Маргарита Серрон
Азела – охотница за призраками

Глава 1

Она с неохотой согласилась на этот заказ. Ей не нравились заказы, когда заказчик не желает показывать свое лицо и лично не выходит на связь. Общение с хозяином дома – это часть охоты. Дом всегда связан с хозяином. В этот раз ей пришло только электронное сообщение с деталями заказа. Все, как всегда, ничего нового. Очередной «призрак» вышел из сумрака и стал издеваться над людьми, проживающими в доме. Вся семья в спешке покинула жилье, в соответствии с регламентом, утверждённым Министерством борьбы с призраками. Правила были жесткими и обычно выполнялись жильцами, пострадавшего дома, в точности. После «зачистки» все хотели сохранить свои дома в целости и вернуться назад, как можно быстрее. К тому же, страховка от призраков покрывала все расходы, связанные с временным проживанием в отеле или на съемной квартире.

Азела всегда работала одна. Ей не нужен был напарник. Она была лучшая в своем деле. В Министерстве ее ценили, всем в пример ставили, но отпуск давали только один раз в год, зато месячный.

– Ромыч, привет! Как оно, «ничего»?

– Привет, Аза, «ничего» – сегодня, как всегда, пытается быть «никем». Но мы же знаем, что в нашей конторе собраны лучшие охотники и информаторы. Так?

– Не могу разделить твою бодрость и хорошее настроение. Ромыч, давай по делу.

– А слоган? Ты забыла?

– Тупость министерская, каждый месяц маразм крепчает. Ладно.

«Призрак лишь тень, что мешает нам жить. Охотник – вперед, ты рожден, чтобы всех победить!»

Доволен? Все формальности соблюдены? Или думаешь, что я записываю наш разговор? Ромыч, очнись, тебе нужно чаще выходить из офиса. В реальной жизни идиотские слоганы не работают. Как же все достало.

– Вот теперь порядок. Все, как нужно. Корпоративная этика – работает.

– Мне глубоко на…

– Аза, следи за словами, ты можешь бросить тень на мою репутацию.

– Интересно, а если тень скрестить с тенью, что получится? Завис? Забудь, это была шутка охотника. Тебе не понять. Ты проверил сообщение? Мой новый заказ? Наш покойничек из прошловековых? Почему задержался? Причина?

– Да вроде все, как у всех. Жил не тужил, ребенка имел, жену, потом подавился за обедом косточкой от черешни и умер. Быстрый и счастливый конец. Не мучился и не страдал.

– Это все? Больше ничего? Ты в этом уверен? Убийства, издевательства, нападения?

– Нет, он был спокойным семьянином, жил уединенно, ни с кем не ссорился и никто к нему претензий не имел. Достаток имел средний. Владел небольшой мануфактурой по производству ремесленных изделий и тканей. Таких, в то время, было много, ничего особенного. В архивах нет на него ничего, чтобы тебе помогло.

– Долги, внебрачные дети, любовницы, смертельная болезнь? Ромыч, ты плохо копал.

– Ничего. Я все архивы перерыл. Наш клиент чист и прозрачен, как стеклышко. У него даже врагов не было. Ни одного доноса в полицию.

– Подавился и тут же умер, – Азела задумалась. – Значит, внезапный переход. Он явно что-то не доделал. Но вот что? Как о все подозрительно гадко, как будто кто-то почистил архив. Тебе не кажется?

– Ты – охотница, вот и выясняй. Я помог, чем смог. Больше информации нет. Не к чему прицепиться. Да, не жизнь, а красивая сказка.

– Вот и я говорю, полная лажа, чушь для начинающих охотников.

– Азочка, ну правда, я старался. Для тебя старался. Ты же знаешь, что мне копейки платят за страховые случаи.

– Это твоя работа – добывать мне информацию. И правдивую информацию, а не эту ерунду.

– Не сердись, а что ты сегодня вечером делаешь? Встретимся?

– Ромыч, проехали. Мне деньги нужны. Хочу закрыть это дело, как можно скорее, и уехать в отпуск. Меня тошнит уже от призраков.

– Понимаю, не сладкая работа. Но ты же лучшая и платят тебе не так, как всем остальным охотникам. У тебя повышенная зарплата. Ты же у нас звезда. Статистика упрямая штука и точная. За каждый старый дом ты еще и хороший бонус получаешь, так быстро никто дела не раскрывает.

– Ты следишь за мной? Или завидуешь?

– Не слежу, а наблюдаю за успехами моей подруги, – Ромыч обиженно засопел в трубку, – и напоминаю о выгорании на работе. Всех денег не заработаешь и всех призраков не переловишь. А вот хороших друзей можно и потерять.

– Ладно, Ромыч, не обижайся, я не хотела наезжать. Просто устала. Сплю плохо. Знаешь, мне сегодня снился сон, что я живу в мире, где не существует охотников за привидениями. Что я просто хожу в офис на обычную работу. Представляешь? В том мире нет даже Министерства борьбы с призраками, люди живут в своих домах спокойно и не думают о том, как пережить ночь и не сойти с ума от страха.

