Анатолий Штольц
Холод – 5. Новый мир. Ронин

Глава 1

Итак, я – ронин. Это самурай утративший своего князя или добровольно ушедший со службы своему клану. Я – изгой, пока не отомщу или не выполню свой долг. И Лида, потерявшая своего мужа, и Сашка, потерявший своего отца – они тоже ронины, пока не отомстят. Один убийца – студент Ванька, уже убит Лидой, теперь остаётся племянница Меняйловская – Аня, которая приняла участие в расстреле моего дяди и его друга. Её достанут, рано или поздно: Лида оказалась мстительной и беспощадной женщиной, да и Сашка особо церемониться не будет за своего отца. Кровная месть, умноженная на личную неприязнь – это смертельный коктейль, эдакая наша доморощенная вендетта. И Лиду с Сашей можно понять! А вот мой долг перед Петровичем – это выполнение его задумки – вывести людей из бункера в безопасное место, в лагерь для беженцев. И когда я сделаю это, тогда я стану по – настоящему свободным от прошлого и избавлюсь от клейма ронина.

Я сидел на вершине холма, с которого мне было видна дорога и моя расстрелянная и брошенная машина, место, где нашли свою смерть мой дядя и его друг Николай. Удобное место для засады, ничего не скажешь – подъём дороги , да ещё и с поворотом на вершине! Тяжело груженная машина Петровича явно была вынуждена сбросить скорость, карабкаясь вверх по подъёму. Странно, что Петрович и дядя Коля попались на такой дешёвый трюк с обгоном их машины и расстрелом! Видно, что не ожидали! А было ли всё так, как рассказала мне Лида? Теперь я не совсем уверен в этом, после её преображения в школе – из спокойной и покладистой женщины она вдруг превратилась в откровенную стерву , да ещё и убивающую так хладнокровно!

Лида сказала, что похоронила Петровича и дядю Колю сразу возле дороги. Далеко она бы не смогла бы оттащить тела двух достаточно крупных мужчин, значит, если трупы закопаны, то только недалеко от брошенной машины. Я должен проверить, чтобы понимать, что меня не подставляют и не используют втёмную!

Я острожно спустился с холма и залёг невдалеке от хутора, в котором нашёл Лиду и раненного Сашу. Долго и внимательно осматривал полуразрушенные строения в монокуляр, прислушивался и принюхивался – нет ли запаха дыма от костра. Хутор был безжизненным, или казался таким. Острожно, крадучись вдоль стен, я обошёл все строения хутора – никого! Зашёл в сарайчик, где прятались Лида и Саша, внимательно всё осмотрел и не нашёл ничего, что могло привлечь моё внимание. Ладно, теперь можно будет спуститься вниз, к моей бывшей машине, расстрелянной неизвестными, по крайней мере на хуторе лёжки снайпера нет, так что пулю в спину никто не пустит.

Я оставил рюкзак на хуторе, завалив его досками, а сам, налегке, с винтовкой в руках, спустился вниз, и сразу залез под машину – так меня достать с холмов с обеих сторон будет намного сложнее. Отлежался пару минут, внимательно прислушиваясь – тихо. Потом я вылез из – под машины и осторожно обошёл её, прижимаясь спиной к её корпусу, выпасая в прицел винтовки холмы вокруг – тихо, никакого движения и блеска оптики. Думаю, что меня сейчас никто здесь не пасёт, но задерживаться явно не стоит. Заглянул в кабину – лобовое стекло полностью разбито, на сидении поблёкшие бурые пятна – на водительском месте и пассажирском. И ещё – в замке зажигания торчал ключ, и в положении выключенного двигателя. Я повернул ключ в замке зажигания – двигатель завёлся и весело заурчал. Тот, кто убивал Петровича и дядю Колю даже не удосужился заглянуть в кабину, чтобы забрать из замка ключ – видно, что были дела более важные – перестрелка, например. А вот Лида почему не забрала ключи, когда бой закончился? Интересно! Я тут же выключил двигатель и обошёл ещё раз машину вокруг – передние колёса полностью спущены. Итак, машина на ходу и брошена по причине пробитых передних колёс. Я закрыл задние двери пустого фургона и стал внимательно осматривать землю вокруг машины, расширяя круг поисков и ища следы захоронения Петровича и дяди Коли. И вскоре нашёл два продолговатых холмика в рост человека – вот они, могилы! Лопата лежала метрах в пяти от них. Я не стал разрывать могилы, чтобы удостовериться, что в них лежат Петрович и Коля, а наоборот, взял лопату и насыпал холмики повыше и помассивнее, а затем плотно утрамбовал их.

