Юрий Александрович Сорокин
Прекрасная ясность

© Сорокин Ю.А., текст, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

«Как отпечаток лапы древней…»

Как отпечаток лапы древней
На антрацитовом угле,
Как отблески луны неверные
На занавешенном стекле,

Остывший пепел от костра
И эхо выстрела в ущелье,
Листва, опавшая вчера,
Следы прошедшего кочевья,

Воспоминание о боли,
Казавшейся невыносимой, —
Слова, которые позволили
Произнести невыразимое.

Как будто на плите могильной,
Пыль вековую удаля,
Читаю надписи старинные
О том, кем был когда-то я.

19 мая 2024

«Их пять – одноклассниц – за нашим столом…»

Их пять – одноклассниц – за нашим столом,
Бутылка кагора открыта одна.
Полвека прошло – эти годы долой,
Я десятиклассник и пьян без вина.

Здесь пять неизвестных в природе существ, Финал неминуемых метаморфоз,
Десятого класса пять тонких невест,
Пять бывших носительниц бантов и кос,

Пять бабушек… Боже, о чём разговор!
Как ночью в чужом огороде цветы
Украли… Какой-то сломали забор…
Сирень… И как вместе упали в кусты…

Не помню забор и молчу невпопад.
Где было крыло – под лопаткой – болит.
А может быть, юность вернётся назад.
Пять бабочек рядом. Кагор не допит.

27 апреля 2024

Поездка на родину

Город, в котором я жил, умирает.
Кладбище чаще людей забирает.
Площадь пуста, и на улицах пусто,
Ленин у школы мне кажется грустным.

Трубы завода теперь не дымятся,
В Цюрих уехал собственник акций.
Надо признать объективность момента —
Кончилась глина, сырьё для цемента.

Сгнили трибуны вокруг стадиона,
Праздным стоит Дом культуры районный.
Всё, что я помню, на месте осталось,
Всё, что любил, навсегда потерялось.

Может быть, Родина – это не место.
Может быть, это лишь память про детство.
Больше никто не махнёт мне с перрона.
Поезд ушёл, я в последнем вагоне.

28 апреля 2024

В Питере

В Петербурге, на Малой Конюшенной
Будем белые ночи встречать,
По фасадам, изящно разрушенным,
Будем прошлые жизни читать.

На квартире с балконом французским
Будем жить просто так, наугад,
Парковаться во дворике узком,
Совершать по утрам променад.

Заходить в Эрмитаж ненароком
На полчасика или на час, —
Прогуляться без цели, без срока
Среди греческих статуй анфас.

Жить без «Яндекса», «Гугла» и прочих
Обязательств текущего дня,
И тогда, может быть, среди ночи
Ты ещё раз полюбишь меня.

1 мая 2024

На острове Врангеля

Медведь засел на станции полярной,
В штабном вагоне учинив разгром.
Стоит без окон старая пекарня,
Лишайником зарос аэродром.

На мачте флаг висел советский, —
Теперь здесь белая сова.
И чайки реют с криком детским,
Песцов ударить норовя.

Так вот каков последний акт,
Так вот каким он будет,
Когда закончится контракт,
Когда исчезнут люди.

4 мая 2024

Когда-нибудь

Когда-нибудь это случится,
Когда-нибудь произойдёт,
И в двери твои постучится
Последний непрожитый год.

Не зная назначенных сроков,
Не сможешь его опознать.
Дозволено только пророкам
Свой век на земле сосчитать.

Устроено так мирозданье,
Законы его таковы:
Открыто им страшное знанье,
В счастливом неведеньи мы.

Нам – радости жизни простые,
Им – только молитвы и пост.
Нам страшно, а эти святые
С улыбкой идут на погост.

15 мая 2024

Девяностые

Промчалось лихо девяностых,
И век двадцатый миновал.
Давай не будем философствовать,
Кто приобрёл, кто потерял.

Давай простимся со страною,
Она была на всех одна,
И посмеёмся над собою,
Махнув, не чокаясь, до дна.

Какими были дураками
И ты, и я, и вся страна,
Когда своими же руками
Вели на царство пахана.

