Любовь на книжной полке
Светлана Строколис (Ковальская)

Доктору медицинских наук, профессору, действительному члену Международной академии наук экологии, безопасности человека и природы, директору Института Информационной медицины МАНЭБ, основателю Информационно- энергетического Учения, композитору Сергею Сергеевичу Коновалову-моему Учителю и духовному Наставнику, который помог мне найти в Себе то, что я давно искала во вне…

и

Станиславу Белову-моей тихой гавани, чьё терпение стало чернилами, а любовь – сюжетом этой истории…

© Светлана Строколис (Ковальская), 2025

ISBN 978-5-0067-5564-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Тетрадь с оборванной сказкой,
или уцелевшая страница

Кухня в старой хрущёвке.

За окном ноябрь. Поздний вечер, и осень, уставшая за три месяца, дышит на стёкла ледяной сыростью.

Голые ветви скребутся по стеклу, будто хотят войти или предупредить. В комнате пахнет чаем, который забыли на плите, и пылью с маминых фабричных ботинок.

Маленькая девочка лет семи сидит за кухонным столом, поджав босые ноги. На ней папин свитер – слишком большой, свисающий с одного плеча, но она его поправляет.

Папа ушёл давно, но его свитер ещё будто пах табаком.

Запах табака навсегда останется в её памяти как запах защищённости, надёжности, смелости и отваги – запах отца.

В её руках тетрадь с облезлой обложкой, где когда-то золотились кленовые листья.

Теперь остался только один – и то поблек.

Фиолетовая ручка (стержень вытащен из маминой «парковой», потому что «сказки нужно писать красиво») выводит неровные строки:

«Принцесса Изабель подняла перо, и оно засветилось. Если написать им желание на последнем осеннем листе, оно…»

– ВАРЯ!

Мамин голос звучит как звук лопающегося льда. Она стоит на пороге в пальто, которое носит третий год, и смотрит в тетрадь. Варя инстинктивно прикрывает ладонью строчки.

– Я… я скоро доделаю уроки, – торопливо говорит она, но мама уже тянется за тетрадью.

– Сказки? – она произносит это слово так, будто это болезнь. – И что, принцесса накормит тебя? Согреет?..

Варя хочет сказать, что принцесса найдёт волшебное перо, которое сделает так, чтобы папа вновь был с нами, а мама перестала пахнуть фабрикой. Но мама уже разворачивается к печке.

Тетрадь летит в огонь.

Бумага скручивается, чернила исчезают – сначала фиолетовые, потом синие, потом только пепел.

– Вот что бывает с глупостями, – говорит мама и поворачивается к окну, где последний кленовый лист бьётся о стекло, как мотылёк.

Варя не плачет. Она смотрит, как огонь съедает её сказку и вдруг видит – один лист выпал.

Тот самый, где написано:

«Перо светится, потому что в него вложили надежду».

Она хватает его и, пока мама стоит у окна, суёт в первую попавшуюся книгу – «Алые паруса».

Корабль на обложке плывёт сквозь бурю, и Варя шепчет:

– Ты доплывёшь. А я… я найду своё перо, и оно напишет для меня другой финал.

За окном падает последний лист.

Часть 1.
Рукопись одиночества

Глава 1.
Разбитые ожидания

Утро началось с того, что Варвара разбила свои любимые часы – подарок от него.

Стекло треснуло ровно пополам, словно сама судьба подвела черту.

Она подняла осколки, наблюдая, как стрелки замерли на 8:47 – том самом времени, когда он обычно звонил с работы, чтобы сказать, что «задерживается».

– Символично, – прошептала она, выбрасывая осколки в мусорку по пути на работу.

Город просыпался серым и недовольным. Варвара шла к метро, сжимаясь от порывов ветра, который рвал с деревьев жёлтые листья.

Трамвай №3 – тот самый, старый, с потёртыми сиденьями и трещинами на стёклах – подался со скрипом.

– Граждане, соблюдайте тишину! – хрипло бубнил динамик.

Она закрыла глаза, представляя, будто едет не в душном вагоне, а в старинном поезде где-то в Альпах – там, где за окнами сверкают снежные вершины, а не грязные стены промзон.

Трамвай вздрогнул, и Варя открыла глаза, вернувшись из своих мечтаний в суровую реальность.

Так как вид за окном не приносил эстетического удовольствия, Варвара принялась разглядывать рекламу, которой был щедро обклеен вагон трамвая.

Её внимание привлёк плакат с картой достопримечательностей Москвы и надписью «Город, где сбываются мечты!»

Она улыбнулась про себя, снова погружаясь в приятные мечтания, которые, без всякого сожаления, вновь прервал всё тот же хриплый голос динамика, объявив её остановку.

В состоянии, далёком от рабочего, Варвара прибыла на работу.

Офис «Белтекс-Консалт» напоминал старую акварель, которую слишком часто стирали ластиком.

Ковёр, который когда-то был изумрудным, теперь казался болотного цвета, стены – бежевые, но в местах, где прислонялись стулья, проступали серые пятна, экран монитора мерцал синим цветом, делая лица коллег болезненно бледными.

«Мы как рыбки-петушки, – вдруг осенило Варю. – Яркие в маленьких стаканчиках зоомагазина, а переселённые в аквариум – сразу теряем цвет».

Она прошла к своему рабочему месту, кивком приветствуя коллег, и погрузилась в рабочую рутину.

Она сидела за столом, ломая голову, чем бы ещё занять себя…

Все рабочие дела были переделаны, хотя заниматься ими особого желания не было с самого утра…

Все подружки были обзвонены, модные журналы перелистаны, последние новости прочитаны.

Однако рабочий день пятницы был ещё в самом разгаре.

– Варя, ты вообще слушаешь? – начальник отдела, Давид Сергеевич, щёлкнул пальцем перед её лицом. – Отчёт по клиенту «Гранит» нужен к завтрашнему дню.

– Конечно, – она автоматически улыбнулась, показывая зубы, как обученный дельфин.

Коллеги перешёптывались за спиной:

– Опять в облаках… Может, ей к психологу?..

– Да просто мужика нормального надо!

Варвара будто не замечала этих шепотков.

Дождь отчаянно барабанил за окном, ещё больше разлагая и без того нерабочую атмосферу…

С презрением и обречённостью она отвернулась от окна.

