Александр Романов
Каждому слову – своя борозда. Словник

© Романов А. А., 2024

© Издательство «Родники», 2024

© Оформление. Издательство «Родники», 2024

* * *

«Каждому слову – своя борозда»

О, родина моя былая, сказочная, до слёз

дорогая, ныне уже не существующая в яви —

лишь в снах моих, да в озарениях памяти и

тоски моей жива ещё она…

А. А. Романов

Поэт и прозаик А. А. Романов был счастливым человеком: он всю жизнь занимался любимым делом – «ткал свой узор на станке родного языка».

Размышляя о богатстве и силе родного языка, он признавался: «Писателям, родившимся в старой деревне, повезло: их зыбки сразу окунулись в народную речь, как в животворящую купель. И в детскую память и душу просторно ложился язык слышимый, вольготный, со своей музыкой и образной самобытностью. Слух деревенского детства ещё не осознанно, но на удивление легко долетал до корневых глубин родного слова, до самых сокровенных завязей, которые звучали во времена, может, ещё раннего славянства…»

Став взрослым, познав очень многое в жизни и уже состоявшись как писатель, он пришёл однажды к удивительному и совершенно точному выводу: «…Весь северный крестьянский край вплоть до Белого моря издавна, ещё с допетровских времён, был средоточием культурного наследства Древней Руси. Именно здесь, в богатырских лесах, веками не меркли зарницы летописного Киева и катилось эхо Великого Новгорода… Именно здесь, в бревенчатых раздольях, с напевов архангельских, олонецких, вологодских крестьян собраны и записаны золотые тома народной поэзии и мудрости…»

«Ткать свой узор» ему было и радостно, и трудно. Да, пустеют русские деревни, уходят из жизни деревенские первопроходцы и устроители, исчезает крестьянство как таковое, но – жива память об этих «незнаменитых» людях, их великих делах и сложных судьбах. «…Но лари моих дней не пусты: / Чем древнее слова, тем согревней. / И стихи ткутся будто холсты!»

А трудность состояла в том, что современный язык удручал его и как поэта, и как русского человека: «Было установлено, что журналисты на протяжении многих лет используют примерно полторы тысячи слов. Всего полторы – из двухсот двадцати тысяч, записанных в далевском словаре!

При этом надо учитывать, что даже этот словарь не исчерпывает всего русского языка – как бы ни был велик подвиг Даля, это всё-таки труд одного человека, и, конечно же, за пределами этого пусть необъятного и гигантского, но одиночного труда осталось множество незаписанных слов».

Всегда внимательный к жизни, А. А. Романов очень боялся опоздать. «Надо успеть записать о 20–30-х годах всё, что возможно, непосредственно от самих очевидцев: матерей, бабушек, дедушек, – волновался он. – Этот материал надо получить из первых рук и составить объективную, насколько это можно, картину жизни тех лет. Через какой-то десяток годов это всё уйдёт из рук, и боюсь, что всякие несуразности и приукрашивания станут выдаваться за подлинное и оспорить будет нечем… Вот поэтому сейчас так привлекают меня мемуары деревенских пенсионеров. Пусть они безграмотны с литературной точки зрения, но дух, атмосферу, детали, даже живые голоса «оттуда» можно почувствовать и услышать, и это всё меня очень волнует…»

Почему так? Что такое особенное могли знать и рассказать обычные советские «деревенские пенсионеры»?

Вот как на этот вопрос отвечал сам писатель: «В крестьянстве, именно в нём, хранилось и держалось веками то, что мы называем народным… Духовная жизнь народов взрастала на той же почве, что и хлеб. Народное творчество никогда не отрывалось от земли, и по нему всегда можно узнать историю и судьбу народов и целых государств. Фольклор – это самоистина».

Содержание книги «Каждому слову – своя борозда» – посильный вклад в дело сохранения этой «самоистины», рождённой непосредственно на родине писателя, Корбангской земле. Основную часть книги составляют житейские истории, сложные характеры, необычные судьбы, семейные предания, образные высказывания, живая речь земляков-корбаков, взятые из рабочих блокнотиков и черновых тетрадей А. А. Романова. В них – то, как жили и как говорили наши дедушки и бабушки…

Это живая разговорная речь, данная так, как она звучала на деревенских улочках, сходках, свадьбах, похоронах, домашних беседах в избах… Здесь «и стужи, и нужи», и «судьба без прикрас и вся жизнь напоказ»…

А. А. Романов справедливо отмечен в этой книге «сторонних» высказываний как «автор». Он пояснял для себя и для нас точный смысл «схваченных» им слов, выражений, высказываний… Но даже он, очевидец и участник многих событий, местный житель, «моляк», «корбак», не всё знал, многое уточнял, записывал – сразу или потом, по памяти – в свой блокнотик, потом часто возвращался к записанному, перепроверял, выспрашивал…

Это – не Словарь, а Словник, поэтому составители не были связаны строгими, обязательными правилами оформления словарных статей. В алфавитном порядке с минимальным комментированием составлен лишь 1-й раздел – «Редкие слова и выражения», остальные разделы представлены в свободной форме.

Особенную сложность вызвало содержание разделов «Образные высказывания», «Присловья, присказки и прибаутки» и «Житейские истории и премудрости», поскольку здесь, конечно, преобладают не грамматически выверенные словосочетания, предложения и тексты, но – «живые» высказывания. Высказывание, отмечается в «Словаре русской ментальности» В. В. Колесова, «выливается за границы формальной структуры предложения, выходит за пределы логики и грамматики. Это и есть самосознание семантически мягкого языка в его борьбе с более жёсткими, грамматически и логически организованными западными языками…» (СПб.: «Златоуст», 2014, т. 2, с. 95). Не в каждом таком высказывании – редкие и образные выражения, но почти в каждом – «сокровенные слова» земляков, сказанные сердцем…

Вряд ли возможно всё охватить-обозначить словом, хотя бы и народным, но главное направление познания человеческой жизни указано совершенно верно. Однажды, более полувека назад, не скрывая своего восхищения этой мудрой и образной «самоистиной», искомой и выраженной в народном слове, А. А. Романов произнёс: «…Боже мой, на каждом шагу – такие черты и краски жизни, что хоть не отрывайся от блокнота – пиши, пиши! Сама жизнь так и вламывается в глаза и душу. Сколько всего нового…»

Пророческие слова!

