Алексей Ёжиков
Коучинг принятия и ответственности

Коучинг в [Скобках}
Библиотека обоснованных подходов

В серии вышли и планируются к выходу книги по различным подходам в коучинге:

• Коучинг принятия и ответственности

• Нейрокоучинг

• Когнитивно-поведенческий коучинг

• Коучинг, основанный на позитивной психологии

• Коучинг, ориентированный на результат

• Психология коучинга

• Научно обоснованный коучинг

Книги по специальным темам:

• ИИ для коучей и психологов

• Продвижение психолога и коуча

• Компетенции коуча

• Бизнес-коучинг

• Коучинг руководителей высшего звена

• Коучинг в одну сессию

• Психометрия в коучинге

• Метафоры в коучинге

• Коучинг и сновидения

• Духовность / религиозность в коучинге

Миссия серии – развитие культуры научно обоснованного коучинга в России и создание сообщества практиков, объединяющих знания наилучших эмпирических данных с искусством фасилитации трансформационных изменений.

Предисловие

О направлении и его значимости

Коучинг принятия и ответственности (КПО) представляет собой один из наиболее инновационных и научно обоснованных подходов в современной практике коучинга. Возникший на основе терапии принятия и ответственности (ТПО), этот подход предлагает глубоко проработанную методологию для повышения психологической гибкости и эффективности как в профессиональной, так и в личной сфере.

В мире, где скорость и сложность изменений постоянно растут, а множество противоречивых требований создают значительное психологическое давление, особенно ценным становится подход, который не просто помогает достигать целей, но и создаёт устойчивую основу для психологического благополучия. КПО уникален тем, что фокусируется не на устранении неприятных мыслей и эмоций, а на построении осмысленной жизни через контакт с настоящим моментом, принятие внутреннего опыта и ценностно-ориентированные действия.

Растущий объем исследований подтверждает эффективность КПО для широкого спектра задач: от преодоления прокрастинации и повышения производительности до улучшения принятия решений и развития лидерских качеств. Особенно ценно, что этот подход не только предлагает техники для достижения целей, но и интегрирует глубокую философскую основу с практическими инструментами, создавая устойчивую методологию трансформационных изменений.

Для кого эта книга

Книга предназначена для нескольких аудиторий, которые могут различаться по уровню практической и теоретической подготовки.

• Практикующим коучам, желающим обогатить методический арсенал научно обоснованными подходами и техниками для работы с избеганием, прокрастинацией и другими формами психологической негибкости.

• Преподавателям и супервизорам коучинга, внедряющим современные доказательные методы в программы обучения коучингу.

• Психологам и консультантам, интегрирующим коучинговые методы в свою работу с психологически здоровыми клиентами.

• Руководителям и HR-специалистам, заинтересованным в применении коучинговых подходов для развития персонала и создания психологически здоровой рабочей среды.

• Всем специалистам, работающим с людьми и стремящимся к освоению методологии, способствующей как достижению целей, так и психологическому благополучию.

Чтобы упростить чтение книги для различных аудиторий, особенно не знакомых с различными направлениями в психотерапии, а также психометрическими инструментами, автор приводит как русскоязычные, так и англоязычные названия подходов и опросников. В свою очередь, для желающих ознакомиться с первоисточниками приведены списки литературы в конце каждой главы.

Как использовать эту книгу

Книга структурирована таким образом, чтобы обеспечить последовательное погружение от теории к практике.

• Главы 1—2 дают понимание концептуальной и теоретической основы КПО, его философии и научной эмпирической базы.

• Главы 3—4 описывают ключевые модели, диагностические инструменты и структуру процесса КПО.

• Главы 5—6 предлагают конкретные техники и разбор их применения на практике через детальные кейсы и примеры диалогов.

• Главы 7—8 помогают интегрировать подход в различные контексты работы и выстроить путь профессионального развития в данном направлении.

Рекомендую читать книгу последовательно, начиная с теоретических основ и постепенно переходя к практическим техникам. Однако, если вы уже знакомы с терапией принятия и ответственности или основами контекстуальной поведенческой науки, вы можете начать непосредственно с глав, посвящённых моделям и техникам коучинга.

Об авторе

Алексей Ёжиков – практикующий психолог и коуч владельцев бизнеса, членов советов директоров, руководителей высшего звена и членов их семей. Помимо индивидуальной практики, он разрабатывает и проводит долгосрочные программы развития руководителей, стратегические сессии, тренинги и отдельные мероприятия для заказчиков в крупном бизнесе.

К деятельности автора по обучению коучей и развитию коучинговой профессии относятся:

• Руководство секцией «Коучинг» Ассоциации когнитивно-поведенческой психотерапии (АКПП) и деятельность супервизора психологов и коучей;

• Членство в правлении Ассоциации русскоязычных коучей (АРК), руководство комитетом «Наше научное наследие» и комитетом этики, а также деятельность супервизора коучей по стандартам АРК;

• Членство в Российском психологическом обществе (РПО) и участие в секции «Психология коучинга».

• Выступления на научно-практических конференциях в сферах психотерапии и психологического консультирования, коучинга, управления персоналом и смежных с ними.

• Членство в экспертной группе по независимой оценке квалификации коучей при Национальном совете при Президенте РФ по профессиональным квалификациям в области управления персоналом (СПК УП).

• Преподавание научно обоснованного коучинга, менторинга и супервизии для коучей.

• Публикация научных статей и книг по коучингу.

1] Обзор коучинга принятия и ответственности

Определение и ключевые особенности

Коучинг принятия и ответственности (КПО)¹ представляет собой коучинговый подход, основанный на принципах терапии принятия и ответственности (ТПО)². [Хилл, Оливер, 2023] Его основная цель – повышение психологической гибкости с целью улучшения профессиональной и личной эффективности, а также общего качества жизни у психологически здоровых людей. [Anstiss, 2021] КПО использует стратегии принятия и осознанности в сочетании со стратегиями приверженности и изменения поведения, чтобы помочь людям жить более насыщенной и осмысленной жизнью, действуя в соответствии со своими ценностями даже при наличии внутренних барьеров. [Blonna, 2011]

Термин КПО был популяризирован Ричардом Блонна, который предложил адаптацию принципов ТПО для коучингового контекста. Важно чётко отличать КПО от психотерапии, в частности от ТПО. В то время как ТПО является эмпирически подтверждённым методом для работы с клиническими расстройствами, [Öst, 2014] КПО позиционируется как инструмент для работы с неклиническими популяциями, стремящимися к развитию и достижению целей. КПО не предназначен для диагностики или лечения психических расстройств. В некоторых контекстах, особенно в организационной среде, используется термин «Acceptance and Commitment Training» (ACTraining), чтобы подчеркнуть обучающий характер интервенций. [Moran, 2015] Такая вариативность терминов может создавать путаницу, и важно критически оценивать применимость данных об эффективности ТПО или ACTraining непосредственно к КПО.

КПО отличается от многих научно обоснованных коучинговых подходов несколькими ключевыми особенностями. [Хейс и др., 2021]

• Психологическая гибкость. В основе КПО лежит концепция психологической гибкости – способности осознанно присутствовать в текущем моменте, открыто воспринимать свой внутренний опыт (мысли, чувства, ощущения) и гибко адаптировать поведение в соответствии с личными ценностями. Вместо исключительного фокуса на достижении конкретных целей, КПО направлен на развитие устойчивых мета-навыков.

