Константин Вашуркин
Я выживу!

Глава I

Начало

Кто я? Что я? Где я? Как я здесь очутился? Что со мной? Жив ли я? А что такое жизнь? Тело или разум? Для чего мы существуем? В чём наша мысль? можно ли жить без рассудка? А где моя память? А что такое память? Могу ли я быть тем, кого даже не помню? Или я новая личность, которая появилась в этом теле? Почему это произошло со мной? Как мне ответить на эти вопросы?

Очнувшись, от непробудной пелены разума, я осознал то, что уже два дня шагаю по бескрайней тайге. Как я здесь очутился, мне не понятно. Что со мной случилось, мне тоже не понятно. Как только я очнулся то сразу же стал испытывать сильный голод. Конечно, я два дня бродил по тайге ничего не евши. Я даже не понимаю, как я смог выжить в такой ситуации. Почему же тайга, которая полна богатой живностью, не поглотила меня. За все два дня моей пелены, мне не встретилось ни одно существо, которое бы попыталось меня съесть. Оглянувшись я увидел, рядом с собой, огромные заросли ягод. Костяника, так назывались эти ягоды. Навряд ли это настоящее название, но я знаю лишь это. Это имя им дал мой дедушка, который в свою очередь услышал его от своего дедушки. Я очень любил ходить за грибами в лес с дедушкой, благодаря прогулкам с ним я и выбрал свою профессию.

Стоп, а какую я выбрал профессию? А как звали моего дедушку? А как зовут меня? И почему я помню название ягоды, но не помню своего имени? Почему?

Вопросы, которыми полнилась моя голова постепенно отошли от разума, так как голод, глядя на расписные красные ягодки, усиливался. Я начал жадно поедать эти ягоды, ел я их вместе с косточками, которые были внутри, и листочками, которые я срывал вместе с копной ягод. Через минут десять я наелся. После этого я стал думать.

Конечно, то что я смог выжить это чудо, но не стоит полагаться только на него. Первым делом мне стоит найти водоём, чтобы я мог выжить. Тайга кишела не только ягодами. Встав с земли я стал рыскать по карманам. На замке правого кармана шорт висела кремниевая огнива, которая выглядела новой.

Расстегнув карман, я начал его обыскивать. Внутри этого кармана лежал блокнот и карандаш. Блокнот был тоже новый, но выглядел сильно пожухлым. Некоторые страницы блокнота слиплись, некоторые потеряли клеточное деление, а некоторые пожелтели. По виду блокнота я понял, что долго плыл. Пригладив блокнот, стал записывать свои действия, чтобы хоть что-то напоминало мне о том, что я не одинок в этом мире. Через пол часа я стал медленно идти. Я шел медленно, чтобы не привлекать лишнего внимания. Пока я медленно шёл куда-то я стал открывать левый карман. В левом кармане я нашел небольшой складной нож, который был обмотан верёвкой.

Увидев у себя в руке нож я выдохнул, теперь у меня появилась возможность защищаться. Не став промедливать я нашел длинную крепкую палку и стал её затачивать. Деревянное Копьё– первый инструмент, который я сделал потеряв память. Оставшийся маршрут я шел более вальяжно и быстрее. Мне удалось заточить эту палку очень сильно, так сильно, что я даже немного укололся. Громко идя по тайге я вдруг затих.

«Вода!» – громко закричал я, услышав шум воды.

Я оказался прав, это шумела вода. Пройдя сквозь пару деревьев я очутился возле блестящего то-ли пруда, то-ли озера, но не суть. Теперь у меня появился источник воды, и возможный источник пищи. Простояв у водоёма пару минут, я убедился в том, что в этом месте есть рыба. Присев лицом к манящему солнцу, я стал думать. Вопросы, которые оттолкнул голод снова стали меня настигать, я испытывал дикий страх из-за того, что не понимал ни кто я, ни что я. Остаток дня я собирал грибы, хворост и крупные дрова.

Наступил третий день! Сегодня я чувствовал себя намного лучше чем вчера, мой разум прояснился и я уже полностью руководил своим телом. Но память так и не вернулась. Встав с земли, которую я устелил хвойными ветками, я стал изгибаться в разные стороны. После небольшой разминки я стал осматривать всё вокруг. К утру костёр уже потух. Приглядевшись я увидел на другом берегу озера, я всё-таки решил считать этот водоём озером, груду камней. Я нуждался в топоре, для того, чтобы я мог хоть что-то себе возвести, так как верёвки у меня было немного. После этой Находки я бросил свой взор на другой конец озера и увидел там иву. Ива, это лучше, что я мог найти здесь. Ветки ивы, которые скопом свисают вниз очень гибкие и прочные. Благодаря им я мог спокойно смастерить себе корзинку, в которую я буду собирать разные предметы и даже могу смастерить одежду.

Я был очень хорош в работе с молодыми прутиками, моя бабушка научила меня делать корзинки, вязать заборы и многое, многое другое. Я очень любил взять из прутьев вместе с бабушкой. Стоп, а как звали мою бабушку? Почему я помню всё кроме имени? Почему?

Эти мысли, которые налетели на меня вонзились также остро как и в прошлый раз, но теперь я уже не был так голоден, чтобы их потушить. Я стал неистово пытаться вспомнить хоть что-то, но это привело лишь к тому что у меня разболелась голова и всё.

Я решил, что сначала я пойду за прутьями ивы, а потом за камнями. Берег озера был очень ровным и не заращенным, лишь камыши выбивались из общего уровня травы. Подойдя к иве я достал нож. Срезая ветки я приговаривал: «Ивушка, ивушка, ивушка кровинушка, срежу твои слёзки, по самые бороздки, дам тебе умыться свежей водицей!»

Эти строки сами вырвались из меня, я даже не осознал того, что я что-то говорю, я не осознавал этого пока не срезал огромный пуд веток. Глядя на этот скоп я решил, что сначала сделаю себе корзинку, а уже потом пойду за камнями. Изготовление корзины заняло у меня пару часов. Помимо самой корзины я изготовил две лямки, благодаря которым я мог носить эту корзину на сипе. Погрузив в корзину оставшиеся ветки, я пошел к камням. Дойдя до них я увидел яркий блеск дна, которое возле камней было очень близким. Чистота воды позволяла мне наблюдать всё, что происходит в воде возле камней. Я любовался этим видео около получаса, пока не понял, что уже пора делать дела.

Я стал перебирать камни. Те, которые хоть как-то могли мне помочь, я бросал в корзину. Через минут двадцать моя корзина стал кряхтеть под весом камней, а моя спина стала мне говорить о том что уже пора возвращаться.

Вернувшись к месту ночёвки я вывалил всё из корзины на землю. Перед тем, как заниматься изготовлением топора, я решил изготовить себе обувь, точнее защиту для своих кроссовок. Мои кроссовки, в которых я уже бродил третий день, стали сильно изнашиваться. Городская обувь не подходить для глухого леса. Сняв с себя кроссовок, я стал обматывать его прутьями.

Сперва я выложил подошву, которая покрывала всю поверхность кроссовок, затем стал обматывать кроссовок вдоль, завязывая края веточек на узел. После этого я обрезал края веточек, и прятал узелок внутрь. Вот так вот, через пару часов, я изготовил защиту на кроссовки. После этого я решил не останавливаться и стал изготавливать себе наколенники и защиту для ног.

Чёрт меня дёрнул пойти к этой иве! Я не успокоился до тех пор, пока не истратил все принесённый ветки. Из этих веток мне удалось сделать: маленькую корзинку под ягоды, наколенники, защиту для ног до колена, а также пару кружек. Ну вот и всё, наконец-то я приступил к созданию топора. Перебирая камни я нашел два подходящих, обив края у обоих я стал их точить. Кропотливо возя остриё камня по громадному валуну, который я додумался взять с собой, в итоге мне удалось заточить остриё топора. Да, конечно, она уступает по остроте металлическим, но лучше чем ничего. После подготовки основания, я стал искать Палу под топорище. Мои поиски продлились минут пять, так как лес кишит хорошими палками. Затем я стал разрезать конец палки надвое, чтобы появилась возможность просунуть туда топор. Кроме этого, я каким-то чудом умудрился проковырять в камне сквозную дырку, чтобы закрепить камень к палке. После этого я засунул в раздвоенный конец палки камень и стал проделывать в палке дырки, чтобы зацепиться за камень. Я нашёл крепкую палочку, и просунул её в эту дырку, а после еще и обвязал моё изделие верёвкой с ножа. Ну вот и всё, топор готов! После того, как моя работа была выполнена я стал радоваться. Выразил я свою радость в ловких размахиваниях топором, которые чуть не привели к потере пальцев. После этого я поставил себе новую цель, мне нужно построить хижину. Глядя на то, что я, пробродив в лесу пару дней не встретил даже напоминание про людей, я понял, что это мой единственный шанс выжить. В моих планах было построить себе хижину и далее делать небольшие разведывательные путешествия из моего пункта.

Отойдя от озера на пятьдесят метров я стал искать место для будущей хижины. Я не стал селиться возле озера потому что, возле водоёмов температура ниже чем в лесу, и ещё, возле водоёмов может быть подтопление, а я хочу создать себе землянку. Но для того чтобы создать землянку мне нужна лопата. Осознав эту простую аксиому, я пошел делать лопату. Через пару часов упорной работы мне удалось изготовить лопату, примерно похожую на топор. Придя назад к пятидесятым метрам, я стал опять осматриваться. Мне повезло, я смог найти три дерева, которые почти были на одной линии. Глядя на эти деревья моя задумка была такова, между ними я буду пропускать брёвна и создам так себе одну стену, не используя никаких крепёжных средств, а остальную часть хижины я изготовлю под наклоном, опираясь на эту стену.

