Хозяинов Михаил
Оживший герой

1

Вам знакомо это сладостное чувство победы? Чувство, когда долго занимался каким-то делом и в итоге завершил его, получив невероятную награду? А ведь это похоже на какой-то квест из компьютерной игры, ёшкин кот… В общем, у меня такое чувство было накануне, долгожданное и казавшееся в самом начале пути недосягаемое чувство победы! Я долго занимался тем, что сначала приносило мне удовольствие, но с течением времени стало самым ненавистным мне занятием, из-за которого я корил себя за то, что вообще продолжал им заниматься. Я писал книги.

Вам, конечно, может показаться, что это занятие весьма интересное, кто-то из вас скажет, что оно лёгкое – вот, мол, сидишь за столом и пишешь буквы, соединяешь их в слова, образуешь словосочетания, за ними предложения, а после и абзац. И вот тебе текст! Это, мол, не работа даже, не мешки ведь таскаешь. Ага, было бы всё так легко, ёшкин кот! Я тоже сначала считал, что писательство дело лёгкое и интересное, оно, мол, не будет отнимать у меня много времени и, тем более, не навредит мне. И что же могло пойти не так? Да всё, в принципе, всё пошло не так! Книги стали для меня тем, что коренным образом изменило мою жизнь. И я имею в виду не сомнительные тренинги и лекции по познанию себя с помощью чтения потребительской психологической литературы. Упустим и тот факт, что книги навредили моему телу – я стал сутулым, у меня болит поясница и шея…

Я писал своеобразное фэнтези. Сначала мне было очень интересно, я с огромной любовью писал абзац за абзацем, в мыслях отвечал всем злостным критикам и, не дописав первой главы, уже давал интервью. Правда, в своих мечтах. Я писал про приключения одного человека из нашей реальности, который вынужденно покинул её, следуя древнему пророчеству одного из народов Междумирья – мира между остальными мирами, там, где и происходили основные действия моих книг. По тому древнему пророчеству герой должен был спасти Междумирье от краха, ибо оно соединяло остальные миры, и уничтожь Междумирье, уничтожатся другие миры. Сюжет самый наитипичнейший, можно сказать, высосанный из пальца, поэтому я хотел ограничиться трилогией, красиво начав историю и не менее прекрасно и логично завершив её. Три тома графомании, которую, быть может, кто-то бы купил в море такой же графомании от других писателей и писательниц и, возможно, сделал бы на неё обзор. Но нет, ёшкин кот! Всё пришло к иному исходу…

Я написал-таки три тома, сдал их в издательство, но не надеялся, что их напечатают. Я был более чем уверен, что мне, как неизвестному ещё автору, у которого нет даже собственного писательского блога в интернете, откажут в печати, и я с чистой, незапятнанной меркантильностью и коммерциализацией душой издам книги в электронном формате на платформах самиздата. Но спустя месяц мне улыбнулась удача, оскалив заодно свои золотые зубы, – издательство «с радостью» приняло мои книги в печать и уведомило, что кое-кто из их знакомых режиссёров планирует экранизировать мою писанину в формате сериала. А для этого ему нужно чуть более трёх томов моей графомании. Конечно же, я был против написания продолжения, ибо не хотел изменять третий том и намекать на расширение сюжета, отказавшись от хорошего конца. Но против я был всего лишь двадцать минут. Стоило мне почуять запах денег, как я тут же пересмотрел своё решение и приступил к работе над следующими книгами. А после того, как я узнал о будущих моих гонорарах, так я начал работать над книгами с ещё бо́льшим энтузиазмом! И теперь я счастлив…

Счастлив, что теперь мне не придётся мучать себя ежедневными многочасовыми работами с текстом, не придётся горбиться, сидя за столом, не придётся обременять себя постоянными размышлениями над очередным остросюжетным поворотом и хитросплетениями в отношениях героев. Боже, как же я был рад этому, ёшкин кот!..