• Ценностно-ориентированный подход. Значительное внимание уделяется прояснению глубинных личных ценностей клиента и построению действий, согласованных с этими ценностями. Это создаёт внутреннюю, устойчивую мотивацию к изменениям. [Хэррис, 2022]

• Контекстуальный подход. Поведение рассматривается не изолированно, а в связи с ситуацией и его функцией (для чего оно служит). Вместо простого устранения «проблемного» поведения, КПО стремится понять его функцию и найти более адаптивные способы удовлетворения потребностей. [Vilardaga et al., 2009]

• Принятие внутреннего опыта. Принципиальное отличие КПО заключается в отношении к неприятным мыслям и чувствам. Вместо стратегий контроля или подавления, КПО предлагает развивать принятие – способность и готовность переживать трудный внутренний опыт как естественную часть жизни, не позволяя ему полностью определять поведение.

Важным аспектом этого сдвига от контроля к принятию часто является исследование так называемой «творческой безнадёжности». Это не общая, всепоглощающая безнадёжность, а специфическое осознание клиентом того факта, что его прежние, часто автоматические, стратегии борьбы с нежелательными мыслями и чувствами или их контроля оказались неэффективными в долгосрочной перспективе и не привели к желаемому качеству жизни. Признание тщетности старых методов, понимание, что «война» с внутренним миром привычными способами не может быть выиграна, создаёт мотивацию для исследования новых, более гибких подходов, предлагаемых КПО, таких как принятие и когнитивное разъединение.

• Осознанность и когнитивное разъединение. КПО интегрирует практики осознанности (mindfulness) для развития контакта с настоящим моментом и использует техники когнитивного разъединения, чтобы помочь клиентам изменить отношение к своим мыслям, воспринимая их как вербальные события, а не как абсолютную истину. «Когнитивное разъединение» (cognitive defusion) противопоставляется «когнитивному слиянию» (cognitive fusion) – переживанию содержания мыслей как истинной реальности.

История развития и эволюция направления

Коучинг принятия и ответственности имеет глубокие корни в развитии когнитивно-поведенческой традиции и контекстуальной поведенческой науки. Его возникновение тесно связано с эволюцией поведенческой и когнитивной терапии, прошедшей через три основных этапа или «волны» (впрочем, такая классификация условна и оспаривается многими историками науки и практиками).

Первая волна (1950—1960-е годы) была представлена поведенческой терапией, сосредоточенной на прямом изменении наблюдаемого поведения через принципы классического обусловливания по И. П. Павлову и оперантного обусловливания по Б. Скиннеру. Вторая волна (1970—1980-е годы) ознаменовалась появлением когнитивно-поведенческой терапии (КПТ) по А. Беку³ и рационально-эмотивно-поведенческой терапии (РЭПТ) по А. Эллису⁴, которые добавили к работе с поведением фокус на идентификации и изменении когнитивных процессов, особенно содержания мыслей и убеждений.

Третья волна когнитивно-поведенческой терапии, возникшая в 1990-х годах, включает подходы, которые делают акцент не столько на изменении содержания мыслей, сколько на изменении отношения к ним и контекста, в котором они возникают. К этой же волне относятся ТПО, диалектическая бихевиоральная / поведенческая терапия (ДБТ)⁵ по М. Линехан, когнитивная терапия на основе осознанности⁶ и другие. [Vilardaga et al., 2009]

Терапия принятия и ответственности была разработана Стивеном Хейсом, Кирком Штросалем и Келли Уилсон в конце 1980-х – начале 1990-х годов. Первая книга, детально описывающая модель ТПО, была опубликована в 1999 году. ТПО уникальна тем, что основывается на собственной философии науки (функциональный контекстуализм) и теоретической модели человеческого языка и познания, предлагая комплексный взгляд на причины психологического страдания и пути его преодоления. [Торнеке, 2022; Хейс и др., 2021]

По мере накопления исследований, демонстрирующих эффективность ТПО не только для клинических расстройств, но и для повышения благополучия и эффективности у неклинических популяций (например, в исследованиях стресса на рабочем месте [Bond, Bunce, 2003]), стало очевидно, что принципы ТПО могут быть ценными и в контексте коучинга.

Первые системные попытки адаптации ТПО для коучинга были предприняты Ричардом Блонна. [Blonna, 2011] Дальнейшее развитие КПО связано с работами Тима Анстисса, Рейчел Скьюз, Дженнифер Хилл и Джима Оливера, которые начали исследовать и популяризировать этот подход в коучинговой среде. [Anstiss, 2021; Skews, Palmer, 2016] Значимым этапом стала публикация книги Хилл и Оливера, систематизировавшей аспекты КПО. [Хилл, Оливер, 2023]

На сегодняшний день КПО представляет собой динамично развивающееся направление. Однако важно отметить, что количество эмпирических исследований, специфически посвящённых именно коучингу принятия и ответственности, пока значительно ограничено по сравнению с обширной базой исследований ТПО как терапии. [Skews, 2018] Хотя растущий объём доказательств эффективности принципов ТПО в неклинических контекстах и предварительные исследования самого КПО [Skews, 2018; Mahony et al., 2022] демонстрируют его потенциал, необходимы дальнейшие качественные исследования для подтверждения эффективности именно коучинговой адаптации.

В последние годы наблюдается интеграция ТПО и КПО с другими подходами «третьей волны» когнитивно-поведенческих направлений (например, с подходом, сфокусированным на сострадании⁷ [Тирч и др., 2022]). КПО также находит применение в организационном контексте для развития лидерства и повышения эффективности. [Moran, 2015] В российском профессиональном сообществе КПО пока представлен минимально, что создаёт потенциал для его развития и адаптации.

Научная обоснованность КПО

Коучинг принятия и ответственности позиционируется как часть современной парадигмы коучинга, основанного на фактических данных (evidence-based coaching). [Stober, Grant, 2006] Этот подход предполагает интеграцию лучших современных научных знаний, опыта практика и особенностей конкретного клиента при принятии решений о коучинге.

Сторонники КПО утверждают, что он соответствует этой парадигме по нескольким причинам. [Хилл, Оливер, 2023; Anstiss, 2021]

• Научно-обоснованная теоретическая база. КПО опирается на теорию реляционных фреймов (ТРФ)⁸ и философию функционального контекстуализма, имеющие собственную исследовательскую базу в рамках контекстуальной поведенческой науки. [Hayes et al., 2001; Vilardaga et al., 2009]

• Использование методов с подтверждённой эффективностью. КПО адаптирует методы из ТПО, эффективность которой как психотерапии подтверждена многочисленными РКИ и мета-анализами для широкого спектра клинических проблем. [Öst, 2014; A-Tjak et al., 2015]

• Структурированные методы оценки. КПО предполагает использование инструментов для измерения ключевых процессов (например, психологической гибкости) и результатов, что позволяет отслеживать прогресс (хотя валидность некоторых инструментов, например AAQ-II, подвергается критике, см. подробнее в Главе 3).

Однако при оценке места КПО в экосистеме научно обоснованного коучинга необходимо учитывать и критические моменты.

• Разрыв в доказательной базе. Основная масса эмпирических данных относится к ТПО как терапии для клинических популяций. Прямых высококачественных исследований эффективности индивидуального коучинга принятия и ответственности для неклинических целей (например, повышение производительности, развитие лидерства) значительно меньше, и они часто имеют методологические ограничения. [Skews, 2018]

• Проблема переноса данных. Некритический перенос данных об эффективности терапии принятия и ответственности на коучинг является методологически некорректным. Необходимы прямые доказательства эффективности именно коучинговой адаптации для специфических коучинговых целей и популяций.