Взгляд скользнул по столу и упал на чашку с остывшим, но так и недопитым кофе – последствием ещё одной бессонной ночи…

– Брр, – передёрнула она плечами, – больше не хочу. Сколько можно. Третья уже.

– Я буду очень-очень тебя беречь, я буду небо за тебя молить… – доносилось из старенького приёмника, настроенного на случайную волну.

– Ага, конечно.

Циничная улыбка окрасила её лицо.

– Как бы не так…

«А не написать ли мне книгу?! – пронеслась внезапная мысль у неё в голове. – Ну а что?! Давно мечтала…»

К тому же сейчас самое время, чтобы превратить мечту в реальность.

Если не сейчас, то уже никогда…

«Да и материала у меня предостаточно», – Варя вспомнила свои многочисленные блокноты, куда она любила записывать свои мысли, небольшие рассказы…

– Да уж… Гм… Предостаточно, – шмыгнула она.

Жизненный опыт…

Жизни мало, опыта – вагон…

Но ведь зарекалась больше никогда не выбирать сердцем, убирать розовые очки в дальний ящик и держать вилку для снятия лапши с ушей всегда наготове…

– Нет ведь, угораздило меня снова!..

Очередные затяжные отношения были закончены, причём не самым удачным образом.

Но как бы там ни было, жирная точка была поставлена.

Страница перелистана.

В любом случае это была какая-никакая определённость, которая куда лучше безысходности и неудовлетворённости от болтания вверх ногами…

– Так! Книга! Отличная мысль!

Тут бы ещё вдохновение не помешало, а вот с ним как раз сейчас проблема…

Она открыла стол и вытащила оттуда тетрадь с чёрной обложкой и с обречённостью написала:

«Когда-то я верила, что любовь – это про свет. Но сейчас я знаю: она больше похожа на тушь для ресниц – чёрная, липкая и почти не смывается…»

Её размышления прервал неожиданный телефонный звонок.

Лера, подруга ещё со времён университета, единственная, кто знал про все пять её провальных отношений.

– Ты где? – голос Леры звучал как скребущая монета. – Я уже полчаса жду в парке. Ты же обещала выглянуть в люди!

– Для начала привет, – буркнула Варя, отстраняя трубку от уха и ещё раз вглядываясь в экран телефона на высветившийся на нём номер. – Я… я работаю над отчётом, – Варвара машинально сглатывала ком в горле.

– Бред! Ты сидишь в каком-нибудь углу и снова пишешь свою депрессивную фигню!

– Угадала, – буркнула Варя, – но на этот раз я хочу издать свою книгу, я давно мечтала!

– Заканчивай этот вздор! Мне нужно срочно с тобой увидеться, – задыхаясь от слёз, проговорила собеседница, – в пять тебе удобно?

Варя мельком глянула на часы.

– Да, в самый раз.

– Давай на Никольской в булочной.

– А что случилось? – встревоженно спросила Варя.

– Всё! На этот раз точно всё! – срывая голос, кричала подруга в трубку.

Варя снова, слегка морщась, отстранила телефон от лица.

– Я снова нашла переписку у него в телефоне, ты представляешь?!

– Да, ты только не переживай так, – обречённо ответила Варя, предчувствуя, что придётся провести ещё один вечер, утешая подругу, хотя рыться в чужих проблемах ей сейчас хотелось меньше всего…

Рабочий день медленно, но всё же приближался к своему финалу.

Варя ещё раз проверила почту, заглянула в рабочий журнал.

Хотя её настроение было нерабочим с самого утра, но у неё была привычка доводить всё начатое до конца, а не откладывать дела в долгий ящик.

Но новых задач на сегодня поставлено не было, и можно было с чистой совестью и чувством выполненного долга закончить наконец-то этот рабочий день.

Варвара машинально сунула телефон в карман пальто, взяла сумку, ещё раз окинув кабинет взглядом, проверяя, не забыла ли она что-нибудь…

Какое-то странное чувство посетило её в этот момент… Будто видит она всё это в последний раз, и её жизнь скоро изменится до неузнаваемости…

Она сделала усилие над собой, отмахнувшись от неожиданного предчувствия, как от назойливой мухи, попрощалась с коллегами, встретившимися ей на лестнице, и вышла за порог компании, которую в мыслях она покинула уже давно…

Но несмотря на это, Варвара любила дело, которым занималась, компанию, в которой работала уже не один год, да и круг обязанностей, который приходилось выполнять по долгу службы, казался ей весьма интересным, впрочем, как и коллектив, который подобрался весьма по интересам.

Варвару притягивали люди с «изюминкой», внутренним стержнем и живым огоньком в глазах.

Именно такие люди умеют по-настоящему радоваться жизни и ценить каждый её миг.

Их жизнь складывается не из дней, плавно перетекающих в года, а из событий, эмоций, которые им пришлось пережить.

Именно это качество помогает им сохранить юность души и столь притягательный для окружающих блеск глаз до глубокой старости.

Именно такие люди не умеют плыть по течению, если им нужно в другую сторону.

Они имеют свой особый взгляд на всё происходящее вокруг и не боятся говорить об этом вслух.

Однако им хватает мудрости молчать, если они понимают, что находятся в обществе людей, где нет ни единого шанса быть услышанными.

Ведь скажите на милость, какой смысл говорить, к примеру, слепому о красоте заката над Москва-рекой, если ему никогда не выпадало счастье самому лицезреть залитый багряными лучами небосвод, отражающийся в зеркальной глади реки, превращая её из вечно суровой и угрюмой девы в живую смеющуюся красавицу, обласканную первыми лучами восходящего солнца, либо какой смысл вдохновенно рассказывать о прелестях любви несчастному, которому никогда не доводилось испытывать этого прекрасного и неземного чувства?..

Такие люди способны раскрасить даже самый унылый и пасмурный день в самые яркие цвета радуги, превратить самую скучную и однообразную работу в захватывающий творческий процесс.

Однако, несмотря на всю свою гениальность и талант, такие люди достаточно редко бывают счастливы и добиваются успеха и признания в современном обществе.

Хотя кто сказал, что все гениальные и талантливые люди непременно счастливые и успешные?..

Скорее даже наоборот…

Их гениальность дана им и как великий дар, и как наказание. Ведь испытание гениальностью тоже нужно выдержать…

Но, как известно, каждому даётся ноша по силе, из чего можно заключить, что гении – это ещё и люди, не обделённые силой духа.

