Светлана Хлыстова
Не изменяй себе. Кодекс притягательной женщины

Обрети свою внутреннюю опору.

Выйди из предательства себя.

Открой в себе силу выбора.

Излечись от ложной любви.

Насладись собой – здесь и сейчас.

Построй здоровые отношения.

Предисловие, которое читают

Я писала не просто книгу, чтобы поделиться опытом. Я создавала пространство, где каждая женщина узнаёт себя – и начинает жить иначе. Чувствуя каждое слово телом, замирая сердцем. Слушая мой голос, боль, силу, которые много лет молчали, но хотели кричать наружу. И эта книга изменила и меня саму.

Здесь, я не лечу вдохновением, из серии «полюби себя» и «настройся на успех», я вскрываю правду про тех, кто падал, тянул, терпел, и теперь встал. Я не даю «мотивашку», я даю возможность прожить опыт и стать живой и чувствующей. Я пишу опытом, образами – в души, в сердца, в надежду.

Почему эта книга имеет все шансы стать твоей любимой?

Глубина – я захожу в тему, в которую боятся идти многие.

Образность – реальные женщины в своих квартирах, говорят, выворачивают душу наизнанку, как есть. Я показываю, не меняя смыслы и фразы. Это больно – зато узнаваемо.

Формат-терапия – не просто читаешь, а меняешься в процессе.

Моя честность – почувствуешь, что ты сама прошла весь этот путь. Это не книжная теория – это внутренняя революция.

Коммерческий потенциал – каждая глава как курс, лекция, продукт.

Моя личная реакция? Я бы не поставила эту книгу на полку среди других, а держала бы рядом, на спальной тумбочке, в любимой сумочке. Снова и снова возвращаясь к нужным главам, когда почувствуешь – «надо».

Ты держишь в руках книгу, которую не передашь подруге, на время, почитать и вернуть, а скажешь: «Она мне слишком дорога, она моя, купи пожалуйста свою». Не дашь почитать маме. Не оставишь, не забудешь. Она всегда будет рядом, с тобой, на виду, как любимое фото в рамочке, на самом видном месте. Ты будешь с гордостью обладать ею как браслетом Cartier, как новенькой Бентли, а потом ты кое-что поймешь, но об этом позже…

Эта книга – как твоё самое дорогое, красивое и любимое нижнее бельё. Как письмо себе на случай конца света. Как напоминание о том, кем ты на самом деле всегда была – до того, как научилась молчать, терпеть, забывать себя.

Она слишком личная. Слишком живая. Слишком настоящая, чтобы быть «ещё одной книгой о саморазвитии».

Каждая страница – как открытая вена. Каждая глава – как зеркало, которое нельзя разбить, но которое покажет твою внутреннюю правду. Каждое слово – как удар, который потом станет твоим крылом бабочки.

И ещё кое-что.

Если ты хочешь, чтобы это было только твоё, чтобы никто не прикоснулся к этим строчкам, к голосу твоей души, если ты хочешь, чтобы между тобой и этой книгой был настоящий союз, тогда купи свою собственную.

Свою.

Не чужую. Не занесённую ветром на полку. Не подаренную кем-то между делом. А свою. Выбранную тобой. Купленную тобой. Обретённую тобой.

И тогда, возможно, на первой странице будет стоять мой автограф. Лично для тебя. Как клятва: «Не изменяй себе. Никогда. Ни за кого. Ни за что».

Эта книга расскажет тебе многое, но самое важное – ты не обязана быть идеальной. Ты не обязана быть сильной. Ты не обязана всё понимать, прощать и терпеть. Ты не обязана быть удобной, гладкой и благодарной за крохи внимания. Ты не обязана быть сильной для всех. Ты не обязана всех спасать.

Но есть одна вещь, которую ты действительно обязана – не изменять себе. Ты обязана быть честной – перед самой собой. Ты не обязана всех спасать. Но ты обязана спасти себя – хотя бы один раз в этой жизни.

Ты будешь узнавать себя на этих страницах. Ты будешь плакать. Ты будешь злиться. Ты будешь вспоминать то, что давно закопала. В обрывках чужих историй, которые будто бы про тебя. В фразах, от которых будет ком в горле. В главах, после которых захочется выйти на улицу, глубоко вдохнуть и сказать: «Хватит. Всё. Я больше не буду жить не своей жизнью».

Но ты будешь возвращать себя.

Для этого просто прочти ее. До конца.

И выйди из этой книги – другой. Настоящей. Такой, какой ты когда-то была. До того, как научилась предавать себя.

Готова?

Тогда мы начинаем.

Ты – главная героиня этой истории.

Ты – её автор.

Ты – её спасение.

Все образы клиентов, описаны не с позиции суждения, а что бы в них узнавались реальные женщины.

Введение

Ты не проиграла – ты просто поверила, что не заслуживаешь победы.

Ты была не права только в одном – когда-то подумала, что ты недостойна. Неумышленно. Неосознанно. Не специально. Но в какой-то момент – возможно, в детстве, возможно, в подростковом возрасте, возможно, в первом болезненном опыте любви – ты посмотрела на себя и решила: «Я не такая, как надо». «Не красивая, не умная, не удобная, не желанная, не заслуживающая того, что хочу».

С этого всё и началось. С этой одной – единственной, но роковой мысли.

Ты не была слабой. Ты не была глупой. Ты не была неинтересной. Ты просто однажды – в обстановке, где тебя недолюбили, не увидели, не защитили – сделала вывод: со мной что-то не так. И, чтобы это «не так» компенсировать, ты начала выбирать не себя.

Ты решила – стану хорошей. Стану нужной. Стану правильной. Построю отношения, заслужу любовь, заработаю одобрение. И тогда, может быть – почувствую себя достойной.

Но чувство «достойности» не пришло.

Потому что оно не приходит извне. Оно либо внутри – либо ни где.

Ты была не права только в этом – что поверила, будто это правда. И всё, что происходило дальше – соглашения на меньшее, молчание, когда хотелось кричать, удерживание людей, которые не любят, – всё было не потому, что ты слаба. А потому что ты решила, что не имеешь права на большее.

Женщина не начинает предавать себя сразу. Это происходит в тишине. Когда ты один раз сказала «ничего, потерплю». Один раз подумала «ну кто меня ещё полюбит?» Один раз согласилась на меньшее – «лишь бы не быть одной, или по тому, что того самого пока нет».

Сначала – маленькая трещина. А потом – ты не узнаёшь себя в зеркале. Красивая. Яркая. Уникальная. Трескается на тысячи мелких осколков. И за ней встает другая. Уставшая. Грустная. Пустая. Та, что всегда в роли той, кто «терпит», «держится», «дотягивает», «подстраивается».

Твоя внутренняя женская сила никуда не делась. Ты просто свернула её внутрь и спрятала далеко.

Ты не была слабой – ты просто слишком рано решила, что не имеешь права быть собой.

И сейчас ты читаешь это – и, возможно, впервые чувствуешь, как возвращается память. О том, кем ты была ДО. До предательства. До молчания. До этого внутреннего сжатия.

Вот с этой точки начинается путь обратно.

Не к той, которой «должна быть» – она осталась там в россыпи мелких осколков. А к той, которой была до того, как решила, что недостойна. Та, что что может быть разной, и сильной, и слабой, и обычной, и идеальной. Главное – своей. Для себя. Слышать себя и радоваться – «да это я». Хоть раз в этой жизни – полностью, бескомпромиссно, честно.

Это книга о том, как это сделать.

Поэтому, ты просто должна её прочитать. До конца. И выйти из этой книги – другой. Настоящей. Такой, какой ты когда-то была или сейчас мечтаешь, но тебе страшно, ты даже себе в этом боишься признаться. До того, как научилась предавать себя. Ради других.

И ещё кое-что, что ты должна знать.

В конце каждой главы тебя ждет интересное, нужное, полезное, глубокое. Это не дополнение. Не красивый бонус. Это – заземление.

Я веду тебя через эмоциональный путь. Ты проживаешь, ты осознаёшь, но, чтобы это встроилось в тебя, твою новую жизнь – нужен якорь. Без якоря это останется «прочитала и забыла». С телесной фразой, конкретным действием на материи – это прожила, запомнила, почувствовала.

Что именно дают такие якоря:

Интеграция: эмоция закрепляется не только в голове, но в теле.

Возвращение в себя: ты выходишь из роли «читающей», входишь в роль «живущей».

Опора на ощущение, а не мысль – это ключевой принцип и психотерапии, и системной психологии.

Повторное обращение к телу даёт силу: «я чувствую, значит, я есть».

Возможность распечатать, прикрепить на видное место, проговаривать, делать практику – и это уже продукт.

Часть I.

Грязная правда о предательстве себя

Не про розовых пони, а про боль, слезы и унижения, которые женщины встраивают в норму.

Ты удивишься, сколько боли можно назвать «нормой». Сколько предательств себя можно упаковать в «я просто люблю его». Сколько ударов – психологических, эмоциональных, а иногда и физических – мы учимся называть «просто характер такой». Сколько отказов от своих чувств – в обмен на внимание, безопасность, статус, иллюзию семьи, страх начинать отношения снова.

В этой части не будет розовых фраз. Не будет «будь собой» и «всё наладится».

Здесь будет жизнь такой, какой она бывает, когда ты теряешь себя, чтобы удержать другого.

Здесь – первая боль. Здесь – первый «ну ладно, я потерплю». Здесь – первая сцена, где ты молча стерла свои границы. И решила: «Лишь бы он был рядом. Лишь бы не одна. Ну есть же в нем, что хорошее.»

Но правда такая: себя предавать – больнее, чем быть одной.

И если ты читаешь это – значит, ты готова к самой честной встрече с собой. Ты открываешь дверь туда, где ты сама себе говорила: «Не сейчас. Неважно. Потерпи. Промолчи».

Но теперь – ты будешь говорить другим. И ты будешь слушать. СЕБЯ.

Глава 1. Хватит предавать себя ради него

О незаметных уступках, которые разрушают личность

Ты не заметила, с чего это началось. Ты не проснулась однажды утром с мыслью: «А дай-ка я сегодня предам себя, скучно жить как-то стало». Не было одной яркой сцены, в которой всё повернулось. Это было по-другому. Всё произошло очень по-женски: тихо, из любви, из надежды, из желания сохранить отношения.

Он пришёл сильно позже, чем обещал, и ты промолчала. Отключил телефон на рыбалке, ты просидела два дня на нервах, по тому, потом оправдала его: «Там не ловит связь, он просто забыл предупредить». Сказал обидную фразу, а ты улыбнулась как будто не задело: «Ну, с кем не бывает, он ведь тоже человек, это эмоции». Он сделал больно, но ты сказала себе: «Сейчас не время уходить. Лучше сгладить». Не захотел тебя, ты пошла на последние деньги покупать красивое белье, устроила ему феерический вечер с мыслями: «Значит что-то во мне не так, нужно себя улучшить». Он ушел после ссоры из семьи, молча, не предупредив, не поговорив с тобой, а ты пишешь звонишь успокаиваешь, ты даже не замечаешь, что сорвалась по тому, что он опять пообещал и не сделал. Подумала: «Все так живут», – и в этом «ладно» было начало маленькой, но очень опасной сделки с собой – на разрушение.

Ты привыкла не замечать маленьких неудобств. Ты научилась от себя отворачиваться – из вежливости. Из любви. Из страха.

Ты встраивала боль в норму. Не потому, что слабая – а потому, что так делают женщины, которые хотят, чтобы их любили.

Ты убрала себя на задний план, не сказала, что тебе больно. Осталась, хотя внутри чувствовала, что нужно было уйти. Нашла объяснение: «У него тяжёлое детство», «Он просто устал», «Я же взрослая, я справлюсь», «Это всё его отец и начальники поломали». Всё выглядело логично, даже заботливо. Только это не было заботой о тебе. Это было предательство.

А твоя внутренняя королева пыталась вырваться наружу.

Она кричала:

– Ева, очнись, что ты делаешь, ты не нужна ему. Где твоя гордость?

Любящий мужчина даже на эмоциях не сбежит как трус, не обвинит тебя во всем. Он вернется, возьмет за руки и скажет:

– «Ты моя женщина Ева, слышишь моя! И я никогда и ни за, что тебя не отпущу. Прости, что ушел, что меня не было неделю. Это эмоции, но я здесь, я с тобой и я пройду этот путь с тобой до конца».

Но Ева на столько была оглушена своим страхом разрушить семью, что даже не слышала этот крик королевы.

Ты думала: «Сейчас потерплю, потом всё изменится». Но каждый раз, когда ты терпела, молчала, прощала, бегала за ним, возвращала, убеждала, ты вбивала маленький гвоздь в своё «я» в свою «внутреннюю девочку», «в свою королеву». Не с криком. Не с драмой. А тихо. Как будто занавес за занавесом ты прятала себя, пока не осталась лишь вежливая тень рядом с мужчиной, который тебя не слышит.

Так работает предательство себя – оно не громкое. Оно не с криком и истерикой. Оно начинается с уступки, которую ты сама себе не замечаешь. С мысли: «Ничего страшного, я переживу». И вот здесь начинается настоящая потеря – не мужчины, а себя. Это ты, которая раз за разом говорила себе «потом».

– Потом скажу. Потом отдохну. Потом уйду.

А потом – год. Пять. Десять. И ты вроде замужем. Вроде не одна. Но внутри – пусто. И самое страшное – ты сама себя туда привела.

В твоей голове начинают звучать чужие фразы, чужие правила – но уже твоим голосом. Это те самые интроекты: «Женщина должна быть гибкой», «Терпение – это мудрость», «Хорошая женщина всё поймёт». Они пришли из детства, из мамы, из бабушки, из фильмов, из стыда. И ты начинаешь жить не собой, а этим собранием чужих ожиданий.

Ты становишься хорошей. Понимающей. Нужной. Мягкой. До полного растворения в удобстве для других. Ты думаешь, что так и надо – что это и есть любовь. Но правда в том, что это не любовь. Это сценарий, в который ты встраивалась всю жизнь: «Если я всё выдержу, если не обидится, если буду правильной – меня не бросят».

Этот сценарий работает до тех пор, пока ты не заметишь, что всё ещё с ним, но уже не с собой. Ты выживаешь, но не живёшь. Терпишь, но не выбираешь. Держишься, но не дышишь.

Внутри может звучать гордое: «Я не жертва». Но там же – тихий голос выгоды: «Хотя бы он рядом», «Хоть какие-то отношения», «Лучше так, чем одной». Это и есть вторичная выгода – когда ты выбираешь не остаться с пустыми руками, даже если плата за это – ты сама.

Но важно понять: если ты рядом с человеком, при котором нет тебя – ты уже одна. Просто не физически, а глубоко внутри.

Я не говорю тебе бросать, уходить. Я не про мужчин. Я про тебя. Про ту точку, где ты себя ставишь на паузу, чтобы кто-то остался доволен. Где ты снова говоришь «ничего», когда сердце рвётся. Где ты молчишь, когда хочется рыдать. Где ты улыбаешься, когда тебя внутри уже нет, там пусто.

Хватит.

Это больше не любовь – это механизм самоподавления. И он включается автоматически, пока ты не выберешь себя осознанно. Не резко. Не на зло. А с уважением. Да с болью. Но с честностью перед собой.

Хочешь упражнение? Очень простое. Возьми лист бумаги и вспомни пять фраз, которые ты слышала в детстве о том, какой должна быть женщина. Напиши их. А рядом – пять ситуаций из своей взрослой жизни, где ты поступила не по сердцу, а по этим фразам. Посмотри. Узнай. И запомни: это не ты – это программа. И ты вправе выйти из неё в любой момент. Да, будет страшно. Но по-настоящему страшно – продолжать жить, не слыша себя.