• Сложность теории. Фундаментальная теория реляционных фреймов является сложной и все ещё обсуждаемой в научном сообществе, [Hughes, Barnes-Holmes, 2016] что затрудняет её полное понимание и проверку как основы для коучинга.

КПО занимает перспективный, но пока не полностью подтверждённый уровень в системе научно обоснованного коучинга (уровень B согласно лестничной модели SABCP⁹). Он предлагает теоретически последовательный подход, основанный на модели психологической гибкости, но для его перехода на следующий уровень научной обоснованности как коучингового метода требует дальнейшей эмпирической валидации через строгие исследования самого КПО.

Сравнение с другими направлениями коучинга

Для полного понимания места коучинга принятия и ответственности в профессиональной практике, важно сравнить его с другими распространёнными подходами, выделив уникальные преимущества и возможные ограничения. В первую очередь, важно понимать границы между КПО и смежными практиками в том же подходе принятия и ответственности.

• КПО и терапия принятия и ответственности различаются целевой аудиторией (неклиническая либо клиническая), фокусом (развитие либо лечение) и глубиной работы. Чёткое разграничение критически важно с этической точки зрения.

• КПО может интегрироваться в орг. консультирование, но его фокус остаётся на индивидуальной или командной психологической гибкости.

• ACTraining обычно представляет собой групповые обучающие программы в организациях, в то время как КПО чаще подразумевает индивидуальную или командную работу над уникальными изменениями с использованием навыков принятия и ответственности.

Описанные далее различия специально гиперболизированы, чтобы дать общее представление о границах практик. Любая из перечисленных модальностей может применять все описанные инструменты или фокусы внимания в зависимости от клиента и коучинговой задачи.

Когнитивно-поведенческий коучинг

Традиционный когнитивно-поведенческий коучинг (КПК)¹⁰ фокусируется на выявлении и изменении когниций, что ведёт к изменению эмоционального состояния, мотивации и поведения. [Neenan, Palmer, 2022] КПО, напротив, больше работает над изменением отношения к мыслям, а не их содержания.

В то время как КПК стремится к рациональному переосмыслению ситуаций через когнитивную концептуализацию, диспуты и рефлексию поведенческих экспериментов, [David, Cobeanu, 2016] КПО акцентирует внимание на принятии мыслей и чувств при одновременном ценностно-ориентированном действии.

Существенное различие заключается в том, что КПК часто использует дихотомию между «мыслями, мешающими деятельности» (performance interfering thoughts, PITs) и «мышлением, обусловливающим стресс» (stress inducing thinking, SIT) с одной стороны, и «мыслями, способствующими деятельности» (performance enhancing thoughts, PETs) и «мышлением, облегчающим стресс» (stress alleviating thinking, SAT) с другой стороны. [Palmer, Szymanska, 2007] КПО подчёркивает, что все мысли – естественный продукт языка, и работает с их функцией, а не «соответствию» реальности. [Хейс и др., 2021]

Преимущество КПО проявляется в ситуациях, когда классическая когнитивная реструктуризация не работает или вызывает сопротивление. Такой подход может быть более привлекательным для клиентов, не склонных к рациональному анализу, и работает не только с мыслями, но и с широким контекстом поведения и его функциями. Ограничения КПО связаны с тем, что он требует принятия клиентом философской позиции, которая может противоречить привычным убеждениям о контроле мыслей. Кроме того, КПО может восприниматься как менее структурированный и целенаправленный подход по сравнению с классическим КПК, что для некоторых клиентов менее предпочтительно.

Коучинг, ориентированный на результат

Коучинг, ориентированный на результат,¹¹ является прямым применением и адаптацией принципов ориентированной на результат краткосрочной терапии (ОРКТ)¹² в неклинических контекстах. Он фокусируется на поиске решений, ресурсах и движении к предпочитаемому будущему, минимизируя анализ проблем. [Grant, 2012; Cavanagh, Grant, 2010; Iveson et al., 2012] КПО же уделяет значительное внимание процессам избегания и контроля, которые могут лежать в основе проблем, и развивает навыки взаимодействия с текущими трудностями.

Преимущество КПО заключается в более глубокой работе с психологическими процессами, лежащими в основе поведения. Он учитывает роль языка и познания в человеческом поведении и интегрирует работу с ценностями для долгосрочных изменений. Ограничения КПО включают то, что он может требовать больше времени для достижения результатов по сравнению с краткосрочными подходами, нацеленными на внешний результат. Работа с психологическими процессами может казаться некоторым клиентам менее конкретной и структурированной.

Коучинг, основанный на позитивной психологии

Коучинг, основанный на позитивной психологии,¹³ часто фокусируется на усилении позитивных эмоций, активизации сильных сторон и ресурсов. [Biswas-Diener, Dean, 2007; Passmore, Oades, 2014; Green, Palmer, 2018] КПО подчёркивает принятие всего спектра человеческого опыта, включая негативные эмоции, как части нормальной жизни, и концентрируется на психологической гибкости и ценностно-ориентированном действии.

Преимущество КПО состоит в том, что он избегает риска «тирании позитива» и нормализует весь спектр человеческого опыта. Он предлагает конкретные методы работы с трудными мыслями и чувствами. Ограничения КПО связаны с тем, что он может уделять меньше внимания развитию специфических сильных сторон и талантов клиента и восприниматься некоторыми клиентами как недостаточно оптимистичный.

Психодинамический коучинг

Психодинамический коучинг фокусируется на осознании бессознательных паттернов и их истоков, работает с защитами, переносом и интерпретациями. [Kilburg, 2004; Kets de Vries, 2013; Lee, 2010] КПО меньше интересуется историей паттернов, больше – их текущей функцией и альтернативными действиями. Для КПО большую роль играют прямой опыт и поведенческие эксперименты.

Преимущество КПО заключается в его структурированности и опоре на эмпирические данные. Он предлагает конкретные, практические методы для непосредственного применения и меньше зависит от длительного процесса самоисследования. Ограничения КПО связаны с тем, что он уделяет меньше внимания пониманию глубинных причин паттернов поведения и может быть менее эффективным для клиентов, нуждающихся в глубокой проработке личной истории и отношений.

Сферы применения и потенциальные результаты

Коучинг принятия и ответственности, благодаря своему универсальному фокусу на психологической гибкости, находит применение в разнообразных контекстах. Рассмотрим основные сферы его применения и потенциальные результаты.

В индивидуальном жизненном коучинге КПО применяется для прояснения личных ценностей и жизненных приоритетов, преодоления внутренних барьеров для значимых изменений, повышения качества жизни и психологического благополучия, развития устойчивости в сложных жизненных ситуациях и улучшения баланса работы и личной жизни. Потенциальные результаты включают более осознанные решения, согласованные с личными ценностями, снижение эмпирического избегания и прокрастинации, улучшение самопринятия и психологической гибкости, более эффективное управление стрессом и повышение общей удовлетворённости жизнью.

