся с подобной странной проблемой, советовали обратиться к людям из этого домишки, выстроенного под старину – обделанного камнем и деревом. Фермер Бишли глянул на висящий высоко в небе город, похожий на блюдо с фруктами, встряхнул головой, еще раз спросил «нужно ли мне туда?», и все-таки нажал на кнопку звонка у двери. Из коробочки с камерой, вмонтированной под кнопкой, раздалось шипение голоса, в доме завозились. Фермер нервно ломал пальцы, поглядывая то на ухоженный садик, засаженный преимущественно цветами, то на симпатичные занавески, висящие изнутри. Их повесили для красоты, не иначе, ведь наружные автоматические ставни имели несколько режимов пропуска света, и защищали дом от проникновения. Хотя на Валаре стараниями Лидера бандитизм почти полностью захлебнулся, а если и имел место, так только на летающих городах. Вниз спускались разве что рабочие, добровольцы на разные работы, среди которых были в большинстве простые и честные малые, да фермеры. Первые два обустраивали места для вторых, в поте лица трудились над преобразованием среды и почвы, а фермеры в свою очередь засевали безжизненную планету, возвращая ей утраченную душу.

Через минуту дверь поднялась, на пороге стояла девушка с пышными волнистыми русыми волосами и невероятными изумрудными глазами. Она держала в тонких изящных пальчиках стакан с соком, потягивая его через трубочку. Она наспех запахнула халат, пояс был слабо затянут. Бишли сделалось неловко, он стащил с головы кепку и поклонился, словно повстречал очень важную особу, продолжая без остановки двигать нервными пальцами, теперь он мял кепку.

– Это тут живет чета Лардов? – неуверенно поинтересовался он.

Девушка кивнула и выпустила трубочку из губ.

– А вы?..

– Я Бонке Бишли, фермер, – он ткнул всей пятерней на свою усадьбу. – Мы соседи. Правда, раньше не встречались, кажется…

– Да, мы пока не до конца освоились, не хотим мешать озеленению Валара. А что же вас привело?

На этот вопрос фермер ответил смущенным мычанием, долго в мыслях подбирал нужные слова, наконец, он выпалил:

– У меня проблема, которую, как говорят, можете решить только вы и ваш супруг. Это должно быть странно, сам не верю, что произношу такое… Знаете, у меня в сарае что-то завелось… что-то… Пара моих приятелей тоже с таким сталкивались, а потом пошли к вам. Возможно…

– Да-да, понимаю, – оживленно ответила девушка, – подождите тут, я позову мужа. Мы немедленно отправимся в ваш сарай, господин Бишли.

Она нырнула в дом, дверь опустилась, и все стихло на время.

– Ксандор, Ксандор, ты где? – позвала девушка, проходя через просторную светлую гостиную, уставленную легкой мебелью и прозрачными столами и стульями, отчего в ней словно становилось еще просторнее.

Ксандора, испытанного воина и героя Альянса Свободных Планет, не оказалось в тренажерном зале, где он частенько зависал, не давая телу утратить прежнюю силу, также и столовая пустовала. Девушка взбежала на второй этаж и почти сразу натолкнулась на широкоплечего супруга, весело улыбающегося и почесывающего щетинистый подбородок заветренной рукой.

– Ну как, Эли, сгоняем в Тигилон, как планировали? В новостях хвалили высшего генерала Нампа за успешную операцию по разгрому окруженной базы Легиона в секторе Симрина. Хочу взглянуть на этого доходягу, ха!

– А что, разве Ил’Алра не выбили берсерков из Симрины в прошлом месяце? Да ладно, тут к нам еще один.

– Еще один? – воин приподнял бровь.

– Ну да, еще один. Похоже, мы набираем популярность. Я пока не уточняла, кто и где вылез, но он ясно дал понять, что дело по нашей части.

– Ах, вот ты о чем! – рассмеялся Ксандор. – Ни минуты покоя. Если бы я собирался оставшуюся жизнь гонять чертей по хлевам, верно, тогда согласился бы на предложение Ра. Тогда погоди минуту, натяну жилет.

Он скрылся в комнате, из которой только что вышел, и вернулся через пару минут в военных ботинках, брюках, которые использовали десантники Альянса, надевая под броню, и в толстом жилете, поверх голого торса. На лбу висели солнцезащитные очки армейского типа – их бойцы Альянса использовали в не боевые часы, когда таскать на головах шлемы неудобно и неприятно, а солнце бьет по глазам. Его жена, Эландра, тем временем сама отправилась к гардеробу, где ее ждала белая безрукавка и эластичные коричневые штаны, служившие ей своеобразной униформой.

– И ведь уже года три прошло, так? А они все лезут и лезут.

– Что же, раны на Мироздании долго затягиваются, – привешивая к поясу кинжал, сказала Эландра. – Как бы ни старался Круг и даже Он, все вернуть в норму не вышло. Ну и для нас какое-никакое разнообразие, – она обезоруживающе улыбнулась и, похлопав по плечу супруга, пошла вниз по лестнице, маня его пальцем.

Бишли подпрыгнул от неожиданности, когда дверь вдруг беззвучно поднялась. Он чуть не порвал кепку надвое.

– Ну, показывайте, – добродушно попросила девушка.

Фермер осторожно, на цыпочках подкрался к распахнутой двери сарая. Из щели тянул ветер, пахло сеном и пролитым топливом (не вся техника в Альянсе еще перешла на энергетические генераторы). Потыкав длинным «паучьим» пальцем в створ, он побелел и отпрянул в сторону. Изнутри доносился шорох, скрежет когтей и попискивание. Можно было вообразить, будто там завелась громадная крыса, но чета Лардов отлично знала, с чем им предстоит иметь дело. И это их радовало.

Ксандор прошел первым и бегло осмотрелся, Эландра спровадила Бишли в дом, чтобы под ногами не путался, и пробралась следом. В руке воина уже создавался меч из зеленых схематических линий и клеточек, а в конце процесса его зеркальное лезвие поймало солнечный луч, упавший через окно у крыши, и запустило на стены зайчиков. Эландра выпустила из левой руки пять тонких инийских лезвий (наследство ее народа с планеты Продис). В груде коробок копошилось нечто размером чуть больше кошки, вниз свисал тоненький хвостик, заканчивающийся шипом. Жестами, выученными во времена службы на Вооруженные Силы, воин указал девушке обойти существо слева, сам встал у правой стены. Незваный гость не подозревал, что окружен, спокойно ворошил он блоки спрессованных удобрений, хихикая и пища что-то противным голоском.

Лишь в последний момент бесенок встрепенулся, вытащил голову из короба и перелетел на полки с аккуратно уложенным оборудованием. С грохотом все это добро посыпалось под ноги Эландре, она подпрыгнула, пытаясь схватить озорника, но бес ловко перескочил на трактор на гравиподушке – удобном заимствовании у Стального Легиона, – и начал кривляться. Ксандор запустил в него мечом и промахнулся.

– Ксандор! – возмутилась девушка. – Ты забыл, мы в чужой частной собственности! Никакой магии и минимум повреждений.

– Он эту дырочку в стене даже не заметит, – смеясь, отмахнулся воин.

Бесенок тем временем корчился, как только умел, издеваясь над своими ловцами, найдя в этом занятии веселое развлечение. Он перепрыгивал по полкам, роняя садовый инвентарь, гонял заблудших через открытые ворота кур, плевался и, набравшись наглости, выпускал в лицо Ксандору (в котором сразу учуял подходящую мишень для раздражения) облачка пламени.

– Я открою разлом, – шепнула девушка мужу, – а ты постарайся загнать его.

– По мне, так лучше ему шею свернуть, но пойди – поймай.

В очередной заход беса, воин изловчился, схватил его за хвост и отвесил крепкий подзатыльник. Эландра одновременно с этим выпустила перед собой светящийся шар, вроде тех огненных шаров, что паладины Светлых Орденов мечут в демонов, только он предназначался не бесенку. Попав в пространство рядом с Ксандором, снаряд взорвался небольшим кольцом света и белого дыма, на месте взрыва пространство раскололось, из полуметровой трещины вырвался красный свет и запах гари. Воин спешно затолкал беса в разлом – долго бы он его не удержал даже будучи очень сильным мужчиной, как не успел бы навредить негоднику. Бес недовольно заверещал, кроя обидчиков на своем особом языке, похожем на птичий щебет, однако назад протиснуться не успел. Трещина в момент захлопнулась, не оставив и следа.

Эландра научилась приоткрывать пространство, но делала это на ограниченное время, а сам разлом получался столь малым, что человеку пришлось бы карабкаться в него. Тут-то незадачливого странника миров и разрубило бы пополам. И, тем не менее, для охоты на бесов это подходило идеально. За последние полгода чета Лардов успешно спровадила домой в Преисподнюю больше пятидесяти этих гадливых созданий, кое-кого пришлось убивать. Существа крупнее беса встречались крайне редко, так Эландра могла бы припомнить только пару чертей низшего ранга и еще пяток каких-то недоразумений, обладающих, впрочем, прескверным нравом. Зато собственно бесы хорошо устранялись при помощи миниатюрных разломов.

Они вышли на яркий свет, Ксандор утер пот, успевший проступить на лбу в ходе борьбы с мелким вредителем. Бонке Бишли боязливо выглядывал из-за угла своего дома, разминая натерпевшуюся уже достаточно шапку так, словно собирался вылепить из нее пельмень.

– Все, друг! – Ксандор с силой хлопнул фермера по плечу, чуть не свалив его с ног, – больше этот чертяка тебя не потревожит, не припомню, чтобы они возвращались. А даже если опять возникнут проблемы, ты знаешь, где мы живем.

– С… с… спасибо, – залепетал Бишли, не на шутку запуганный бесом. – Сколько я вам должен?

– На пиво подкинь и сочтемся.

– Ксандор, – одернула его девушка. – Во-первых, ты, вроде как бросаешь который уже месяц, ты мне обещал, а во-вторых, некрасиво побираться, когда тебя офицерская пенсия и сбережения до конца жизни обеспечат.

– Во-первых, я не сказал, что не буду пропускать баночку пива после охоты на нечисть, а во-вторых, я оставил бумажник с картами дома. Мне нужно в город, по правде я не планировал заходить домой, но мы так спешно собирались. Акуан ждет…

– Да, конечно, я заплачу, – засуетился фермер, продолжая бормотать: вот тебе на, встреча с самим Лидером. Наверное, его тоже черти беспокоят…

– Ничего подобного, – отодвинула руку с кредитами Эландра. – Мы работаем за идею, оставьте деньги себе, господин Бишли, и не сочтите за грубость мой отказ. А тебе и я могу денег дать, – добавила она, обернувшись к мужу.

Охотно приняв несколько кредитов, которых вполне хватило на такси до Тигилона и обратно, а также на пару пива (впрочем, Ксандор рассчитывал, что старый друг Акуан не поскупится его угостить), воин махнул на прощанье и поторопился к крупному городу, раскинувшемуся почти в тени столицы. Города на поверхности стали строить недавно, когда вымерший Валар начал долгое и болезненное возрождение, и, конечно же, семья отставных высших генералов Альянса Свободных Планет решила не селиться слишком далеко от бывшего пристанища. Да и со сверхвоином-полиморфом Акуаном, взошедшим на должность Лидера после исчезновения Вондара Мудрого из повелителей ветров, они продолжали поддерживать самые теплые отношения. Правда, последний раз они видели Лидера больше месяца назад. Видимо, он связался с Ксандором, пока супруга ждала его к завтраку, прерванному Бонке Бишли, внизу.

Эландра добро улыбнулась вслед мужу, еще раз уверила спасенного фермера, что награда им не нужна, и вернулась домой, где ее ждала неожиданная встреча.

Глава 1

– Как жизнь, брат?! – наконец, после долгих крепких объятий и похлопываний по спине, спросил Акуан.

Внешне казалось, он совсем не изменился, превратившись в главу крупнейшего галактического государства, в чем Ксандор убеждался при каждой их встрече, хотя в душе чувствовал некоторые перемены. Касались они скорее его собственных взглядов, он уже не мог себе позволить беззаботно подурачиться и подтрунивать над другом, осознавая его важность.

– Прекрасно, чего таить, – воин присел на стул и пододвинулся к столику. Ресторан, выбранный для встречи Лидером, размещался на высоте небоскреба с широкой крышей, отдаленно напоминающей «гриб» тигилонского дворца, с той лишь разницей, что его «шляпка» была округлой и не могла на себе что-либо держать. Над рестораном также был накинут купол, только он играл роль декоративную, а еще отгораживал от ветра. Сам он был похож на кружевную салфетку и стоял на столбах, позволяя посетителям любоваться городом. А вид с вершины открывался красивый. – Поведай и ты, как нынче дела в нашем родном Альянсе? – позерским тоном спросил Ксандор, тут же вспомнив, что беседует с Лидером, и мысленно отругав себя за ребячество.

– Ты, наверное, слышал про наш успех на Симрине, – утвердительно проговорил сверхвоин. – Тирил Намп нанес сокрушительное поражение Легиону, теперь мы снова идем на Альфа-Белтар. Больше им не удастся выкручиваться.

– Чего же они берсерков возродили? – рассеянно спросил воин.

– Ш-ш-ш, тихо, – встревожился Акуан. – Ты сразу о Хаосе расскажи тогда. Я тебе позже кое-чего на эту тему поведаю, а пока мы мирно беседуем о вопросах насущных. Так ты мне толком не объяснил, как у вас все идет? Я Эландру уже почитай месяца два не видел, все ты один приходишь. Она ведь не в обиде, сама же уйти хотела?

– Что ты! – развеселившись, Ксандор откинулся на спинку стула, принял из руки подошедшего официанта бокал с пивом и мельком глянул на автомобильный поток внизу, пересекающийся один под другим, воздушные трассы черными змейками оплели весь Тигилон. И все-таки было так приятно вновь видеть город целехоньким и полным жизни, хотя с тех темных времен прошло уж года три. Иногда Ксандор жалел, что не попросил тогда у Ра забрать и его воспоминания.

– Пусть как-нибудь заскочит навестить, – размеренным голосом ответил Акуан, поднося к губам стакан с чистой водой – единственной пищей, в которой нуждался.

– Навестит. Она устала от суеты больших городов, любит подолгу возиться в саду или гулять в лесу поблизости. Высадили превосходный лес! – оживился незаметно для себя самого Ксандор. – Я бы никогда не поверил, что он не рос тут со времен сотворения планеты. И прижилось ведь отлично.

– Да, – довольно промурлыкал Лидер, осознавая и долю собственных заслуг в деле воскрешения Валара. – Мы только начали использовать новую модель ускорителя роста биомассы – УРБ 3.5, оркам такая игрушка и не снилась, хотя нельзя не отдать дикарям заслуженного уважения. Впрочем, не разнеси они той лаборатории в Третью войну и не своруй эту технологию, Альянс давно пользовался бы ею.

Акуан задумался, а Ксандор почувствовал нечто странное, словно не узнавал давнего боевого товарища. Раньше Акуан орков дикарями не звал, огаридгурцы, правда, действительно были теми еще варварами, но все же. На спрятанной под куполом, будто занесенным инеем, крыше стало людно. Солнце сильнее зарумянилось и спустилось уже на уровень домов-спиц с закругленными верхушками. Ксандор машинально взглянул на часы, Акуан уловил движение его глаз.

– Верно, – заметил он. – Будем потихоньку выдвигаться. Я отпустил аэромобиль, так что прогуляемся пешком. Вот столько жили здесь, а просто пройтись по улицам не было времени, – отстраненно добавил он.

– Размяться можно, хотя сегодня пришлось за «клиентом» побегать.

– Кстати, расскажешь мне об этом подробнее, – указал на друга пальцем Акуан. – У нас тоже есть интересные события, которые не стоит пропускать мимо внимания.

– Расскажу, не бойся. А тут до дворца рукой подать, – кивнул воин на высящийся в желто-красных небесах гриб. – Пожалуй, Эландра даже соскучиться по мне не успеет.

Они спустились на открытом стеклянном лифте, Акуан сразу свернул в маленький аккуратный сквер, лежащий через дорогу от здания. Все вокруг было таким чистым, белым, идеальным. Война с Хаосом осталась в прошлом, последние ее следы стерты из памяти смертных. Все настолько хорошо возродилось волею Всевышнего, что Ксандор сам мог бы усомниться в реальности страшных боев и жутких разрушений. Мог бы… но именно он никогда не забудет той войны.

Ксандор осмотрелся, но во всем парке находилось не больше двух-трех человек, да и те в отдалении. Какой-то мужчина в деловом костюме читал последние новости с зеленого прозрачного экранчика, вытянувшегося из его мультимедийного устройства. В дальней части сквера приобнявшись брела молодая пара. Набравшись смелости, воин ткнул товарища в плечо.

– Так чего там с железками? Почему их вернули? – прошептал он, улыбаясь от мысли о нелепости ситуации.