Он, не закусывая, правил,
Пока приспешников толпа
Шестую часть Земли украла,
Молясь на идола бабла.

Мы сдали Родину без боя,
Мы не ходили на врага.
Десятилетье роковое
Прошло у стойки кабака.

Давай отставим комплименты —
Не заслужили орденов.
Нам не поставят монументы, —
Мы не пришли в Бородино.

21 мая 2024

Март

Перчатки и шапку запрятал
В далёкий – до осени – угол.
А селезень хрипло прокрякал,
К любви призывая подругу.

Уже и грачи прокричали,
И пруд среди сосен оттаял,
Зимы броненосец отчалил,
Свободный фарватер оставив.

Уже где каток был, там лужа
Бездонное небо вмещает.
А дворник не вышел – недужит,
Поминки метелям справляет.

Но вдруг наверху потемнело,
Две тучи подол разодрали,
И белое рыхлое тело
Зимы у меня под ногами.

Вернулись снега неурочно,
Каток и дороги накрыли,
Мороз леденеет полночно,
Холодные звёзды застыли.

Я руки в карманы засунул,
Мне б только до дома добраться.
На всё воля Божья, подумал.
Заплакать бы и засмеяться.

19 марта 2025

Инопланетяне

Молодость тянется к сложности,
Старость зовёт упрощать.
Старость сжилась с невозможностью,
Молодость хочет мечтать.

Старость живёт на планете,
Где сила тяжести велика.
Молодость старости и не заметит,
Мимо неё проплывёт в облаках.

Молодость вовсе не знает о старости,
Старостью молодость не испугать.
Старость не ведает, что она старость.
Ей каждый день всё равно двадцать пять.

31 мая 2024

Старость

А старость приходит неявно,
Как кошка крадётся она,
Ступает неслышно и плавно
И смотрит глазами без дна.

Со старостью ходит бессонница,
Когтями стучит по ночам.
Забытое силится вспомниться,
И совесть идёт по пятам.

Всё худшее вроде случилось,
Всё лучшее позади.
Но сердце пока затаилось
И бьётся зачем-то в груди.

6 июня 2024

В Дагестане

Выходишь утром из отеля,
И сразу в центре сковородки.
Передвигаясь еле-еле,
Проходишь термообработку.

От солнца некуда укрыться,
В тени плюс тридцать пять!
Зачем покинул я столицу,
Там холода пришли опять!

А здесь печёт немилосердно,
Вот если заберёт шайтан,
Я должен получить посмертно
Медаль «Он ездил в Дагестан».

Я как пожарный на пожаре,
Течёт с меня горячий пот.
Мне надо срочно в Заполярье,
Нужны мне снег, луна и лёд.

Но говорит мне дагестанка,
Вся в чёрном с ног до головы,
Когда на завтрак спозаранку
Идём, уже полумертвы:

«Сегодня чудная погода!» —
И в ту минуту ясно мне,
Какие разные народы
Живут в одной большой стране!

7 июня 2024

Детская логика

Взрослые могут жить превосходно:
Взрослым позволено есть что угодно —
Могут на первое слопать пирожное,
А на второе объесться мороженым.

Могут на кресло с ногами забраться,
Могут до ночи в море купаться,
Могут весь день провести у соседа,
В танки играя до самой победы.

Могут с друзьями не расставаться,
Могут совсем никого не бояться,
Правду рассказывать начистоту,
Взять и исполнить любую мечту.

Но почему у них так получается:
Годы идут, а друзья не встречаются?
Что это значит, когда говорится:
Только дурак никого не боится?

Как различают, о чём не мечтать?
Как научились о правде молчать?
Что-то не так происходит у взрослых, —
Не начинается завтрак с пирожных!

