Анатолий Москальчук
Созерцание

Глава 1

Она смотрела на него, пытаясь разглядеть в глазах человека, только что услышавшего очень красивое признание в любви, хоть небольшую крупицу радости. Но равнодушие во взгляде так сильно обижало и разочаровывало, что девушке хотелось броситься бежать в противоположную сторону со слезами на глазах. Но показать это, значит проявить слабость. Возможно такая реакция лишний раз потешит самолюбие парня, который ни на секунду не поменялся в лице. А, возможно, ему настолько все равно, что на любую истерику, любые слезы, он наплюёт три раза, и, развернувшись, просто уйдет по своим делам.

«Ну скажи же что-нибудь, Бога ради!» – кричала про себя Каролина. Пытаясь дышать ровно и размеренно, она продолжала смотреть в глаза молодому человеку, стоявшему прямо перед ней. Внутри всё горело, в горле собирался большой ком, а дыхание всё труднее и труднее было контролировать, она почти задыхалась от нехватки кислорода из-за волнения, которое испытывала.

«Говори же, негодяй!»

В комнате было очень душно. На улице полдень, и стоявшая еще с раннего утра ужасная жара была просто невыносима. Такого мая, пожалуй, жители городка с очень говорящим названием Северный еще не видели никогда. Здешний народ привык в конце апреля только снимать свои зимние куртки и переобуваться в туфли, а тут на тебе – жара, да почище той, что бывает в самый пик июля. Деревья покрылись зелеными листьями, земля у дорог окрасилась в желтый цвет из-за появившихся одуванчиков, а в приемный покой единственной в городе больницы уже стали обращаться люди, которым не повезло быть укушенными клещами.

И вот в одной из квартир в центре города в эту самую минуту стояла рыжая красивая девушка двадцати девяти лет, а перед ней парень, на пять лет старше. Она ждала, пока он ответит хоть что-нибудь после того, как она сказала, что любит его всем сердцем.

«Ну почему же ты молчишь?!»

Обстановка накалялась. В то время, как парень продолжал молчать, глаза Каролины начинали краснеть. Прошла только минута, а ей казалось, будто она ждет уже целую вечность. Понимая, что свое состояние она не сможет долго скрывать, еще момент и слезы вырвутся на волю со страшной силой, девушке пришлось начать говорить первой.

Как же так, она решилась, проявила смелость сказать первой о своих чувствах, неужели нельзя было хоть сделать вид, что слова как-то задели? Неужели нельзя было проявить чуточку уважения и хотя бы сказать пару слов в ответ, пусть не любовных, но хотя бы дружеских. Это ведь не просто слова о погоде или курсе доллара, это слова из самого сердца, и, не отреагировав на них, можно ранить человека.

– Я всё понимаю… – дрожащим голосом с большой неохотой произнесла она. И глаза бедной девушки опустились. Теперь ей было стыдно смотреть своему собеседнику в глаза. Но даже чувствуя себя униженной, она не переставала думать о словах, которые сказала, о тех чувствах, которые вселила в эти несколько фраз. – Ничего не нужно отвечать…

Каролина развернулась и потихоньку направилась в сторону выхода. Возможно, подсознательно она ждала, что сейчас её остановят, что парень опомнится, подбежит и страстно поцелует, также признается в любви, и больше просто не сможет выпускать ее из своих объятий. Но, увы, спустя мгновенье, Каролина вышла из квартиры в подъезд, еще через мгновенье она уже покинула дом.

«Как же так?!»

Бедная девушка на минутку остановилась у скамейки. Она так сильно растерялась, что рассудок ненадолго покинул ее, голова перестала соображать, а перед глазами стоял туман. Испугавшись обморока, Каролина хотела было опуститься на скамейку, но желание уйти подальше от этого места перевесило общее недомогание. Девушка прибавила ходу. Быстрыми шагами она отдалилась от дома, потом от двора, и наконец, оказалась на другой улице.

«Подлец!»