– А то не ясно, – развел руками Акуан. – Всевышний не заинтересован в войнах, он не принимает ни чьих сторон. В его задачу входило восстановление Мироздания до того, как Хаос на него обрушился яростью, насколько это возможно. Полагаю, люди, память которых стерли, даже не подозревают, будто что-нибудь может быть неправильно, а мы с тобой имеем неприятную возможности отмечать изменения. В частности, глянь туда, – полиморф ткнул пальцем чуть левее дворца. – Там должна была быть башенка, – пояснил он.

– Точно, – словно удивился Ксандор, – действительно, помню башенку. Ее всегда было хорошо видно, когда сидишь в офицерском баре у старины Бонса.

– Я там почти не бывал, в основном тебя выуживал, – с неуловимым упреком сказал сверхвоин. – Но башни нет, а я ее отлично помню. Это мелочи, такого добра по Вселенной наберется масса.

– Мелочи? – приподнял бровь Ксандор.

На этом он резко оборвался, заметив, что они поравнялись с парочкой, особенно никуда не спешившей. Буркнув что-то про птичек, воин еще ускорил шаг.

– Мелочи? – чуть тише переспросил он. – А что, есть последствия серьезнее?

– А как, по-твоему? Нет, брат, такие события бесследно не проходят. Ты же должен понимать, что активность нечисти не случайна. Сам тот факт, что большое количество демонов низших порядков бродит по мирам смертных должно вызывать как минимум недоумение. А у нас, служителей Чертога, это вызывает подозрения и опасения. Далеко не один Валар столкнулся с тем, с чем боритесь вы, ребята. В частности, идут тревожные сообщения от Серого трибунала с Плеора Пять…

– Кто такие?

– Помнишь двух лысиков и перекрытого мага, которые закинули нас в Ступню Всевышнего? Так вот они действуют под этим названием, у них там нечто вроде клуба или своеобразного мини-ордена. Неофициального, конечно.

– А почему Серый трибунал?

– Шут их поймет, думаю, как раз потому, что организация тайная даже для Чертога и порой позволяет себе вольности, действует из тени, так сказать. Я сам их недолюбливаю и приглядываю за их «работой», насколько возможно. Но иногда они могут оказаться полезными.

Сквер вывел их прямиком к дороге, по другую сторону которой раскинулась перед дворцом просторная площадь, обнесенная высоким забором из тонких прутьев, тем не менее, таящих в себе опасную ловушку – мощный заряд энергии, встречающий незваных гостей. Вдоль основной дорожки выстроились гвардейцы Лидера, сменяющиеся каждый час. Дождавшись момента, когда на светофоре загорелся зеленый свет, а стороны дороги, по которым только что шли наземные автомобили, перекрыли силовые поля, Лидер и его друг перешли на площадь и направились к дворцу.

– Короче, народ волнуется, – добавил Акуан после долгого молчания. Только зайдя в кабину лифта, он мог продолжить секретную беседу. – Мы пытаемся найти в этих случаях закономерность, до недавнего времени демоны, пускай и закинутые в нашу реальность, вели себя скромнее, теперь чего-то побесились. А недавно меня потревожил… попробуй угадать.

– Мало ли кто тебя потревожить может, ты ведь Лидер, – отмахнулся Ксандор, однако решит-таки выдвинуть предположение. – Хочешь сказать, Грома тоже вернули? Это было бы неожиданно.

– Нет, Грому каюк, – полиморф сделал трагическую мину и покачал головой. – Я о другом нежданном возвращении толкую. Вондар вызвал меня ментальным сигналом два дня тому назад, сегодня он должен выйти на прямую связь.

– Ого, наш властелин Света, – присвистнул Ксандор, в душе смутившись, ведь с ним и Эландрой Вондар вышел на контакт спустя пару месяцев после исчезновения. Он навещал их время от времени и даже научил трюку по высвобождению великой силы Света, позволяющей раскрывать больший потенциал. Маг принял решение Лардов уйти от дел, но подозревал, что далеко уйти у них не получится. А с Акуаном, значит, он до сих пор разговор не вел, эта ситуация показалась воину несколько неловкой.

– Точно. Очень удачно, что ты тоже здесь, будет правильно, если Вондар скажет то, что собирался и тебе. Я рассчитывал вытащить вас обоих…

– Я же говорю, Эли нужно отойти от этого всего. Да и навряд ли она захочет опять ввязываться в Битву. Я и сам не горю желанием, но, право, сидеть без дела бывает скучно. К тому же, что может случиться такого серьезного. Мы ведь уже всем рога пообломали, так?

– Разберемся, – невнятно ответил Акуан.

Они прошли от лифта по выстланному ковром круговому коридору до большой двустворчатой двери, за которой, как Ксандор прекрасно знал, находился Зал Правосудия. Двери, столько раз выбитые за последнее время, заменили на более монолитные, ради чего пришлось пожертвовать декоративностью. Раньше это были ворота старинного замка или храма, пусть и на механизмах, теперь же по распоряжению нового Лидера поставили обычные подъемные створки, какие обыкновенно перекрывают ангары, только меньшего размера. Выдержит ли укрепленная конструкция очередное вторжение Зла, сложно было сказать, однако, похоже, полиморф и не рассчитывал на его появление.

– Располагайся, – указал Лидер на стулья вокруг похожего на бублик стола, центр этого «бублика» занимало скопление длинных светящихся кристаллов, с потолка на них смотрели точно такие же.

Ксандор осмотрел отремонтированный Зал, прошелся к окну-стене, взглянул на город и только тогда возвратился к столу. Акуан тем временем направился к незаметному закутку в углу Зала, воин заметил зеленое, фиолетовое и красное свечение, отчетливо проявившееся в тени.

– Эй, брат! – окликнул он сверхвоина, поднявшись со стула. – Это же не то, о чем я подумал, чувак? Ты ведь не носишься с этой каменюкой?

Акуан вздрогнул, будто его уличили в воровстве, медленно повернул голову и неловко усмехнулся.

– А что тебя смущает? После того, как Нимар в наглую едва не стащил Камень душ у нас из-под носа, я перестал доверять всяким тайникам и системам защиты. Ведь гораздо надежнее держать подобные ценности при себе, – зачарованным взглядом он погладил три соединенных неведомой силой неровных светящихся изнутри разноцветным огнем камня, размером чуть меньше куриного яйца. Один был ярко-красным, другой имел глубокий фиолетовый цвет и последний Камень душ, который потребовал манидо Грин для победы над Владыкой Хаосом, светился мягким зеленым светом.

– Ты считаешь? – Ксандор сделал два осторожных шага к другу. – А по мне, так это даже опаснее, мало ли кто захочет поохотиться за силой Камня Мироздания…

– Ничего, ничего, – заторопился Акуан. – Пока я держу его при себе, он делает меня сильнее. А пока пусть полежит тут, – с этими словами он открыл хранилище, спрятанное в стене, куда и поместил Камни.

– Э-э-э, хорошо, – Ксандор почесал затылок. – Только ты это, осторожнее с такими вещами, тут все серьезно. А то недолго дойти до того безумия, которое накрывало порой Тетаэля. Тебе, кстати, лучше знать, как оно происходило. Вондар тебя за главного оставил в уверенности, что уж ты-то ничего из ряда вон не выкинешь…

– Не буду я выкидывать, – улыбнулся, возвращаясь к другу, Акуан. – К слову о Вондаре, скоро он должен связаться со мной.

Он замолчал и принялся настраивать плавающий в воздухе монитор. Ксандор в первый раз в жизни почувствовал себя неуютно в Зале Правосудия, но решил умолчать о своих сомнениях. Так давно он отошел от дел, казалось, будто целую вечность, что даже перестал воспринимать всю суету Вечной Битвы или Альянса как нечто, к чему имеет прямое отношение. Прошло минут пятнадцать, и действительно экран подал признаки жизни. Сигнал шел не через устройство, соединяющее источники связи, а словно ворвался откуда-то извне, из-за пределов привычной сети.

Воин расцвел в душе, увидев знакомое добродушное лицо Вондара Мудрого, мага-элементалиста, шамана и наследника расы повелителей ветров. Сейчас, пожалуй что, к его званиям прибавилась еще парочка. Вондар вовсе не изменился за прошедшие три года, да и срок это смехотворный. Те же морщины вокруг глаз, те же черные длинные волосы с проседью, в которые раньше были вплетены перья, косточки и ленты, последние, маг вытащил, перейдя на более высокий уровень. Только облачение его было не черным, как раньше, а светилось белизной и золотом.

– Здравствуйте, друзья! – сквозь радостный смех поздоровался Вондар. – Я так счастлив застать и тебя тоже, Ксандор. Где же твоя прекрасная супруга? Да, не удивляйся, конечно, я слышал об этом, давно пора, – маг не раскрыл своих тайных визитов, и Ксандор решил подыграть, если понадобится. – Впрочем, не важно, раз Эландры нет, стало быть, у нее нашлись дела более важные, а втягивать ее в работу Чертога снова я не имею права.

– А что стряслось? – насторожился Ксандор.

– Пока ничего. Ни для кого не секрет, что Вселенная беспрестанно растет, выходя во внешний круг Сферы, и втекая обратно вовнутрь. Процесс продолжается и сейчас, но кое-каких наблюдателей из Золотого Града встревожили странные отклонения – слишком стремительный, скачкообразный рост некоторых областей скорее даже субреальности. И самое интересное, что процесс запустился непосредственно после победы над Хаосом, до того, как Всевышний приступил к возрождению.

– Все равно ничего не ясно, – бесшабашно хмыкнул Ксандор.

– Нам тоже, – нахмурил побеленные по краям сединой брови чародей. – Нам дали задание разобраться, нам, я имею в виду, мудрецам Чертога. Вот я и мобилизую каждого сторонника, которого знаю. Пока прошу проявлять повышенное внимание, отслеживать любые странности и не состыковки. Составьте схему активности демонов, Акуан, тебе как Лидеру Альянса это будет несложно сделать. И будьте наготове. Возможно, в ближайшее время я смогу узнать больше, чем пара слухов, тогда загляну лично. Главное панику не поднимайте раньше времени. Народы Мироздания не помнят войны с Хаосом, однако она сидит глубоко в их подсознании, там, где растут нити к самому Всевышнему. Некоторый неосознанный страх еще живет в их душах, если начать нагнетать прямо сейчас, будут дурные последствия. Просто смотрите и запоминайте.

Экран неожиданно погас, хотя Акуан его не отключал, Ксандор так и застыл с опущенной челюстью, не успев задать вопрос.

– Это все что ли? – опомнился он наконец. – Теперь мода такая в Чертоге – напускать туман и уходить без «до свидания». Ты хоть что-нибудь понял?

– Я понял, что мне нужно сделать пару важных звонков, – отстраненно ответил Акуан, вставая из-за стола. – Ты это, Ксандор, иди пока домой, я с тобой позже свяжусь. И прости, что не получилось дольше посидеть, я на связи, если чего.

Последние слова полиморф договаривал уже на пороге, сбивчивым голосом. Перед уходом воин обернулся и за секунду до того, как тяжелая дверь Зала Правосудия опустилась, он заметил Акуана направляющимся к хранилищу, которое недавно запер.

«Черт знает, что», – только и подумал Ксандор. Убрав руки в карманы жилета, он побрел к лифту, считая золотые прямоугольники на ковре.

Глава 2

Эландра, совершив долгую прогулку, наконец шла назад по небольшой цветущей аллейке перед домом, кою сама старательно высаживала, с небывалым спокойствием на душе. И успешно выполненное дело, и возврат в стены своего гнездышка наполняли ее восторгом. Солнце вяло подползало все ближе к горизонту, хотя свет его пока был ярок, только чуть с персиковым отливом, что одно лишь и напоминало о близком вечере. Зайдя в прихожую, сразу же перетекающую в холл, она стянула рубашку без рукавов и перекинула через плечо. В комнатах царила приятная тишина. Девушка прошла мимо гостиной, остановилась, решая, сразу ли идти в душ или поваляться немного на диване, как вдруг ее взгляд случайно упал на полку над тумбой у входа в комнату. Над этим изящным сооружением из легкого стекла и пластика Ксандор приколотил полку, куда ставил всякие диковины, раздобытые им в странствиях по всем планетам галактики, вытащенные из его комнаты во дворце. Недавно на ней появился новый экспонат: статуэтка обнаженного цертонца с воздетыми руками; повторяющая имперские статуи, заявляющие о генетическом превосходстве над другими расами. Зачем-то один армейский товарищ Ксандора привез ее с Цертона, где какое-то время проходил службу (такая служба была краткосрочной и контингент на разоренном Цертоне менялся постоянно). Стащил из какого-то храма Темного Откровения, каких полно на планете, как он потом сам признался. Эландра сразу выступила против появления в доме чего-либо подобного, она хотела вытолкать мародера с его подарком взашей, но Ксандору вдруг показалось, будто это будет даже забавно.

Так этот цертонец и стоял уже больше года, и стоял бы, верно, и дальше. Только на лысой голове идеала «высшей расы» теперь красовался птичий череп. Запыленный, весь в трещинах и царапинах. Девушка вздрогнула, повинуясь природным инстинктам, из ямок на предплечьях проклюнулись блестящие острия когтей. Рубашка свалилась на пол позади Эландры.

– Симпатично выглядишь, – опередил всякие решительные действия с ее стороны наглый насмешливый голос Нимара Темного. Кто еще мог так говорить?

Эландра развернулась, выбросив когти во всю длину, однако Нимар спокойно спустился по лестнице со второго этажа, разглядывая маленькую тонюсенькую рамку, в которой сменялись свадебные фотографии.

– Неплохо погуляли, да? – усмехнулся сверхвоин, оторвав глаза от фотографий. – А Ксандор своего не упустит…

– Ты, гад, что, планеты попутал? – злобно, как рассерженная кошка, прошипела Эландра. – И как ты попал в наш дом?

– Милочка, я еще и не в такие места попадал, – важно ответствовал Нимар. – И что за тон, откуда столько злости? Разве не я помог спасти Мироздание? Причем, замечу, на меня легла, пожалуй, самая важная задача. Ну да не будем ссориться, я ведь по важному вопросу заглянул.

С милой улыбкой он аккуратно снял череп с головы статуэтки и убрал его в карман брюк.

– Ты не представляешь, – продолжил он, – сколько мне пришлось отсиживаться на фермах и в лесах, выжидать, когда ты останешься одна без этого «мистера железные шарики». Он меня и слушать бы не стал…

– А почему ты решил, что я стану слушать? – со злорадной ухмылкой спросила Эландра.

– Более чем уверен. Кое-что происходит. Полагаю, твой муженек расскажет про это по возвращении. В общем, я собираюсь нагрянуть в Делоан.

– Чего?! – когти сами убрались в пазухи, Эландра выглядела такой удивленной, как если бы Нимар предложил ей изменить Ксандору.

– Да помолчи секунду, – слегка раздражился Нимар. – Говорю же ведь, что-то происходит, это важно, очень важно. Я признаюсь, мне нужно не это, я обещал, даже дал клятву освободить мастера Бэрона, к тебе меня привело именно это. Однако поверь, вам в это нелегкое время, а буря еще не отгремела, пригодиться Избранный. Что скажешь, не желаешь вернуть Нигаэля Триона Чертогу? Мне нужна помощь светлого, – продолжил он говорить, не обращая внимания на попытки девушки задать вопрос. – Ну не в Золотой же Град мне обращаться, в самом деле! Да и Лард – та еще дубина, не в обиду тебе будет сказано. Он меня на дух не переносит, за что его винить не могу, я дал ему приличное количество поводов. По моим расчетам, мы справимся и вдвоем, если правильно сделаем все необходимое. Ну так?

Увидев перемену в лице девушки, сверхвоин торжествующе заулыбался – его затея оправдала себя. Откинув на плечи капюшон походного плаща, он расправил длинные абсолютно седые, даже серебряные волосы. Посох в сложенном виде висел у него на поясе, а другого оружия у Нимара Темного не было, кроме, конечно, его самого, но Эландра забыла о возможной угрозе со стороны слуги Бэрона Ааззена. Она вообще впала в состояние полу-транса, так лишь холодок на коже напомнил ей, что она наполовину раздета. Метнувшись в комнату, она накинула халат и поспешила обратно к Нимару.

– Так чего у тебя на уме? – громким шепотом спросила она.

– Я знал, что судьба Нигаэля не оставит тебя равнодушной, – с зубастой улыбкой на лице божество сверхвоинов потер серебряную козлиную бородку клинышком с полоской черных волос, разделяющей ее надвое. – Я много раз заходил на охраняемую территорию, череп – сувенир оттуда. Есть один мужичок, старик Бо Серегилл. Глуповат малость, часто несет всякую чепуху о своей юности в войсках Альянса, хотя под его бормотание можно медитировать. А главное, он как пять пальцев знает все ущелье, он работал какое-то время дальнобойщиком, возил грузы через Делоан. Войны не помнит, зато помнит места…

– А ты почему не забыл войну, тебя в Суде Хроноса не было?