– Бред какой-то, тебе всегда снится фантастика. Таких миров не существует. Везде люди умирают. К сожалению, некоторые превращаются в призраков и не хотят покидать свои любимые дома. По разным причинам. Не все, конечно, только засранцы, которым плевать на то, что они пугают своих близких.

– Да, Ромыч, ты все знаешь, но поверь мне, не все призраки кровожадные и мстительные. Есть просто заблудившиеся, есть испуганные и мечущиеся.

– Ага, начни их еще защищать. Тебе точно в отпуск пора. У тебя профдеформация.

– Ладно, проехали. Мне нужен хозяин дома. Настоящий хозяин, а не липовый, на которого записан дом. Кто по праву должен им владеть? Почему Министерство меня не познакомило с хозяином? Я не люблю работать в темную. Что за секреты? Это кто-то из чиновников или из правительства? Почему от меня скрыли его данные?

– История, и правда, темная. Исторические права на дом и права на бумаге часто не совпадают. Ты же знаешь, как у нас все делается.

– Да, делают все, чтобы осложнить работу охотникам и скрыть сомнительную родословную. Но мне нужен настоящий хозяин дома, по праву наследования. А не фиктивный, на которого оформлен дом.

– Дай мне время, Азела, не прессуй. Официально дом оформлен на Антонину Субботину.

– Нет, это не хозяйка. Можешь не проверять. Я чую, я уже начала охоту. Это липовая хозяйка. Ищи, Ромыч, ищи.

– Хорошо, я тебе позвоню. А может все-таки поужинаем вместе? Как раньше?

Азела положила трубку. Она не любила пустые разговоры. Нужно было двигаться. Время не ждало. Чем быстрее она выгонит призрака из дома, тем больше ей заплатят. К черту хозяина дома. Придется работать на инстинктах. Не в первый раз. Почему Министерство ей подкидывает самые сложные заказы? Новичкам всегда дают новые дома и квартиры, а ей всегда старье, где уже и след простыл, а хозяева многократно поменялись за столетия. Она ненавидела старые особняки, квартиры и постройки. Там всегда обитали призраки, которые за многовековое существование научились прятаться, увиливать от допроса, а что самое страшное – это пугать жильцов самыми извращенными способами, заставляя их покинуть жилье, которое они считали своим. Азела вспомнила свой сон. Как бы она хотела жить в мире, где все законы соблюдаются и души умерших сразу попадают в то измерение, где им и место. Но это были лишь сказки, в которые она не верила.

Женщина села в старую служебную машину и поехала по трассе, ведущей к выезду за город. Старый дом жильцы уже освободили и можно было начинать работать. Ей передали все ключи, план дома и предупредили, что одна комната в доме находится под особой охраной. Там был электронный замок, ключ от него ей не дали. Это уже не удивляло, а только раздражало. Хозяев можно было понять. В каждой семье были тайны и скелеты в шкафу, но неужели болваны из Министерства не понимали, что ей нужен доступ во все помещения. Призраки не входят через дверь, открывая ее и закрывая. Они проходят сквозь стены. Разве эту простую логику трудно было объяснить жильцам дома, чтобы убедить их дать ключи от всех помещений? Почему она должна тратить свое драгоценное время на взлом комнаты, которая может ей и не понадобится, если призрак попадется тупой и недалекий, а если наоборот? Если призрак опасный? Он будет устраивать ей ловушки. Будет тянуть время, цепляясь своими ментальными крючками за все предметы в доме.

Азела гнала по трасе нарушая все допустимые скоростные режимы. Она выжимала из старой, обшарпанной машины, все лошадиные силы. Это была служебная машина, которой пользовались охотники на заданиях. В сумерках она добралась до места. Темнота уже начала пожирать остатки света, опускаясь все ниже и ниже на землю. Азела не боялась ночных шорохов и теней. Нервы у нее были железные. Большой двухэтажный дом находился в уединенном месте, вдали от трассы и от города. Это был неплохо сохранившийся особняк, которому было уже более двухсот лет. Его перестраивали несколько раз, добавляя пристройки и расширяя имеющиеся комнаты. Женщина вышла из машины и взяв из багажника сумку с оборудованием и пакет с едой, направилась в дом.

Она сразу почувствовала, что за ней следят. Призраки всегда определяли, что она – охотница. Так же, как и она знала, что дом не пустует. Эта связь была взаимная. Обе стороны нащупывали слабые места противника, готовясь к битве. Азела называла это охотой. Призраки называли это битвой, они бились за свое существование в мире людей, где им было не место. Хотя почему не место? Это придумали люди и выживали их из домов, к которым они приросли за свою долгую человеческую жизнь.

