Анастасия Иванова
Фиктивный брак. Из няни в маму

Глава 1

– Её, – рядом со мной раздаётся детский голос, – хочу её.

Поднимаю голову, отвлекаясь от ленты новостей в телефоне: всё-таки интересно, кого может требовать ребёнок в деловом бизнес-центре, а точнее, в главном офисе крупнейшего медиахолдинга страны?

Передо мной стоит мальчик лет одиннадцати и смотрит прямо на меня. Смотрит серьёзно. Я бы даже сказала, изучает, словно какую-то диковинку. Обращается он к мужчине, который, в отличие от парня, особого интереса ко мне не проявляет. Лениво мажет взглядом по моему лицу и нервной улыбке, в которой тяну губы.

– Здравствуйте.

К собственному удивлению, голос даже не дрогнул, хотя внутри всё затрепетало от волнения: передо мной основатель этого холдинга! Краснов Глеб Игоревич – живая легенда редактуры в журналистике! Хотя он давно ей не занимается, но в универе мы не раз разбирали его труды как примеры отличной работы.

Ещё в школе я мечтала о работе в «Крас-медиа». С восхищением читала выпускаемые журналы, с наслаждением слушала радио, а телеканал, принадлежащий холдингу, – мой любимый! Наяву грезила, как буду причастна к этому миру: буду брать журнал в свои руки и видеть на его страницах своё имя. В универе не раз пробовала попасть на практику именно в «Крас-медиа». Только конкуренция была слишком жёсткая, и брали лишь своих. Но я не отчаивалась и верила, что однажды мне повезёт.

Объявление об открытой вакансии появилось сегодня ровно в девять утра. И вот в десять двадцать я уже сижу в приёмной, жду, когда меня пригласят на собеседование. Помимо меня здесь не так много других кандидатов – всего лишь человек пятнадцать. И тут такое везение: владелец обращает внимание именно на меня!

Снова рассматривает меня с ног до головы, едва заметно морщится.

Тоже опускаю взгляд. Может, успела на блузке пятно оставить или стрелка на колготках пошла? Но нет, вид по-прежнему безупречный.

Тогда что не так?!

Нервничаю ещё больше. Чувствую, не видать мне работу моей мечты. Пойду работать в жёлтую газету сплетни клепать. Краснов смотрит на паренька, тот упрямо вздёргивает подбородок. Мужчина тяжело вздыхает, переводит взгляд обратно на меня. Скользит с головы до ног, словно под лупой меня рассматривает. Надеюсь, макияж не поплыл и новая тушь не сыпется. Не хотелось бы перед генеральным директором пандой выглядеть в первую встречу. Невольно рука дёргается к лицу, но вовремя себя останавливаю. Складываю руки на коленях, как примерная ученица перед директором в школе, а улыбку стараюсь натянуть ещё шире.

Все мои действия не остаются без внимания мужчины, едва качнув головой, снова тяжело вздыхает.

– Фамилия? – ох ты ж! Вот это голос у него! Глубокий, красивый. Я, конечно, по телевизору видела с ним интервью и тогда ещё подумала, что ему можно было идти в певцы с таким голосом, но вживую он звучит гораздо лучше.

– Ч-чья? – всё-таки не получается скрыть волнения.

– Ваша.

– Бздюк.

Краснею, как бывает всякий раз, когда называю свою фамилию. Как же мне с ней досталось! Сколько раз я мечтала её поменять, но дед всегда говорил: надо носить свою фамилию с гордостью, какой бы она ни была! А менять только при замужестве.

Вот и сейчас уголки губ Краснова дёрнулись вверх, но улыбку или шутку он себе не позволяет. Чем только ещё больше вызывает симпатию и уважение к себе.

– Ну, удачи, Бздюк.

Смотрю в спину удаляющегося мужчины и не понимаю: что сейчас было?

Это же хорошо, что Краснов обратил на меня внимание? Вдруг повезёт, и работа будет моя? Судя по завистливым взглядам других кандидатов, такая мысль посещает не только меня.

Мысленно начинаю потирать ручки в предвкушении. Счастливую улыбку сдержать не получается, а перед глазами так и сияет надпись на глянцевой странице: «главный редактор журнала Бздюк Алиса Михайловна».

До главного редактора мне, конечно же, ещё далеко, но помечтать-то можно?

Кандидата за кандидатом приглашают в небольшую переговорную, где те проводят минут тридцать, а потом выходят. По их лицам нельзя понять, как прошла беседа. Меня это и радует, и огорчает одновременно. Вроде бы у меня есть шансы, но, с другой стороны, неизвестность пугает. Ещё один и подойдёт моя очередь. Ладошки вспотели, губы искусаны в кровь. Кто бы знал, как я хочу получить это место.

– Алиса Михайловна, пройдёмте.

С готовностью подпрыгиваю, на губы натягиваю улыбку и уже готова отправиться к переговорной, куда всех приглашали, но девушка меня останавливает.

– Нам в другой кабинет.

– Но как же? Все же туда… – киваю в сторону нужной двери.

– У вас будет собеседование с Глебом Игоревичем.

Это же хороший знак? Значит, у меня больше шансов попасть на работу, чем у других, да?! Раз собеседование с самим генеральным!

Надпись о главном редакторе с моим именем становится всё ярче. Я уже представляю, как дед будет гордиться мной.

В кабинет Краснова не захожу, а впархиваю, окрылённая надеждой.

Глава 2

Переступаю порог и запинаюсь о собственную ногу, наткнувшись на пристальный взгляд мужчины. Снова такое ощущение, будто меня изучают под лупой.

– Проходите, Алиса Михайловна.

Мужчина указывает на свободное кресло напротив себя.

