Gray Hunt, Gray (Малик) Hunt (Эльмурзаев)
Без Лица

«Без Лица» – Том 1

Жанр: детектив с элементами романтики.

Главные герои:

•      Ава Рейнс – талантливая, но замкнутая. Криминалист. В прошлом потеряла близкого человека, после чего ушла в себя. Сейчас работает в отделе по расследованию особо жестоких преступлений.

•      Кристиан Хант – харизматичный, но мрачный детектив с репутацией «охотника на призраков» – он берется за дела, которые другие давно списали в архив. Его методы не всегда законны, но почти всегда эффективны.

Сюжет:

Город охвачен страхом: неизвестный убийца охотится на людей, лишая их лиц – буквально. Тела находятся без признаков насилия, но с удалёнными чертами лица. СМИ называют его «Безликим». Преступник не оставляет следов, будто исчезает в воздухе.

Аву вызывают к одному из таких дел. Она сталкивается с Хантом – детективом, который ведёт расследование втайне от полиции, словно уже знал, что жертва появится. Их встреча – холодная и напряженная, но очевидно, что у них есть общая цель.

По мере расследования между ними завязывается сложная динамика: доверие сменяется подозрением, а холод – сильным влечением. Но чем глубже они копают, тем яснее становится: убийца не просто маньяк. Он знает что-то о прошлом и Авы, и Кристиана – и играет с ними как с фигурами в шахматах.

Мертвый взгляд

Холод вползал под воротник, когда Ава Рейнс вышла из машины. Город был сер, как пепел. Даже небо – безжизненное и тусклое – будто знало, куда она едет. Машины скорой уже уехали. Осталась только полиция и мёртвое безмолвие. Переулок за станцией метро был огорожен жёлтой лентой, по которой тонкой плёнкой скользил утренний туман. Запах мокрого асфальта и чего-то железного – то ли ржавчина, то ли кровь – въелся в нос. — Он лежит там, – коротко бросил дежурный и кивнул в сторону тупика. Ава шагала медленно, вглядываясь вперёд. Под ногами чавкала грязь. У стены, между мусорным контейнером и разбитым фонарем, лежало тело. Мужчина. Темный пиджак, дорогой. Кожа чистая. Уложен аккуратно, почти с почтением. Но лицо… Его не было. Гладкая поверхность кожи, там где должны были быть черты. Ни глаз, ни рта, ни носа. Будто кто-то стёр его лицо, как рисунок с бумаги. Ни крови, ни ран. Просто – пустота. Ава застыла. Холод пробежал по позвоночнику. Ни один из десятков трупов, которых она видела, не вызывал в ней этого ощущения. Страх и восхищение. Она подошла ближе, присела на корточки, всматриваясь. Тело не тронуто. Вокруг – ни следа борьбы. Он был мёртв ещё до того, как сюда попал. Но кто-то положил его здесь. И сделал это так. – Убийца оставил послание, – раздался сзади мужской голос. Она обернулась. Стоял мужчина, высокий, в темном пальто с воротником, поднятым против ветра. В руках – зип-пакет. Он протянул его ей. Ава поднялась, не сводя с него глаз, и взяла пакет. Внутри – сложенный пополам лист бумаги. Газетные вырезки. «Лицо – это маска. Я снимаю их.» Её пальцы чуть сильнее сжали пакет. Сердце отбивало глухие удары. Эти слова… Они были не просто странными. Они были заявлением. Она медленно подняла взгляд. – Кто вы? – Кристиан Хант, – сказал он спокойно. – Меня вызвали из Вашингтона. Я веду дело “Безликий”. Или, по крайней мере, вел. Пока он не исчез. А теперь – вернулся. Имя было знакомым. Она читала о нём. Агент, который специализировался на серийных убийцах. Один из тех, кто не просто строит досье – а знает, как думают монстры. Ава кивнула, и сдержанно промолвила – Ава Рейнс. Следователь департамента. Это теперь и моё дело. Они обменялись взглядами. В его глазах – холод и усталость. В её – подозрение и решимость. Хант чуть склонил голову, вновь посмотрел на тело. – Он начал сначала. Это только первая. Ава снова взглянула на изуродованного мужчину. Но теперь – по-другому. Это был не просто труп. Это было послание. Она поняла: Охота началась…