Но несмотря на всю свою добродетель, они либо добиваются невообразимых высот, уважения и признания в обществе, либо спиваются, скатываясь на самое его дно, не сумев найти свою нишу и реализовать себя в ней.

А всё потому, что они не умеют жить «посередине», им суждено либо ярко гореть, либо сгинуть в небытие, так и не найдя своего места.

Весь парадокс заключается в том, что такие люди, призванные быть первооткрывателями, вдохновителями, лидерами, двигателями прогресса развития общества, ему просто не нужны.

Современное общество живёт по системе, серой и однообразной, достаточно неохотно признающей дыхание свежих мыслей и идей, страшащейся их, так как система – довольно замкнутое пространство, действует по чётко сформированным кем-то правилам и законам, которые пропагандируют шаблонность как образа жизни, так и мыслей в таком обществе, исключая тем самым любое вольномыслие как проявление творческого процесса пытливого и ясного ума, так как всё новое просто разрушит систему, даря абсолютную свободу и истинную красоту жизни тем, кто, впрочем, приспособился жить и без неё…

Талантливые люди выбиваются из системы, не признают её.

Их свежий взгляд на жизнь одновременно притягивает и отталкивает окружающих.

Их любят и ненавидят одновременно.

Ими тайно восхищаются, но публично не признают.

В них есть то, что выделяет их из толпы.

Их искромётный ум, революционность идей, нестандартное мышление, неудержимый азарт и вдохновение, с которым они подходят к любому делу, их философия жизни, в основе которой ненасытная любовь и страсть к жизни, словно неугасимая движущая сила, которой они наделены самой природой, тот внутренний огонь первооткрывателя, который пылает в их сердцах и который в конечном итоге либо превращается в яркое пламя, сжигающее всё старое на своём пути и освещая дорогу новому, либо, если источнику этого огня не удаётся его приручить и направить в нужное русло, сжигает дотла своего обладателя.

Но как бы там ни было, такие люди приходили и будут приходить во все времена, так как ничего не стоит на месте, всё призвано расти и развиваться – это Закон жизни.

Система в конечном итоге разрушит сама себя, обществу придётся признать новое и измениться либо погибнуть.

Но вернёмся к нашей героине.

Я думаю, сейчас самое время сказать о ней несколько слов.

Варвара была типичной девушкой тридцати пяти лет – успешной и уверенной в себе.

Но это не мешало ей быть романтичной натурой и верить в чудеса.

Хотя она уже давно разучилась мечтать, или, вернее сказать, её «разучили», но где-то глубоко в душе в ней ещё теплилась вера в волшебство, в то, что добро всегда побеждает зло, как на страницах тех книг, которыми она с таким упоением зачитывалась в детстве, в свою мечту, которая появилась у неё тогда же – стать известной писательницей, чьи книги с таким же наслаждением, как и она сейчас, будут читать другие.

Она была весьма творческой натурой, умела находить радость в мелочах и видеть красоту в повседневных вещах. Она любила путешествовать и открывать новые горизонты.

Варвара обладала яркой внешностью, привлекательной фигурой и харизмой, которые обычно притягивают взгляды окружающих.

Её волосы цвета каштана, по обыкновению распущенные, струились по покатым плечам, а глаза сверкали живым блеском. В нём было что-то чарующее и притягательное.

Варвара обладала острым умом и аналитическим мышлением, что позволяло ей легко справляться с любыми трудностями и находить выход из сложных ситуаций.

Она всегда была готова прийти на помощь друзьям и близким, а её доброта и отзывчивость делали её душой любой компании.

Однако личная жизнь Варвары складывалась непросто.

В личной жизни Варвара искала настоящую любовь и простое человеческое счастье.

Никакие дворцы, кабриолеты, самолёты ей были не нужны.

Она всегда мечтала о крепкой семье и заботливом муже, который будет поддерживать её во всех начинаниях.

Однако вместо этого к 35 годам у неё за спиной были несколько неудачных отношений, каждое из которых начиналось по-своему и всегда многообещающе, но однако финал у них был один и тот же…

Его можно изобразить разными яркими выражениями, типа: красивый закат, прощание с иллюзиями, последний танец, разбитые сердца, жестокий жизненный урок, однако сути это не изменит.

Я думаю, каждый из нас хотя бы раз в жизни переживал что-то подобное, поэтому длительные описательные рассуждения на тему душевных терзаний неудачливых влюблённых здесь будут излишни, так как если откинуть лишние детали, всё и у всех в этой ситуации происходит примерно одинаково.

Взаимные претензии, разочарование, разрыв, душевные метания в попытках сохранить то, чего уже по сути нет, осознание этого, вновь разочарование, принятие, окончательный разрыв.

А вот о любви порассуждать можно.

Эх, любовь!..

Воспетая в одах, поэмах, стихах великих поэтов и писателей всех мастей и времен!

Да, любовь!

Как много о ней сказано и недосказано!

Сейчас только ленивый, пожалуй, не говорит о любви!

Всё в этом мире происходит и происходило во имя и ради любви!

Проливается кровь, вершатся судьбы, делаются великие открытия, создаются шедевры живописи, литературы.

Но сколько бы мы ни говорили о ней, будет мало, так как у каждого она своя – неповторимая, уникальная, особенная, наполненная только его красками, эмоциями, переживаниями, радостью и опасениями.

Пока мы с тобой философствовали, дорогой читатель, Варвара тем временем шагнула в осенний парк в Хамовниках, уютно шурша опавшей листвой под ногами и перебирая в голове мрачные мысли одну за другой, которые она хотела вылить на страницах будущей книги.

«Может быть, станет хоть немного легче», – с надеждой пронеслось у неё в голове.

Как ярко и поэтично выглядит парк, одетый в осеннюю листву, но вместе с тем лёгкая нотка грусти касалась её сердца.

Ведь этой яркости и красоте суждено недолго сиять, она как и всё в этом мире, не вечна, и пройдёт совсем немного времени, и вся это великолепие сгинет в небытие, опадая пожухлой листвой под ноги прохожим, уступая место серости и пустоте.

Унылость осеннего парка передалась и её настроению.

Тяжкий груз разочарований и безысходности тянул её к земле.

Она пыталась смахнуть его себя как прошлогодний снег с нового пальто, но у неё ничего не получилось…

Её сердце, доброе и отзывчивое обычно, отзывалось хладнокровным молчанием на пестрое очарование вокруг.