Вся лёгкость испаряется, и я на негнущихся ногах подхожу к рабочему столу. Присаживаюсь на самый край стула, расправляю юбку, чем невольно привлекаю внимание мужчины к оголённым коленкам. Тут же одёргиваю руки. Ещё подумает, что я его соблазнить пытаюсь!

– Здравствуйте, – нужно же сказать хоть что-нибудь, правда, тут же морщусь. Звучит глупо, мы же виделись совсем недавно, поэтому поспешно добавляю: – Ещё раз.

Глеб Игоревич понимающе улыбается. И сковывающее напряжение тут же отпускает меня.

– Не волнуйтесь, Алиса Михайловна, мы просто с вами побеседуем.

Открывает тонкую чёрную папку. Молча начинает изучать. Вытягиваю шею в попытке разглядеть, что же такое в этой папочке. Не сразу, но узнаю своё резюме. Точнее несколько своих работ с практики, которые я приложила для наглядности своих талантов и усердий. Всё-таки они удачные получились, и я ими по-настоящему горжусь.

– Неплохо, – закрывает папку, улыбается. У меня на душе не то что весна расцветает, а самое настоящее лето начинает играть яркими красками. Сам Краснов похвалил меня! – Значит, хотите у меня работать?

Краска заливает лицо, когда понимаю, о чём речь. В анкете сдуру написала, что давно мечтаю о работе в «Крас-медиа», потому что восхищаюсь работой Краснова! Откуда же мне было знать, что он лично прочтёт это!

– Очень, – смущаясь, всё-таки отвечаю на вопрос.

– Что ж, я бы хотел уточнить ещё пару моментов.

Киваю болванчиком.

Да ради работы в этой компании я готова ответить на миллион вопросов, лишь бы взяли!

– Конечно.

Глеб Игоревич снова улыбается. А улыбка у него красивая. Очень. Я ещё по телевизору это заметила. Чувственные губы, которые притягивают взгляд к себе словно магнит. Белоснежные ровные зубы и едва заметные ямочки на щеках. И это всё на мужественном лице – устоять сложно, чтобы не влюбиться.

Но, к счастью, у меня есть парень. Вася. Мы с ним ещё со школы встречаемся и свадьбу планируем скоро сыграть. Вася, может быть, и не выглядит как картинка с обложки. Худощав, с едва заметными веснушками, светло-русыми волосами и простенькими очками, которые постоянно съезжают на самый кончик носа. Так это и неважно! Главное, что мы любим друг друга. Поэтому другие мужчины меня не интересуют, как бы они шикарно ни выглядели.

– Вы в общежитие живёте? – киваю. – К переезду ради работы готовы? Общежитие находится далеко, боюсь, вы будете не успевать на работу. Жильё мы предоставим.

Снова активно киваю соглашаясь. Да и кто в здравом уме откажется от того, чтобы съехать из маленькой комнатушки без личного душа?

– Замечательно, – возможно, это игра света, но кажется, будто улыбка превращается в хищный оскал. – Ещё вопрос. Скажите, Алиса Михайловна, у вас молодой человек есть?

– Да. Жених.

– А вот это уже плохо.

Хлопаю глазами удивлённо. Почему это жених плохо?! Немного стесняясь, но всё же озвучиваю свой вопрос.

– От работы будет отвлекать.

Выдыхаю с облегчением. Всего-то! Спешу заверить мужчину, что моя личная жизнь на работу не повлияет. Потому что Вася у меня самый чудесный! Чуткий и понимающий. На последних словах Краснов едва заметно морщится, но никак не комментирует. Снова пристально рассматривает меня перед тем, как произносит те самые долгожданные слова:

– Вы приняты, – не успеваю порадоваться, как мужчина добавляет: – На роль няни для моего сына.

– Но я редактор! У меня даже опыта работы няней нет.

Глеб Игоревич смотрит в моё резюме, усмехается:

– Опыта редактором у вас тоже нет. У вас нет выбора, Алиса, кроме как согласиться. Так как мой сын потребовал, чтобы именно вы стали его няней.

– Что значит «нет выбора»?

– Только то, что вы даже уборщицей ни в один привокзальный ларёк устроиться не сможете. Либо соглашаетесь на работу няни, либо сидите без работы.

– Да вы… да я… – мужчина выгибает бровь, всем своим видом показывает, что с интересом послушает, что же я сделаю. Я и сама не знала, что вчерашняя студентка может против миллиардера предпринять, но сдаваться не намерена. – Жаловаться в роструд буду! И в прокуратуру!

– Дерзай, Алиса, – переходит на «ты», чем ещё сильнее злит меня. – Будет любопытно на это посмотреть.

Пока я перевариваю его слова о своём безвыходном положении, он берёт со стола маленькую белоснежную карточку с золотыми буквами и протягивает мне:

– Когда набегаешься по пустым собеседованиям, нажалуешься во все инстанции и примешь правильное решение, позвони.

Глава 3

В общагу возвращаюсь злая. Всю обратную дорогу жалею, что недостаточно сильно хлопнула дверью на прощание – стёкла в окнах не дребезжали.

Нет. Это немыслимо. Он мне предложил работу няней.

Няней!

Уму непостижимо, пойти работать какой-то няней! После стольких лет учёбы, стараний и для чего? Чтобы какой-то зажравшийся гад лишил меня мечты? И всё из-за того, что его сын указал на меня. Тут не удивительно: каков отец, таков и сын. Короли жизни, считающие, что им всё позволено.

В свою комнату даже не заглядываю, сразу иду к Васе. Мне сейчас как никогда нужна его поддержка. Главное, чтобы он был у себя и никуда не уехал. Мне везёт, парня нахожу в его комнате и одного!

– Вася! Ты не представляешь, что у меня произошло сейчас в «Крас-медиа»!

– Ага, заюш, погоди.

Любимый сидит, уткнувшись в комп, с наушниками на голове.