Азела зашла в дом и, не включая свет, прошла в гостиную. У нее была фотографическая память на планы помещений, на детали, которые обычный человек мог не заметить. Ей не нужен был свет, чтобы свободно ориентироваться в доме, будь он большой или маленький. Она села на диван и вытянула ноги. Со стороны могло показаться, что она расслабилась и отдыхает, но это был обман. Она была уже на охоте, все ее инстинкты работали на поиск призрака, который активизировался неделю назад и пугал, в основном детей, нависая над их кроватями ночью.

– Ты не любишь детей? Что они тебе сделали? Или они просто слабые? Поэтому ты на них нападал? Тебе нравится издеваться над слабыми?

Азела знала, что призрак следит за ней, изучает ее, пытается определить ее возможности, пытается найти ее слабые стороны, чтобы потом атаковать. Так всегда происходит в первую ночь охоты. Противники прощупывают друг друга, не спеша и не нарываясь на ненужные осложнения. Сначала можно попытаться договориться. Редко, но помогает. Хорошие люди не задерживаются после смерти в мире живых. Перед ними открывается новый путь и ставятся новые задачи. Ромыч прав, привидениями в доме становятся только гавнюки, которые и при жизни были мерзкими типами. Редко происходит наоборот. Один случай на тысячи. Тогда охотник выбирает беседу. Достаточно просто объяснить призраку, что произошло и указать дорогу, которой он должен следовать. Если бы все так было просто, она бы обожала свою работу и не думала с беспокойством и грустью о том, что иногда происходит с неопытными охотниками. Призраки могут навредить доверчивому охотнику. Могут свести с ума, а могут ранить или убить. Кому как повезет. Могут закрыть на чердаке или в подвале и там издеваться. Или устроить пожар в доме. Это очень плохой расклад. В Министерстве не любят пожары. Если охотник остается живым после такой охоты с пожаром, то за порчу чужого имущества могут и уволить без выходного пособия. Никого не волнует, что охотник здесь не при чем. А вот, если охотник погиб в пожаре, то это – несчастный случай. Крайнего тогда найти невозможно и понять, что реально произошло в доме, тоже нельзя. Хотя пожары случаются и не так часто. Чаще охотники умирают от сердечного приступа или от удара током. Призраки знают много способов контакта с физическим миром.

Азела вздохнула. Что-то ее мысли не в том направлении работают. Нужно поесть. Она голодная и злая. В этом вся причина. Она включила свет и посмотрела на комнату, обследуя взглядом все углы. Уютная гостиная была украшена картинами и статуэтками в стиле старых усадеб. Даже деревянные рамы на картинах уже растрескались от времени. Не плохо, если это все оригинальные вещи. Жильцы коллекционируют предметы старины, вкладывая деньги и возможно, даже получают удовольствие от красивых вещиц. Азела не питала такого восторга к антикварным вещам, но и не осуждала людей, стремящихся себя окружить роскошью прошлого. У всех свои причуды. Есть только одно «но». Для призрака – эти вещи, как возвращение в прошлое. Есть, во что вцепиться и не отпускать. Сладкая, любимая конфетка, которую ты чувствуешь, знаешь, какая она на вкус и на запах, слышишь, как хрустит, разворачиваемая упаковка, но съесть не можешь. Это, как жаловаться на мышей, и одновременно, раскладывать им лакомства во всех комнатах дома.

Азела ела бутерброд с ветчиной и сыром, запивая чаем из термоса, как вдруг услышала шаги. Кто-то вошел в дом.

– Ты что здесь делаешь? Ты кто? – Незнакомый мужчина стоял в дверях, его глаза изучали женщину.

Азела продолжала есть свой бутерброд. Она даже не вздрогнула, услышав мужской голос. Доев, она молча вытерла жирные руки о рабочий комбинезон, и также молча достала свое служебное удостоверение. Протянув документ незнакомцу, она долила себе чай и отвернулась. Пусть изучает. Ей не хотелось ни разговаривать, ни слушать. Она экономила силы.

– А ну вымётывайся, и удостоверение свое прихвати. Через три дня приедешь.

Азела не обращала на мужчину никакого внимания. Она поднялась с дивана, подошла к камину, потом к старому роялю и принюхалась. Ага, призрак затаился. Замер в ожидании. Все понятно. Наконец, женщина развернулась к незнакомцу, который сверлил ее глазами.

– Ты – хозяин дома. Настоящий хозяин. Я знаю, можешь мне ничего не рассказывать. Отлично. Все не так уж и плохо. Тебя-то мне и не доставало. Думаю, вместе мы быстро справимся.

– Вместе? Ты что, охренела? А ну вали в свою контору! Пошла вон! – мужчина злобно выдвинул вперед челюсть. Он и не пытался быть вежливым.

