Димитрио Коса
Ржавчина в Микросхемах

Солнце, пробиваясь сквозь плотную пелену смога, лениво переваливалось через крыши унылых, однотипных многоэтажек, окрашивая пыльный двор в болезненно-оранжевые тона. Алексей, сгорбившись, сидел на обшарпанной, покосившейся скамейке у подъезда, словно стараясь слиться с окружающей серостью. Его взгляд, обычно робкий и испуганный, был прикован к потрескавшемуся асфальту, испещренному замысловатыми узорами трещин, напоминающими карту давно забытых земель. Ветер, пронизывающий и холодный, шевелил его редкие, тусклые волосы, больше похожие на мышиный хвостик, заставляя сутулые плечи еще сильнее вжиматься в себя от зябкости. Ему едва исполнилось двенадцать, хотя из-за худобы и болезненной бледности кожи он казался гораздо младше, словно недозрелый плод, случайно сорванный с ветки.

Мальчишки из соседнего подъезда, смуглые от солнца и переполненные неуемной энергией, шумно гоняли старый, облезлый мяч на пыльной, давно не знавшей ремонта площадке. Их звонкие голоса, смех и крики эхом разносились по двору, словно намеренно напоминая Алексею о его собственном одиночестве. Он знал, что они его видят, чувствовал их презрительные взгляды, скользившие по его невзрачной фигуре. Но старался не обращать на них внимания, уходил в себя, в свой собственный, маленький мир, где не было места для жестокости и насмешек. “Урод”, “ботаник”, “заучка” – эти слова, словно клейма, уже давно въелись в его сознание, стали частью его личности, его второй, болезненной кожей. Он слышал их каждый день, и с каждым разом они причиняли все меньше боли, словно организм, привыкший к яду, постепенно вырабатывал иммунитет.

Единственным местом, где Алексей чувствовал себя хоть немного спокойно, был этот запущенный, обветшалый двор. Здесь, под сенью старых, раскидистых тополей, сбрасывающих свой липкий, пахнущий пылью пух, он мог укрыться от враждебности окружающего мира, почувствовать себя хоть немного защищенным. Здесь, в тени густых ветвей, он находил своих настоящих друзей, тех, кто принимал его таким, какой он есть, без осуждения и насмешек.

Друзьями его были бездомные коты, ставшие неотъемлемой частью этого двора, его безмолвными стражами и спутниками.

Они знали его, узнавали по тихим, неуверенным шагам, по запаху дешевого корма, который он каждый день приносил в старом, помятом пакете из ближайшего магазина. Алексей кормил их каждый день, не пропуская ни одного. Он знал имена каждого кота, знал их привычки, их характеры, их маленькие, кошачьи секреты. Самый большой кот, полосатый Васька, матерый и видавший виды, всегда первым подбегал к нему, громко мурлыкая и ластясь к ногам, словно благодаря за заботу и внимание. Маленькая черная кошка, Мурка, с огромными, испуганными глазами, всегда держалась в стороне, была самой пугливой и недоверчивой, но со временем и она стала доверять Алексею, позволяя ему осторожно гладить свою шелковистую шерстку.

Алексей гладил кошек, перебирал пальцами их мягкую шерсть, шептал им что-то на ухо, делился с ними своими мыслями и переживаниями, рассказывал о своей одинокой, ничем не примечательной жизни. Он чувствовал, что они понимают его, что они принимают его таким, какой он есть, со всеми его недостатками и странностями. Он чувствовал, что они – его семья, его единственная поддержка в этом жестоком и несправедливом мире.

Однажды, когда солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные, зловещие тени, Алексей услышал громкий, утробный лай, заставивший его вздрогнуть. Лай был низким, хриплым, угрожающим, словно исходящим из самой преисподней. Он обернулся, и его сердце бешено заколотилось в груди.

Он увидел…

…огромного питбуля, черного как ночь, свирепого и мускулистого, с оскаленной пастью, обнажающей острые, как бритвы, зубы, и налитыми кровью глазами, в которых отражалась первобытная ярость. Питбуль с трудом удерживался на толстом, кожаном поводке, который держал здоровенный, широкоплечий мужик в грязной, пропахшей потом кожаной куртке, с бритой головой, покрытой паутиной грубых татуировок, и злобной ухмылкой, кривящей его мясистые губы. Мужик выкрикивал что-то нечленораздельное, сквозь зубы, но Алексей понял, что это не сулит ничего хорошего, что в этот тихий, летний вечер в его жизни произойдет что-то ужасное.