– Димон, засада слева! – опять своих зомбаков убивает. Тяжёлый вздох вырывается из меня, сажусь на его кровать и жду, когда он освободится. – Заюш, сейчас, тут босса быстренько победим, и ты всё расскажешь.

Вася даже не смотрит в мою сторону. Слишком увлечённо рубит живых мертвецов. В то время как меня продолжает распирать от негодования.

– Вась, я беседовала с самим Красновым, представляешь! – не выдерживаю и всё-таки начинаю высказываться. – Только он тем ещё козлом в жизни оказался, работу няней мне предложил. Ещё угрожал, что я ни на какую другую не устроюсь.

– Блин, ну, заюш, я же просил подождать! Из-за тебя мы проиграли.

– Значит, ты можешь меня теперь выслушать.

– Подожди, сейчас ещё одну ходку сыграем, и я весь твой!

– Да иди ты!

Психанув, вылетаю из его комнаты и спешу к себе.

– Как собеседование?

На своей кровати сидит соседка и выщипывает и без того настолько тонкие брови, что те теряются на её круглом лице.

– Супер!

Надьке я точно не доставлю такого удовольствия и не стану ничего рассказывать. Она же сплетни по всей общаге разнесёт и ещё приукрасит с три короба.

– Взяли, что ли? – она даже отрывается от зеркала и смотрит на меня.

– Ага, но я взяла время подумать.

Соседка недоверчиво щурит глаза. Ну да, с чего бы я стала отказываться от работы своей мечты? Поэтому спешу добавить:

– Ездить далеко, а зарплату маленькую предложили.

– Да, в таких корпорациях всегда так. Считают, что за одно их имя согласятся работать. А своего красавчика видела?

Это она про Краснова. Потому что на первом курсе я сдуру прожужжала все уши о том, какой он классный специалист. А Надька мне твердила, что он мужик красивый и богатый. Как будто это важно.

– Не видела.

Снова вру. Отворачиваюсь к шкафу и начинаю расстёгивать любимую блузку. Раньше я думала, что она приносит мне удачу, поэтому и надела сегодня.

– Жа-аль. Интересно же, в жизни он такой же красивый или лучше.

– Может, хуже? – оборачиваюсь и смотрю на соседку.

– Не-е, – тянет мечтательно, – такие мужики в жизни выглядеть хуже не могут.

Уточнять, какие именно, не стала. Опять начнёт ему дифирамбы петь. И если я восхищалась талантом Краснова, то Надьку это волновало в последнюю очередь.

– Кстати, он со своей моделью расстался. Та в соцсети у себя написала.

– Неудивительно, – комментирую себе под нос. – Наверняка не выдержала его дурной характер.

– Чего ты там бурчишь?

– Говорю, в день тысячи пар расстаются.

– Ну да, – Надя широко раскрывает рот, натягивая все мышцы на лице, и начинает рассматривать правую бровь со всех ракурсов. – А ты со своим хлюпиком ещё не рассталась?

– Не называй его так, сколько раз просила! И нет, мы не расстались. Вот сразу после защиты дипломов пойдём заявление в ЗАГС подавать.

– Дура ты, Алиска! Со своей внешностью могла бы нормального мужика найти, каталась бы как сыр в масле. И на правду глаза не закатывай. С Васькой будешь жить в нищете, на отпуск в Египте по несколько лет копить. А так бы могла каждый месяц на Мальдивы летать.

– Что-то я не вижу, чтобы ты каждый месяц туда летала, а при этом не успеваешь с одним папиком расстаться, как находишь другого.

Надя нисколько не стыдится своего образа жизни, наоборот, губы растягивает в довольной улыбке и демонстрирует свою руку с новым браслетом.

– Зато вот! Это Картье, между прочим.

Я на её слова лишь пожимаю плечами. Надька постоянно кичится брендами, но я их даже не запоминаю.

Первое время мне было дико слышать от соседки, как она быстро меняет мужчин и ещё получает от них дорогие подарки. Надя на мои осуждающие взгляды лишь пожимала плечами.

– Я хорошо провожу время и получаю за это ещё бонусы.

За прошедшие года ничего не изменилось. Я до сих пор не понимаю, как можно себя продавать, а Надька со мной не согласна. И постоянно предлагает меня с кем-нибудь познакомить. Так как надо думать о будущем, а с Васей его у меня не будет.

– Кстати, у Кира есть клёвый друг. Пошли со мной завтра в клуб, познакомлю вас?

– Ты же знаешь, что я не люблю все эти клубы.

– Блин, Алиска, тебе двадцать один, а ведёшь себя как пенсия какая-то! Вечер проводишь или со своим хлюпиком, или с книжкой. Отдыхать совсем не умеешь. У тебя даже подруг нет!

– Есть у меня подруги.

– Такие же скучные заучки, как ты. Короче, подумай до завтра. Поход в клуб тебя же ни к чему не обязывает, просто немного отдохнёшь.

Весь оставшийся день сижу на специальных сайтах, ищу работу и рассылаю резюме. А ещё то и дело поглядываю на телефон, жду, когда Вася позвонит или хотя бы напишет мне. Но даже в десять вечера – тишина. Становится обидно до слёз! Это не первый раз, когда Васька вот так с головой уходит в игры. Мы несколько раз ссорились из-за этого, но каждый раз мирились. Потому что наши чувства гораздо сильнее глупых обид. Так-то Вася у меня самый лучший, ну а маленькие недостатки есть у всех.

Так и не дождавшись от него сообщений, ложусь спать, пообещав самой себе, что завтра мы обязательно поговорим.

И работу найду. Да. Обязательно найду. Не может такого быть, что на весь мегаполис ничего не найдётся. А Краснов не такой уж и всемогущий, каким хочет казаться.

С мыслью, что завтра день будет лучше, я и проваливаюсь в сон.