Ты не приложение. Ты не удобный интерфейс для мужской боли. Ты не приз, не половинка, не компромисс. Ты – целая. И если кто-то этого не видит, значит, ты сама себя давно перестала замечать.

Я хочу, чтобы ты поняла одну вещь. То, что ты называла «женской мудростью», было систематическим предательством себя. Когда ты затыкала боль. Называла насилие «характером». Объясняла холод «усталостью». Соглашалась на меньшее – из страха остаться ни с чем.

Ты не просто молчала. Ты выключала сигнал тревоги – потому что не знала, что с ним делать. Ты не просто «понимала его». Ты делала себя прозрачной, чтобы не быть «слишком». Тебя трясло физически от повышенного кортизола, бросало в жар, бегали мурашки по телу, ты не могла ни есть, ни спать. Но все равно не слышала свое тело.

Ты скажешь: «Я не могла иначе». Да, не могла. Потому что внутри у тебя встроена программа – что лучше терпеть, чем быть одной. Что если уж отношения – то держи. Не рви. Не ломай. Не проси.

Это не твоя вина. Это твоя прошивка. Ты училась этому годами: от мамы, которая молчала в ванной, пока папа/отчим (пьяный/абьюзер) орал. От бабушки, которая говорила: «Главное, что муж есть». От сериалов, где героиня «Терпит ради семьи». Ты просто выучила эту форму выживания – и назвала её любовью.

Но это не любовь.

Любовь не требует, чтобы ты стёрлась, исчезла, и тебе было больно. Она не говорит: «Замолкни, будь мягкой, иначе уйдут». Она не рождает тревогу. Не вызывает ком в горле. И точно не превращает тебя в женщину, у которой нет жизни, кроме того, чтобы сохранить чужое присутствие рядом.

Любовь – это не сделка и не бой.

Это расслабиться и быть собой.

Не растворяться в страхе, не терпеть,

Не за чужое право – умереть.

Не замирать, боясь сказать «не то»,

Не гаснуть с мыслью «но … зато…».

Не быть хорошей, мягкой, но пустой —

С тревожным комом и чужой мечтой.

Любовь не просит спрятать голос свой,

Не требует: «Исчезни подо мной».

Не превращает в тень, в туман, в покой,

Где ты живёшь, лишь бы остался «он» – любой.

Она как дом, где можно просто быть,

Не ждать удара, не бояться жить.

Где ты – живая, в теле, в голосе, в пути,

И выбирают – не за маску, а за ТЕБЯ – вперед идти. (Автор)

Знаешь, как распознать, что ты себе изменила? Когда ты боишься сказать правду. Когда тебе неловко быть собой. Когда ты перестала мечтать. Когда ты идёшь по дому, как по минному полю. Когда ты каждый день делаешь вид, что все хорошо, но каждый вечер чувствуешь: тебя не осталось, тебя просто нет.

Так больше не должно быть милая. Ты можешь вернуться к себе. И ты не обязана разрушать всё, чтобы начать возвращать себя. Ты просто должна однажды сказать себе: «Я вижу, что живу не свою жизнь. И я не обязана в ней оставаться ради кого-то».

Это не эгоизм. Это честность. Это не каприз. Это выход. Это не значит, что ты уйдёшь физически и от кого-то. Это значит, что ты вернёшься. К себе. И вот с этого начинается всё.

Что такое интроекты – и как они управляют твоей жизнью

Ты могла никогда не слышать это слово, но точно с ним жила. Интроект – это чужая мысль, убеждение или установка, которую ты проглотила как свою, даже не заметив. Без жевания. Без критики. Просто – приняла. А потом жила, будто это и есть правда, и часть тебя.

Например:

«Мужчинам нужно уступать».

«Не жалуйся – терпи».

«Семью надо сохранять любой ценой».

«Без мужика ты никто».

«Хочешь любви – будь хорошей».

«Если тебя бросили – значит, с тобой что-то не так».

«Сначала дети, потом ты».

«Стыдно хотеть больше».

Эти фразы ты слышала в детстве, в семье, от мамы, из сериалов, в школе, в социуме, в разговорах взрослых. И ты даже не думала с ними спорить. Ты просто жила по ним.

Думала: «Ну да, так и должно быть». Пока не поняла, что жизнь по этим правилам делает тебя несчастной.

Настя, красивая, яркая, рыжеволосая, что-то в ней есть ведьминское, скрытое, тайное, необычное, ей 33, она флорист в своем цветочном бутике, живёт с мужчиной, который уже десять лет не решается позвать ее замуж, который тратит её деньги, обесценивает, не помогает ни с бизнесом ни с общим ребёнком. Но она не уходит.

На вопрос «почему?» говорит:

– Свет, ну а что я скажу маме? Она и так говорила, что я плохо выбираю. Я больше не хочу слышать очередные укоры, из серии «я же говорила». И этот диалог не закончится, она будет давить пока не доведет меня до слез, и я не выдержу и уйду. Она постоянно говорит: «Раз выбрала, молчи, будет хуже. Ты сама виновата. Терпи – зато не одна. Кому ты с ребенком нужна, сейчас мужиков мало.

Это и есть интроекты. Когда ты живёшь чужими голосами внутри головы. Когда ты не выбираешь – а подчиняешься внутренним законам, которые даже не твои. Когда ты думаешь, что так нужно. А на самом деле – просто повторяешь чужую боль.

Интроекты не просто портят жизнь. Они делают тебя глухой к себе. Ты не знаешь, чего хочешь. Ты не чувствуешь, где твоё, где навязанное. Ты путаешь долг и любовь. Страх и заботу. Насилие и норму.

Но хорошая новость в том, что интроекты можно выгружать.

Прямо как вирусы из системы. Если ты начнёшь задавать вопросы:

А кто это сказал?

А правда ли это?

А делает ли это мою жизнь живой, счастливой?

…ты начнёшь отсоединяться. Ты начнёшь возвращать себе право решать. Чувствовать. Хотеть. Говорить. И это – страшно, по началу, но освобождающе, когда привыкнешь.

Что такое сценарии – и почему ты живешь не свою жизнь

Сценарий – это не план твоей души. Это – программа, которую ты получила ещё до того, как начала осознавать себя.

Ты могла родиться с огромным потенциалом, с мечтами, с ярким сердцем – но внутри уже была запись: «Ты должна…» И дальше шёл список.

Ты должна быть удобной.

Ты должна выйти замуж.

Ты должна потерпеть.

Ты должна спасать.

Ты должна не обидеть.

Ты должна быть сильной.

Ты должна «не позорить мать».

Ты не выбирала это. Ты унаследовала.

Ира, 30 лет, голубоглазая блондинка, с таким распахнутым, светлым искренним взглядом, вдумчивая, рассудительная, третий год живёт с мужчиной, который пьёт, манипулирует, контролирует. Она зарабатывает, полностью быт на ней, терпит его постоянно бухих друзей.

Когда я спрашиваю: «Ты хочешь выйти из этого?» Она честно отвечает:

– Хочу. Но внутри как будто голос – «ты не имеешь права». Уйдёшь – значит, не выдержала. Значит, плохая. Значит, подвела, предала, а я не предатель.

Это и есть сценарий.

Он говорит тебе, как должна разворачиваться твоя жизнь. И если ты вдруг начинаешь жить иначе – тебе становится страшно, стыдно, тревожно. Ты будто нарушаешь запрет. Ты чувствуешь вину. Даже если больно, остаться в сценарии безопаснее, чем выйти из него.

Сценарий – это не просто идея. Это вшитый в тело путь. Ты повторяешь судьбы женщин своего рода. Ты говоришь так, как говорила твоя мама. Ты влюбляешься в «твоего отца». Ты живёшь в клетке, на которую уже не обращаешь внимания.

Ты думаешь, что делаешь выбор. А на самом деле – просто идёшь по заданному маршруту. Без остановок. Без вопросов.

Но знаешь, что самое сильное?

Ты можешь остановиться. Ты можешь выбрать: «Я не хочу так. Я не обязана. Я разрешаю себе жить иначе.»

Это будет ломать. Это будет вызывать страх. Но это – единственный способ вернуться к себе.

Сценарии передаются. Но ты можешь быть той, кто их завершит. Ты не обязана повторять. Ты можешь переписать. У тебя есть выбор.

Что такое вторичные выгоды – и почему ты не уходишь от туда, где больно

Ты говоришь себе тихо шепотом: «Мне плохо. Я устала. Я не могу больше так». Ты плачешь, жалуешься подруге, смотришь видео о «женской силе», читаешь посты о самоценности. Ты уже знаешь всё про абьюз, нарциссическое расстройство личности, про токсичные отношения, про травму детства. Ты даже на терапию ходила. Но при этом… ты остаёшься.

Ты продолжаешь жить с мужчиной, рядом с которым угасаешь. Ты продолжаешь терпеть оскорбления, игнор, холод, контроль, вот это невыносимое чувство «я не нужна». Ты всё ещё остаёшься в том, что разрушает тебя.

Почему?

Потому что тебе что-то это даёт.

Да, это будет неприятно читать. Но я обещала тебе правду – не красивую обёртку от сладкой конфетки. Вторичная выгода – это неосознанная «польза», которую ты получаешь от своей боли. Ты страдаешь – но при этом:

Ты не рискуешь. (Если уйду, что дальше? А вдруг ещё хуже будет, я не справлюсь сама?)

Ты остаёшься «хорошей». (Терплю, значит, я молодец. Я же за семью держусь.)

Ты сохраняешь лицо. (Что скажут родители, дети, подруги, коллеги, подписчики?)

Ты не встречаешься с одиночеством. (Да, плохо. Но одной – страшнее. Ты не знаешь, что такое – свобода.)

Ты чувствуешь себя нужной. (Он же без меня не справится. Кто ему поможет? Кто за меня будет кормить и ухаживать за его собакой?)

Ты получаешь сочувствие. (Все говорят, какая я сильная. Какая бедная. Этого внимания не станет если уйду.)

Ты сохраняешь контроль. (Если я уйду – всё развалится. Я хотя бы знаю, как сейчас. А там неизвестность.)

Тоня, 40 лет, сочная женщина, мама двоих деток, успешный бухгалтер ушла в хобби – печет тортики. Я в своей работе всегда занимаю позицию понимания, принятия и без осуждающего взгляда. Но эта ситуацию даже меня всколыхнула как женщину. Муж Тони безработный уже около восьми месяцев, лежит на диване, пьёт пиво, у него кризис сорока лет, он в депрессии и не может найти себя. Она пашет на двух работах и еще успевает в NL International (сетевая компания, которая занимается продажей продуктов, в том числе БАДов, уходовой косметики и товаров для стирки и уборки). Растит детей. Всё тащит. Стонет – но не уходит.

На вопрос: «Почему не выйдешь из этого?» – отвечает:

– А кому я буду нужна с двумя детьми? Свет я потолстела, 90 кг вешу, ну не мечтают мужчины о таких как я. Я головой понимаю, но сделать с этим ничего не могу. И вообще – я не выдержу, если он уйдет. И для блога у меня красивая картинка, муж дети семья, я мамочка в декрете, реализовалась, нашла себя. Если узнают перестанут заказывать. А ещё… я, наверное, просто боюсь, что одна – это хуже. И ещё мама будет говорить, что я развалила семью, она же отчима терпит.

Тоня страдает. Но это страдание привычно. Безопасно. Управляемо. Она боится пустоты больше, чем боли.

Вот в чём суть вторичных выгод: ты вроде бы не хочешь страдать – но твоё бессознательное видит в этом выгоду. Пусть даже в виде жалости. Внимания. Отсутствия риска.

Ты остаёшься в боли, потому что боль – понятна, а свобода – нет.

Разоблачить свои вторичные выгоды – это как снять маску с собственного страха. Сказать себе: «Мне выгодно быть жертвой. Потому что в этой роли меня хоть кто-то видит. Хоть кто-то жалеет. Хоть кто-то остаётся рядом».

И как только ты осознаешь это – у тебя появляется шанс выйти. Не сразу. Не громко хлопнув с гордостью дверью, стоя с двумя детьми в руках и чемоданами в зубах. Но честно.

Ты не обязана оставаться там, где тебя нет, понимаешь, о чем я? Даже если ты научилась это красиво объяснять всем вокруг. Всё, что ты терпишь «пока» – становится твоей нормой.

Ты о такой жизни мечтаешь? Скажи честно?

Я поделюсь с тобой своей авторской методикой – глубинная восстановительная практика, соединяющая четыре уровня: бессознательное, слово, действие и тело.

ГТРК – Глубинный Телесно-Расстановочный Айдикод. Точка входа, которая вскрывает либо сознательный барьер, либо бессознательный автоматизм. Иногда – и то, и другое.

Сознание – помогает распознать чужие программы, интроекты и сценарии.

Психика – направляет внимание в глубинные причины (семейная система, опыт тела).

Тело – через якорь возвращает контакт с собой и создаёт точку внутреннего выбора, опору.

Зачем это?

Чтобы:

Запустить в сознании разрушительный, но освобождающий вирус-сомнение;

Разорвать внутреннюю идентификацию со страданием, которую ты не выбирала, но повторяешь;

Дать тебе точку разворота из автопилота в осознанность;

Помочь телесно прочувствовать возвращение к себе – не просто понять умом, а буквально почувствовать в груди и животе, что теперь ты – не жертва, не носитель чужого, а живая, выбирающая себя женщина.

Как это работает:

Вопросы – помогают увидеть чужое, что раньше принималось за своё (интроекты, убеждения, «так надо»); формируют когнитивный сдвиг: «Ого, а я ведь всю жизнь так думала, но не проверяла!» активируют наблюдение за собой и критическое мышление – без осуждения.

Фраза – выбивает из иллюзии «я сама так живу» и возвращает: нет, ты была научена. Значит – можно переучиться.

Направление к полю – фокусирует взгляд на внутреннюю правду: что не твоё, что старое, что пора отпустить.

Телесный якорь – возвращает в момент, в тело, в реальность. Без заземления не бывает настоящего выбора.

Желаю тебе приятного погружения в себя. Ты справишься, у тебя получится, ты станешь самой счастливой, уверенной, получающей все блага мира просто так, по тому, что ты есть и этого достаточно!

Вот сильные и точные вопросы к себе. Их задача – разоблачить, вывести на чистую воду, вскрыть то, что прячется под «всё нормально» и «так живут все».

ИНТРОЕКТЫ

Чужие мысли, которые ты называешь своими

Кто впервые сказал мне, что «так надо»?

А если бы я родилась в другой семье – я бы тоже так думала?

Какая фраза внутри меня звучит как приговор, но я не знаю, откуда она?

Чью слова я всё ещё повторяю, даже если они разрушает меня?

Если бы я могла удалить из головы один запрет – какой бы выбрала?

СЦЕНАРИИ

Роли, которые ты унаследовала – и не заметила

В чём я живу «по привычке», а не по выбору?

Чью судьбу я повторяю, даже если говорю, что хочу по-другому?

Где я живу как актриса: знаю, что не моё – но играю?

Что должно «случиться» в моей жизни, чтобы я наконец разрешила себе жить иначе?

Кем я могла бы быть, если бы мне не говорили, как правильно?

ВТОРИЧНЫЕ ВЫГОДЫ

Когда страдание даёт скрытую пользу

Что даёт мне боль? Что я получаю, пока страдаю?

Если я изменю ситуацию – кого я могу потерять?

Что будет, если я стану счастливой? Кому это может быть неудобно?

Чего я избегаю, пока всё плохо?

Где мне выгодно оставаться жертвой, чтобы не рисковать быть живой?

ФРАЗА

Я не выбирала это – мне это вложили.

Я не придумывала страдать – меня этому научили.

Но теперь я могу спросить: «А хочу ли я так дальше?»

НАПРАВЛЕНИЕ К ПОЛЮ

Я вижу чужие голоса в своей голове.