– Я не уйду. Через три дня я запланировала уйти в отпуск. У меня куплены билеты на Мальдивы. И мне насрать на чье-то плохое настроение или на чьи-то проблемы. Есть контракт, и он официально подписан всеми сторонами. А главное, его подписал официальный владелец дома, – Азела злорадно уставилась на мужчину. Пусть в следующий раз думает, на кого оформлять свою собственность, – И, как я догадываюсь, ты здесь – никто. Так – гость, знакомый, родственник. Так что, сам вали, пока я не вызвала нашу бригаду быстрого реагирования. Там с такими, как ты, не церемонятся. Пока дом не очищу, посторонним вход запрещен. Ты нарушаешь регламент.

Мужчина разозлился не на шутку. Он бросил на пол дорожную сумку, которая висела у него на плече и выругался матом.

– Я завтра позвоню вашему министру, и ты еще пожалеешь, что мне хамишь. Вылетишь с работы без рекомендации.

– Давай, давай, не надломись. Разговор окончен. Закрой входную дверь снаружи, сквозит.

– Сука.

– Козел.

Азела отвернулась. Она уже не обращала внимание на оскорбления. Она привыкла к внезапным, как правило, неприятным визитам во время охоты. Охотников никто не любил. Никто не хотел открывать свои личные тайны и грязные делишки, особенно, если дело касалось покойного родственника, проживающего когда-то в доме. Если дом был куплен недавно, то новые хозяева также не хотели иметь красную маркировку для своего дома. Так как Министерство маркировало дома, в которых могли обитать призраки на специальной карте недвижимости. Дома делились на две категории: желтые – с подозрением и красные – с потенциальной угрозой для всей семьи. Призраки могли годами не проявляться, а потом за несколько дней свести с ума всю семью. Такой дом падал в цене в два раза, а то и вовсе не продавался.

Азела не изменяла своим принципам. Поэтому у нее на работе был такой высокий рейтинг. Во время охоты ей пытались давать взятки, просили, уговаривали, требовали и даже угрожали, чтобы она дала опровержение присутствию призрака в доме. Но она никогда не соглашалась на такие сделки. Поэтому ей приходилось не сладко. Иногда, чужие люди врывались в пустой дом, где она охотилась, пытаясь заставить ее подписать отказ. Она привыкла к разборкам. Сначала с призраками, потом с людьми.

Азела посмотрела на стоящего перед ней мужчину. Он был выше ее и сильнее. Его поза выражала угрозу и желание разбить об ее голову какую-нибудь вещь, желательно потяжелее. Ничего, она прорвется. Она не сдастся и дом не уступит. Одним ушлепком больше, одним меньше, какая разница. Ей платят и за такие разборки, не ограничивая методы воздействия. Министерству нужна хорошая статистика «чисток» для отчетов. Если мужчина кинется драться, она тут же вызовет подкрепление. Сегодня Игнат дежурит. Он ее прикроет, еще рожу разобьёт хаму. Демонстративно, женщина позвонила в контору.

– Аза, привет, как «оно»?

– Привет, Игнат, пока спокойно. Но пусть ребята будут наготове. Позвоню через час. Если на связь не выйду, проверь дом. Код 99.

– Принял, код 99. Будь осторожна, птичка.

Азела знала, что Игнат не подведет. Код 99 означал, что в доме чужой, но охотник может сам с ним справиться. Игнат всегда называл ее птичкой. Может из-за черных волос, которые она стригла под короткое «каре» и больших, слегка раскосых глаз? Она не знала, какую птицу видел в ней Игнат, но была всегда рада, когда их смены совпадали.

Глава 2

Ратмир поднялся в спальню на втором этаже. Он не любил спорить с женщинами и не желал тратить свое драгоценное время на какую-то пустоголовую охотницу. Все знали, что кроме охотничьих инстинктов и упрямства, в головах таких «специалистов» нельзя обнаружить больше ничего. В охотники шли люди со сдвигами в психике, отморозки, которые ничего не боялись. Зачастую, это были психопаты, или просто «тяжелые» люди с травмированной психикой, которые на охоте выпускали пар. Некоторые охотники обладали паранормальными способностями, например, они могли видеть в темноте или чувствовать призрака, а некоторые – ничего не умели, просто шли на пролом и были склонны к агрессии и разрушению. Но эта тактика не приносила успеха. Призраки их убивали быстро. Азела знала, что на охоте выживали более скрытные, острожные, но не менее опасные охотники. Те, которых просчитать было невозможно. Этим и отличался ум охотника от ума простого человека. Охотники доверяли инстинктам и своим реакциям. Призраки – это не люди. Человеческая логика на охоте работала с пробуксовкой. Важна была интуиция, а также скорость реакций. Нужно было уметь предвидеть будущее на несколько минут вперед.