Глава 4

Все мои резюме отклонили!

Меня даже не взяли работать продавцом в продуктовый магазин “Копейка” в соседнем с общагой доме. Опыта работы нет. Вдруг банку с солёными огурцами разобью, а огурцы нынче дорогие. Вот так прям и сказали!

Конечно же, я им не поверила. Ну кто будет переживать о каких-то огурцах? И об истинной причине я догадываюсь. Но неужели у Краснова так много власти? И он способен осуществить свою угрозу?

Становится ужасно обидно на несправедливость в жизни. Но я сдаваться не намерена. Как любит говорить дед: “Мы ещё поборемся”.

Вот и я, собравшись, еду в универ. Мне мой куратор предлагала работу в одной небольшой газетёнке. Я обещала подумать. Я и подумала, что деваться мне некуда и лучше маленькая бесперспективная газета, чем вовсе остаться без работы. Хотя я смогу, как и прежде, писать курсовые и рефераты за деньги. Там, конечно, не особо много, но с учётом моей стипендии мне на жизнь хватало. Только вот с выпуском из университета мне придётся и комнату освободить.

Мы с Васей уже договорились, что будем снимать студию за МКАДом. И стипендии больше не будет.

Нет, всё-таки нужно срочно найти работу. Иначе придётся вернуться в родные края или жить за Васькин счёт. А это тоже неприемлемо. Меня дед с детства учил, что нужно полагаться только на себя. Но ведь Вася мой жених и не откажет первое время мне в помощи?

Надеюсь, хотя бы у него с работой лучше дела обстоят.

– Инга Валерьевна, здравствуйте! – захожу в кабинет куратора. – Я насчёт работы, вы мне предлагали два дня назад.

– Так всё, солнышко, место уже занято. Хорошая вакансия долго свободной не бывает. Надо было сразу соглашаться.

Ну, насчёт «хорошей» я бы поспорила. Эта вакансия несколько месяцев на специальных сайтах висела, никто к ним не шёл. Тогда они решили дурачков среди студентов искать. И что-то я сомневаюсь, что вот именно сейчас они кого-то нашли.

Разочарованная, возвращаюсь в общагу. Васи в его комнате не нахожу. Оказывается, он в нашей. Давно меня ждёт. С моей соседкой чай пьёт. Вот вроде они друг друга недолюбливают, но часто вдвоём остаются и нормально общаются. Иногда мне кажется, что они воют только при мне. Для вида.

– Заюш! А я тебя потерял.

Вася тянется ко мне, чтобы поцеловать, но я в привычной манере уклоняюсь. Ну не люблю я поцелуи. Слюнявые они. Поэтому подставляю щёку, и Вася просто касается её губами.

– Ты вчера так неожиданно сбежала, даже не рассказала, что случилось на собеседовании.

– Ничего, – кошусь в сторону Надьки. Та уже уши навострила в желании услышать новые сплетни. – Ничего не случилось.

– Но как же! Ты же что-то про Краснова говорила. И работу няней.

Всё-таки услышал! А я всегда гадала, слышит он хоть что-нибудь, когда играет, или нет. Оказывается, не всё потеряно. Но меня сейчас это совсем не радует.

– Ты же говорила, что не видела Краснова!

Соседка с подозрением щурится. Вася с непониманием смотрит на меня. Ничего другого мне не остаётся, кроме как всё рассказать.

– Заюш, ну это хоть какая-то работа. Нам ещё студию снимать, а я не знаю, когда на работу устроюсь. Мама, конечно, денег вышлет на первые месяцы, да и твой дедушка обещал помочь.

– Ты ему звонил?! Зачем, Вась?

Зла не хватает на парня! Да, дед не раз предлагал помощь. Только вот у него пенсия маленькая. Он плотник у меня. За заказы берётся время от времени, но здоровье уже не позволяет много работать. Поэтому я давно перестала просить у него помощи. Сама справлюсь!

– Заюш, ну ему же несложно! Парочка заказов и нам хватит оплатить несколько месяцев квартиры. Но если ты пойдёшь работать няней, то и его помощь не потребуется.

– Алиска, нельзя такую возможность упускать! Он же сейчас свободен! Примелькаешься перед ним, поулыбаешься, и будет у тебя будущее устроено!

– Эй! Вообще-то она почти замужем!

– Вот именно, что “почти”. Ещё есть время одуматься.

– Ну, хватит вам! – не выдерживаю их очередной словесной баталии. – Не пойду я работать никакой няней. Придумаю что-нибудь! – говорю с излишней уверенностью, которую на самом деле не чувствую.

– Вась, сходим вечером в кино?

– Заюш, – парень виновато чешет затылок, и я сразу обо всё догадываюсь: будет играть, – мы с Димоном договорились на восемь. Хочешь, можем сейчас в кафе спуститься? Я тебе кусочек твоего любимого медовика куплю.

Надя на эти слова громко, насмешливо хмыкает, прихватив косметичку и полотенце, оставляет нас одних. Вася тут же тянет ко мне свои руки.

– Заюш, ну, любимая, завтра сходим в кино, ладно?

Позволяю себя обнять и сама в ответ обвиваю торс парня.

– Обещаешь?

– Конечно же! А сейчас пошли в кафе.

Помимо кафе, мы ещё немного погуляли в ближайшем парке, поели мороженого, а потом разошлись по своим комнатам.

Надька уже вовсю готовилась к вечеру в клубе и снова меня начала звать с собой.

– То есть твой хлюпик будет развлекаться вечером, пусть и с компом, а ты в своей комнате тухнуть? Пошли, Алиска, оторвёмся. Тебе это сейчас не повредит.

– Не люблю я такой отдых, лучше книгу почитаю.

– Откуда ты можешь знать, что любишь, а что нет, если ни разу не пробовала?