Я замечаю, что играю не свою роль.

Я признаю, что страдания стали моей зоной комфорта.

Я не ругаю себя. Я понимаю, откуда это.

Но я выбираю: останавливаться.

Отключать автопилот. Возвращаться в себя.

ТЕЛЕСНЫЙ КОРЬ

Сядь спокойно. Положи одну руку на сердце (Анахата), другую – на живот (Манипура).

Скажи вслух: «Я чувствую, где моя жизнь – не моя. Я отпускаю то, что не про меня. Я возвращаю себе выбор. Не роль. Не долг. Не выживание. А свой путь. Свою правду. Себя.»

Подыши медленно, глубоко. На выдохе представь, что с воздухом уходят чужие голоса, сценарии, обязательства.

Пусть останется только тишина – из которой рождается ТЫ.

Глава 2. Любовная зависимость – слезь с этой иглы

Почему ты реально была на эмоциональной игле – и как с неё сойти

Ты думала, ты просто влюблена. Просто сильно, глубоко, страстно. Ты не замечала, как превратилась в женщину, которая ждёт сообщения, как воздух. Ты следила за его сторис, читала между строк, гадала по паузам, заходила в ват сап смотрела время посещения. Он мог не отвечать тебе пол дня – и в твоей голове за это время умирал весь мир. Сжимался и обжигал все внутри живот.

Ты говорила подругам: «Я просто очень люблю». Но правда в том, что ты сидела на эмоциональной игле. Любовь ли это была – или созависимость?

Что такое созависимость – и как ты превращаешь любовь в спасение

Созависимость – это эмоциональная зависимость одного человека от значимого для него другого.

Ты перестала быть отдельной. Ты стала продолжением его настроения. Если у него всё хорошо – ты светишься. Если он холоден – ты не ешь, не спишь, не живёшь, да и не дышишь. Ты в постоянной тревоге.

Ты думаешь, ты его любишь. Ты заботишься, терпишь, поддерживаешь, ждёшь, прощаешь, глаза закрываешь. Ты надеешься, что он изменится, что всё наладится, оправдываешь «Это просто период такой» «У него просто мама холодная, он в нее». Подругам ты говоришь: «Он не плохой. Он просто раненый. Я справлюсь. Я уже все по психологии прочитала, я знаю, что делать».

Ты объясняешь его равнодушие усталостью, агрессию – проблемами на работе, холод – сложным характером. Ты тащишь. Тащишь. Тащишь на себе. Всё.

И каждый день – медленно, незаметно – теряешь себя.

Это не любовь. Это созависимость. И если ты в ней – ты это знаешь.

Созависимость – это когда твоя жизнь начинает вращаться вокруг другого человека. Ты не чувствуешь себя отдельно. Ты веришь, что достойна любви только если полезна.

Алена, 29 лет, высокая, стройная блондинка, слегка зажата и стеснительна, сидит дома воспитывает сына, для души занимается вокалом, поет по вечерам в кафе.

Пишет:

– Он не хочет со мной гулять, хотя это моя потребность и ему плевать, говорю я, плачу, кричу или манипулирую, он обещает, потом забывает, и все снова по кругу одно и тоже, ему хорошо, а я хочу с ним гулять, не одна, не с ребенком. А с ним.

Ирина, 48 лет миловидная женщина с лишними килограммами такая милая пухлость я бы назвала, которая ей идет, и создает образ такой теплой обнимающей мамочки.

Пишет:

– Про игру, это про выживание рядом с таким человеком. Было время, когда я решилась и пошла на семинар по развитию, очно. Мне в тот момент было уже все равно, что он может сделать, я поняла, что если не начну меняться, то я просто умру. Было столько скандалов, не описать. Но я справилась. Я поняла, что пока у меня не сил уйти и что-то поменять и я начала менять себя. Просто приняла ситуацию и научилась жить в этой ситуации, стала сильнее и не стала отказываться от тех ресурсов, которые есть, поставила себе цель, что хочу стать психологом и работать, чтобы свои деньги появились. Ну а про отношения просто решила, что если ему будет невыносимо со мной, когда я буду меняться, то он сам уйдет, ну ведь не уходит, меняется тоже».

– Да, то, что кармический, мне уже давно понятно. Он прилип ко мне, знаете, как женщин преследуют, вот так, не смогла от него оторваться уйти, смирилась и просто начала свою игру со временем.

Я спрашиваю обеих: «А кто ты без него?» – и в ответ тишина. Потому что они забыли, что у них есть своя жизнь. Они знают, кем, как быть рядом. Как подстроиться. Выжить. Но не знает, кем, как быть собой. Счастливой.

Созависимость – это форма зависимости. Только ты зависишь не от алкоголя, не от еды, не от шопинга – а от эмоциональной близости с другим человеком. От того, чтобы чувствовать себя нужной, важной, незаменимой.

Ты не умеешь быть в покое. Тебе нужно быть в тревоге. Если всё хорошо – ты тревожишься. Если плохо – ты включаешься.

Ты живёшь чужими состояниями, как своими.

Светлана, 31 год, бывают такие женщины и глаз не оторвать, манкая, эффектная, плавная, хочется быть в ее поле, слушать, смотреть, не уходить, а в глазах кортизол.

Говорит:

– Когда он в настроении я порхаю как бабочка. Когда он холодный, замолчал, задумался, у меня паника, тревога, жарит все тело, подскакивает кортизол. Я как будто на адреналине несусь на бешенной скорости. Мысли в этот момент, причина во мне, ему что ему что-то не нравится, что-то со мной не так, его что-то не устраивает. И я как будто умираю. Реально начинаю задыхаться. Меня трясет физически. Я не могу успокоить себя. Я звоню, проверяю, ищу, прошу, унижаюсь, возвращаю. Я ненавижу себя за это, но не могу по-другому. Как будто если он уйдет, мой мир рухнет.

Она не в любви. Она в контроле и страхе быть оставленной. Она путает напряжение с привязанностью. Она не может отпустить – потому что не верит, что без этого хаоса её вообще можно любить. Это имитация бурной деятельности.

Созависимость часто начинается в детстве. Когда ты жила рядом с холодным, отстраненным, отсутствующим, нестабильным, абьюзивным родителем. Когда тебя не любили просто так – только за «удобство». Ты училась быть нужной, чтобы выжить. Ты стала сильной, чтобы тебя заметили. Ты спасала, чтобы заслужить любовь. Когда рано осталась без важного родителя (смерть, утрата) и почувствовала себя, брошенной покинутой, сиротой.

А теперь – повторяешь. Только не с родителем. А с партнёром. Но ты можешь остановиться. Ты можешь вернуть себе жизнь. Ты можешь быть рядом – не теряя себя. Ты можешь любить – не исчезая.

Это не легко. Ты будешь чувствовать вину. Ты будешь бояться, что тебя бросят. Ты будешь путать любовь и долг. Но однажды ты скажешь себе: «Я больше не обязана спасать, чтобы быть любимой. Я могу быть собой – и быть рядом с тем, кто видит меня, а не мою функцию.» И это будет началом твоей новой жизни.

Что такое тревожная привязанность – и почему ты все время на взводе, даже когда он рядом

Тревожная привязанность – когда любишь в панике Ты не доверяешь. Ты не можешь расслабиться. Ты думаешь: «Он уйдёт». Или: «Он уже не тот». Или: «Я недостаточно хороша». Ты ревнуешь. Проверяешь. Спрашиваешь. Ты не дышишь спокойно – ты всё время начеку.

Ты можешь быть внешне спокойной, но внутри у тебя – сирена. Ты ждёшь предательства. Отказа. Исчезновения. Ты умеешь предчувствовать беду – ещё до того, как она случилась. Это и есть тревожная привязанность. Её не видно, но она управляет каждым твоим шагом.

И ты можешь оправдывать его холод, хамство, отстранённость, но на самом деле ты боишься, что, если не будешь терпеть и ублажать – останешься одна.

Ты стала заложницей этой тревоги. И ты зовёшь это «любовь». Но ты не уверена, любит ли он тебя. И даже если говорит, что любит – ты не веришь. Тебе всё время чего-то не хватает. Ты как будто замерзаешь внутри. Смотришь на телефон. Проверяешь, онлайн он или нет. Ищешь подтверждение, что он всё ещё с тобой.

Он рядом – а тебе тревожно. Он улыбается – а ты думаешь, вдруг это напускное. Он не отвечает на смс 15 минут, задерживается на 30 минут после работы – и в тебе уже начинает подниматься волна: «Что случилось? Почему молчит? Я сделала что-то не так? Я не важна. Я на последнем месте».

Это не ты «психованная», «травмированная», «ненормальная». Это у тебя тревожная привязанность. Когда любовь для тебя – это не радость, а испытание. Не опора, а ломка. Ты не можешь расслабиться, даже если всё хорошо. Потому что ты ждёшь, что вот-вот будет плохо.

Аня, 28 лет, игривая веселушка с хвостом, словно еще в душе 20, и мир полон чудес.

Говорит:

– У нас всё нормально. Он не абьюзер. Он просто занятой. Но если он не пишет мне пару часов – я схожу с ума. Я начинаю себя жрать изнутри. Думаю, наверное, я ему надоела. Наверное, он хочет расстаться. Я ему не интересна. Он со мной только по тому, что я его люблю. А потом он звонит, как ни в чём не бывало. И я делаю вид, что всё ок. Но внутри я уже на грани. И я скоро сорвусь и выскажу ему все.

Она не капризная и много требует. Она – замороженная в детстве девочка, которую не слышали. Которую не успокаивали. Которую оставляли одну – наедине со своей тревогой, болью, утратой, переживаниями. Теперь эта тревога оживает в отношениях.

Даша, 35 лет, про таких как она говорят обычная среднестатистическая женщина. Муж не изменяет, не кричит, но холоден. Не обнимает. Не интересуется.

Пишет:

– Он вроде бы рядом. Но я всё время чувствую, что должна заслужить его внимание. Я стараюсь быть идеальной. Слежу за собой. Внешность, фигура. Порядок в доме. Угадываю, что он хочет. А потом ловлю себя на том, что я просто боюсь потерять. Не человека. А хоть какую-то связь.

Это и есть тревожная привязанность. Когда ты любишь – и постоянно боишься, что это закончится. Ты не живёшь. Ты ждёшь:

что тебя отвергнут;

что перестанут любить;

что ты не соответствуешь.

Ты как будто всё время на испытательном сроке. Даже если ты в браке. Даже если вместе 10 лет. Ты словно ждешь слов: «Тест драйв окончен – брать будете?»

Тревожная привязанность – это не твой выбор. Это результат того, как тебе прививали любовь в детстве. Когда мама то была – то исчезала. Когда любовь зависела от твоего поведения. Когда тебе нужно было доказать, что ты достойна тепла. Ты запомнила: любовь = это страх потерять. И теперь ты воспроизводишь это снова и снова. Но правда в том, что любовь – это не проверка на выносливость. Это не гонка за вниманием. Это не тревожное замирание. Это состояние, в котором ты не исчезаешь как личность. Ты не сжимаешься внутри себя, чтобы остаться рядом. Ты не в ожидании «ну что он скажет». Ты не превращаешься в пустоту, лишь бы тебя не бросили.

Ты не обязана постоянно заслуживать. Ты не обязана бояться быть собой. Ты не обязана сжиматься от страха, если он вдруг замолчал. Ты – не тревога. Ты – не функция «не терять». Ты – женщина, которая может быть в контакте с собой. И вот с этого начинается исцеление.

Ретравматизация – когда ты снова и снова выбираешь тех, кто ранит

Опустошенная Ева положила телефон рядом и замерла на первом вдохе, на втором сжалась в клубок как эмбрион, прижала подушку к груди и заплакала…

– Он снова ушел, снова меня бросил. Господи скажи зачем мне опять эта ситуация? У него что каждое лето обострение? Он словно специально ушел утром от близости пообещав вечером выпить виагру, а по итогу смотрел телевизор, потом в мой инстаграм и когда я не выдерживала ожидания, убрала телефон, он молча выключил свет и лег спать. Почему я постоянно должна говорить, выпрашивать и напоминать?

Бокал вина сделал свое дело и меня рвануло. Сначала начала требовать, он побежал в туалет, потом попить воды… и дальше все я ничего не помню кроме оправданий, какой-то непонятной болтовни до пяти утра.

Я уже истерила как серена, а он молчал и оправдывался, говоря, что не знает, как решить. В душе пантера рвалась загрызть его и растерзать на части. Это так тупо – «я не знаю, как решить» … мысль «ты что не знаешь, как занимаются сексом, что тут решать, набросился и залюбил» … утром он подошел, даже сделал завтрак, позвал гулять, красить волосы, снять квартиру, все что угодно, но не меня, не обнимать и выполнить обещание.

Меня трясло и сильно тошнило. Сказала, что лягу посплю час. Он ответил, что пойдет по делам тогда, не на долго.

Я проснулась через час позвонила, он быстрым шагом шел по улице… все было понятно это очередной побег от меня. На следующий день я как загнанный в угол крольчонок писала звонила, все словно в тумане и не со мной, ну мы же это проходили, в ответ – «Я хочу развод. Я устал. Ты во всем виновата». А потом пришло это сообщение:

«Потому, что я сделал для тебя больше, чем кто-либо из мужчин, которые были у тебя раньше, а за это я уже до того дошел, что просыпаюсь ночью от кошмаров и кричу, потому что ты мне приснилась, сама свидетель видела. В общем, Ева, с меня хватит, я хочу в своем мире жить, где позавчера ночью в 12 бы пошел спать и все вопросы переносятся на завтра, не волнует, в моем мире утром я попытался всё наладить, не получается – не моя проблема. Я с собакой пошел гулять и на рыбалку. Как-то так. А ты, если хочешь, да, можешь конечно на меня обижаться – имеешь право, но без истерик, скандалов и звонков и смсок нервомотающих. Но с тобой это не прокатит, Ева.»

На следующее утро я снова попыталась наладить и здесь я осознала одну истину – «ЕСЛИ МУЖЧИНА МОЛЧИТ в ответ на сообщение, вопрос – ЭТО НЕТ, это не подумаю, и не успокоюсь потом отвечу, это четкое хладнокровное – «я выбираю себя, ты мне не нужна»».

С Евой случилась ретравматизация – это когда ты неосознанно возвращаешь себя в ту же боль, которую однажды пережила. Не чтобы пострадать. А чтобы наконец-то изменить исход. Ты снова идёшь в унижение, в холод, в отвержение – потому что внутри тебя живёт надежда: «Если я справлюсь в этот раз, значит, я победила. Значит, меня можно любить. Он изменится. Всё измениться и будет иначе.»

Марина, 37 лет. Отец бросил семью, когда ей было 4. Не звонил, не приезжал. Мама работала на трёх работах, тепла не было. На расстановке говорит, что третий мужчина подряд, сначала любит, потом исчезает. Один молча. Второй с другой. Третий «устал».

– Я снова та девочка, которая ждёт. Хочет, чтобы вернулись. Чтобы всё исправилось. Свет, я как брошенный ненужный маленький котенок на обочине жизни. Мяукаю, зову и пытаюсь вслепую нащупать хоть, что то живое и теплое рядом, но меня то сносит ветром от проезжающего КАМАЗа, то какие-то разные хищники пытаются отнять жизнь. Я больше так не могу, правда, я устала, я хочу к маме, домой там, где тепло, где меня защитят.

Эля, 29 лет. Выглядит зажатой, напряжённой, как будто всё тело как броня, что быть не сильной, а «старается быть незаметной». Плечи приподняты будто ждёт удара или сжалась от внутреннего чувства вины. Шея напряжена – «не выскакивай», «не высовывайся», голос подавлен. Живот втянут – страх, стыд, попытка «уменьшиться». Ноги сведены, походка тихая – как у девочки, старающейся пройти мимо, не шуметь. Мимика контролируемая – выражения лица почти нет или «добренькое», чтобы не раздражать. Голос тихий, иногда срывающийся, интонации с извиняющейся нотой.