Охотники действуют бесцеремонно, грубо, говорят прямолинейно, пугают своим угрюмым видом не только обычных людей, но и призраков. Такими видели охотников обычные люди. И это было, отчасти, правдой. Азела и сама со временем стала замечать, что огрубела. Министерство создавало мифы о неуязвимости охотников, об их смелости и железном характере. Делалось все, для поднятия авторитета охотников в обществе. В реальности же призраки ничего не боялись. Это были уже не живые люди. Поэтому приписывать им качества людей было неправильно. Хотя до конца, психология призраков и их модели поведения изучены не были, так как охотники никогда ни с кем не делились своими наблюдениями. А люди придумывали то, что на самом деле не имело ничего общего с реальной охотой, романтизируя или, наоборот, демонизируя, призраков, ну и охотников.

Ратмир решил не связываться с охотницей. Пусть делает ночью все, что хочет. Он ее выгонит из дома завтра. Слишком длинный и тяжелый день он пережил. Долго ехал. Нужно поспать и перезарядиться. Засыпая, он подумал, что охотнице лет тридцать, а значит – опытная. Тем лучше. Может повезет, и ночью она сделает свою работу. Он не хотел ее больше видеть.

Он проспал всего несколько часов. Около часа ночи, он проснулся, не понимая, что его разбудило. Хлопок? Или ему показалось? Голова болела, точно он пил весь день, как последняя свинья. Но он не пьет спиртного и не принимает запрещенных веществ, и у него почти никогда не болит голова. А сегодня болит. Совпадение? Нет. Черт бы побрал этих призраков. И до его дома добрались. Кто? Прадед-ублюдок, которого он скрывал от всех? Возможно. Такой может все даже после смерти. Все предки были люди незаурядные, прожившие непростые жизни, и натворившие много и добра и зла. А может был кто-то еще, кто имел отношение к дому, но не закончил свои дела при жизни? Вряд ли. Пусть охотница разбирается сама. Он много лет платил страховку с полным пакетом против нападения призраков. Она включала уничтожение призрака и расследование причины нападения. Деньги были огромные. Пусть теперь охотница отрабатывает все его вложения. Черт бы побрал всех этих гребаных призраков!

Ратмир не мог заснуть. Голова раскалывалась. Он встал и прислушался. В доме было тихо. Слишком тихо. Он вспомнил, что не один. В доме была охотница. Она предупредила его не высовываться из спальни. Но он хотел пить и ему нужно было найти таблетку от головы. Он решил спуститься на кухню и налить себе стакан воды. Не успел он высунуться из спальни, как кто-то грубо затолкал его обратно в комнату.

– Я же сказала, не высовываться. Ты хочешь мне сорвать охоту? Ты это делаешь специально? – Азела злилась, ей не нужны были свидетели на охоте. Она несколько часов выманивала призрака из своего логова, которое находилось в подвале. Именно там датчики показывали активность электромагнитного поля. Ей нужно было заставить призрака растратить свою энергию, обесточить его.

Ратмир напрягся. Он почувствовал тело охотницы рядом с собой. Он принюхался. Она пахла какой-то дрянью, от которой голова разболелась еще больше.

– Что за вонь? Я хочу пить. Принеси мне воды.

– Я – не твоя служанка. Потерпишь. Я тоже много чего хочу. Например, не с тобой сейчас в темноте болтать, а загорать на острове в Индийском океане. Ты думаешь, что я развлекаюсь в твоем гребаном доме? Или мне нравится вонять, как дерьмо?

– Возможно. Не дотрагивайся до меня. Отойди. Какая вонь!

– Придурок. Тсс! Замри!

Ратмир замер, так как и сам услышал звук приближающихся шагов. Черт, он не думал, что ему придется сталкиваться с чем-то подобным. Было ощущение, что это призрак на них охотился, постепенно заманивая их в паутину страха. Охотница осторожно приоткрыла дверь спальни. Кто-то приближался к ним, медленно ступая по деревянному полу, который поскрипывал в такт тяжелым шагам.

– Призрак не имеет тела, он не может наступать на паркет. В доме чужой?

– Заткнись, это и так понятно. Нет никаких чужих. Только ты и я. Он нас пугает. Вернее, он тебя взял на прицел. Он почувствовал, что ты проснулся и начал двигаться. Ему это не нравится. Ночь – это его время. Он считает, что он здесь хозяин и избавляется от всех жильцов дома. Но почему-то дети, ему особенно не нравятся. Он может нас пугать, а может и напасть. Это его территория.

– Это мой дом.

– Очнулся, пойди это призраку объясни.