Народная речь

Дивлюсь народной речи!..
В родимой стороне
Друзей, бывает, встречу —
И будет праздник мне.
Усядусь с ними просто —
Как свой среди своих,
Где сроду не был гостем,
Ел тот же хлеб и жмых.
И разговор вседневный,
Нередко и смешной,
Опять плетёт деревня
Легко передо мной.
И вдруг такое слово
Обронит невзначай,
Что в лучший стих готово —
Лишь зорко примечай.
Привскочишь: да откуда,
Да из каких глубин
Достали это чудо
За вздох, за миг один?
Ведь в этом слове редком
И жарком – только тронь —
Мерцает дальних предков
Языческий огонь.
Удивишься немало:
Что слово, как запал,
В тебе самом дремало,
А ты его не знал…
А речи всё плетутся,
Как наши кружева:
И так и сяк берутся
И ставятся слова.
Обычные бы вроде,
Да в необычный ряд.
И вдруг, что самородки,
Стыкуясь, загорят…
Родной язык – держава.
И даже мудрый Даль
Не всю в словах обшарил
И глубину, и даль.
И мне бывает больно,
Когда берут в тиски
Слова программой школьной
Богатству вопреки.
И горько мне бывает,
Когда в домах у нас
Старушек поправляют
Внучата всякий раз.
Мол, их слова плохие.
И с детства говорят
Хоть грамотно, да хило.
А рядом этот клад!
А он, не видный глазу,
Лежит в толкучке дней.
Дороже всех алмазов
И золота ценней.
Что золото и камни!
В нём то, чем жизнь жива, —
Гранённые веками,
Алмазные слова!

Редкие слова и выражения

– Собаку зовут Баско… У него оба уха до подполатей… (божатка Манефа).

Баско. Имя существительное (далее – ИС). Баский – красивый, ладный.

– Сшила себе сарафан: баско и добро! (божатка Манефа).

Баско. Наречие. Красиво.

– Ноне ни бережи, ни скопленья – ничего нет у молодых баб. Только на один день покупают…

Бережа. ИС. Сбережённое, припасённое.

– …Обувки-то не было настоящей. А я за жизнь столько лаптей изорвала, что, поди-ко, целый березник [березняк] на одну меня изрубили мужики… (Павла).

Березник. ИС. То же, что березняк. Берёзовая роща.

– Нашей бражки на Дону много полегло…

Бражка. ИС. Возможно, «братьев». Автор, прямой очевидец и участник разговора, поясняет смысл: «много наших солдат полегло…» Слово, кажется, очень редкое в Корбанге. Кто его употребил, как его занесло в эти края – теперь ничего уже не узнать…

– Ходила я, смотрю: будле, Катерина, Катькя Сукманка. Да, она… Одни выварки остались…

Будле. Предлог. Вроде.

– Санко, пей ещё цашечку… (угощает голодного сироту).

– Не знаю, не знаю: не солоно да не воложно, так, поди, хватит…

Воложно. Наречие. Сочно, жирно. «Их двое, а ты одна: так ешь воложней да со дна…»

– Ты чего это, В., вологу-то одну хлебаешь?

– А вы больше боркайте так…

– Ой, хозеин-хозеин…

– Парень-то поёт песни вранские. Дадут бабы печенье – он и поёт, а те хохочут… А парень-то добро поёт: с притрясом голос… (божатка Манефа).

Шура Романов на коленях у деда

Вранские. Имя прилагательное (далее – ИП). Видимо, от глагола «врать» («обманывать», «хулиганить»). Автор уточняет у себя в блокнотике: «песни вранские» – матюжные. Здесь ещё и интересная, образная характеристика голоса – «с притрясом». Ещё один пример на эту тему: «На вранье замешаны, так где ж нам жить-то хорошо?..»

– А ветер нам всочь…

Всочь. Наречие. От гл. сочать, стречать, перенимать: впереем, напротив, встречу. Ветер всочь. Ты от горя прочь, а оно тебе всочь (в су очь, т. е. встречу) (Толковый словарь Даля).

Пертяевские женщины

– Втупор мы в лес и не хаживали…

Втупор. Наречие. В ту пору. Никто не могли его втупор перебороть…

«Мой ровесник – сосед по избяному заулку, окромя отлучки на военную службу, из нашей деревни не уезжал» (автор).

Окромя. Предлог. Кроме.

– Отец твой был такой человек: если на нём есть две рубахи, так он, если попросят, верхнюю, хорошую, отдаст, а сам в нижней останется. Ему было не отказать, на всякую просьбу отзывался, в ущерб себе. Вот и вызнали люди его. И за доброту его чуть не погубили: чуть не оказался в тюрьме за растрату…

Вызнать. Глагол. Узнать, познать.

– Грядушки-то опеть выпоротки обчистили…

Выпоротки. ИС. Мех, шкура ягнят от «упалых» суягных маток, «выпоротые». Но здесь деревенская женщина ругает местных ребятишек за то, что они, голодные «выпоротки»! ночью «обчистили» грядки на её огороде (может, и не только у неё).

– Выряжалась я два лета…

Выряжаться. Глагол. Автор поясняет смысл: «ходила в девках, в невестах». В те годы, когда мы выряжались, было на тыщу раз веселее…

Авторское объяснение: «Он с нами выряжался (значит, одногодок)», – говорит мать. «Выряжаться» – пора молодости, гулянки, до замужества и женитьбы.

– С глибкой отопью весь чай!..

Глибка. ИС. Возможно, от «глубь» – пустота, бездна. Видимо, «пить чай с глибкой» – пить «ни с чем». Автор, очевидец событий, подсказывает смысл высказывания: «скромно». «Глибочка» – небольшой кусочек колотого сахара.