– Ха, детка, меня не так просто пронять. Высшие помнят все, а меня оберегал сам Арманор, помнишь модеуса мастера Бэрона? Конечно, помнишь. Я слишком полезный кадр. Вернемся к нашим баранам, а точнее к нашим кадаврам. Я доходил почти до самых Врат, правда, их там уже нет – переместились. Но я собственными глазами видел бугор, – вдруг с пылом проговорил он, понизив голос. – Я видел мечи, видел статуи! Вокруг полно мертвечины, однако я знаю некоторые способы обойти их, самое главное преодолеть чары вокруг клинков.

Эландра хохотнула и сделала круг глазами.

– Ты серьезно? – не сдерживая улыбки, проговорила девушка. – Серьезно?! Магия Танатоса, наложенная на Делоан, рассчитана на сдерживание высших, никакой ангел не пройдет там, разве только член Круга Двадцати, но они с удовольствием забудут и мечи, и Делоан, и Нигаэля, лишь бы твой мастер сидел на цепи. И, честно говоря, при всем моем желании помочь Нигаэлю, я тоже предпочту вечное заточение Ааззена.

– Чепуха! Мастеру некогда будет мешать вам. Попав в плен Хаоса, он потерял силу Великого Зверя, Сатаниил отозвал ее обратно и отрекся от сына. В Темном Эдеме царит смута, Колобос назвал себя правителем царства, пытается построить нас всех и навязать свою власть. Когда придет мастер Бэрон, самозванцу придется склонить колени. Знаю, вам, светлым воителям, наплевать на нашу возню, однако это гарантия, что вы можете жить спокойно. В конце концов, светлые рати уже отозвали от Эдема. Мастеру нужен только покой, у тебя доброе сердце…

– Ну-ну, я же не дурочка, не надо тут расползаться в реверансах. Допустим, ты говоришь правду…

– Я никогда не говорил искреннее, – серьезно отозвался Нимар, глядя прямо в глаза Эландре, как бы раскрывая самую душу.

– Ладно, – медленно проговорила она, – ты не лжешь, но как нам попасть туда? Я же не придумываю, говоря про защиту.

– Камни Мироздания! – торжественно воскликнул Нимар, воздев руки.

– Ну да, Камни, – хмыкнула Эландра. – Ты совсем умом повредился после гощения на Молесе? Какие еще Камни?

– Не прикидывайся, ты сама сказала, что не дурочка. Камни Тетаэля, они сейчас у вашего дружка Акуана на сохранении.

– Постой, ты что мне предлагаешь, обокрасть Акуана, забрать самый сильный предмет в обозримой галактике и отдать его тебе, лизоблюду Ааззена?

– Обокрасть – грубое слово. Я предлагаю позаимствовать Камни на несколько часов пребывания в Делоане, а затем тихонько вернуть. Я даже не прошу отдать их мне в руки, неси ты. Подумаешь, будто я тебя предаю – используй, тут никакие стальные кости меня не спасут. Ты ведь сумеешь использовать Камни?

– Смогу, – задумалась девушка. – И как забрать их из хранилища?

– А никак! Этот ваш Акуан немного тронулся, как мне кажется. Как раз на почве Камней, таскает их везде с собой, постоянно пялится… Я неоднократно попадал во дворец по ночам, хотя это давалось не просто, но с твоими способностями и знаниями задача облегчится. Проберемся завтра ночью в комнату Лидера, стащим камешки, а уже к утру вернем обратно. Я и мастер сразу сбежим в Темный Эдем, и ты про нас не услышишь.

– Хорошо, ты сбежишь, а как же я? Когда Нигаэль возвратиться в Чертог, вскроется и наш заговор. И что же, мне получать нагоняй за твои выходки?

– Поверь, девочка, если тот бессвязный бред, который несет Арманор, оправдается, Избранный вам пригодиться как никогда раньше. Тебе еще спасибо скажут.

– Так если дело настолько плохо, хотя я не пойму, что собственно случилось или должно случиться, так почему бы не подождать, пока Круг сам не призовет Нигаэля и не заточит Бэрона для профилактики в ячейку Междумирья, например?

– Пока они прочухают, поздно будет. Мы сами толком не знаем, в чем беда, только нет сомнений, что беда есть и она близко. Арманор в таких вещах редко ошибается, еще ему пришли какие-то смутные и пугающие известия из Академии Пандемониума. А ты послушай, чего твой муженек будет говорить, как прилетит из Тигилона. Короче, я сказал свое слово, предложение остается в силе. Завтра в четыре часа дня буду ждать тебя возле фермы Киромо, за большим амбаром, знаешь?

Эландра коротко кивнула.

– Надумаешь – приходи, а нет… что-нибудь да соображу.

***

Ксандор вернулся затемно сильно уставшим. Его постоянно тянуло зевать, тело так и просилось на диван, будто он вкалывал на руднике целый день. В памяти то и дело возникал странный взгляд Акуана и блеск Камней Мироздания.

– Чего с тобой? – нежно поинтересовалась Эландра, плотнее запахивая халат – с улицы веяло прохладой, а воин задержался на пороге.

– Утомился дорогой, наверное, – затворяя подъемную дверь, уронил Ксандор.

Уже в помещении он заметил, что все это время, начиная с момента, когда покинул дворец, не снимал темных очков. Отправив их в карман жилета, он, превозмогая желание развалиться на первом же подходящем ложе, посетил комнату, затем душ.

– Я, пожалуй, даже вечернюю медитацию пропущу, – обратился он к жене на кухне, попивая только заваренный чай.

– Медитация помогает расслабиться… впрочем, ты ее не регулярно практикуешь и так. Смотри, вдруг надумаем от силы отказаться, надо же в себе свою воспитывать, – шутливо добавила Эландра.

– Я воспитываю, воспитываю… – заторможено пробормотал воин, глядя сквозь стену. – Ты не замечала, что Акуан как-то нездорово смотрит на Камни. Это странные штуки, ты сама рассказывала, Тетаэль не расставался с ними и такие вещи в Альянсе тогда делались. А как распрощался – нормальным парнем стал.

– Да, – растянула слово девушка. – А о чем Акуан с тобой говорил?

– О чем говорил? – пробормотал Ксандор, глядя на статуэтку цертонца. Подойдя к полке и поправив сдвинутое изваяние, он дал-таки ответ: – Что-то насчет нечисти, тебе не надо вдаваться в подробности.

– Почему? Я тоже отлавливаю бесов…

– Слушай, Эли, – усталым голосом проговорил воин. – Там какая-то фигня опять начинается, тебе не понравится влезать в это. Тем более сам Вондар будет разбираться, а на него можно положиться, как на Нигаэля, или почти так же.

– Да, Нигаэль. Если ситуация серьезная, я должна знать.

– Ничего серьезного, все хорошо, – Ксандор улыбнулся, поцеловал ее в лоб и пошел в комнату. Уже через пару минут донесся его храп.

А Эландре было вовсе не до сна, хотя веки и отяжелели под грузом прошедшего дня. Слова Нимара не шли у нее из головы, получалось, темный приспешник демонов не врал и происходит нечто важное. А не затеял ли он сам это «важное», пытаясь тем самым использовать ее для освобождения Бэрона Ааззена? Бэрон Ааззен. Вот кого Эландра не желала видеть, само его имя вызывало отвращение и дрожь в теле.

Она подошла к окну. На улице быстро темнело, светящиеся миллионами огней парящие города расцветили небосклон, подобный глубокому океану. В отдалении тускло блестели в вялом лунном свете покатые крыши группы строений – ферма семейства Киромо погружалась в сон. Ее безмятежным обитателям, не знающим о притаившемся в тенях чужаке, на следующий день нужно было спозаранку отправляться в поля, с трудом приживающиеся на суровой земле. Даже последнее терраформирование принесло мало пользы. Весь световой день широкоплечий глава семейства и три его сына проведут там, бороздя тракторами сухую почву. Нимар будет вон за тем амбаром.

Поежившись, девушка отошла от холодного стекла. Она уже сейчас чувствовала себя соучастницей преступления, ведь могла выдать замысел слуги демонов мужу… Но и память о Нигаэле становилась лишь крепче, образ воителя Света воскресал в ее мозгу. Он нужен здесь, Чертогу нужен его Избранный.

Глава 3

– Я прогуляюсь! – крикнула Эландра из прихожей.

– Сейчас, сейчас, – закряхтел Ксандор, подымаясь с дивана, нацеленного на экран, плавающий в воздухе над проецирующим его устройством.

В новостях, которые воин частенько посматривал из интереса бывшего военного (а, как известно, бывших военных не бывает), вещали о новых наступательных действиях сил Альянса. Союз Черного Молота окончательно распался около года назад, сам Стальной Легион уже теснили в дальних галактиках, основные его силы забились на Орадоло, не впуская в родную систему ничего крупнее космической пыли. Вся система была закрыта, но остальные планеты Легиона одна за другой сдавались в руки триумфаторов. Немало нашлось союзников и в частично захваченных берсеркерами системах. В данный момент диктор в идеально выглаженном и вычищенном костюме говорил о крупной успешной операции Лиги Независимых Секторов и благодарил генерального секретаря Кианга Фенга за оказанные Альянсу услуги.

– Не дергайся, я сама, – успокоила супруга Эландра. – Пройдусь вдоль ближайших ферм, посмотрю, как идет оживление Валара. Если замечу бесов, сразу сообщу, – в конце добавила она, выскальзывая за дверь.

Встала она поздно, но это лишь играло ей на руку – все фермеры отправились на работы, столкнуться с ними, околачиваясь возле их частной собственности не получится. До встречи с Нимаром оставался час, и Эландра решила им воспользоваться как раз для прогулки, чтобы хоть перед Ксандором не чувствовать себя обманщицей. Ушла она, правда, недалеко. Побродила вдоль засеянных полей, кое-где на них уже проклюнулись зеленые побеги. Сложно было поверить, чтобы на безжизненном, заваленном песком куске космического камня вновь зацвела жизнь. Еще труднее осознать, что всего этого могло не существовать, если бы не сотворенное Всевышним чудо. Солнце жгло не так беспощадно, как еще пару часов назад, оно выглядело каким-то уставшим, хотя светить ему предстояло еще очень-очень долго. На пустынных фермах стояла тишина, идеально дополняющая знойный день начала Валарской осени, вдали шумели двигателями машины фермеров, гремели громадные строительные агрегаты и терраформеры, совсем уже далеко восходящим гулом оглашали окрестности работающие стимуляторы роста биомассы.

Постоянно сверяясь с часами и оборачиваясь, как шпион в тылу врага, девушка начала потихоньку подходить к высокому двухэтажному амбару Киромо, бьющему в глаза отраженным хромированной крышей светом. Не доходя двух шагов до угла амбара, за которым на землю ложилась бледная тень, девушка остановилась, ломая руки. Снова ее охватила волна сильнейших сомнений в верности принятого решения.

– Поздно передумывать, – рассмеялся Нимар, выруливая из-за того самого угла, – я уже принял твое появление за согласие.

– А ты за меня не решай.

– Мне не придется, – все так же лучисто улыбаясь (впрочем, при всем свете улыбки Нимара Темного выглядели зловещими и немного безумными), сказал сверхвоин. Пальцы скользнули по щеке Эландры, а улыбка вдруг пропала.

Она резко отбила руку рассмеявшегося Нимара и быстрым шагом зашла за амбар. Божество сверхвоинов последовал за ней.

– Смотри на это проще, – успокаивающим тоном произнес он. – Я имею выгоду в этом предприятии, так что не ищи подвоха. Да и жизнь твоя мне не нужна. Разве только Ксандора шантажировать, но даже в этом толку нет.

– Ладно, допустим, с этим мы разобрались, каков твой план? – Эландра прильнула спиной к стене, теплой, но не такой горячей, как с солнечной стороны.

– Для начала дождемся ночи. Потом ты проведешь меня черным ходом, а он ведь есть во дворце?..

– Есть-есть, под каким соусом мне из дома уйти?

Нимар хмыкнул, почесав подбородок.

– Полагаю, ты сама сможешь это придумать. Твой суженый-ряженый по-прежнему закладывает за воротник?

– Нет, он иногда может пропустить пиво…

– Скверно… кхм, в смысле для дела. В любом случае, он наверняка крепко спит. Да и снотворное человечество изобрело не для красоты. Подсыпь ему в напиток вечером что-нибудь вырубающее, так чтобы до полудня проспал. И ему хорошо, и ты сумеешь тихо улизнуть и вернуться пока он еще не встал.

– Эх, не хочется Ксандора дурить… ладно, ради Нигаэля и Чертога.

– Вот и славно, – потер ладони Нимар.

– Ты мне другое скажи: как ты надумал украсть Камни? Акуан вообще спит или до тебя такие мысли не дошли?

Нимар неожиданно округлил глаза, пойманный врасплох. Он цокнул языком, потер шею и промычал чего-то неразборчивое. Пока он описывал круг вокруг торчащей из земли бочки, девушка ждала, сложив руки крестом на груди и изобразив лицом крайнее разочарование.

– Так, – протянул «божество» после продолжительного молчания. – Этот момент я, право, обошел стороной. Знаешь ли, когда глядишь на обширную панораму с высоты, можешь пропустить одну-две мелочи.

– Мелочи, да? Это же ключевой пункт плана, без Камней ничего не выйдет.

– Что-то мне даже Ксандора жалко стало, – отвлеченно причмокнул сверхвоин. – Я штудировал Делоан, выбирал уязвимые места, составлял стратегию… – он махнул рукой на усмешку Эландры. – Не так просто одному все продумать, у меня помощников не было. Апостолы Ааззена со мной не очень общаются, а Арманор слишком занят грядущей гражданской войной в Темном Эдеме, а она будет, если не вернется законный хозяин.

– Здорово, только план рухнул.

– Нет, ничего не рухнуло! – вспылил на секунду Нимар. – Все равно Акуан должен впадать в транс… или! А у меня тут мысль родилась! Что если его заморозить? Пустить в комнату криогенный газ или жидкий азот? Могу достать и то и другое.

– Да, по-моему, Акуан умеет контролировать свои агрегатные состояния. И вообще, он же заметит последствия.

– О, у нас тут критик, – съязвил он. – Легко перечеркивать… стой, новая мысль! Мы можем вытащить его из дворца. Придется поработать…

– Чего еще?

– Я постараюсь взломать систему связи или спутник. Пошлем ложное сообщение, будто вмешательство Лидера требуется где-нибудь в отдаленном секторе, а еще лучше – призвать демонов! Точняк, это сработает! Акуан до сих пор воин Света, он отправиться разбираться, поскольку паладинов поблизости не будет, а Камни брать – лишний риск. Против мелких демонов они не нужны, и так можно справиться, а если кто-нибудь из них вдруг украдет… Он обязательно оставит их в хранилище, а его поможет взломать один мой знакомый манидо, договорюсь заранее. Как видишь, эти мелочи решаются на ходу, а за провод по Делоану ты мне еще благодарна будешь!

– Очень на это надеюсь, – тихо, почти неслышно сказала девушка.

– Теперь расходимся. Где мне тебя ждать у дворца?

– Сможешь пробраться с обратной стороны от главного входа? Там обычно все перегорожено и размещен склад со всякой всячиной. Туда же подходят транспорты с едой и снаряжением для гвардии, там отгружают мусор и оставляют сломанные механизмы. Это этакая свалка-порт, если понимаешь, о чем я. По ночам там пусто, но это еще не все. Мало кто знает, что на Заднем дворе, как его прозвали во дворце, есть тайный подъемник, точнее две шахты, ведущие в Зал Правосудия и апартаменты Лидера на случай атаки. Их установил Нигаэль, опасаясь, что Легион быстро доберется до Валара, так бы и случилось, не приди нам на помощь танты. Мне он между делом показывал шахты и вход в них, полагаю, их никто не трогал с тех пор, Вондар, скорее всего, позабыл про них вовсе, поскольку вероятность завоевания планеты к моменту его прихода уже исчезла.

– Ха-ха, как все складно выходит! Можешь не сомневаться, я буду там. Нимар Темный влезал и не в такие места, возьми хоть Молес. Значит до ночи, – лукаво подмигнув Эландре, он накинул капюшон черного плаща на голову и побежал вдоль амбара.

Эландра вышла на свет, глядя в спину сверхвоина. Какое-то время он чернел на выбеленных солнцем каменистых равнинах, а затем скрылся в высокой поросли пшеницы, высаженной уже крупными растениями на обработанном терраформерами участке. Нужно было бы наведаться в столицу, однако Ксандор мог заподозрить неладное, задержись его жена еще хоть на полчаса. Пришлось купить сильнодействующее снотворное в захудалой лавке между фермами, которую планировали в будущем превратить в крупный торговый центр.

Со щемящим сердцем и смутными мыслями вернулась Эландра домой.