И вот, я начал копать. С начала я разрубал корни топором, а затем откидывал землю подальше. Провозился я так около пяти часов пока не стал испытывать сильный голод и усталость. На дворе уже темнело и мне пришлось закончить работу, чтобы успеть развести костёр и набрать грибов на ужин.

Наступил четвёртый день! Сегодня я намеривался докопать яму под хижину и уже начать строить стены. День начинался очень хорошо, я быстро прокапывался как в глубь так и в ширь, но вскоре пришла беда, моя лопата развалилась. Я не представляю как, но камень, который был лопатой, просто развалился пополам, возможно, это из-за отверстия, которое я проделал. После этого я изготовил себе новую лопату и продолжил копать. Моя цель была: семьдесят сантиметров в глубь и по три метра в длину и ширину, помимо этого мне предстояло выложить себе печь и заготовить уйму брёвен, для отделки дома. Я смог выкопать установленную в голове яму к трём часам вечера, и после этого стал изготавливать колья. Моя задумка такова, я обобью земляные стены деревянными кольями вертикально, а после подпереть их горизонтальными брёвнами, которые я тоже вобью в земляные стены. Остаток дня я затратил на заточку кольев, к концу я опять набрал грибов, развёл костёр и уснул.

Наступил пятый день. Сегодня мне предстояло вбить все колья, которые я заготовил вчера. У меня не было молотка, и поэтому, я решил использовать вместо него крупный камень. Мне предстояло вбивать колья довольно глубоко, чтобы они не отвалились. Каждый кол я вбивал, примерно, сантиметров на тридцать, сорок. На каждый кол у меня уходило около пяти минут. К десятому колу я растерял все силы и даже не мог поднять камень. Глядя на свою измотанность, я решил отдохнуть и насобирать ягод. Рядом с озером я нашёл земляничную поляну. Моё собирательство продолжалось около двух часов, пока не наполнил корзинку полностью. У меня в голове был строгий распорядок, если я собираю ягоды значит я их собираю, а не ем. Поэтому, пока корзинка не наполнилась, я не успокоился. После этого отдыха мне пришлось устроить перерыв на обед, чтобы съесть ягоды. У меня не получилось осилить полную корзинку полностью, я смог одолеть только половину, а остальное решил оставить на ужин. После этого я продолжил вбивать колья. К концу сегодняшнего дня мне удалось оббить яму вертикально. Впереди была устилка пола, упрочнения стен с помощью горизонтальных брёвен и многое, многое другое.

Наступил шестой день. Сегодняшние мои планы испортил сильный туман, который застелил всё возле озера на пару сотен метров, этот туман исчез только к обеду, и то не полностью. Всё это время я едва попадал зуб на зуб греясь у костра. После этого я стал застилать пол и укреплять стены. Туман указал мне на то, что пора торопиться, а не то я так и до осени не доживу. По ощущениям сейчас был где-то июль, на это указывала погода и растительность. В начале лета, в лесу больше ягод чем грибов, к июлю это соотношение уравнивается, а в августе в лесу больше грибов чем ягод. К концу дня мне удалось застелить пол.

Наступил седьмой день, неделя! Сегодня по небу ходили хмурые тучи, которые были наполнены водой. Глядя на них я стал судорожно возводить опорную стену и крышу. Сейчас, когда я заложил стены и пол я мог получить вместо сухой землянки мокрый бассейн, ведь закладывал я очень плотно и на совесть. Возведение опорной стены заняло у меня около часа, столько же занял каркас крыши, а вот над самой крышей мне пришлось попотеть: два часа я собирал палочки, столько же я собирал хвойные ветки, час я собирал кору, пол часа я собирал папоротник, и столько же я собирал лопух, которого в лесу было очень мало. После сборов я стал медленно устилать крышу. Сначала я проживал сквозь опору веточки, потом на получившуюся платформу я устилал кору, затем я постелил на неё папоротник, хвойные ветки и лопухи. Я успел устелить крышу как раз вовремя, через пару минут после того, как я закончил, начался сильный ливень. Мне повезло, ведь дождь был прямой и вся вода делась под нужным углом. Дождь мне посчастливилось переждать в своём доме. Я изнутри убедился в том что моя крыша не течёт. Даже малейшая капелька не смогла пробить эту броню. Но я понимал, что мне придётся найти более надёжный укрывной материал, ведь папоротник и лопух к осени сгниют, а хвоя изломается и перестанет так надёжно защищать.

После дождя проснулся гнус, который почти не трогал меня в другие дни. Но сейчас, когда дождь размочил всё вокруг, вся живность проснулась. Остаток дня я провел возле огромного дымящегося костра, который едва спасал меня от кровожадных мошек и комаров.

Наступил восьмой день. Сегодня тоже был сильный туман, но несмотря на него я продолжил заниматься заготовкой кольев для хижины. Моя задача на сегодня, оббить вокруг ямы всё кольями, поднять крышу на метр, примерно, и вырубить вход. Вход я хочу вырубить из опорной стены, но для этого мне необходима пила, но из камня мне навряд ли удастся сделать даже маленькую ножовку, но я постараюсь. Перед тем как делать пилу я решил сначала сделать стены. К восьмому дню я уже мастерски научился точить и забивать колья, хоть какой-то плюс от того, что я потерялся в лесу. Обив всё вокруг я понял, что как бы я не старался всё равно будут щели. Теперь перед мной встала задача добыть то, чем можно заткнуть все щели. На эту роль хорошо подходил мох, но для того чтобы законопатить все щели мне предстоит набрать прям очень много мха, и ещё, в добавок к этому, мне надо будет его просушить, ведь после сильного ливня всё в лесу сильно намокла. По уму и колья, которые я заготавливал стоило сначала просушить, ведь когда из них выйдет лишняя влага они изсохнуться и образуют между собой огромные щели, но я их уже вбил. Пренебрегнув этим я продолжил заниматься строительством своей хижины. На то чтобы набрать нужное количество мха мне пришлось потратить около пяти часов. После этих поисков я не смог продолжить строительство, так как был сильно голодный, и оставшийся день я потратил на сбор грибов, ягод и дров для костра. К вечеру я стал пытаться сделать удочку, с помощью прочной палки, и тонкого ивового прутика, но для того чтобы изготовить удочку, мне просто необходим крючок.

Наступил девятый день. Сегодня я решил не заниматься строительством, а решил полностью посветить себя рыбалке и изготовлению удочки. Поискав нужный материал для крючка, я смог отыскать небольшой кусочек какой-то кости, который кропотливо обрабатывал на протяжении часа. В итоге, мне удалось изготовить костяной крючок, который выполнял все функции крючка. После этого, я прикрепил этот крючок на шнурок, который я снял с ботинка и обвязал им ивовый прутик, чтобы точно не потерять крючок. После этого я накопал червей и стал ловить рыбу. Первые пол часа мне ничего не удавалось поймать, но потом, я смог зацепить на свой костяной крючок крупного окуня, которым я знатно отобедал. Доказав работоспособность своей удочки я успокоился и всё-таки решил заняться строительством. К концу дня успел заготовить пару крупных брёвен и натаскать камней для будущей печки, без которой я не смогу выжить зимой и осенью. Но помимо камней мне необходимо чем-то будет их сцепить. Единственное, что пришло мне на ум, это глина, но я ещё не встречал здесь глины, с учётом того, что я прокопался в глубь земли примерно на метр.

Ну да ладно, над этим буду задумываться потом, а сейчас моя задача заключается в том, чтобы просто заготовить всё необходимое.

Десятый день. Сегодня стало заметно прохладнее, связано это с тем, что всё небо было затянуто чёрными тучами. Сегодня перед мной стояла задача найти глину, чтобы уже начинать собирать печку. Но глядя на небо я решил, что лучше не стоит далеко отходить от своей хижины. Пересмотрев свои планы на дом, я решил не прорезать вход в опорной стене, а сделать его из боковой стенке, с учётом того, что я и так забирался внутрь через недоделанный бок. Для защиты от холода мне предстояло продлить этот бок так, чтобы я смог прокопать себе полноценную лестницу. Благодаря тому, что у меня была очень прочная крыша мне на составила труда прикинуть ус к носу и начать делать заготовки. Медленная заточка колышков сопровождалась звуками сильного дождя, который всё-таки соизволил спуститься к нам на землю. Медленно прошел остаток дня, который так и продолжал нести в себе нескончаемый дождь.

Одиннадцатый день. Утром ещё моросил небольшой дождик, но к обеду он полностью прекратился и наступил адский зной. От этой жары меня спасала моя хижины, которая таила в себе приятную прохладу, почти весь сегодняшний день я провёл в ней, лишь выходил для того чтобы найти и приготовить себе обед и ужин. Сегодняшний мой досуг заключался в заточке. Сначала я затачивал колья, потом я затачивал лопату и топор, затем я затачивал своё копьё, а после свой ножик, который за одиннадцать дней покрылся множеством царапин и зазубрин. Но я смог это исправить, правда не полностью, но нож стал резать куда лучше чем до заточки.