В организационном и бизнес-коучинге КПО используется для развития лидерских качеств и аутентичного лидерства, улучшения принятия решений в условиях неопределённости, повышения устойчивости к стрессу и выгоранию, развития эмоционального интеллекта и саморегуляции, а также фасилитации организационных изменений. Результаты могут включать более эффективное лидерство в сложных ситуациях, улучшение взаимодействия в команде и организационной культуры, снижение уровня выгорания и текучести кадров, повышение вовлеченности сотрудников и формирование более ценностно-ориентированной организационной культуры. [Skews, Palmer, 2016]

В сфере здоровья и благополучия КПО применяется для поддержки в изменении образа жизни и здоровых привычек, повышения приверженности физической активности и здоровому питанию, развития эффективных стратегий управления стрессом, улучшения качества сна и восстановления, а также поддержки в управлении хроническими состояниями. Потенциальные результаты включают устойчивые изменения в образе жизни, улучшение физических показателей здоровья, снижение психологического стресса, повышение энергии и жизненного тонуса, а также более осознанное отношение к здоровью. [Anstiss, 2021]

В сфере образования и обучения КПО используется для повышения учебной мотивации и преодоления прокрастинации, развития навыков саморегуляции и самоорганизации, управления тревогой, связанной с выступлениями и экзаменами, прояснения профессиональных целей и карьерного пути, а также поддержки в развитии новых навыков и преодолении плато. Результаты могут включать улучшение учебных и профессиональных показателей, снижение учебной прокрастинации и более систематическое обучение, уменьшение тревоги перед выступлениями и экзаменами, более ценностно-ориентированные образовательные и карьерные решения, а также повышение эффективности обучения и освоения новых навыков. [Mahony et al., 2022]

В командном и групповом коучинге КПО применяется для прояснения общих ценностей и создания командного видения, улучшения коммуникации и разрешения конфликтов, повышения психологической безопасности в команде, развития коллективной устойчивости к стрессу и поддержки в периоды организационных изменений. Потенциальные результаты включают более согласованную работу команды на основе общих ценностей, улучшение психологического климата и снижение конфликтности, повышение инновационности и креативности, более эффективное преодоление сложных периодов и изменений, а также улучшение результативности команды и удовлетворённости участников.

КПО особенно эффективен для работы с задачами, связанными с избеганием, прокрастинацией, конфликтом ценностей, трудностями в принятии решений и ситуациями, где попытки контролировать мысли и чувства приводят к парадоксальному усилению проблемы. [Anstiss, 2021] Его акцент на психологической гибкости и принятии создаёт основу для устойчивых изменений, выходящих за рамки достижения конкретных целей и затрагивающих более глубокое качество жизни и благополучия.

Этические аспекты КПО

Этичная практика является фундаментом профессионального коучинга принятия и ответственности. КПО, как и любое направление коучинга, опирается на базовые этические принципы, включающие компетентность, конфиденциальность, информированное согласие, избегание двойных отношений и честность в маркетинге. Однако КПО имеет и специфические этические аспекты, которые требуют особого внимания.

Разграничение коучинга и терапии представляет собой один из ключевых этических вопросов в КПО. Поскольку этот подход имеет корни в терапевтической методологии, особенно важно чётко разграничивать коучинг и терапию. Коуч, практикующий КПО, должен уметь распознавать ситуации, когда клиенту может требоваться терапевтическая помощь, и осуществлять соответствующее перенаправление.

Работа с эмоционально сложными темами также требует особого этического внимания. КПО часто включает работу с принятием трудных эмоций и мыслей. Коуч должен обладать навыками для этической и безопасной фасилитации такого процесса, не выходя за рамки коучинга в терапию.

Автономия клиента в работе с ценностями – важнейший этический аспект. КПО уделяет значительное внимание прояснению ценностей клиента. Коуч должен не навязывать собственные ценности и убеждения, а создавать пространство для самоисследования и самоопределения клиента.

Прозрачность относительно теоретических основ также имеет этическое значение. КПО опирается на специфическую философскую позицию (функциональный контекстуализм) и теоретические модели. Этически важно, чтобы коуч был прозрачен относительно этих основ и не представлял КПО как единственный «правильный» подход.

Осторожность в применении метафор и опытных упражнений необходима, поскольку КПО использует разнообразные метафоры и эксперименты, которые могут вызывать сильные эмоциональные реакции. Коуч должен осознавать потенциальное воздействие этих методов и применять их с соответствующей осторожностью, получая информированное согласие.

Управление директивностью также представляет этический вызов. КПО предлагает собственные модели, метафоры и эксперименты, которые коуч привносит в коучинговое взаимодействие. Это делает КПО более директивным, чем некоторые другие коучинговые подходы, и требует от коуча повышенной чувствительности к допустимым границам директивности.

В практическом применении этических принципов коуч может использовать информированное согласие, объясняя, что КПО может включать исследование трудных мыслей и чувств с целью развития психологической гибкости, а не их устранения. Коуч описывает потенциальные методы работы (метафоры, осознанность, опытные упражнения) и получает согласие клиента на их использование.

Установление границ компетенции также важно. Когда клиент начинает углубляться в темы, выходящие за рамки коучинга (например, детские травмы или симптомы депрессии), коуч должен признать, что это выходит за границы его работы, и предложить обсудить возможность работы с терапевтом, при этом оставаясь открытым для продолжения коучинга в областях профессионального развития и ценностно-ориентированных действий.

Этичная практика КПО требует от коуча не только следования общим этическим принципам профессии, но и постоянной рефлексии, супервизии и обучения для обеспечения компетентной работы с психологическими процессами в контексте коучинга, без выхода в терапевтическую практику.

Список литературы

• Тирч, Д., Шендорф, Б., Зильберштейн, Л. Р. (2022). Сострадание в терапии принятия и ответственности. Практическое руководство. Диалектика. (ISBN: 978-5-907458-01-7)

• Торнеке, Н. (2022). Теория реляционных фреймов в клинической практике. Диалектика. (ISBN: 978-5-907365-69-8)

• Хейс, С. C., Штросаль, К. Д., Уилсон, К. Г. (2021). Терапия принятия и ответственности. Процессы и практика осознанных изменений. Диалектика. (ISBN: 978-5-907458-28-4)

• Хилл Д., Оливер Д. (2023). Коучинг на основе терапии принятия и ответственности: отличительные особенности. Диалектика. (ISBN: 978-5-907515-51-2)

• Хэррис, Р. (2022). Полное наглядное пособие по терапии принятия и ответственности. Бомбора. (ISBN: 978-5-04-113715-1)

• A-Tjak, J. G., et al. (2015). A meta-analysis of the efficacy of acceptance and commitment therapy for clinically relevant mental and physical health problems. Psychotherapy and Psychosomatics, 84 (1), 30—36. (DOI: 10.1159/000365764)

• Anstiss, T. (2021). Acceptance and Commitment Coaching. In J. Passmore (Ed.), The Coaches’ Handbook. 301—321. Routledge. (ISBN: 978-0-367-54619-9)

• Biswas-Diener, R., Dean, B. (2007). Positive Psychology Coaching: Putting the Science of Happiness to Work for Your Clients. John Wiley & Sons. (ISBN: 978-0-470-04246-5)

• Blonna, R. (2011). Maximize Your Coaching Effectiveness with Acceptance and Commitment Therapy. New Harbinger Publications. (ISBN: 978-1-57224-931-8)

• Bond, F. W., Bunce, D. (2003). The role of acceptance and job control in mental health, job satisfaction, and work performance. Journal of Applied Psychology, 88 (6), 1057—1067. (DOI: 10.1037/0021-9010.88.6.1057)

• Cavanagh, M., Grant, A. M. (2010). The solution-focused approach to coa-ching. In E. Cox, T. Bachkirova, D. Clutterbuck (Eds.), The Complete Handbook of Coaching. SAGE. (ISBN: 978-1-84920-288-6)

• David, O. A., Cobeanu, O. (2016). Evidence-based training in cognitive-behavioural coaching: Can personal development bring less distress and better performance? British Journal of Guidance & Counselling, 44 (1), 12—25. (DOI: 10.1080/03069885.2014.1002384)