Через щель в двери, Ратмир пытался рассмотреть в темноте коридора хоть какую-нибудь тень или пятно. Что-нибудь, чтобы убедится, что Тоня, его сестра, не зря подняла шум и спешно уехала из дома, захватив с собой детей и собаку. Ее муж, Назар, всегда делал то, что Тоне взбредет в голову. Он потакал ей во всем. Умел только нерешительно пожимать плечами и в бессилии разводить руками. Ратмир любил свою сестру, но знал, что она была слишком впечатлительная и эмоциональная, и могла устроить бурю в стакане воды. Поэтому он примчался в старый дом, унаследованный им от деда. Он хотел избежать огласки и маркировки на карте с призраками. Но охотница его опередила. Прыткая и наглая. Он же просил министра сделать все по-тихому, не разглашая данные и подробности. А еще, он просил повременить с охотой. Дать ему три дня. Он хотел сам во всем разобраться, а потом уже решать, что делать. С Антониной он поговорит позже. Зачем она так поспешила? Неужели нельзя было просто уехать, не подавая никаких срочных заявлений в гребаное Министерство? Она решила избавиться от призрака за счет страховки и, одновременно, уехать бесплатно в отпуск. Убить сразу двух зайцев. Страховка покрывала все расходы на путешествие. Ловко, в ее стиле. Только сестра забыла, что это он оплатил полную страховку за дом и это он должен был решать, заявлять о страховом случае или нет. Она с ним даже не посоветовалась. Еще повезло, что в Министерстве у него были знакомые и сразу его предупредили.

Ратмир был зол на младшую сестру, которая считала, что она самая умная и, что он не узнает об инциденте с призраком. Лучше бы она просто ему позвонила и попросила деньги на отпуск. Теперь разгребать всё придется ему одному. Дом может потерять коммерческую привлекательность навсегда. Гребаный призрак. Столько лет все было спокойно.

– Я ничего не вижу. Где он? Шагов не слышно.

– И не увидишь, пока он сам не захочет показаться. Он замер, следит за нами. А что? Это хорошая идея. Давай, я тебя, как приманку, буду использовать, – Азела улыбнулась натянутой улыбкой. Хамов нужно ставить на место, пусть потрясется от страха. Сейчас обломается. Обычно, такая идея пугала людей.

– Ты согласен? Мы спускаемся в подвал?

Мужчина не раздумывал.

– Хорошо, я согласен, что мне нужно делать? Идем в подвал, – Ратмир не шутил. Он был настроен решительно и хотел, как можно быстрее, покончить с этим делом. Он не допустит, чтобы его дом попал на карту Министерства с красной маркировкой. Неужели пришло время признать, что призрак, живущий в доме, действительно вышел из тени, научившись переходить невидимую границу? Или это был развод, на который он повелся?

– Что, такой смелый? Не боишься, что сердце остановится или обоссышься от страха?

– Не боюсь, а ты? Я знаю, что нас ждет в подвале, а вот ты – нет.

– Что ты имеешь ввиду?

Азела посмотрела на мужчину. Она прекрасно видела в темноте. Он что-то от нее скрывал.

– Ничего. Работай, охотница. Утром я тебя выброшу из дома.

«Ты доживи сначала до утра, гавнюк», – это Азела не сказала вслух, но подумала.

Ей не нужен был свет, чтобы прочитать решимость на лице мужчины. Упрямый и твердолобый. А это даже и интересно. Никогда она не вовлекала в охоту простых людей. Это было запрещено. Если начальство узнает, ей грозит выговор. Ну и пусть, зато она развлечется. Хозяин дома был настоящим мудаком, высокомерным и напыщенным. И он, ее, охотницу, рисковавшую своей жизнью ради его имущества, ни во что не ставил. Ничего, он еще на коленях будет ее умолять спасти от призрака, который был не прост. Очень непрост, по шкале опасности она дала бы самый высокий уровень – красный. Она наблюдала за призраком уже несколько часов, выманивая его из своего логова. Можно было уверенно говорить о приличном уровне интеллекта. Долбанный призрак. Она застряла. За одну ночь она не избавит от него дом.

Азела была реалисткой и четко оценивала свои возможности. Призраки могли быть очень коварными. Почти такими же, как и охотники. С некоторыми она играли на равных. Статистика смертей охотников от несчастных случаев на охоте – тщательно скрывалась. Все представлялось широкой публике, как невинное ночное приключение или военная игра. Охотник должен был найти логово призрака, выманить его и, с помощью ритуалов, отправить в особое измерение, которое охотники называли «зона Р» или зона раздумья. Это была серая зона, где призраки, не смирившиеся с развоплощением, должны были находиться в течение вечности и думать о ценности своей вечной жизни. И только раскаявшиеся переходили в зону света. Некоторых, особо отличившихся в земном воплощении и не собирающихся размышлять и раскаиваться, забирала тьма, поглощая всю их жизненную энергию. Это был отработанный материал.

– Что задумалась? Давай, говори, что мне делать? Мне по дому ходить и оскорблять призрака? Или спускаемся в подвал, если не боишься? Все равно заснуть не смогу, – Ратмир, как и все обычные люди, воспринимал охоту на призраков, как простую игру по правилам, а об охотниках думал, как о придурках, у которых не все было нормально с головой. Женщина прочитала его мысли.

– Ты думаешь, что охота – это весело? Ты думаешь, что зря все это время платил страховку? Должна тебя огорчить. Призраки не играют по правилам. У них нет правил. Они делают то, что им подсказывает инстинкт выживания. Мы, живые люди, для них – опасность. Мы им угрожаем. Или напоминаем кого-то из их прошлой жизни. Сегодня ночью ты можешь умереть, впрочем, как и я.