С некоторой опаской она отмечала в себе эти перемены…

Больше всего в жизни она боялась потерять вкус к жизни в пучине её нескончаемых перипетий, взлётов и падений.

Список того, что могло привести её к такому исходу, был невелик и сводился, пожалуй, лишь к одному – предательству.

Лишь оно способно превратить бездонный океан любви её сердца в безжизненную пустошь…

И как трудно вновь превращать эту пустошь в райский сад, высаживая вновь саженец за саженцем, цветок за цветком…

А может, оставить всё, как есть?..

Но сколько можно выжить в пустыне?..

И жизнь ли это?..

Вряд ли.

Но ведь можно огородить свой сад, свой оазис, возвести огромную стену, чтобы ничто извне не могло попасть внутрь и разрушить его.

Ведь история знает немало примеров, где человек, чтобы не заблудиться в этом большом и сложном мире, выбирал именно такой…

Да что там человек, целые государства шли по этому пути, выбирая закрытый путь развития, сохранить себя, свои ценности, свои традиции, свою уникальность среди бушующего и агрессивного океана жизни.

Ведь можно жить только для себя, заниматься собственным развитием и образованием, придерживаться только своей линии жизни, не выходя за пределы своего мира, не пуская туда никого, и жить счастливо, ведь в нём есть только ты, а значит, никто и ничто не сможет причинить тебе боль, вырвать с корнем с такой любовью выращенные тобой розы.

Конечно, Варвара понимала всю скудность и однообразность такого пути, который априори был ей непривычен, так как она была человеком другого мышления и склада ума, но пережитое перевесило чашу весов, неосознанно уводя её по пути, далёкому от её истинной сути, но для осознания этого судьба и предлагала ей его пройти, так как только выстраданное счастье бывает крепче и надёжнее счастья дарованного.

Телефон знакомой, так внезапно пригласившей её на встречу в качестве пациента и скорой помощи одновременно, не отвечал.

Из чего следовало, что вопрос, скорее всего, решился сам собой, раз необходимость в дружеской душевной беседе отпала.

И хотя некоторые философы и высказывают мысль о том, что эгоизм в дружбе является вполне естественным и неизбежным явлением, так как считают, что каждый человек имеет право на удовлетворение исключительно своих потребностей и интересов, другие, напротив, утверждают, что эгоизм в дружбе является негативным явлением. Так как, по их мнению, дружба должна основываться на взаимном уважении, поддержке и помощи друг другу, Варвара же предпочитала придерживаться своей точки зрения и в этом вопросе, занимая золотую середину между одним и другим «кланом» мыслителей.

По её мнению, эгоизм в дружбе имел право на существование.

Варвара считала, что эгоизм, как и многое в этом мире, нужно рассматривать с разных сторон.

Он может быть как отрицательным, так и положительным явлением.

Положительное явление эгоизма, по её мнению, заключалось в том, что оно стимулирует развитие личности и помогает человеку достигать своих целей.

Отрицательное же проявление эгоизма, в свою очередь, может привести к конфликтам и разрыву дружеских отношений.

Дружба, как и любовь, является очень многогранным явлением, и вряд ли здесь можно что-то утверждать наверняка, за исключением, наверное, лишь того, что в человеческих взаимоотношениях очень важно научиться находить баланс между своими интересами и интересами других людей.

Ну и коли мы заговорили о дружбе, самое время сказать несколько слов о подруге Варвары, той, которая, сама того не подозревая, выманила её в осенний сквер навстречу своей судьбе.

Они были настолько же схожи с Варварой, насколько и отличались.

Лера вошла в жизнь Вари, как входят в комнату без стука – резко, уверенно, с хрустом каблуков по паркету.

Что же касается её внешности, то ей тоже было 35 лет, но выглядела она на 28.

Но не благодаря генетике, а из-за железной дисциплины:

• волосы всегда собранные в низкий пучок, будто даже во сне не смели растрепаться;

• губы алые, без единой трещинки, будто накрашены перманентной помадой;

• руки ухоженные, с коротким маникюром, но на указательном пальце правой руки виднелся едва заметный шрам (от осколка бокала, разбитого в порыве гнева).

Лера любила говорить рублеными фразами, будто выстукивала телеграммы:

– Любовь – это химия. Брак – бухгалтерия. А дети – роскошь, которую не каждый может себе позволить.

Но как-то после третьего бокала вина она раздавила в ладони виноградину и шепнула Варе на ухо:

– Я называю это «синдром пустой кроватки». Просыпаешься ночью – и кажется, что должен быть слышен плач. Но тишина…

Профессия у неё тоже подобралась соответствующая её характеру – цинично-прагматическая. Она работала юристом в крупной фирме. Специализация – бракоразводные процессы.

Излюбленная её фраза касаемо своей работы:

– Я не разрушаю семьи. Я просто помогаю людям увидеть, что их брак умер задолго до суда.

С Варей они были знакомы ещё со школьной скамьи, и у них было что вспомнить за посиделками.

К примеру, как однажды в университете Лера подралась с парнем, который назвал Варины рассказы графоманией…

И каждый год, 28 февраля, в Варин день рождения, она всегда приносила бутылку вина и её любимый чизкейк, даже когда Варя говорила: «Оставь, мне одной нормально».

А в ящике своего стола на работе Лера хранила тетрадь с Вариными стихами (никогда не признается, что переписала их от руки после того, как однажды Варя хотела их сжечь).

В её сумочке, под пачкой сигарет, лежала потрёпанная открытка:

«Лер, ты будешь лучшей крёстной!»

Написано детской рукой. Датировано 10 лет назад.

Глава 2.
Случайная встреча

Сквер утопал в осеннем золоте листвы, поражая своей торжественностью и унылостью одновременно.

Величественные клёны кричали своей пёстрой красотой, еле заметно роняя своё золото листвы на серый асфальт, который ещё с утра был умыт дождём.

В воздухе стояла как-то звенящая тишина, которую изредка нарушал шорох падающей листвы и редкий лай собаки, гуляющей неподалёку вместе со своим хозяином.

Варвара угрюмо брела по осеннему парку, перебирая в голове варианты глав книги, которую на этот раз она обязательно напишет…

Она задумчиво присела на скамейку, заприметив её ещё издали, полной грудью вдыхая пряный аромат осени.

Варвара оглянулась по сторонам.

Осенний сквер был окутан волшебством этого времени года.