Задерживаться не стал, а быстро, насколько мог, петляя, взобрался на холм к хутору, забрал рюкзак и притаился с винтовкой в руках, прислушиваясь к малейшим шорохам вокруг. Уже стремительно вечерело, и ночь сейчас наступит мгновенно – словно кто – невидимый выключает свет. Так и получилось – через несколько минут я оказался в полной темноте. Но вскоре глаза привыкли и я острожно двинулся по холму вперёд, к Антохино. Но не прошёл я и десятка шагов, как услышал шум двигателя машины, двигавшейся по дороге со стороны деревни, куда я направлялся. Я быстро вернулся в развалины и занял удобную позицию, с которой мне было видно в темноте белое пятно моего брошенного на дороге фургона – машина со стороны Антохино проедет мимо фургона – другой дороги нет.

А вот и машина! Знакомый светло – серый джип, это наш, школьный. Заложники, шесть человек с ребёнком, явно в машину не вместились бы, значит, в нём едут антохинские на разборку со школьными – решились таки! Это не мои проблемы, а вот задача мне явно облегчается – заложники остались в Антохино при минимальной охране. Значит, пришло время наведаться к ним.

К Антохино я добрался через сорок минут – благо деревня была недалеко. Зашёл в деревню не по дороге, а обошёл огородами, затем осторожно, не включая фонарь, переулками дошёл до центра деревни, где возле полуразрушенных зданий сельсовета и почты горел костёр, возле которого сидя на ящике, грелся мужчина с охотничьим ружьём на коленях. Вот и единственный караульный в деревне! Не исключено, что есть кто – то ещё, но пока я вижу только одного. Я некоторое время прислушивался, пытаясь понять есть ещё кто – нибудь из охраны рядом, но в деревне было тихо. Ну, что – ж, пришло время поздороваться с парнем! Я снял с предохранителя своё помповое ружье, приготовив его к стрельбе, опустил его вниз на ремне, прикрыв полой куртки и спокойным шагом вышел из темноты в круг света от костра. Меня сразу заметили и караульный сорвался с места, целясь в меня из ружья:

– Стоять?! Кто такой? – голос у караульного был неуверенный – он явно не ожидал увидеть незнакомца и откровенно испугался.

Я поднял руки и спокойно подошёл поближе:

– Я – ронин.

– А что ты здесь делаешь?

– Да, вот, с друзьями шли по дороге и ночь застала. Видим – огонёк в деревне горит,

вот и решили заглянуть

– Так ты не один?! Оружие есть?

– Конечно! – я выдернул из – под полы свою помпу и от бедра нацелил её на караульного. Гражданский он, я это сразу понял, так что он, это стрелять побоится. Да и курки своего ружья он так и не взвёл – растерялся, нарисовав себе картинку, что из темноты на него нацелены стволы дружков этого странного человека, назвавшегося рониным.

– Это помпа с картечью. Один выстрел в упор – и ты превращаешься в решето. Так что опусти свою берданку и острожно положи её на землю. И останешься жив! – спокойно и тихо продолжил я. Но мой палец слегка придавил спусковой крючок помпы. Я бы выстрелил, сделай бы караульный хоть одно неверное или резкое движение, выстрелил бы на опережение – другого выбора у меня не было – или он убьёт меня, или я его, если парень решит атаковать.