• Grant, A. M. (2012). Making positive change: A randomized study comparing solution-focused vs. problem-focused coaching questions. Journal of Systemic Therapies, 31 (2), 21—35. (DOI: 10.1521/jsyt.2012.31.2.21)

• Green, S., Palmer, S. (2018). Positive Psychology Coaching in Practice. Routledge. (ISBN: 978-1-138-86099-5)

• Hughes, S., Barnes-Holmes, D. (2016). Relational Frame Theory: The Basic Account. In R. D. Zettle, S. C. Hayes, D. Barnes-Holmes, A. Biglan (Eds.), The Wiley Handbook of Contextual Behavioral Science. John Wiley & Sons. (ISBN: 978-1-118-48988-8)

• Iveson, C., George, E., Ratner, H. (2012). Brief coaching: A solution focused approach. Routledge. (ISBN: 978-0-415-66746-3)

• Kets de Vries, M. F. R., Florent-Treacy, E., Korotov, K. (2013). Psychodynamic Issues in Organizational Leadership. In H. S. Leonard, R. Lewis, A. M. Freedman, J. Passmore (Eds.), The Wiley-Blackwell Handbook of the Psychology of Leadership, Change, and Organizational Development. Wiley-Blackwell. (ISBN: 978-1-118-32640-4)

• Kilburg, R. R. (2004). When shadows fall: Using psychodynamic approaches in executive coaching. Consulting Psychology Journal: Practice and Research, 56 (4), 246—268. (DOI: 10.1037/1065-9293.56.4.246)

• Lee, G. (2010). The psychodynamic approach to coaching. In E. Cox, T. Bachkirova, D. Clutterbuck (Eds.), The Complete Handbook of Coaching. SAGE. (ISBN: 978-1-84920-288-6)

• Mahony, S. E., Juncos, D. G., Winter, D. (2022). Acceptance and Commitment Coaching for Music Performance Anxiety: Piloting a 6-Week Group Course With Undergraduate Dance and Musical Theatre Students. Frontiers in Psychology, 13, 830230. (DOI: 10.3389/fpsyg.2022.830230)

• Moran, D. J. (2015). Acceptance and commitment training in the workplace. Current Opinion in Psychology, 2, 26—31. (DOI: 10.1016/j.copsyc.2014.12.031)

• Neenan, M., Palmer, S. (2022). Cognitive Behavioural Coaching in Practice: An Evidence Based Approach (2nd). Routledge. (ISBN: 978-0-367-46139-3)

• O’Connell, B., Palmer, S., Williams, H. (2012). Solution focused coaching in practice. Routledge. (ISBN: 978-0-415-44707-2)

• Öst, L.-G. (2014). The efficacy of Acceptance and Commitment Therapy: An updated systematic review and meta-analysis. Behaviour Research and Therapy, 61, 105—121. (DOI: 10.1016/j.brat.2014.07.018)

• Palmer, S., Szymanska, K. (2007). Cognitive Behavioural Coaching: An integrative approach. In S. Palmer, A. Whybrow (Eds.), Handbook of Coaching Psychology: A Guide for Practitioners. Routledge. (ISBN: 978-1-58391-706-0)

• Passmore, J., Oades, L. G. (2014). Positive psychology coaching: A model for coaching practice. The Coaching Psychologist, 10 (2), 68—70. (DOI: 10.1002/9781119835714.ch46)

• Skews, R. (2018). Acceptance and Commitment Therapy (ACT) Informed Coaching: Examining Outcomes and Mechanisms of Change [Doctoral dissertation, City, University of London]. City Research Online.

• Skews, R., Palmer, S. (2016). Acceptance and commitment coaching: Making the case for an ACT-based approach to coaching. Coaching Psychology International, 9 (1), 24—28.

• Skews, R., West, A., Archer, R. (2021). Acceptance and Commitment Coaching in the Workplace. In W.-A. Smith, I. Boniwell, S. Green (Eds.), Positive Psychology Coaching in the Workplace. Springer International Publishing. (DOI: 10.1007/978-3-030-79952-6_26)

• Stober. D. R., Grant, A. M. (Eds.) (2006). Evidence Based Coaching Handbook. John Wiley & Sons. (ISBN: 978-0-471-72086-7)

• Vilardaga, R., Hayes, S. C., Levin, M. E., Muto, T. (2009). Creating a strategy for progress: A contextual behavioral science approach. The Behavior Analyst, 32 (1), 105—133. (DOI: 10.1007/BF03392178)

2] Научный фундамент подхода

Коучинг принятия и ответственности позиционируется как подход, имеющий прочный научный фундамент, уходящий корнями в философию науки, теорию научения и обширные эмпирические исследования. Понимание этих основ позволяет коучу не просто применять набор техник, но и гибко адаптировать их, опираясь на понимание глубинных механизмов психологических изменений. В этой главе мы рассмотрим теоретические и философские основы КПО, а также критически проанализируем имеющуюся доказательную базу.

Теоретические основы и концептуальные модели

КПО опирается на теоретический фундамент контекстуальной поведенческой науки¹⁴, в частности на философию функционального контекстуализма и теорию реляционных фреймов, которые также лежат в основе терапии принятия и ответственности.

Функциональный контекстуализм – это философия науки, которая рассматривает психологические события (мысли, чувства, поведение) не как изолированные сущности, а как действия целостного организма в его историческом и ситуационном контексте. [Hayes et al., 2011; Vilardaga et al., 2009] Основной целью анализа в рамках этого подхода является предсказание и влияние на поведение с прагматической точки зрения. Вместо вопроса «Истинно ли это убеждение?» функциональный контекстуализм ставит вопрос «Работает ли это убеждение (или поведение) для достижения значимых целей?» [Хейс и др., 2021] Такой прагматический критерий истины (workability) позволяет сместить фокус с бесконечной борьбы за «правильные» мысли на поиск эффективных способов действия в конкретном контексте.

Ключевым для функционального контекстуализма является анализ функции поведения, а не только его формы. Одно и то же поведение (например, уход от разговора) может выполнять разные функции в разных контекстах (избегание конфликта, сохранение энергии, выражение несогласия). Понимание функции поведения в конкретной ситуации является основой для разработки эффективных интервенций в КПО.

Философия функционального контекстуализма, лежащая в основе КПО, тесно связана с американским прагматизмом (Уильям Джеймс, Джон Дьюи). Прагматический критерий истины и фокус на функции поведения в контексте являются прямым наследием этой традиции. [Vilardaga et al., 2009] Идеи о том, что значение создаётся в процессе взаимодействия и что реальность конструируется через язык, перекликаются с конструктивистскими подходами в психологии и философии.

Теория реляционных фреймов (ТРФ)¹⁵ – это современная поведенческая теория человеческого языка и познания, объясняющая, как люди научаются устанавливать связи между различными стимулами и как эти связи влияют на их поведение. [Hayes et al., 2001; Торнеке, 2022] ТРФ предполагает, что уникальной особенностью человеческого языка является способность устанавливать произвольные реляционные связи (например, «больше чем», «противоположно», «причина», «такой же как») между стимулами, даже если они не связаны напрямую физическими свойствами или опытом. Эта способность к реляционному научению позволяет нам понимать метафоры, следовать правилам, решать проблемы и формировать сложную картину мира и себя.