– Забавно. Хочешь меня напугать? Не получится. Пусть катятся в ад! Со всем своим прошлым! – Мужчина зло рассмеялся. Что было смешного, охотница не понимала.

– Идиот, – она сказала это тихо. Она злилась на себя, что нарушила правила и оставила мужчину в доме. – У тебя был в роду военный? Настоящий военный, который участвовал в сражения, в войнах? Который умел убивать людей?

– А какое это имеет значение? Все знают, что призраки теряют память, они лишь сгустки энергии.

Азела покачала головой. Какие же все придурки вокруг. Верят в миф, который распространяет Министерство, чтобы не сеять панику среди людей.

– Эти знания можешь засунуть в задницу тому умнику, кто это придумал. Если призрак убивал людей все свою сознательную жизнь, то он прекрасно будет помнить, как это делается. А если его убили – то он будет искать убийцу и мстить. Но зациклен он будет на том моменте, когда его убили. Он будет проживать его миллионы раз, повторяя раз за разом старый сценарий, но с новыми деталями.

– Я ничего не боюсь, я знаю, что призраки питаются страхом живых людей. И у меня не было в роду убийц.

Последнюю фразу Ратмир произнес с фальшивой интонацией, которую охотница сразу же уловила.

– Значит, были. Но ты не хочешь об этом рассказывать. Я так и знала, что досье на твоего прадеда – подделка. Ты сам придумал эту тошнотворную вату? Ну, историю его жизни и смерти? Мог бы что-нибудь и пооригинальнее написать.

Ратмир молчал. Его бесила охотница.

– Вывод один. Это он. Твой прадед. Он единственный, кто умер скоропостижно в среднем возрасте. Ему было сорок лет. Поэтому подозрения падают именно на него.

Ратмир внимательно посмотрел на женщину. В его глазах промелькнуло удивление. Он не собирался ей рассказывать о темном прошлом своего прадеда, который был сталинским палачом и садистом. Эта информация была стерта во всех официальных источниках, и он тщательно охранял эту тайну от посторонних. Пусть охотница сама расследует нападение на его дом. В любом случае, она никогда не узнает правду о прадеде. А блефовать, выведывая информацию, он и сам умеет.

Ратмир решил понаблюдать за охотой. На самом деле, ему было не интересно бегать ночью по дому в поисках несуществующих призраков, но в нем проснулся профессионал. Может стоит разогнать, к чертям собачим, все это Министерство «по ловле того, кого никто никогда не видел»? Он обладал властью и деньгами и запросто мог посодействовать закрытию ненужной структуры, которая получала деньги не только от страховых компаний, но имела и правительственные дотации. Ратмир был Советником в Правительстве и возглавлял крыло Независимой Экспертизы. Под его руководством проводились консультации в самых острых, резонансных и спорных делах, когда нужно было дать непредвзятую экспертную оценку. И сейчас ему предоставлялся хороший шанс самому побывать в шкуре хозяина дома, оккупированного призраком. Хотя это заявление основывалось лишь на страхах его эмоционально-неуравновешенной сестры. Или просто на ее обмане. Нужно уметь признавать правду.

Ратмир имел большой опыт в спорах, где одна сторона действовала скрытно, обманывая всех и манипулируя фактами, как ей хотелось. Доказать мошенничество порой было очень сложно. Он не хотел, чтобы его родная сестра пятнала его репутацию честного и непредвзятого в своих решениях эксперта. Если ее действительно что-то напугало, то это «что-то» он найдет. А если, все эти истории с призраками – лишь большое мошенничество, в которое люди слепо верят, то пора прозреть. Он будет первым, кто на это укажет. И сейчас было самое подходящее время, чтобы начать расследование. О начнет распутывать клубок со своего собственного дома.

– Идем в подвал, я чувствую, где его логово. Приборы тоже подтверждают.

Охотница пошла первой. Они шли в темноте. Ратмир шел за ней молча. Он еще раз убедился, что вся эта история – обман для простачков. Было ясно, что женщина хочет его просто запугать, отправляясь в просторный подвал дома, чтобы там, в замкнутом пространстве, манипулировать его сознанием. Конечно, она заранее уже изучила план дома и план подвала. Тот план, который он сам предоставил страховой компании, убрав из него помещения, о которых никому, даже его сестре, знать было не обязательно. Что же, это будет весело.

Ратмир включился в рабочий режим точно робот. Он фиксировал, запоминал и анализировал все детали. У него было феноменальная память на детали. Сейчас он был экспертом и проводил независимую экспертизу работы охотника. И первое, что он подметил – это отсутствие фонаря. Охотница шла в полной темноте. Она ни разу не ударилась об стену. Даже зная план помещения, это было невозможно проделать, не побывав сотни раз в подвале. Ратмир с недовольством заметил, что женщина действительно видела в темноте. Она вела его по подвальному помещению уверенно, безошибочно выбирая направление. А ведь она никогда здесь раньше не была. Она даже не огладывалась, по его дыханию слыша, что он следует за ней по пятам. Значит у нее хороший слух. Ну и это ничего не значило. Мало ли людей с хорошим слухом и ночным зрением.