В словах Нади есть доля здравого смысла. Я уже не так категорично настроена. Надька это чувствует, начинает ещё активнее уговаривать. Я уже почти согласна, как вспоминаю про мужчин, с которыми соседка планирует отдыхать.

– Надь, я не хочу ни с кем знакомиться.

– И не надо! То, что мы будем отдыхать вместе, тебя ни к чему не обязывает.

Не знаю, что именно влияет на моё решение, но я соглашаюсь на предложение соседки. Да и что будет с одного-единственного похода в клуб?

Глава 5

Надя придирчиво перебирает весь мой гардероб.

– Нет. Ничего подходящего у тебя нет.

Оценивающим взглядом окидывает меня.

– Жди.

Соседка убегает из комнаты до того, как я успеваю что-либо возразить, но возвращается почти сразу. С платьем, расшитым зелёными пайетками.

– Держи, это Марты из пятой комнаты, у вас вроде один размер.

– Может, я всё-таки в своём? Вот это серое платье ничего так.

– Ага, для твоей деревни, а в нормальное заведение тебя в нём не пустят.

Сдаюсь Надькиному напору и переодеваюсь. ЭТО платьем сложно назвать, моя ночная сорочка и то больше скрывает, чем платье, в котором мне ещё предлагают выйти за пределы комнаты.

– Бомбично! – с восторгом кричит Надька, лезет в свой шкаф, достаёт оттуда обувную коробку. – Вот эти должны подойти.

Достаёт из коробки туфли, я думала, такие только стриптизёрши в фильмах носят.

– Я же свалюсь в них.

– Не свалишься. У нас есть пара часов научить тебя ходить в них. Зато смотри, какая красота!

Оборачиваюсь к зеркалу и не узнаю себя. Не знаю, за счёт короткого платья или жутких каблуков, но мои ноги сейчас кажутся бесконечно длинными. Волосы кажутся не просто рыжими, а огненными. Я не похожа на саму себя. Сложно сказать, выгляжу я лучше или хуже. Непривычно. Совершенно по-другому.

– Я похожа на новогоднюю ёлку, – бурчу. Когда провожу ладонью по пайеткам, платье меняет оттенок.

– Ты выглядишь охренительно, Алиска! Все мужики в клубе будут твоими, – сводит брови к переносице, но тут же отмахивается от собственных мыслей. – Не знала бы, как ты без ума от своего хлюпика, побоялась бы, что моего Кира захочешь увести.

– Он же не баран у тебя, чтобы уводить.

Отвечаю на автомате, а сама продолжаю разглядывать себя. Интересно, а Васе я бы такая понравилась?

Следующие два часа Надя настойчиво учит меня ходить на своих ходулях. И у меня даже сносно получается.

– Остались макияж и причёска. Хотя нет, только макияж. Твои кудри и так хорошо смотрятся.

Когда соседка перестаёт надо мной колдовать, я и вовсе перестаю себя узнавать. Но так даже легче. Будто и вовсе не я иду в клуб, а кто-то другой.

На входе в клуб скопилась огромная очередь. Я уже готова встать в неё, как Надя дёргает меня за руку.

– Нам на вип-вход, – говорит громко, чтобы все стоящие рядом услышали. – Кир – друг владельца.

В самом клубе народу также много, а ещё музыка оглушает сразу же с первого шага. И как тут можно расслабиться?

Надя уверенно тянет меня на второй этаж, в отдельную небольшую комнату, где уже сидит компания мужчин лет тридцати или даже сорока и несколько девушек, наших ровесниц.

К одному из мужчин Надя сразу рванула, чуть ли не с разбегу запрыгнула к нему на колени и начала с ним так целоваться, что невольно начинаешь отводить взгляд в сторону. Это же слишком интимно!

Но стыдно признаться даже самой себе, мне бы хотелось хоть раз в жизни попробовать вот такой поцелуй.

– Кир, знакомься, это моя подруга – Алиса. Я тебе про неё рассказывала.

Мне не нравится взгляд, которым мужчина меня рассматривает. Как и ухмылка, что появляется чуть позже на его губах.

Но от дурного предчувствия я лишь отмахиваюсь. Всё это последствия непривычного мне моего образа и места, где оказалась. Вот и мерещиться то, чего нет. Спустя время у меня даже получается расслабиться.С одной из девушек завожу разговор. Она оказывается интересным собеседником, замечательно разбирается в современной литературе. Я с удовольствием с ней болтаю, пока она не уходит танцевать.

Её место недолго пустует, ко мне подсаживается мужчина и предлагает мне выпить что-нибудь помимо апельсинового сока.

– Я не пью.

Мужчина растягивает губы в предвкушающей улыбке, будто ему миллион пообещали.

– Да? Так даже интереснее. Лёша.

Протягивает руку. Мне не остаётся ничего другого, как ответить.

Алексей пытается завести со мной разговор, ухаживает за мной, следит, чтобы в моём стакане всегда был сок, а на тарелке закуска, но я только ещё больше теряюсь от его внимания.

В какой-то момент всё стремительно меняется: перед глазами начинает всё плыть, не получается ни на чём сфокусироваться. Мысли путаются, а язык заплетается. Я даже не сразу замечаю мужскую ладонь на своём колене! Он медленно скользит ей выше.

Поворачиваю голову в сторону Нади. Она смотрит на меня с любопытством и с широкой улыбкой. Снова перевожу взгляд на мужчину.

– Что вы делаете? – язык заплетается, слова даются с трудом.

Смотрю на его руку, которая уже находится у кромки платья. Я словно в оцепенении. Не сразу понимаю, что нужно делать. Только и смотрю то на лицо Алексея, то на его руку, что стремительно спешит оказаться под моей юбкой.

– А на что это похоже, малышка?