8 июня 2024

Письмо Валере Коновалову с каспийских берегов

Пишу тебе, Валера, с каспийских берегов
И вот что доложить готов:
Курорт, в котором мы сегодня обитаем,
По-моему, не хуже, чем Патайя,
Где, правда, я ни разу не был.
Во всяком случае, картинка та же:
Всё желтое и вечнозеленое на пляже
И куча развлечений на потребу,
Включая даже
Возможность полететь куда-то вертолётом.
Когда-то здесь лежало грандиозное болото,
С тех пор прошли мильоны лет, и ветер
Проделал множество пещер
В холмах песчаного ракушечника,
Они – холмы – за нашею спиной.
А перед нами от полоски пляжа
                                                            и до горизонта
Зелёная волна ленивая лежит,
Но, может быть, и синяя, – зависит
                                                            от того,
С какого ракурса турист-бездельник
                                                            на неё глядит,
И сколько цветовой насмотренности у него,

Неизбалованного созерцанием
                                    французских живописцев
(Моне, который Ка, Мане, который Э,
                                                иль нашего Куинджи,
Последний, впрочем, может быть
                                                объявлен украинцем,

Как только в Киеве до Википедии
            дотянется рука,
Но про это не будем мы пока).

Местечко наше называется Манас,
Что по-индийски значит интеллект,
Откуда следует, что древние индийцы
Тут побывали много раньше нас.
Теперь здесь Дагестан,
Одна из горных стран
По-тюркски,
Или, по-нашему, Империи субъект.
Империя, заметим, торжествует:
Все вывески на русском, все говорят
            по-русски,
Хотя народ нерусский.
Различия, конечно, существуют
В сравнении с рязанским архетипом.
Акцент кавказский, милая привычка
Не различать родов и падежей,
И простота, в кавычках,
С которой местные ребята в костюмах
            фирмы «Адидас»

Подходят к девушкам московским: «Маша! Я хочу вас!» Когда же Маша поясняет,
Что муж недалеко,
Влюблённый тут же исчезает, Легко
            И многословно извиняясь.

Вниманье наше привлекает
Огромный транспарант, висящий
            над бассейном.
Большие буквы извещают,
Что в воду надо заходить
В купальниках и плавках,
И только в них. Для справки:
Имеется ввиду процесс, обратный
            натуризму
Или публичной наготе.
И оцени изысканность комизма —
Администрация предупреждает:
Не надо лезть в бассейн в хиджабе.
А впрочем, публика курорта
Вполне свободна от одежды,
Особенно приезжие.
На пляже каждый волен появиться
            в шортах.
Но для поездки в город, или, тем более,
            в село

Рекомендован протокол. Дресс-код.
            Условия его
Просты и однозначны: ничего,
Ни сантиметра тела, за исключением лица,
Не может быть открыто взгляду другого
            человека.

Придётся выполнять. Мы ж – россияне.
Не европейцы, и не азиаты,
            и уж тем более не американцы,
Которых зарифмую я с засранцами,
Учитывая, что они творят
            Повсюду.

Вчера мы побывали в сельском ресторане.
Нас угощали ЧУДУ —
Тончайшие лепёшки с зеленью и сыром,
Как говорится, ум отъешь.
Увы, но чуда
Не произошло,
И я прибавил пару килограммов.
На выходе из ресторана нас окружили
            местные ребята,

Мальчишки в возрасте не старше десяти,
У каждого в руках пакеты с ароматом —
Цветками липы, чабрецом и мятой.
– Купите, дяденька, за сто рублей!
Купили, а куда деваться,
Надо же стараться
Поддерживать на родине туризм.
Да и аромат отечества нам сладок и приятен…
Мы едем дальше, и опять
Нас окружают местные ребята.
На сей раз им по двадцать пять,
Теперь они пытаются продать
На катере прогулку по реке,
текущей в пропасти Сулакского ущелья.
Спускаемся. Плывём или, скорей, летим,
Вздымая брызги и глотая ветер,
По речке, запертой плотиной,
По-над затопленным аулом,
Меж скал, поросших саксаулом…
Ещё мы были на бархане:
Большая куча из песка,
Которую мы покорили.
Но если б знать заранее,
Что ничего, кроме песка,
Нет на вершине,
Я б посидел в тени, пока
Другие на жаре
Ползут по выжженной пустыне,
Чтобы увидеть поскорей,
Где Сухов откопал Саида
И где сей странный эпизод,
Так поразивший наш народ,
Попал на киноплёнку…

Назад мы едем по дороге —
Она не хуже, чем в Москве.
Водитель жалуется: камеры записывают
            строго,
Кто без ремня, кто с телефоном, —
И это тоже как в Москве.
Мы едем мимо тысячи теплиц —
«Нет ничего прекрасней наших помидоров»,
Не успеваю рассмотреть я лиц
На пролетающих плакатах с именем героев,

Участвующих в СВО.
Но вот табличка, на зеленом фоне
Слова простые: «Помни об Аллахе».