По дороге домой я хотел было заскочить в алкомаркет, чтобы купить себе чего-нибудь крепкого и, так сказать, отметить наедине с горючим завершение моих страданий. Но разум взял вверх над желанием; стоя у входа в алкомаркет и держа под мышкой завёрнутый в прозрачную плёнку авторский экземпляр моей последней книги, я всё больше думал, что пора бы избавлять себя от такой вредной привычки, как распитие алкоголя вне компании и без особого повода. Да и не был я вовсе большим любителем спиртного, а пил я его, скорее, для самоутверждения, что ли. Чтобы доказать самому себе, что я повзрослел, окреп и прочее, прочее, прочее…

Нет, увольте, мне нужно было идти домой, чтоб поскорее кинуть последнюю свою книгу к остальным моим книгам. Двадцатый том приключений бедного моего героя, двадцатый том моей графомании, который, наконец-то, завершился! Слава богам! Я вновь стану обычным человеком, простым читателем, а не страдальцем-писателем!.. Хотя, зря я так упрекаю свои труды. Они, всё-таки, нравятся людям. По крайней мере, их покупают. А, может, здесь большую роль играл авторитет издательства, которое никогда не печатало посредственную литературу, моё растиражированное имя и реклама книжной серии? Всё к одному, впрочем…

Не хочу сильно вдаваться в рассуждения моих трудов – я не очень-то люблю это делать. Как вы поняли, я считаю все эти двадцать книг простой графоманией, не стоящей и выеденного яйца, но так горячо любимой издательству (по причине выгоды) и какому-то режиссёру (по причине экономии средств на сценаристов). Люди послушно потребляли книгу за книгой и теперь они получили справедливый конец, который они никак не могли ожидать – я убил главного героя, тем самым завершив всю историю, крутившуюся вокруг него. В конце я описал, что, умерев, герой подверг смерти Междумирье, а за ним, по канону моей недо-вселенной, погибли все остальные миры, тем самым древнее пророчество было отчасти исполнено, отчасти неверно истолковано. Высосанный из пальца конец, как и сюжет, был жизненно необходим мне, чтобы завершить это безумное писание размером в двадцать книг и не дать ему разрастись до бесконечной истории с кучей ответвлений и нюансов. Иначе пришлось бы мне писать книги с этим героем до конца своих дней, ёшкин кот!

Всё-таки, находясь в тягостных раздумьях, я доковылял до дома, поднялся по лестничной площадке на шестой этаж (лифтам я не доверял, не спрашивайте даже почему), спокойно открыл дверь и зашёл в тёмную прихожую. Откинул в сторону куртку с кроссовками, закрыл дверь на два оборота замка, влетел в коридор, а от него на кухню. Квартира моя была самой обыкновенной, самой простой. Такие квартиры строили ещё в прошлом веке. Не могу точно сказать период постройки – не сильно разбираюсь в истории. Квартира хорошая и на том спасибо! В общем, зашёл я на кухню, включил свет и положил авторский экземпляр на стол. И только тогда у меня появилось желание внимательнее осмотреть книгу…

Последний том моей графомании был оформлен куда лучше предыдущих изданий и первого тиража трёхтомника (сразу видно, что издательство пыталось визуально отобразить конец истории, но не конец печати!). Двадцатая книга была толстой, в мягкой обложке, её название, как и моё имя с фамилией, были в золотом тиснении, и имя с фамилией заняли всю верхнюю часть обложки, тем самым скрыв часть портрета главного героя. Символично, ёшкин кот… Я убил главного героя, и моё имя скрыло его лицо. Интересно, это была ошибка производства обложки или намеренный поступок её дизайнеров и составителей? В общем, не суть. На задней части были написаны скудные аннотации, подобные любым завершающим огромную серию книгам, метка «16+» и редкие цитаты из текста. Эх, знали бы читатели, что все эти хвалённые цитаты я подчерпнул и перефразировал из уст классиков – не создал ничего нового, а лишь переиграл старое и не пришёл ни к какому выводу… Интересно, а какова была бы их реакция, если б они узнали моё отношение к собственному творению? Загрызли бы меня с потрохами или приняли бы моё мнение как должное?..