Наступил двенадцатый день. Сегодня жара была слабее чем вчера, но всё также не позволяла долго находиться на улице. Но несмотря на этот зной, мне пришлось отправиться на разведку, так как глины так у меня и нет, а если хижину не топить, то она отсыреет и начёт гнить. Я пошёл вперёд, перед мной стояла задача найти либо полянку, либо холм, либо открытые глиняные месторождения. Но помимо самой глины, мне важно и её качество. Плохая глина не сможет сцепиться с камнями и вся печка просто рассыплется, не успев затвердеть. Чтобы найти хорошую глину придётся попотеть ещё сильнее, особенно если учитывать невыносимый зной, который сегодня меня радует.

Вопросы, которые мучили меня в первый день ушли на второй план, я полностью погрузился в процесс выживания и напрочь выкинул из головы все философские вопросы, которые в моём контексте приобретают совершенно новое звучание.

К сегодняшнему дню я стал разговаривать сам с собой, и чтобы мне было проще общаться с самим собой я дал себе имя. Я назвал себя Алексей, Лёша. Лёша, это единственное имя, которое вертелось у меня в сознании, я даже не знаю кому это имя принадлежит, и что оно означает?

Но не важно, теперь, когда я стал общаться с самими собой, я стал замечать, что потихоньку схожу с ума, хотя эти дурные мысли не мучают меня, ведь Лёша полностью сконцентрирован на выживании и строительстве, но рано или поздно мне придётся столкнуться с этими мыслями и тогда уж не будет известно, смогу ли я их побороть или и вправду сойду с ума?

Тринадцатый день, сегодня было также жарко как и вчера. Рано утром, немного позавтракав, я продолжил поиски глины для печки. Взял я с собой свою лопату, топор и корзину. Сегодня решил пойти в другую сторону, чтобы задействовать в поисках как можно больше территории. Бродя по лесу я испытывал сильную жажду и усталость. Единственный мой источник воды это было озеро, но я не имел возможности переносить из него воду. Кружки, которые я сделал из прутьев ивы, пропускали, и их объем слишком мал для путешествий. Медленно передвигаясь по глухой тайге я смог набрести на небольшой обрывистый холм.

« Глина, наконец-то глина, слава тебе Господи!» – прокричал я встав на колени перед этим обрывом.

Но теперь перед мной встала другая задача, верхний слой этой глины был весь в корнях и траве, мне предстояло прорубить этот склон до качественной глины. Я преступил к поставленной задача, топором разрубал большие корни, лопатой вытаскивал крупные куски испорченной глины, а ножом разрезал мелкие корешки. Так я провозился около часа, прежде чем смог добраться до чистой глины. Мои каменные инструменты к этому моменту покрылись толстым слоем грязи и стали почти не пригодны для работы. Сегодня мне пришлось закончить свою работу, так как я сильно устал, а мои орудия сильно износились. Остаток сегодняшнего дня я провёл за чисткой и починкой своих изделий, а после стал готовить ужин. На ужин мне удалось поймать две небольшие рыбки. Вкус рыбы без соли не вызывал у меня радости. Рыба была очень пресной и даже без болотного запаха, так как озеро было очень чистым и по чистоте могло соперничать с Байкалом. Ночью, перед тем как заснуть, я стал размышлять о многом. Прикинув ус к носу, я предположил что нахожусь, примерно, на территории Красноярского края. Эти выводы я сделал опираясь на местность, климат и растительность. Хотя, могу спокойно ошибаться. Наша Россия столь огромная, что и не описать словами. Но в итоге я стал опираться на то, что нахожусь в Красноярском крае. Основываясь на этом, моё положение стало гораздо хуже, если бы я находился в европейской части страны у меня было бы больше шансов встретить людей, а в этом непроходимом лесу, навряд ли я встречу хоть кого-то.

И вот, наступил четырнадцатый день. Вторая неделя моей жизни в тайге. Сегодня мне предстояло наконец-то набрать глины и начать выкладывать печку. Обрывистый холм, который я вчера раскопал, находился в пяти минутах ходьбы от озера. Сегодняшний день был немного прохладнее, но всё равно жара стояла невыносимая. Мой маршрут прошёл очень гладко, а на обратном пути я впервые повстречал животное. В метрах двадцати от меня медленно проходила большая, пушистая лиса. Её шубка красочно переливалась в свете едва прохладного солнца. Лиса, как только завидела меня, то сразу же рванула как можно дальше. По ней было видно, что хоть лес и глухой, но животные знают, что не стоит связываться с людьми. Эта неожиданная встреча меня обрадовала, хоть и не сильно.

Придя к своей хижине я вывалил всю глину возле дома и пошел за камнями. Глина была очень влажной и не нуждалась в дополнительной воде. Принеся камни я стал укладывать печку. Я брал камень, макал его в кучу глины и укладывал этот камень в специальное углубление в стене, которое я вырубил с самого начала. Укладка основания печки заняла у меня весь день. К концу этого дня я был весь испачкан в глине, и поэтому, решил искупаться. Я отошел на другой край озера, снял с себя одежду и устремился в воду. Кроме себя ещё и вымыл свой скудный гардероб, который состоял только из той одежды, в которой я очутился в этом лесу, накладки, защита – это не одежда. Простирывая одёжку я осознал то, что мне необходимо изготовить тёплую одежду для зимы, а иначе я даже не смогу выйти на улицу. Но для тёплой одежды мне нужен тёплый материал, которого у меня нет. После того, как я закончу строительство печки начну искать и добывать себе шкуры животных, чтобы потом сделать из них тёплую одежду.

Наступил пятнадцатый день. Сегодня мне предстояло доделать печь и зажечь её. На улице сегодня было очень прохладно, и поэтому, мне просто необходимо прогреть и себя и печь. И вот, я начал медленно укладывать трубу. Мне предстояло заделать все щели, которые оказались в моей печки, но для этого мне необходимо принести ещё глины, так как я почти всё уже истратил. Я прошёл натоптанный маршрут быстрее чем в прошлый раз, на этом сказался холод, который заставлял меня работать активнее. Я быстро набрал полную корзину глины и пошёл к себе домой. Принеся свою добычу я скинул её с себя и стал закладывать печку дровами. По другому мне не получится найти бреши в своей кладки. Я едва смог разжечь печь и как только она начала работать то сразу же стала испускать дым во все стороны. Прикрыв рот и нос футболкой я начал залеплять щели, но они продолжали дымить. Вместо угарного газа, моя хижина стала наполняться паром, который испускала сырая глина. Отвратный запах заполнил весь мой нос. Этот аромат глины был куда хуже чем запах жжёной древесины, из-за этого аромата мне пришлось покинуть свой дом. Обогретый дымом я вышел на холодную улицу и стал испытывать ещё более сильный холод. Но я не мог зайти обратно в свою холопу, так как она была наполнена дымом и отвратным запахом. Я решил, что не смотря на холодную погоду пойду собирать себе еду на ужин. Теперь, когда у меня появилась лишняя глина. Теперь мне стоит создать себе посуду, в которой я смогу готовить себе пищу и заготавливать запасы на зиму. Но глина, которую использовал для печки, с трудом подойдёт для изготовления посуды, ведь у меня нет подходящего оборудования, печи, в которой жар был бы равномерен. Но ничего, получилось сделать печь, получиться сделать и посуду. А заниматься изготовлением глиняной посуды буду завтра, так как сегодняшний день уже подходил к концу.

Наступил шестнадцатый день. Первым делом, я пошел собирать ивовые прутики, чтобы изготовить основание, в которое буду заливать и размазывать глину. Первым делом, я решил сделать большую кружку, в которой смог бы кипятить воду и заваривать травяной чай. Форму для кружки я изготовил минут за десять, столько же выкладывал глину. Выкладывая её, я намерено сделал дно толще, по сравнению с остальной частью кружки, чтобы точно моя кружка получилась. Выложив основание я задумался, как мне сделать ручку. Без ручки мне будет трудно снимать свою кружку с огня и будет высокий шанс нечаянно её разбить. С крайнем трудом мне удалось прикрепить к основанию ручку. После этого я развёл костёр и поставил кружку прямо в центр. Глядя на трескающийся костёр я испытывал сильное волнение. Страх был вызван тем, что от чрезмерного жара моя кружка может потрескаться или вовсе рассыпаться. Помимо костра, ещё разжёг и печку, чтобы ещё раз проверить её на наличие щелей и прогреть. Печь зажглась в мах. И как только она полностью разгорелась я убедился в том, что моё изделие сделано правильно, печь не коптит и не дымит. В таких условиях, создать такую печь, просто чудо, но посмотрим, сколько времени эта печь будет сохранять своё качество! Через пару часов костёр прогорел и я медленно стал доставать свою кружку. Ивовые прутики, из которых было изготовлено основание, сильно обуглились, но почти не сгорели.

И вот, настал долгожданный момент, я стал медленно разрезать ивовый прутики, чтобы поставить свою кружку. Действовал я очень аккуратно и скрупулёзно, так как боялся повредить кружку. Через десять минут манипуляций, мне удалось достать кружку. Кружка получилась как надо, она была без трещин и не протекала, это победа! После этого я стал набирать разных ягод и травы, которую можно заваривать. Набрав в кружку воды я понёс её к новому костру, который уже развёл заново. Я осторожно поставил кружку возле костра и стал бережно ждать, пока мой травяной чай закипит. Я не стал просто смотреть на костёр, а взял удочку и стал ловить рыбу. Мой ужин был самым красочным за всё время пребывания здесь. Мне удалось напиться вкусным чаем, наесться рыбой и ягодами, и уснуть возле тёплого костра. Вот так вот закончился мой шестнадцатый день!