Партнёр унижает её перед другими: «Ты что, глупая?», «Не позорь меня». Она говорит: «Это обидно», а он отвечает: «Не выноси мозг».

В кабинете еле говорит, у неё ком в горле:

– Меня так же мама в детстве осаживала. Я всё делала не так. То я не так оделась, то не так прошла, то не так со стола убрала, то что ты еще не помылась. В общем. Только молчи – тогда не прилетит.

Она снова в той же роли. Но теперь вместо мамы – мужчина. И вместо детской боли – взрослая драма.

Жанна, 42 года. Шея и плечи сжаты, будто несёт чужую голову, а не свою. Часто хронический тонус мышц плечевого пояса. Зажатая челюсть, стиснутые губы, привычка сдерживать слова «чтобы не сорваться, чтобы не усугубить». Медленный, вытирающий походку шаг. Без лёгкости, с тягой к полу – будто волочит за собой «того самого». Мешки под глазами, даже если спит – психика не отдыхает. Ногти обкусаны, руки в микротравмах, потому что «вечно что-то мою, чиню, готовлю». Частые п гастриты, спазмы (не переваривает ситуацию, но живёт в ней). Поясница – боль в крестце (перегруз от чужих проблем). Головные боли – как будто "надо думать за двоих". Циститы, сбои по-женски – блок сексуальности, запрещена близость как радость, есть только «долг».

Выбирает мужчин-алкоголиков. Уже третий раз.

– Я не пью. Но я всегда рядом с пьющими. Стираю, отмываю, помогаю, отмазываю от начальников, ментов. Я знаю, что он дно, но как будто тянет туда. Но я не могу ни чего с собой сделать, словно я кого-то должна спасти. Я даже не вижу во что превратилась. Подруга заставила пойти.

В её роду – дед и отец были алкоголиками. Мать тащила. Бабушка тащила. Жанна – продолжает.

Это и есть ретравматизация по родовому сценарию. Ты идёшь не в любовь. Ты идёшь в то, где больно и знакомо одновременно.

Ретравматизация – это не наказание. Это застрявшее движение души, которое ищет завершения. Но оно не завершится, пока ты снова и снова предаёшь себя, лишь бы «исправить прошлое» через новых людей, новую ситуацию. Выход только один – уходить. По тому что иначе, ты снова будешь выбирать того, кто ранит. Это больно признавать, но часто мы влюбляемся в тех, кто нас… добивает. Не потому, что мы мазохистки. А потому что это знакомо.

Ты снова выбрала того, кто молчит, игнорирует, уходит, возвращается. И это уже не детские качели, а американские горки на максималках. Все, потому что в детстве, в предыдущих отношениях кто-то уже делал это с тобой. Ты пытаешься переиграть ту самую историю: «Вдруг на этот раз меня не бросят?» «Вдруг на этот раз я докажу, что меня можно любить?»

Но ты снова оказываешься в той же клетке. И снова называешь это «любовью».

А на самом деле это просто травма, которую никто не вылечил.

Выбирай всегда, при любой ситуации собственное спокойствие. Это даст исцеление. Простой вопрос себе который поможет в абсолютно любой ситуации:

– Я это говорю/делаю/терплю – что бы что?

– Что я сейчас хочу на самом деле?

И тогда ты поймешь, что настоящая любовь не вызывает паники. Настоящая любовь – это спокойствие. Это свобода. Это опора.

Что делать?

– Признай: ты была не в любви, а в созависимости.

– Перестань романтизировать боль.

– Начни отслеживать, где ты теряешь себя – даже если «всё хорошо».

– Обратись за поддержкой: терапия, расстановки, медитации.

– Научи своё тело жить без тревоги. Без ожидания удара.

Милая моя женщина. Ты сильная. Ты умная. Ты красивая. Ты – не сломанная как кукла в детстве. Ты – просто наелась боли под видом любви.

Но ты уже просыпаешься. Ты уже соскальзываешь с этой иглы. Ты уже выбираешь себя.

И я рядом.

Прошло около семи часов, ответа на сообщение Евы от Адама не пришло. Внутри было новое не знакомое чувство спокойствия, принятия, больше не было сил бороться, писать, говорить, даже думать о нем.

– Я больше не могу и не хочу переписывать этот сценарий, пытаться из того, что есть сделать хиппи энд, и пройдя вьюги ветра и сотни тысяч испытаний, зажили они счастливо. Все «Game over», конец истории так конец. Сон был страшный, не чего его под утро переписывать в красивый. Хватит меня добивать своей холодностью. Я нужна себе, и у меня есть самый надежный человек, который всегда рядом, любит и на него можно опереться – это я».

Записав в заметки список инсайтов:

– Если я справилась одна в большом городе с двумя детьми, неужели сейчас я без него не смогу, у меня все получится.

– Если у тебя есть желания, но нет силы воли, дисциплины получить желаемое (постройнеть, начать вести блог, чувствовать себя сногсшибательной и эффектной) то вселенная даст тебе это через боль (разрыв с мужем, физическую болезнь).

– Хочешь знать спроси. Не додумывай.

– Хочешь получить, сначала хорошо подумай. Этого ли ты хочешь. Принесет ли тебе это радость.

В этот момент Ева замерла, словно услышала страшную тайну:

– А что, если секрет жизни не в планировании и не в желаниях, а в наслаждении моментом, расслабиться, довериться потоку и смотреть куда тебя несет река жизни, может я не спасала любовь, а гребла против течения к берегу, который не является моим домом, и этот мужчина не мой.

Ведь меня бы ни за что не отпустил, любящий человек. Он бы заткнул мне рот крепким поцелуем, сжал в своих объятиях и сказал: «Ты моя, я не хочу с тобой ссориться любимая». Что если смысл просто наслаждаться тем, что есть сейчас?»

Ева игриво улыбнулась и стала прислушиваться к внутреннему голосу души, тела.

– Что сейчас может принести мне радость.

– Что я сейчас хочу в этот момент в душе, теле, чувствах?»

Ответы посыпались горой и решения пришли сами собой. Теперь Еве стало не страшно, остаться без него.

– Раз так значит тебе Адам, нужно пройти свои уроки. Если любишь найдешь и я приму если почувствую – нужен. Если нет, я с благодарностью тебя отпускаю.

Это яркий пример, как женщину эмоционально расшатывает ретравматизация в отношениях, вот пять самых частых примеров:

1. Он постоянно игнорирует, когда ты просишь о близости

А в детстве – мама говорила: «Перестань ныть», «Сама справься», «Мне не до тебя»

Теперь ты снова просишь любви у того, кто эмоционально недоступен.

Надежда: «Вдруг теперь меня услышат»

2. Он холоден, но ты держишься за крохи тепла

А в детстве – любовь была «по расписанию»: заслужи, угоди, не злись, будь хорошей девочкой – и, может, обнимут.

Теперь ты снова танцуешь на цыпочках.

Надежда: «Вдруг на этот раз я буду «хорошей» – и он останется»

3. Он уходит, возвращается, манипулирует – а ты всё ещё веришь в «нас»

А в детстве – папа то появлялся, то исчезал. То говорил «дочка любимая», то забывал тебя на недели. Или умер любимый отец рано.

Теперь ты снова в том же маятнике.

Надежда: «Сейчас всё будет по-другому» (условно папа останется)

4. Он критикует, принижает – а ты стараешься стать лучше

А в детстве – взрослые говорили: «Ты недостаточно стараешься», «Ты должна быть лучше»

Теперь ты снова поддаёшь сомнению свою ценность.

Надежда: «Если я изменюсь – он полюбит»

5. Он не выбирает тебя в жены, не делает предложение, живете как сожители

А в детстве – ты чувствовала, что «не до конца важна» своим родителям. Были дела поважнее: работа, брат, мама болела, папа не знал, как с тобой быть…

Теперь ты снова терпишь паузу, двусмысленность, «почти» отношения.

Надежда: «Вот-вот… я уже почти на первом месте. Или начинаешь сама требовать на тебе жениться.»

Милая. Выбирать себя – это не эгоизм. Это зрелость. Это про то, чтобы не становиться фоном, второй ролью в чьей-то истории, когда ты рождена быть героиней своей.

Ждать, что кто-то выберет тебя, примет, поймёт, – утомительно. И небезопасно. Потому что, пока ты ждёшь, уходит самое ценное – время, энергия, жизнь. И ты начинаешь гнуться, подстраиваться, молчать, надеяться. А нужно – проснуться.

Выбирать себя всегда без проигрыша. Потому что в этом выборе ты не теряешь себя. А значит – выигрываешь всё.

Я знаю – это может быть непросто. Но если ты дошла до этого места, значит, ты уже сильнее, чем раньше. Пройди через эти вопросы не как через тест – а как через зеркало. Здесь не нужно правильно. Здесь нужно по-настоящему и для себя.

СОЗАВИСИМОСТЬ

Когда я живу его жизнью, забывая про свою

Чья жизнь важнее для меня – его или моя?

Я что-то делаю потому, что хочу – или потому, что боюсь его реакции?

Что я теряю, когда всё внимание на нём?

Что случится, если я перестану его спасать?

Когда я в последний раз спрашивала себя: «А мне это подходит/нравится?»

Чего я боюсь больше: остаться одна или прожить так всю жизнь?

ТРЕВОЖНАЯ ПРИВЯЗАННОСТЬ

Когда любовь – это страх быть брошенной

Что я чувствую, когда он не отвечает?

Почему я так боюсь быть ненужной?

Какая я, когда одна? Люблю ли я себя вне отношений?

Где начинаю угождать, лишь бы не потерять?

Как я чувствую, что меня любят? Только ли через внимание, подтверждение, звонки?

Какая детская сцена сейчас повторяется в этих отношениях?

РЕТРАВМАТИЗАЦИЯ

Когда снова и снова тянет туда, где больно

Кого мне сейчас напоминает мой партнёр?

Какой старый сценарий я повторяю в этих отношениях?

Что я хочу «переписать» или «до любить» через него?

Где я уже это чувствовала – страх, боль, одиночество?

Почему, даже понимая, что мне плохо, я остаюсь?

Что будет, если я признаю: «Это не любовь. Это повтор боли»?

ФРАЗА

Я жила через него. Дышала его дыханием. Снова и снова возвращалась в боль, чтобы доказать, что я достойна любви. Но теперь я выбираю себя. Даже если придётся пройти через страх.

НАПРАВЛЕНИЕ К ПОЛЮ

Я признаю: я не умела быть рядом с собой. Я цеплялась, спасала, растворялась – потому что иначе не умела любить. Я вижу: я повторяла старую боль, как будто могла переписать прошлое. Я кланяюсь себе за то, что выжила. И с этого дня перестаю быть чужой опорой. Я становлюсь своей.

ТЕЛЕСНЫЙ ЯКОРЬ

Встань. Почувствуй свои ступни. Не убегай от себя. Положи одну руку на грудь, вторую – на низ живота.

Скажи вслух: «Я здесь. Я рядом с собой. Я больше не растворяюсь в чужих жизнях. Я разрешаю себе быть цельной. Даже одной. Даже если страшно. Я не обязана умирать, чтобы заслужить любовь.»

Медленно подними подбородок. Вдохни. Вспомни себя – ту, которая была до страха. И останься с ней.

Глава 3. Если бьёт – это не любовь

Бить можно не только руками – а словами, молчанием, презрением, отстраненностью и холодом, манипуляциями, контролем

Ты не сразу поняла, что тебя бьют. Ведь не было синяков, не было сломанных костей, не было крика на весь дом. Он просто молчал. Смотрел так, будто ты ничто. Мог не разговаривать часами, неделями. Или, наоборот, говорил, даже не применяя оскорбление или мат, но тоном, от которого ты чувствовала себя ничтожеством и сжималась все внутри. Лучше бы молчал. Он швырял не предметы – он швырял фразы. Он делал паузы. Уходил. Возвращался – как будто тебе за это надо быть благодарной. Ты списывала это на «кризис в отношениях». Что с тобой, что-то не так. Ты думала: «Ну, у всех же бывает», «Все так живут».

Ты даже оправдывала его. Говорила подругам, что у него сложный период. Что он просто не умеет выражать чувства. Что он «такой, но по-своему любит». А сама – снова молчала. Боялась говорить свою правду. Подстраивалась. И думала: «Что со мной не так, надо быть лучше, меняться.» Ты пыталась заслужить тепло, получить его доброе слово, как награду. Ты ждала, что он увидит, как ты стараешься, и полюбит сильнее. Но он не видел. И не слышал. Ему было все равно. А ты все больше и больше терялась.

Это и есть насилие. Только без рук. Оно не громкое – но оглушающее. Оно не оставляет следов на теле – но оставляет синяки в душе. Долго не заживающие шрамы на сердце. Это когда ты чувствуешь себя виноватой за его холод. Это когда ты перестаёшь говорить, боишься раздражать, боишься «доставать». Это когда ты идёшь на цыпочках – не потому, что он кричит, а потому, что в любой момент может отстраниться, замолчать, исчезнуть.

Он обесценивал, и ты закрывалась. Он делал вид, что ничего не произошло, а ты долго не могла вынырнуть из обид, сидела на антидепрессантах, пила пустырник, медитировала. В такие моменты ты могла не плакать – а просто выпадать из реальности, все как в тумане и словно не с тобой. Ничего не чувствовать. Словно твоё тело оставалось здесь, но тебя самой не было.

Ты слушала – и не слышала. Ты смотрела – и не видела. Ты жила – как будто в стеклянной капсуле.

Это диссоциация. Так происходит, когда тело включается в режим выживания. Ты отключаешь чувства, потому что иначе – сгоришь морально, если не физически. Ты не можешь отстоять себя – значит, психика делает главное: отключает боль.

А потом приходит флэшбэк. Ты вроде бы уже не там, не в той ситуации не с этим человеком. Уже всё «прошло». Но случайная интонация, фраза, пауза, взгляд даже другого, постороннего человека – и у тебя по спине холод. Ком в горле. Паника в теле. И ты снова там. В той сцене. В той боли. С тем человеком.

И это не твоя слабость. Это следствие. Это память тела, которую ты хранила в себе годами.

И самое страшное – ты уже была в этом. Тебе знакома эта тишина. Этот взгляд. Это ощущение, будто ты – лишняя, будто тебя стыдно любить. Потому что ты видела это в детстве. Может быть, в том, как мама отворачивалась, когда ты плакала. Или, когда говорила: «Не будь слабой». Или, когда просто не было рядом. Так случается из-за материнской депривации. Недолюбленности. Когда тебя не бьют и не орут, но ты всё равно чувствуешь, что ты – лишняя, не любимая, тебя слишком много.

Ты вырастаешь с этим ощущением и думаешь: «Надо просто быть лучше». И ты стараешься. Из кожи вон лезешь. Становишься удобной, гибкой, сильной. И притягиваешь того, кто снова не даёт тебе тепла. Кто снова оставляет тебя в одиночестве. И ты снова ждёшь, как в детстве. Ждёшь, что он изменится. Что станет мягче. Что полюбит. И ты снова терпишь. Потому что тебе хочется, чтобы в этот раз – получилось. Получилось там, где не получилось тогда.

Но правда в том, что любовь – не вызывает постоянной тревоги. Не делает тебя пустой. Не заставляет сомневаться в себе. Не бьёт – ни словами, ни паузами, ни отстранённостью. Всё, что разрушает тебя, – это не любовь. Всё, что стирает твою суть, – это не твоё. Там, где плохо, там, где сложно, там, где тревожно, это не твое. Тебе туда не надо. Ремарка – если ты сама это не создала.