Разноцветные листья деревьев создавали пёстрый ковёр под ногами, а лёгкий ветерок приносил прохладу и аромат опавших лепестков.

Сквозь ветви деревьев проглядывало голубое небо, которое казалось особенно ярким на фоне золотисто-багряной листвы.

В глубине сквера стоял старый дуб, его крона была почти полностью обнажена, но на его ветвях ещё оставалось несколько ярких листьев, которые, словно маленькие огоньки, светились на фоне тёмной зелени. Рядом с дубом располагалась небольшая беседка, увитая плющом, где можно было укрыться от непогоды и насладиться красотой окружающего мира.

Варе на какое-то время стало очень уютно и хорошо, она слегка передёрнула озябшими плечами и погрузилась в нежданно нахлынувшее мечтательное настроение, которому она предалась с особой сладостью.

По дорожкам сквера прогуливались влюблённые пары, они держались за руки и улыбались друг другу, наслаждаясь последними тёплыми днями перед наступлением холодов. Их шаги были тихими и медленными, а глаза сияли от счастья.

Варя провожала их доброжелательной улыбкой, размышляя над тем, как же здорово любить и быть любимой, чувствовать в своей руке тепло ладони родного и близкого человека, смотреть друг другу в глаза, вдыхая пряный аромат осеннего парка.

Сквозь деревья сквера виднелся пруд, его поверхность была покрыта рябью от лёгкого ветерка.

Осенний парк дышал последними тёплыми вздохами уходящего лета. Золотистые листья клёнов, словно страницы старинного фолианта, медленно перелистывались ветром, устилая аллеи шуршащим ковром.

Варя сидела на холодной чугунной скамейке, втиснутой между двумя старыми дубами, чьи ветви переплелись над ней, создавая природный свод.

Это было идеальное место для романтических прогулок и размышлений о вечном, которые так любила Варвара, особенно в последнее время.

Она достала из сумки старую помятую тетрадку, как художник, вдохновлённый пейзажем, достаёт мольберт и краски, порывшись в кармане пальто нашла свою любимую ручку с фиолетовыми чернилами, которую всегда носила с собой на случай вдохновения, и принялась писать, погрузившись в свои мысли…

Она прикрывала блокнот на коленях от редких капель дождя – страницы уже покоробились, но писать она не прекращала.

Она писала быстро, нервно, будто боялась, что слова ускользнут, если она не успеет их поймать.

«Любовь – это когда ты веришь в чудо, а оно…»

Резкий порыв ветра вырвал листок из её пальцев. Варя вскинула голову, наблюдая, как бумага кружится в воздухе, словно пытаясь улететь подальше от этих неоконченных слов.

– Похоже, ваш персонаж сбежал от вас, – раздался рядом бархатный голос с лёгкой хрипотцой, будто его обладатель много курил или часто простужал горло, гуляя без шарфа.

Она обернулась. Перед ней стоял мужчина, задерживая летящий листок длинными пальцами с едва заметными чернильными пятнами. В его другой руке балансировали два бумажных стаканчика, от которых поднимался соблазнительный пар.

– Вы всегда так суровы к своим творениям? – продолжил он, и Варя заметила, как при этих словах у него непроизвольно приподнялась левая бровь, создавая забавную асимметрию на благородном лице с резкими скулами.

В ответ Варвара только еще раз передёрнула озябшими плечами и с завистью посмотрела в сторону незнакомца, улавливая аромат вкусного напитка.

– Не хотите глоток горячего кофе? – мягко и мелодично спросил он, протягивая Варе стакан с желанным напитком. – Я вижу, вы немного продрогли, но красота осеннего сквера либо преданность любимому делу не дают вам покинуть это место, – доверчиво улыбаясь, продолжил незнакомец.

В нём было что-то притягательное и располагающее к себе, что Варвара не задумываясь протянула озябшие руки к горячему напитку:

– Не откажусь, – бойко ответила она.

Незнакомец протянул Варе стакан с ароматным кофе.

– Это не персонаж, – ответила она, принимая протянутый стаканчик. – Это… правда.

– А правда всегда заслуживает второго шанса, – мужчина улыбнулся, и Варя увидела, как сначала засветились его серо-голубые глаза, потом дрогнули губы с тонким шрамом в уголке, и только затем проявилась вся улыбка.

Он опустился на скамейку, и странное дело – ветер вдруг стих, будто затаив дыхание. В воздухе повис аромат свежего кофе, смешиваясь с запахом влажной листвы.

Когда мужчина откинулся на спинку скамьи, Варя мельком заметила дорогие часы с треснувшим стеклом на его запястье – явно хранимые вопреки практичности.

– Вы часто спасаете рукописи незнакомых женщин? – спросила Варя, чувствуя, как тепло от стаканчика разливается по её ладоням.

– Только те, что написаны фиолетовыми чернилами, – он сделал глоток, и Варя заметила, как его пальцы – длинные, с аккуратными ногтями – обхватывают стаканчик с особой бережностью. – Это мой слабый пункт. Как и хороший эспрессо.

– Откуда вы знаете, что я пью именно эспрессо?

– По тому, как вы кусаете губу, когда пишете, – он повернулся к ней, и солнечный луч, пробившись сквозь листву, высветил лучики морщинок у его глаз. – И как хмурите брови, когда мысль не даётся. Настоящий писательский ритуал.

Варя почувствовала, как тепло разливается по щекам.

– Я не писатель.

– А кто тогда?

Он наклонился ближе, и Варя уловила лёгкий аромат древесного одеколона с нотками пергамента.

– Тот, кто пишет в осеннем парке в такую погоду, рискуя простудиться, явно одержим чем-то важным.

– Я… просто пытаюсь разобраться в себе, – призналась Варя неожиданно для самой себя.

В этот момент Варя мельком ещё раз посмотрела ему в глаза, будто пытаясь прочесть своего неожиданного собеседника. Его быстрый и пронзительный взгляд отражал глубину его мыслей.

Делая глоток согревающего напитка, Варвара бросила взгляд на его расстёгнутый рюкзак, небрежно свисавший с плеча.

Из потёртого рюкзака виднелась стопка книг великих писателей: Достоевского, Лермонтова, Толстого и Шекспира.

Она вопросительно посмотрела на него, не скрывая ещё большего любопытства, вспомнив, что у неё в сумке лежит тот самый томик «Алых парусов», которой она хранит ещё с детства и читает в самые трудные минуты жизни, черпая оттуда силы.