Глава II

Охота

День номер семнадцать. Сегодня было достаточно тепло, но не через меру, а утром землю застелил небольшой туман. Сегодня в мои планы входило: изготовить несколько глиняных горшков, заново уложить крышу, и наконец-то забить щели в моей хижине мхом. План на день был очень тяжёлым, но благодаря умеренной погоде я не считал его не выполнимым. Сперва, я решил начать делать горшки. Подготовил формы для трёх крупных горшком, одного маленького и ещё одной кружки. Моё первое задание на сегодня шло очень гладко, настолько, что я поверил в своё мастерство и стал делать изделия более разухабисто. В итоге, моя чрезмерная уверенность привела к тому, что половина из моих изделий просто развалились, и мне пришлось заново переделывать часть посуды. Но тут встала другая проблема. Глина, которая у меня была, закончилась, и мне пришлось тащиться за ней к своему карьеру, благо тропа уже натоптана. На изготовление посуды я затратил куда больше времени чем планировал, и поэтому, стал подозревать, что не успею сегодня выполнить намеченный план. Вторым действием я выбрал переложить крышу, которая уже начала немного подгнивать и пропускать. Лопухи и папоротники уже не выполняли свою функцию. Я решил снять с крыши слой из коры, папоротников, лопухов, а после заложить крышу ещё одним слоем тонких веточек. Для того, чтобы я смог прожить в этом лесу до того момента когда меня найдут, если меня вообще найдут. Мне надо построить свой дом как можно прочнее и теплее. Зимы в Сибири суровые!

«Так, Алексей, нам необходимо натаскать ровных тонких веток!» – громко произнёс я глядя в пустоту.

Сегодня, мне стало на душе так тяжело, так еще никогда не было. Вопросы, которые во мне скопились большим маховым мешком, наполнили мой разум и душу. Мои попытки заглушить тяжесть работой ни к чему не привели. Я не мог сосредоточиться на работе. Планы, которые я настроил с утра, оборвались на половине: посуда получилась лишь от части, при первом же использовании половина горшков дали течи, хоть эти течи были и микроскопические, но со временем эти маленькие дырочки разрастутся и глиняные горшки превратятся в глиняные дуршлаги.

Крыша, которую я сегодня уложил, заняла у меня очень много времени, и даже с учётом этого, она получилась неидеальной. В крыше имеются небольшие просветы, и при первом же дожде верхушка хижины поплывёт. А в добавок этого, я так и не законопатил щели в доме. Поужинав, затопив печь, заготовив дров, я уснул.

Восемнадцатый день. Сегодня было также прохладно, но тумана уже не было. Глядя на погоду, я решил сначала заготовить запасы на зиму, но мне нужно не просто натаскать грибов, ягод и рыбы, мне нужно придумать, как мне сделать так, чтобы продукты смогли храниться у меня всю зиму? Мне нужна соль, чтобы я смог засолить продукты.

Рыская в своей повреждённой памяти, я смог вспомнить два способа получения соли. Для первого мне нужна зола, вода и огонь, а для второго сок кислицы и огонь. Получать соль из золы сложно, вроде, а для кислицы уже не сезон, её надо собирать в мае. Но я не стал отчаиваться и решил всё-таки её поискать, может удастся найти залежи этой травы? Обычно кислица растёт возле хвойных деревьев, благо, в тайге полно и сосен, и елей, и тому подобного.

Взяв с собой деревянное копьё я отправился в путь. Пошёл я как можно дальше, чтобы увеличить разведанную зону. Бродя по лесу я не старался двигаться тихо, а просто шел вперёд на пролом. Пройдя около километра, я нашёл небольшой еловую полянку. На этой полянке росло много маслёнков, и нужной кислицы. Я был несказанно рад тому, что мне удалось отыскать эту траву, особенно с учётом что сейчас не сезон. Наклонившись, для того чтобы её собрать, я краем глаза заметил какое-то мохнатое пятно. Повернув голову я ужаснулся. На меня со всей дури бежал кабан. Я едва успел что-то понять прежде чем я полетел. Этот кабан отшвырнул меня своими клыками на пару метров, а после стал снова готовиться к удару. От боли я свернулся в калач и устремил свои глаза прямо на кабана. В глазах этого дикого зверя виднелось неподдельное желание убивать. Он снова побежал на меня. От страха я стал быстро осматриваться и увидел рядом с собой своё копьё, которое отлетело вместе со мной. Я резво схватил его в руки и зажал со всей силы. Остриё копья смотрело на кабана, на то как он быстро надвигался, а кабан, увидев то, что я взял острую палку стал пытаться замедлиться. Кабан развил чересчур большую скорость и ему не удастся остановится. А я, поняв то, что кабан находиться в патовой ситуации, сел на колени и еще крепче ухватился за копьё. И вот, произошёл переломный момент. Глаз кабана нанизался на остриё копья. Но копьё, которое я держал в руках, обломилось и обломленной частью вонзилось мне в плечо, вместе с тушей кабана. Кабан погиб, но на прощание он оставил мне множество травм. Столкнувшись с тушей кабан, от боли, я потерял сознание, и смог очнутся только часов через пять. Раскрыв глаза, я ощутил дикую боль, всё тело ломило и жгло, особенно активно у меня жгло в части груди и плеча, которое пронзил обломок копья. Я едва смог скинуть с себя тушу кабана, а вместе с ней из моего плеча вышел и воткнувшийся в меня обломок дерева. После того как из меня вышло инородное тело, из раны пошла кровь. Кровь не лилась фонтаном и не текла ручьём, она медленно ползла по моему телу. Скорее всего она загустела от того, что я долго провалялся без сознания, но хотя навряд ли. Ладно, пропустим этот момент. Я едва снял с себя свою футболку и осмотрел раны. На правом бедре был большой синяк и немного кровавых корост, на груди тоже был большой синяк, а кровь из плеча, на тот момент, уже растеклась по руке и груди. Зажав рану, я стал медленно вставать, опираясь об ель. Встав, я стал размышлять о том, что мне стоит делать дальше. Бросить тушу кабана означало то, что я получил свои раны за даром, но тащить эту тушу было чересчур большая для того, чтобы я её притащил к своему озеру. Хорошенько всё взвесив, я решил, что мне просто необходимо взять тушу кабана с собой, невзирая на трудности. Обвязав плечо футболкой, я взял в израненную руку обломленное копьё и оперся на него. Второй рукой схватил кабана за ногу и потащил его за собой. Кабан весил, примерно, килограмм тридцать пять, он был очень мохнатым, а из его пасти торчали небольшие клыки.

«Юный кабанчик то!» – воскликнул я, осознав размеры моей добычи.

В этот момент мой облик не расстроился, ведь будь бы он побольше я мог бы и не очнутся, и даже, если бы выжил, мне бы не удалось дотащить более тяжёлые вес.

И вот, начал я тащить свою добычу к себе. Спина кабана была довольно приглаженной и почти ни за что не зацеплялась. Но из-за сильной приглаженности, нога кабана, за которую я его тащил, часто выскальзывала у меня из рук. Моя прогулка с кабаном длилась около получаса. Я едва смог дотащить его до озера, а мне ещё предстояло его разделать, пожарить и куда-то спрятать остатки, чтобы они не сгнили. Пораскинув уставшим мозгом, я решил завялить большую часть этого кабанчика. Достав уставшей рукой нож, который взял с собой, я стал снимать с кабана его шкуру. Я мастерски снял с него мягкую шерсть и подвешал её на специально заготовленную палку, которую я сделал пару дней назад, когда мне нечего было делать. Далее я стал вырывать из пасти кабана зубы, чтобы сделать из них крюки для валяния. После того как вырвал все зубы и сделал из них крюки, я пошел за ивовыми прутиками. Во время моего похода меня осенило то, что я забыл с собой взять корзинку с кислицей, которую сегодня заготовил.

Как я мог забыть про такое, я даже не понимаю, ну да и ладно, заберу корзинку потом. Мне сейчас необходимо как можно быстрее приготовить кабана. Одно дело зажарить, а совсем другое завялить. Для того чтобы завялить мясо мне необходимо создать необходимую печь, но для первого этапа мне хватит простого костра и подвешенных палок с мясом. Принеся пуд прутьев, я стал заготавливать то, за что буду зацеплять мясо и вешать его на жердину, которую я удачно подвешал между двух деревьев. После этого я стал разделывать кабана, параллельно зажигая костёр. Для завяливание я срезал с кабана куски мяса, а сало, которого в кабане было немного, я отрезал и убрал в кувшин, чтобы потом засолить. Обрезав с кабана почти всё мясо, я решил достать из него внутренности и пожарить их. Возле костра я поставил пару рогатин и заготовил специальные палки-вертели. Сначала я насадил на эти палки: сердце, легкие, почки, печень, из внутренностей я отложил кишки, сухожилия и желудок. После того как опустошил внутри кабана всё, я принёс воды и стал промывать кабана. Я чательно вымывал из него всё. После этого насадил кабана на большую палку и поставил на ещё одни, специально подготовленные, рогатины. Ужин мне предстоял необычайно вкусный. К этому моменту, когда всё уже жарилось, я решил снять с себя намотанную на руку футболку и промыть её в озере. Медленно ослабляя её я постепенно развязал футболку. Вся она пропиталась моей кровью, а на месте раны был большой сгусток застывшей крови, который уже засох и ждал момента, когда он отпадёт. Да и вообще, большая часть моей руки и груди была покрыта засохшей кровью, которая натекла из раны. Первым делом, когда я увидел большой сгусток засохшей крови, я хотел её содрать, но мой мозг понимал, что не стоит так делать. Сейчас я находился в глухом лесу и если я занесу в рану какую-нибудь заразу, то навряд ли смогу её излечить, и это станет моей смертельной ошибкой. Прополоскав уже зажухлую футболку, я смог её очистить от больших следов крови, но мне не удалось отстирать эту тряпку до магазинного цвета. После стирки я быстро вернулся к своему ужину. Кабанчик к тому моменту уже немного подгорел, и я быстро его перевернул, также поступил и с внутренними органами, которые я пустил на вертиль. Усевшись возле ужина, я стал испытывать сильную радость, усталость и спокойствие. Сегодняшний день хоть и был через чур тяжёлый, но какой же прекрасный конец у этого дня. Сегодня, впервые за две недели, я отведаю нормального мяса, не рыбу, а мяса! Глядя на тушу кабана, которая медленно поджаривалась над костром в этот самый момент, я почувствовал что даже счастлив тому, что оказалось в этом лесу. Осознав эту радость, мне в голову врезалась странная мысль, а что, если я специально зашёл в этот лес? Заблудился? Может, я от чего ты бежал?