– Возьму ещё глибочку небольшую…

– Да, бери ты, бери: сахар-то есть…

– Гриб-то нас за зиму натешил…

Гриб. ИС. Авторское пояснение: «Грипп». У нас многие за зиму грибом-то переболели.

– Гулей, гулей, – говорит он мне, собираясь по воду.

Гулять. Глагол. Автор поясняет смысл: «оставайся, мол, посиди, не скучай, я скоро вернусь…»

Весна. Март. Снег ползёт с крыш. Марья бродит около своего домика: дровишки возит на санках, лопатой что-то скребёт у крылечка.

На ней серая фуфайка, серый платок, валенки в галошах. Но вот она выходит на крыльцо в чёрной фуфайке и в зелёном платке. Это значит, что она пошла «гулять», то есть проведать (может, в десятый раз сегодня) Н. Лицо красное, щурится, идёт, палкой щупает тропку – худо видит, а надо, обязательно надо всё видеть вокруг и знать, кто как живёт…

– Ты даве куда бродила?..

Даве (давеча). Наречие. Недавно, на днях. Я даве забрёл в те места…

Мать моет пол с дресвой, натирает пол лаптем, и пол делается золотисто-свежим. Помоешь дерево – оно улыбнётся…

Дресва. ИС. Песок.

– Ой ты, дыбало хитрое, не ходи, не искушай старика бутылками. Страмно на тебя глядеть: рожу-то всю заволокло, как у поросёнка ж…

Дыбало. ИС. Смысл может быть понят лишь из контекста. Возможно, связано со словом «надыбать» (?).

– А что… ежа хорошая…

Ежа. ИС. Еда.

– Нет ли заспицы у тебя?..

Заспа, заспица. ИС. Овсяная крупа деревенского помола.

– Половина чугуна – тятьке, мамке – фигу-на! – вот какой золотой зеть-то!

Зеть. ИС. Зять. «Золотой зеть» – явная ирония.

Истьба – это и есть изба, истопка, очаг… (из разговора с приехавшим на Корбангу учёным).

– Не увеличиваю свою работу – спроси любого. Сколько я в колхозе поскирдовал, то если бы мне лаз в одну сторону, то, право, в Кремль прилез бы по снопам… До 500 суслонов заскирдовывал в день! Пальцы-то вот как изворухало…

Изворухать. Глагол. Контекст подсказывает значение: вывернуть, извести

– Досужего-то времени нет у нас – с огурцами скоко канители, вот весну-то и канителились… (Павла)

Канителиться. Глагол. Делать что-либо медленно и бестолково, попусту терять время; возиться. Здесь: тщательно ухаживать, заботиться.

– Тоска сильно обневодила меня. Севодня видела во сне, что катаники потеряла… Как бы кого не потерять или самой не украсться…

Обневодить. Глагол. Окружить, обвести вокруг (как неводом).

Катаники. ИС. Валенки.

Автор поясняет: выражение «как бы самой не украсться» означает не умереть.

– Полоска-то у тебя узенькая, да коров-то мало. А девушка на невестье [на выданье]: надо атласу, а он стоит 1 рупь 20 коп. аршин. Купят на сарафан, так и кожилятся целый год. Суконную шубу справить – расход крупный. Аршин – 2,5 руб. сукно.

Кожилиться. Глагол. Значение не ясно.

– Она… как корёка какая-то…

Корёка. ИС. Ответ на вопрос автора таков: «Это… толстая, как коряга… Вот, правду говорят, что корёки незамужние, так злые…»

– Денег-то – хоть бы грош расколотый был, нет денег, а всё один разговор, всё пластинку не меняет: вот бы домик купить, вот бы одной пожить. В таком грехе живу – ни в одной бане не отмыть. Ох! И кропушит меня…

Кропушить. Глагол. Ругать, поносить.

– Солнечные лучи в щелях полутёмного сарая – что жёлтые струны, что прежняя тканина, натянутая на кроснах. Вьются пылинки, и струны как будто звенят от напряжения… (авторская зарисовка, осень 1972 г.).

Кросна. ИС. Деревянный ткацкий стан (станок) для ручного ткачества, создания различных полотен и ковров.

Фрагмент из поэмы А. А. Романова «Павла»:

«Кросна в избу волоки,
Стану ткать половики!»
С чердака достали кросна
(Как их зять не нарушил?),
Затуманились с мороза
Корневым загибом жил.
А меж ними лег навой
Барабанно-круговой.
Притужальником приперта
Крепко пришвица, как встарь,
И висят златые бёрда —
Ну, возьми, взмахни, ударь!..
Павла, царственно-серьезна,
Подвигается за кросна…

И здесь, как подарок из старых времён, целый набор древних слов: навой, притужальник, пришвица, бёрда…

– Саша… Что – Саша? Он домой приезжает, что прежняя старуха с куделей, чтоб лишний моток напресть [напрясть]. До хозяйства ли, до дому ли ему? А у меня всё валится. Дому нужен хозяин – не с пером, а с топором. («Мама – соседкам обо мне», – поясняет автор. 21.04.1980).

Кудель (куделя). ИС. Волокно льна, конопли или шерсть для пряжи.

– Худо надеяться на кого-то… Вот, повстречала Ч., ну-ко… Ворковала да ворковала уж… По правде сказать… А оне встали да пошли…

Для чего маяться-то, на кой кумоху!..

Кумоха. ИС. Мифическое существо, приносящее в дом несчастья (гибель урожая, болезнь скотины и т. п.). На кой же кумоху, эко больно маленькие лампочкя-то [лампочки] повесили, хуже прежней керосинки! – Я у тебя за лето прибуду! (внук говорит бабке). – Некумоха ты не прибудешь… (отвечает та).

Автор поясняет: речь идёт о том, что внук за лето пополнеет у бабки на деревенских харчах, а она добродушно сомневается. Неку-моха – значит «ничего, нисколько».

Гуляния на главной петряевской улице

– Зачем эта… коптилка? – спрашивает внучка, показывая на лампадку, висящую перед материнскими иконами.