Внезапно, охотница замерла. Ратмир, не успев остановиться, наткнулся на нее. Женщина развернулась, обхватила его руками и прижала в угол. Он ей поддался. Не стал отталкивать и сопротивляться.

– Молчи, не звука.

Женщина стояла перед ним очень близко, буквально вдавливая его в стену. Ратмир чувствовал тепло ее тела, которое воняло падалью. Значит, театр продолжается. Хорошо, он будет играть по ее сценарию. И даже позволит ей прижиматься к нему всем телом. Потом он примет душ и смоет с себя всю эту вонь.

Охотница отошла от него. Вонь ослабела. В эту минуту он почувствовал, как что-то мерзкое начало ползти по его ноге. Змей не могло быть в подвале, это исключено. Неужели охотница притащила питона, чтобы его напугать? Дешевый трюк. Он не боялся змей. Он вообще ничего не боялся.

– Не шевелись. Сейчас он исчезнет. Терпи.

Ратмир и не собирался шевелиться. Давление на ноги усилилось и уже стало казаться, что несколько змей опоясывают его щиколотки и икры, образовывая вокруг ног плотное кольцо. Одновременно, он перестал чувствовать тепло тела охотницы. В темноте ему показалось, что она отошла, отодвинулась от него, отдавая его на растерзание змеям.

Ратмир не поддавался, он знал, что это всего лишь иллюзия, розыгрыш, чтобы его напугать. Дышать становилось все труднее. Кажется, змеи добрались до его живота. Они стали затягивать кольца все сильнее, медленно сдавливая его внутренние органы и мышцы. Было не смешно, видал он в гробу такие приколы. Пора было заканчивать это представление. Женщина заигралась в своих спецэффектах. Или она действительно решила его убить? Он дернулся, пытаясь освободиться. И тут же почувствовал, что ему стало еще больнее от зажима. Боль была самая настоящая. Он почувствовал, как кровь перестала циркулировать в ногах, и они стали неметь. Ратмир понял, что теряет терпение.

– Охотница, отпусти меня. Это переходит границы дозволенного.

– Заткнись, я тебя предупреждала. И не дергайся, это то, что ему нужно.

Азела говорила шёпотом, одними губами, но и этого было достаточно, чтобы себя выдать. Призрак уловил тревогу в ее голосе. Она не боялась за себя, она переживала за хозяина дома. Он мог не выдержать и начать паниковать. А это то, что хотел призрак.

– Включи свет, мать твою! Я не могу двигаться! – Ратмир не мог уже не только двигаться, но и дышать.

– Электричества нет, я его вырубила еще вчера вечером, когда ты пошел спать.

– Что? Зачем? Ты с ума сошла?

– Нет, я в порядке. А вот ты, кажется, уже на грани. Если бы я не вырубила свет, нас уже ударило бы током несколько раз. Возможно, это был бы конец. Ты что, не знаешь, что некоторые призраки научились прекрасно управлять электричеством?

– Что? Это как?

– Откуда ты приехал, если не знаком с элементарной техникой безопасности? Призраки имеют электромагнитную природу. Чем старее и опытнее призрак, тем легче он справляется с электрическими и магнитными приборами.

– Черт, мне хреново.

Азела поняла, что призрак уже израсходовал практически все силы и можно начинать его рассеивать. Она сняла с груди тяжелый железный амулет и надела его на шею мужчины. Сегодня она сделала ставку на металл. Она действовала наугад, предположив, что призрак погиб от огнестрельного ранения. Сейчас он должен был вспомнить о своей смерти, вспомнить пули, которые его убили и оружие, которым его застрелили. Охотница поняла, что попала в цель. Она видела в темноте своим уникальным ночным зрением, что мужчина расслабил тело и плавно стал оседать на пол. Невидимые кольца начали разжиматься, отпуская свою жертву.

– Обопрись на меня. Нужно выбираться. Мы его ослабили, теперь он не скоро восстановится. А ты молодец, долго продержался. Ты выкачал из него почти всю энергию.

– Что? Ты меня использовала, как приманку?

– Расслабься, все позади. Ты сам хотел быть приманкой.

Охотница поволокла мужчину к лестнице. Она была сильная и жилистая, не смотря на кажущуюся худобу. Он опирался на ее плечо, с трудом двигая ногами. На сегодня охота закончилась.

Глава 3

По пути в спальню женщина включила рубильник и в доме появилось электричество. Сейчас можно было расслабиться. Призрак не нападет на них в течение часа или двух.

– Меня зовут Азела. Можешь не говорить, что имя стран

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.