***

Вечер, казалось, примчался моментально. Еще час назад светило солнце, и вот – уже сумерки просочились в окна под треск сверчков, занесенных откуда-то с Огарид-Гура вместе с выкупленной у вождя Грока Великого плодотворной почвой. Поначалу огромные огарид-гурские сверчки пугали фермеров, но потом, когда они начали ловить крыс, люди к ним даже расположились. Ксандор заканчивал вечернюю тренировку, пыхтя на пределе сил, а Эландра знала, что после тренировки идет стакан воды. Сложно описать, какой силы буря разразилась в ее душе, когда снотворный порошок сыпался в стакан, пенясь и шипя, пока не растворился полностью.

– Чего ты смурная такая? – воин веселой и бодрой походкой подлетел к столу и взял стакан. – О, спасибо за водичку, – добавил он, опрокидывая в себя содержимое.

– Ты не устал? – Эландра положила руки на широкие плечи супруга и нежно его поцеловала.

– Чего-то в сон клонит, и то верно, – он потянулся и зевнул. – Но это не значит, что я тебя не жду наверху, хе-хе.

– Да иди уже, приляг, жеребец, – улыбнулась она, вложив в улыбку все моральные и мимические усилия.

Когда Ксандор ушел, девушка присела на стул и прислушалась. Сначала тяжелые шаги простучали по лестнице, шикнула дверь, тело упало на постель, и спустя минуту донесся сап. Попросив прощения у Всевышнего и спящего беспробудным сном Ксандора, Эладндра моментально оделась в черные просторные брюки и куртку с капюшоном. А спустя пять минут она уже забиралась в салон аэромобиля. В любое время дня или ночи можно было найти на поверхности Валара доброхота, который за скромную сумму согласиться подбросить тебя на парящие города. Пока не был налажен официальный способ транспортировки, люди с машиной и уймой времени зарабатывали на извозе.

Чем выше аэромобиль поднимался, тем светлее делалось небо, озаренное сияньем мегаполисов на магнитных базах. Один циклопический круглый магнит находился внизу, врытый в поверхность, другой служил основанием города. Ученым из Альянса так до конца и не удалось разобраться, с помощью каких технологий древние хозяева Валара соорудили все это, лишь выяснили, что работает система по принципу обычного магнита с одинаковыми полюсами. Покружив по Тигилону по просьбе пассажирки, водитель посадил машину за сквером у дворца. Эландра расплатилась, дождалась, пока аэромобиль исчезнет из виду, затем направилась обходными путями к Заднему двору тигилонского дворца. Высокий и прочный забор задержал бы любого нарушителя, однако иниец, коим Эландра являлась в сущности, легко мог перелететь преграду при помощи врожденной и весьма удобной способности к левитации, что она и сделала.

На захламленной площадке в форме загнутой макаронины, ограниченной по краям тем же забором, было темно и тихо. По ночам тут действительно никто не бродил, суда приходили очень редко. Сейчас пристани вообще пустовали, и, судя по отсутствию хотя бы сторожа, сегодня ночных поставок не намечалось. Эландра осмотрелась, но Нимара не увидела.

– Всевышний, что я вообще делаю? – вздохнула она.

– Вламываешься на охраняемую территорию, – последовал ответ из темноты, сразу перешедший в неприятный смешок поверенного Императора теней, от которого девушку передергивало, как при скрежете гвоздя о стекло.

– Не делай так!

– Расслабься, – Нимар повертел головой, удостоверяясь, что все тихо. – Никто не пострадает, мы просто придем, сделаем дело и исчезнем в ночи.

– А если Акуан все-таки заберет Камни?

– Он, конечно, одержимый, но не совсем же свихнулся. Вряд ли подготовленный мной сюрприз стоит того. Кстати, чуть не забыл предупредить: все Камни Мироздания обладают особенностью притягивать высших существ и смертных, развивающих дух и душу. Безграничная мощь ох как завлекательна, я-то знаю. Так что будь осторожнее, когда их понесешь.

– Секундочку, что еще за сюрприз для Акуна? Ты заманил его в ловушку?

– Сущая чепуха, подговорил парочку бездельников с улиц Раммагерона – это город такой в Преисподней, – они переместят Акуана в один пограничный мирок и нападут.

– Что?! Ах ты, скотина!..

– Тихо, девочка. Этот сброд в подметки не годиться твоему Акуану. Конечно, у них нет шансов, я «забыл» им рассказать всю правду о парне, уделавшем самого Ксерота. Зато это маленькое приключение задержит Лидера на несколько часов, которых нам хватит с запасом. За операцией будет следить тот самый знакомый из Междумирья, помнишь, я о нем упоминал? Он же даст нам знать, когда Акуан поймет, как вернуться и заранее забьет тревогу.

Фыркнув, девушка направилась к куче проржавевшего хлама, который почему-то до сих пор не вывезли. Легко сдвинув в сторонку каркас автомобиля, словно он вырезан из картона, она исчезла в углублении стены. Пока каркас стоял на месте, окруженный другим мусором, ни за что бы Нимар не догадался, будто там тайный ход. Тихо аплодируя находчивости Нигаэля, он присоединился к Эландре. В этот момент она уже отперла кодовый замок со странными символами вместо цифр или букв (по сути же всего-навсего цифры людей Антореля, которых никто за пределами погибшей планеты знать не мог). В один день Нигаэль показал возлюбленной комбинацию, объяснив, что значат неизвестные знаки. По аналогии запомнить их было проще простого.

– Итак, – взглянула снизу вверх Эландра, – куда теперь: в Зал или каюту Лидера?

– По моим подсчетам, Акуан должен быть еще во дворце, с другой стороны, Зал Правосудия заперт, а на него поставили новые ворота – не чета прежним. Главное знать, где он оставит свою драгоценность. Лучше подождать сигнала от агента, ведь при всей логике существует реальная вероятность, что он их с собой заберет.

– И что тогда?

– Тогда мы зря потратили полночи.

Нимар замолчал, вжавшись в стену, словно опасался, что даже в этом темном углу, в эту темную ночь его кто-нибудь да выследит. У Эландры от томительного ожидания и гложущего чувства вины, постепенно усиливающегося, закололо под ложечкой. В какой-то миг сверхвоин дернулся, как от резкого укола шилом, медленно провел рукой по волосам, отводя лицо к стене, а затем принялся бормотать, беседуя сам с собой.

– Все, – веселым шепотом проговорил он после недолгого монолога, – Лидер как раз покинул дворец, Камни остались в его апартаментах в специальном хранилище. Замок уже благополучно вскрыт, и запрется сам, когда вернем содержимое. Больше мой товарищ нам не помощник, для манидо он и так сделал больше положенного, а прикасаться к осколкам Мироздания для него просто опасно. Никогда нельзя предвидеть результат.

– То есть мы просто поднимемся наверх и возьмем самую мощную реликвию во всей галактике? Неправдоподобно…

– Да откуда в тебе это? Не припомню, чтобы ты раньше была такой пессимисткой.

– Начнем с того, что ты меня не знал. А закончим, пожалуй, тем, что я тебе не верю.

– Ну да, – усмехнулся Нимар. – А здесь ты потому, что любишь ночные прогулки по свалкам. Раньше приступим – раньше тихо разбежимся по домам. Если же тебе нужны сложности, потерпи, они еще впереди.

Маленький, но удобный лифт, рассчитанный на трех человек, при условии, что они встанут впритирку, стремительно метнулся по шахте вверх. На том ее участке, где главный столб разделялся на два, лифт свернул направо. Первой выглянула Эландра. Ее капюшон сбился набок и свисал с плеча, волосы растрепались на скорости, ощутимой даже внутри кабины. Вход в тайную шахту располагался на первом этаже двухэтажных апартаментов, замаскированный под стену. Будь Акуан дома, он в любом случае заметил бы вторжение, но, как и обещал Нимар, его не оказалось. Уходил он в спешке, что легко определялось по рассыпавшимся по рабочему столу носителям информации и до сих пор мерцающему плавающему экрану. Экран погас по автоматической команде компьютера в тот самый момент, когда девушка подкралась к столу. Обычно система выключалась по прошествии десяти или пятнадцати минут – вполне достаточный срок, чтобы взять все необходимое, дойти до доков и покинуть дворец.

Нимар быстро нагнал спутницу, уверенно обошел ее и направился к встроенному в стену аквариуму без какой либо живности: в нем плавали только прозрачные сгустки разных цветов, меняющие форму. Аквариум как по приказанию сдвинулся вбок, выехал сначала наружу, потом ушел вовнутрь стены. На его месте появился гладкий стальной куб с видимыми щелками дверцы в центре.

– Не знаю, откуда у вашего другана такие технологии, – говорил в процессе всех этих механических действий Нимар, – возможно, Камни помогли вспомнить что-либо из прошлой жизни, я слышал, эле-аль-о были развитым народом. Скажу одно: такие штуки в галактике не в ходу. Если бы ни связи в Междумирье – не видать нам камешков.

Коробка тем временем отперлась, ослепительно яркий радужный свет хлынул в комнату, заставив Нимара Темного закрыть лицо ладонью. Призрачная дымка потянулась из хранилища, взорам ночных визитеров открылся камень размером чуть больше кулака, соединенный из трех различных частей: красного, фиолетового и уже хорошо знакомого Эландре зеленого Камня душ.

– Прошу, миледи, Осколки ваши, как и обещано.

Девушка хмыкнула и, косясь на напарника, приблизилась к тайнику. Манящая сила разлилась по всему ее телу, зажигая каждую клеточку. Рука сама протянулась и захватила Камни. Эландра отщелкнула замочки на подвесном кармане у пояса, поместив в него свою опасную добычу. Сверхвоин удовлетворенно кивнул.

– Вряд ли охрана заглянет в комнату Лидера в его отсутствие, – Нимар покосился на плотно сомкнутые створки механической двери, – а зная, как действуют камешки на своих владельцев, я более чем уверен, что отдан даже соответствующий приказ. Камеры на время «затуманены», можешь не опасаться по этому поводу. По-тихому уйдем тем же путем…

– А дальше, у тебя корабль поблизости?

– Корабль есть, но им мы воспользоваться не сможем. Это – мой путь отхода. Если ночью без разрешения стартует неопознанное судно, знаешь, что будет? Да конечно, знаешь! Нет, уйдем иначе, мой приятель окажет последнюю услугу…

Глава 4

Эландра в испуге вздрогнула при появлении некоего существа, похожего на амебу с несколькими жгутиками по всему телу. В полупрозрачной субстанции плавал, попадая в каждый уголок желеобразного тела, человеческий глаз, не без интереса рассматривающий людей. Манидо произнес фразу на неизвестном Эландре, зато вполне понятном Нимару, языке и протянул один жгутик в сторону свободной от завалов площадки. Там тотчас же образовался разлом – серый ураган, вьющийся в воздухе. Такие разломы обычно манидо и открывают, во всяком случае, Эландра видела, как подобной воронкой Нимар пользовался для телепортации на Молес при помощи Грина.

– Разлом живет меньше часа по времени Делоана, – забулькал дух уже на языке разумных рас галактики. – Затем я не смогу вас переместить.

– Справимся, – уверенно и небрежно обронил Нимар, поправляя амуницию под плащом.

А приготовился сверхвоин отменно: раздобыл какой-то легкий защитный костюм, который девушка не отличила от рубашки; обвешался ремнями с ячейками, куда были вставлены пузырьки с жидкостями разных цветов; рядом со сложенным посохом свисали две дыхательные маски. Одну Нимар как раз снял и натянул на лицо, став похожим на темного стража Цертона с волосами. Вторую маску он вежливо протянул Эландре.

– Там эти мертвяки навоняли, лучше надень, если не хочешь подхватить какую-нибудь чуму. Кстати, твои защиты от болезней еще действуют?

– Да, – неуверенным тоном ответила девушка. – Мы с Ксандором пока от сил не отказались, все ауры на месте. К тому же развиваем духовные способности…

– Ладно, это уже лишняя информация.

Эландра надела маску и посмотрела на спутника, не решаясь делать первый шаг в покинутую долину. Нимар ободряюще похлопал ее по плечу и разом впрыгнул в портал. Манидо что-то раздраженно проворчал, торопя медлящую Эландру, пришлось побороть страх и неуверенность. По другую сторону стояла мутная пелена рыжеватого цвета, будто песчаная буря смешалась с облаком тумана. Эландра закрыла глаза рукой и поспешила натянуть капюшон, Нимар же свой надел заранее, зная, с чем предстоит столкнуться.

– Это первая преграда, – крикнул он сквозь шум ветра, – так сказать, охрана от зевак, заблудившихся не в том месте. Бурю можно просто пройти насквозь. Ну собственно как, просто, это потребует сил…

Девушка кивнула, а сверхвоин раскрыл посох, протянул один его конец ей, шагнул в пелену. Песок и непроглядная мгла заволокли мир, забили глаза, однако Нимар шел уверенно, ориентируясь по торчащим из земли длинным маячкам с лампочками, которые Эландра увидела не сразу. Вероятно, их оставил сам Нимар с помощью того Бо Серегилла. Страшно и представить, сколько времени и сил убили эти двое для достижения цели. И ведь проход в глубины забытого ущелья существовал и нашелся быстро. Не имея системы ориентиров, вполне естественно, что любой человек потерялся бы тут навеки, а точнее, до скорой смерти. Из облака они вышли достаточно быстро, но лишь благодаря мощной подготовительной работе. Теперь-то Эландра в полной мере оценила ее значимость.

Перед путниками раскинулся извилистый каньон, уходящий далеко в царство низких гор. Проход по ущелью Делоана хорошо запомнился Эландре, тут светлое войско готовило последнюю засаду на Бэрона Ааззена, которая так нелепо провалилась благодаря стараниям Хаоса. Тут оно стояло против самого Разрушителя на последней черте. По другую руку высился лес костей разной длины, размеров и форм. Ребра, вполне бы подошедшие киту или гиганту, возвышались, словно стволы деревьев, кости создавали грозное препятствие смельчаку, рискнувшему пройти в запретную зону, они ощетинились острыми обломками и источали черные облака яда. Некромагией тянуло от каждого мелкого камешка. Эландру на несколько секунд парализовало страхом, она вступила на территорию смерти, на территорию, защищенную даже от высших. Реальность с трудом втиснулась в ее сознание, пришлось принимать ее таковой, какая есть.

– Мы не пройдем, – зашевелила она побледневшими губами под маской.

– Странно, победа над Хаосом должна была воспитать в тебе совсем другие взгляды на возможное и невозможное, – не без ехидства подметил Нимар. – Не думаешь же ты, что я мог не подумать о самой главной опасности – силе мертвых богов?

Он откинул плащ и выискал на поясе две пробирки со светло-зеленой пузыристой жидкостью. Вытащив их, встряхнул, присмотрелся. Эландра в нетерпении ждала, когда он закончит эти бессмысленные манипуляции, осматриваясь вокруг. К своему удивлению она обнаружила, что завеса была непроницаема лишь извне, оказавшись же под пылевым куполом, можно было спокойно рассматривать скалистые просторы Делоана, насколько видел глаз. Лишь бледная взвесь в воздухе напоминала, что облако никуда не делось. Серые пустоши, поросшие костями с сухими ошметками волос и плоти, развевающимися на ветру, сильно отличались от прежнего Делоана, оставшегося в памяти девушки. Так, должно быть, мог выглядеть сам сумрачный Адарсах, царство антижизни Спящего Лорда Танатоса.

– Вылей себе на лоб, – пояснил Нимар, протягивая пузырек спутнице.

Придя в себя, она приняла сосуд, заметив мельком, что на лбу сверхвоина блестит зеленая жидкость, медленно всасываясь в кожу.

– Это особое средство, очень сильное, – продолжил просвещать Нимар. – Его варят колдуны Преисподней для диких племен или легионеров, когда тех отправляют на войну с мертвыми, – на этой фразе он зловеще улыбнулся, будто представил, как две яростное орды порождений тьмы сходятся в жестокой резне. – Зелье на время защищает от самых сильных воздействий смертельной магии и чумы. Даже могучий архилич Рука Нергала не смог пробить заклятьем разложения сто пятый легион Пандемониума в битве при Ног Ро. Ты, возможно, даже не слышала об этом сражении.

– То есть мы неуязвимы для некромагии? – не веря своим ушам, переспросила Эландра, осматривая тело, словно защита должна была как-то проявиться.

– Более или менее. Не гарантирую полной неуязвимости, но с вероятностью в девяносто процентов ты сможешь выжить после прямого воздействия магического мора. За снаряды, молнии и прочую мишуру не ручаюсь, так что осторожность не теряй. Еще, прежде чем бежать геройствовать, попрыскай на себя это, – Нимар извлек из своего чудо-пояса еще один сосуд с серой жидкостью и распылителем вместо крышки. Аналогичный раствор он выплеснул и на себя.

Девушка побрызгала жидкость так, как если бы это бы одеколон, и даже сквозь маску почувствовала отвратительный запах. Вся одежда, кожа и волосы вмиг провоняли так, словно на голову Эландре вывалили чан с замаринованными в навозе трупами.