Однако та же самая способность делает нас уязвимыми для психологических трудностей. Через реляционные сети слова и мысли могут приобретать функции тех событий, с которыми они связаны. Например, мысль о неудаче может вызывать такие же неприятные чувства, как и сама неудача. ТРФ объясняет такие феномены, как когнитивное слияние (чрезмерное отождествление с мыслями) и эмпирическое избегание (попытки контролировать неприятные внутренние переживания), как результат доминирования вербальных, производных функций стимулов над их прямыми функциями в данном контексте.

ТРФ предоставляет теоретическое обоснование для многих техник КПО. Например, когнитивное разъединение направлено на ослабление нежелательной трансформации функций мыслей, а техники развития перспективы «Я-как-контекст» связаны с так называемыми дейктическими реляционными фреймами («я – ты», «здесь – там», «сейчас – тогда»). [McHugh et al., 2019]

ТРФ является сложной и все ещё активно обсуждаемой теорией в научном сообществе, в том числе внутри самого поведенческого анализа. [Hughes, Barnes-Holmes, 2016] Критики указывают на сложность терминологии, трудности в эмпирической проверке некоторых положений и философские споры. Хотя ТРФ стимулировала значительный объём исследований и предлагает уникальное объяснение человеческого языка и познания, её статус как окончательно подтверждённой теории все ещё является предметом дискуссий. Для практикующего коуча КПО глубокое знание ТРФ не всегда необходимо, но понимание её основных принципов помогает лучше понять логику и механизмы действия используемых техник.

КПО также интегрирует эволюционный взгляд на человеческое познание и поведение. [Уилсон, Хейс, 2022] С этой точки зрения, человеческий язык и способность к абстрактному мышлению развились как адаптации, дающие значительные преимущества в выживании. Однако эти же способности имеют свою «тёмную сторону»: возможность сравнивать себя с другими, беспокоиться о будущем, сожалеть о прошлом, критиковать себя – всё это продукты нашего развитого вербального аппарата. Многие психологические реакции, которые были адаптивны в эволюционном прошлом (например, быстрая реакция на угрозу, стремление принадлежать к группе), могут быть менее функциональны в современном мире, создавая основу для психологического дискомфорта. Понимание этой эволюционной перспективы помогает нормализовать многие трудности, с которыми сталкиваются клиенты, и рассматривать их не как признаки «поломки», а как естественные, хотя и не всегда полезные, проявления человеческой природы.

Центральной концептуальной моделью КПО, объединяющей теоретические основы и практические интервенции, является модель психологической гибкости, часто визуализируемая в виде шестиугольника или «гексафлекса».¹⁶

Рис. 1] Модель психологической гибкости (адапт. из [Хейс и др., 2021])

Психологическая гибкость определяется как способность полноценно контактировать с настоящим моментом как осознающий человек и, в зависимости от ситуации и контекста, сохранять или изменять поведение в служении выбранным ценностям. Модель включает шесть взаимосвязанных процессов (рис. 1).

• Гибкое внимание к настоящему моменту. Намеренное направление внимания на текущий опыт «здесь и сейчас» с открытостью и любопытством.

• Принятие. Готовность переживать весь спектр внутренних переживаний (мыслей, чувств, ощущений) без ненужной борьбы или избегания.

• Когнитивное разъединение. Способность воспринимать мысли как мысли (феномен мышления), а не как буквальную реальность или команды к действию.

• «Я-как-контекст» (наблюдающее Я). Осознание себя как пространства или перспективы, в которой разворачиваются все переживания, но которая сама по себе не является этими переживаниями.

• Построение ценностей. Осознанно выбранные жизненные направления, качества желаемого поведения.

• Ответственное действие. Конкретные шаги и поведенческие паттерны, направленные на реализацию ценностей.

Эти шесть процессов взаимосвязаны и взаимозависимы. Развитие одного процесса часто способствует развитию других. КПО направлен на гармоничное развитие всех шести аспектов для повышения общей психологической гибкости клиента. Эта модель служит как картой для понимания трудностей клиента (через призму дефицитов в этих процессах), так и руководством для выбора и применения конкретных коучинговых интервенций.

Противоположным феноменом психологической гибкости является психологическая ригидность. В её основе лежит эмпирическое избегание – попытки контролировать или избавляться от нежелательного внутреннего опыта (мыслей, чувств, ощущений). Функциональный анализ часто показывает, что эти стратегии контроля, хотя и могут давать кратковременное облегчение, в долгосрочной перспективе оказываются неработоспособными (unworkable) в контексте построения осмысленной жизни: они сужают поведенческий репертуар, отнимают энергию и ресурсы, уводят от важных ценностей. Осознание этой неработоспособности, признание того, что привычные методы борьбы с внутренним миром не ведут к желаемым результатам, называется состоянием творческой безнадёжности. Она называется «творческой», потому что именно это осознание неэффективности старого открывает пространство и мотивацию для поиска и освоения принципиально иных стратегий – развития принятия, когнитивного разъединения и построения действий на основе ценностей, то есть развития психологической гибкости.

Хотя КПО имеет чёткую научную основу в контекстуальной поведенческой науке, его идеи и практики перекликаются с различными психологическими и философскими традициями. Понимание этих связей обогащает практику и помогает увидеть КПО в более широком интеллектуальном контексте, однако важно помнить, что КПО позиционируется именно как научно-обоснованный подход, а не как прямое продолжение этих традиций.

Многие исследователи отмечают параллели между КПО и некоторыми аспектами буддийской философии и медитативных практик, особенно в отношении осознанности и принятия. [Хейс и др., 2021; Кабат-Зинн, 2002] Признание универсальности психологического страдания (дуккха) и роли привязанности/избегания в его усилении является важной точкой пересечения. Практики осознанности (сати), направленные на безоценочное наблюдение за текущим опытом, схожи с техниками развития контакта с настоящим моментом и принятия в КПО. [Fung et al., 2024] Однако КПО использует эти практики в светском, научно-обоснованном контексте, фокусируясь на их психологических функциях, а не на религиозных или метафизических аспектах. [Passmore, 2022]

Акцент КПО на ценностях, осмысленности, выборе и ответственности перекликается с темами экзистенциальной и гуманистической психологии. [Хэррис, 2022] Идея о том, что человек сам конструирует смысл своей жизни через выборы и действия, созвучна экзистенциальному пониманию свободы и ответственности. Работа с ценностями в КПО помогает клиентам определить их аутентичные жизненные направления. Принятие неизбежных аспектов человеческого существования (неопределённости, страданий, ограничений) также находит параллели в экзистенциальной мысли. Холистический взгляд на человека, учитывающий не только поведение, но и внутренний опыт и стремление к самореализации, роднит КПО с гуманистической традицией.

КПО интегрирует диалектический подход, особенно в понимании взаимосвязи принятия и изменения. Вместо того чтобы рассматривать принятие и изменение как противоположности, КПО видит их как взаимодополняющие процессы: принятие текущего опыта создаёт пространство для эффективных изменений в направлении ценностей. Этот диалектический синтез позволяет избежать крайностей как пассивного смирения, так и бесполезной борьбы с неизбежным.

Обзор эмпирической базы

Оценка научной обоснованности КПО требует анализа эмпирических данных на нескольких уровнях: исследования базовой терапии принятия и ответственности, исследования адаптаций ТПО для неклинических контекстов (включая ACTraining и сам КПО), а также исследования механизмов действия.