Может, я от чего-то скрывался, или от кого-то? Возможно, я преднамеренно, очутился в этом лесу, а потерял память случайно. Эти мысли звучали ещё хуже чем стандартные раздумья. Эти каверзные думы наталкивали на меня жуткие, страшные догадки. Возможно я серийный убийца, который прячется в лесу, возможно, какой-то особо опасный преступник? Всё может быть!

День номер девятнадцать. Вчера закончилось очень сумбурно, я помню, как медленно снимал с вертиля свой ужин и употреблял его. Вкусы этих сочных блюд я не могу воспроизвести, помню только то как насытился до такой степени, что отрубился в своей промёрзшей хижине, которую, на тот момент, я не топил. Не топил я хижину целенаправленно, чтобы продукты, которые были оставлены в ней, не испортились. Утром, мысли, которые мучили меня вчерашним вечером, перестали заполнять мою голову. У меня было полностью свободное сознание. Сегодня я намеревался забрать кислицу, которую я насобирал вчера и выпарить из неё соль, чтобы засолить сало. Сделав себе ещё одно деревянное копье, я пошёл в лес. Сегодня шёл гораздо осторожнее и аккуратнее, прислушиваясь к каждому шороху, ведь теперь я точно знал, что за каждым кустом, может прятаться дикий зверь. Дойдя до места сражения, я увидел на поле свою корзинку, которая стояла неподвижно. Быстро накинув её на плечи, я пошел домой. Для того, чтобы мне удалось выпарить соль, мне нужна не только кислица но и подходящая посуда. Для выпаривания соли нужен большой глубокий диск, который сделать очень сложно. Помимо диска для соли мне ещё нужны горшки, ведь уже заготовленных мало. После того как принёс кислицу, я отправился за ивовыми прутьями и глиной, все походы заняли у меня примерно часа четыре.

Ну всё, теперь я готов приступить к изготовлению чана для соли! Сделав из ивы форму, и обмазав её равномерным слоем глины, я поставил это изделия в огонь, а после стал делать формы для новых горшков и также равномерно закладывать их глиной. Оставшуюся глину я использовал для создания ещё одной печи, коптилки, чтобы вяленое мясо стало по-настоящему вяленым. Морду печи и основания я планировал разместить возле основной, а трубу извернуть так, чтобы мне было удобно вытаскивать от туда мясо и подвешивать это мясо. Вырубив в стене дырку, я стал медленно закладывать в ней новую печь. Конечно, можно было превратить основную печь в коптилку, но русский человек не ищет лёгких путей. Медленно укладывая камни, которые остались с прошлого раза, я стал размышлять о том, что я буду делать дальше? Через пару дней, думаю, изготовлю из шкуры кабана себе какую-нибудь одежду, но одной шкуры мало. С одной шкурой будет холодно, особенно зимой.

Поэтому, мне просто необходимо раздобыть ещё шкур. Размышляя на тему того, кто водится в этом лесу, я вспомнил таких зверей как: волки, лисы, кабаны, медведи, лоси, зайцы, белки, рыси, олени, косули, бобры, и самые опасные зверей, это медведи и тигры. Пролистав в голове список зверья, я и обрадовался, и ужаснулся. Мне предстояло столкнуться с этими зверями, рано или поздно. Обдумывая и продумывая различные планы, я не заметил того момента, как у меня закончилась глина, это стало для меня толчком, который способствовал моему выходу из пучины сознания и раздумий. Выйдя на белый свет, я сразу заметил то, что костёр уже почти прогорел. Я быстро подбежал к нему и стал подкидывать туда еще дров, мне не хотелось заново разводить костёр. Достав из костра глиняную посуду, я обрадовался. Как же всё-таки я часто использую слово я!

Почти все изделия вышли как надо, и даже громоздкий глиняный диск не потрескался и не рассыпался. Получив посуду для выпаривания соли, я сразу приступил к этому. Поместив в диск кислицу и разместив диск над огнём, я стал ждать и мешать. Мои руки чательно промешивали засыпанную кислицу. Мне просто необходимо было получить соль! Долгое и упорное зажаривания кислицы привело к тому, что на дне диска появилось немного крупиц. Увидев на дне глиняного диска соль, я несказанно обрадовалась, ведь теперь у меня есть соль, а это значить что я смогу выжить подольше. Но то, что кислица уже давно созрела, приводило меня в ужас. Соли получилось немного, мне не хватит её чтобы засолить горшок сало. Но, невзирая на малое количество, я пошел эту соль реализовывать. Достав из дома горшок с солью, я высыпал в это сало соль и еще насыпал туда немного кислицы, которую отложил специально для этого. Чательно перемешав сало, я положил этот горшок обратно себе в дом. Скудное количество соли меня расстроило, но то, что у меня вообще получилось добыть соль, это уже фантастика! На дворе уже был вечер, и я принялся за ужин. На ужин у меня были остатки кабана и хвойный отвар, который я заварил сегодня в обед. Хвоя очень полезна и питательна, всяко лучше чем хлебать просто воду. Поужинав, я решил поспать сегодня возле костра, так как на дворе сегодня было тепло.

Наступил двадцатый день. Сегодня, с самого утра, я отправился в лес на поиски кислицы. Мне предстояло набрать как можно больше, чтобы точно хватило на всю зиму. Бродя по лесу, я нашёл много грибов, ягод, полезных трав, но вот кислицы не встретил, хотя я старался бродить возле хвой. Отступать я был не намерен, так как это единственный мой шанс выжить. Без засоленных и завяленных продуктов я не смогу выжить зимой. Пробродя весь день, я едва смог набрать полную корзину, но даже этого мне не хватит.

«Походу мне придётся добывать соль из золы!» – огорчённо сказал я.

Почему так расстроен этим? А потому, что добывать соль из золы крайне сложно, наверное, и я даже малейшего понятия не имею как правильно всё сделать. А кислицу, надо просто закинуть в диск и потом вытаскивать угольки травинок. Но да ладно, задумываться буду об этом после того как выпорю всю собранную кислицу. Я пришел к себе домой уже под вечер, но медлить было нельзя! И я принялся выпаривать соль из кислицы. Выпарив всю траву и собрав соль в глиняную кружку, я сильно расстроился. Выпаренная из травы соль едва заполнила кружку на половину. Этого мне хватит лишь чтобы досолить сало и засолить горшок рыбы. Засыпав сало солью и чательно его перемешав, я пошел спать. Завтра мне предстояло сшить себе одежду.

Наступил двадцать первый день. Я прожил в этом лесу уже три недели. Такой большой срок означал то, что время уже близится к августу или даже уже к его концу. По погоде мне было судить сложно, то невыносимая жара, то лютый холод. Перекинув ус к носу, я предположил, что температура, за то время пока я здесь находился, поднималась до плюс тридцати и опускалась до плюс десяти. Так, отложим распри о погоде и времени. Сняв шкуру с палки, я стал прикидывать будущий макет своей одёжки. Оглядывая шкуру, я понял, что мне с трудом хватит чтобы из этого изготовить безрукавку. Я стал резать шкур по линиям, которые вычертил углём. Провозившись с шкурой до вечера, я всё-таки смог изготовить безрукавку. Напяливая её на себя, я чувствовал внутреннюю гордость и радость за то, что мои навыки, которые я получил в своей прошлой жизни, помогают мне сейчас. Ведь, если бы я ничего не умел делать руками, то бы никогда не смог додуматься до такого. Стоп, а какая была моя прошлая жизнь? И вообще, с какого момента наступила новая жизнь? Разве, в самом начале выживания, я не поставил себе задачу вспомнить всё забытое и вернуться в цивилизацию?

« Так, Лёша, Лёша, тебе надо просто не думать об этом, Лёша, хватит забивать себе голову, нам сейчас надо сделать ловушки и добыть себе ещё шкур и еды! – говорил я держась за голову руками. – Лёша, Лёша, успокойся и продолжи делать то, что делал три недели!»

Со стороны моя речь, наверное, звучала как бредни сумасшедшего психопата, который перестал видеть общество и замкнулся в себе. Но я не такой! Я разговариваю с собой не от хорошей жизни, а чтобы просто не забыть, как слышится человеческая речь. Вот так вот, на тот момент, я обрисовал себе ситуацию и сам себя успокоил. Какая же у меня крепкая выдержка, и какой же у меня крепкий дух, что я уже три недели не общаюсь ни с кем, но сохраняю себя в адеквате, и стараюсь выжить.