– Что за?.. – воскликнула она от неожиданности. – Какие черти варят это и для кого?

– Ха-ха-ха, пора бы привыкнуть к неудобствам после стольких походов. Благодаря этой ароматной штуке наиболее тупые представители нежити не смогут отличить нас от своих. Помимо трупного запашка, который мертвяк едва ли учует, это зелье нейтрализует свечение жизни, хм, как бы понятнее объяснить. Оно скрывает свет ауры, характерный для живых существ, за счет чего мертвый не увидит в нас обед сразу же. Это такой плащ-невидимка для духовной силы. Полагаю, вопрос «для чего или кого?» становится не так актуален, а?

– Хорошо вы подготовились.

– Кто, я с Бо или демоны?

– Пожалуй, вы все.

Нимар хохотнул и пошел вперед, пробираясь между камнями и костяными шипами да колоннами. Адарсах сотворил с Делоаном невообразимые вещи, мутации смерти здесь коснулись даже неживой природы. Камни и те покрылись странной плесенью, поросли костными пластинками, на некоторых набухла гнилая плоть. Кости гротескных размеров и вида приходилось осторожно огибать, чтобы не поцарапаться или не угодить под яд, про который Эландра продолжала думать, даже помня о зелье. Тут все оказалось куда труднее и запутаннее, чем можно было предположить, глянув со стороны. Кости образовали не больше, не меньше – лес, окутанный туманом. Над Делоаном висела характерная для зон распространения Адарсаха тишина, тщательно скрывающая мертвых стражей проклятого места.

Нимар двигался довольно уверенно, хотя Эландра сильно сомневалась, что в своих изысканиях он доходил настолько далеко. Однако мертвых она не видела, можно было бы предположить, будто вся защита сводилась только к туману и костям. И тут зазвонил колокол… Отдаленный, протяжный, многоголосый стон отразился от костяных деревьев, заставив путников остановиться и отступить на пару шагов.

– Они идут, – прошептал Нимар.

– Они кто, трупы? Можно поконкретнее? – тараторя, спросила девушка.

– Да ты гений! Конечно, это трупы.

– Надеюсь, нам не придется ходить в раскоряку, выть и тянуть руки, чтобы сбить их с толку?

– Ну что за чушь, – отмахнулся сверхвоин. – Нежить нельзя разыграть. Они видят так же, как мы с тобой, слышат и… все. Только для них эти раздражители ничего не значат по сути своей. Нежить реагирует на сигналы другого типа. Они видят свет жизни, какого нет у адарсахцев, и сразу расценивают источник как цель для уничтожения. По мере роста интеллекта (что для трупаков вообще спорно) нежить начинает больше различать мир материи. Ладно, забудь. В нашем случае речь идет о мортусе.

– Мортус? – переспросила Эландра, оживляя в памяти образ, – пастух мертвых?

– Ага, их тут полно. Это третья линия обороны. Мортусы водят стада зомби вокруг постамента.

– Постамент? Это что, место где?..

– Оно самое, я сам не знал, что у этого пупа земли есть название. Короче говоря, нас не должны обнаружить, мортус – тот же зомбарь, пусть и выше уровнем, так сказать, ну и владеет основами некромагии. А вот умом его природа обидела, или антиприрода… Зомби из «стада» никуда от него не отходят, под действием магии мортуса они делаются еще тупее обычного. Тише, идут.

Шелест вялых шагов неожиданно послышался всего в нескольких метрах, туман, как морские воды, вдруг расступился, вновь ударил колокол. Эландра плотнее вжалась в кость за спиной, конечно, забыв о яде при виде большей угрозы. Во главе длинного строя раскачивающихся мертвецов возник высоченный труп, похожего девушка видела, покидая Делоан в прошлый раз. Он доходил ростом до трех метров, до колен его свисал пыльный мятый плащ из жесткой кожи, из-под высокого цилиндра тянулся длинный тонкий птичий клюв, торчащий из сухого, искаженного некромагией человеческого лица. Вместо глаз у трупа были «вбиты» два толстых круглых стекла, как от нелепых старых очков. Ноги пониже колен завершались прочными, грубыми деревянными ходулями, сросшимися с костями ног под коленной чашечкой. В поднятой правой руке мортус держал фонарь, мерцающий зеленым огнем Адарсаха, в левой же висел колокол без язычка, по временам издающий тот пронизывающий душу звон. Этот звон словно гипнотизировал зомби, плетущихся за пастухом, точно муравьи по следу запаха к пище.

Нимар бочком обошел мортуса, не сводя взволнованного взгляда с высокого трупа, Эландра, увидев его маневр, тоже очнулась от паралича страха. Выходцы из Адарсаха, как никто другой умели вселять сковывающий члены ужас, одна противоестественность существования бродячих бездушных, разлагающихся тел производила на психику людей (да и не только людей) колоссальное воздействие, не обходя даже самых подготовленных среди них.

– Они нас не распознают, – с нервной улыбкой на тонких губах произнес Нимар. – Давай поторопимся.

Ловко перескочив через лежащую позади него кость, сверхвоин начал пробираться через дебри к близкой уже цели. Эландре потребовалось больше усилий, чтобы, наконец таки, превозмочь страх и отвращение. По дороге они заметили еще две процессии, только эти проходили далеко, не представляя вообще никакой угрозы. Правда, устрашающий звон немых колоколов долго еще звучал в голове девушки. Нимар шел сосредоточенно, постоянно останавливаясь и что-то проверяя, продолжалось это до тех пор, пока впереди не вырос из костяного леса окаменевший земляной бугор с двумя статуями. Застывшие в корчах боли тела великих воинов с растущими из них шипами даже сейчас внушали силу и величие. Их словно покрывала корка высохшей глины, но Эландра точно знала, что она, эта «глина», проросла до самых костей. Между воителями Абсолютов вонзились в землю их клинки, скрестившись в последнем ударе. Разрушитель Зла Нигаэля Триона до сих пор излучал свечение, а земля вокруг него не омертвела, напротив, она стала мягче и теплее вблизи клинка Избранного. Черный Кровопийца Бэрона аро Тарг-Ааззена увили сухие, едва не рассыпающиеся прахом серые колючки, проросшие из самого Адарсаха. То ли так сильно проклятый меч притягивал к себе смерть и тьму, то ли Танатос таким образом особенно оберегал именно его от посторонних рук.

Эландра не могла больше сдерживать подкативших эмоций, знакомые любимые черты избранника Света потянули ее к себе, она готова была броситься к статуе. И бросилась бы, не схвати ее Нимар за запястье.

– Сдурела, женщина! – огрызнулся он, возвращая девушку на место, – стражи, они нас видят…

Не успел он закончить фразу, как земля вокруг бугра зашевелилась, пробужденные сторожа Адарсаха возродились для служения. Четыре высоких скелета восстали из тлена, то были не обычные рядовые воины армий Царства смерти. Их броня только казалась ветхой, на самом деле мощные чары клубились вокруг похожих на увитые паутиной ребра панцирей. От них тянулась чернильная дымка, медленно, как дым свечи, крутящаяся над вытянутыми черепами. В руках у них блестели черные мечи с двойными параллельными лезвиями. В глазах горел особый осмысленный огонь. Только Эландра среагировала на появление этих четверых, как сзади раздался треск сухих косточек, подминаемых тяжелыми ногами новых стражей. Второй круг состоял еще из восьми скелетов, и было ясно – бой не выдастся легким.

Щелкнул посох Нимара, растянувшись на добрых два метра, на одном его конце раскрылись три заточенных по граням шипа, между которыми замелькали синие разряды электричества. Эландра машинально ухватилась обеими руками за кармашек на поясе и отомкнула замки, свечение Камней, томившееся все это время, пробилось наружу.

– Нет! – остановил спутницу Нимар. – Рано, стражи не главная проблема!

И тут скелеты сами набросились на нарушителей. Нимар прошел колесом, отражая выпады черными клинками, шумно рвущими воздух, будто материю. И звук этот не был случайным: магия мечей элитных воинов Адарсаха, кривого зеркала мира живых, резали само время. Отбив один такой удар, движения Нимара замедлялись, сам он «вытягивал» себя назад, словно его засасывало в мощный великанский пылесос. Вскоре пришлось и Эландре испытать всю силу удара неживого стража (именно неживого, а не мертвого, ибо создания эти никогда и не жили). Меч вылетел стремительно и неожиданно, застав ее врасплох. Инстинкт самосохранения скомандовал пяти тонким, но прочным клинкам-когтям выскочить из костных пазух в предплечьях, пройдя через невидимые прорези в коже. Эландра рефлекторно закрыла голову, куда нацеливался удар, а опомнилась только в полете. В ужасе она заметила, что когти переломились в месте столкновения со сталью могильного воина.

Она ударилась спиной в основание холма двух героев, убрала обрубки и обнажила кинжал, тут же удлинившийся после мысленного снятия заклинания минимизации. Меч чуть шире шпаги певуче прошелся по воздуху. В этот момент ударил другой страж, время словно замедлилось для девушки, она с невообразимым усилием подняла руку с оружием, будто к ней привязали железный брусок, однако сумела защититься.

– Держи! – крикнул пронесшийся мимо Нимар. Он бросил Эландре бутылочку с какой-то выжимкой. – Арманор дал мне всего понемногу, исходя из знания некоторых особенностей сильных нежитей. Это не даст им воровать время.

На большие разъяснения задержаться он не мог, метким ударом посоха по черепу отправив стража на землю, он взбежал на холм, где его уже ждали. Эландра отскочила в сторону, мечом срубила крышку с флакончика и, оттянув маску пальцем, выпила вонючее зелье, не подумав о том, что его, быть может, следовало употребить иначе. Только спрашивать Нимара не имелось ни времени, ни возможности.

Движения стали более раскованными, пропала та необъяснимая тяжесть и мутные круги перед глазами, которые, впрочем, не успели в полной мере повлиять на боевые качества. Однако Эландра не почувствовала особенного преимущества, все равно стражи смотрелись грозно, а сил у них не поубавилось. Проткнув одного скелета – причем тонкое лезвие прошло между ребер, лишь слегка зацепляя сухие паруса плоти, – она поняла, что так просто врага не одолеть. Уйдя от пудового кулака умертвия, она откатилась назад, собирая волосами паутину и обломки мелких костей.

– Не пытайся их победить! – закричал сверху Нимар. – Скорее, сюда. Нужно снять заклинание Хаоса с помощью Камня Душ или Камня Ночи, это фиолетовый!

Эландра, как могла быстро, пробилась к напарнику, умудрившемуся убить одного стража, а второму он как раз пробил ребра сложенным посохом и разложил его внутри, ломая все остальное.

– Меня надолго не хватит, а их тут еще штук десять. И ведь это далеко не конец. Суть в том, чтобы Чистый человек использовал Камень, желательно Камень Души, он в этом плане сильнее. Ты ведь чиста?

– Насколько возможно в нашем далеком от идеала мире, – отозвалась девушка, ощущая усиление ветра. – Вот для чего тебе понадобилась я?

– Ладно, ты не раз доказывала чистоту сердца и души, просто захоти, чтобы они ожили, освободи их духи, заточенные в мечи. Это проще, чем кажется, просто сделай! Не думай об этом!

Он замолчал, округлив глаза, затем забормотал:

– Поздно, он уже готов, он поднимается… Вечный сын тлена!

– Ты меня сбиваешь! – крикнула Эландра, вертя дрожащими руками Осколки.

Девушка упала на колени перед окаменевшим Нигаэлем, ее трясло от накативших эмоций, она молила его ожить, взывала к Небесам. Сзади уже взбирались неторопливо стражи, спешить им было незачем – Он проснулся.

– К черту их, сначала займись Вечным! Он тебе сильнее помешает!

Эландра подняла взгляд, до слуха ее донесся низкий глухой стон, будто проснулась старая гора, заколдованная чародеем. У подножья холма проявилось гигантское жуткое лицо мертвеца, земля комьями катилась с него, проваливалась в глазницах, где торчали усохшие глаза, полные света некромагии. Исполинские руки вознеслись до небес, Делоан содрогнулся до основания, мощный ветер подул от Сына тлена, гоня мертвецкий смрад. Гневно взревев, труп-великан приподнялся из разрытой «могилы», гром разлетелся по низким тучам…

Глава 5

Сын праха ревел и кричал, сотрясая горы, некромагия в его глазах вспыхивала все ярче и ярче. Взгляд огромного мертвеца прибил Эландру к месту, а Нимар продолжал трясти ее за плечо и требовать применить Камни. Сам же уже примерял, каким будет его первый удар и какого стража стоит вырубить для начала.

– Да сделай хоть что-нибудь! – до хрипоты в горле заорал сверхвоин.

Но девушку отрезвил не его голос, а яркая вспышка в глазах Вечного, два гибких луча понеслись прямо на нее, и жажда жизни вернула мозгу контроль над телом. Подняв Камни перед собой (хотя она не знала, что собственно делает, просто слушала внутренний голос), она зажмурилась, выплеснув сильнейший заряд эмоций. Видимо, этого хватило, чтобы пробудить реликвию к жизни. Эландра не сразу осознала, что произошло, понимая лишь то, что пока жива. Открыв глаза, она увидела, как потоки некромагии слились с радужным лучом, исходящим из Осколков. И Камни постепенно перебарывали древнего адарсахца. Все происходило очень быстро, но девушке казалось, будто она могла видеть каждую секунду в мельчайших деталях, словно снова ее заморозил меч неживого стража. В какой-то момент луч из Осколков Мироздания вспыхнул особенно ярко и лавиной рванулся вперед, пробив череп гиганта. Дымящиеся клочья и пепел, медленно кружась, осели на плечи Вечного сына праха, слетели на землю у его торса, глубоко застрявшего в мертвой земле. Руки, похожие на строительные краны безжизненно рухнули, ломая в щепы костяной лес.

Эландру обуял восторг, девушка увидела в своих руках небывалую мощь. Она гордо встала во весь рост, заступив дорогу стражам и толпам зомби, гонимых к холму мортусами. Сила и свобода опьянили ее сильнее вина, казалось, с помощью этих трех маленьких самоцветов возможно перевернуть мир.

– Не увлекайся, – одернул ее Нимар, кое-как сдерживая натиск двоих скелетов. С другой стороны шли еще трое, поэтому Эландре показалась странной его претензия. Ей хотелось выплеснуть всю энергию Камней Мироздания, проверить, на что они способны, сколько могут дать…

– Плюнь на них, – продолжил сверхвоин, отступая к изваяниям. – Освободи орудия Абсолютов, тогда они сами уберутся. Это же тупая нежить, выполнив задачу, они просто уходят. Если нечего будет охранять…

Скелет свалил сильным ударом отвлекшегося Нимара, однако его мысль дошла до Эландры. Теперь, когда она уже ощутила связь с Камнями, было гораздо проще пробудить их силы. Эмоции, возникающие при мысли о Нигаэле, о прошлой любви, оказались еще ярче, нежели страх смерти от руки мертвого мага. Светло-зеленый Камень душ, услышал мысли хозяйки, засиял, как звезда, и корка на статуях затрещала. Загудели мечи воинов, струи энергии потянулись из них обратно в скованные камнем тела. Шипы, безобразно торчащие из статуй, отвалились, посыпались черепки растрескавшейся оболочки. Нежить остановилась, развернулась и… побрела в лес, вскоре пропав с концами. Волна света прошла по Делоану, сметая все напоминания о Царстве мертвых, вновь раскинулись вокруг красноватые скалы и неглубокие ущелья, залитые золотистым сиянием солнца – на этой стороне планеты в отличие от давеча покинутого Валара сейчас блистал день. Мрак и смрад Адарсаха испарились, точно их не было.

Свет и шум ослепили и оглушили девушку, она упала на колени, видя сквозь белую мглу, как шевельнулась рука Нигаэля. В ладони горели, обжигая кожу, Осколки, Эландра плотнее сжала их, не желая расставаться. Они стали ей утешением.

– Тебе пора, уходи, уходи назад немедленно! – пробился сквозь какофонию звуков и шумов голос Нимара.

Эландра почувствовала, что некая сила увлекает ее за собой, дальше мелькнул серый тоннель разлома.

***

Глаза открылись только с третьей попытки, Эландра лежала ничком на полу знакомой каюты Акуана, а по коридору за дверью приближались взволнованные голоса, один же был откровенно гневным. Спохватившись, она вскочила на ноги, заметалась по комнате, и, натолкнувшись на открытый сейф, словно требующий вернуть его сокровище, вспомнила, зачем она здесь. Расстаться с Камнями оказалось удивительно просто, потом девушка метнулась к потайному лифту, в последнюю секунду спасшему ее от беды. Двор она пересекла пулей, одним скачком перемахнула высокий забор и, добежав без остановки до края парящего города (а там рукой было подать), спрыгнула в бездну. Закрыв руками лицо от хлещущего на высокой скорости падения ветра, она преодолела половину пути, а потом, чувствуя близость земли, развернулась и попыталась полететь. Ветер еще покидал ее из стороны в сторону, но в итоге удалось войти в нормальный полет и незаметно сесть за дальними фермами.