Решив, что я трачу много времени на визуальный осмотр книги вместо вознесения её на заслуженное место к остальным моим трудам, я приступил к делам насущным, а именно – к приготовлению чая. После тяжёлого дня, полного долгих стояний в очереди, поездок с места на место, заполнения документов и тягостных раздумий чашечка горячего чая как нельзя лучше скрашивала тихий вечер, когда я, наконец-то, могу побыть наедине с самим собой…

Стоило мне прикоснуться к чайнику, как меня тут же одолело странное дежавю. Крышка чайника приоткрыта, воды в нём чуть меньше половины (и она, более того, вскипячена!) и чайник стоял не на подставке. Это было странным для меня, ведь я страдал жутким перфекционизмом и не мог позволить себе оставить чайник в стороне, а не на подставке, тем более с приоткрытой крышкой. Да и незаполненность воды говорило о том, что чайником кто-то уже пользовался, хотя я заполнял его ещё утром. Не могла же вода просто испариться лишь за несколько часов моего отсутствия, верно? Вообще, подумал я тогда, эта ситуация смахивает на пролог в моей последней книге, где главный герой приготавливал себе чай, прежде чем ему принесли весть о новой угрозе Междумирью…

Я отогнал эти глупые мысли прочь. Совсем уже крыша поехала из-за этой книжной серии! Мне нужен был отдых, я его получил, всё, теперь можно не задумываться о книгах и уж тем более о моей графомании! Однако ощущение дежавю не оставило меня даже тогда, когда я достал хлеб…

Он, ещё находясь в пакете, уже был нарезан, хотя утром я к нему даже не притрагивался! Более того, он был нарезан так, как режет его главный герой моих книг – вдоль буханки, нарезая длинные куски, которыми можно было насытиться и не заметить, как умял всю буханку. Такую, казалось, не влияющую на повествование деталь я приписал герою лишь для того, чтобы объяснить постоянную нехватку провианта в его походах по Междумирью (и чего греха таить – прописал я эту деталь, чтобы увеличить число символов и приблизить текст к значению необходимых авторских листов!). Но я не настолько любил своего персонажа, чтобы перенять его образ жизни и привычки. Я вообще считаю, что персонаж не является отражением писателя, ёшкин кот!..

Чувство дежавю сменилось страхом. Нет, я не думал, что в мою квартиру проник вор, любезно нарезавший к моему приходу хлеб, но использовавший в своих целях чайник, и ушедший делать свои воровские дела. Я думал, что кто-то из ярых фанатов моей книжной серии нашёл мой дом и квартиру и решил поиграть со мной в отыгрыш ролей. Якобы он – главный герой книг, а я – очередной злодей. Этого мне точно не хватало! Лучше бы в мою квартиру проник вор, с ним разговор короткий.

Я отложил хлеб в сторону и начал спешно рыться в ящиках стола. И мне свезло найти скалку! Нож я не рискнул брать, потому что, во-первых, я боюсь лезвия, во-вторых, я боюсь крови, в-третьих, я боюсь последствий. Нож – это, всё-таки, холодное оружие, потом иди да объясняй, что двадцать три ножевых ранения – это акт самообороны. Ударить скалкой по голове, рукам или ногам безопаснее, да и для профилактики сойдёт… В общем, я вооружился скалкой. Она выглядела довольно старой и, как мне казалось, принадлежала ещё моей прабабушке, но не лишилась былой крепости! Скалка крепче камня при грамотном (пусть и не прямом) использовании могла вырубить незваного гостя, тем самым нанеся ему минимальный вред и максимальный урок!