Алексей подаётся вперёд. Его лицо оказывается слишком близко от моего. Горячее дыхание опаляет мои губы, и именно это меня отрезвляет. Отталкиваю мужчину в грудь, подскакиваю. Спешу к выходу из комнаты под звонкий смех Надьки и насмешливый голос кого-то из мужчин:

– Сбежала от тебя принцесска, беги, Лёш, догоняй.

Не хочу!

Не хочу, чтобы меня догоняли.

Оглядываюсь, чтобы убедиться: за мной никто не гонится. В этот момент нога подворачивается на этих ходулях, и я падаю прямиком на мужскую грудь.

Аромат лесной свежести ударяет в нос. Сильные руки сжимают мои плечи. Чувствую себя напуганным маленьким зверьком, который убегая от одного охотника, угодил в лапы другого.

Поднимаю голову, желая убедиться, что всё обойдётся и меня сейчас отпустят, но натыкаюсь на строгий взгляд. И все надежды разлетаются на мелкие куски.

Глава 6

– В-вы? Вы меня преследуете, да?

Только мой вопрос тонет в грохоте музыки. Мужчина тоже что-то мне говорит. Хмурится, а потом и вовсе грубо хватает за руку и куда-то ведёт.

Оказывается, на выход. Никогда ещё воздух столицы не казался мне таким чистым! С жадностью глотаю его, пока не становится немного легче. Но туман из головы до конца никуда не уходит.

– Нам сюда.

Краснов больно дёргает меня куда-то в сторону. Хочется выбраться из его захвата, но слышу, как его окликают, и замираю в страхе.

– Глеб, погоди! – к нам стремительно подходит тот самый Алексей. Боже, они ещё и знакомы! Я почему-то не удивлена. Как говорится, скажи, кто твой друг, и я скажу, кто ты. – Я её первый приметил, – лишь по кивку в мою сторону понимаю, что речь обо мне, – как наиграюсь, обещаю дать твой адресок.

От его слов, а точнее от плотоядной улыбки, мне становится ещё хуже. Хотя казалось, куда хуже?!

Но страх остаться наедине с Алексеем слишком осязаемый. Он сковывает моё тело. Парализует. Я не в силах не то что шагу ступить, вовсе пошевелиться не могу. Точнее, попытка отступить от мужчин заканчивается полным провалом: я начинаю падать. Глеб Игоревич вовремя успевает меня подхватить.

– Ты что-то употребляла?

– Сок, – подумав, добавляю: – Апельсиновый.

Будто именно эта информация особенно важная.

Краснов не спешит отпускать меня. Наоборот, прижимает к себе ещё сильнее. Вглядывается в мои глаза, а я пользуюсь моментом нашей близости, рассматриваю его. Сейчас я даже морщинки в углу глаз могу разглядеть и едва заметный шрам над левой бровью.

Права Надька, красивый он. Был бы не таким старым.

– Мда, старым меня ещё девушки не называли.

Что?!

Я что, это вслух сказала?!

Ужас какой! Что он теперь подумает обо мне? Хотя какая разница? Он вообще мне жизнь испортил. Да после такого не то что на работу, а в жёны должен взять!

– Ох, Бздюк, помолчи лучше, – переводит взгляд на Алексея: – Чем ты её опоил?

– Глеб, ты чего? На кой ляд мне её опаивать? И так бы пошла. Обычная шмара. Кир пригласил нескольких, компанию нашу разбавить.

– Заткнись, Лёх, девушка оказалась там по ошибке.

– Твоя, что ли?

– Типа того.

– Не его я. А своя, – хотела добавить, что ещё Васькина, но дурнота подкатила к горлу. – Ой, Глеб Игоревич, меня, кажется, сейчас стошнит.

– Это расплата за твой язык, Бздюк. Пошли.

Слушаюсь. Пытаюсь пойти за Красновым, но нога подгибается. Боль простреливает щиколотку. Думала, упаду, но вместо этого оказываюсь у мужчины на руках.

– А вы для своего возраста ничего такой. Крепкий.

– Ничего, Алиска, протрезвеешь, за каждое твоё слово спрошу.

Глеб Игоревич отпускает меня, только когда мы оказываемся у машины. Сначала аккуратно ставит на асфальт, а потом помогает сесть в машину. Сразу протягивает бутылку с водой.

– Пей маленькими глотками.

И не уходит. Контролирует.

Через несколько глоточков мне становится легче.

– Спасибо, – последние силы покидают меня, и я проваливаюсь в темноту.

Как же раскалывается голова!

И во рту мерзкое ощущение. Будто перед сном съела штук пять разных бургеров и спать легла, не почистив зубы. Вот бактерии и закатили вечеринку.

Кое-как разлепляю глаза. Над головой идеально белый потолок с замысловатой современной люстрой в чёрном цвете.

Так, стоп.

А где трещина на потолке?

Резко сажусь и понимаю: я не у себя в комнате! И не у Васьки.

Вот же!

Быстро вспоминаю про клуб и платье, в котором я выглядела как новогодняя ёлка. Но Надька говорила, что так надо. Следом в голове мелькают кадры из клуба. Небольшая компания, взрослые мужчины. Я с одним из них общалась. А вот что дальше, совсем не помню.

Осторожно заглядываю под одеяло, чтобы удостовериться в своей догадке и ощущениях.

Раздета!

Как такое могло произойти?!

Как же я теперь Васе в глаза посмотрю?

Так. С Васей я поговорю. Всё объясню, и он обязательно поймёт. Он же у меня такой. Хороший.

Главное сейчас – выбраться отсюда, а об остальном подумаю позже.

Платье, в котором вчера была, не нахожу. Зато кто-то заботливо оставил в кресле около кровати объёмный махровый халат, а внизу на полу стоят тапочки. Делать нечего, приходится воспользоваться. Всё лучше, чем в нижнем белье щеголять в незнакомом месте.