Холодный контакт

Ава не вернулась в свой офис сразу. Она поехала домой – в ту самую старую квартиру с облупленными стенами, которая когда-то была полна жизни, а теперь стояла холодной, как тень. Но даже здесь, в тишине, с беспорядочно разбросанными папками и пустыми чашками на столе, было проще думать. Её мысли метались, не находя устойчивой опоры. Лицо – это маска. Почему эти слова звучали так знакомо? И кто мог изобрести нечто настолько пугающее? Она долго сидела в темноте, разглядывая фотографию, которую Хант оставил в её руках. Её собственное лицо на снимке было молодым, неосвещенным тревогой. Тот момент был так далёк – и в то же время так близок. Что-то в этом деле держало её. Что-то незримое, но настоятельное. Когда же она всё-таки пошла к себе в кабинет, там был уже Хант. Он стоял у окна, скрестив руки, будто ждал её, или же – как он сам сказал – “перспективы”. В его фигуре было что-то ледяное, но с примесью чего-то беспокойного. Глаза, скрытые под шапкой теней, казались слишком понимающими. – Я ожидал, что вы сразу приедете, – сказал он, не поворачиваясь. – Это не так просто, – ответила Ава, снимая пальто и сбрасывая его на кресло. Хант обернулся, его взгляд был прямым и откровенным, почти как у человека, который понимает больше, чем хочет раскрыть. – Вы уже в курсе, кто такой «Безликий», – начал он. – Это тот самый убийца, который исчез несколько лет назад. Его жертвы были разнообразны, но их объединяло одно – каждый был «лишён лица». Он буквально выжигал их наружность, словно подчищал следы. Ава смотрела на него, думая, что этого она уже знала, но как-то не могла соединить детали. Всё это казалось кошмаром, в который она не верила до конца. — И как вы объясняете этот труп? – спросила она, разглядывая его реакцию. – Почему вернулся именно сейчас? Хант не ответил сразу. Он сделал шаг к столу, взял чашку с холодным кофе и встал напротив неё, не торопясь. – Он оставляет знаки, – сказал он, – как будто намекает, что мы должны следовать его играм. Он точно знает, что будет следующим. Ава ощутила, как холодок пробежал по спине, и не потому, что воздух в комнате был пронизан туманом. – Знаки? – спросила она, пытаясь понять его. – Что вы имеете в виду? – Он не просто убивает. Он подталкивает нас к своим действиям. Наша работа – искать, найти и поймать. Но он всегда на шаг впереди. Ава почувствовала, как нервное напряжение затягивает её мышцы. В её руках сжалась ручка от нераскрытого досье. Она заглянула в лицо Ханту, в поисках чего-то, что могла бы понять. Но ничего не было. – Почему ты до сих пор следишь за этим? – наконец спросила она. – Почему ты здесь? Я думала, что ты отошёл от этой работы. В вашем деле никому не удавалось поймать его? Хант сделал паузу. Потом ответил: — Я не могу позволить ему снова ускользнуть. Мы с ним уже встречались. Он сдался тогда, но я уверен, что он помнит меня. Сейчас всё начнётся снова. Ава сделала глубокий вдох и кивнула. Она поняла. Хант был как она. Он не мог отпустить. Они оба были закованы в этот мир, где не было правил, только игры, которые они не могли остановить. И пока ее глаза следили за каждым движением его рук, она почувствовала, что начала понимать его. Он не был обычным коллегой. Он был тем, кто никогда не забудет. – Нам нужно работать вместе, – сказала Ава. Хант улыбнулся холодной, едва заметной улыбкой. И, как всегда, не сказал ни слова.

Вспышки

Тело всё ещё было перед глазами. Даже спустя несколько часов. Даже когда Ава вернулась домой, сбросила куртку, уставилась в стену – и пыталась отвлечься, она всё равно видела его. Безликое лицо, идеально гладкая поверхность кожи, как будто человека никогда и не существовало. На кухне мерцал одинокий светильник. Комната казалась чужой, будто её перестроили в её отсутствие. Всё было не на месте: чашка стояла не там, где она её оставляла, стопка журналов казалась слишком аккуратной. Она быстро оглядела квартиру – всё вроде цело. Но тревога поселилась внутри, цепляясь за грудную клетку ногтями. Ава подошла к зеркалу в коридоре и посмотрела на своё отражение. Свет резал глаза. Усталость читалась в каждом изгибе ее лица: тени под глазами, напряженная линия челюсти, усталый, но бдительный взгляд. И вдруг – вспышка. Не света, а памяти. Она снова в той квартире. Стоит перед телом. Видит гладкую кожу, чувствует запах сырого бетона. И… голос. “Ты не спасла его.” Ава отшатнулась от зеркала, резко выдохнув. Глупость. Она слишком давно не спала. Её мозг играет с ней. Она включила музыку, наугад. Джаз. Не её стиль. Просто чтобы не было так тихо. Тишина усиливает страх. Резкий стук в дверь заставил ее вздрогнуть. Она подошла медленно, беззвучно, как хищник. Посмотрела в глазок – пусто, никого. Открыла дверь – на площадке тоже пусто. Только лёгкий ветер, проникающий сквозь щель в окне на лестнице. На полу – конверт. Белый. Без подписи. Сердце сжалось. Руки дрожали, когда она подняла его и вернулась внутрь, захлопнув дверь, словно прячась от чего-то невидимого. Открыла, а внутри – снимок. Распечатка камеры наблюдения. Она. Сегодня. В переулке, у тела. И подпись чёрным маркером внизу: “Ты видишь трупы. А я – их сны.” Ава сжала снимок, почти порвав его. Это не просто игра.