У меня жутко разыгралась паранойя. Такое у меня бывало, но моя обыденная паранойя не переходила границ подозрений, что за мной следят через камеру телефона и прослушивают через его микрофон. Но тогда паранойя решила выйти на уровень выше, чем подозрения на слежку и прослушивание, я вполне допускал вариант, что в моей квартире помимо меня кто-то есть. И такой вывод я сделал, основываясь на тех фактах, что в прихожей помимо моей выброшенной куртки на крючке висела чужая (как я мог не заметить её при входе?!), окно на кухне было слегка приоткрыто, а дверь в зал была раскрыта нараспашку, и там горел свет настольной лампы. Именно в зале я работал над книгами, там стоял мой рабочий стол и мягкий диван (на случай, если до своей кровати в отдельной комнате глубокой ночью мне будет лень идти и я решу поспать в зале). Но прежде чем уйти из дома я закрыл окна и двери и выключил абсолютно все электронные приборы, ведь так меня учили с детства. Полезная привычки, на самом деле, но в моём случае она сыграла со мной злую шутку. Если я выключал всё перед уходом, то кто включил всё обратно, пока меня не было дома? Кто открыл закрытое окно? Ёшкин кот, я так тогда испугался! Эмоциональнее следовало бы написать иное слово, но не рискну я его употреблять здесь… В общем, в тот миг, когда я увидел свет настольной лампы, я подумал, что фанат вломился в мою квартиру, нашёл мои рукописи и теперь читает их, находясь в неописуемой эйфории. Так сказать, нашёл эксклюзивный материал, ёшкин кот…

Я крепко сжал в руках скалку и тихо ступал по скрипучему полу, подходя всё ближе и ближе к открытой двери в зал. Нервы мои были на пределе, я глубоко дышал, а нос при вдохе присвистывал. Я слышал, как бешено бьётся моё сердце и стучит кровь в висках. Ёшкин кот, ещё бы чуть больше напряжения и адреналина, и меня бы вырвало прямо на новый ковёр в коридоре. Но было бы всё куда смешнее, если бы оказалось, что в квартире я находился совершенно один. А лучше бы так оно и было, конечно…

Громко вдохнув тёплый квартирный воздух, я стукнул скалкой по дверному косяку и с криком вбежал в зал, подобно варварам, осаждающим Рим. За моим рабочим столом в окружении моих книг и разорванной плёнки сидел человек, чей блондинистый затылок, худенькие руки и опрятный вид напоминали мне того, кто достал меня за всё время, пока я работал над двадцатью томами своей графомании…

2

– Какого чёрта?! – вскричал незваный гость, вскочив из-за стола. – Ты что, собственное жилище решил разнести?!

Лицо незваного гостя казалось до нешуточной боли знакомым. Его манера речи, его жесты, да что там, даже его взгляд – всё выдавало в нём героя моих книг. Он был идеальной его копией, что и изобличало всего лишь образ. Я был уверен, что это безумный фанат, у которого есть явно профессиональные умения в костюмировании, актёрской игре и передаче характера определённого персонажа, короче говоря, – в косплее. Я не противился такой деятельности, она была мне симпатична, но полюбили бы вы косплеера, который ворвался в ваш дом и использовал вашу бытовую технику? Думаю, вы бы не ограничились в выборе выражения своих эмоций и орудия самообороны, и скалка показалась бы вам не более чем резинкой.

Однако же мне нужно было что-то делать с этим вот чудом. Просто так избить его нельзя – ну, неэтично это как-то. Может, он с благими намерениями пришёл ко мне? Хотя с каждым мгновением я всё больше сомневался в положительности его деяний. Чего стоил один лишь осмотр окружения – оторванные плёнки от авторских экземпляров валялись то на столе, то на полу; разбросанные по всему столу и рядом на полу книги были раскрыты на случайных страницах; открытые ящики стола, в которых некогда лежали чистые листы бумаги и тетради, теперь опустошены; помятое покрывало на диване действовало мне на нервы; а сдвинутый в сторону ковёр раздражал мою привыкшую к порядку душу. В зале царил хаос, тот самый злодей, которого я ненавидел всей своей сутью!.. Я не хотел принимать во внимание идеально подобранный образ главного героя, явившегося мне на фоне беспорядка в зале, потому в голову мне пришёл один единственный вопрос, который показался мне более чем уместным:

– Ты кто? И что ты забыл у меня дома?!

– Это ты-то не знаешь меня? – с неописуемым удивлением спросил меня незваный гость, широко раскрыв глаза. – Этот вопрос должен задать я! Да и к тому же, куда мне оставалось идти после внезапного появления здесь же?

Блондин откинул на край стола предпоследнюю книгу из моей графоманской серии и вновь сел за стол. Я же сжал скалку до такой степени, что у меня побелели пальцы рук.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.