Васька, обычно такой смелый и независимый, вжался в землю, зашипев от страха. Другие коты, почуяв беду, бросились врассыпную, попрятались в кусты и под машины, ища спасения от надвигающейся угрозы. Питбуль, учуяв запах добычи, дернулся вперед, с силой натянув поводок, и злобно зарычал, словно призывая своего хозяина отпустить его на волю, дать возможность разорвать несчастных животных на куски. Мужик, поддавшись порыву, резко ослабил хватку, и питбуль, вырвавшись на свободу, с яростным лаем бросился на ближайшую жертву.

Алексей замер, словно парализованный. Он знал, что должен что-то сделать, как-то защитить своих друзей. Но что? Он был всего лишь маленьким, слабым мальчиком, неспособным противостоять такой грубой силе. Он не мог тягаться с таким чудовищем, не мог спасти Ваську от неминуемой гибели.

Питбуль, словно черная молния, набросился на Ваську, вцепившись зубами в его горло. Раздался дикий, полный ужаса визг, перешедший в хрип. Алексей, не в силах смотреть на это зверство, закрыл глаза, зажав уши руками, пытаясь заглушить страшные звуки.

Когда он открыл их, все было кончено. Васька лежал на земле, неподвижный, разорванный, в огромной луже крови, смешанной с песком и пылью. Питбуль, довольный и возбужденный, облизывал окровавленную пасть, словно наслаждаясь вкусом победы. Мужик, громко хохоча, подошел к нему и грубо похлопал по спине, выкрикивая слова похвалы.

У Алексея перехватило дыхание. В груди словно взорвалась бомба, наполнив его сердце яростью, такой сильной и всепоглощающей, что она чуть не разорвала его изнутри. В глазах стояли слезы, но это были не слезы жалости к погибшему Ваське, а слезы злобы и ненависти к мужику и его жестокому псу. Он поклялся себе, что отомстит. Он поклялся, что сделает все возможное, чтобы этот мужик и его проклятая собака пожалели о том дне, когда они появились в этом дворе, когда они отняли у него самого дорогого друга.

После трагической гибели Васьки, мир Алексея словно померк, потерял свои краски. Он резко изменился, замкнулся в себе, перестал общаться с уцелевшими котами, избегал шумных детских компаний. Скорбь и гнев поселились в его сердце, отравив его существование. Но его решение отомстить, защитить слабых, стало ещё более сильным, более осознанным.

Школа, и без того нелюбимая, стала для него настоящей пыткой. На уроках он сидел, отстранённый и молчаливый, словно отсутствующий. Но, как ни странно, именно сейчас, после случившегося, он начал проявлять недюжинные способности к точным наукам. На уроках физики и математики его ум словно проснулся, заработал на полную мощность. Его логика, его аналитические способности поражали учителей. Казалось, что трагедия открыла в нём какие-то скрытые резервы, высвободила дремлющий доселе потенциал.

Единственное, что теперь занимало его мысли, что не давало ему покоя ни днём, ни ночью, – это месть. Он не мог забыть окровавленную пасть питбуля, хохочущего мужика, разорванное тело Васьки. Он не мог простить им содеянного. Ему нужно было понять, как он может отомстить обидчику, как он может защитить тех, кто слабее его.

После школы Алексей бежал в библиотеку, словно ища там спасения. Он просиживал там часами, проглатывая книги по механике, электронике, робототехнике. Его захватил мир машин, мир, где всё подчиняется законам физики, мир, где можно создать что-то новое, что-то мощное, что-то способное изменить мир. В его воспалённом мозгу постепенно начала вырисовываться идея – робот! Робот – идеальное оружие для мести, идеальный защитник слабых. Он мог бы создать машину, которая будет бесстрашной, сильной, неуязвимой, которая будет защищать невинных и наказывать злодеев.

Алексей мечтал о будущем, о мире, где справедливость восторжествует. Он представлял себе города, в которых роботы-полицейские будут охранять порядок, где роботы-спасатели будут помогать людям в беде, где роботы-врачи будут лечить больных. Он представлял себе мир, в котором роботы будут заботиться о людях, защищать их от насилия и несправедливости.

Он решает во что бы то ни стало поступить в университет на факультет робототехники. Он верил, что только там он сможет получить необходимые знания и навыки для реализации своей мечты. Он понимал, что это долгий и трудный путь, что ему придётся много учиться, много работать, преодолевать множество препятствий. Но он готов был идти до конца, готов был пожертвовать всем ради своей мечты – создать мир, где слабые будут защищены, а зло будет наказано.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.