[ПРО] Зрение
Андрей Люмнов

© Андрей Люмнов, 2025

ISBN 978-5-0067-5720-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

Внезапно закончившиеся сигареты повышают общительность

«Тёмные улицы манят меня к себе, я люблю этот город как женщину Икс1, закрыв свою дверь, ты должен выбросить ключ2», пропел мысленно я попурри из песен Цоя, закрывая входную дверь в кромешной тьме площадки – недавно установленный автоматический выключатель реагировал только на движение по лестнице. Можно было начать спускаться, а потом вернуться и закрыть дверь, при включившемся свете, но я не стал заморачиваться – если есть в кармане пачка сигарет3…

А сигарет как раз предстояло купить. В третьем часу ночи, когда большинство магазинов закрыто, да и круглосуточных тут я узнать не успел – меньше месяца как съехались с девушкой.

Я вышел из подъезда и огляделся – улица была пуста. Справа был слышен звук шагов, громкий, по раскаленному за день асфальту. Я вышел на тротуар и повернул навстречу шагам.

– Извините, сигареты не найдётся?

– Не курю, – буркнул прохожий, не поднимая головы и не останавливаясь.

«Эй, прохожий, проходи, эх, пока не получил»4пропел я себе под нос и продолжил путь.

…Наш дом расположен посередине пути между проспектом и трамвайными путями, проспект – наивысшая точка, то есть путь направо – к трамвайным путям, ведет вниз, под гору. Под гору идти легче – ноги сами несут.

«О, кто-то на скамейке сидит, наверное, пиво пьёт, скорее всего, и закурить найдётся», – подумал я.

– Простите, сигаретой не угостите?

– Бросил.

– А я, к сожалению, нет. Не подскажете, где в это время сигареты поблизости купить можно?

– А который сейчас час?

– Полтретьего, где-то. – Часов я не взял, но помню, что выходя из дома, видел три двойки на часах – 02:22, потому и запомнилось.

– Ночи, стало быть, – буркнул мужчина.

«Ну конечно ночи, что за глупость» – подумал я. «Ладно еще восемь утра и восемь вечера перепутать летом, по часам со стрелками, но полтретьего? Бухой он, что ли? Вроде не похож…»

– Ну, пивняк в соседнем дворе только в шесть утра откроется, так что только «Сергеевский».

– А можно поподробнее? Я тут недавно живу, не успел узнать, где какие магазины.

– Да тут сложно заблудиться – идешь вниз по улице, как улица закончится по левую руку в пристрое к дому супермаркет «Сергеевский».

– Спасибо.

До самого магазина мне больше никто не встретился, а магазин оказался закрыт, и назывался он «На перепутье».

«Ну и куда теперь?», – подумал я, глядя на чёрные, без света, витрины магазина. «Улица закончилась, магазин закрыт, и тот ли это магазин? Вроде бы тот, других по пути мне не встретилось, напутал чего-то мужик…»

– Сигаретки не найдется? – невдалеке шли в сторону реки двое мужчин с удочками.

Они остановились, один молча открыл пачку.

– Спасибо, – сказал я, беря сигарету из открытой пачки. – А не подскажете, где тут магазин открытый поблизости?

– А тебе магазин чего?

– Да вот сигарет купить. Сказали тут можно, а он закрыт.

– Да он еще в том году перестал круглосуточно работать, с тех пор как «перепутанцы» его купили. Не выгодно без алкоголя ночью им работать. А сигарет в это время только на площади и купишь. Вон туда шуруй, вдоль дороги и увидишь на площади маркет, там шаурма и табачный, а вот алкашки там нет.

– Да мне и не надо, спасибо.

Я отошел от рыбаков пару сотен метров и присел на автобусной остановке.

«Всё-таки странный мужик был – день-ночь не различает, о том, что магазин уже другой – не знает», – подумал я, закуривая.

Спустя пять минут, выйдя из маркета и снова закуривая, я стал думать, как мне возвращаться – телефон я с собой не взял за ненадобностью и карту города посмотреть не мог. По всему выходило, что проще по трамвайным путям до своей улицы, а там разберемся, а дворам наискосок и заплутать можно. «Хрущёбы и трущобы, дома как коробки»…5

Я вышел на свою улицу и увидел, что тот, показавшийся мне странным, мужик, всё еще сидит.