Как уже упоминалось, ТПО как психотерапевтический метод имеет обширную доказательную базу. Многочисленные систематические обзоры и мета-анализы подтверждают её эффективность для широкого спектра клинических расстройств, включая хроническую боль, депрессию, тревожные расстройства, пост-травматическое стрессовое расстройство (ПТСР), психозы и зависимости. [Öst, 2014; A-Tjak et al., 2015; Twohig, Levin, 2017; Уолсер, Веструп, 2022] Эффективность ТПО, как правило, превосходит контрольные условия (отсутствие лечения, плацебо) и сопоставима с эффективностью других доказанных методов, таких как традиционная когнитивно-поведенческая терапия. [A-Tjak et al., 2015; Forman et al., 2012]

Однако важно критически оценивать качество этой эмпирической базы. Многие обзоры отмечают методологические ограничения первичных исследований ТПО, включая малые размеры выборок, проблемы с рандомизацией и ослеплением, высокую гетерогенность результатов и частое использование неактивных контрольных групп. [Öst, 2014; Forman et al., 2012] При анализе только высококачественных исследований различия в эффективности между ТПО и когнитивно-поведенческой терапией часто нивелируются. Также существуют опасения относительно возможного публикационного смещения [Driessen et al., 2015] (тенденции публиковать преимущественно положительные результаты) и смещения, связанного с приверженностью к определённому подходу, какое наблюдается в исследованиях эффективности психотерапии. [Munder, 2013]

Несмотря на эти ограничения, сравнительно большой объём данных и подтверждение эффективности в различных областях делают ТПО одним из наиболее изученных и признанных подходов в современной психотерапии.

Для оценки эмпирической базы КПО более релевантны исследования применения принципов ТПО у неклинических популяций или для целей, не связанных с лечением расстройств.

• Тренинг принятия и ответственности на рабочем месте (ACTraining). Ряд исследований, часто в формате групповых тренингов, показал положительное влияние интервенций, основанных на ТПО, на снижение стресса, выгорания, улучшение психологического благополучия и производительности сотрудников в организациях. [Bond, Flaxman, 2006; Moran, 2015] Данные свидетельствуют о применимости модели психологической гибкости в организационном контексте, но важно помнить, что тренинг отличается от индивидуального коучинга.

• ТПО в спорте. Применение ТПО и схожих подходов (например, «Mindfulness-Acceptance-Commitment», сокр. «MAC») в спорте также показывает перспективные результаты для повышения психологической устойчивости и производительности спортсменов. [Gardner, Moore, 2012] Однако и здесь исследования часто страдают методологическими ограничениями, и требуется больше качественных РКИ. [Lundgren et al., 2020]

• Краткосрочные и цифровые форматы ТПО. Исследования онлайн-интервенций и краткосрочных форматов ТПО для общего населения или студентов показывают потенциальную эффективность для улучшения благополучия и снижения дистресса, хотя результаты не всегда однозначны, и часто наблюдается проблема низкой приверженности пользователей. [Brown et al., 2016; Räsänen et al., 2016]

• Прямые исследования КПО. Как отмечалось ранее в Главе 1, исследований, посвящённых именно индивидуальному коучингу принятия и ответственности, крайне мало. Наиболее значимым является диссертационное исследование Рейчел Скьюз, показавшее положительные результаты ТПО-информированного коучинга для менеджеров по сравнению с листом ожидания, включая подтверждение медиации через психологическую гибкость. [Skews, 2018] Исследование Махоуни и коллег показало эффективность группового КПО для снижения тревоги у студентов-музыкантов. [Mahony et al., 2022] Однако в целом прямая эмпирическая база для КПО как коучинга остаётся слабой и требует значительного расширения.

Важной частью доказательной базы являются исследования, подтверждающие роль психологической гибкости как ключевого механизма изменений. Множество исследований показывают, что психологическая гибкость положительно коррелирует с различными показателями психического здоровья, благополучия и эффективности. [Kashdan, Rottenberg, 2010; Bond et al., 2013] Исследования медиационных факторов в рамках ТПО часто подтверждают, что изменения в психологической гибкости статистически объясняют улучшение результатов. [Gloster et al., 2017] Предварительные данные для КПО также указывают на эту медиационную роль. [Skews, 2018]

Исследования отдельных компонентов КПО (осознанности, когнитивного разъединения, принятия, ценностной работы) также предоставляют косвенную поддержку подходу. Например, мета-анализы подтверждают положительное влияние практик осознанности на психологическое благополучие, [Khoury et al., 2013] а рандомизированные исследования демонстрируют позитивные эффекты техник когнитивного разъединения в различных контекстах. [Hinton, Gaynor, 2010; Ren et al., 2025]

• В работе с прокрастинацией КПО действует через принятие эмоционального дискомфорта, связанного с задачей, разъединение с самокритическими мыслями и ценностную мотивацию вместо внешнего давления. Исследования подтверждают связь прокрастинации с эмпиричес-ким избеганием. [Sirois, Pychyl, 2013; Steel, 2007]

• В области лидерства КПО повышает эффективность через развитие толерантности к неопредёленности, ценностную ясность и аутентичность, а также повышенную осознанность межличностных взаимодействий. Организационные исследования показывают связь этих качеств с эффективным лидерством. [Moran, 2015]

• В контексте развития устойчивости к стрессу КПО работает через нормализацию стресса, развитие принятия вместо борьбы и повышение осознанности физических сигналов стресса. Физиологические исследования подтверждают, что принятие стресса связано с более здоровыми физиологическими реакциями. [Alleva et al., 2014]

• В сфере благополучия КПО действует через расширение репертуара поведения, согласованного с ценностями, что увеличивает доступ к позитивным подкреплениям, а также через принятие неизбежности негативных эмоций как части полноценной жизни. [Хейс и др., 2021]

Ряд исследований изучают физиологические и нейробиологические корреляты процессов психологической гибкости и эффектов интервенций, основанных на осознанности и принятии. Например, практики осознанности связывают с изменениями в структуре и функционировании областей мозга, отвечающих за внимание, саморегуляцию и обработку эмоций. [Tang et al., 2015]

Стратегия принятия эмоций (по сравнению с другими стратегиями, особенно с подавлением) связана с активацией областей мозга, вовлечённых в осознанность и интероцепцию (например, передняя островковая доля), но с меньшей активацией префронтальных областей, отвечающих за когнитивный контроль и подавление реакций. [Messina et. al, 2021] Это согласуется с идеей о том, что принятие – это не столько активное изменение или подавление, сколько осознанное наблюдение и переживание опыта.

Эти данные предоставляют дополнительную, хотя и пока предварительную, поддержку биологической правдоподобности модели КПО, но не являются прямым доказательством эффективности самого коучинга. Подробнее о взаимосвязи нейрофизиологических феноменов с наблюдаемыми изменениями клиента можно узнать в книге «Нейрокоучинг» серии «Коучинг в [Скобках)».

Научная критика подхода

Несмотря на значительный объем исследований, связанных с ТПО, и растущий интерес к КПО, важно критически оценивать ограничения существующих данных, особенно в отношении коучинга. Необходимо подчеркнуть, что наличие качественной критики в научном сообществе является важным признаком научной обоснованности подхода и его постоянного развития.

Основным ограничением является малое количество высококачественных исследований, посвящённых именно КПО как коучинговой интервенции. Большинство выводов основано на экстраполяции данных из клинической литературы по ТПО, исследований тренингов принятия и ответственности или небольших пилотных исследований самого КПО. [Skews, 2018] Существующие исследования КПО часто имеют методологические слабости: малые выборки, отсутствие активных контрольных групп (сравнение с другими видами коучинга), преобладание самоотчётных измерений, недостаточная информация о протоколах интервенции и квалификации коучей.