Каролина не могла понять, что же ее в эту самую минуту гложет больше, что он не ответил ей взаимностью, или что вообще ничего не ответил. Конечно, никто не накладывает на человека обязательство отвечать любовью на любовь, это, разумеется, понятно, но… но вот попробуй это сердцу объяснить. Скажи: «Не расстраивайся, ты просто ему не нравишься, или ему нравится другая, а может даже и другой, кто ж знает. Не переживай, на свете полно замечательных парней, кто-то да обратит обязательно на тебя внимание». Но нет, такие здравые рассуждения плачущему сердцу не помогут.

На улице становилось все жарче, к началу первого дня столбик термометра уже поднялся до плюс двадцати четырех градусов. Капельки пота уже появлялись на теле расстроенной девушки. Она шла в короткой юбке, и теплый ветерок обдувал ее прелестные стройные ножки. Каролина не сбрасывала темп. Ее не волновало все, что происходило вокруг. Она просто шла, полностью погрузившись в свои мысли. Вскоре по щекам девушки стали пробегать слезинки. Было досадно и обидно. Это то самое чувство, когда ты идешь по жаркому городу в обед среди людей и будто один во всей Вселенной.

И вдруг она остановилась. Перекресток. Справа-слева – широкая улица, ну а впереди красивая большая церковь, достояние города Северный. Сразу за ней – набережная. Именно туда ножки и повели ее. Красивый уголок в городе, она может и не была такая большая, как в Москве, Петербурге или Самаре, но если человек хочет найти покой, подышать свежим воздухом и полюбоваться на небольшую речку, протекающую здесь, то набережная города Северный ждет тебя.

Девушка прошла вдоль забора местной церкви и направилась по брусчатой дорожке к набережной. Слезы, то и дело появлялись на лице милой Каролины, которая, может и не боялась уже упасть в обморок, но все никак не могла успокоиться после произошедшего.

«В голове не укладывается! Но почему же он молчал?! Почему? Почему?»

Каролина села на одну из скамеек, стоявших в тени. Над головой – береза, уже успевшая покрыться зелеными листьями. Справа – другая скамейка, на которой двое влюбленных, обнявшись, о чем-то мило беседовали. Все по законам жанра. Когда хочется побыть одной, то рядом окажутся именно те, кого, пожалуй, больше всего не хочется видеть в этот самый момент.

«Вы посмотрите на них…»

Каролина завистливо улыбнулась, и слеза опять потекла по красивой щеке. Мечты о мужском плече, на которое можно опереться, таяли и исчезали. Она хотела быть любимой, чтобы милый парень думал о ней, когда просыпался, ходил на работу, чтоб он хотел и желал ее. Но, к сожалению, девушка снова одна.

– Как же мне теперь его забыть… – пожав плечами, вслух произнесла Каролина. – Как жить дальше, радоваться?

Каролина снова улыбнулась: – Вот дура, докатилась, разговариваю сама с собой.

На улице поднялся небольшой ветерок. Обдувая горячее, уставшее от этого зноя тело, он будто привнёс что-то хорошее в этот печальный для этой девушки день. Она в который раз медленно вдохнула полной грудью, и на душе стало немного легче.

«А все-таки здесь хорошо. Тихо, спокойно, – мыслями отвлеклась Каролина. – Влюбленная пара рядом, слева девочка, играющая со своим цверкшнауцером, недалеко за ней бабушка, облокотившаяся на забор и не сводящая взгляда с реки. А справа – так… это что?»

Каролина присмотрелась. По дороге вдоль забора шел мужчина средних лет в темном плаще с цилиндром на голове. Девушка протерла глаза. Она подумала, будто бы из-за стресса ей уже мерещится всякое. Но нет. По брусчатой дорожке не очень быстро, но уверенно шагал некий господин, с легкой щетиной, в белых перчатках. Он прошел мимо сидящей на скамейке влюбленной пары, а потом и мимо Каролины. Ошарашенная девушка проводила взглядом незнакомца в обличии барона времен царствования Императора Николая I. Ее поразило скорее не то, что он в принципе здесь появился, а то, что ни одного находящегося на набережной в этот самый момент человека это не удивило. Девочка все также игралась со своим цверкшнауцером, а бабушка, то и дело заглядывающая на проходящих мимо людей, даже не повернулась. И вот что было странно. С другой стороны, всех людей как, впрочем, и ее саму, может интересовать совсем другие важные вопросы, отчего им нет дела до людей в маскарадных костюмах.