Это война…

Кто ты такой, Кристиан Хант?

Утро началось с тишины. Не той, в которой можно отдохнуть, а той, что пугает. Когда воздух кажется слишком плотным, а звуки – слишком отдалёнными. Ава проснулась с ощущением, что кто-то стоял у её кровати всю ночь. На кухне капал кран. За окном – сирена. Мир шёл своим чередом, но у неё внутри всё стояло. На столе – всё тот же снимок. Она. Переулок. Подпись. “Ты видишь трупы. А я – их сны.” Это не угроза. Это предупреждение. Или приглашение. В участке Хант ждал её в переговорной. Он не улыбался. Он вообще никогда не улыбался. Но сегодня в его взгляде было что-то ещё. Что-то настороженное. – Получила конверт? – спросил он. Она кивнула и положила снимок перед ним. Хант взглянул мельком, не удивился. – Это значит, что он знает, кто ты, – сказал он. — И выбрал тебя, не случайно. — С чего ты решил, что это всё – снова его работа? – спросила она. – Убийца давно исчез. Мёртв или сбежал. Пять лет – тишина. – Потому что мы с ним уже пересекались, – сказал Хант. – Он любит возвращаться. Он не убивает случайно. Он собирает людей, истории и эмоции. Ава пристально посмотрела на него. – Ты знаешь, кто он? Хант помолчал. Потом произнёс: – Я думаю, он раньше знал меня, лично. Когда я ещё работал под прикрытием. Я охотился на него. И он это чувствовал. – Почему ты ушёл? – Потому что я допустил ошибку, – сказал он. – Дал ему уйти. Подумал, что поймал. А он… выскользнул. И исчез. Хант посмотрел на неё, прямо, без паузы: – Я вернулся, чтобы закончить это. И мне нужна ты. Ава засмеялась коротко, сухо. – Почему именно я? Из всех? – Потому что он выбрал тебя. А значит – боится. Она замолчала. Он не блефовал. В его голосе не было сомнений. Ава встала. Посмотрела на снимок, затем на Ханта. – Хорошо. Тогда начнём. Но если ты мне врешь – .. – Я не вру, – перебил он спокойно. – Никогда. Она кивнула. Теперь они были в этом вместе. И на этот раз – никто не уйдёт без лица.

Запах гари – мрачная, напряженная, полная нарастающей тревоги и первой ниточки из прошлого Ханта.

Подвал пах гарью. Старая мастерская под складом была покрыта толстым слоем пыли, и всё же в воздухе стоял резкий запах – как будто кто-то недавно жёг бумагу, одежду, что-то живое. Ава стояла посреди этого пространства и смотрела на обугленные остатки ящика, в котором, по словам Ханта, нашли первые улики. – Что здесь было? – спросила она. – Архив, – ответил он. – Неофициальный. Хранили всё, что не попадало в протоколы. Материалы, которые нельзя было использовать в суде. И кое-что… личное. – И всё сгорело? – Не всё, – Хант подошёл к стене и снял лист фанеры. За ним оказался сейф. Старый, с потертым замком и следами копоти. Он открыл его без ключа, просто – кодом, который явно помнил наизусть. Внутри – одна папка. Тонкая. Белая. Подпись от руки: “Кейс: Мартин Бэйл”. Ава достала папку, открыла. Первое, что она увидела – фотография мужчины. Молодой. Тёмные волосы, острое лицо, светлые глаза. Подпись: Бэйл, Мартин. Подозреваемый. Исчез 2019. – Это он? – спросила она. – Возможно, – сказал Хант. – Тогда не доказали. Ни одного прямого улики. Только совпадения. Его видели рядом с тремя жертвами. Один свидетель описал, что он говорил странные вещи. О «новой коже», об «очищении». – Псих? – Харизматик, – уточнил Хант. – Люди ему верили. Или боялись. Трудно сказать. Ава листала дальше. Записи, заметки, странные фразы, вырванные из допросов: «Они не заслуживали лиц». «Ты не видишь, что они все одинаковые». «Они не люди – только оболочки». – Почему дело закрыли? – спросила она. – Ты же знал, что он может быть им. Хант замолчал. Сжал кулак. Говорил медленно: – Потому что я тогда нажал не туда. Удалил важную улику. Не специально. Он знал, что я ошибся. И он исчез. Он посмотрел на Аву. В его взгляде больше не было уверенности. Только вина. – Думаешь, он вернулся ради тебя? – спросила она. – Нет, – сказал Хант. – Я думаю, он вернулся ради нас. Тишина. Ава взглянула на снимок Мартина Бэйла. Лицо не запоминалось. Но в глазах было что-то знакомое. Слишком живое. Почти… празднуют. – Если это он,