Парень понял всё правильно и плавно опустил свою берданку на землю.

– Толкни ногой её ко мне! – приказал я

Парень подчинился

– Руки за голову и отойди в тень, а то мои друзья неровен час всадят тебе пару пуль в бошку!

Парень совсем поплыл и послушно заложил руки за голову.

– Спиной ко мне и двигай мелкими шагами за угол дома! – сказал я, стволом помпы указывая пленному направление движения.

В тени, за кругом света от костра, я заставил парня развернуться ко мне лицом и прижаться спиной к стене дома.

Ствол моего ружья упёрся в шею пленного.

– Не дёргайся! Сколько ещё охраны в деревне? – спокойно спросил я

– Я.. я, и ещё один – Эдик его зовут

– И где Эдик?

– Он… девку приходует, вот там, в сарае…

– Где ваши остальные?

– Уехали они

– В Россолы?

– В Рассолы, да… – испугался ещё больше пленный

– Воевать поехали? – спокойно поинтересовался я

– Да, наших отбивать…

– Рассолы уже здесь, а твои кореша уже не вернутся!

– Как, не вернутся?!

– А вот так – их отправили в страну вечной охоты

– А я?! Что со мной будет? Я ведь никого не трогал! – горячечно зашептал пленный

– Ты хороший парень и останешься жив, если поможешь мне!

– А что нужно делать? Я всё сделаю! – в голосе пленного появилась надежда

– Много не нужно – просто ответь на мои вопросы – сделав небольшую паузу, сказал я

– Хорошо! Спрашивай!

– Твой Эдик вооружён?

– Нет, нам оставили только одно ружьё на двоих

– А пленные где?

– В погребе закрыты, вон там, возле того дома

– Машина, Уазик где?

– За магазином, во дворе

– На ходу машина?

– На ходу, только бензин весь слили, чтобы джип заправить

– Понятно! А теперь – веди меня к сараю, где твой Эдик, девку приходует. Руки опусти! Повернись! Иди медленно и не делай резких движений! Закричишь – конец тебе! Всё понял?!

– Понял! Понял!

– Тогда вперёд! – и я подтолкнул пленного стволом ружья.

Глава 2

Сарай возле полуразрушенного дома напротив сельсовета, практически не пострадал. Сквозь слегка приоткрытую дверь пробивался свет.

Я тихо сказал пленному:

– Позови своего Эдика, скажи, что ты тоже хочешь девку поиметь! А как он выйдет – ляжешь, где стоишь, чтобы я тебя не задел случайно. Понял?

– Понял!

– Тогда вперёд!

Я встал за стеной возле двери, ружьё опустил и стал ждать второго караульного.

Пленный подошёл к двери, приоткрыл её и громко спросил:

– Эй, Эдик! Скоро ты там?

Из глубины сарая раздался недовольный мужской голос:

– Мелкий, ты полный дебил, весь кайф мне ломаешь! Чего тебе там приспичило?!

– Да я тоже хочу девку поиметь, а то наши скоро вернуться и не до этого будет!

– Ладно, сейчас кончу и выйду! Или заходи, вдвоём повеселимся!

– Не -е, я сам хочу!

– Ладно! Хрен с тобой, жди, я скоро!

Я жестом показал пленному, чтобы он ложился на землю. Тот послушно лёг, ногами к двери, прикрывая голову руками.

Я ждал. Врываться сейчас в сарай, оставив за спиной врага, было опасно.

Вскоре мужчина в сарае застонал и на его стон наложился стон женщины. Наконец – то!

– Полежи, Эдик, возле меня! Дай мне минуту!

По голосу я узнал женщину – это была Аня.