– Закрыт ваш «Сергеевский», – сказал я без предисловий.

– Странно, – сказал он, поворачивая голову в мою сторону. – Ну, закрыт – так закрыт. Видимо что-то случилось.

– Да и не «Сергеевский» он уже, а «На перепутье».

– Давно я там не был.

– Ну, год, судя по всему, как минимум – сказал я, присаживаясь рядом. – Вы нормально себя чувствуете?

– Бывало и лучше, но в целом – да, а что?

– Ну, мало ли.

– Спасибо за беспокойство. А сколько уже времени?

– Точно не скажу – без часов вышел, ну начало четвертого думаю – полчаса я ходил, наверное.

– Купил сигарет-то?

– Купил, на площади.

– Хороший такой круг ты прошел.

– Ага, какой-то там по Данте.

– Ну, если отнести желание курить к чревоугодию, то третий. А мне девятый получается. Обманувшие доверившихся. В ледяное озеро, к Люциферу.

– А в третьем что?

– Вечный дождь.

– Дождя бы надо – неделю уж жара стоит, надоела.

– Как нам, людям, все быстро надоедает… Быстро ко всему привыкаем и ждём перемен.

– Перемен, мы ждём перемен6, – процитировал я.

– У китайцев есть проклятие – «чтобы ты жил в эпоху перемен».

– Странное проклятие. Застой что ли лучше?

– Ну брежневский застой я не застал, а когда перестройку горбатый начал мне четыре года было.… И знаешь – ну их к черту, эти перемены. Застой, может и плохо. Застой – болото. А покой – покой хорошо. Покой – это озеро, чистое, глубокое, как Байкал. Недаром для Мастера у Воланда покой просили.

– Ну, в одной из ранних редакций ему приказывают. У меня есть издание с черновиками. Могу дать почитать. А, нет, я книги не перевозил сюда.

– Да нет, почитать не надо. Хотя было бы интересно, если только в аудиокниге найти.

– Не читаете?

– Уже нет, только слушаю.

– Почему?

– Да есть причины…

Он замолчал на полуслове. Я закурил. Выкинув окурок, я поднялся.

– Ладно, идти надо, спать совсем чуть осталось. Меня, кстати, Егор зовут.

– Илья.

Я протянул ему руку, но никак не отреагировал. Я пожал плечами и пошёл домой.

Пройдя несколько шагов, я услышал частое постукивание за спиной. Обернувшись на стук, я увидел, как мой новый знакомец идёт, проверяя дорогу тростью. Он был слепой!

А я в темноте ничего и не заметил.

Мне стало неловко, и я никак не мог отделаться от этого чувства весь остальной путь, и даже юркнув под одеяло и прижавшись к нежному телу подруги, я прокручивал наш разговор в голове.

«Так вот почему он не читает. Вот м*дак, надо было вернуться и проводить его до подъезда… Хорошая мысля приходит опосля…», продолжал думать я, проваливаясь в сон.

1 Цитата из песни «Жизнь в стеклах» группы «Кино» с альбома «Ночь» 1986 года.

2Цитата из песни «Танец» группы «Кино» с альбома «Ночь» 1986 года.

3Цитата из песни «Пачка сигарет» группы «Кино» с альбома «Звезда по имени Солнце» 1989 года.

4Цитата из песни «Прохожий» группы «Кино» с альбома «Группа крови» 1988 года.

5Парафраз песни «Мне бы в небо» группы «Ленинград».

6Цитата из песни”Перемен» группы «Кино» с альбома «Последний герой» 1089 года.

Глава 2

Вторая встреча

В выходные мы были на концерте и возвращались на такси в первом часу ночи. Водитель, сокращая путь, поехал по набережной и из окна я увидел Илью, сидящим на скамейке.

Мы вышли из машины, и я сказал ей у подъезда:

– Ты пока разогревай, я скоро вернусь.

Она удивленно вскинула бровь, но промолчала.

…

– Здравствуйте, Илья

– Здравствуй. Егор?

– Да, всё правильно. Вы меня по голосу узнали?