– Это не коптилка, а лампада. Её зажигали в большие деревенские праздники…

Внучка смотрит, слушает и ничего не понимает…

И грустно, и скорбно, и жалко внучку, что она вовсе не узнала бы такого слова – «лампада», если бы не оказалась в избе.

Лампада. ИС. Наполненный маслом светильник.

– Ну, как корова-то?

– Стельная.

– Ну, стельная – так слава богу.

– А лонись была яловухой…

– А и у нас яловух много лонись было…

Стельная – беременная. Яловуха – бесплодная. Лонись – в прошлом году.

Сено-то лоньское, поди? Лоньской, лонское. ИП. От лонись. Прошлогоднее сено.

– За год он так обленился, что лопень. Эдакой леший сидит дома, печь-то скоро провалится – до того долежал… (божатка Манефа).

Лопень. ИС. Смысл ясен из контекста.

– Лыка-то на каждой берёзе позаглядываешь…

Лыко. ИС. Волокнистая древесная ткань, отделяемая от ствола; неокрепшее подкорье. Здесь смысл, видимо, таков: лыка-то ещё поискать надо, «позаглядывать».

– Он ожирел – лямля какой-то стал…

Лямля. ИС. Видимо, от мямля – вялый, нерасторопный, нерешительный человек.

– Межу нами какую разврату кинули…

Межу. Между. Предлог. «Кинули разврату…» – посеяли (устроили) неприязнь.

Интересно это употребление более древнего «межу» вместо современного «между»: слово «между» и возникло от слова «межда», т. е. «граница, межа» (Толковый словарь Н. М. Шанского).

– Не молонишься?

– Нет, молоко ем…

Молониться. Глагол. Смысл не очевиден.

– Сам хозеин наварзал…

Наварзать. Глагол. Накуролесить, набедокурить, испортить.

– А кто завернётся к нам, так чем потчевать будем? Что наверхосытку? Али стыдом обороняться будем? (мать).

Наверхосытку. Наречие. Авторское объяснение: на десерт.

– Всё теряю: вот об одной рукавице хожу, а где другая – и не знаю. Намедни очки сунула в чужую куфайку [фуфайку] – унесла сватья в Щёкотово… Только таскаю свою пустую голову, вот бы и её потерять где-нибудь… Надоело всё…

Намедни. Онамедни. Наречие. Недавно, на днях; вчера. Онамедни бороду остриг, так как заяц стал. Пошёл по деревне – бабы от смеху валятся…

Куфайка. ИС. Фуфайка – тёплая нательная одежда.

Деревянный ухват на «колесиках». Школьный краеведческий музей (п. Воробьево)

– Бавшку-то [бабушку] не привезли? Без бавшки напостыло…

Напостылеть. То же, что и опостылеть. Глагол. Очень надоесть, опротиветь; охладеть («остыть»). …Ведь белый-то свет никому не напостыл. На белом-то свете что хотим, то и делаем… Вот, девицы, семьдесят годов прожила, а не напостыло. Умирать, девицы, неохота, а умирать надо – время подошло…

– Вот ты какая… напросливая!

Напросливая. ИП. Назойливая, постоянно обращающаяся с просьбами («всё просит и просит…». Автор).

– Горей [горя] много было… Пахала и махала [косила], и косы клепала… Всякую работу делала. Спала на сенокосе – пока каша варилась. Вот как было. Много горя было. Да кабы не эдакое горя, так меня бы сроду не изжить. Кажется, у меня сроду не бывало счастливое время. Радости не бывало… Уж нашто я больше поревела…

Нашто. Наречие. Зачем. Уж нашто я больше поревела. Здесь, видимо, в значении «настолько много», так как автор далее поясняет: «Глаза-то чистые совершенно», т. е. «выплаканные» полностью.

– Она – небаюнья…

Небаюнья. ИС. Авторское пояснение: молчаливая баба.

– У меня одёжа-то нераженькая…

Нераженькая. ИП. Худенькая, блёклая.

– Или от стужи, или от нужи, или… от старости – зябну я, ой, как зябну ныне… (Марья).

Нужа. ИС. Нужда. Острая необходимость в чём-либо; тяжёлые испытания в жизни, лишения; бедность. Или от стужи, или от нужи… – так образно и в рифму часто говорили земляки-корбаки.

– Тоска сильно обневодила меня. Севодня видела во сне, что катаники потеряла… Как бы кого не потерять или самой не украсться…

Обневодить. Глагол. Окружить, обвести вокруг (как неводом).

Катаники. ИС. Валенки.

Автор поясняет: выражение «как бы самой не украсться» означает «не умереть».

– …Не оболоклась и не стану оболоклаться. Петь [пять] раз за мной приходили [свататься].

Оболоклаться. Глагол. Одеваться (от «оболочка»?). «Поговорила ты со мной – как разоболокла» (т. е. так стало хорошо, легко, точно разделась).

– Ономедни… сыну-то машину купили. А пораз купили оболочкю… Бает, четыреста рублей оболочкя-то…

– А оболочка-то девке помысле?

– Помысле, баская оболочкя-то…

Помысле (по мысли?). Авторское пояснение: т. е. по вкусу, нравится?

– Только отобедали. Я оболочку одеваю. Вдруг она и заходит… Ревит: «Всё одно: не пойду больше к М.!» Она в ту пору долгонько у нас жила. К ворожее ходила. Ни в чём было не уноровить ему…

Ономедни. То же, что и намедни (недавно).

Пораз. Наречие. Однажды, как-то раз.

Баять. Глагол. Говорить.

Баская. ИП. Яркая, красивая.

Ворожея. ИС. Колдунья.

Уноровить. Глагол. Подладиться, подстроиться.

Оболочка. ИС. Одежда. По нормам современного русского литературного языка «одежду надевают».

Обубель и одетель – это по-древнерусски «обутка» и «одёжка» (из разговора с приехавшим на Корбангу учёным).

«Во мне накапливается старость. Я чую, как она накапливается: огнетает одиночеством в молодом многолюдстве» (А. А. Романов. 30/ХI–95).

Огнетать. Глагол. Давить, гнести, теснить. Обжимать, сдавить кругом, надавить, нагнести всюду сверху (Толковый словарь В. И. Даля).