Мечеть, еще мечеть.
А это? Ракета
Или фабричная труба?
А вот и нет —
То минарет.
Германский гений архитектурный
Воздвиг проект контркультурный,
Мечеть
В наимоднейшем стиле лофт.
Для знатоков.
Как говорится, вся Европа, пожалте
            в гости к нам…

А вы откуда? – разговорились по душам.
А, из Москвы! Стандартный вариант.
Тут всюду москвичи. Они скупили
            всё: дома, заводы, реки…
Но мы не принимаем реприманд:
В Москве не только чебуреки,
Но магазины и аптеки,
Заводы, рынки, депутаты, —
Всё, что ничьим было когда-то,
Теперь кому-нибудь принадлежит.
И чаще это не Иван,
А Абдулла или Рамзан.
Наш собеседник улыбается,
Мы дружески прощаемся,
Пробили звёзды небосвод,
Урчит наполненный живот.
Но затянулось письмецо,
Пора бы завершать.
Все плюсы, в общем, налицо,
А минусы… Да что о них писать!

4 июня 2024

Александр. Эпитафия

Его карьера началась,
Когда в двенадцать лет
Он человека в первый раз
Отправил на тот свет.
Он просто так его убил,
Безвестного раба,
И труп холодный притащил,
И заявил свои права:
Теперь он может убивать,
И нет причины,
Чтобы ему не воевать,
Как всем мужчинам.
Сражений он не пропускал
С тех пор ни разу,
В пятнадцать лет он отдавал
Войскам приказы.
И тридцать тысяч фалангистов,
Не знающие страх,
Готовые к убийствам,
Ходили с ним в боях.
Он в двадцать лет добыл корону
И место занял своего отца
На царском троне,
Залитом кровью мертвеца.
Минуло дней совсем немного,
И юный царь опять в седле:
Теперь он понял: место Бога
Свободно на земле.
Пришла минута провиденья,
Взметнулась царская рука,
Запела флейта к наступленью,
И двинулись войска.
Как зверь, сорвавшийся с цепи,
Как огненная лава,
Двенадцать царств они прошли,
Двенадцать лет кровавых.
Как острый нож пронзает сыр,
Как жерновами давят масло,
Они разъяли целый мир,
И солнце для него угасло.
Мужские трупы истлевали
На пепелищах городов,
Вороны небо закрывали
Сетями чёрных облаков.
Рабов грузили на триеры,
Солдаты пили в исступленьи…
…Но где-то наверху, наверно,
Закончилось терпенье.
«Бог» умер от панкреатита,
От воспаленья железы,
И там, где плоть его зарыта,
Никто не уронил слезы.

12 июня 2024

Время

В детстве у времени
Нет измерения.
Жизнь бесконечна,
Мы будем вечно.
Больше никто никогда не умрёт,
Скоро лекарство наука найдёт!

Взрослому время —
То ещё бремя.
Надо повсюду успеть.
Только с другими случается смерть,
Всё успевается,
Жизнь не кончается.

Старость узнала,
Что времени мало.
Жизнь пролетела,
Как кукушка пропела.
Смерть на пороге.
Пожить бы немного!

14 июня 2024

«Непонятно, зачем алфавит…»

Непонятно, зачем алфавит
Был использован в странном порядке
И кому и о чём говорит
Этот столбик в старой тетрадке.

Высыхают стихи, как трава,
Выцветают чернила и краска,
Просто буквы и просто слова,
Просто чья-то посмертная маска.

Только некоторым суждено
Через головы поколений
Залететь белой птицей в окно,
Белым солнцем выйти из тени.

17 октября 2024

Разговор с пуделем Дарвином, которому исполнилось 14 лет

Ну что, мой друг ушастый,
Четыре лапы, хвост и нос!
Как вспомнить, сколько же злосчастий
Ты бессловесно перенёс!