Наступил двадцать второй день. Сегодня я решил посветить себя охоте и созданию ловушек. Сложные приспособления соорудить вряд ли получится, но выкопать пару волчьих ям вполне мне под силу. Вооружившись топором и лопатой, я пошел в лес. Моё решение такого, что нужно ставить ловушки подальше от дома, чтобы самому не провалиться, а в добавок этого, я решил нарисовать карту местности. Мне уже давно стоило нарисовать её, чтобы было легче ориентироваться. Выйдя из хижины, я достал блокнот и тонкой точкой поставил в центре листка точку, эта точка означала мой дом, потом я заменил точку более объёмной фигурой, хотя не будем забегать вперёд. Идя большими шагами, я стал отмерять всё вокруг себя. Десять моих шагов означали две клеточки в блокноте, вот такую систему исчисления решил я использовать, потом я передумал, но это потом. Первая страница закончилась быстро, на ней поместился только мой дом, озеро и прилегающий лес. Но я не отчаялся, а вырвав одну страницу, разместил её так, чтобы поля вырванной совпадали с основой, вот так вот я начертил себе первый набросок карты. Я не стал сильно заморачиваться, и решил потратить всё оставшиеся время на возведение ловушек. Копать сегодня мне пришлось очень глубоко и долго. Кроме выкопки мне было необходимо выгладить яму, чтобы мелкие звери не смогли выкарабкаться по неровностям. Далее я начал укладывать ямы тонкими веточками и хвоями. Колья решил сделать тоньше, чтобы даже маленький зверёк получил серьёзную травму. Самое сложное в изготовлении ямы было, потом из неё вылезти. Я закончил изготовление ям к концу сегодняшнего дня. Я изготовил: две большие ямы, две средние ямы, пару ловушек для рыб и три мелкие ямы. Сегодня я улёгся спать по раньше, так как работы, которые я сегодня проводил, были очень энергозатратными.

Двадцать третий день. Сегодня мне предстояло проверить ловушки, а после этого, если я хоть кого-то поймал, выделать добычу. Далее, если у меня останется время, мне надо будет походить по лесу и собрать все оставшиеся ягоды, ведь уже скоро всё это добро упадет на землю и сгниёт. В первую очередь, я решил проверить рыбные ловушки. Улов немного меня порадовал, внутри ловушек находилось пару средних окуней и немного мелких рыбёшек. Распотрошив рыбу, я повесил окуней в трубу коптильни, коптильню я доделал ещё день-два назад. А мелкую рыбу я решил просто пожарить на обед. Оставив рыбу жариться, я пошел в лес. Проверяя одну ловушку за другой, я сильно расстроился. Ни в одной яме не было ни одного зверька. Обдумывая свои ошибки, я пришел к тому, что разместил ямы не в звериных местах. Перенести ямы с одного места на другое мне навряд ли удастся, а вот сделать эти места звериными вполне возможно. Для этого мне необходимы звериные экскременты и моча. Если первое собрать будет не трудно, но вот мочу так просто не соберёшь. Задумавшись об это, я зашёл в состояния недоумения.

Живя здесь три недели, готовя еду, испражняясь, я не разу не видел рядом с собой зверей, не считая лисы. Запах, который исходит от приготовленных мной продуктов должен страстно привлекать зверей. Но никто не бродит возле моего лагеря! Внутри меня сформировалось три теории: первая, я просто такой везучий человек, что не встретил ни одного зверя, вторая, в этот лесу крайне мало животных и все они меня опасаются, и третья, самая страшная, возможно я сейчас нахожусь в коме и весь этот лес плод моего воображения. Ладно, отложим все эти догадки до лучшего случая, мне ещё необходимо собрать ягоды. Оставив свой мозг дома, я пошел бродить по лесу и собирать ягоды. После случая с кабаном я больше никогда не расстаюсь с копьём, которых заготовил несколько штук, заранее. Мне предстояло не просто собрать ягоды, а чательно их рассортировать, удалить с них листочки и грязь, чтобы они гнили медленней. Кроме этого мне нужно будет закрыть ягоды в горшке. Мне нужен погреб, чтобы я мог хранить все свои продукты там. Заняться этим мне нужно сейчас, ведь срок хранения ягод, даже чищеных и мытых не больше нескольких часов. Погреб буду выкапывать у себя по хижиной, чтобы мне было удобно сложить туда продукты, и чтобы было удобно их от туда вынимать. Но копая погреб под домом, я столкнусь с совершенно другой проблемой. В этот погреб свет, который и так едва освещает хижину, не будет поступать вообще. Конечно, можно будет сделать какую-нибудь горящую свечу, но тогда погреб будет весь в дыму и весь воздух от туда выгорит, которого в погребе будет немного, особенно зимой. Мало связно, да?

Развернувшись, я пошел обратно к себе в дом. Мне не удалось собрать и ягодки, ведь мои мысли и раздумья, которые постоянно меня мучают, заставили меня пойти обратно. И эти же мысли заставили меня остановиться, когда я уже начинал вырубать дырку под подвал. Для такой работы мне просто необходима пила, чтобы я не просто вырубил дырку, а смог, после этого, вырезанную часть превратить в дверь. Сделать пилу мне будет крайне трудно, для пилы мне необходим длинный камень, который я смогу отточить и сделать зубья, прочная и удобная палка, которая выдержит долгие и изнурительные работы.

И вот, я приступил к созданию пилы. Первым делом я нашел пару подходящих камней. Зачем пару, а для того чтобы если один сломается, я смог быстро приступить к выточке другого, чтобы я не бродил по лесу в поисках ещё таких камней. Иногда, мой разум говорит мне правильные вещи и напоминает, в нужный момент, а иногда, он ведёт себя так рассеяно, что перед тем чтобы напомнить, я уже сделал половину работы, которой делать не нужно было. Ну до не суть! Сколов с камня куски, специальные под наконечники. Я стал предавать ему острую форму, точа будущую пилу об камень.

И вот, наконец получился заточенный камень, которые сейчас больше похож на нож чем на пилу. Теперь мне предстояло сделать зубья и, желательно, как-нибудь загнуть их в стороны. Откалывая кусочек за кусочком, потихоньку стала вырисовываться пила, которую мне ещё долго придётся изготавливать. После того, как я выбил все зубья, я стал их точить. Обтачивать мне необходимо каждый зуб с двух сторон. Проделывая эту долгую и монотонную работу, я опять погряз в мыслях. В этих мыслях я просидел до позднего вечера, пока уже не перестал видеть зубья.

Двадцать четвёртый день. Рано утром я решил сразу же пойти и проверить ловушки, рассчитывая на то, что там хоть кто-то да будет. Бродя по лесу, я натыкался на пустые ловушки. Ну а на что я рассчитывал, фекалии я так и не принес, мочу так и не собрал, так что никого там не будет, да и я не уверен что это поможет. Подходя к последней ловушке, которая имела средний размер, она была разворошённая. Я медленно раздвинул настил и увидел на кольях распятого зайца, который за ночь уже умер. Медленно достав зайца, я стал рассматривать его. Заяц весил примерно около четырёх килограмм, для меня это было много, даже с учётом того, что мяса у него, от силы, будет полтора кило. Быстро запорошив яму, я радостно пошел к себе домой. Придя к себе сразу же начал разделывать добычу. Шкура у зайца была грязноватой и мелкошерстной, так что, зимой я всё равно замёрзну. После всех манипуляций, я положил тушу зайца вялиться, я решил завялить всего зайца вынув лишь внутренности и сняв шкуру. У зайцев очень мягкое волокнистое мясо, так что оно легче завялиться чем кабанина. После зайца остались внутренности, которые я решил разбросать на крупные ловушки. Мне необходимо поймать больших зверей! После разброса внутренностей зайца, я пошёл доделывать свою пилу и выпиливать погреб. Пила, которую делал вчера, почти полностью была готова, осталось лишь её прикрепить к удобной палке и начать выпиливать дверь под погреб.

«Достижение получено, «Изготовить пилу!» – громко крикнул я, когда доделал своё изделие.

Мой голос раздался громким криком по всему лесу, мой голос сначала разнёсся возле меня, а потом дошёл и до озера.

«Рыба!» – громко крикнул я вспомнив о рыбных ловушках.

Внутри рыбных ловушек был скудный улов, который состоял из нескольких маленьких рыбёшек и одного крошечного карасика. Данный улов я быстро закинул в воду и сварил всю эту рыбку. Остаток сегодняшнего дня я провел как-то смутно, не могу вспомнить, о чём была оставшаяся часть дня? С учётом того, что я запомнил всё своё выживание абсолютно полностью, кроме первых двух дней, это выглядит странно. Может, высшие силы заставили забыть меня половину двадцать четвёртого дня, а может, я просто тогда усну и забыл про это. В нашем мире абсолютно всё может быть. Всё может быть! Двадцать четвёртый день был добрым, я стал верить в то, что смогу выжить в этом лесу. Конечно, сначала я должен обжиться здесь, сделать себе одежду и орудия, которыми смогу сражаться даже с сильными врагами, а после мне необходимо будет покинуть свою обитель и отправится на поиски людей. Самое сложное для меня будет не добыть одежду и даже не выжить, а сохранить свой рассудок, так как разум человека очень хрупок, и при долгом одиночестве он дичает и теряет свою человечность. Я уже нахожусь на пороге того, чтобы начать говорит с собой и завести себе воображаемых друзей. Я боюсь, боюсь того, что вскоре стану сумасшедшим и перестану осознавать себя. Сейчас, когда я нахожусь в дикой природе, мозг это единственное, что может мне помочь в этой ситуации. Благодаря своему мозгу я смог построить себе теплый дом, смог создать себе орудия, смог научиться добывать еду и соль. Но единственное, что я так и не смог сделать, это вспомнить как меня зовут, как зовут моих близких и как вообще здесь оказался? Мысли о сознательном нахождении здесь касались меня, но лишь едва. Я верю в то, что оказался здесь не специально, а может попал в авиакатастрофу, может, приплыл сюда по реке? Но точно не специально. Я не хочу оказаться маньяком, преступником или убийцей.