Отдышавшись, вернув биение сердца в обычный ритм, Эландра рискнула высунуть нос из-за кучи универсальных строительных блоков, сваленных на задворках фермы на самой окраине разрастающегося поселения. Раннее утро только-только наступило, небо стало бледнее, но звезды еще отчетливо мерцали на нем. Фермеры мирно спали, до часа их пробуждения можно было запросто успеть добраться до дома.

Девушка по наитию сняла истрепанную куртку, обнаружив на ней большое пятно некрояда, выделяющегося из общей черноты «опасным» блеском. Прочную материю чуть разъело, но до кожи отрава не дошла. На всякий случай Эландра все же проверила плечо, подтянула рубашку со спины – к счастью куртка приняла весь удар на себя. По пути мимо фермы Эландра закинула куртку в бак с горящим с вечера мусором, отправила следом и маску, и направилась по знакомой местности домой, нужно было еще отмыться.

Проснулась Эландра поздно, с болезненными ощущениями, как от надоедливой простуды, все тело ломило. Как дошла до дома, заскочила в душ и улеглась в постель, она не помнила. За окном светило солнце, Ксандора под боком не оказалось, зато на первом этаже слышались шаги, шум посуды и голос мужа. При пробуждении девушка совсем забыла события прошедшей ночи, проведенной вдали от родных краев, словно все это просто ей приснилось. Уже умываясь у зеркала, она начала вспоминать смутные сцены схватки с мертвецами и яркий свет. Но сейчас ей чудилось, будто никаких последствий за собой те картинки перед глазами повлечь неспособны.

Снизу тянулся аппетитный аромат позднего завтрака, Эландра накинула халат и спустилась в столовую. Однако ее беззаботная веселость быстро развеялась. Ксандор не вышел обнять и поцеловать ее, как делал, каждый раз вставая раньше и готовя завтрак. Его поначалу вообще не было видно, слышался только взволнованный голос. Он был так занят разговором по вставленному в ухо телефону, перемежающимся глотками кофе, что едва не влетел в супругу на выходе в холл.

– Ты проснулась, ну наконец! – воскликнул он. – Ладно, мужик, можешь позже меня выцепить, заодно расскажешь, если что-нибудь новенькое появится. Детка, ты себе не представляешь, чего твориться в этом долбаном мире! Я-то только начал привыкать к роли примерного семьянина!

– Что… что случилось? – задрожав всем телом, спросила Эландра, ее вид как нельзя лучше помог создать впечатление, будто она удивлена.

– Да как тебе сказать, черт, я даже не представляю, с чего начать, сам обалдел. Так, пожалуй, начнем с малого. Акуан поднял на уши всю планету, по боевой тревоге вывели целый флот, в Тигилоне просто осадное положение!

– Это малое? – бледнея от мыслей о возможных трагедиях, которые повлекла ее ночная вылазка, пробормотала девушка.

– О да, Эли, это малое. Он заявил, что неизвестные пробрались в его каюту во дворце и выкрали Камни Мироздания! Камни, правда, на месте, но Акуан более чем уверен, что кто-то к ним прикладывался. Каким-то чутьем определил, только говорит, на все сто уверен. Разрыл тайный ход в комнате Лидера – я и не знал о нем – убеждает, дескать, пользовались недавно. Теперь вот взломщиков ищут, полиция на ушах ходит. А самое главное, Делоан основательно перевернули! Уж кому это под силу, в догадках теряется сам Вондар. Он, к слову, должен сегодня прибыть на Валар.

– Делоан? И что же?..

– Именно! Заклятье снято, нежить убралась обратно в свою вонючую нору, Нигаэль вернулся в Чертог в полных непонятках. И, соответственно, исчез и наш старый знакомец, что невольно заставляет меня вспомнить клятву, с которой я счастливо распрощался… Я готов весь дом заложить, это кто-нибудь из прихвостней Бэрона провернул! Но откуда такая сила, Ификрат всеми Небесами божился, что никакой бог так просто не пробьется. Еще эти сигналы…

– Сигналы? – уже по-настоящему удивилась Эландра.

– Это та ерунда, о которой я говорил тогда, ну когда встретился с Акуаном. Мудрецы Чертога усмотрели систему в происходящем, а недавно, мне вот только Акуан и передал, вычислили неизвестный сигнал. Первая реакция, как и положено – бить тревогу. Лучше зазря подорвать войска, чем встречать угрозу с голым задом.

– И что делать нам, ехать в Тигилон?

– Нет, – махнул рукой воин. – От нас сейчас будет мало пользы, Акуан в случае надобности даст знать. Постарайся расслабиться, а я пойду, оденусь.

Под «оденусь» Ксандор подразумевал снаряжение к походу, значит, вопрос о том, потребуется ли Лидеру помощь, был вопросом времени. Эландра встряхнула головой, мысленно кроя себя за ошибку, которую позволила себе допустить, последними словами. Как можно было идти на поводу Нимара Темного, самого главного подонка и мерзавца из всех смертных, кого она только знавала. Теперь придется нести ответственность за обоих, и это еще полбеды. Вдруг эта выходка с освобождением орудий Абсолютов и впрямь повлечет страшные последствия? Невиновные не должны платить за чужую глупость.

Набрав стакан воды, она встала перед работающим телевизором, с экрана лился словесный поток диктора и приглашенного генерала из новеньких, Эландра не вдавалась в суть разговора, пропуская слова мимо ушей. Картинки с плывущими по орбите кораблями вертелись, сменялись и повторялись. Возбужденный диктор махал руками и просил генерала объяснить, как могло случиться проникновение в самый глубочайший тыл. Тут в дверь позвонили. Эландра вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Если уже придется ответить перед законом, то нужно делать то, что правильно. Ведь на ней действительно лежала вина. Она быстро и уверенно отперла дверь нажатием клавиши, на пороге стоял ОН. Бэрон Ааззен собственной персоной заявился в дом заклятых врагов. Девушка даже не успела испугаться, автоматически она использовала то, что было под рукой: плеснула водой в лицо демона. Это механическое действие оказалось крайне уместным, тенедемон, ненавидящий воду пуще смерти, взвыл, схватился за лицо, плавящееся, словно от кислоты и попятился от двери.

На шум поспешил Ксандор, он собирался схватить обидчика и врезать ему локтем, как неожиданно для себя узнал того, кого поклялся отправить в самые глубины Ада. Его прямо откинуло от Бэрона, он толкнул Эландру в прихожую, а в руке засветился зеленым огнем зеркальный меч.

– Ах, ты… – прорычал Ааззен, все же фразу не закончив.

Ксандор опешил при виде подобной пассивности со стороны грозного Императора теней, раньше он уже набросился бы на обоих и разорвал в клочья.

– Эй, баран, в мирах заблудился? – тараща глаза и прижимаясь ближе к родным стенам, спросил Ксандор, неведомо для себя повторяя почти точь-в-точь слова супруги, брошенные в лицо Нимару.

– О, прямо в старые добрые времена вернулся, – захихикал Бэрон, утирая лицо. Дымящиеся раны быстро зарастали, вскоре кожа стала идеально гладкой и ровной. – Ну это ты хитро придумала с водой, – продолжил демон. – Я, кажется, белый флаг забыл, хе. Ничего, на первый раз простительно.

– Ты что несешь, паразит? – смелее продолжал воин. – Один свисток, и сюда слетится половина Чертога в первых рядах с Акуаном, ему благо близко. Не желаешь на своей драной шкуре отведать Камней Мироздания?

– Камни, да? Что-то часто они последнее время фигурируют, вы бы поосторожней с такими мощными штуками.

– Ты о чем?

– Женушку свою спроси, – Бэрон расхохотался. И тут же он поспешил опередить собеседника: – Так что, Лард, можешь звать хоть весь Чертог, не только половину. Я вас за собой потяну, ха-ха, ведь я на свободе вашими стараниями.

– Да ты бредишь, нечисть! – сквозь смех воскликнул Ксандор. – Нечего сочинять сказки, кто тебе, засранцу, поверит?

– Интересно, – сказал сам себе Ааззен, – Нимар упоминал об Эландре Глоухарт…

– Лард, – многозначительно поправил Ксандор.

– Плевать. Хм, странно, что она действовала без тебя, я-то решил, что она всего лишь выкрала Камни. Обычно в такие авантюры тебя самого засасывает…

Ч… что? – меч в руке воина опустился. – Эландра? Зачем ты, когда, как?..

– О, очень милая сцена, только давайте я пройду, – бесцеремонно встрял Бэрон, после чего протиснулся в дом безо всякого приглашения. – Здорово вы тут устроились, – продолжал он говорить, обходя прихожую. На минуту задержался у полки с трофеями и повертел статуэтку сородича. – Хе, Высшая раса.

– Как же так? – простонал Ксандор.

– Статуя так называется, – пояснил Ааззен, хотя речь явно шла не о ней. – Такие же стоят на площадях всех крупнейших городов Цертона и возле храмов. А в миниатюре их либо размещают в домах, как ты, либо содержат в самих храмах Темного Откровения, чтобы всегда помнить, кем являешься.

– Твою гребаную расу разнесли последние дикари в галактике! – злобно зарычал воин, проносясь в гостевую комнату.

– Теоретически – да, хотя и не полностью, как ты сам знаешь, – спокойно ответил Император, следя за бегущей к супругу Эландрой. – Я тут отчасти по этому вопросу. Но об этом чуть позже.

– Погоди, Ксандор, – взмолилась девушка, разумеется, прослушав всю болтологию непрошеного гостя. – Позволь объяснить…

– Чего объяснишь? Как тебя за кой-то черт понесло в Делоан с ворованными Камнями Мироздания на пару с нашим врагом? Или то, как ты освободила этого мутанта? Как ты могла? И даже не скала мне…

– Полноте, голубчик, – с напускной деликатностью произнес Бэрон, заходя в комнату. – По правде говоря, у тебя еще будет возможность сказать своей мадам спасибо. Поверь, Мироздание изменилось и сильно.

– А ты пришел его спасать, не так ли?

– Нет, что ты, что ты, Лард. У меня своя корысть, но так вышло, что наши истории сплелись. Начнем с того, что мне нужна помощь.

– На этом и закончим, – взяв себя в руки, строго сказал Ксандор. – С тобой, Эли, я поговорю после того, как выставлю этого паяца. А ты, друг ситный, сам дверь найдешь? И поищи помощь в своем треклятом пекле.

– Да я бы с радостью, – развел руками Император теней. – Понимаешь ли, демонам, а особенно высшим демонам – я же был одним из самых высших – многое прощается. Для демона грех смертного – это добродетель, если упрощать. А вот чего не прощается, так это слабость и поражение, хуже всего подвести Хозяина. Когда Хаос уработал нас с племянничком, он забрал наши духи, технически убив. В глазах Хозяина я пал, я был унижен и уничтожен. Он сразу отозвал обратно силу Зверя, являющуюся частью его же собственной сущности. А еще он разозлился, ты знаешь, что такое злой Абсолют? Лучше мне на первых порах в Преисподней не светить, во всяком случае, вокруг Пандемониума. Но случилась и другая неприятность, в суть которой Нимар посвятил твою благоверную. Демоны – редкие паскуды…

– Да, я в курсе, – с намеком вставил Ксандор. Бэрон же лишь выждал пару секунд, чтобы потом заговорить в том же размеренном тоне, ходя по комнате.

– И их натуру не изменить. Мои так называемые миньоны, видя мое поражение, вдруг решили, будто я слаб для командования над ними. Подумаешь, какие важные! Но наглости у них хватило, особенно у Колобоса. Проклятый колдунишка выдумал, что так просто может занять мое место! Однако за ним пошли все миньоны и добрая половина сынов ночи Темного Эдема. На данный момент ситуация накалилась настолько, что моим преданным апостолам во главе с Арманором пришлось покинуть мир, уведя Черную Луну на задворки Преисподней. Колобос установил свою цитадель и крепко засел…

– Сочувствую, а теперь – пшел вон! – Ксандор махнул на дверь и собирался вновь начать выяснения отношений с Эландрой, но гость не торопился.

– Я предлагаю сделку, – пояснил он. – Было бы наивно заваливаться к вам, требуя помощи, хотя, заметь, я мог просто вас шантажировать.

– А ты и так собираешься, – прочла эту мысль в глазах Ааззена Эландра.

– Если по-другому не выйдет, – задумчиво протянул Император. – Для начала я хочу предложить сотрудничество. Вы помогаете мне, подробности чуть позже, а я даю слово, что не сдам Эландру и поддержу Чертог в предстоящей заварушке.

Ксандор не удержался от смеха. Опустив голову и потирая пальцами лоб, он тихо хихикал около минуты, затем засмеялся громче, указывая на Бэрона. Тот хранил полное спокойствие, снисходительно позволяя воину отсмеяться.

– Давай-ка разберем все по порядку, – заикаясь от смеха, проговорил Ксандор. – И первый вопрос: мы должны верить тебе? Тебе! За кого ты меня держишь, Ааззен? Погоди отвечать, я сразу задам второй вопрос. Как ты будешь отмазывать Эландру (предложим, ты этого захотел)?

– Я никак не буду. Скажу Нимару, что если до него доберутся ищейки из Чертога, чтобы он взял вину на себя. Я демон, думаешь, мне не хватит хитрости придумать байку поправдоподобнее? А верить я тебя не заставляю, просто подумай, что получится иначе. Я либо сдам вас с потрохами, либо опять же не заступлюсь в случае, если возьмут Нимара за жабры. Решай.

Ксандор смутился и нахмурился, Бэрон, напротив, сохранял неподвижность черт, достойную запечатления в камне в качестве еще одной «Высшей расы».

– Так значит, – с обреченной улыбкой процедил воин. – А что за заварушка? Врешь опять что ли? Единственная заноза в заднице – это ты и есть, с остальными мы успешно разобрались. Или у Сатаниила народился новый план?

– Нет, – неторопливо ответил Ааззен, убрав руки в широкие карманы кожаного плаща. – У Хозяина депрессия, наступающая после череды неудачных раундов, или как еще называют эти стычки в Чертоге. Эх, у правителя Зла депрессии – то еще шоу, лучше не попадаться на глаза. Он на меня много надежд возлагал, как и отец, как и Империя…

– Это ты на приеме у психолога рассказывать будешь, – грубо оборвал Ксандор. – О какой заварушке речь тогда?

Эландра, прижавшись к кухонному столику бедрами, следила за разговором, бегала взглядом от одного собеседника к другому, не решаясь принять в обсуждении участия. Чувство вины так разрослось, что она чувствовала себя провинившейся девочкой, которой не давали слова.

– А вам, людям, так хочется верить, что вы все контролируете, да? Что можете все зло мира победить? Всегда есть что-то большее, всегда есть последствия. Нечто случилось в Делоане в день, когда Хаос пал. И разрушение старого дало жизнь новому. Свет вошел в Хаос, а ты, может быть, слышал, что бывает в таком случае?

– Эй, философ, конкретнее можно? Кто враг?

– Интересно, чтобы сейчас сказал Армагеддон? – спросил у себя самого Бэрон. – Я не знаю, никто пока не знает. Одно ясно – кто-то угрожает нам всем. Не веришь мне, иди, спроси у вашего мудреца Вондара.

– Точно, – опомнился воин, – Вондар же должен прилететь, а я из-за тебя застрял. Ох, и наваляет он тебе.

– Как знать, я не блефовал по поводу сдачи. Но с Вондаром тебе повидаться будет необходимо, а затем вернемся к моим проблемам.

– Да, твои проблемы, – с саркастическим сочувствием сказал Ксандор. – Что вам будет угодно, господин Император? Освободить Темный Эдем от предателей, пнуть под зад Нигаэля, лысинку до блеска надраить?..

– Лард, ты меня утомляешь. Для начала мне нужно попасть на Цертон.

– Так вперед и с песней!

– Я не могу, – борясь с собой, произнес Ааззен. По его взгляду Ксандор понял все.

– Ага! – хлопнул он в ладоши с явным злорадством. – Взгляни, Эли, наш властелин мира, кажись, всю силу растерял! Чудно, просто подарок судьбы!

– Смейся, смейся. Сам когда-нибудь будешь валяться и гадить под себя, а я живу вечно.

– И что? Во-первых, я о себе забочусь, и гадить точно не стану, во-вторых, с силой Света я тоже живу вечно, а в-третьих, да к черту третьих! Нет, этот момент надо как-то запечатлеть!