– Не ошибся я в тебе – умный мальчик. – он улыбнулся. – Я догадался, что ты не заметил моей слепоты сразу, поэтому и пошёл домой раньше, чем обычно, чтобы ты обернулся и всё понял.

– Раньше, чем обычно?

– Да, я теперь стараюсь ночами выходить. Ночью шума меньше и воздух, воздух он…. Другой. Ночью я его чувствую. А днём посторонних запахов больше – духов, дезодорантов, выхлопных газов… Поэтому я выхожу сейчас ночью и ухожу, когда люди начинают на работу идти.

– И давно вы так?

– С этого лета. Первый год вообще не мог принять свою слепоту, а потом понял, что моя слепота – это то, что есть, и я могу сколько угодно разражаться по этому поводу, но видеть уже не стану.

– Это не лечится?

– Нет, такая слепота уже никак.

– Травма?

– Травма скорее душевная. Потом как-нибудь расскажу, не хочу сейчас вспоминать. Ночь для меня время расслабления, вспоминать лучше днём. Заходи в гости – семьдесят шестая квартира, пятый этаж.

– Твой дом был под самой крышей – в нём немного ближе до звёзд1…

– Да, есть такая строчка в одной песне. До звёзд на самом деле ещё чуть ближе – напротив двери лаз на крышу. Раньше мы там с другом пиво пили ночью. Пили портер и курили под звёздами… А сейчас друг счастливо женат и спит дома, в кругу семьи. Ну а я бросил пить, да и звёзд уже видеть не могу.

– Совсем бросили?

– Да. А зачем? Мы пьём, на самом деле не для того, чтобы развеселиться, а для того, чтобы приукрасить реальность. Ну или вообще от неё отключиться. Не видеть этого всего, ну или видеть в розовом тумане. А я её и так не вижу, чего бежать то?

– Интересная точка зрения…

– Точка зрения, точка зрения. Нет у меня зрения, а есть лишь способ восприятия реальности.

– Хм, интересно… – я закурил. – Без картинки реальность, наверное, воспринимается иначе.

– Другие чувства усиливаются. Когда выпадает такой большой объём информации, то мозг тщательнее обрабатывает те, что остались – слух, обоняние, осязание. Отсутствие зрение сделало из Сергея Ермакова хорошего модельера одежды, а из Сергея Манукяна хорошего музыканта…

– Ну про музыканта вполне реально, но слепой модельер?!

– Интернетом пользоваться умеешь?

– Конечно.

– Дерзай, всё есть в свободном доступе.

Я выбросил окурок.

– А вас не раздражает, что я курю?

– Нет, порой даже приятно вспомнить… Если сигареты хорошие, конечно. Ты, вроде, сигариллы какие-то куришь?

– Ну по праздникам, – я улыбнулся.

– А сегодня какой праздник?

– Суббота, на концерт ездили.

– Кто играл?

– Фанк-панк-гайз

– Бухой сосед встаёт с утра и начинает день с того2…

– Ну это они сейчас не поют. Презентация нового альбома была, начало гастрольного тура.

– Выросли ребятки. На Россию уже играют. Ну молодцы, развиваются. А я их молодыми и вечно пьяными помню, они мои сверстники, погодки. Живут где-то рядом, кстати. Раньше я их солиста часто на улице видел, то в ларьке, то на остановке. Сейчас не вижу, конечно.… Альбом то купил?

– Нет, как-то не подумал.

– Жаль, хотелось послушать.

– Ну я скачаю и на флешке принесу.

– На болванку можешь записать? Сидюк у меня есть, а флешки не на чем слушать.

– Завтра куплю и запишу. Семьдесят шестая?

– Да, домофон работает.

– Ну я побежал тогда.

Илья протянул мнеруку.

Я слегка растерялся, но ответил рукопожатием.

– Ты лучше не беги – тротуары у нас так себе, тем более в темноте. Споткнешься ещё, не дай Бог, глаз выбьешь, будешь наполовину как я.

– Да я образно. Ну, до скорого.

– Так и я шучу. Удачи, Егор.

1Цитата из песни «С войны» группы «Чайф» с альбома «Давай вернёмся» 1992 года.