Глава III

Осень

Уж близится бескрайнее лето к осени, к моменту, когда с деревьев опадут листья, с бескрайних полян исчезнут последние ягоды, а солнце станет греть меньше. Сегодня мне просто необходимо собрать ягоды, а иначе они уже пропадут.

Здесь я потерял записи происходящего в двадцать пятый, двадцать шестой и двадцать седьмой день, но так как всё происходящее отложилось у меня в памяти крайне отчётливо, я объясню мои действия в эти дни кратко, не используя лишних слов и фразеологизмов.

День двадцать пять! Я начал выпиливать погреб дыру под дверь, проверил ловушки, в них ничего не было, собрал немного глины и прутьев, поставил на огонь заготовки новых горшков и усовершенствовал свою карту.

Двадцать шестой день! Я продолжил выпиливать погреб, было крайне неудобно доставать из него землю. Мне приходилось насыпать землю в глиняный горшок и вытаскивать его на поверхность, благо что мне нужен небольшой погреб. Далее я начал отделывать шкуры. Из большей части шкуры я изготовил прямоугольник, а другую часть просто оставил дожидаться дня, когда она мне понадобится. После выделки шкуры зайца, я пошел проверять ловушки. В одной из ям мне удалось найти змею. Эту змею я завялил. Дальше я пошел собирать ягоды, собранные вкусности чательно промыл, высушил и убрал в горшки. В тот день мне пришла в голову гениальная идея, можно просто засушить ягоды, и холодной зимой заваривать их…

Я кретин! Главная причина, зачем я вырывал погреб, это чтобы сохранить ягоды и другие продукты, но теперь, когда мой мозг дошел до "гениального решения" мне не сильно та и нужен погреб. Глубоко выдохнув, я всё-таки решил докапать погреб, чтобы он у меня был!

Двадцать седьмой день. Я закончил выкопку погреба и стал укреплять каркас ямы, после этого я пошел проверить ловушки, в которых мне удалось найти крупный улов: три крупных окуня, как вообще они пролезли в мелкое отверстие, пару средних карасей, небольшого зайца, весом около двух кило. Далее я приступил к разделки добычи. Рыбу я завялил, зайца тоже, а остатки я разбросал возле крупных ям, чтобы они привлекали хищных животных. В прошлый раз, когда я разбросал остатки от зайца, я ничего этим не смог добиться, хотя ошмётки куда-то пропали. После я пошёл опять собирать ягоды, и на пути у меня встретилась крупная лиса, которая, увидев меня, быстро убежала в лес. Вот так вот и прошли три дня моей жизни. Вообще, я должен был повествовать об этом происшествие более сухо, чтобы было понятно всё, но мой разум отказывается воспринимать эту историю серьёзно, мне хочется рассказать об всём этом как можно красочнее.

Наступил двадцать восьмой день. Сегодня мне предстояло попробовать извлечь соль из золы, но что-то подсказывало мне, что все мои потуги будут тщетны. Позавтракав и замочив золу в кипятке, я отправился проверять ловушки. Бродя по лесу, я стал замечать как деревья потихоньку начинают желтеть, а это означает что осень уже наступила. Теперь, по моим предположения, уже был сентябрь. Сдвиг в графике привел к тому, что шансы моего выживание резко упали. Лето мне необходимо чтобы успеть собрать запасы, успеть собрать травы, которые могли бы мне помочь выжить, и заготовить дров. Зачем мне заготавливать дрова, когда я нахожусь в лесу в котором полно дров? Мне нужно заготовить дрова по многим причинам, но самые основные это: чтобы мне не приходилось рубить дрова в мороз, так как зима в тайге сурова, чтобы дрова были пригодны для топки, так как мороженые брёвна я навряд ли смогу разжечь кремниевым стержнем. Перед мной стояло множество задач, которые стоит выполнить. Сдвиг в сезоне привел к сдвигу в планах. Сегодня я начну заготавливать дрова! Но перед этим мне предстояло проверить ловушки, и постараться узнать. Куда пропали потроха, которые я раскладывал для привлечения животных?

«Вот почему потроха пропадали!» – громко рявкнул я подойдя к большой яме.

Потроха сжирали птицы, которых я сегодня застал с поличным. Эта поимка врасплох привела к тому, что пара птичек, из-за испуга, провалились в мою ловушку. Принеся домой три туши воронов, я стал их обваривать и общипывать. Эти процедуры заняли у меня около двух часов. Далее я распотрошил воронов, одного засунул в горшок для варки и поставил на огонь, а двух других повесил завяливаться.

«Ну вот и всё, теперь пришла пора делать дровяник!» – задорно произнёс я обхлопывая перья с рук.

Кстати, перья с птичек я собрал в корзинку, для того чтобы потом сделать из них подушку. Заточив пару крупных кольев, я вбил их в землю под углом, возле двух крупных деревьев. Другие два кола я вбил треугольником возле деревьев. Мой мозг подразумевал так: я еще вобью два треугольника по бокам, а после начну застилать потолок. По центру я положу крепкое и крупное бревно, от которого я двухскатно буду класть другие брёвна, подвязывая бревно к бревну с помощью ивовых прутьев. Я стал делать свой дровяник по своей же инструкции. За сегодняшний день мне удалось укрыть потолок, но не заделать дыры, а также положить под это сооружение большое количество валежника. Сделал я это для того, чтобы если завтра пойдёт дождь, чтоб хоть что-то осталось сухим. Так, а я вообще упомянул о том, что собираюсь строить дровяник? Ну да ладно, раз я уже начал, опустим незаметное появления.

Настал двадцать девятый день. Я угадал! Сегодня, с самого утра, идет сильный прямой дождь. Этот дождь дал мне повод починить и заточить свои инструменты. Да, все мои изделия были целыми, но лучше подлатать сейчас, чем топорище отлетит мне в голову потом. Точа инструменты, я напевал какую-то песню, точнее мычал мелодию. Я не осознавал не мотив, не смысла этой песни, но точно знал что она многое для меня значит.

Как же я устал жить в невежестве! Мне так тяжко от всего, от всего что здесь происходит, мне тяжко на душе, мне тяжко в голове, я ничего не помню, почему? Почему я здесь оказался? Кто я? Эти вопросы, уже не просто сжирают разум, они уже подавили во мне человека. Я медленно-медленно превращаюсь в бездушное существо, у которого нет прошлого, нет будущего, нет настоящего. Единственное, что меня сейчас заботит, это выживание. Я не человек, а животное. Хотя, разве человек не является животным? Является, ещё как! Но главная разница человек и простого животного, это социум. Дикий волк может остаться один, отбившийся от стаи. Но вот человек, оставшись один, становится слабым, беспомощным, беззащитным, его поглощает не только его собственную разум, но и всё вокруг. Что я несу? Всё вышесказанное является бредом сивый кобылы. Стая и есть социум, а волк одиночка такой же как и я, слаб и живёт с большим трудом. Бред, всё сказанное бред!

Уже почти месяц я нахожусь в этом глухом лесу совсем один. Мои дни проходят так: я встаю и завтракаю, далее проверяю ловушки, потом что-то делаю, потом обедаю, потом еще что-то делаю, потом ужинаю, далее заготавливаю всё необходимое на завтра, а после всего этого ложусь спать. Единственное, что меняется в этом графике, это то, что именно я делаю. В момент внутренней грызни меня посетила мысль о самоубийстве. Эта мысль не была навязчива, как другие, эта мысль не встала остро у меня в сознании, но она отложилась у меня в голове, заняв в ней определённое место. Еще даже не наступила зима, а на моей душе уже ледяной груз всего, всего того что навалилось на меня. Остаток дня я колол дрова, которые натаскал в дровяник вчера.

Тридцатый день. Я провалялся в своей хижине, не выходя, я даже не стал проверять ловушки. Сегодня шёл более сильный дождь. Подмечу, местами, крыша давала течь, да и стены немного мокли. Хотя, зачем вам это знать. Да и зачем я вообще всё это…

Настал тридцать первый день моей жизни. Сегодня дождь сменился на ясную погоду, которая продлилась до вечера. Первым делом, в начале нового дня, я пошёл и проверил ловушки, из которых вытащил еще парочку птиц и одного зайца. После их разделки, я пошел собирать грибы, и поставил горшок с вымоченной залой в костёр. Грибов мне удалось собрать много. Доля из этих грибов заняли грузди, которые надо хорошенько засолить, чтобы они были пригодны для еды. Но для засолки мне нужна соль! Я даже относительно не представлял, как правильно добывать соль из золы? В моих мыслях было то же самое, что я делал с кислицей, просто поставить на огонь и выпарить, но зала не трава, из неё нечего выпаривать. В безуспешных раздумьях я решил попробовать воду на вкус, и она оказалась солёной! Моему счастью не было предела, так как я смог заполучить соль, хотя и растворённую в воде. Я быстро снял котелок с огня и слил из этого котелка воду. Я решил не выпаривать из слитой воды соль, а сразу засыпать в неё грузди. Но соль мне по прежнему нужна! Степень солености этой воды не сильно большая, но на первое время хватит. После радости я поставил настаиваться ещё пару горшков с водой и залей, если что, то вода и зола находились совместно. Далее я решил сделать еще ловушек, подальше от меня, чтобы наконец то поймать большую добычу и сделать себе одежду. За сегодняшний день мне удалось выкопать еще одну крупную ловушку. Теперь на моей карте стала немного больше пометок. Добавлю, сегодняшнего дня я начну отчитывать месяцы, начиная с сентября.