Ты помнишь даму с телефоном
На «Мерседесе» за рулём?
Она, не глядя, по газону
Промчалась левым колесом.

Ребро, две сломанные лапы,
И с позвоночником беда.
Сказали твёрдо эскулапы:
Уже не встанет никогда.

Через два месяца воскреснув,
Ты прыгал и хвостом вилял,
Но, правда, красных «Мерседесов»
На всякий случай избегал.

Два раза кровь переливали —
Два раза клещ тебя кусал,
Хирурги брюхо разрезали —
Пакет с костями ты сожрал.

А вот ещё был эпизод!
Овчарка без намордника
Напала, выбежав из-под ворот
У дома подполковника.

Нам говорили: очень жаль!
С такою жуткой раной
Собака выживет едва ль.
Но ты воскрес нежданно!

Мне утром тапки приносил,
Лизал меня и в нос, и в уши,
Из всех своих собачьих сил
Раскрыв свою собачью душу.

Я тут недавно подсчитал:
Ты, брат, пять раз лежал в больнице.
Пять раз, наверно, побывал
У света с тенью на границе.

Встречать как праздник каждый день,
Ни жалобы, ни грусти…
Старик, таких, как ты, людей
У нас, увы, негусто!

15 июня 2024

Про Одессу

Приехать однажды в Одессу,
Прийти на полуденный пляж,
Укрыться в тени под навесом,
Вписавшись в ленивый пейзаж.

Летучего йода морского
Молекулы жадно вдохнуть,
Медуз раздвигая рукою,
В зелёную воду нырнуть.

Попробовать снова молдавского
Забытый черешневый вкус…
Ну, что же, Одесса, здравствуй!
Ведь я обещал, что вернусь.

16 июня 2024

Memento Mori

Пожалуй, стоит вспоминать почаще
Про старую каргу с железною косой,
Которая встречает нас разящим
Ударом, отправляя на покой.

На фоне предстоящего прощания
Померкнет дней текущих суета,
И из души в испуганном молчании
Полезет мелких бесов гопота.

Твоих грехов косые соглядатаи
На свет появятся, и тут
Гони и бей скорей рогатых,
Пускай быстрее от тебя бегут.

Чем чаще думаешь о смерти,
Тем дальше отбегают черти.

25 июня 2024

Чукотский сонет

Давай поедем далеко,
Нам надо ещё раз
Увидеть земли цвета молоко
И небо цвета серых глаз.

Наутро сядем в вездеход,
Поедем в тундру.
Морошку, жёлтую, как мёд,
Есть будем с грунта.

Потом поедем к океану,
Где разгорается пожар, —
Там опускается в нирвану
Светила раскалённый шар.

А ежели догонят нас медведи,
То никуда с Чукотки не уедем!

29 июня 2024

Костыли

Мы бежали на закате,
С нами фотоаппараты,
С нами суперобъективы,
С нами лидер коллектива
Михаил, турист со стажем,
И другие персонажи:
Обе тётеньки из Омска
И какой-то тип посольский,
Два матроса из команды,
Ну и блогеров вся банда,
Также Надя, вамп-блондинка
Со своею половинкой, —
Николай, четвёртый муж
И отставленный к тому ж,
А последней ковыляла,
Костыли переставляла
Прапрабабушка из Сочи,
Рассердившаяся очень,
Что не может нас догнать
И рискует опоздать.
Мы бежали вдоль залива
Ледовитого разлива,
По морскому побережью,
Где моржи тусили прежде,
По камням большим и малым.
Небо полыхало алым,
Солнце быстро опускалось
И исчезнуть собиралось
В глубине морской пучины.
Вдалеке мерцали льдины.
Мы бежали километр.
Продуваемая ветром
Арка впереди стояла, —
Что-то вроде филиала
Стоунхенджа англичан,
Чукчей местных талисман,
Или попросту дыра
В скалах. В общем-то, игра
Бесконечных сил природы,
Тысяч лет плохой погоды,
Волн и ветра сочетанья,
Шутка Шефа мирозданья…
В этой дырке зависало,
Торжествуя и устало,
Солнце на одно мгновенье,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.