– Некогда разлёживаться! Ещё Мелкий хочет тебя трахнуть. А времени мало – наши скоро приедут! – сказал невидимый мне мужчина, судя по голосу уже в возрасте.

– Успеем! Мелкий – скорострел, не то, что ты! – ещё раз попросила Аня.

– В другой раз! Лежи, ты класно выглядишь – вся такая вкусная, голая и горячая! Было бы время – пошёл бы по второму кругу, так этот дебил припёрся!

– Эдик!

– Всё, всё! Потом!

Раздался шорох одежды и вскоре в проёме двери показал коренастая мужская фигура:

– Давай, Мелкий! Дама готова и ждёт! – короткий смешок и из сарая вышел мужчина – невысокий, но широкий в плечах – такой не испугается на слова. Я коротким взмахом, вложив всю силу ударил мужчину прикладом ружья в живот. Тот охнул, сложился пополам и рухнул на колени. Я добавил ему ударом ноги в голову, от души, или от страха – неважно. Эдик мешком повалися на бок. Так – то оно надёжнее! Не скоро отойдёт этот Эдик!

– Ключи от погреба с пленными у кого? – спросил я Мелкого. – Поднимайся! Живой твой Эдик!

– У меня ключ

– А от машины?

– Ключи в машине, в бардачке

– Понятно! А теперь тащи своего Эдик к погребу с пленными!

Пока Мелкий возился, разворачивая тело Эдика на спину, я заглянул в сарай и громко сказал:

– Анька! Одевайся! Веселье закончилось!

Девушка вылетела одетая из сарая через минуту, и молча со страхом уставилась на меня.

– Чего смотришь? Удивлена? Давай, помогай Мелкому тянуть этого хряка к погребу!

Аня молча включилась в работу.

Потом с ней разберусь!

Я быстро заглянул в сарай – никого, возле кучи тряпья на полу тускло светит керосиновая лампа. Я двинулся за Мелким и Аней, тянувшими Эдика, который весил, как я понимаю немало. А вот и погреб! Я подсветил фонарём: на дверях амбарный замок.

– Открывай! – приказал я

Мелкий, немного повозившись со старым заржавевшим замком, наконец открыл его.

– Тащите Эдика вниз! А пленные пусть выходят!

Вскоре из погреба вышли бункерные, щурясь на свет фонаря. Спящий ребёнок был на

руках у Светки. Вот кому досталось больше всего – так это ребёнку!

Я закрыл замок на двери и оставил ключ в замке.

– Эй, Ронин! – раздался голос Мелкого за дверью

– Чего тебе?

– Дай нам какой – то свет, хотя бы керосинку из сарая!

– Перебьётесь! И сиди тихо, Мелкий, я повторять не буду – отправлю тебя вслед за Эдиком!

Мелкий затих и, судя по шагам, отправился вниз, в глубину погреба. Посидят без света, ушлёпки – как держать пленных, да ещё и с малым ребёнком в темноте, так нормально, а самим посидеть в погребе – так требуют свет! Потом ещё и одеяла потребуют, и горячее трёхразовое питание, и Аньку на десерт! Наглость этих парней антохинских даже не удивляет – она раздражает! Упоение силой и безнаказанностью быстро меняет людей, и не в лучшую сторону. По крайней мере эти ушлёпки даже сопротивления мне не оказали. Думаю, сюда в стаю к антохинским сбилось много таких людей, которые в одиночку не смогли бы выжить. И это понятно – слабые кучкуются возле сильных, такова логика стаи, логика выживания в экстремальных условиях.

Я повернулся к бункерным, которые нерешительно топтались рядом:

– Чего стоите?! – мрачно сказал я. – Двигайте к костру, погреетесь, а потом решим, что с вами дальше делать! А ты, Анька, останься – разговор есть!

Бункерные молча отправились к костру, а Аня осталась .