– Тебе сколько лет в интеллектуальном возрасте, Лард? Перед женой хоть себя не позорь. Да, сил во мне сейчас немного. Большую часть забрал Хозяин, много пропало при поражении Хаосу, а мои колодцы в Темном Эдеме захватил предатель Колобос. Он также не забыл опустошить почти полностью колодец в Черной Луне, прежде чем она покинула реальность. Но я предусмотрительно создал резервный Колодец душ на Цертоне, в Зале Темного Откровения – в центральном храме нашей цивилизации. Помимо отложенных на черный день душ в нем полно намоленной моими поклонниками энергии, вкупе это даст мне хорошую подзарядку, ха. Но сам я на Цертон не попаду, да и не хочу особенно о себе заявлять до поры до времени. Храм должен был устоять после атаки орков, но если его и разбомбили, до тайного колодца никому не добраться и взорвать его нельзя.

Супруги переглянулись, взгляды их встретились, и решение оказалось согласным у обоих. Бэрон ловко оплел их своими сетями. Какой смысл обращаться к воинам Чертога, указывать на бежавшего архидемона, если ответственность за его побег лежит на них самих? Доказать причастие Эландры было бы проще простого, хотя Ксандор этого не знал. Зато сама Эландра знала. Очевидно, что одолеть Вечного сына тлена могли лишь с помощью сильного оружия, такого как Камни Мироздания, на что указывал и Акуан. Но о тайном подъемнике знали только Нигаэль, Вондар и Эландра. Именно этот аргумент мог привести Нимар, и спорить с ним было бы сложно. Уж ему точно неоткуда было знать про тайный ход. И от кого он мог о нем узнать в таком случае? Вопрос риторический. Можно, разумеется, разводить демагогию про манидо, да кому это нужно слушать?

– Хрен с тобой, черт лысый, – сжав зубы, швырнул в лицо улыбающемуся Ааззену Ксандор. – Свезем тебя на Цертон, а там сам вертись. Сиди пока тут и ручонками своими ничего не тронь. Сейчас нас в Тигилоне ждут.

Глава 6

Вондар быстрой походкой ворвался в Зал Правосудия, охрана у входа отпрыгнула от мага, словно на них несся огромный валун. Вместо привычного черного кожаного плаща, рубашки и брюк, на нем была туника чуть ниже пояса, просторные штаны, сапоги на шнуровке, на кулак не достающие до колен, поверх туники плащ без рукавов. Все искристо белое с золотыми узорами по краям. Каждый свой шаг чародей выстукивал серебряным посохом с призмой из кристалла наверху. Никуда не исчезли и фирменные серебряные же томагавки Вондара, заткнутые по бокам за пояс.

Сам воздух словно изменился при появлении белого мага Чертога, неуловимый приятный запах наполнил помещение, стало светлее. Акуан выставил гвардейцев из зала, строго наказав не тревожить его ни под какими предлогами. На лице Лидера засияла радость и решимость, он похлопал Вондара по плечу и жестом пригласил за круглый стол на почетное место правителя, которое тот сравнительно недавно и занимал. Ксандор с Эландрой стыдливо отстранились, опасаясь приближаться к чародею, будто он тут же прочел бы их души.

– Ну наконец! – воскликнул Акуан. – Вот и славно! Я способен держать в узде Альянс, но к похищению Камней готов не был, признаюсь. Теперь-то мы наведем здесь порядок. Я грешу на Ааззена, точнее, на его тупых рабов…

– Не таких тупых, выходит, – спокойно проговорил Вондар, посмотрев почему-то на супругов Лард. Он чинно отодвинул стул, откинул край плаща и сел, расправив плечи. Посох он положил прямо на стол перед собой. Похоже было, что резкие слова Лидера его огорчили – не того он ожидал от наместника.

– Это им особого ума не делает, – так же небрежно отмахнулся Акуан, пыхтя от раздражения. – Знать бы, откуда они проведали про потайной ход, даже я о нем только слышал. Надо было тебе сразу предупредить о его наличии, уж я бы меры принял!

– Акуан, – одернул его волшебник. – Ты слишком близко сошелся с Камнями, будь начеку. И на твоем месте я удивлялся бы тому, что их все же вернули, – опять он кинул взор на молчаливую пару, словно добиваясь этими взглядами признания. – Причастие слуг Ааззена никто не отрицает, кому еще было выгодно прорываться в Делоан. С другой стороны, гораздо больше фактов указывает на необходимость освободить Нигаэля. Так или иначе, Осколки в безопасности, едва ли кто-то захочет взять их снова.

– Теперь я этого не позволю, – уверенно сказал сверхвоин, хлопнув по столу.

– И что предполагают делать с Ааззеном, Круг двадцати предложил решение? – неуверенным голосом спросил Ксандор, впервые вступив в беседу.

– А что с ним поделать? – добродушно улыбаясь, пожал плечами маг. – Ситуация в его родном мире такова, что ему там лучше не появляться, скорее всего он спрячется где-нибудь в Преисподней и будет зализывать раны. Не лезть же за ним, в самом деле, в Ад! Не берите в голову. Вообще-то я пришел сюда не ради Бэрона, не ради пропажи Камней, поскольку все это взаимосвязано. Я здесь, чтобы предупредить вас.

– Предупредить? – удивилась Эландра, которая уже не рассчитывала вернуться этим вечером домой. – Так что все-таки происходит? Пока мы в рядах воинов Чертога, мы должны знать.

– Нечисть, за которой вы вынуждены гоняться, не более чем последствия великого катаклизма, сравнимого едва ли не со Столкновением Земли и Неба. Таких последствий немало, но есть среди них одно, что угрожает многим. Сначала мы не обращали внимания, однако затем обнаружили несколько похожих смертей в различных частях Мироздания. Жертвы отъявленные мерзавцы…

– И что такого? – фыркнул Акуан. – Даже если кто-нибудь извне решил подчистить Вселенную, разве это трагедия, разве надо предупреждать нас? Да я сам намеревался устрожить ряд законов, особенно после кражи. А Ксандор? Парень готов голыми руками головы рвать всякой бандатве.

– Ну, я малость изменился, – замялся воин.

Вондар Мудрый резко вскочил и строго посмотрел прямо в темные глаза Акуана, чернеющие на бледном благородном лице.

– Ты меня расстраиваешь, друг, – сухо сказал он, не отводя глаз. – Ты вступил на опасную тропу, а я видел, куда она может привести. Ты же знаешь это лучше меня. Без суда и следствия убивают только демоны, а мы хотим быть выше их! И подумай, разве легко различить Добро и Зло? Какого человека можно назвать святым, кто никогда не ошибался? Ведь когда закончатся негодяи, эти убийцы могут переключиться не тех, кто идет после них, пусть вина и меньше. Нельзя пускать это на самотек, мы ведь не знаем, с кем имеем дело и почему все это вообще происходит.

– А может это те ребята шалят, – в более привычной веселой манере предположил Ксандор, – ну эти, Серый трибунал или как их Акуан величал?

– Они могли, – кивнул Вондар. – Но почему именно сейчас и как они скачут по мирам? Я рассматриваю вариант, при котором действуют филиалы организации. Такие есть, однако их было мало до последнего времени. В случае если это не Дариус, нам придется столкнуться с чем-нибудь много худшим, поверьте. В любом случае, мы должны навестить парней из Трибунала. Под «мы», я имею в виду себя и Акуана, если он не занят. Вы, друзья мои, вольны сами выбирать.

– Э-э-э, – протянул воин. – Извини, нам не досуг сейчас, может быть, позже сможем по соразмерности…

– Понимаю, – склонил голову и опустил веки маг. – В таком случае вы можете идти, однако я попрошу вас задержаться за дверью на пару минут. С тобой, Акуан, мы сейчас обговорим наши действия, побудь пока один и продумай детали. Возможно, от тебя могло ускользнуть что-нибудь важное.

Выпроводив Ксандора и Эландру в коридор, волшебник покосился на Лидера, затем сложил руки за спиной, дожидаясь, пока тяжелая армированная створка опустится до конца. Посох выглядывал над макушкой чародея, словно сияющий нимб, однако лик Вондара не излучал привычной доброты и тепла, некая холодная возвышенная строгость, присущая только высшим светлым, поселилась в его душе. Строгость мудрого родителя в отношении шаловливого дитяти, не желающего выучивать свой урок. Дважды Вондар открывал рот, собираясь начать наставления, обрываясь и просто выдыхая воздух.

– Ну что, – вдруг собрался он, – вы все-таки перешли черту, друзья?

– Ты о чем? – неумело изобразил удивление Ксандор.

– Вы взяли Камни, так? Это было безответственно, и я очень стараюсь смягчать выражения. Вы понимаете, что сделали? Нет, вы не просто совершили кражу, не просто забрались на запретную территорию, не просто повергли стражу Адарсаха, используя для этого предмет, с которым не способны справиться. Вы преступили Закон! Круг двадцати особенно яро блюдет именно установленные ими законы, и наказывать вас, прежде всего, будут за ослушание. Нет, я вас не выдам, только шила в мешке не утаишь, как вы знаете. Когда всплывет причина…

– Вондар, – абсолютно серьезным, уверенным голосом сказал воин. – Это я сделал. Я освободил Нигаэля под влиянием разговора с Акуаном о грядущей опасности. А еще я собирался навалять Ааззену, как поклялся. Ты меня знаешь, я люблю доводить дело до конца. А он сбежал…

– Благородно и убедительно, – чародей три раза хлопнул ладонями, опередив речь Эландры в оправдание супруга. – Но ты не учел того факта, что если уж я узнал про вашу выходку, то и знаю, кто в ней участвовал. От Эландры исходит тревога и вина, я читаю их на узоре волн ауры.

– Ты не знаешь того, что я работала с Нимаром Темным, – обиженно вставила девушка. – Ксандор ни за что не согласился бы ввязываться в эту проклятую авантюру, и правильно поступил бы. Тебе не понять…

– Отчего же? – улыбнулся маг той ласковой сияющей улыбкой, которой одаривал в былые времена. – Я обещал не сдавать тебя, чтобы не двигало тобой тогда. Идите с миром и молитесь о милости Всевышнему, он не останется безразличным. А с Бэроном мы разберемся. Я лично слагаю с тебя клятву, Ксандор, белому магу можно. Ступайте.

Он вернулся в Зал, где Акуан уже изнемогал от нетерпения, пусть беседа за дверьми длилась меньше тех пресловутых двух минут. Он стоял у окна во всю стену, один из сегментов коего был поднят, созерцая свой город. Последние приказы растревожили мегаполис, нарушив мирное течение жизни людей, отвыкающих постепенно от недавней войны. Теперь ее взрывы гремели слишком далеко, чтобы хотелось думать о ней, чтобы знать, что она еще продолжается.

– Ты изменился, – прошептал Вондар, подойдя к окну и окунувшись в теплый поток воздуха.

– Ты тоже, – не оборачиваясь, ответил сверхвоин.

– Верно, мы все меняемся, в этом смысл жизни. Но мне нужно, чтобы ты вспомнил себя прошлого и помог мне. Мы не знаем, кто наш враг и враг ли он. Возможно, предстоит поговорить с Дариусом, и я не могу обещать, что все пройдет гладко. Он и раньше-то был странноват, кто знает, как повлияла на него война с Хаосом, как он перенес возрождение. Да, – ответил он на взгляд темных глубоких, как недра океана, глаз друга, – его убили в той войне. Дариус Драгг и близнецы остались защищать Плеор, сколько их не звали принять участие в битве за Урм-Наборр. Едва ли они уцелели и там, а так вышло еще хуже. Кингу напали на Плеор Пять, повергая в руины город на их глазах, жрали людей, обращали в мутантов и забирали души. Эти трое вышли против целой лавины чудовищ, конечно результат был предрешен заранее. И я слышал, он помнит, – на этих словах Вондар понизил голос, опустил брови и плотнее прижал посох к плечу.

Акуан молчал, последнюю фразу он комментировал скупым кивком головы, хотя в душе не мог не ужаснуться. Каково это, помнить собственную смерть (и смерть жестокую, как еще твари Иркаллы способны расправляться?), каково понимать, что тебя при других обстоятельствах не должно было быть? Да и не было бы, как той башни за дворцом, пойди события несколько иным путем. Такое действительно способно изменить любого, чего же говорить про человека, страдающего паранойей.

– Но Трибунал – только предположение навскидку. Вряд ли мы найдем его след. Большинство мудрецов склонно верить в постороннее вмешательство.

– Постороннее? – поднял бровь Акуан.

– Верно, силы извне, великие силы. Они пока не в состоянии развернуться во всю ширь, однако все в мире относительно.

– И что могут быть за силы?

– Произошел акт творения. Что-то новое родилось в Мироздании после победы над Хаосом, какая-то жизнь заполнила пустоты космоса. Чертог занес в анналы появление целого мира, прослойки постоянно и стремительно увеличивающейся. Это не одна сфера, скорее, напоминает Междумирье.

– Новое Междумирье? И такое возможно?

– Все возможно, все… – маг поднес костяшки пальцев к губам. – Междумирье… – повторил он так, словно рассуждал с самим собой, – или…

– Или что? – Лидер расплел руки, сложенные на пояснице и полностью повернулся к собеседнику.

– Или Иркалла, – простодушно ответил Вондар.

***

– Быстро отстрелялись, – будто разочарованно сказал Ксандор, заползая в кабину своего новенького аэромобиля, который использовал в исключительных случаях для попадания на летающие города. Пожалуй, он даже слишком носился с транспортным средством, для того только и нужным, чтобы перемещаться.

– Мне вовсе не хотелось попадаться на глаза Вондару, – с убитым видом Эландра откинулась на спинку пассажирского сидения и закрыла лицо руками. – Меньше всего он ожидал этого от меня, я видела в его взгляде. Я и сама в себе разочарована.

– Тогда, может быть, сдадим этого гада?

– Нет, ты что! Вондар же обещал сохранить в тайне мою выходку. А Ааззен точно утащит меня с собой на дно, только не хватало, чтобы еще весь Чертог меня презирал, или Нигаэль…

– Мне казалось, у вас с ним все кончено, – недовольно буркнул воин, повернув голову к девушке. – Причем кончено по его же вине… Точнее не вине, ну ты поняла.

– Разумеется, кончено, – растягивая слова, выговорила Эландра. – Боюсь, тебе тоже не понять, зачем я в это впуталась. Давай просто вернемся.

– Эх, – Ксандор покачал головой, – просто так не получится. Там же сидит этот упырь, и он не уйдет без нас. Проклятье! Сначала ты его выпускаешь, теперь мы должны вернуть ему силу. Вот чего Вондару точно не пришло бы на ум. Я сам не верю, что мы будем это делать.

Машина пронеслась по полупустой воздушной трассе, мимо мерцали огни высоких домов-башен, дотягивающихся до облаков. Чтобы спуститься к поверхности, нужно было лететь к специальному пропускному порту, которыми заканчивались все крупные трассы. Таким образом, удавалось избегать путаницы и аварий. Ксандор без радости усадил машину в гараж с открывающейся крышей и пошел прямиком на кухню, за пивом. Бэрон помахал ему рукой из гостиной, где развалился на диване и смотрел какой-то фильм. На его наглость воин не обратил внимания, приложив все усилия.

Эландра, не замечая Ааззена, поглощенная тоской и досадой, бросила на чайный столик с широкой, похожей на язык ножкой, беспалые перчатки. Сама упала в кресло сбоку от дивана.

– Неудачный день? – лыбясь и буквально взрываясь от цинизма, спросил Бэрон. – Я тебя понимаю, сам недавно находился в черной полосе, ха-ха. Ничего, ничего, скоро все образуется.

– Для тебя – может быть, – тускло сказала девушка. – Хотя я бы на твоем месте на это не рассчитывала.

– Не будем загадывать заранее. Эх, этот мужик явно переигрывает, – перевел вдруг тему Император, махнув пятерней в сторону экрана.

Ксандор люто зыркнул на него, выходя из кухни в комнату, глотнул пива и утер губы. Демон подождал, покуда он не опустошит всю банку и не сядет во второе кресло. Как бы между делом, по-товарищески он спросил:

– И как? Что поведал наш чародей?

– Ничего, – глядя в окно замерзшим взглядом, ответила Эландра.

– Как, совсем ничего? Да ну. Неужели даже светлые мудрецы не выяснили причину изменений. Но мне-то чего огорчаться, верно?! Я же только выигрываю от неизвестности. Вам ведь скорее пригодиться союзник в борьбе с неведомым врагом? Я знаю, люди боятся неизвестности, – самодовольно ухмыльнулся архидемон. – Не будем терять времени…

– Учти, лысая башка, – резко оживился Ксандор, ткнув в гостя пальцем, – мы больше не офицеры Альянса, мы официально ушли в отставку. Допустим, корабль нам по старой дружбе выделит Акуан, но на Цертоне мы не будем желанными посетителями. И говорить Акуану о цели полета правду мы не станем, он же не идиот, чтобы отпускать нас на Цертон после того, как у него уперли Камни и ты внезапно освободился.

– Выкрутимся, – весело заулыбался Ааззен. – Надо быть позитивнее, Лард. Все ведь лучше, чем получать по шапке от Круга двадцати.