2Парафраз на песню «Скинхэд» группы «FPG» («Fair Play Gang») с альбома «Родина ждёт героев – п**да рожает дураков» 1999 года.

Глава 3

Маркировка дисков для слепых

Я уже разливал кофе по чашкам, когда она вошла в кухню.

– Доброе утро. Кофе? Пончик?

– Кто пончик? Я – пончик? – она отшутилась, зевая.

– Ты сейчас скорее япончик, пока не умоешься.

– Ага, утро в китайской деревне. Нет, сначала кофе, потом умываться, потом пончики и всё остальное.

– Что – остальное?

– Какие есть варианты? Огласите весь список, пожалуйста.

– Списка нет, но варианты найдём. Пойдешь курить?

Она кивнула и вышла с кружкой из комнаты.

Мы вышли на лоджию, я закурил и, выдохнув дым на кофе, сделал глоток.

– Тут как то, на днях, ночью, – начал я без предисловий, – за сигаретами ходил и встретил мужика. Слепой.

– Это ты к нему вчера ходил?

– Ну да, увидел, что он на скамейке сидит. Он ночью гуляет. Говорит воздух лучше и суеты вокруг нет.

– Ну, он прав, в общем-то.

– Да, он вообще интересный человек. Фанк-панк-гайз знает, Булгакова…

– Как же он его читал, слепой-то?

– Да он вроде ослеп пару лет назад, всего лишь. Как, правда, не рассказывал. Кстати, говорит ребята из фанк-панк живут где-то рядом, спокойно по улицам ходят.

– Ну сейчас они уже в самолёте должны быть, так что вряд ли встретим ближайшие пару месяцев.

– А если просто пойти прогуляться? Погода слишком хороша, чтобы дома сидеть.

– Да, хороший вариант. Месяц уже тут живем и кроме пути от дома до остановки и соседнего магазина ничего не видели.

– Тогда допивай кофе, умывайся и идём.

– Эй! А пончик?! Я же умру от истощения. – она скорчила смешную мину.

– А пончики я в рюкзак брошу, на природе перекусим. – Я приобнял её и поцеловал в висок.

Она положила голову мне на плечо.

– Сейчас, ещё две затяжки.

Выполнить данное обещание неожиданно оказалось не такой простой задачей – в ближайшем гипермаркете электроники дисков уже не продавали.

«Зачем вам диски? – удивился продавец. – Купите флешку и магнитолу новую.»

Диски я купил случайно в фотосалоне. На всякий случай CD, в тонких коробках.

Дискография скачалась быстро.

Когда я подписывал последний диск маркером, ко мне подошла она.

– А ты уверен, что слепой сможет прочитать твой почерк?

– Вот я идиот, – я хлопнул себя по лбу. – Какие есть еще варианты?

– Подписать чем-то выпуклым.

– Диски нельзя, коробки может пластилином?

– Смажется. Клеевой пистолет – вот то, что спасёт князя Мышкина.

– Умница. Тащи.

Через полчаса, закончив с дисками, мы вместе пошли в душ.

Глава 4

Кофе наощупь

Неделя пролетела в суете, а в пятницу был тренинг. Тренинг закончился в час дня и около двух я уже был дома. Я был дома, а вот электричества дома не было.

Безрезультатно пощёлкав выключателем в прихожей, я прошёл на кухню. Разложил, купленные по пути домой, продукты в шкафы и молчащий холодильник.

Машинально щёлкнул ручкой плиты, решив выпить кофе, но вспомнил, что в этой квартире плита тоже электрическая и повернул ручку обратно.

«Так, Егорка, ты загнался и тупишь. Нужен перекур»

В комнате я заметил диски на столе.

«Если дома делать нефиг – самое время пойти в гости».

Я взял диски со стола и пошёл обуваться.

Покурил я только около подъезда Ильи, предположив, что не стоит доставлять неудобства табачного дыма некурящему человеку.

Домофон был выключен.

«Значит электричества нет во всём районе», – догадался я.

«А ведь выключенный домофон на своём подъезде меня пятнадцать минут назад на такие мысли не навёл. С добрым утром, Егор Батькович», – подумал я.

Я поднялся на пятый этаж и нажал кнопку звонка. Сделал я это скорее машинально, только потом удивился, что звук звонка был.