– А я вот как раз начинающий писатель, – улыбнувшись, бросил незнакомец, поймав её взгляд на книгах.

Он пошутил, но Варя этого не поняла, подумав, что как же кстати познакомиться с писателем, когда ты и сама наконец-то всерьёз задумалась над написанием собственной книги, но предпочитала пока хранить это в тайне.

– Лучший способ понять себя – это читать, – он откинулся на спинку скамьи, и Варя заметила, как из внутреннего кармана его пальто выглядывает уголок книги.

– Что вы сейчас читаете?

– Перечитываю. «Алые паруса», – его глаза вспыхнули. – Грин! Она поняла не умом, но сердцем, что в нём самом…

– …в нём самом было именно то, что она думала, когда не смела надеяться на это, – невольно продолжила Варя.

Они замолчали, и в эту паузу ворвался шум парка – смех детей где-то вдалеке, крик ворон, шелест листьев под ногами прохожих.

Атмосфера осеннего парка располагала к доверию, мечтательному настроению, безмятежности и разговорам о поэзии, литературе, искусстве.

Осень всегда добавляет особую атмосферу этому месту: листья деревьев окрашиваются в яркие цвета, создавая неповторимую палитру красок.

Как здорово наслаждаться этим зрелищем, понимая, что природа тоже имеет свой неповторимый язык и мудрость.

В такие моменты чувствуешь себя частью этого мира, сердце наполняется любовью и благодарностью к жизни.

– Вы знаете, – задумчиво начал он, – Грин написал эту фразу в голодном Петрограде 1920 года. В комнате без отопления, при свете коптилки, – его пальцы выбивали ритм по крышке стаканчика. – Вот что значит настоящая вера в мечту.

– Вы говорите о книгах так, будто… будто знаете их изнутри, – заметила Варя.

Он улыбнулся, и в этот момент ветер снова заиграл его волосами, серебряными на висках.

– Книги – это моя жизнь. Каждая – как человек: у неё есть душа, характер, судьба. Одни умирают забытыми на полках, другие… – он посмотрел прямо на Варю, – другие меняют мир.

– А вы верите, что одна книга может изменить чью-то жизнь?

– Я знаю это, – его голос стал твёрже. – В шестнадцать «Над пропастью во ржи» спасла меня от глупого поступка. В двадцать два «Мастер и Маргарита» заставила поверить в любовь вопреки всему, – он сделал паузу. – А что изменило вас?

Варя задумалась, наблюдая, как лист клёна медленно опускается в её стаканчик.

– Когда мне было десять, я прочитала «Алые паруса» и… решила, что когда-нибудь напишу свою историю. Такую же прекрасную.

– И? – он наклонился ближе.

– И вот я здесь. С пустым блокнотом и кучей сомнений.

– Сомнения – признак настоящего таланта, – сказал он мягко. – Только посредственность уверена в своём величии.

Они говорили ещё долго – о Брэдбери и его «Вине из одуванчиков», о японской поэзии, о том, как пахнут старые книги в библиотеках. Варя не заметила, как солнце поднялось выше, отбрасывая кружевные тени сквозь листву.

– Я должна идти, – наконец сказала она с сожалением.

– Прежде чем вы уйдёте… – он осторожно взял её блокнот и что-то написал на последней странице. – Мой номер. На случай, если ваш персонаж снова решит сбежать. И ещё кое-что, – её собеседник протянул ей лишний билет на благотворительную книжную ярмарку, который совершенно случайно завалялся у него в рюкзаке.

Варя задумчиво улыбнулась и машинально сунула билет в карман своего пальто.

– А как вас зовут? – спросила Варя, внезапно осознав, что они даже не представились.

– Вячеслав, – он улыбнулся глазами

Варя улыбнулась ему в ответ и кивнула головой:

– Варвара.

И в этот момент её окутало странное чувство, будто только что произошло что-то очень важное, то самое, о чём обычно пишут в книгах со счастливым концом.

Ближе к десяти часам вечера Варвара наконец-то добралась домой.

Дверь с лёгким скрипом закрылась за ней, но Варвара даже не обратила на это внимания.

Она стояла в прихожей, пальто ещё не снято, а в груди – странное, трепетное чувство, будто в неё вдохнули новую жизнь.

Вячеслав.

Его имя отзывалось в памяти тёплым эхом. Эта встреча в парке, случайная, но в то же время будто предначертанная, перевернула что-то внутри.

Его слова, его взгляд, даже то, как он улыбался, когда она поспешно собралась уходить…

– Боже, я, кажется, вела себя как дура, – прошептала она, наконец снимая перчатки. Но на губах всё ещё играла улыбка.

Она прошла в комнату к полке, чтобы поставить потрёпанную тетрадь с набросками – толстый блокнот, в который она годами записывала мысли, идеи, черновики стихов, которые теперь она решила воплотить в своей книге.

Она начала рыться в сумке.

И тут сердце её упало.

В сумке её не было. Она вывалила прямо на пол содержимое сумочки: помада, кошелёк, ручка с фиолетовыми чернилами – подарок Леры на день рождения, проездной.

Блокнота не было.

– Где… – Варвара перебрала ещё раз содержимое сумки, усевшись на пол. Ничего.

В голове пронеслось: парк…

Она лихорадочно вспомнила: да, доставала тетрадь, когда сидела на скамейке, записывала строчки, которые пришли в голову, навеянные осенним парком…

А потом он появился, и она так растерялась, что просто сунула блокнот в карман пальто… или нет…

Она вышла в прихожую. Внутренний карман пальто был пуст.

– Нет-нет-нет… – она сжала виски, пытаясь унять нарастающую панику. Эта тетрадь – годы работы, сокровенные мысли, вещи, которые она никому не показывала.

А если он нашёл?..

Мысль обожгла. Вячеслав. Что если он поднял тетрадь? Прочитал?

Она закрыла глаза, представляя, как его пальцы листают страницы, улыбаются её глупым строчкам…

– Чёрт! – Варвара резко схватила ключи.

Она должна вернуться в парк. Сейчас.

Она поспешно накинула пальто, схватила ключи. Стоп!

Варя стояла посреди комнаты, это осознание ударило её с новой силой.

Он написал номер телефона на последней странице блокнота.

В блокноте, который она посеяла непонятно где.

В автобусе, в метро, в булочной, в которую она заходила по пути за своим любимым чизкейком…

Блокнота, которого больше нет.