Из комнаты выбираюсь осторожно, постоянно оглядываясь. Не то чтобы я боялась нападения из-за угла, но кто знает, как я тут оказалась и чей это дом.

Слишком тихо.

Сначала радуюсь, что никого не встречаю на своём пути, но цепляюсь взглядом за тапочки на своих ногах. Стоп. А как я тогда буду до общаги добираться? Ни одежды, ни телефона и денег нет.

Как меня угораздило оказаться в такой ситуации?!

Борюсь из последних сил с паникой. Она сейчас неуместна, иначе только хуже будет.

«Думай, Алиска. Думай, как выбираться будешь.»

– Бу! – раздаётся за моей спиной.

– А-а-а! – подпрыгиваю на месте.

Звонкий детский смех наполняет комнату.

Резко разворачиваюсь и смотрю на мальчика лет одиннадцати. Его лицо кажется смутно знакомым, но откуда – так сразу вспомнить и не получается.

– Ты бы видела себя! – снова заливается смехом, хватаясь за живот. – Так кралась вдоль стеночки, словно ниндзя в халате и тапочках! Смотри, я даже заснял.

Парень протягивает телефон с включённым видео. И правда, забавно выглядит, как я из комнаты крадусь. Так волновалась, что даже свидетеля не заметила.

– Ты, значит, согласилась быть моей няней?

Так вот почему он мне показался знакомым. Я его уже видела. Тот самый избалованный ребёнок, из-за которого всё пошло наперекосяк.

– Нет!

Стоп!

Так это получается, я голая проснулась в квартире Краснова?!

От стыда лицо прячу в ладонях, какой кошмар! И как теперь быть? Теперь точно в «Крас-медиа» мне путь закрыт. Не то чтобы я рвалась туда работать после случившегося, но мало ли.

– Где твой папа? Мне нужно с ним поговорить.

– На работе. А почему ты не хочешь быть няней? Папа мало платит? Так можно больше попросить.

– Дело не в деньгах. Я редактор, понимаешь, и всегда мечтала работать редактором.

«Как твой папа», – добавляю мысленно.

– Я Никита.

– Алиса.

– Очень приятно. Пойдём, я тебе чай сделаю?

Живот на предложение мальчика отвечает звонким бурчанием.

– И запеканку разогрею. Она вкусная.

Киваю. Куда мне деваться, всё равно без Глеба Игоревича не смогу уехать.

Спустя несколько минут Никита ставит передо мной тарелку с запеканкой и кружку чая. Садится напротив, руки складывает на стол, переплетая пальцы в замок. Такой маленький босс получается. И смотрит, главное, серьёзно, прямо в глаза. Совсем как его папа.

– У меня к тебе деловое предложение, – подаётся корпусом вперёд, – ты согласишься быть моей няней, а через полгода я помогу тебе устроиться к папе на работу редактором. Он меня послушает, поверь мне.

Глава 7

– Ты согласишься быть моей няней, а через полгода я помогу тебе устроиться к папе на работу редактором. Он меня послушает, поверь мне.

Ого! Хватка явно отцовская, удивительно, что до шантажа не опустился, как его родитель.

– Подумай хорошо, Алиса. Папа всё равно найдёт способ, чтобы ты согласилась, но уже будет без выгоды для тебя.

Ан нет. Всё в порядке. Не шантаж, конечно, но говорит словами Краснова-старшего.

Мелкий засранец тянет невинную улыбку в ожидании моего ответа, а я, прищурившись, пытаюсь понять подвох.

– Тебе-то это зачем?

Никита отвечать не спешит, а потом удивляет меня:

– Папа говорит, что самые лучшие сделки – прозрачные. Поэтому я буду с тобой честен.

– Тебе сколько лет? – немного ошарашена его деловым подходом.

– Одиннадцать.

Значит, я угадала с возрастом. Бедный ребёнок, явно нормального детства нет, раз предпочитает такой деловой подход.

– Извини, перебила. Так о чём ты хотел сказать.

Всё же интересно, зачем одиннадцатилетний парень решил меня в няни записать.

– Понимаешь, ни одна няня у нас надолго не задерживается. Вот папа и сказал, что если ещё одна сбежит раньше, чем пройдёт полгода, то он отправит меня жить к маме. А мама… – на этих словах Никита запинается, взгляд прячет, но через секунду снова смотрит на меня, – не важно, в общем. Просто с папой мне лучше.

Это же какая мать там должна быть, чтобы ею угрожали ребёнку?

– Хорошо. Но почему я?

– Видно же, что с тобой можно договориться, ну и ты не в папином вкусе.

– Чего?! Он что, с твоими нянями… – машу рукой, подбирая правильное слово, всё же с ребёнком говорю, – встречается?

Парень понимающе улыбается: ну да, нынче дети не по годам развитые.

– Нет, но все молодые и хотели этого. А нам с папой никто не нужен! Нам вдвоём хорошо.

– Может, я тоже захочу с твоим папой встречаться?

– Не-е, там в офисе все на него пялились, а тебе до него никакого дела не было.

Да уж. Слишком наблюдательный парень оказался.

– Никит, всё-таки лучше, чтобы твоей няней был профессиональный человек. Я могу не справиться.

– С чем? – берёт яблоко и с громким хрустом откусывает. – Тебе нужно из школы меня забирать, на футбол отвозить и с уроками помогать. С этим даже обезьяна справится.

Это мне сейчас сказали, что я ничем не лучше обезьяны?!

– Соглашайся, Алиска, пока по-хорошему предлагают.

Подмигивает и снова откусывает яблоко.

Угораздило же мне попасться на глаза ему!

Сейчас сидела бы где-нибудь в уютном офисе на должности помощника редактора.