– Ходила оновдась к Саньке за молоком, да и опнулась, погуляла… Добро опнулась: часа два боркала…

Оновдась. Наречие. В тот раз. Я пьяный оновдась набормотал, дак прости… Гроза-то оновдась была: как глянула – полога-то красные так и раскидывает, так и раскидывает…

– Опеть месяц выгулял, что лукошко, выкатился… (божатка Манефа).

Опеть. Наречие. Снова, вновь.

– Ходила оновдась к Саньке за молоком, да и опнулась, погуляла… Добро опнулась: часа два боркала…

Опнуться. Глагол. Задержаться, «запнуться».

– Если молния ударит, так всю деревню опрядёт – такая сухота…

Опрядать. Глагол. Опрясть (напрясть), наткать столько, сколько нужно. Надо всех опрясть, оботкать, обшить, а малые ребята спокою не дают (Толковый словарь В. И. Даля). Здесь: охватить целиком.

– Сердце-то у меня трусит, трусит, трусит, всё не на месте. N. дал мне такую тоску, всё износилось у меня, день ото дня всё хуже, как будто я что потеряла. Скоро я, наверно, отдам платье… (мать).

Трусить. Глагол. Здесь мама автора сама объясняет значение – сердце «не на месте». Отдать платье. Автор поясняет: «отдать, или снять, платье» значит «умереть». «Мать мне говорит: „Я скоро платье сниму“» (11 января 1981).

– Отмолвила я ему…

Отмолвить. Глагол. Автор поясняет: отказать.

– Приходи ко мне отсвивать! (В. из деревни Некрасово).

Отсвивать. Глагол. Свивать – сплетать пряди или нити вместе. Возможно, в значении «посидеть вместе», «погостить».

– А что: мой-то хозяин – не от лохани ухо: заслужил, право, пензию! (божатка Манефа).

Пензия. ИС. Пенсия.

– В троллейбусе одна бойкая старуха (конечно, из деревенских) с гневом, громко обозвала такую нынешнюю молодую маму «пестёркой».

Мать писателя, А. И. Романова

А и вправду: звучит обидно (автор). (см. в словаре В. Даля: «Короб, лукошко, пестерок. «Экой ты пестер, пехтеря! неповоротливый, неуклюжий мешок»).

– Слова от её все были хорошие, не пустые. Топеричи нету таких старух. Не расскажут уж, пересудить-то пересудим, языком-то поборкаем…

Поборкать. Глагол. Болтать, говорить попусту.

– Как в избе-то у тебя повадно!

– А печку натопила, вот и тепло, и повада…

Повадно. Наречие. Отлично, хорошо, сладко (Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. М.: Русский язык. З. Е. Александрова. 2011). …Вдруг у Марьи в окошках огонь вздуется… Какая светлота и повада… И мне ночью уж не страшно одной… (мать). Неповадно, когда девок-то нету [в деревне].

В поэме А. А. Романова «Павла» читаем: «…Вот опять приповадилась Павла и с улыбкой глядит на меня» (здесь: зачастила, стала часто приходить).

– Как, Марья, здоровье?

– А опеть чавкаю. Не знаю, где и причечулило. Поваляшка, поди-ко, опеть пошла. Вот и Нинка чавкает…

Чавкать. Глагол. Здесь: хлюпать носом.

Причечулить. Глагол. Здесь: привязаться, пристать.

Поваляшка. ИС. Здесь: заразная болезнь, «эпидемия», которая «свалила» всех, кто рядом: «вот и Нинка чавкает…».

– Ой, девки, двери-то у нас полые?

Полый. ИП. Пустой внутри. Здесь: открытый, растворённый настежь (дом становится «голым», ничем не защищённым).

– Дай денег – хоть баб помравить на первоё времё…

Помравить. Глагол. Уважить, тронуть.

Мать говорит: Дерево-то пообиходишь, помоешь, так оно ровно от сна пробудится – такое весёлое будет.

Пообиходить. Обиходить. Глагол. Любовно ухаживать за чем-либо. Автор поясняет: т. е. любить порядок и чистоту в доме. Помоешь дерево – оно улыбнётся… Надо в доме держать обиход.

– Ономедни… сыну-то машину купили. А пораз купили оболочкю… Бает, четыреста рублей оболочкя-то…

– А оболочка-то девке помысле?

– Помысле, баская оболочкя-то…

Пораз. Предлог. Как-то, при случае.

Помысле (по мысли?). Авторское пояснение: т. е. по вкусу, нравится.

– Он мне посулил…

Посулить. Глагол. Пообещать.

– Дай поталинку дрожжей – тесто уснуло, уже сутки не могу разбудить, а гости на носу, пироги надо печь (мать).

Удивительный пример образной, художественной речи мамы автора! А относительно довольно редкого слова «поталинка» автор поясняет: это крохотный кусочек.

– А пошто неправду говорят?..

Пошто. Вопросительное местоимение. Почему.

…Я значусь чернорабочим. Но какой же я чернорабочий, если могу и каменщиком, и маляром, и штукатурщиком… Вот косяки – говорят, по 5 разряду – так я их делаю. А мне платят, как чернорабочему. Пошто? Несправедливо! Нет в совхозе квалифицированной комиссии. Вот и умру чернорабочим! Я всё в жизни делал, всё, только камни с Луны не доставал…

– Притулье моё, домик мой благодатный! (Марья Д.)

Притулье. ИС. Своеобразный «неологизм» от Марьи: от слова «притулиться» (прислониться, укрыться, спрятаться в укромном месте). «Тулить» – «прятать, скрывать». Отсюда «туловище», «тулово» – первоначально «часть тела, скрывающая внутренние органы» (Этимологический словарь Н. М. Шанского).

– Как, Марья, здоровье?

– А опеть чавкаю. Не знаю, где и причечулило. Поваляшка, поди-ко, опеть пошла. Вот и Нинка чавкает…

Причечулить. Глагол. Здесь: привязаться, пристать, подхватить.