Но Каролина все-таки обратила внимания на престранного типа.

«Кто же он?»

Господин в цилиндре шел спокойно по дорожке, с каждым шагом все больше и больше отдаляясь от Каролины. Пара секунд, и он уже был позади бабушки и девочки с собачкой.

– Случается же… – вслух сделала вывод успокоившаяся девушка. И вновь подул приятный в жаркую погоду ветерок. Внезапно внизу, прямо возле туфель девушки, появился небольшой листок бумаги. Его видимо принесло ветром. Она неохотно подняла его.

«Там что-то написано».

Каролина развернула листок.

«Твоей красотой я наслаждаюсь. Она будто глоток свежего воздуха. Будто пение птиц по утру. Будто прикосновение теплой воды. Я не знаю, как буду жить без тебя. Приходи сегодня на вокзал в десять вечера, и я покажу тебе мир, где можно захлебнуться от любви, где радость и наслаждение есть неотъемлемая часть твоего бытия. Приходи…Каролина…»

– Каролина? – девушка немного откинулась назад и, прикоснувшись спиной о горячую нагретую солнечными лучами спинку скамейки, невольно вздрогнула. Она оглянулась по сторонам. Никого из знакомых, ничего подозрительного, не считая господина с цилиндром на голове, но тот уже далеко, да и записка появилась после того как он прошел мимо. Вроде бы…

«Чертовщина какая-то!»

«Неужели тот странный тип подбросил? но откуда он меня знает, и как предугадал, что я появлюсь здесь в этот час? Нет-нет, это чушь полная, такого быть никак не может».

Вначале Каролина хотела встать и пойти вслед за незнакомцем, но эту идею быстро убила в себе, вместо этого, посидев еще немного на скамейке, она отправилась домой. И, хотя девушка твердо для себя решила, что на вокзал к десяти вечера никто, разумеется, не отправится, записку со странным содержимым она не выпускала из рук до самого дома.

Знойный майский день не переставал поражать красивую рыжеволосую девушку. Однако в этот самый час она и не подозревала, какие еще сюрпризы ждут ее сегодня.

Глава 2

Господин в черном плаще с цилиндром на голове шел медленно. Он смотрел прямо и лишь изредка бросал свой взгляд на проплывающую мимо речку. Выглядел он безукоризненно. Одежда, взгляд и даже походка выдавали в нем человека глубоко образованного и небедного. Он шел и ни о чем не думал. Хотя его состояние и нельзя было назвать расслабленным, но мыслями он в данный момент не был обременен. Но иногда в голове возникали некоторые образы и голоса. То и дело, ему вспоминалось большое поле, кругом снег, сосны, покрытые белым одеялом и она, девушка его мечты.

Господин с цилиндром продолжал идти по набережной города Северный.

Вдруг в голове послышался выстрел!

Он остановился и повернулся к реке.

– А здесь не так уж и плохо, – тихо произнес он. Ветер подул мужчине прямо в лицо, отчего ему на миг стало очень хорошо. – Если бы ты видел Мишель, насколько все изменилось. Ах если бы…

Мужчина поднес левую руку в белой перчатке к лицу и немного потер пальцами свой подбородок, о чем-то задумавшись. Но недолгий полет мыслей прервал вновь прозвучавший в голове выстрел.

– Ах, черт возьми, сколько можно? Меня так заметят, – нервно произнес он. И в эту же секунду он почувствовал прикосновение сзади. Повернувшись, он увидел прямо перед собой маленькую улыбающуюся девочку и стоящую рядом с ней маму, которая была явно удивлена.

– Дядечка, а вы кто? – спросила девочка.

«О Господи!» – мелькнуло в голове у незнакомца.

– Разрешите представиться, – галантно, даже с некоторой пусть и натянутой улыбкой начал он. – Барон Бранденбарт.

– Дашулечка, пошли отсюда, не видишь, дядя занят, – женщина взяла за руку своего ребенка и, еще раз посмотрев на незнакомца, на этот раз с каким-то презрением, будто на сумасшедшего, отправилась дальше вдоль забора в сторону церкви.

«И вот так каждый раз, когда меня видят…» – мысленно отметил барон. Он щелкнул пальцами.

Господин в черном плаще с цилиндром на голове растворился в воздухе.