Настало первое сентября или тридцать второй день моей жизни. Каждый этот убогий денёк уж так сильно меня заколебал, что я даже не могу поверить в то, что хоть когда-нибудь выйду от сюда. Мысли о том, чтобы плюнуть на всё и просто пойти вперёд, стали нередко возникать у меня в голове. Выживание, с каждым днём даётся всё труднее и труднее. Эта трудность вызвана не столько прямой, сколько умственной. Мой разум то и дело даёт сбой, а иногда просто вырубается и уходит глубоко в себя. Серость неба добавляла моему паршивому настроению еще больше паршивости. Ладно, опустим всю эту и так серую философию и начнём делать дела. Мне сегодня предстояло сделать стены дровяника и натаскать туда как можно больше дров. Но перед этим я решил сходить и проверить ямы, в надежде что там всё-таки окажется какой-нибудь крупный зверь. И мне и вправду повезло! В одной из крупных ям находился кабанчик, килограмм на сорок, сорок пять. Но кроме этого кабанчика был и другой улов. Мне попалось: четыре птицы, два зайца и две змеи, а в рыбных ловушкам у меня находилось пять средних окуня и два карася. Этот огромный улов внёс корректировки в мой сегодняшний график. Прежде чем приступить к возведению стен, я решил разделать добычу и поставить её вялиться.

Все эти действия заняли у меня порядка четырёх часов. Сегодня было сильно пасмурно, и солнце лишь изредка проскакивала сквозь эти тучи, так что точного количества времени, которое затратил на разделку, я не знаю. Все эти дни я определял время по солнцу, но с наступлением осени на небе стало больше туч, а значит мне стало труднее разобраться в солнечном времени. Далее, когда разделал всех зверей и сделал всё что надо, я пошел возводить стены. Найдя подходящие брёвна, которых натаскал еще больше, я стал выкладывать стены. Укладывая бревно я старался его подвязать к каркасу и вбить несколько колышков которые бы удерживали брёвна. Моя конструкция стен была очень громоздкая и энергозатратная, но благодаря плотному мясному обеду, мне всё же удалось доделать две боковые стены, а также начать возводить заднюю стенку, которая упирается на деревья.

Параллельно выкладке стен, я еще и натаскивал как можно больше дров, так как сухих мест в лесу стало крайне мало. Этот глухой лес крайне богат на валежник, что не сильно естественно для таких мест. Эта глупая теория дала мне надежду на то, что я нахожусь в каком-то месте возле деляны, но скорее всего это просто желание за что-то зацепиться.

За месяц я сильно одичал, мои разговоры с самим собой всё больше стали походить на сумасшедший бред. Единственное, что спасало меня в этой ситуации, это пожухлый блокнот и уголёк Вечерами, если у меня оставались силы, я садился возле печи и перечитывал свои записи. Этот постоянный мораторий моих приключений помогал мне выявить мои ошибки, которые я совершал раньше, а также давал мне уверенности в себе. Выделка карты приносила мне такое же удовольствие как и прочтение записей, а также позволяла мне всё больше и больше двигаться в глубь. К сегодняшнему дню я провел подсчёт и выяснил, что за месяц, примерно, исследовал радиус около трёх километров. В размерах страны-это капля в море, да что там страны, даже в размерах Красноярского края это крайне мало, хотя я не уверен что нахожусь именно в нём. Ближайший населённый пункт может находиться в сотнях, а то и в тысячах километрах.

Наступило второе сентября или тридцать третий день моих мытарств. В этот день, с самого утра, шёл мерзкий мелкий дождь. Сегодня я начал свой день со строительства, я хотел как можно быстрее доделать стены дровяника, а также мне предстояло наконец-таки забить щели в крыше и сделать свой дровяник полностью защищённым от дождя. Корзина с мхом уже давно стояла у меня в хижине и ждала своего часа. И вот, этот час настал! Взяв корзину с мхом я понёс её к себе в дровяник. Неся эту корзину я стал размышлять о том, что мне стоит сделать тёплый туалет возле дома, чтобы зимой я ничего не заморозил. Но это я буду делать лишь тогда, когда наконец доделаю свой дровяник. Работы по строительству дровяника прошли гладко. Через три часа я достроил стены и заделал потолок.

«Ну вот и всё – начал радостно говорить я отойдя от дровяника, – теперь я могу с гордостью заявить о том, что я наконец-то доделал этот дровяник!»

Моя радостная речь сопровождалась мелким противным дождём, который так и продолжал лить с неба. Этого дождя было мало чтобы промокнуть, но всё же он заставлял иногда меня вздрагивать. По завершению работы я почувствовал как я сильно озяб. По всему моему телу поднялись волосы, а на коже выступили мурашки, которые иногда заставляли меня передёргиваться. Ощущая всё это, я желал пойти к себе в хижину, растопить печь и уснуть. Но у меня еще были не проверенные ловушки. Хлопнув себя по щекам, так я хотел добиться от себя бодрости и желания работать, я отправился проверять ловушки. Сегодняшний улов был нулевым, ни в одну из ям не упал ни один зверёк. По правде говоря, этому я был несказанно рад. Если бы я нашёл в этих ямах хоть что-нибудь, то мне бы пришлось это существо разделывать и жарить, а я так сильно устал и озяб, что лень накатывала на меня постоянно. По пути домой я нередко просто останавливался и стоял по несколько минут. Придя домой я затопил печь и уселся возле неё. Жар от печи обдувал моё лицо и руки, этого частичного обогрева хватило для того, чтобы я улыбнулся. Но вскоре моя улыбка сошла с моего лица. Я стал обдумывать себя и свои действия. В размышлениях я предположил, что я вполне бы мог найти пристанище людей уже сегодня, если бы не решил обосноваться в этом лесу. Разумом я понимал, что прежде чем бы я нашел людей меня бы сожрали дикие звери, и лишь то, что я решил остаться здесь и позволяло мне так долго прожить. Удача не постоянна, рано или поздно она даст сбой. Вот с этой мыслью я уснул. Проснулся я ближе к вечеру, хотя это было трудно понять по затянувшемуся в тучах небу. К этому моменту дождь усилился, но всё равно был довольно слабым. Глядя на хмурое небо я понял, что мне придётся жить в этом месте еще девять месяцев. Девять долгих, очень скучных месяцев. Я сомневаюсь в том, что мне удастся прожить. Возможно, моя голова окончательно заклинит, и я решу рвануть вперёд без всего. Задумываясь об всём этом, я решил, что в первую свою вылазку сделаю, как только пройдут дожди. Смогу ли я дотерпеть, и сохранить свой разум до этого момента, в этом немного сомневаюсь. Но выбора у меня нет!

Третье сентября или тридцать четвёртый день. Сегодня всё также шёл мелкий дождь, который, по моему ощущению, и не собирался прекращать свои похождения по земле.

«Мне не хватает музыки!» – истошно произнёс я рано утром, когда вышел из своей хижины.

Постоянный шум тайги заполонил мои уши. Этот шум хоть и успокаивает, даже иногда греет душу, но уже пошёл второй месяц как я слышу этот шум без остановки. Приелось! Всё моё окружение мне сильно приелось. Мне надоело каждый день вставать, мне надоело каждый день работать, мне надоел даже запах этого леса. Лес пахнет очень вкусно, но мне нужно разнообразие.

Проверяя ловушки, я нечаянно провалился ногой в яму, как же я был рад тому, что в мою ногу не врезался ни один кол. Этот кратковременный испуг полыхнул во мне что-то внутри, что-то что было забыто. Это воспоминания пришло очень быстро и неожиданно. И также быстро оно и ушло, так быстро, что я даже не успел его запомнить. Лишь отдалённый силуэт сохранился в моей памяти. Этот образ был небольшого роста с яркой, переливающееся на солнце, кожей. Скорее всего это была девушка, а быть может, это был ребёнок?

В ямах мне удалось найти одну птицу, которую я быстро разделал и поставил вариться. Сегодня мне предстояло выделать шкуру кабана и нескольких зайцев. Из этого добра я планировал сделать штаны, а то в ивовых накладках и шортах сильно прохладно. Стоп, я же вроде уже выделывал шкуры? А, вспомнил, всё в порядке, тогда были другие. Сел я выделывать шкуры под навес дровяника, так как это одно из немногих место, которое было относительно сухим. Выделка, кройка, нарезка и шитьё заняло у меня часов этак пять, но это не точно. Сегодня солнце вообще не проглядывалась из-за туч, так что время я знал лишь на своё восприятие. Но в итоге, у меня получилось сделать штаны и носки. Носки я сделал из заячьего меха, а штаны из кабана и зайцев. Одев свои новые шмотки, я сразу же стал чувствовать себя теплее и защищённее. Конечно, мне еще необходимо много шкур, чтобы сделать разнообразную одежду, но пока мне хватит и этого. Кстати, носки, которые я сделал из зайцев, едва залезли в мои кроссовки. Не знаю, нужно ли вам знать об этом факте, но я всё равно его уже рассказал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.