А значит, и номера телефона.

Их связь – этот хрупкий, едва намеченный мостик – оборвалась, даже не успев возникнуть.

Больше нет способа его найти. Нет прогулок в парке, нет продолжения, ничего нет.

Просто человек. Просто разговор. Просто потерянная тетрадь.

Да и он был просто случайным собеседником, и вряд ли их пути ещё хоть раз пересекутся…

Особенно теперь.

Единственная ниточка, которая могла их связать, – номер телефона, но она была утеряна вместе с блокнотом, который хранил её самые тайные мысли все эти годы…

И тогда её охватила странная, почти освобождающая мысль:

«А что если он действительно нашёл блокнот и прочёл его?..

Стыдно? Да.

Но…

Они больше никогда не увидятся».

И от этого становилось… легче.

Он мог смеяться над её строчками. Мог недоумённо пожать плечами. Мог, наконец, оставить тетрадь на скамейке для других случайных прохожих.

Но это уже не имело значения.

Потому что он просто тень, мимолётный собеседник, чьё лицо, возможно, она забудет уже завтра.

А её слова, её мысли – они всё равно были обречены на то, чтобы их кто-то когда-то прочёл.

Может, не он.

Может, не сейчас.

Но раз уж так вышло…

Варя глубоко вздохнула, подошла к окну и распахнула его настежь.

Холодный ночной воздух ударил ей в лицо.

Она с жадностью вдохнула его в себя.

Где-то там в городе, возможно, бродил человек, который теперь знал о ней чуть больше, чем следовало.

Но мир огромен.

А она – свободна.

Глава 3.
Танго на мокром асфальте

Следующая рабочая неделя была особо ничем не примечательна и пролетела совершенно незаметно в круговороте рабочих дел и обязанностей.

Наступила долгожданная пятница, которая с одной стороны манила заслуженным отдыхом, а с другой рисовала пугающую неизбежность остаться наедине со своими мыслями, от которых Варвара так удачно бежала всю рабочую неделю.

Она машинально сунула руку в карман пальто, неожиданно обнаружив там билет на мероприятие, на которое её пригласил ещё неделю назад новый знакомый и о котором она совершенно забыла в рабочей суете.

Вечер пятницы обещал быть интересным.

Когда Варвара прибыла к месту назначения, солнце уже садилось за горизонт, окрашивая небо в мягкие оттенки розового и оранжевого.

Ветер, словно художник, раздувал листья, превращая их в разноцветные пятна на асфальте.

Это был особый шарм, который присущ только этому времени года.

В этот вечер Манежная площадь превратилась в огромную книжную ярмарку.

Ветер тихо шелестел страницами книг, разбросанных по всей площади.

Книжная ярмарка была в самом разгаре.

Книги, словно друзья, собрались в одном месте, чтобы поделиться своим историями.

Здесь были и романы, и детективы, фантастика и поэзия, классика и современность.

Каждый мог найти что-то по своему вкусу.

Публика тоже подобралась весьма разношёрстная: здесь были и молодые, увлечённые научной фантастикой, и пожилые профессора, ищущие редкие издания классических произведений.

Были и мамы с детьми, выбирающие красочные иллюстрированные книги для своих малышей.

Все они толпились около прилавков, выискивая что-то своё в море литературы.

На ярмарке царила особая атмосфера.

Люди, увлечённые чтением, забывали о времени.

Они перелистывали страницы, погружаясь в мир слов и образов.

Это было настоящее книжное приключение.

Между тем осень продолжала рисовать свои картины.

Солнце медленно опускалось за горизонт, оставляя на небе розовые и оранжевые мазки, придавая особый шарм этому месту.

Именно здесь встречаются читатели и книги, рождаются новые истории и возрождаются старые.

Здесь каждый мог найти свою книгу и стать её частью.

Варвара была очарована увиденным.

Книги увлекали её с самого детства.

Будучи маленькой девочкой, она любила оставаться одна и в обнимку с книгой могла провести не один час.

В доме, в котором она раньше жила, располагалась уютная библиотека, в которой она могла пропадать часами.

Ей часто попадала за это от мамы, которая переживала, куда это запропастилась её дочь после школы.

Она открывала книгу и проваливалась в её фантастический, полный захватывающих приключений мир, где она летала на ковре-самолёте вместе с Аладдином и красавицей Жасмин, кружилась до упаду на балу в хрустальных туфельках или устремлялась за пером жар-птицы на самый край света в сапогах-скороходах.

Она шла вдоль рядов с книгами, вдыхая их особый аромат, который ей был так знаком и дорог.

В её глазах отражались разноцветные корешки, а руки слегка дрожали от предвкушения чего-то необычного.

Варваре грезилось, будто она – молодая писательница, и что однажды её книги тоже смогут побывать на этих полках.

Яркие вывески и плакаты привлекали её внимание, но она не спешила останавливаться, продолжая своё путешествие среди книжных полок.

Осень всегда была её любимым временем года, но сегодня, несмотря ни на что, она чувствовала себя особенно счастливой.

Тепло солнечных лучей проникало сквозь стеклянную крышу павильона, создавая уютную атмосферу.

Люди вокруг неё переговаривались, листали страницы, обсуждали новинки.

Её внимание притянул развал с книгами.

Она подошла поближе, чтобы рассмотреть их.

Они были яркими, не похожими на другие.

Казалось, что они ждут читателей, чтобы рассказать им свои истории.

Варвара провела рукой по корешкам, ощущая каждую выпуклость и изгиб.

Воображение её разыгралось.

Ей грезилось, будто это были её собственные книги, её детища, которые она с таким трудом создавала.

Она представила себе долгие ночи, проведённые за письменным столом, мучительные поиски нужных слов, сюжетов, сомнения и разочарования.

Она взяла одну из книг наугад.

Варвара пробежалась глазами по нескольким страницам, которые, казалось, ожили перед её глазами.

Она закрыла глаза и вновь представила, что когда-нибудь кто-то так же, как и она сейчас, будет читать её книги, сопереживать героям, погружаясь в их мир, в её мир.

Наверное, это самый бесценный момент в жизни писателя – видеть воплощение своих трудов на книжных полках, понимать, что твоя книга нашла своего читателя, увлечённо и трепетно перелистывающего страницу за страницей.

От этих мыслей её сердце наполнялось теплом и радостью.

Она точно решила попробовать себя в писательстве.