Прямой перенос данных об эффективности ТПО на КПО некорректен по нескольким причинам: разные цели, разные популяции, разный контекст, адаптация методов и разные измеряемые результаты. Методы ТПО часто адаптируются для использования в КПО. Эти адаптации могут влиять на их эффективность, но специфические эффекты таких модификаций редко становятся предметом исследований. [Skews, Palmer, 2016] ТПО обычно оценивается по снижению симптоматики, тогда как КПО больше фокусируется на повышении производительности, благополучия и реализации потенциала. Эти различия в измеряемых результатах могут влиять на оценку эффективности. [Anstiss, 2021]

Недостаточно исследований, сравнивающих КПО с другими доказательными подходами в коучинге, что затрудняет оценку его относительной эффективности и выявление ситуаций, где он может быть предпочтительнее альтернатив. Большинство исследований КПО проведено на относительно однородных выборках (преимущественно из западных, образованных, индустриализированных, богатых и демократических обществ). Это ограничивает обобщаемость результатов на другие культурные и социально-экономические контексты. [Öst, 2014]

Валидность основных инструментов измерения психологической гибкости (AAQ-II) подвергается сомнению из-за её возможной спутанности с общим уровнем дистресса (см. далее в Главе 3). Психологическая гибкость – сложный конструкт, трудно поддающийся полному измерению. [Thomas, 2023] Хотя гексафлекс как целостная модель имеет эмпирическую поддержку, уровень доказательности для отдельных его компонентов и их взаимодействия варьируется. Некоторые компоненты (например, «Я-как-контекст») труднее операционализировать и измерить. [Levin et al., 2012]

Также можно привести ещё несколько ограничений, общих для большинства коучинговых подходов. Большинство исследований устанавливают корреляционные, а не причинно-следственные связи. Исследования в контролируемых условиях могут не отражать реальную практику. Качество реализации КПО сильно зависит от компетенции коуча. Контекстуальные факторы (организационная культура, личные обстоятельства) трудно учесть в исследованиях.

Выводы для практиков

Коучинг принятия и ответственности опирается на солидный теоретический фундамент, включающий философию функционального контекстуализма, теорию реляционных фреймов и модель психологической гибкости. Эти основы предоставляют КПО чёткую концептуальную структуру, отличающую его от многих других коучинговых подходов. Подход также обогащается параллелями с различными философскими и психологическими традициями, хотя и позиционируется как научно-обоснованный метод.

Доказательная база КПО является многоуровневой и неоднородной. Существуют убедительные доказательства эффективности базовой терапии принятия и ответственности для широкого спектра клинических проблем, хотя и с определёнными методологическими оговорками. Есть также растущие, но менее надёжные данные об эффективности принципов ТПО в неклинических контекстах (тренинги на рабочем месте, спорт, цифровые интервенции). Однако прямых, высококачественных доказательств эффективности именно индивидуального коучинга КПО пока недостаточно. Критический анализ выявляет существенные ограничения в текущей исследовательской базе КПО, включая методологические слабости исследований, проблемы с измерением ключевых конструктов и некорректность прямого переноса данных из терапии.

Таким образом, научный фундамент КПО можно охарактеризовать как теоретически сильный, но эмпирически пока недостаточно подтверждённый именно для коучинговой практики. Само по себе это не является проблемой, а КПО представляет собой перспективное направление в научно обоснованном коучинге. Однако, требуются дальнейшие строгие исследования для полной валидации его эффективности и механизмов действия в коучинговом контексте. Подробнее об этом можно прочитать в книге «Научно обоснованный коучинг» серии «Коучинг в [Скобках)».

Желательно, чтобы практики КПО осознавали эти ограничения, критически оценивали доступную информацию, прозрачно транслировали её клиентам и способствовали развитию доказательной базы через собственную рефлексивную практику и участие в исследованиях.

Список литературы

• Кабат-Зинн, Дж. (2002). Самоучитель по исцелению. Попурри. (ISBN: 985-438-483-7)

• Торнеке, Н. (2022). Теория реляционных фреймов в клинической практике. Диалектика. (ISBN: 978-5-907365-69-8)

• Уилсон, Д. С., Хейс, С. C. (2022). Эволюция и контекстуально-поведенческая наука. Диалектика. (ISBN: 978-5-907458-14-7)

• Уолсер, Р. Д., Веструп, Д. (2022). Терапия принятия и ответственности для лечения ПТСР и других последствий травмы. Диалектика. (ISBN: 978-5-907458-94-9)

• Хейс, С. C., Штросаль, К. Д., Уилсон, К. Г. (2021). Терапия принятия и ответственности. Процессы и практика осознанных изменений. Диалектика. (ISBN: 978-5-907458-28-4)

• Хэррис, Р. (2022). Полное наглядное пособие по терапии принятия и ответственности. Бомбора. (ISBN: 978-5-04-113715-1)

• A-Tjak, J. G., et al. (2015). A meta-analysis of the efficacy of acceptance and commitment therapy for clinically relevant mental and physical health problems. Psychotherapy and Psychosomatics, 84 (1), 30—36. (DOI: 10.1159/000365764)

• Anstiss, T. (2021). Acceptance and Commitment Coaching. In J. Passmore (Ed.), The Coaches’ Handbook. 301—321. Routledge. (ISBN: 978-0-367-54619-9)

• Bond, F. W., Flaxman, P. E. (2006). The ability of psychological flexibility and job control to predict learning, job performance, and mental health. Journal of Organizational Behavior Management, 26 (1—2), 113—130. (DOI: 10.1300/J075v26n01_05)

• Bond, F. W., Lloyd, J., Guenole, N. (2013). The work-related acceptance and action questionnaire: Initial psychometric findings and their implications for measuring psychological flexibility in specific contexts. Journal of Occupational and Organizational Psychology, 86 (3), 331—347. (DOI: 10.1111/joop.12001)

• Brown, K. W., Ryan, R. M. (2003). The benefits of being present: Mindfulness and its role in psychological well-being. Journal of Personality and Social Psychology, 84 (4), 822—848. (DOI: 10.1037/0022-3514.84.4.822

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

На англ. «Acceptance and Commitment Coaching», сокр. «ACC». – здесь и далее прим. авт.

Вернуться

2

На англ. «Acceptance and Commitment Therapy», сокр. «ACT».

Вернуться

3

На англ. «Cognitive Behavioral Therapy», сокр. «CBT».

Вернуться

4

На англ. «Rational Emotive Behavior Therapy», сокр. «REBT».

Вернуться

5

На англ. «Dialectical Behavior Therapy», сокр. «DBT».

Вернуться

6

На англ. «Mindfulness-Based Cognitive Therapy», сокр. «MBCT».

Вернуться

7

На англ. «Compassion Focused Therapy», сокр. «CFT».

Вернуться

8

На англ. «relational frame theory», сокр. «RFT».

Вернуться

9

Подробнее см. в книге «Научно обоснованный коучинг» серии «Коучинг в [Скобках)».

Вернуться

10

На англ. «Cognitive Behavioral Coaching», сокр. «CBC».

Вернуться

11

На англ. «Solution-Focused Coaching», сокр. «SFC».

Вернуться

12

На англ. «Solution-Focused Brief Therapy», сокр. «SFBT».

Вернуться

13

На англ. «Positive Psychology Coaching», сокр. «PPC».

Вернуться

14

На англ. «contextual behavioral science», сокр. «CBS».

Вернуться

15

На англ. «relational frame theory», сокр. «RFT».

Вернуться

16

В ориг. «hexaflex» – неологизм, представляющий собой словослияние от англ. «hexagon» (шестиугольник) и «flexibility» (гибкость).

Вернуться