Милая ты не истеричка. Ты не слишком чувствительная и ранимая. Ты не слабая и бесхарактерная. Ты просто женщина, которая так долго адаптировалась под чужую холодность, что разучилась верить своим чувствам. Но ты можешь вернуться. В тело. В свою суть и свою правду. В то место, где ты знаешь: «Я не обязана терпеть ради близости. Я не обязана глотать боль, чтобы не остаться одна. Я не обязана быть с тем, кто меня стирает как личность.»

Если бьёт – это не любовь. Ни телом. Ни голосом. Ни молчанием. Ни словом. И если ты это читаешь – ты уже начинаешь выходить. Медленно. Мягко. Но окончательно.

Вот список, как можно «бить» – не касаясь физически, но оставляя такие шрамы, что кожа бы зажила быстрее:

Невидимые удары:

Словами:

– Сарказм, обесценивание («Ну да, конечно, у тебя же всегда кто-то виноват»)

– Пассивная агрессия («Не переживай, ты просто слишком чувствительная, ранимая, как твоя мама»)

– Постоянные сравнения («Вот у Димки жена… Я к бывшей подходил обнимал и м ы мирились»…)

– Шутки, где ты – мишень, но «без злого умысла»

– Приказы в тоне «как с собакой» – коротко, жёстко, без уважения

– Диагнозы без права на ответ («Ты истеричка», «Ты ненормальная» «Ты живешь в розовом мире»)

Молчанием:

– Игнор («Не хочу об этом говорить» – 3 и более дня подряд)

– Холодное отдаление после близости («Поговорили – и хватит, не выноси мне мозг»)

– Наказание тишиной – когда тебя как бы нет, ты вне поля внимания

– Неотвеченные сообщения в важные моменты

– Демонстративная изоляция: сидит рядом – и будто нет

Презрением:

– Поджатые губы, перекатывание глаз, сжатие скулами

– Осуждающий взгляд снизу вверх

– Жесты «отмахивания» – будто ты мешаешь

– Демонстративный стыд за тебя перед другими

– «Ты что, правда в это веришь?» – с ехидной усмешкой

– «Да кому ты нужна с таким характером?» – под видом «честности»

Через отстранённость и холод:

– Эмоциональный вакуум: он с тобой, но ты всё делаешь «в одного, как ему нужно»

– Секс без контакта или отказ от секса без объяснений

– Отсутствие интереса к твоей жизни, даже когда просишь

– Никогда не спрашивает, что ты хочешь и что нужно

Через контроль и тонкие манипуляции:

– «Я же ради тебя стараюсь, как могу делаю» – чтобы ты чувствовала вину

– «Если ты уйдёшь, я не переживу» – чтобы осталась

– «Ты слишком сложная, с тобой никто не сможет» – чтобы не искала лучшего

– «Ты не сможешь без меня» – чтобы зависела

Это тоже насилие. Молчаливое. Затяжное. Разрушающее сильнее физического. Просто социально приемлемое. И да, его следы не всегда видно. Но из-за этого потом: женщины боятся просить, перестают говорить о желаниях, «затихают» в отношениях, годами живут рядом с тем, кто делает их пустыми – но ни один палец не поднял, а то и вовсе был тихий спокойны, почти безмолвный.

Давай обо всем по порядку и подробнее что бы ты больше не наступала на эти грабли, и берегла себя.

Флешбэки – когда боль прошлого наваливается в настоящем

Ты с ним на кухне. Готовите ужин. Он что-то рассказывает про работу и говорит грубо, не глядя на тебя. Ты молчишь, слушаешь. И вдруг, внезапно, чувствуешь, как внутри начинает сжиматься всё. Ты не можешь объяснить. Не можешь даже толком вспомнить, что именно так задело. Но тело реагирует – как будто ты снова там. В той сцене. В той боли. С другим человеком.

Тебе важно понимать, с тобой все в порядке – это реакция психики. Это – флэшбэк.

Ксюша, 34 года. Говорит:

– Света, я уже давно в других отношениях. Муж добрый. Никогда не кричит, наоборот, всегда хвалит, говорит комплименты, поддерживает все мои идеи, и даже в дни, когда плохо себя чувствую и дома не убрано, он не комментирует, идет в аптеку, лечит.

Но однажды он просто повысил голос – и я вся сжалась, даже помню, как руку над головой занесла словно защищалась. А потом. Как будто парализовало. Не могу объяснить, но меня в тот момент как будто отбросило куда-то. Я ревела и просто не могла остановиться. Мне было так сильно страшно, я аж заикаться начала. Тёма стоял в шоке рядом и не понял, что произошло.

Второй раз я начала сама нападать и устраивать скандал, словно защищалась от лютого зверя. И знаете я не видела его. Я видела отчима. Пьяного. Орущего. И я снова – маленькая. Беззащитная. И меня трясёт.

Флэшбэк – это эмоциональное воспроизведение травмы, даже если ты её не помнишь. Это когда тело вспоминает раньше, чем голова. Это когда событие уже давно прошло, а реакция на него – живая, свежая, как вчера.

Ты можешь не помнить эпизоды, но:

– ты замираешь, когда на тебя кричат;

– ты чувствуешь отвращение, если кто-то к тебе резко прикасается;

– ты проваливаешься в тревогу, если партнёр перестаёт писать;

– ты чувствуешь вину, когда просто просишь то, что тебе нужно.

Это всё – следы старой боли, которая до сих пор живёт внутри. И иногда достаточно только триггера – и ты снова в той же ситуации, на автопилоте страха.

Флэшбэки не всегда приходят как картинки. Чаще – как:

– тело, которое сжимается в области живота, замирает как на американских горках

– волнение как перед первым свиданием, но икс 100 как

– внезапная паника,

– ощущение «я плохая»,

– слёзы, которые не можешь остановить,

– желание сбежать, спрятаться, исчезнуть.

И ты не понимаешь, что происходит. Потому что снаружи ничего страшного не произошло. А внутри реально катастрофа.

Нина, 40 лет. Пишет:

– Каждый раз, когда муж просто смотрит на меня с недовольством и молчит я начинаю оправдываться. Просто несу всё подряд, какую-то чушь. Как будто я виновата. Хотя я даже не знаю, что сделала. Я просто боюсь его разочаровать. Сейчас пишу и вам и вспомнила это в детстве так же было, когда мама молчала, и я сгорала от стыда, и додумывала, не понимая, что я опять, по ее мнению, натворила. Дурдом какой-то мне сорок лет, а я все таже девочка.

Но есть хорошая новость: Флэшбэки можно заметить – и научиться возвращаться в реальность. Первый шаг – узнать их. Второй – дать себе поддержку, которой не было тогда. Третий – перестать себя за это стыдить. Четвертый шаг – сделать расстановку «возврат боли». Пятый шаг – перейти от реакции к контейнированию, вдох выдох «я в безопасности, мне ничего не угрожает, это просто реакция, я сильнее и могу с этим справиться». Шестой шаг – попросить обнять и объяснить, что с тобой происходит.

Диссоциация – когда ты в себе, но не с собой

Ты слушаешь, как на тебя кричат, оскорбляют или оправдываются – и как будто смотришь кино. Ты улыбаешься в компании – а внутри пусто. Ты занимаешься сексом – и чувствуешь, как будто это не с тобой. Ты делаешь «всё, как надо» – но в этом нет ни вкуса, ни цвета, ни жизни.

Алена, 49 лет. Пишет:

– У меня запрос такой. Меня сын постоянно обзывает очень неприятные слова говорит. При этом я ничего не чувствую, никаких чувств нет. Мало того, я через несколько минут не могу вспомнить, какие он слова говорил, с трудом вспоминаю. И еще у меня такое чувство, что я как будто бы где-то внутри его боюсь. Я ни чего против сказать не могу, все ему разрешаю, если и запрещаю, то лишь на время, вообще не могу быть с ним строгой. Веду себя не как мать. В общем я не могу с ним справится ни морально, ни физически, как будто он главнее меня и он управляет процессом. Он уже все это понимает, думаю, что для него это привычное мое поведение. И он прекрасно знает, что как бы он меня не обзывал, ему ни чего за это не будет. А говорит он мне чаще всего, конченая мразь, тупая мразота, конченая жирная тварь. При этом он вполне нормальный ребенок, конечно, сейчас возраст подростковый 14 лет, ближе к 15 и семья у нас тоже нормальная и он любит меня, переживает, заботится. С его папой мы живем в гражданском браке. Раньше было все очень плохо, полный абьюз с его стороны по отношению ко мне. Сейчас все по-другому, конечно еще над многим надо работать. Ну я психологией увлекаюсь с 2018 года учусь. Хочу практику начать как психолог. Это, кстати, второй запрос, уже чего только не делала, я имею ввиду, чтобы начать работать, все равно что-то держит не пускает.»

Инна, 29 лет. Говорит:

– Я делаю всё как истинная жена – забочусь, работаю, поддерживаю, дома идеальный порядок. Но когда он прикасается – я как будто выключаюсь. Реально знаете, такое ощущение хочу его, но только дотронется я как в Гарри Поттере – «остолбеней». Я люблю мужа, но не испытываю удовольствия. Пытаюсь перевести в шутку, перенести на другой день. Это происходит как-то странно как кино, как будто я смотрю со стороны на все, и сама не здесь. Он хороший, теплый, любящий, но как доходит до близости, всё стоп-кран, я прям сжимаюсь в прямом смысле, у меня там все сжимается, захлопывается. Это может быть связано, брат в 11 лет насиловал, не прям на прямую, до конца, но пытался, я чувствовала и мне противно».

Диссоциация – это защита. Это как выйти из собственного тела, чтобы не сойти с ума от того, что происходит. Это выживание. Когда-то ты это запомнила. Может в детстве, когда ругали, били, игнорировали. Когда никого не было рядом, кто мог бы успокоить, объяснить, обнять, защитить. Ты не могла кричать. Не могла уйти. Не могла за себя постоять. Поэтому ты ушла внутрь себя. Научилась «отключаться».

И теперь – ты делаешь это автоматически. На угрозу, на близость, на боль, на конфликт, даже на комплимент – ты не реагируешь. Ты отключаешься. И знаешь, что самое страшное – ты даже не знаешь, что ты отключилась. Ты просто чувствуешь: «Я как будто не настоящая. Как будто всё происходит, но не со мной.»

В реальной жизни это выглядит так:

– смотришь в одну точку и не можешь сфокусироваться;

– тело как будто ватное или «чужое»;

– не можешь вспомнить, что только что произошло;

– улыбаешься автоматически, хотя внутри паника или пустота;

– говоришь себе: «так, успокойся, всё нормально» – и сразу гасишь реакцию.

Если с тобой это произошло пришло время вернуться к себе. Сначала в тело. Нужно срочно добавить телесные ритуалы, наносить лосьон на тело, растяжка, попрыгать, похлопать ладонями по всей поверхности руки, цель начать чувствовать себя физически. В момент здесь и сейчас через глубокое дыхание по технике 4-6 (вдох через нос – медленно на 4 счёта: 1-2-3-4, выдох через рот – дольше, на 6 счётов: 1-2-3-4-5-6).

Вернуться в жизнь через наполнение. Скорее всего ты сейчас истощена.

Ева.

– Я поставила кружку с любимым чаем на край стола, ни сделав даже глотка. Пар поднимался ленивыми клубами, будто намекая: остановись. Музыка, которую включила почти на автомате что бы взбодриться раздражала. Казалось, она играет не для меня. Как будто подгоняет: «Ну давай, соберись, делай что-то, хватит киснуть». Стало просто невыносимо до слёз. И дикий протест «Я не хочу. Ничего не хочу».

Выключила музыку и рухнула на кровать. В воздухе повисла тишина. И почти не слышный шёпот души: «Не хочу больше никакой мотивации, никаких рывков вперёд, просто тишины и одиночества, отпуск».

Я прижала к груди вторую подушку, словно обнимая кого-то близкого и очень родного, натянула на себя плед. Тихо. Спокойнее. Пока так.

Знаешь, это страшно. Лето. Солнце. Все люди живут яркой насыщенной жизнью, а я в вакууме. Словно разучилась радоваться жизни. В голове всплыла мысль: «А что, если сейчас меня наполняет отдых?» Не трансформация, не медитация, не «найти себя», а просто отдых, побыть собой. Без запроса. Без задачи. Без причины. И вдруг пришёл неожиданный образ: я в СПА. Горячий пар. Влажный воздух. Холодная вода бассейна пробирает до мурашек как будто оживляет. Тело тяжёлое, расслабленное. Всё, что я обычно терплю – смывается. Никакой глубокой психотерапии – только тепло, вода и я. Да, и массажист, лучше сразу два, чтобы голова отключилась, а включилось тело. Я хочу в СПА.

Я снова взяла телефон, но теперь не для заметок с инсайтами, а чтобы забронировать себе 3 часа удовольствия. И, может быть, возвращение в жизнь начинается именно здесь: в тишине, в теле, в тепле, почувствовать.

Материнская депривация – когда мама была, но тебя не видела

Ты ела вкусную еду. Ты была хорошо одета. У тебя была своя кроватка, игрушки и даже фото в альбоме. Всё было «нормально».

Но ты не помнишь запаха маминых волос. Ты не помнишь, как тебя гладили по голове, как сидели рядом, просто так, без дела, как слушали, не перебивая, как успокаивали, когда ты плакала. Ты росла при маме, но без контакта с ней.

Лиля, 35 лет. Плачет в зуме:

– Мама очень хорошая, красивая, мудрая, интеллигентная, всегда была дома. Но я её не помню. Она всё время готовила, убирала, что-то обсуждала по телефону с кем-то. Если я подходила – она отмахивалась: «Подожди, Лилюш я сейчас закончу и приду. Хорошо?». Я не могу вспомнить ни одного раза, чтобы она просто обняла меня. Хотя никогда не была грубой или злой. Наоборот, она всегда улыбалась. Но мне так хотелось, что бы она меня обняла, поцеловала. Мне всё время было стыдно за свои чувства. Даже за радость. Я всё детство училась не мешать. И наблюдать за ней со стороны. А сейчас с детьми я, наоборот, их много обнимаю целую, а они убегают от меня говорят: «мама хватит»

Катя, 33 года. Пишет:

– Мама говорила, что любит. Но всё, что я помню это её холодный взгляд. Она была очень уставшая. Всё время раздражённая. Приходила с работы и кричала, что посуду не помыли, уроки не выучили. Только когда я болела она включалась в меня сильно. Мне так хотелось взаимопонимания. Без масок добродетели или злости. И до сих пор живу с ощущением: если я стану слишком настоящей – меня не будут любить.

Материнская депривация – это не про жестокость и грубое обращение. Это про отсутствие эмоционального контакта. Когда тебе не объяснили, что твои чувства – нормальны. Когда тебя не научили любить, быть собой – и при этом быть любимой. Тебя не обнимали, когда ты плакала. Не радовались тебе просто за то, что ты есть.

Если ты сейчас:

– не знаешь, как утешить себя;

– чувствуешь вину за свои эмоции;

– боишься показаться слабой, тревожной, уязвимой;

– всё время доказываешь, что заслуживаешь любовь… возможно, у тебя не было этой опоры. Материнского контейнера. И ты до сих пор живёшь с дырой, которую не может заполнить ни один мужчина. Но вот правда: Ты можешь стать той матерью, которой у тебя не было. Ты можешь научиться быть рядом с собой. Ты можешь обнять ту девочку, которой никто не объяснил, что она – не обуза, не лишняя, не мешающая и не проблема. А любовь.