Глава 7

Костеря Бэрона, на чем свет стоит, Ксандор отправился к телефону, покоящемуся на специальной платформе на стене. Акуана он застал, хотя и в последний момент – Лидер собирался покидать планету в компании Вондара Мудрого. На удивление быстро и без вопросов он согласился предоставить друзьям межзвездный катер, который будет пригнан на ближайшую стартовую площадку. Воин наплел что-то по поводу небольшого отпуска в лесах Шерикона, наконец-то освоенных и пригодных для проживания.

Выезжать на взлетную площадку, откуда корабли стартовали с поверхности сразу к орбите, решено было ближе к вечеру. И Ксандор и его супруга снарядились по высшему разряду, Эландра даже прихватила доставшийся ей от покойного отца «цсидианский арсенал», универсальное устройство канувшей в небытие расы цсидианцев, способное менять форму, превращаясь в различные виды стрелкового оружия. По виду это был обычный лучевой пистолет, но при желании его можно было «перепаять», используя внутренние ресурсы и нано-модификаторы, в легкий гранатомет или миниатюрные (для своего класса) снайперскую винтовку или автомат. Иными словами, они обвешались оружием и снаряжением, а в таком виде являться в общественные места чревато. Помимо столь очевидных причин, возразил и Бэрон.

– Взгляни, как солнце палит, – указал он Ксандору на белое, тающее в небесах, светило. – Я не переношу яркого света.

– Тоже мне цаца, – разворчался в ответ воин. – Воды не терпишь, света тоже. Может быть, ты и чеснока боишься?

– Бог с тобой, Лард! – деланно воскликнул Император. – Иной раз такую чушь ляпнешь, что святых выноси. Чеснок. Я тенедемон, как, по-твоему, должен ли я любить свет? А к воде у нас врожденная нелюбовь.

Затемно они погрузились в аэромобиль, Ксандор летел почти у самой земли, чтобы и соседи не заметили их, но задумка сработала против него: машина, идя впритирку с пыльными, по большей части по-прежнему безжизненными полями Валара, поднимала в ночное небо белый вал. Взволнованный воин не сразу обратил на это внимание, потом же поспешил исправиться и поднялся выше. Катер ждал в условленном месте, в полутьме вокруг кабинки смотритель не разобрал оружия, зато с первого взгляда узнал Ксандора, с которым успел хорошо познакомиться – воин частенько пользовался услугами этой, самой ближней к его дому, площадки. Пока она так же ждала серьезных расширений, больше походя на стоянку космолетов на захолустных планетах Лиги Независимых Секторов.

– О, господин Лард! – воскликнул невысокий седой мужичок с видом бывшего мелкого уголовника. Заметив и Эландру, он пригладил торчащие из-под красной кепки, как у клоуна, пучки пепельных волос. – Чем могу помочь в столь поздний час?

Ааззен цинично хмыкнул за спинами мужа и жены, что-то присовокупив к этому звуку.

– Да вот, развлекаемся, – натянув маску веселья, воин облокотился одной рукой на металлический подоконник. – Хочу со своей дамой метнуться на Шерикон, говорят, там довольно мило после освоения. Для меня Лидер, – он многозначительно ткнул пальцем вверх, подразумевая не то высокое положение названного лица, не то летающий город, где Лидер и размещался, – заготовил катер.

Мужичок быстро сверился со стоящим у него на столике компьютером, успев параллельно почесать пивное брюшко, довольно закивал и обратился к Ксандору:

– Верно, есть катер, небольшой, но способный ходить в дальний космос. Я дам разрешение на взлет, удачного пути.

Распрощавшись по всем правилам, троица дошла до указанного судна, Император первым делом залез назад, вальяжно расположившись на сиденье, где могло сидеть сразу три человека. Ксандор по обыкновению занял место пилота, девушка села рядом. При том, что оставлять Ааззена одного за спиной не хотел никто из них, Эландра предпочла один на один с ним не оставаться.

– Ну и дыра у вас тут, – пренебрежительно поморщился Бэрон, когда катер пошел на взлет. – Похоже, цивилизация обошла ее стороной.

– Чего ж ты хотел? – не менее неприязненным тоном отозвался Ксандор. – Валар только недавно освоили, а отдаленные провинции Альянса зачастую отстают. Если бы не постоянные войны с уродами, вроде тебя…

Эландра слегка тронула супруга за плечо, и он не стал развивать тему. Однако и замолкать полностью не пожелал, дабы не оставить за Императором теней последнее слово.

– Мы еще твой Цертон не видели, то, во что он превратился. Даже захотелось на великую Империю взглянуть, ха.

– После дубины орка любая планета выглядит непрезентабельно. И, чтоб ты знал, если не знаешь, конечно, Цертон – это не вся Империя. Мог бы таких глупостей не нести хотя бы, – в конце тирады Бэрон растекся в мерзкой улыбке.

– Да уж знаем мы твою Империю, – отмахнулся Ксандор. – Половину планет отбил Альянс еще задолго до моего прибытия, остальные вернули во время Вторжения.

– Ну, две-три планеты остались до сих пор, они официально значатся провинциями могучего Цертона и принадлежат особо выдающимся арре-халлам, – без досады заметил Император. – Положим, сейчас они сложили оружие, во-первых, потому, что милостивые императорские войска не вырезают неблагодарное население этих летучих хлевов, как бы сделал Стальной Легион. А, во-вторых, после разгрома столицы и ликвидации императора наемниками Альянса, дрыгаться нет никакого смысла.

– Да, – заулыбался теперь Ксандор, – мы бы вас в землю закатали, даже лысины не торчали бы.

– Что поделать? Кто победил – тот и прав.

Дальше разговор не клеился, впрочем, Ксандору странным казался сам факт беседы с чудовищем, которое он поклялся, во что бы то ни стало, отправить в самые глубины Преисподней. Он готов был раньше наброситься на Ааззена и рвать ему глотку пальцами. Но закончилось все совсем уже непредсказуемо.

Катер выскочил в сектор Цертона, серо-зеленая планета гигант, затянутая ватой туч с завитками бушующих бурь, всем видом олицетворяла силу и величие народа, живущего на ее туловище. Монументальные сторожевые сферы медленно вращались, как маленькие планеты, Сторожевое кольцо, составленное из них, все также стерегло покой древнего мира. Каждая сфера представляла собой толстый столб с двумя чашами по краям, чем-то напоминающий гантель. А на этот столб, как на детскую пирамидку, были насажены диски, собственно образующие в совокупности форму шара. Из дисков торчали длинные, сужающиеся к концам стволы, завершающиеся красными шариками. Ксандор знал, что это не просто декорации. «Копья праотцев» – самое грозное оружие сферы, выпускающее сплошной смертоносный луч, способный распилить боевое судно, словно электропила кусок картона.

Однако трепет пред устрашающей мощью Империи рассеялся моментально, стоило присмотреться к сферам. Рои блестящих суденышек и рабочих дронов Альянса кружили вокруг «мертвых» гигантов-стражей. Теперь люди заправляли на сторожевых сферах Цертона, вооружение их пока решено было деактивировать. Удача благоволила путникам, перед планетой летало, сновало, мелькало огромное количество гражданских кораблей, на планету допускались не только военные и техники, но и граждане Альянса. Те могли прибыть по двум причинам: в целях экскурсии, либо же в качестве поселенцев. Акуан два года назад отдал приказ о заселении Цертона представителями различных рас Альянса с тем, чтобы восстановить население планеты, а заодно поубавить спесь цертонцев. Живя в плотном контакте с другими народами, завися от них во многом, имперцы должны, по затее Лидера, утратить чувство исключительности и расового превосходства. Решение в определенной мере мудрое, хотя находились и противники, утверждающие, что, дескать, такой шаг лишь озлобит жестоких цертонцев и толкнет их на восстание. Но восставать пока было некому, а умело организованное воспитание и пропаганда способны совершать большие чудеса.

Патрульный корвет пропустил катер на планету даже слишком просто, капитан полиции на его борту удовлетворился тем, что судно прибыло с Валара, а имя Ксандор Лард сделало остальное.

– Видишь ту башню? – обратился к воину Бэрон, когда катер вошел в атмосферу и стали различимы силуэты колоссальных памятников цертонской Империи. – Раньше их было четыре… Да, оркам было удобно бить по такой чудной мишени, – отвлекся он вдруг, заговорив расстроенным голосом. – Так вот, это башни императорского дворца, великая столица – Раггаб ро-Гор. Рули туда, но не садись слишком близко.

– Как прикажете, ваше императорское величество, – не упустил шанса съерничать Ксандор.

По мере снижения открывались все больше руины вековых городов, побитая земля, словом – памятник орочьей дикости и жестокости. Цертон значительно оживился, люди из Альянса бродили спокойно по отремонтированным улицам, работы велись повсеместно, причем строители старались соблюдать изначальную архитектуру.

Небо застлало серыми угрюмыми тучами, моросил мелкий дождь, на горизонте извивался, танцуя танец живота, ураган, гуляющий по пустынным равнинам за городом. Сам Цертон словно возмущался засильем иноземцев, словно негодовал, что его извечную твердь топчут ноги недостойных. Ксандор по указке привередливого пассажира отогнал катер на площадь в двух кварталах от дворца императора, куда припарковали десятков пять автомобилей, как воздушных, так и наземных. Космический катер выделялся на их фоне, однако все же никто не повернул головы в его сторону. Бэрон на выходе выругался, поднимая воротник длинного кожаного плаща, что впрочем, не спасло его от жалящих оголенную лысину капель.

– И что, так пойдем? – удивилась Эландра, косясь на Ааззена. – Я не вижу, чтобы цертонцы охотно общались с приезжими.

– Ничего страшного, – морщась от неприятного пощипывания на коже, произнес Бэрон, – сыграем в дружбу народов. Главное не попадаться на глаза знати, вдруг узнают.

– А если узнают наши? – настаивала девушка.

– Да нет, – махнул рукой воин. – Кто его узнает, эти лысые все на одну рожу.

– Ага, – буркнул Император теней. – А еще нас расистами называют. Офицеры меня могут распознать, но, пожалуй что, только бывалые. Я, поди, уже лет десять как минимум не управлял Цертоном, а на слуху и виду у всех эта крыса, Раар дар Мер, да последний. С ним я уже мало контактировал. А вот арре-халлы меня помнят отлично, к тому же, вы знали, у меня тут собственный культ процветал. Наверное, до сих пор существует.

Условились идти открыто, но обходить скопления народа и посты охраны. Альянс ударно занялся освоением планеты поверженного врага, разместив военные базы вокруг всех мало-мальски крупных городов, установив полицейские участки, создавая ополчение. Даже к побежденным и сложившим оружие цертонцам не было доверия, а унижение оскорбляло их. Помимо войск регулярной армии, Акуан распорядился внедрить агентов Чертога и даже организовал тайные святилища (среди которых затесался филиал Серого трибунала) на случай, если впавшие в отчаянье имперцы призовут на помощь легионы Преисподней.

Бэрон вежливо пропустил Ксандора вперед, дабы не смущать прохожих видом цертонца, возглавляющего людей. Эландра нехотя встала рядом с ненавистным демоном. Так они двинулись по широченной улице. Дома вокруг напоминали храмы, великолепие их просматривалось даже из-под развалин, хотя большую часть строений за последние три года все-таки реставрировали. С колоннами и арками, с круглыми куполами или крышами домиком, все строгие и высокие, серые, как неприветливые небеса Цертона. Имперцы как бы хотели продемонстрировать все величие своего народа, его превосходство над прочим «генетическим мусором». Они не обошли и архитектуру в сем стремлении.

Характерной чертой Раггаб ро-Гора, да вообще любого города на Цертоне, было пространство. Свободное пространство между зданиями, обилие площадей, улицы, по которым впору военные парады водить. Сама планета представляла собой гиганта, Альфа-Белтар не шел с ней ни в какое сравнение, а уж Валар и подавно. Это как нельзя лучше способствовало созданию таких просторных, открытых городов. А города в свою очередь приобретали поистине императорский размах, даже разрушенный и восстановленный Раггаб ро-Гор внушал трепет и уважение, как горный хребет в лучах заката.

Прохожие косо поглядывали на престранную процессию, и, хотя трое странников выбирали наиболее безлюдные обходные пути, остаться наедине с собой в цертонском городе не выходило. Бэрон и сам растерялся, выбирая подходящий способ миновать пост охраны, раскинувшийся на подступах к дворцу. Еще пара полевых лагерей Альянса обступили резиденцию с фронта и другого бока. Поразмыслив, Ааззен свернул на улочку, загибающуюся за строгие, но красивые сады, далее тянущуюся в обход здания. Позади этого присно помянутого дворца, она переходила в очередную площадь, меньше прочих. Здесь еще остались две-три дырки от снарядов оркских штурмовиков, кучка красноватых с прожилками кирпичей валялась тут с того самого дня, когда пала Империя. На площади вяло шатался какой-то турист с едва заметной в руке камерой, которой он то и дело щелкал снимки, как бы невзначай поднимая ее до уровня глаз. Бэрон оскалился, закипая при виде столь бесстыдного кощунства, но еще больший гнев падшего Императора вызвала другая парочка. Два человеко-свина в цветастых халатах и чудных шапочках с гордо задранными к небу пятачками расхаживали по площади и вели неспешную беседу.

– Вот, господин Окхру, – обратился один к другому, обведя город рукой, – какова ирония! – он восторженно всплеснул толстыми короткими пальцами. – Эти негодяи нас разорили, уничтожили нашу планету, а теперь получили сполна сами. А нога гордого пиггена отныне может топтать их улицы!

– Во истину, друг мой! – довольно захрюкал второй, и демонстративно потер плиты из розового мрамора носком мягкой туфли.

– Нет, вы что не говорите, – покачал головой Ксандор, – какой бы ни был геноцид, но эти ребята сами нарываются.

Демон понимающе закивал и даже похлопал воина по плечу. Устраивать потасовку посреди улицы он, конечно, не стал, да и вообще нашел ниже своего достоинства оказать такую «высокую честь» зарвавшимся пиггенам. Одна Эландра осталась недовольна общими выводами, но решила не вступать в прения.

Дворец с расстояния походил больше на громадный блок гранита, словно его так и вырезали из цельной скалы, задняя стена была сплошной и гладкой, ряд высоких окон шел по ней на расстоянии четырех метров от земли. На боковых фасадах уже виднелись горельефы, изображающие, как легко догадаться, величие и подвиги цертонской расы. Бэрон провел людей мимо дворцовой стены и выглянул на площадь напротив главного входа. Стела в виде меча, грубо обломленная на середине, возвышалась на просторном полукруге, в который врезалась широкая лестница с множеством ступеней. Ступени эти тянулись к портику, где колонны заменяли статуи идеально сложенных голых цертонцев, удерживающих крышу на вытянутых руках. Высокие стрельчатые ворота, украшенные золотом и «стеклом» из драгоценных камней, были отворены. По площади толпились цертонцы, среди которых иногда мелькала черная броня десантников Альянса.

Ксандор оглянулся на купол, окруженный колоннами, и похлопал Бэрона по плечу.

– Я не силен в вашей культуре, но мне кажется, вот та штука больше похожа на храм. На кой ляд нам дворец-то?

– На тот, – раздраженным шепотом шикнул Император, – что праотцы строили Зал Темного Откровения не для всякого желающего прикоснуться к великому, иначе там давно ползали эти ряженые свиньи. Войти в него имеет право лишь император или верные ему жрецы, потому вход разместили внутри дворца. Выйти из Зала в город можно, а вот войти – даже не надейся. Там сильная магия, дарованная самим Сатаниилом. Видишь? – он ткнул пальцем на высоко поднимающийся над монументальными домами купол, покрытый черными пятнами. – Как тебе это? Даже бомбы орков его не повредили.

– Да кто же нас пустит во дворец? – развел руками воин. – Я перед парнями из охраны разъясняться не желаю. Выставят нас, еще и заставят перед Акуаном отчитаться. Да и тебе тут не рады.

– Кончай скулить, Лард. Я что-нибудь придумаю.

– Может, окна с тыла? – предложила Эландра, ткнув большим пальцем через плечо. – Я могла бы поднять Ксандора с помощью силы Света, а ты как-нибудь да просочишься.

– Эй, не спеши, детка! – засуетился Ксандор. – Пускай он сам теперь по окнам лазает, сколько душе угодно. Я, например, в этом богомерзии участвовать отказываюсь, и вряд ли тебе лично хочется помогать этому… – он не стал озвучивать родившийся в мозгу эпитет, просто кивнув на Бэрона.

– Хм, – Император теней задумчиво потер подбородок. – Я рассчитывал на более продолжительное сотрудничество. Видишь ли, Лард, похоже, в Зале Темного Откровения побывали ваши товарищи из Чертога. Вернее не в самом Зале, туда им попасть составит известную сложность, но они околачивались вокруг. Поставили печать света, как доложил Нимар. Печать слабая, верно, они не подозревали, что я вообще сумею попасть сюда, даже вы сможете ее сломать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.