«Ну беспроводной же звонок, на батарейках. Проснись уже, рохля! Вторая половина дня, а ты спишь на ходу»

– Здравствуй, Егор. – Илья стоял за порогом в халате на босу ногу.

– Здравствуйте, Илья. А как вы узнали кто пришёл? Не в глазок же.

– По запаху. – он улыбнулся.

– От меня плохо пахнет?

– Нормально от тебя пахнет. Человеком. Как от всех. Так ты зайдешь или зашел лишь узнать, как я дверь открываю?

– Ой. Да, конечно, если можно.

Он отошёл в темноту прихожей, я вошёл и начал разуваться.

– Я чего-то никак не взбодрюсь сегодня. Подтупливаю.

– Кофе будешь?

– Не откажусь. Я дома хотел выпить, но электричества нет. У вас в подъезде тоже.

– Пойдём на кухню тогда. У меня всё-таки хрущоба – тут газовые колонки и плиты, это в новостройках из-за этажности электроплиты ставят.

– А почему так?

– Не помню почему, но то ли выше 10, то ли 12 этажей газ не проводят, ставят электроплиты. Кстати, если хочешь понаблюдать процесс приготовления кофе – соблюдай, пожалуйста, тишину. Всё-таки мне приходится ориентироваться исключительно на слух. Или можешь пройти в зал, осмотреться.

– И пропустить такое шоу?

– Show must go on1.

– Кстати, я же диски принёс!

– Замечательно, но сейчас – кофе.

Он снял турку с крючка на стене, поставил на стол между плитой и раковиной, левой рукой нашёл банку с кофе, достал из неё чайную ложку и набрав высыпал в турку. Турку он придерживал правой рукой, видимо, чтобы помнить её местоположение. Насыпав три чайных, с большой горкой, ложки кофе, он поставил турку в раковину. Взял с полки бокал и поставил рядом с кувшином. Точно также, придерживая чашку левой рукой, налил в неё воды. Лил он не спеша, прислушиваясь. Вылив содержимое двух чашек в турку, он снова поставил её на стол и обернулся ко мне.

– Диски говоришь? Много что ли?

– Ну это у них пятый альбом, я каждый записал в CD формате, ну и заодно все альбомы на один mp3 – я же не знаю какой проигрыватель у тебя.

– Сейчас кофе доварю и покажу.

Он повернулся к турке, взял левой рукой два кубика сахара из вазочки и бросил в кофе.

Сделал шаг в сторону плиты и повернул ручку, нажал кнопку розжига и услышав, что газ зажёгся, повернул ручку до упора. Пламя стало минимальным. Он поставил турку на огонь и замер, прислушиваясь. Я тоже замер, даже старался дышать через раз, настолько завораживающе-магическим выглядел этот процесс. Минуты через две кофе стало подниматься, и он ловко переставил его на стол и только потом выключил конфорку.

– Всё, можно расслабиться и закурить.

– Люблю курить под кофе.

– Вообще я образно – пепельниц у меня нет, сейчас кофе налью и покуришь на балконе.

– Через часик? – я рассмеялся.

– Дай хотя бы пару минут кофе настояться. Кофе – он суеты не любит.

– Да, очень было похоже на ритуал.

– Ну, может быть. Тебе виднее. – он подмигнул.

Наверное, было слышно, как у меня упала челюсть и стукнула об пол, потому что он добавил.

– У меня не работают зрительные нервы, а не мышцы глаз. А насчёт ритуала – любое приготовление пищи, если без суеты, есть набор необходимых действий в определённом порядке, что попадает под определение ритуала. А многая пища носит ритуальный характер – еврейская маца или православная кутья. А кофе – сам по себе напиток магический. Ну а порядок строго целесообразен в данном случае. После заливания кофе водой он всплывает и образует пену на воде, поэтому через минуту имеет смысл её разрушить, для чего вполне подходят пара кусочков сахара, тем более что сахар, добавленный в воду, улучшает аромат и крепость напитка при варке. Ну а выждать пару минут после – это чтоб кофе насытилось. Раньше я вообще раза три кофе поднимал, прежде чем по чашкам разлить. Сейчас так уже не получается на слух. А ты как-то по-другому варишь кофе?