– Вы, ребята, народ-то просужий…

Просужий. ИП. Разумный, толковый. Поглядеть – баба просужая, а послушаешь, так насущная дура… Да он-то не худой был, лучше Л. Просужой…

– Я разглуздалась, как маленькая…

Разглуздаться. Глагол. Очнуться и протереть глаза со сна, расходиться, разгуляться со сна, расходиться, распотешиться (словарь В. Даля).

Авторское пояснение: скинула с себя дремоту, расшевелилась, радостно ожила.

– Гробы ныне делают худые, какие-то разлёвные – не то, что прежде.

– Да, качество гробов ныне упало… (разговор мужиков в совхозе).

Разлёвный. ИП. Значение слова не совсем ясно. Ср.: «разлёвка» – то же, что «развилка» (?).

– Я тебя расквилю!

Расквилить. Глагол. Заставить плакать.

– Как меня растрахманило!..

Растрахманить. Глагол Автор поясняет: т. е. развалило после чая, разморило.

– Рётуешься, рётуешься сердцем – всё пустое… (божатка Манефа).

Ретовать. Глагол. Сердиться, браниться, суетиться, изумляться и т. п.

– Седни – ой! да завтра – ой – вот какая жизнь!..

Седни. Наречие. Сегодня. Анна приходила: седни крещать [крестить] станут маленького. Выпросила маслица, свечку да крестик… (в деревне, на дому тайно от родителей). Вчера Щепан барана резал да опохмелился, так седни лежит: баран-то был матёрый… Васькя седни возит фураж: видно, что проспалсё…

– Что ем, что пью, а никак не толстею… Ем, ем – всё охота, всё слабко…

Слабко. Наречие. Слабо.

– За батожок да на петряевский бережок! Не за тебя шла замуж, сохорная кочка, а за ваше полдневное поле!

Батожок. ИС. Маленькая трость, самодельный деревянный посох. Автор поясняет: «Хоть за батожок да на петряевский бережок!» Так говорила его будущая бабушка Елизавета из Большой деревни (правый берег р. Двиница), когда собиралась замуж за жившего на левом берегу реки Александра, будущего деда писателя. И действительно, расчищенная от леса Петряевская земля была очень плодородной: настоящее «полдневное поле»! «Ноги-то у неё, как у овцы, как батожки – тоненькие…»

Сохорная кочка. Сохра – кочкообразная, неокашиваемая, заброшенная, запущенная местность. Вон в сохре трактор жил всё лето – а что сделал? «Сотка» жила всё лето!.. (Автор удивляется: т. е. работал ДТ-100 всё лето. Не тракторист, а трактор «жил»!)

«А я ведь, бабы, за полдневное поле замуж вышла, а не за него, сохорную кочку [про мужа]. Не важноватый он у меня, что медвидь [медведь]… Ой, сроду будет не забыть… Больно быстро оборотились – как шило сковали» (о свадьбе?)…

– Ну, как корова-то?

– Стельная.

– Ну, стельная – так слава богу.

– А лонись была яловухой…

– А и у нас яловух много лонись было…

Стельная – беременная. Яловуха – бесплодная. Лонись – в прошлом году.

– Жаловаться в сусиднем деле, да ещё в сельсовет – последнее дело…

Сусиднем. ИП. Соседнем, соседском.

– Вскочила с кровати и телеги на работу, обряжайся, мать, водись с ребятишками…

Автор поясняет: бежать, торопиться.

– Сердце-то у меня тепётся, как воробей на морозе…

Тепеться. Глагол. Бьётся, живёт (?). «Да тепется ешше, ну уж при смерти» (Белозерье: Историко-литературный альманах. Вологда: Русь, 1994. Вып. 1).

– Слова от её все были хорошие, непустые. Топеричи нету таких старух. Не расскажут уж, пересудить-то пересудим, языком-то поборкаем…

Топерича. Наречие. Теперь, в наши дни.

Дети на Мелком (мелкое песчаное место на р. Двинице)

– Ой, у нас ухожо было раньше: всё народ был, одни чай не пивали…

Ухожо. Наречие. Ухоженно. Здесь: обустроено правильно, многолюдно, дружелюбно, широко.

– Как, Марья, здоровье?

– А опеть чавкаю. Не знаю, где и причечулило. Поваляшка, поди-ко, опеть пошла. Вот и Нинка чавкает…

Чавкать. Глагол. Здесь: хлюпать носом.

– Про Л. не слыхала, а про М. знаю, слыхивала. Сама маленькая, а чапковатая (о невесте).

Чапковатая. Цепкая, ухватистая?

Паша Романов, Миша Качанов, Коля Уханов, неизвестный, Лёва Романов и собака Лапка

– Положила чечюру масла…

Чечюра. ИС. Автор поясняет: положила большой кусок, не пожалела.

– Влетела в избу эдаким яри-ком да на мужа своего и кинулась: «Подлец…»

Ярик. ИС. «Гнев». От яр- «время года (весна)»; древнерус. «гнев», «ярость», «пылкость, горячность». Совр.: «неистовство» (Словарь русской ментальности В. В. Колесова).

Образные высказывания

– Доброе здоровье, Василий да молодец!

Старинная дружелюбная присказка.

– Горох поджимает – так что сделаешь? Приходится шумнуть…

Своеобразный народный юмор: если «горох поджимает», то приходится оправлять свою естественную потребность («шумнуть»).

– Ветер, холодно – сегодня тебя намажет…

Сегодня погода тебя «обрадует».

– Он нас в тулий рог согнёт…

Видимо, от «тура» – согнуть в турий рог.

– Ой, какой у неё ход!

Сказано о ловкой, быстрой, шустрой женщине (возможно, иронично).

– Затянуло рамы инеем… (божатка Манефа).

Образная картина.

– Печка топится – не топится…

Автор пишет: «так ритмически божатка Манефа говорит почти всегда».

– Батько у вас, что матыль, не больно сказывается: пукнет да пойдёт (божатка Манефа).

Мотыль. ИС. Здесь: спонтанно действующий человек.

– Теперь песни в каждом дому – вот до чего дожили! (божатка Манефа).