Хорошо помогает расстановка на разрыв симбиотической связи «я дочь, она мама». Симбиотическая связь с мамой – это как пуповина, которая не перерезана, даже если тебе уже 30, 40, 50 лет, и эта незавершённая привязанность как петля, где ты всё ещё ребёнок. В результате ты перестанешь искать маму в других людях, уйдёт вина за своё счастье и ощущение, что ты «не…». Придёт ясность: Я могу быть матерью себе. Я могу выбрать, как мне жить. Я могу отпустить её судьбу – и жить свою.

Вот мощные вопросы для самоанализа. Они вскрывают не умом, а телом. Помогают не просто «понять», а почувствовать, где застряла боль и где начинается возвращение к себе.

ФЛЭШБЭКИ

Когда боль прошлого накрывает в настоящем

В каких ситуациях я чувствую сильную реакцию, которую не могу объяснить?

Что происходит с моим телом, когда меня критикуют, игнорируют, пугают?

Бывает ли, что я реагирую «слишком сильно» – и потом стыжусь?

Могу ли я отследить момент, когда эмоция накрывает – и не я её выбираю?

Какая сцена из прошлого «похожа» на мою сегодняшнюю боль?

Если бы моё тело могло говорить – что бы оно сказало о той боли?

ДИССОЦИАЦИЯ

Когда я живу – но как будто не я

Бывает ли, что я как будто «выпадаю» из реальности?

Где и когда я отключаюсь от тела, от эмоций, от происходящего?

Могу ли я назвать, какие эмоции я чувствую прямо сейчас?

Что я делаю, когда рядом со мной происходит конфликт или близость?

Когда в последний раз я чувствовала себя живой (чувствующей), настоящей, «в теле»?

Что мне страшно почувствовать, если я полностью «включусь»?

МАТЕРИНСКАЯ ДЕПРИВАЦИЯ

Когда мама была – но не со мной

Как мама реагировала на мои эмоции в детстве?

Было ли безопасно плакать, бояться, радоваться, нуждаться?

Помню ли я мамино тепло, поддержку, принятие – или только контроль и усталость?

Что я сейчас чувствую, когда думаю о слове «мама»?

Повторяю ли я её стиль в отношениях – с партнёром, с детьми, с собой?

Чего мне не хватило от неё тогда – и что я могу дать себе теперь?

ФРАЗА

Со мной всё в порядке. То, что происходит – реакция психики, она меня уберегает. Моё тело помнит боль. А душа спряталась, чтобы я выдержала. Но сейчас я выбираю вернуться. Не туда, где было страшно. А в жизнь, туда, где я дома. С собой.

НАПРАВЛЕНИЕ К ПОЛЮ

Я признаю: мне было больно, и меня не поддержали. Я замерла, отключилась, ушла в выживание – потому что иначе не умела. Я вижу: во мне живут девочка, которая осталась одна, и женщина, которая умеет держать её за руку. Я кладу конец разрыву. Я соединяю себя.

ТЕЛЕСНЫЙ ЯКОРЬ

Сядь удобно. Положи обе руки на грудь. Почувствуй: ты дышишь. Ты в теле. Ты здесь.

Скажи себе вслух – с любовью, с тёплым голосом, как будто ты сама себе мама:

«Я рядом. Я тебя больше не оставлю. Ты можешь чувствовать. Ты можешь быть настоящей – собой. Даже если страшно – я с тобой. Ты не одна. Теперь ты – со мной.»

Медленно сделай вдох. И выдох. Погладь себя по рукам – мягко, как будто разрешаешь себе жить. И останься в этом контакте. Тут начинается целостность.

Глава 4. Терпи, зато замужем. Синдром убитой души

Как мечта о «быть замужем» оборачивается смертью женщины внутри

Когда-то ты мечтала о любви. О настоящей. Настолько настоящей, что, закрывая глаза, ты представляла не просто свадьбу – ты представляла, что тебя выбрали. Что тебя хотят. Что ты – чья-то. Что ты больше не одна. Что это навсегда.

Прочитав эти строки, Ева, встала, словно на автопилоте налила воды, бросила дольку лимона и задумалась:

– Я всегда мечтала быть мамой, еще лет с 14, наверное, большой двухэтажный дом, трое или четверо деток и быть просто мамой, которая создает уют и красоту в доме, занимается с детками развивашками, готовит с ними вместе вареники с творогом и вишней.

Любящий муж, верный преданный как щит от страстей мира, он защитит днем, а вечером на руки и в пастель.

Но что-то пошло не по плану, первый муж сделал предложение утром спросонья в пастели, вышла не по любви, второй – особый случай, называется заставила женится с ним же и третий раз.

А мечтала о красивой истории любви: он восхищался моей красотой, спешил сквозь бытовые и рабочие дела, и я ощущала, я его космос, планета орбит, и солнце и луна. Такое не перепутаешь, когда мужчина влюблен – это видно. Цветы поцелуи, мысли о нем, улыбки от смс.

И потом, когда всё случилось – встреча, отношения, кольцо ты сказала себе: «Ну вот, я в порядке. Я сделала это. Я теперь замужем». А дальше, как будто бы счастье закончилось, началось что-то, чему ты сначала не придавала значения. Он стал грубым. Потом – отстранённым. Холодным. Замкнутым. Молчаливым. Потом – неуважительным. И вот ты уже не говоришь о важном. Не делишься чувствами. Не споришь. Не плачешь. Ты просто живёшь. Рядом с мужчиной. Но всё дальше от себя.

Ты терпишь. Потому что «зато замужем».

Ты терпишь. По тому что «куда я с двумя детьми, к маме, в деревню, позор».

Ты терпишь. Потому что «так у всех».

Ты терпишь. Потому что мама терпела.

Ты терпишь. Потому что иначе – страшно.

Ты терпишь. Потому что «куда я пойду, нет жилья».

Ты терпишь. По тому, что дает деньги, какой никакой секс.

Ты терпишь. По тому что 40 и уже лень все это снова проходить.

А теперь скажи честно – где ты в этих отношениях?

Ты живёшь, как будто выполняешь внутренний контракт: «Будь удобной, не разрушай семью, не возникай – и тебе дадут хоть что-то, или просто не оставят одну». И это хоть что-то – стало твоей ценой за присутствие.

И вот здесь включается Ананке – это древнегреческое слово, которое означает «неизбежную судьбу, тяжёлую необходимость». Когда ты живёшь, как будто не можешь иначе. Как будто на тебе лежит миссия выжить, сохранить, дотянуть до гробовой доски, удержать, даже если ты погибаешь изнутри.

Ананке – это когда не любовь движет тобой, а долг, стыд, страх и родовая запрограммированность.

Ты даже не задаёшь вопросов: «Хочу ли я так жить? Что я получаю взамен? А меня саму кто-нибудь выбирает?»

Потому что внутри звучит: Молчать. Держать. Терпеть. Главное – быть в браке. Но это не ты, это голос Ананке, она не мама и не бабушка. Она архетип, внутренняя фигура женской судьбы, передающаяся по крови, по боли, по молчанию. Она говорит: «Женщина создана страдать. Сначала – за мать. Потом – за мужчину. Потом – за детей. А потом – за себя».

Иногда он звучит тихо, почти шёпотом. Иногда – как приказ. Но его слова ты знаешь наизусть:

«Ты же замужем – потерпи.»

«Главное – сохранить семью.»

«А вдруг больше никого не будет?»

«Ты сама виновата. Мужики просто так не уходят.»

«Молчи. Женщины так живут.»

И потом это превращается в самоотвержение – не самопожертвование, а предательство. Ты отказываешь себе в элементарном: в праве быть услышанной, в праве выбирать то что хочешь, делать, что хочешь, в праве быть желанной, нужной. Ты как будто всё время шепчешь себе: «Потерплю немного. Потом всё наладится. Сейчас не время». И год за годом ты умираешь по кусочку.

И да, чаще всего это родовой сценарий. Ты не первая женщина в роду, которая так жила. Может, твоя мама прожила то же. А до неё – её мама. Тебе это внушили не словами, а взглядом, поступками, холодным отношением.

И ты это приняла как норму: Страдание – это часть женщины. Брак – это выживание. Себя – потерпи, лишь бы была семья.

Но теперь ты здесь. С этой книгой. С этим текстом. И это значит – родовой сценарий прерывается. Стоп.

Тебе не нужно умирать внутри себя, чтобы быть рядом с мужчиной. Не нужно гаснуть, чтобы сохранить видимость отношений. Не нужно превращаться в функцию, чтобы называться «женой».

Ты можешь быть замужем, счастливой. Но сначала – ты должна быть собой.

Юля, 50 год. Пишет:

Я с ним уже 20 лет. Он никогда не любил. Он грубый, молчит неделями, сейчас изменяет, ходит к женщине, которую я хорошо знаю, я ему сказала, что все знаю, предупредила, чтобы он ей передал, чтобы мне на глаза не попадалась. Ну вообще, я с ним спать не хочу, поэтому, закрываю глаза на измены. Не знаю почему, но близости панически боюсь, думаю, что боюсь забеременеть, он с самого рождения грозился ребенка отобрать у меня. Это опять же про несвободу, многое я из-за ребенка терпела. Но я не ухожу. Я всё время слышу внутри: «Ну а кто тебе даст лучше? Где ты одна будешь нужна?»

Мне требуется много жизненных сил, чтобы конденсировать весь его негатив. Сложно терпеть то, что в любом нашем разговоре он видит спор, он хочет от меня покорности, послушания и подчинения. Иногда говорит если я сказал сметана черная, ты должна со мной согласится. Он хочет, чтобы я видела, как он, думала, как он и т. д.».

Она давно могла уйти. Но Ананке говорит: оставайся. Ты не имеешь права на большее.

Таня, 36 лет. На расстановке говорит:

– Я хотела расстаться. Но сразу заболела. У меня начались панические атаки. Я даже к психологу пошла. Он сказал: «Ты сама всё разрушаешь, он тут не причем, тебе нужно в терапию». Я чувствовала, что это не так, но послушала и осталась. До сих пор не понимаю, как так – я знаю, что всё плохо, но как будто что-то внутри не пускает уйти.

Это тоже Ананке. Она не кричит. Она ломает изнутри. Она внушает, что терпение – твой долг. Что страдание – это женское предназначение.

И ты можешь ненавидеть этого мужчину. Ты можешь мечтать уйти. Ты можешь строить планы, искать квартиру, откладывать деньги. Но потом что-то внутри тормозит тебя. Обесточивает. Пугает. Шепчет: «Не смей».

Это не ты слабохарактерная или безвольная, без гордости и самоуважения. Это в тебе говорит чужая судьба. Она не хочет, чтобы ты вышла. Потому что, если ты выберешь себя – ты разрушишь весь родовой сценарий.

Ананке нельзя победить борьбой. С ней нельзя спорить. Но ей можно поклониться – и выйти.

Сказать: «Ты спасала женщин рода тогда, когда было тяжело. Ты несла тяжелую ношу. Ты терпела. Ты молчала. Благодаря тебе они все выжили. Но теперь – не война. Не тяжелые времена. Все закончилось. Теперь я могу по-другому. У меня своя судьба. Я разрешаю себе не страдать. Это дано мне по праву рождения.»

Дополнительные фразы, которые дополняют твоё послание Ананке, если почувствуешь отклик:

«Я вижу тебя, Ананке. Я чувствую твою силу. Я знаю, ты хранила наш род. Ты была нужна – тогда. Но теперь – я иду своим путём.»

«Я уважаю тех, кто выбрал страдание. Я кланяюсь тем, кто не мог иначе. Но я больше не обязана повторять.»

«Я не предаю вас, выбирая жить. Я не отвергаю вас, выбирая радость. Я просто взрослая. И я могу – по-другому.»

«Я больше не спасаю. Я выбираю быть рядом с тем, кто сам идёт в жизнь.»

«Я возвращаю вам то, что не моё. Это была ваша боль, ваш путь, ваша сила. Я беру только то, что поддерживает меня.»

«Я разрешаю себе быть счастливой женщиной в вашем роду.

Без стыда. Без страха. Без нужды заслуживать это страданием.»

«Если я буду жить, любить, смеяться и быть свободной – я останусь вашей. Просто на новом витке судьбы. Для тех, кто придёт после.»

Самопожертвование – когда ты каждый день, отказываешься от себя ради других

Ты варишь суп, когда хочешь спать. Ты соглашаешься на секс, когда не хочешь ни капли. Ты отказываешься от отпуска, потому что «не время еще, мы не можем себе позволить». Ты не говоришь о своих желаниях, потому что «неудобно». Ты слушаешь его часами – а тебя никто не спрашивает, как ты.

Ты каждый день говоришь себе: «Ничего. Главное – чтобы мужу, детям, родителям, начальнику, подруге было хорошо.»

Это – самоотвержение. Не благородное. А убивающее. Тебя.

Настя, 30 лет. Пишет после расстановки:

– Я всегда думала, что любовь – это отдавать. И принимать людей такими какие они есть. Он злой, он причиняет мне боль своей агрессией, но у него тяжёлое детство. Он ничего не делает для меня, для семьи, все для него, его интересов. Но я же сильная, значит, это мой крест. Даже когда он грубит, я не обижаюсь, понимаю и принимаю, хуже всего я еще и пытаюсь поддержать. Света я как будто проснулась после расстановки, четко понимаю сейчас, он меня уничтожил морально, физически. Я ужасно выгляжу, чувствую себя. Я съехала тайком от него, пока на работе был. Сначала сомневалась. Плохо было сильно, а на четвертый день отпустило. Вот сейчас уже неделя прошла. Пишу вам. Правда легче. А я так сильно боялась выйти из этого. А оказалось тут лучше, без него.

Самоотвержение – это когда ты не ставишь себя в уравнение. Ты не спрашиваешь: «А мне это подходит?» Ты думаешь: «Главное, чтобы другим было хорошо.» Ты не просишь. Не возражаешь. Не выбираешь. Ты ждёшь, когда заметят, догадаются, оценят.

Но не догадываются. Не замечают. Потому что ты сама вычеркнула себя из жизни.

Рита, 44 года. Пишет:

– У меня такой запрос, у меня трое детей, работа, муж. Я всех кормлю, всех собираю, всем помогаю. Но я даже не знаю, что я люблю есть. Я всегда спрашиваю: «А вы что будете?» Я забыла, как жить не ради кого-то. Я больше так не могу, сегодня сижу ем утром и понимаю меня воротит, по тому что хочу другой завтрак – свой. Расстановки помогут?

Рита думала, что это – любовь. Что она хорошая, самоотверженная женщина, любящая и заботливая. Но на самом деле – это форма исчезновения.

И ты исчезаешь каждый раз, когда не говоришь «нет» другим, а себе «да». Когда глотаешь слёзы, чтобы не разрушить вечер. Когда молчишь, чтобы никого не обидеть. Когда говоришь: «Да всё нормально», – хотя всё внутри кричит. Когда ты ходишь в маске «Я хорошая», а в душе хочется всех матом послать.

И вот что страшное: чем больше ты отдаёшь – тем меньше тебя остаётся. Ты как свеча, которая горит для всех. Пока сама не исчезает, до полного забвения кто она.

Но знаешь, что по-настоящему отважно?

Сказать: «Я не обязана быть жертвой, чтобы быть любимой. Я не обязана подстраиваться под других, в ущерб своим желаниям, чтобы быть рядом. Я тоже важна. Я тоже существую. Я – часть уравнения. Я часть этой семьи и этого мира. Я есть!»

Родовой сценарий – когда ты живёшь не свою жизнь, а её повторение

Это была поздняя ночь в деревне без фонарей и с десятком лающих собак. Ева стояла словно окаменелая посреди дороги. Она дождалась пока все уснут что бы уйти от него, первого мужа с которым жила у его родителей. Ей стало страшно. Не по тому, что он абьюзер, не от его неприятных привычек харкаться по утрам и размешивать чай словно кружка треснет вот-вот, не по тому, что ей противно с ним спать, а по тому, что люди скажут. Она со слезами повернула назад, тихо легла спать, а утром делала вид, что счастлива и все хорошо. Убеждая себя, что это ее судьба.