– Да просто засыпаю, заливаю кипятком и ставлю на огонь. Как начнёт убегать – снимаю. Иногда успеваю, чаще нет. – я улыбнулся. – И турка у меня меньше, чуть больше чашки.

– А у меня турка большая. И в этом вся проблема… Наливать одну чашку я не могу – убежит. А кофе убегать не должно. Оно вообще закипать не должно. Поэтому я каждый день варю две чашки. И обе я выпиваю один. Вторая чашка остывшего кофе – это то, от чего я не могу избавиться… Кстати, уже можно разливать. Чашки на полке, возьми, пожалуйста.

Я взял пару чашек и разлил кофе, турку машинально сполоснул и повесил на крючок. Я чувствовал себя так уверенно, как будто уже не раз готовил кофе на этой кухне, а с Ильёй был знаком много лет.

– Спасибо. Теперь можно идти в зал. Возьмёшь кофе?

– Да, конечно.

– Спасибо.

Он прошёл к комнату первым и сел в ближнее к двери кресло. Я поставил кофе на журнальный столик и сел в другое.

– Магнитофон в стенке. Эмпэтришки тянет, но лучше поставь просто последний альбом.

Пока я ставил диск он уже нащупал кружку и пил кофе маленькими глотками.

– Диски я там рядом все положил. Специально подписал каждую коробку, так, чтобы наощупь можно было определить.

– Шрифтом Брайля? – он улыбнулся.

– Нет, всего лишь клеевым пистолетом. На коробке большими цифрами год, ну и на одном написано mp3. Сами диски не придумал чем подписать.

– Диски не надо. Я буду аккуратен. Диск послушал – убрал, достал следующий, чтобы коробки не перепутались. Спасибо.

Я сел в соседнее кресло и взял чашку в руку.

– Кстати, на балконе можно покурить.

Мы вышли на балкон, Илья вошел следом и прикрыл дверь в комнату, потом прислушался и снова открыл.

– Запах табачного дыма в комнате меня совсем не раздражает, а вот музыку так совсем не слышно, – пояснил он. – Нормально вроде, хотя надо тексты послушать. По стилю вроде мало что изменилось, ну разве что аранжировки чуть посложнее стали, ну да это естественно – не пацаны уже. В тур по России значит поехали?

– Ага. И концерт прям шоу, с группой на разогреве, дымом на сцене и киловаттами света и звука.

– Ну значит нашёлся и для них толковый продюсер. Они этого были достойны.

Я щелчком выкинул окурок вниз. Илья этого не услышал, то ли сделал вид, что не услышал. «А вообще здесь удобно, зачем нам торопиться в комнату?»

Мы молчали, я слышал, как проехал автомобиль во дворе, ветер шумел листвой.

– Птиц не слышно, и ветер слишком сильный. Через час дождь будет… Тучи есть?

– Далеко – есть.

– Ну значит через полтора. Ну ты как, взбодрился?

– А? Да вроде. Вкусный кофе.

– А рассеянность всё-таки твоя не прошла…

– Почему?

– Ну ты же пришёл, потому что электричества дома не было?

– Ну я диски принёс, а электричества не было, да.

– Так диски принёс или пластинки патефонные? – он рассмеялся.

– Диски.

– То есть мы не патефон сейчас слушаем? – он рассмеялся ещё сильнее.

И тут до меня дошло…

– Электричество включили!

– Аллилуйя!

– А вы как узнали? Так уверенно мне сказали – включай диск.

– Да розжиг на плите у меня от розетки, а не пьезо. Я тоже машинально нажал, а он возьми и сработай. Ну тогда и понял.

– Вот блин.

– По этому поводу у меня к тебе просьба и совет. Просьба – не называй меня на Вы, я себя ископаемым чувствую. Тебе по голосу лет двадцать пять.

– Двадцать три пока.

– А мне тридцать пять всего лишь. Двенадцать лет – это не разница, тем более с учётом ситуации.

– Ну окей, буду тыкать. А совет какой?

– У меня на полке, на второй, ближе к правому краю, стоит книга Ошо, «Осознанность». Возьми её и прочитай, по возможности. Мне она уже всё равно ни к чему, а тебе актуально. Осознанности тебе не хватает. Отрешённый ты какой-то.