Песни. Здесь: в значении «радио». Во многих деревенских домах репродуктор (радиоприёмник) работал целыми днями. – Писни, писни, все прокисли… Здесь: песни. В этой игре слов – неприязнь божатки к постоянно звучащим «официозным» песням из репродуктора (народные песни она любила).

– А В.-то у тебя не пьёт?

– Нет, не пьёт.

– Ой, полно, В. да и не пьёт: дай – дак и рыло у бутылки откусит… (божатка Манефа).

«Откусить рыло у бутылки». Божатка очень не любила пьющих. Отсюда – и «рыло у бутылки (!)». Гиперболический, но великолепный образ.

В голове-то уж только семь да восемь, пора бы и забыть старую любовь. Умирать уж пора – ведь на девятый десяток, а она всё о первом женихе, о Василье. «Вот бы с ним так пожила-порадовалась. Обижаюсь на родителей – не отдали за Василья, отказали ему…»

«Семь да восемь». Из контекста виден смысл: большой возраст.

– Как здоровьишко?

– Да бывает… нет-нет, да и есть-есть, а бывает есть-есть да и много.

– Вот – вот!..

«Нет-нет, да и есть-есть (есть-есть да и много)». Интересная «деревенская идиома»! Скорее всего, выражение невозможно перевести на иностранные языки совершенно точно. По смыслу близко к таким высказываниям, как «разом пусто – разом густо», «раз на раз не приходится» и т. п. Ср.: «Всё ох да ох, да ведь надо когда-нибудь и ах!»

– У меня какой-то шат в голове… (М.)

Шат. Из контекста смысл слова очевиден.

– Пей: вода в пузу идёт, а еда – в кишки. Мне врач говорил: больше пей воды – вот я и пью много, пока вода назад не пойдёт… (божатка Манефа).

Пузо. ИС. Живот. Здесь ещё и юмор божатки.

– Иду – не иду: всё по семечку, помалёшеньку…

Всё по семечку. Из контекста смысл вполне очевиден. И очень интересный, живой образ.

Через какое-то время в записной книжечке поэта появится такая характеристика: «Она идёт – как по семечку щиплет… Мелко-мелко – ходу нет, годы ушли…»

– Всё теряю: вот об одной рукавице хожу, а где другая – и не знаю. Намедни очки сунула в чужую куфайку – унесла сватья в Щёкотово… Только таскаю свою пустую голову, вот бы и её потерять где-нибудь… Надоело всё…

Ходить об одной рукавице.

– Вон какая-то помидора поехала!

Помидора. ИС. Пояснение автора: о молодой здоровенной бабе, проехавшей на дровнях. Интересный художественный образ. В стихотворении «Анна» есть такие строки: «…Но раскраснелась от разговора. / Анна была, как сказали б у нас, / Словно бы свежая помидора».

Бабушке 85 лет. Стала слезать с печи, пошатнулась с приступка, побледнела, упала. Думали: конец. Сбегали к фельдшерице. Та сделала укол – бавшка задышала снова. А зеть (зять) ей и говорит: «Что, бавшка, принёс бы гармонью, так, поди, спела бы ещё?»

Бавшка отвечает: «Да спела бы, ежели поела».

Зеть к жене (дочери бавшки): «Ну, мать, давай корми бавшку, а я побегу к Санко – тот добро играет».

А бавшка: «Нет, Санко не надо, мовчун [молчун], лучше Миколая. Тот и поиграет, и поговорит».

Все хохочут, отлегло от сердца… Будет жить…

– Как дорогу-то выбрела?

– Ой, как по Дунаю – вся дорога наверху!

Тракторист-выпивоха о себе на собрании, где его критикуют:

– Меня поят дак, а душонка слабая!

Интересная самооценка. И железная сила обстоятельств.

Вот жена упрекает постоянно пьющего мужа-тракториста, а тот, оправдываясь, совершенно искренне говорит: «…Наливают дак…».

И в самом деле: если наливают, то как «не пить»?..

– Директор пришёл да и спел бригадиру песню – вот всех мужиков на работу и погнали… (божатка Манефа).

Спеть песню. Здесь – своеобразный юмор божатки Манефы.

– Трава бежать бросилась (так кажется), когда хлынул дождь… В разные стороны. И сразу тропки обозначились, даже самые заросшие, – от воды…

Олицетворение. Интереснейший художественный образ.

«Так кажется» – примечание автора, который по памяти стремился воссоздать недавний разговор.

– Расстались, что вода разлилась: слова не сказали…

Очень сильное сравнение.

– Пьют ноне в деревне тарами, ковшами… (божатка Манефа).

Тара. ИС. Фляга для жидкости, чаще – молока. Это – подарок-гипербола от божатки Манефы: в её преувеличении (?) – явная неприязнь к своим землякам – пьющим деревенским жителям. А слово «ковшами» – вовсе не оговорка и не преуменьшение: из 38-литро-вой тары (!), с её точки зрения, пить можно только ковшами.

Марья Качанова (справа) и Александра Качанова

– Вон какая плётка народу-то идёт тропкой… (божатка Манефа).

Гениальная метафора – взгляд сверху – от божатки Манефы. Идущий, «плетущийся» к церкви народ сверху, с петряевского Большого угора, и впрямь, выступает-движется «плёткой» (по извилистой тропе).

– Что на свете пирогов, все и яблошники! (божатка Манефа).

Очень сложный и глубокий мыслеобраз! Как его понять? Вот автор дописывает рядом с этой фразой: «Да, сколько одинаковых страстей, переживаний и горя!»

Но, кажется, божатка говорила не только об этом. То ли тут её ирония: вы хотите, чтобы все на свете «пироги» были «яблошниками»? То ли – её вселенская мечта, чтобы всё в мире стало «яблошным»… Неизвестно…

Примерно в эти, 70-е, годы автор начнёт создавать лучшую свою поэму «Чёрный хлеб», а в ней главный герой, собеседник автора, очень сильно похожий на родного дядю поэта, батько Василия – мужа божатки Манефы, произносит: «Какие есть на свете книги, / Все, до единой, о душе!» Построение обеих фраз аналогично…

– Тебя за что и кормить, коли не пукнешь… (божатка Манефа).