Ты выходишь замуж – и потом понимаешь, что стала копией своей мамы. Вышла замуж не по любви, а по тому, что были обстоятельства, которые сказали «надо», «ни чего, все так живут», «зато он меня защитит, с ним надежно». Ты начинаешь терпеть – и ловишь себя на фразе: «Лишь бы не ушёл» по тому, что нет дополнительных ножек опоры. Ты плачешь в подушку – и вдруг осознаёшь, что твоя боль – это не только твоя боль. Ты не хотела такой жизни. Но что-то будто вело тебя по чужому пути. А потом с ужасом смотришь на свою дочь, и с ужасом плачешь как она повторила твою судьбу сбежав из дома в 17 лет во взрослую жизнь.

Это и есть родовой сценарий.

Вера, 39 лет. Перед расстановкой рассказывает:

– Я живу с мужчиной, который работает, но денег не хватает ни на что, не помогает, не занимается детьми, не интересуется мной. Я думаю: «Как так вышло?» А потом вспоминаю мой папа был таким же. А мама говорила: «Муж – это крест. Терпи. Все мужчины как дети» Я терплю. Уже 10 лет. Но вот сил больше терпеть нет. Я хочу жить. Чувствовать вкус жизни, а не вот это всё.

Лена, 27 лет. Заместитель на расстановке рассказывает:

– Я уже который раз в отношениях с абьюзером. Меня унижают, обесценивают. Я не понимаю, почему я это выбираю. А в расстановке прошлый раз с вами увидела, что я повторяю судьбу бабушки. Дед бил её. Выгонял босиком зимой из дома. А она говорила: «Главное, чтобы шпаны мужские на веревке висели, а остальное не важно, это позор в девках ходить.

Родовой сценарий – это не проклятие. Это непрожитая боль твоих женщин в рода. И если ты не осознаешь её – ты её повторишь. Ты повторишь страх быть одной. Ты повторишь слепое служение. Ты повторишь «лишь бы был рядом» любой ценой. Ты будешь думать, что выбираешь. А ты – просто должна. Перед родом. Перед судьбой. Перед всеми, кто терпел до тебя.

Но именно ты можешь быть той, кто скажет: «Стоп. Я не пойду дальше по этой дороге. Я не обязана страдать, чтобы быть достойной вашей любви. Я не обязана жить по вашим правилам. Я благодарю вас за жизнь, но теперь выбираю свою.»

Как ты поймёшь, что сценарий активен?

Ты ловишь себя на чужих фразах в своей голове.

Ты чувствуешь вину, когда выбираешь себя.

Ты не можешь уйти, даже если больно.

Ты чувствуешь, будто предаёшь кого-то или из рода, если становишься счастливой.

Но вот что важно:

Ты не обязана продолжать.

Ты можешь завершить это сценарий.

Ты можешь стать точкой поворота.

Ты можешь быть женщиной, с которой начнет все манятся.

Вот раскрывающие вопросы – чтобы ты начала видеть, чувствовать и узнавать, как живёшь не свою жизнь, а чужой долг, привычку и страх.

АНАНКЕ

Голос судьбы, который приказывает терпеть

Что внутри меня шепчет: «Не смей» – когда я хочу уйти?

Какие женские фразы из семьи я повторяю дословно?

Когда я думаю о свободе, я чувствую вдохновение – или вину?

Чего я боюсь больше: боли – или осуждения, если перестану терпеть?

Чью жизнь я пытаюсь прожить правильно?

САМООТВЕРЖЕНИЕ

Когда я стираю себя, чтобы быть хорошей

Когда в последний раз я выбирала себя – не «ради кого-то»?

Какие мои желания я регулярно откладываю?

Сколько раз в день я говорю: «Ничего страшного, потерплю»?

Кто меня хвалит за то, что я «такая сильная» – и зачем мне эта похвала?

Что будет, если я однажды откажусь от роли спасательницы?

РОДОВОЙ СЦЕНАРИЙ

Когда я повторяю судьбу женщин своего рода

Кем была моя мама в отношениях? А бабушка?

Что в их историях я осуждала – и что незаметно повторяю сама?

Чего «нельзя» было хотеть женщинам в моей семье?

Чего я боюсь, если вдруг стану счастливой?

За что я расплачиваюсь в своей жизни – хотя этого не выбирала?

ФРАЗА

Я больше не обязана жить, как жили женщины моего рода. Я вижу, как я предавала себя, чтобы быть достойной. Я слышу голос, который велел терпеть – и отпускаю его с уважением. Теперь я выбираю жить свою жизнь. Свою. Не родовую. Не за кого-то. А от себя.

НАПРАВЛЕНИЕ К ПОЛЮ

Я признаю боль женщин, пришедших до меня. Я кланяюсь их судьбам – не отрекаясь, но и не повторяя. Я вижу, как долго я жила в роли спасательницы, молчаливой, сильной, правильной. Я благодарю ту женщину рода, что спасала. Но это время закончилось. Сейчас другое время и можно жить по-другому. И становлюсь той, кто живёт своей судьбой. Я даю себе право быть – не нужной, не терпеливой, не правильной – а собой.

ТЕЛЕСНЫЙ ЯКОРЬ

Встань босиком. Почувствуй под ногами землю/пол. Представь за собой всех женщин твоего рода.

Скажи вслух: «Я вижу вас. Я благодарю вас. Я не лучше. Я не против. Я просто – по-своему. Я больше не обязана терпеть, чтобы быть своей. Я выбираю себя. И вы можете быть за моей спиной, не внутри моей груди.»

Положи руки на сердце. Сделай вдох. Пусть тело впервые услышит: ты свободна.

Глава 5. Когда одна часть тебя уже ушла, а вторая всё ещё стелет постель

О том, как внутренний конфликт удерживает тебя в боли: ты уже всё поняла, но всё ещё не идёшь

Ты читаешь книги. Смотришь рилсы. Слушаешь подкасты. Ты уже разобрала своего мужчину по полочкам, знаешь, какой у него диагноз, какие у него травмы, где у него мамочка, где папочка, где у него ретравматизация, где паттерн, а где просто наглость. Ты умная. Осознанная. Ты всё понимаешь.

И всё равно – остаёшься.

Не потому, что не видишь правды. А потому что внутри тебя живёт сразу две женщины. Одна уже ушла. Она стоит у двери, с чемоданом, с внутренним криком «я больше не могу». А вторая – всё ещё готовит ему ужин, накрывает стол, спит, молчит, когда хочется кричать, еще и спрашивает его: «А тебе нормально? «Что хочешь? «Тебе хорошо?» «Ты счастлив?»

И вот эта вторая – всё портит. Не он. Не мама. Не дети. А ты сама себе.

Это и есть внутренний конфликт. Именно он удерживает тебя в боли, как будто на тонкой, но крепкой резинке, на липкой паутинке: ты сделала шаг вперёд – и тут же тебя тянет назад.

В этой главе мы не будем говорить про насилие, абьюз, измены. Это не про поступки. Это про механизмы внутри тебя. Про три силы, которые тебя тормозят. Даже если ты уже всё поняла.

Амбивалентность – когда ты смотришь на выход, но все еще повернута к нему спиной

Когда ты любишь и ненавидишь одновременно, Ты смотришь на него и думаешь: «Господи, за что мне это». А через 5 минут: «Ну он же старается». Ты уже ищешь квартиру. И в ту же ночь ложишься к нему в постель. Ты злишься. Мечтаешь сбежать. И тут же боишься, что он правда уйдёт, сам, сбежит от тебя. Это не про глупость. Это не про созависимость. Это про внутреннюю рассинхронизацию. У тебя нет одного голоса. Ты – в диалоге. Ты – в борьбе с собой.

Ты уже поняла, что так жить нельзя. Ты уже тысячу раз проиграла в голове разговор, уход, новую жизнь. Ты даже начала говорить «нет». Но на следующий день снова готовишь ему еду, снова говоришь «ничего страшного», снова сжимаешь губы, когда хочется кричать. Ты живёшь как будто между – между решением и действием, между честностью и привычкой, между ним и собой.

Посмотри сериал для женщин о Селесте Райт из «Большой маленькой лжи» – один из самых точных и жестких образов амбивалентной женщины в насилии, который когда-либо показывали на экране.

Она женщина, жена, мама, успешный юрист:

Возраст: около 40

Статус: красивая, умная, успешная адвокатша

Внешне – идеальная жизнь: красавец-муж, близнецы, красивый дом

Внутри – замкнутая в аду, где любовь, боль, страсть и страх переплелись в одно целое

Психологическое состояние:

1. Классическая амбивалентность: любовь ↔ страх

Она одновременно любит и боится, желает и ненавидит мужа. Он причиняет ей боль – и она в этом возбуждена. Он унижает – и она всё равно тянется к нему.

Это не слабость – это психическая зависимость. Форма травматической привязанности, где мозг путает насилие с любовью, а близость с контролем.

2. Стыд и самообвинение

Она винит себя за побои. Думает: «Я спровоцировала», «Он хороший отец – просто сорвался». Часто идеализирует мужа, перекладывает вину на себя. Это – когнитивный диссонанс как защита психики.

3. Раздвоенность «внешняя – внутренняя» личность

Снаружи – успешная, собранная, красивая. Внутри – сломанная, тревожная, зажатая. Это – синдром «витринной женщины»: все завидуют, но никто не видит ада за фасадом.

4. Контроль над тем, что можно – и бессилие там, где больно

Она контролирует дом, детей, график – но абсолютно беспомощна в том, что касается своих границ в браке.

Из жизни Лиды, 32 года:

– Я плакала, кричала пыталась, что-то объяснить пока собирала вещи. Он спокойно сказал – «не уходи, потом – давай, куда тебе вызвать такси». Меня словно разрывали на части от боли, а он спокойно говорил «ты взрослая, это твой выбор». Я ушла. На лестничную площадку. Через два часа вернулась. Не выдержала. Я даже не поняла, зачем вернулась. Просто была какая-то паника, будто мир рушится. А потом стыд, что я снова сдалась. И он подумает, что я ненормальная. Он в это время спокойно занимался делами по дому. Самое страшное это ощущение, которое он создал «есть ты или нет мне пофиг, что с тобой что без тебя».

Сопротивление – когда хочешь свободы, но не готова заплатить за неё цену одиночеством

Когда ты сама мешаешь себе выйти. Ты приходишь на расстановку, но в последний момент сливаешь сессию. Ты говоришь себе «завтра начну», а потом не можешь встать с кровати. Ты уже всё видишь. Но не идёшь. Потому что внутри есть часть, которая боится свободы. Боится последствий. Боится, что, если ты сделаешь шаг – всё рухнет, все будет неизвестно (это рептильный мозг – когда не видит четкую картинку, безопасную, он боится, сжимается, прячется).

Ты всё понимаешь и осознаёшь, ты даже чувствуешь – внутри уже нет любви, уважения, вдохновения. Осталась только привычка и тяжесть, у кого-то желание что бы все само собой сошло на нет и закончилось. Но ты не двигаешься вперед. Почему? Потому что внутри есть часть, которая боится. Не одиночества – а пустоты. Не того, что он уйдёт – а того, что после не останется ничего, и неизвестность. Ты сама тормозишь себя, не потому что не можешь – а потому, что слишком долго привыкла жить в боли. Потому что боль стала домом. И выйти из неё – страшнее, чем остаться.

Лиза, 23 года:

– Он швырнул в меня тарелку. Словно в стену, даже не осознавая, что мне больно. А я потом ещё час убирала, обтекая остатками еды, а я плакала и писала ему, что я его люблю, что научусь готовить. Я даже не знаю, что это было. Я просто испугалась, что он уйдёт, и я останусь одна.

Это и есть сопротивление. Не ты не справляешься – а ты защищаешь себя от разрушения. Даже если оно уже происходит.

Вторичные выгоды – когда боль даёт тебе смысл

Когда страдание приносит пользу ты неосознанно получаешь от своей боли то, что боишься взять честно: внимание, контроль, ощущение значимости. Ты страдаешь – и чувствуешь себя хорошей. Ты терпишь – и тебе сочувствуют. Ты жертвуешь собой – и тебе должны.

Ты страдаешь – но в этом страдании ты хоть кто-то. Ты жертва, ты сильная, ты терпеливая. В этом образе ты заслуживаешь внимание, поддержку, жалость, любовь. Возможно, это единственный раз в жизни, когда ты чувствовала себя нужной – когда тебе было плохо. И теперь ты неосознанно остаёшься в боли, потому что она даёт тебе хоть какую-то идентичность. Если ты выйдешь – кто ты тогда? Если ты не страдаешь – ты вообще существуешь?

Вика, 35 лет:

– Ну да, я жаловалась на мужа подругам. Не знаю, так все делают. Не я одна. Они меня жалели. Поддерживали. Я была для них важной. А потом я поняла: если я уйду от Олега и стану счастливой и не важна сама или с другим, мне не с кем будет страдать. Меня перестанут понимать или дружба разрушиться, и я сразу потеряю все. Уж лучше так как есть.

Иногда ты остаёшься в боли не потому, что не видишь выхода. А потому, что в этой боли ты хоть кто-то. Хоть как-то значима. Хоть как-то удерживаешь свою роль.

И пока ты находишься в этом состоянии разделения на части, пока они спорят между собой – ты не идёшь никуда. Ты живёшь как в стоп-кадре. Но теперь ты знаешь, что тебя удерживает. А если знаешь – можешь менять.

Держит тебя в этой точке вторичная выгода и у нее есть классификации, которые делаться по типу потребности, которую они обслуживают (смотри, что здесь про тебя):

1. Эмоциональные. Боль, как способ что-то почувствовать или избежать.

Ощущение значимости: «Меня жалеют, значит я важна».

Контроль через страдание: «Если мне плохо – все вокруг должны подстраиваться».

Привычное чувство «я несчастна»: знакомая боль кажется безопаснее новой радости.

2. Социальные. Болезненное состояние = способ сохранить отношения или получить контакт.

Сохранить связь с родом/партнёром: «Если я стану счастливой, я больше не буду как мама/муж/сестра».

Не брать ответственность: «Пока я жертва, я не обязана действовать».

Избегание одиночества: «Лучше боль с кем-то, чем пустота одной».

3. Поведенческие. Проблема = способ не делать страшного шага.

Оправдание бездействия: «Я не иду в новую работу/отношения, потому что – ещё не до конца исцелилась».

Избежание провала: «Пока я страдаю – не надо пробовать. А значит, не будет ошибок.»

Вечный «поиск причин» вместо жизни: «Разбираюсь с травмой уже 5 лет, но пока не время меняться».

4. Телесные (психосоматические). Болезнь как легальный способ быть не в ресурсе.

Получение заботы: «Когда болею – меня жалеют».

Право на паузу: «Болезнь даёт разрешение не работать, не решать».

Защита от контакта: «С телом проблема – значит можно не идти в секс/отношения».

5. Идентичностей. Проблема встроена в самоощущение – как часть «кто я».

Если я решу это – я не буду собой: «Вся моя жизнь была борьбой. Кто я без неё?»

Лояльность страдающему – я: «Я не заслуживаю просто быть счастливой. Надо заслужить.»

Сценарий мученицы/героини: «Если всё получится легко – никто не оценит. Надо через подвиг.»

Что бы их распознать с точностью. Достаточно задай себе ключевой вопрос:

– Что плохого случится, если у меня всё получится сделать выбор, принять решение, уйти и т.д.?

– Что мне придётся потерять, если я решу эту проблему?

Ответ может быть пугающе честным, но именно в нём – ключ к развороту к себе.

Пример 1:

Женщина, 38 лет, не может выйти замуж. «Если у меня всё получится, мама будет одна. Она скажет, что я предала её.»