– Смотри, Анька! Кратко о ситуации: Антохинские, которые поехали в Рассолы за бензином днём, перешли на сторону Лиды и Сашки. Ваньку, твоего хахаля, Лида застрелила – пытался схватиться за автомат. Ваши остальные поехали недавно на разборку в Рассолы. Ничего им там хорошего не светит – их или перебьют, или они сдадутся. Так что, скоро Лида будет здесь, по любому – нужно добро вывозить из Антохино. А вот что с тобой лично Лида сделает, я не знаю. А теперь, Аня, рассказывай, что там на дороге произошло, зачем вы с Ванькой убили Петровича и дядю Колю? Говори честно, а я подумаю, как твою подлую шкуру спасти, да и остальных бункерных тоже.

Девушка всхлипнула:

– Ты защитишь меня, Андрей?

– Я сказал – подумаю! Рассказывай, кратко и по делу – времени мало!

– А нечего рассказывать, Андрей! Я не могу, я дала слово!

– Кому?

– Неважно!

– Вот как?! Даже если от этого зависит твоя жизнь?

– Да! Я поклялась, как и все наши – держать язык за зубами!

– Ясно! Иди к остальным! – кивнул я

– Ты спасёшь меня, нас? Ты же пообещал, Андрей! Я же никого не убила, это правда! Почему ты мне не веришь?

– А должен верить? Давай, Анька, двигай к костру! Сейчас будем разбираться с всеми вами.

– Ты один, Андрей?

– Какая тебе разница? Двигай, давай!

Мы подошли к костру, возле которого нахохлившись и подняв воротники курток сидели бункерные, протягивая руки к тёплым языкам пламени.

– Так! Поднялись все! Светлана с ребёнком может сидеть! – скомандовал я.

Бункерные сбились в плотную группку, в которую я толкнул и Аню.

– Слушайте сюда! – сказал я, положив правую руку на своё ружьё, висевшее на ремне. – В двадцати километрах отсюда есть лагерь для беженцев, куда вас и вёз Петрович. Если хотите жить и не быть проданными в рабство – двигайте отсюда по дороге, к рассвету дойдёте! Это всё, что я могу для вас сделать! Ваше спасение – в ваших ногах! А теперь – шевелитесь!

Люди молча пошли по дороге к выходу из Антохино. Один из мужчин взял спящего ребёнка у Светы на руки и понёс его. Ребёнок спал, доверчиво положив головку ему на плечо. Жалкое зрелище, конечно, но деваться этим людям некуда – нужно спасаться!

Вскоре беженцы растворились в ночной темноте.

Глава 3

Я сразу отправился искать Уазик, который нашёл чуть дальше по улице возле полуразрушенного здания сельского магазина. Ключи, как и сказал Мелкий, действительно лежали в бардачке. Попытался включить двигатель – бесполезно. На датчике топлива – полный ноль, слили бензин основательно. Завести машину не удастся.

Я минуту подумал, что мне делать дальше: дожидаться гостей, или уходить вслед за бункерными? Гости могут быть разные: если антохинские получили по щам от школьных и успели смыться, то они вернутся сюда, если они подмяли школьных – то тоже вернутся, за Уазом, чтобы топливо вывозить из Россолов. Если школьные одержали верх – то Лида приедет в Антохино, чтобы вывозить запасы. Встречаться ни с теми, ни с другими мне не хотелось – эта встреча не сулила мне лично ничего хорошего. С антохинскими понятно – я напал на их людей и забрал пленных, которых они хотели отвезти на рынок, поэтому со мной они церемонится не будут. Если приедет Лида со своими боевиками, то будут искать бункерных, особенно Аньку, а их нет. Мелкий тут же расскажет, что я их отпустил – Лида сразу же пошлёт погоню, или не пошлёт – не знаю. Но мне с Лидой в данной ситуации говорить особенно не о чем, я просто потеряю время, а могу и жизнь потерять. Короче, мне тоже нужно уходить, раз машину завести не удалось!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.