Мы вышли в зал. Илья сел в кресло, опустевшую кружку поставил на столик. Он прекрасно ориентировался в квартире.

Я почти сразу нашёл книгу – Илья очень точно указал её место – пятая справа, на средней полке.

Сев в кресло я пролистал книгу, прочёл аннотацию на обложке и положил книгу на столик.

– Поможет?

– Ну пока ты ведешь себя как парень умный, только немного «загнавшийся» что ли… Рассеянный, несобранный, не наблюдательный. Ты как будто не живешь – по теченью плывёшь… По теченью плывёшь, да… Был у меня такой стих. Сейчас вспомню.

Это всё похоже на правду

Но ты знаешь что всё это ложь… Что будет – то будет

Ты вряд ли изменишьЧто было – то было

Уже не вернёшь… И ты не живёшь -По теченью плывёшь…

– Ты писал стихи?

– Да, немного, штук сто плюс-минус. Ерунду всякую рифмовал…

– Ну этот вроде не-ерунда.

– Да так-то примитив, вот только сейчас понимаю, что почти по Ошо – есть лишь два дня, в которых ты ничего не можешь сделать – вчера и завтра.

– А что плохого в «плыть по теченью»?

– Не плыви по течению, не плыви против течения, плыви туда – куда тебе надо. А для этого надо ОСОЗНАВАТЬ КУДА, – он выделил два слова интонацией, – тебе надо.

Я молчал, ещё раз перечитал аннотацию на книге.

– Вот, кстати. Ты весь альбом послушал?

– Ну да, вроде.

– Что они сейчас спели?

– Делай что можешь2…

– С тем, что имеешь, там, где ты есть. Музыка в русском роке вторична, главное – слова. А ради музыки и ритма можно и папуасов послушать.

– И что мне делать?

– А что можешь? Можешь отнести книгу домой и прочитать, – он улыбнулся.

– Ещё могу бокалы помыть после кофе. – я улыбнулся.

– Да я вроде и сам умею.

– Илья, мне не сложно, правда.

– Спасибо.

Вымыв бокалы, я вытер руки полотенцем. Полотенце было мятым и не очень свежим.

– Илья, а ты давно не видишь?

– Ну я вроде говорил уже – пару лет.

– А продукты, уборка?

– Ну наловчился как-то. Готовлю наощупь, стираю в машинке, гладить, конечно, не глажу. Справляюсь вроде, а что?

– Да не, удивляюсь просто. Хотя пыль кое-где есть и полотенце кухонное я уже постирал бы. В общем я над тобой шефство беру, на бытовом уровне.

– А я над тобой в культурно-просветительском тогда.

– Годится. – я рассмеялся.

– Впрочем у меня к тебе ещё одна просьба есть. Пелевин наверняка за эти пару лет две-три книги написал. Можешь на диск аудиоверсию найти?

– Думаю да.

– Вот без чего мне сложнее всего – это без чтения. Радио всё больше по музыке, да новости, ну и трёп ведущих пустой между.

– Ну ладно, Илья, я пойду. Пока, слушай диски, принесу аудиокниг в следующий раз.

– Да, спасибо. Ты захлопни там просто.

– У тебя вроде не щелкунчик?

– Нет, но дверь то не на распашку, да и ладно. Ты часто в своём подъезде двери проверяешь – у кого закрыто, а кого – нет?

– Ни разу не проверял.

– Ну вот что и требовалось доказать. Никто ко мне на крайнем этаже не вломится.

Он протянул мне руку. Я попрощался и уже через минуту выходил из подъезда.

Дома я выключил свет в прихожей – забыл, когда уходил. «Точно, электричества же не было. Осознанность…»

Я посмотрел на книжку в руке и кинул её на диван в комнате. Лёг, щелкнул пультом включения телевизора, включился музыкальный канал – впрочем, что-то другое мы почти не смотрели – музыка всегда шла фоном. Под музыку мы читали, целовались, наводили порядок и даже ругались. Ругались мы обычно не всерьез, и даже те пару раз, что ссора переходила на повышенные интонации, заканчивались бурным сексом под непрекращающуюся музыку из телевизора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.