Выгода: остаться «рядом» с мамой, не быть виноватой, сохранить связь.

Мужчина, 45 лет, саботирует карьерный рост. «Если добьюсь успеха – придётся держать планку. А я боюсь, что не вытяну.»

Выгода: остаться в зоне привычного, избежать страха провала.

Пример 2:

Женщина, 33 года, хронически болеет. «Если я выздоровею – муж перестанет заботиться. Он и так со мной только из жалости.»

Выгода: удержать близость через слабость.

Мужчина, 29 лет, избегает отношений.

«Если я впущу женщину в жизнь – придётся быть честным, а не героем в одиночестве.»

Выгода: сохранить идеальный образ, избежать уязвимости.

Вот сильные, точные и глубоко раскрывающие вопросы. Каждая строчка – как фонарик внутрь себя.

ВНУТРЕННИЙ КОНФЛИКТ

Когда ты всё поняла, но не идёшь вперед

В каких моментах я ловлю себя на противоречиях – «и хочу уйти», и «боюсь потерять»?

Что во мне ещё продолжает «стелить постель», хотя часть меня уже собрала чемодан?

Какая часть меня говорит «терпи» – и чьим голосом она звучит?

Что я теряю, если ухожу? Но что я теряю, если остаюсь?

Какая боль кажется привычнее, чем неизвестность?

АМБИВАЛЕНТНОСТЬ

Когда ты сама себе – и спасатель, и тюрьма

Чего я боюсь больше: быть несчастной с ним – или быть никем без него?

Когда я выбираю не действовать – какую часть себя я защищаю?

Что я думаю в момент, когда он рядом? И что – когда его нет?

СОПРОТИВЛЕНИЕ

Когда ты тормозишь себя

Что бы я делала завтра, если бы сегодня ушла?

Какая часть меня боится, что без этого мужчины я не справлюсь?

Когда я почти решалась на шаг – что меня останавливало?

ВТОРИЧНЫЕ ВЫГОДЫ

Когда боль даёт смысл

Что я получаю от этой боли? Поддержку? Внимание? Оправдание?

Что станет со мной, если я перестану быть «той, кого жалеют»?

Есть ли во мне часть, которая чувствует себя «особенной» в страдании?

ФРАЗА

Сейчас я вижу себя целиком. Я признаю: внутри меня были части, которые удерживали меня в боли. Я говорю им – спасибо за то, что спасали. Теперь я выбираю движение вперед. Честность. Себя. Я могу бояться – и идти. Я могу хотеть – и делать. Я разрешаю себе перестать колебаться. Я встаю на сторону той, кто знает: «Дальше счастливая жизнь».

НАПРАВЛЕНИЕ К ПОЛЮ

Теперь я вижу внутреннюю борьбу – и останавливаю её. Я отпускаю страх, который прятался за заботой. Я отпускаю голос, который говорил: «Ты не сможешь». Я благодарю ту, что боялась, ту, что тормозила, ту, что спасала – и отпускаю их с любовью. Вы мне больше не нужны. Теперь на этом месте я – та, кто идёт вперед без страха. Я иду в своем темпе, зато честно перед собой. Я не обязана быть готовой полностью прямо сейчас. Я просто выбираю двигаться.

ТЕЛЕСНЫЙ ЯКОРЬ

Сядь. Почувствуй опору под собой – пол, стул, подушку. Положи ладонь на грудь, другую – на живот. Сделай медленный вдох. И выдох.

Скажи вслух: «Я вижу тебя, часть, которая боится. Я вижу тебя, часть, которая все еще хочет остаться. Спасибо. Теперь я выбираю себя. Я больше не разорвана. Я – целая. Я – живая. Я выбираю быть там, где мне хорошо, где я целостная.» Побудь в этом ощущении сколько нужно.

Часть II. Анатомия силы. Как собирается женщина, которая больше не падает

Ты знаешь, как это – падать. Иногда с грохотом, в голос, с криком, с проклятиями. Иногда – в полной тишине, на колени, когда даже никто не заметил. Просто внутри всё оборвалось. И ты – уже не та.

Ты много раз выживала. Склеивала себя из обрывков – «надо», «я справлюсь», «главное – дети». Ты тащила, тянула, поднимала. Ты была сильной – потому что иначе было нельзя. Внутри была тишина, не от покоя – а от выживания. Когда кажется, что сил нет даже на слёзы. Ты лежала на полу во время уборки не потому, что было удобно протирать пыль под шкафом – а потому, что без сил, по тому, что просто некуда было идти. Ты сидела в пледе на балконе, и в голове звучал вопрос: «А где я? Что происходит? … Я что где-то помечена сверху, страдать?»

Ты уже прошла путь через первую часть этой книги. Ты посмотрела в глаза тем местам, где забыла о себе. Ты заметила, как научилась молчать, чтобы не разрушить. Как терпела, чтобы удержать. Как исчезала, чтобы быть нужной.

И вот теперь – ты начинаешь подниматься. Может быть, медленно. Может быть, осторожно. Но ты больше не ползаешь в поисках одобрения. Ты не выпрашиваешь любовь, как крошки со стола, как милостыню у церкви. Ты начинаешь понимать: если ты не выберешь себя – никто не сможет сделать это за тебя.

И эта часть книги – не про силу, которую носят как броню, и как её показывают в Instagram. Не про «накрась губы и иди дальше». Не про лозунги «будь сильной» и «вперёд, несмотря ни на что».

Здесь речь о другой силе, про настоящую анатомию твоей силы. О тихой. Настоящей. Внутренней. О той, что рождается из боли, но уже не управляется ею. О той, что поднимается из пепла из сжатого горла, из пережитого ада – не чтобы снова сражаться, а чтобы жить и любить.

Ты будешь учиться ставить границы – не потому, что злишься, а потому что ценишь себя. Ты начнёшь слышать свой настоящий голос и мысленно, и вслух. А самое ценное у тебя появится голос, не просто говорить «нет», а больше не соглашаешься жить без «да» к себе. Ты заметишь, что уже не просто отказываешь другим, а выбираешь. Себя!

Здесь будет по-разному. Где-то – больно. Где-то – тепло и с объятиями. Где-то – восторг. Но точно – по-настоящему. Потому что настоящая сила не приходит сразу, не падает с неба. Она собирается. Из обломков себя. Из своей правды. Из внутренней тишины. И из твоего решения – больше не терять себя.

Ты не рождалась для того, чтобы выживать. Ты рождалась, чтобы жить яркой наполненной жизнью и быть счастливой!

И вот теперь пришло время вспомнить, как это – жить для себя, по отклику сердца, а не из долга, страха или привычки.

Женская сила – это не забор от мира. Не крик «я сама!» Не список заслуг и достижений. Сила женщины – это её опоры. Те самые ножки, о которых ты забыла, а может не знала, но которые всегда можно вырастить.

Тело – которое не обесценивается, а чувствуется, которое здорово и хорошо выглядит.

Психика – не сломанная, а поддерживающая.

Границы – не для борьбы, а что бы чувствовать себя свободной.

Поддержка – не из страха быть одной, а из взрослого выбора.

Деньги – не как средство выживания, а как подтверждение свободы и твоей ценности.

Смысл – не навязанный, а прожитый. Твой личный.

Ты должна быть настолько уверенной в себе и в своей жизни, что единственное, что может тебе по-настоящему помешать – это смерть. Всё остальное – преодолимо. Всё остальное – ресурс.

Это и есть анатомия силы. Не мотивационный вброс, на 30 секунд рилс, а фундамент, на котором строится твоя жизнь.

И ты больше никогда не упадешь – потому что у тебя есть куда и на что опереться. Ты не молишься, чтобы не случилось катастрофы – ты знаешь, что, если она случится, ты справишься. По тому что ты собрала себя в единое целое.

Собрать себя – это не значит «починить». Это значит увидеть, кто ты без всех масок, страхов, ролей и выученных реакций.

Эта часть книги – про твою настоящую силу. Про женственность, которая не слаба. Про устойчивость, которая не агрессивна. Про зрелость, которая не уходит в жертву.

Ты будешь плакать. Возможно, много. Ты будешь злиться. Возможно, на маму. На себя. На него. На меня, что пишу открыто и честно. Возможно, захочешь швырнуть эту книгу от бешенства, а потом прижмешь ее к груди как самое ценное, дорогое, твое личное, внутреннее, глубокое и продолжишь читать, обретать себя. Ты будешь чувствовать – и в этом начнёшь оживать, как засохший цветок, который заново начали поливать.

Потому что теперь ты – не выживающая. Ты – женщина, которая строит себя сама. Целую. Такую какой хочешь быть. Не святую, не идеальную, не «правильную» – а настоящую. И когда ты соберёшь эти опоры, ты впервые оденешь высокие шпильки не ради кого-то. А как отражение внутреннего состояния.

И больше не упадёшь.

Глава 6. Настоящее «Я» не прячется за чужими ожиданиями

Перестать жить чужим мнением и страхами.

Ты не рождалась удобной. Ты не приходила в этот мир с табличкой «сделай как надо». Ты пришла в этот мир с открытыми глазами и громким голосом. Ты была смелой. Чистой. Целой. Уникальной. Ты знала, что хочешь. Ты чувствовала, что тебе нравится. Ты умела говорить «нет» и не чувствовать вины, стыда. Ты просто была – собой. И этого было достаточно для счастья.

А потом началась дрессировка. Мягкая. Постепенная. Коварная.

«Не шуми. Тише будь, тебя все слышат».

«Хватит выпендриваться. Певицей? Да у тебя голоса нет».

«Не злись. Нельзя себя так вести».

«Будь умницей. Ты должна быть…».

«Смотри, мама расстроилась, по тому, что ты себя так ведешь».

«Любят только послушных девочек». «Будешь вести себя хорошо, тогда получишь».

«А не много ли ты хочешь. Довольствуйся тем, что есть».

«Знай свое место».

Не потому, что мир плохой. А потому что он давно живёт по шаблонам. И ты начала учиться. Сначала – выживать. Потом – нравиться. Потом – соответствовать. Ты начала угадывать, как будет «правильно». Прогибаться. Подстраиваться. Ты стала «хорошей». Но потеряла себя.

Ты стала думать, как должна выглядеть. Как должна говорить. Говорить, что принято. Улыбаться, когда внутри всё сжимается. Играть роль хорошей, послушной, одобренной. Как не злить. Как не расстраивать. Ты стала делать то, что нужно. Ты выбирала одежду, как будто идешь на красную дорожку. Ты фильтровала слова, как будто от них зависит твоя судьба. Ты боялась отказа – даже в мелочах. Потому что отказ казался приговором. Ты забыла, чего ты хочешь. Ты стала спрашивать: «А как правильно?» вместо «А мне это нравится, подходит?»

Ты смотришь на себя чужими глазами. Ты примеряешь маски: успешная, заботливая, правильная, красивая, соответствующая – и тонешь под их весом.

Ты забыла, чего ты хочешь. Ты перестала спрашивать себя: «А мне это нравится?» Ты перестала слышать своё тело. Свои чувства. Свой голос. И однажды ты ловишь себя на этом ощущении: я не живу – я существую. Я не выбираю – я реагирую. Я не чувствую – я соответствую. Ты боишься быть не той. Не идеальной. Не одобренной. Ты боишься сказать, что тебе не подходит. Потому что боишься быть «неудобной». Ты боишься отказаться – потому что вдруг подумают, что ты «неблагодарная».

Но угадай, что происходит каждый раз, когда ты боишься разочаровать других? Ты разочаровываешь себя. И это хуже любого отказа. Потому что ты теряешь не кого-то. Ты теряешь себя.

Ты не обязана быть понятой. Ты не обязана быть принятой всеми. Ты обязана быть собой. И если ты готова – тогда самое время посмотреть на то, что внутри тебя мешает быть настоящей. Это не ты странная. Это у тебя в голове чужие голоса. И сейчас мы их разберём: один за другим.

Я буду часто повторять похожие фразы. Что бы они проникли в тебя и закрепились как новое состояние.

Я-концепция – то, кем, ты считаешь себя, когда ни кого нет рядом

Ты не можешь жить как «настоящая ты», если даже не знаешь, кто ты. Ты живёшь с оглядкой: «А что скажут?», «А как воспримут?», «А вдруг отвергнут?» Но как звучишь ты, когда никто не слышит, не смотрит, когда ты одна? Когда ты не делаешь напоказ и для чего то, именно когда для себя – имеет значение…

Настоящее «я» не рождается из одобрения. Оно рождается из честности. Из той самой минуты, когда ты говоришь: «Мне не подходит. Мне не нравится. Я хочу по-другому». И пусть сначала дрожат руки, голос, пусть тебя не поймут. Пусть отвернутся. Пусть осудят. Но ты останешься – с собой. И тогда, внутри поселится свет – такой игривый, радостный как маленький кролик «снежок» из мультика.

Я-концепция – это не просто самооценка. Это внутренняя картина мира, где ты – главный персонаж. И если эта картина изуродована чужими словами, ты будешь жить как чужая, в своем теле и в своей судьбе.

У каждой из нас внутри есть картина – «какая я». Иногда она яркая, глубокая и истинная. А иногда – как клетка. Ты смотришь на себя и думаешь: «Я слишком чувствительная», «Я не смогу одна», «Я некрасивая», «Я не достойна лучшего».

Ты не родилась с этими мыслями. Тебе их подарили. Родители, школа, опыт, обесценивание, боль. Ты носишь этот образ себя, как старое пальто: неудобное, чужое, но привычное, или по тому что другого пока нет.

Марина, 34 года:

– Я осознала, что я живу, как будто кто-то постоянно на меня смотрит. Как будто я не сдала экзамен по «быть нормальной», и боюсь его пересдачи. Мне даже в одиночестве стыдно за себя. Как будто не имею права просто быть – без роли жены, мамы, дочери и тем более без пользы. Не могу быть собой даже наедине, переодеваюсь наспех, в зеркало мельком, стесняюсь танцевать, словно я уродливо делаю движения и так во всем.»

Ты не обязана соответствовать чьей-то картинке. Ты обязана узнать свою. Пока ты живёшь с я-концепцией «Я слишком. Я не такая. Я неудобная» – ты всё время будешь прятаться. А ведь настоящей тебе не нужны оправдания, тебе нужно свое пространство, свобода и понимание своих истинных целей и желаний.

Я-концепция – это внутренний фундамент. Когда он выстроен из силы – ты начинаешь жить своей жизнью.

Внутренний критик – не враг

Это раненный страж внутри тебя – голос, который обесценивает, чтобы уберечь. Знакомо да? Этот голос – часто мамин, учительский, из прошлого, буллинга в школе, бывшего парня, подруги. Он вырастает из травм: унижений, стыда. Он говорит: «Ты ерунду делаешь», «Лучше не начинай это не твое, да и поздно уже», «Это не гениальная идея, а все так делаю, это уже есть», «Сидела бы молча, ни чего бы не случилось». Иногда он тихий, как фон. Иногда – громкий, как рёв.

Но почти всегда – он не даёт жить.

Парадоксально, но внутренний критик это – внутренний наблюдатель и судья, который появляется, чтобы «оберегать», но делает это через контроль, обесценивание и давление. Он говорит:

«Ты плохо выглядишь»

«Ты всё испортишь»

«Ты снова не справишься»

«Зачем ты вообще лезешь туда?»

«Надо было раньше думать»

Всё это – не потому, что ты плохая. А потому что внутри есть часть, которая боится. Боится ошибки. Отвержения. Наказания. И начинает бить тебя первой – чтобы этого не сделали другие.

Даниэлла, 30 лет:

– Я всю жизнь слышу в голове ну вот, опять ты не так…». Это как встроенный диктатор. Я даже комплименты не могу принять – критик тут же шепчет – они просто вежливы. На самом деле ты жирная и глупая.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.