Она поставила книгу на место и хотела продолжить своё путешествие по ярмарке.

Но неожиданный и приятный аромат бодрящего напитка заставил её обернуться.

Прямо за её спиной стоял Вячеслав, блистая ослепительной улыбкой и протягивая ей стакан с ароматным кофе.

– Ну как, нравится ярмарка? – нараспев спросил он.

Варя на мгновения потеряла дар речи от неожиданности и удивления при виде своего случайного собеседника из осеннего парка, о котором она уже и забыла, не мечтая его встретить вновь, и едва узнала его.

На смену пальто цвета фиолетовых чернил и джинсам пришёл костюм-двойка в мелкую клетку на английский манер, надетый поверх водолазки цвета опавшей листвы, небрежный рюкзак заменил стильный портфель.

Слегка растрёпанная в прошлый раз шевелюра сегодня была аккуратно уложенной.

Неизменным оставалось только одно – умный, глубокий взгляд и обворожительная улыбка, которую Варвара отметила ещё в прошлый раз.

– Какие метаморфозы, – выдохнула она, протягивая руку к напитку.

– Сегодня не так холодно, как в прошлый раз, но всё равно спасибо, – улыбаясь проговорила Варвара, делая глоток. – О-о-о, кофе бесподобный.

– Как и ты в лучах заката», – еле слышно парировал Вячеслав, осторожно убирая локон с её лица. На мгновение его лицо стало внимательном и сосредоточенным. – Рад тебя видеть! Я знал, что мы ещё обязательно встретимся, – лицо Вячеслава вновь озарила лучезарная улыбка, от которой Варвара не могла оторвать глаз.

– А я вот напротив, – простодушно заметила Варя, – но ломала голову, чем бы занять вечер пятницы, а тут твой билет в кармане пальто, – улыбаясь проговорила Варя, показывая билетик. – А ты как здесь? – вопросительно посмотрела она на него, делая ещё глоток бодрящего кофе.

– Я часто бываю на таких выставках, но сегодня у меня было предчувствие, здесь произойдёт что-то особенное, – загадочно улыбаясь, Вячеслав заглянул ей в прямо глаза. – Пройдёмся?

– С удовольствием! – подхватила Варя.

Весело улыбаясь друг другу, они неспешно прогуливались вдоль рядов, изредка останавливаясь у понравившихся прилавков, хохоча и что-то громко обсуждая.

Варя восторженно поделилась с Вячеславом своей мечтой держать в руках свою книгу, которая будет отображением её самой, её жизни.

– Так всё же я был прав? – подмигивая, произнёс Вячеслав. – Вы писательница?

– Пока ещё нет, но всегда мечтала, – улыбаясь ответила Варя, глядя ему прямо в глаза.

Вячеслав с нескрываемым любопытством слушал её всё это время, взяв с Вари обещание, что он должен непременно стать первым, кто прочтёт её.

– Это хорошая идея! У тебя несомненно есть литературный талант! – Вячеслав восторженно смотрел на Варвару.

– А тебе-то откуда знать? – кокетливо улыбаясь, заметила Варвара.

Вячеслав только улыбнулся ей в ответ:

– Интуиция.

Приметив неподалёку летнюю веранду, не сговариваясь, они одновременно двинулись в её направлении, непринуждённо беседуя.

Небольшое осеннее кафе выглядело весьма уютно и располагало к лёгкому душевному разговору.

Они присели за изящные плетёные стулья, вдыхая приятный аромат свежей выпечки и вкусного чая.

Варвара мимолётно окинула веранду взглядом, пока Вячеслав пытался раздобыть меню.

За столиками сидели посетители, наслаждаясь последними тёплыми деньками.

В углу расположилась небольшая компания друзей, которые оживлённо обсуждали свои планы на будущее.

Они говорили о путешествиях, новых проектах и возможностях, которые перед ними открываются.

Рядом сидела молодая пара, которая только начинала свой путь вместе.

Они делились своим мечтами и надеждами на будущее, строили планы на свадьбу и мечтали о детях.

За соседним столиком сидел мужчина средних лет, который рассказывал историю своей жизни.

Он вспоминал свои ошибки и достижения, делился опытом, давал советы молодым людям.

В другом углу сидела группа студентов, которые обсуждали предстоящие экзамены. И подготовку к ним. Они обменивались конспектами и помогали друг другу разобраться в сложных темах.

В центре зала за столиком сидела пожилая пара, которая вспоминала свою молодость и прожитые годы.

Они рассказывали друг другу истории из прошлого и смеялись над своими ошибками.

Варвара ещё раз огляделась по сторонам, кутаясь в уютный клетчатый плед, который так удачно расположился на спинке её плетёного стула.

Казалось, что осенняя веранда была самым лучшим местом, где можно было отдохнуть, насладиться общением и забыть о повседневных проблемах.

Глядя на всё это, Варвара погрузилась в какое-то мечтательно-романтичное настроение, будто наблюдая свою жизнь со стороны в разные её периоды…

Она то задумывалась о своих планах и мечтах на будущее, то краем уха слушала беседу оживлённой компании молодых людей, то с благодарностью вспоминала жизненные уроки, которые ей уже успела преподнести судьба, наблюдая то за мужчиной у соседнего столика, то с умилением смотрела на влюблённую парочку почтенного возраста, размышляя о том, что любовь – это, пожалуй, самое прекрасное и волшебное чувство, которому суждено жить вечно в сердцах двух любящих людей, согревая их души даже в самые холодные дни.

Казалось, что сегодня здесь каждый мог найти что-то своё: кто-то шумную компанию и беззаботную радость, кто-то поделиться жизненным опытом или получить поддержку и утешение, а кто-то вспомнить былое и предаться приятным тихим воспоминаниям.

Сегодня и наши герои обрели для себя кое-что важное.

Но что именно, мы узнаем немного позже.

Мечтательно-романтичные размышления Вари, в которые она уже успела погрузиться с головой, прервало появление Вячеслава, который всё же раздобыл где-то меню и шёл с сияющим видом победителя, будто в его руках было вовсе не меню, а добытый в честном бою трофей.

По сути, оно так и было, так как, к слову сказать, в уютной уличной веранде, расположившейся здесь по случаю открытия книжной ярмарки, никакого меню отродясь не водилось, так как ассортимент был не так уж велик, но, пообещав даме вернуться с меню, в силу характера и убеждений джентльмена Вячеслав не мог не оправдать её ожиданий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.