«Носила бы кофе тому самому редактору», – добавляет внутренний голос, припоминая мне одну мою попытку устроиться на работу. Вместо помощника редактора должность смело можно было называть: секретарь. Нет, даже раб редактора. Принеси кофе, сбегай в магазин именно за вот такой фиолетовой ручкой, отнеси пиджак в химчистку.

Так чем работа няней хуже?

– Полгода много, – тоже беру яблоко. Вкусное. Сочное. – Два месяца.

– Четыре.

– Три.

Сверлим друг друга взглядом, но потом Никита протягивает руку, и мы скрепляем наши устное соглашение. Осталось только с его отцом ещё договориться. Может быть, получится выбить себе рабочее место в газете через три месяца?

Пока ждём Глеба Игоревича, успеваем с Никитой поиграть в приставку и приготовить ужин. Ну а что? Нужно же чем-то заняться, а то у меня по-прежнему ни одежды, ни телефона.

Никита звонил отцу насчёт меня, но тот сказал: «Ждите».

Как будто у меня есть другой выбор.

Глеб Игоревич возвращается домой, когда на часах пять часов вечера. Тепло улыбается сыну, со мной лишь сухо здоровается.

Всё-таки интересно, как я оказалась у него дома. А главное, что между нами было? Может, после этого он и не захочет, чтобы я была няней у его сына.

– Па, а мы с Алисой приготовили ужин! Говорю же, она идеальный кандидат для моей няни. Надо брать.

– Согласен.

Одним словом разбивает мои надежды вдребезги.

Но не это меня пугает, а его взгляд, которым он проходится по мне. Задерживается на груди, я тут же спешу запахнуть халат посильнее.

После ужина Глеб Игоревич отправляет сына к себе в комнату, а меня приглашает в кабинет для разговора.

– Ну что, Алиса Михайловна, поговорим о вчерашнем?

В горле откуда-то появляется ком, который я громко сглатываю, выдавая свой испуг.

Не могут хорошие разговоры вот так начинаться. Тем более когда к тебе по имени и отчеству обращаются.

– А что вчера было?

Прищуривается. Рентгеновским взглядом пытается внутрь моей головы пробраться. Ну и пусть! Мне скрывать нечего.

– Не помнишь?

Мне же показалось и в его голосе нет угрозы?

– Нет.

И для наглядности ещё головой мотаю.

– Удобно, да, Алиса Михайловна? Дел наворотить и забыть.

Теперь ещё больше начинаю переживать, что же вчера было?

– Глеб И-игоревич, – от нервов заикаться начинаю, снова сглатываю огромный ком в горле, что мешает говорить уверенно, – скажите, а между нами что-то было, да?

Мужчина приподнимает бровь. Смотрит как на диковинку, но отвечать не спешит. Играет на моих нервах.

– Просто… почему я проснулась у вас и голая? Глеб Игоревич, вы… – как же страшно озвучить свою догадку! – вы воспользовались мной, да?

Краснов так сильно стискивает челюсть, что мне кажется, я слышу скрип его зубов. Злится, что ли? Задала слишком неудобный вопрос? Ну а на что он рассчитывал? Сам виноват.

– Знаешь, Бздюк, всё-таки тебе нужно научиться иногда вовремя закрывать свой красивый ротик.

Глава 8

Глеб

Смотрю на этого бэмби и в очередной раз задаюсь вопрос: “Какого хрена пошёл на поводу у сына и нянчусь с этой девчонкой?”.

Устало тру переносицу.

Кого я обманываю? У меня другого выбора не было. Только за последний месяц мы сменили двадцать нянь! Причём последних я нанимал в питерском агентстве. Оплачивал дорогу и проживание у нас. Всё по одной причине: в Москве уже никто не хочет с нами связываться.

Это всё дурное воспитание моей бывшей. Нужно было Никиту сразу после развода забирать к себе, но я наивно полагал, что с мамой ему будет лучше. Ни хрена. Вике сын нужен был, только чтобы тянуть из меня деньги. При этом стерва ещё настраивала Никиту против меня. Вдалбливала ему, что он мне не нужен. Узнал об этом случайно. Так же как и то, что Вика часто оставляла сына одного ночью, а сама сваливала на тусовки.

Доказательства собрать не составило труда. Суд принял решение в мою пользу: сын три года назад переехал жить ко мне. Первый год был самый сложный для нас двоих. Сложно перестроить свою жизнь за несколько дней. Мне постоянно приходилось напоминать себе, что дома сын и я не могу привычно провести всю ночь в офисе. Ритм жизни изменился. Я больше не живу на работе. Я обязательно сам отвожу сына в школу, возвращаюсь к ужину и выходные провожу с ним. Исключения бывают, но Никитка умный парень и с пониманием относится к таким дням.

Первый год у нас была одна няня. И всё ничего, пока эту дурную не застал голой в своей постели. Она была единственной, кого я уволил. Остальные сбегали от нас сами.

То, что сын доводит их из вредности, понятно сразу. Но чем вызван такой протест, Никитка не признаётся.

Я долго шёл у него на поводу, но у последней няни, женщины пятидесяти лет, случилась настоящая истерика. Помимо увольнительных пришлось ещё выплачивать компенсацию за моральный ущерб. А как иначе? У женщины оказалась инсектофобия, а она, проснувшись, нашла в своей постели десяток древесных жуков. Где их только нашёл Никита? Няне пришлось вызывать скорую и откачивать её.

– А если бы у неё сердце не выдержало?

– Кто же со слабым сердцем выбирает работу с детьми?

Вот я и не выдержал. Припомнил ему мать. Вика до сих пор надеется вернуть Никиту себе. Материнскими чувствами, которыми она прикрывается, там и не пахнет. Зато вернутся регулярные выплаты на счёт. Это прекрасно понимают все. Поэтому сыну так и сказал: “Раз не хочешь, чтобы рядом была няня, тогда будет мама”.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.