«Народный» юмор от божатки в духе «сделай хоть что-нибудь полезное». Приехал в деревню, сделай что-то нужное: дрова наколи, воды наноси, крышу почини…

Я бы смерть, как ковшик, приняла. Как бы ковшик с ключевой водицей…

– Нет, это не дело, нет, это – промысел (божатка Манефа) (автор поясняет: о бабе, которая много рожает).

Смысл здесь очевиден. Это, и в самом деле, божий промысел. Он особенно виден сейчас, в России XXI века, испытывающей прежние демографические «провалы», но всемерно поддерживающей современную российскую семью по многим направлениям.

– Ещё соплями опоясаны, а гонору!..

Опоясаны соплями. «Низовой» народный иронический образ: так деревенские бабы говорили о молодых, но настырных людях.

– Я сам с ёлку, а мозг с шишку!

Сравнение. Великолепная юмористическая самооценка деревенского жителя.

Вот какой у меня коняга: деревня загорит – так перескочит! (хвастливый петряевский мужик).

Голова-то у меня стальная: ни угару, ни битья не боится.

– Лён-растун!

Запись в блокнотике. Для автора высшее, лучшее качество природной «вещи» заключалось в её жизненном «росте». Лён – сам себе краса, ему добавлять ничего не нужно. Как было исстари, так и оставить нужно, не мудровать [не мудрить] (кружевница).

– Не та в поле ягода – не поддался бы, да тот подлец из-за угла выскочил и плахой его по голове…

Интересный образ. Здесь: в переносном значении – «я не таковский», «не на того напали» (я, в общем-то, – герой, но… почему-то всё пошло не так).

Старуха силится вдеть нитку в иголку, языком ворочает в такт руке, но всё напрасно: нитка проскакивает мимо угольного ушка.

– Давай, матушка, я тебе помогу.

– Ой, Александра, глаз-то у тебя пескарёвый – до чего остёр: раз – и на тебе, вдела!..

Пескарёвый. Смысл очевиден из контекста – «острый». Пескарь – шустрая, быстрая мелкая рыбёшка.

– Желанье есть, а двигу нет (про председателя).

Смысл ясен из контекста.

– Ой, Никитёнок-то, царство ему небесное, какой был оптик! Он токо чего не видит, так не делает, а остальное всё может… И матюг-то у него баской был…

«Оптик» – одна из высших похвал местных жителей в адрес грамотного, компетентного специалиста. А здесь Никитёнок – не просто мастер, а «оптик-универсал»: делал всё, что видел (и даже матюгался красиво).

– Што, голова-то у меня опилочная…

Смысл очевиден.

– Сердце ключиком кипит…

Прекрасный художественный образ!

– Эка баба-то мякуха!

– Какая и баба простовуха, тороватая, всех гостинцем обделит…

– Не баба, а ведь лапушечка!..

– Не баба, а какая-то… мымря…

– Эта баба, как береста на жару, всё вертится…

– Баба высокохарактерная, твердолобая была…

– Не баба, а хлеб-соль!

– Поперечного слова не сказывала.

– Халява противная, выдернула бы ей язык с корнями, чтоб не врала, не молола – такой поклон ей и передай.

Богат «корбангский говорок» на всевозможные оттенки!

– Не кепка, а какой-то, прости господи, наклёвышек!

Великолепный художественный образ.

– Я – не высевок какой, а родителев сын.

Прекрасная самооценка. Ведь «высевок», «высевки» – это остатки от просеянного. А я – «родителев сын»!

– Вон девица – отроковица.

Автор поясняет: «о гулящей бабе на ферме».

Интересная характеристика взрослой женщины: «отрок» и «отроковица» – подросток (мальчик или девочка).

– Ой, Галинка у них – до чего пригожая, как напечатанная.

«Напечатанная» – высшая оценка красоты, надёжности, основательности, как и «написанное» («пером»).

– Не толсто гостинцев из Москвы-то привезла.

– Дак нет ничего: голые полки…

Из контекста ясно: «не толсто» значит «немного» (90-е годы прошлого столетия!).

– Тюха да Пантюха, да Колупай с братом – вот кто нами руководят (баба на ферме о начальстве).

– Еловые дрова – щёлкают, осиновые – дымят, а ольховые – тают в печи, что масло…

– Дурак – не дурак, а из роду так. Отрёпник! (разговор на улице).

Отрёпи – остатки, очёски, т. е. отходы льна (Словарь вологодских говоров Т. Г. Паникаровской). Смысл оценки очевиден из контекста.

– Есть у меня зёрнышки-то для ручки…

Автор поясняет: «Так мать называет стержни для авторучек. Так хорошо сказано!»

Хотя сам «шариковые» ручки не особо любил, предпочитая простые карандаши: «Мал карандашик, а им можно написать целую поэму!»

– Ой, какие дураки – и в печь не влезут…

Говорит мама автора, перебирая тяжёлые, крупные поленья.

– Месяц-то – как золотое лукошко…

Говорит мама автора, глядя в тёмное зимнее окно.

– Надо же – из рук-то будто кто выхватит то чашку, то плошку, то банку – грохнется и разобьётся, а я стою бедую от своей старости… Не жаль мне посуды, а горько делается из-за себя (мать, 5 декабря 1981).

Бедовать. Глагол. Горевать.

Мать всё повторяет: «Правду сказано, что горе живущим на земле».

Автор поясняет: «Где она это услышала, от кого – сама не скажет, а слова эти крепко в ней сидят».

– Морозко, ты что это днём-то щёлкаешь? – говорит мать, услышав, как треснул от стужи угол дома. – Солнышко выбралось, а морозко всё бегает. Ты что это, морозко, пугаешь меня, махаешься?.. Вздрогнула, как по стене хлестнул…

Пример живой, образной речи мамы автора, Александры Ивановны Романовой.

– Живут – как золото вешают.

Мама автора – о дружной, благополучной жизни молодожёнов.

– Мороз сегодня мировее…

Автор поясняет: «более мирный».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.