Финансовое право и современный миропорядок

2024.5. Правовое обеспечение устойчивости финансовой системы в условиях развития инновационной экономики

V Финансово-правовой форум

Материалы
Международной
научно-практической
конференции

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 374.73

ББК 67.402

Ф59

Ответственные редакторы доктор юридических наук, профессор, заведующий кафедрой финансового права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) Е. Ю. Грачева, доктор юридических наук, доцент, профессор кафедры финансового права Московского государственного юридического университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА) Ю. К. Цареградская.

29 февраля 2024 г. в Московском государственном юридическом университете имени О. Е. Кутафина (МГЮА) под эгидой кафедры финансового права, а также при участии кафедры налогового права, Федерального казначейства и Центрального банка РФ прошел V ежегодный финансово-правовой форум «Финансовое право и современный миропорядок» 2024.5. Правовое обеспечение устойчивости финансовой системы в условиях развития инновационной экономики.

В сборник включены статьи ведущих специалистов в сфере финансового права, а также материалы молодых ученых, интересующихся финансово-правовой тематикой.

Сборник рекомендуется научным работникам, преподавателям, аспирантам, студентам юридических вузов и факультетов. Будет полезен руководителям органов государственной власти и местного самоуправления и всем интересующимся проблемами финансового права.

УДК 374.73

ББК 67.402

© Московский государственный
юридический университет имени
О. Е. Кутафина (МГЮА), 2024

ВСТУПИТЕЛЬНОЕ СЛОВО

29 февраля 2024 г. в Университете имени О. Е. Кутафина (МГЮА) в пятый раз прошел финансово-правовой форум, организованный кафедрой финансового права МГЮА, а также при участии кафедры налогового права, Федерального казначейства и Центрального банка РФ. Данный форум стал значимым мероприятием, посвященным 30-летнему юбилею кафедры финансового права – первой самостоятельной в современной России.

Тема форума — «2024.5. Правовое обеспечение устойчивости финансовой системы в условиях развития инновационной экономики» — предопределила содержание докладов и вектор научной дискуссии. Финансово-правовой форум выступил в качестве площадки для общественного обсуждения проблем реализации устойчивости финансовой системы в условиях развития инновационной экономики, а также ее правового регулирования. В работе форума приняли участие представители ведущих юридических вузов страны, в том числе Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации, Саратовской государственной юридической академии, Российского государственного университета правосудия, Московского государственного института международных отношений Министерства иностранных дел Российской Федерации, Санкт-Петербургского государственного университета, Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова, Института государства и права РАН, Уральского государственного юридического университета, Юго-Западного государственного университета, Омского государственного университета имени Ф. М. Достоевского, Поволжского института управления имени П. А. Столыпина (филиал РАНХиГС), Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации, Самарского государственного экономического университета, Южного федерального университета. Также участие приняли представители Федерального казначейства, Центрального Банка Российской Федерации, Агентства по страхованию вкладов, Министерства финансов Российской Федерации, Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации, ПАО «Московская биржа», а также Главный финансовый уполномоченный Российской Федерации.

Модераторами форума выступили доктор юридических наук, профессор Елена Юрьевна Грачева, доктор юридических наук, профессор Татьяна Эдуардовна Рождественская и доктор юридических наук, доцент Юлия Константиновна Цареградская.

Финансово-правовой форум был открыт приветственными словами Елены Юрьевны Грачевои и проректора по научной работе Университета имени О. Е. Кутафина (МГЮА), доктора юридических наук Владимира Николаевича Синюкова, которые отметили важность и актуальность проведения данного мероприятия.

В этом году форум был представлен двумя частями: панельной дискуссией и основными докладами.

Панельная дискуссия была посвящена актуальным правовым вопросам устойчивости финансовой системы Российской Федерации в современных условиях, модераторами которой являлись Елена Юрьевна Грачева и Татьяна Эдуардовна Рождественская. В качестве спикеров дискуссии выступили Роман Евгеньевич Артюхин, руководитель Федерального казначейства, кандидат юридических наук, заслуженный экономист РФ; Константин Михайлович Бахарев, первый заместитель Председателя комитета по финансовому рынку Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации; Юрий Викторович Воронин, Главный финансовый уполномоченный Российской Федерации, кандидат экономических наук, заслуженный юрист РФ; Алексей Геннадьевич Гузнов, статс-секретарь — заместитель Председателя Банка России, доктор юридических наук, заслуженный юрист РФ; Андрей Геннадьевич Мельников, генеральный директор государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»; Сергей Анатольевич Швецов, председатель Наблюдательного совета ПАО «Московская биржа».

Во второй части форума представители науки и практики обсудили следующие вопросы:

• конституционные основы финансовой системы государства;

• особенности налогообложения федеративного государства в условиях развития инновационной экономики;

• устойчивость бюджетной системы в условиях развития бюджетного федерализма;

• реализация принципа сбалансированности бюджета в условиях развития инновационной экономики;

• дедолларизация как один из финансовых инструментов обеспечения устойчивости финансовой системы государства;

• цифровая валюта в системе финансовых ресурсов, обеспечивающих устойчивость финансовой системы государства;

• долговая устойчивость публично-правовых образований как гарантия функционирования суверенного государства;

• финансовый контроль в структуре механизма обеспечения устойчивости финансовой системы государства;

• развитие финансового рынка как условие эффективной финансовой системы;

• банковская система в условиях санкционного режима.

В рамках форума прошла научная ярмарка эссе обучающихся бакалавриата, специалитета, магистратуры и аспирантуры по теме форума. Наиболее актуальные и оригинальные эссе представлены в данном сборнике, а также отмечены грамотами.

Раздел 1. НАУЧНЫЕ ВЗГЛЯДЫ УЧЕНЫХ И ПРАКТИКОВ

Бакаева О. Ю.,
профессор кафедры финансового,
банковского и таможенного права
имени профессора Нины Ивановны Химичевой
Саратовской государственной
юридической академии,
д.ю.н., профессор

Таможенный контроль после выпуска товаров как инструмент реализации таможенными органами фискальной функции и обеспечения устойчивости финансовой системы российского государства

Внедрение в таможенную сферу инновационных технологий предопределило необходимость реформирования системы территориальных таможенных органов, в том числе выделения электронных таможен и таможен фактического контроля. Основной задачей электронных таможен выступает ускорение процесса перемещения товаров, что реализуется благодаря таким механизмам, как электронное декларирование, автоматическая регистрация декларации и автовыпуск товаров. В число функций таможен фактического контроля входит организация и осуществление таможенного контроля после выпуска товаров¹. При этом оперативность предпринимаемых таможенными органами мер в приоритет не ставится, здесь доминирующим критерием признается эффективность проводимых проверок. От этого в определенной степени зависит полноценность реализации таможенными органами фискальной функции и полнота формирования доходов бюджетной системы.

Таможенный контроль после выпуска товаров как самостоятельная правовая процедура был заявлен еще в 1995 году в Основах таможенных законодательств государств — участников Содружества независимых государств². В ст. 195 указанного акта отмечалось, что он может проводиться в любое время, если имеются достаточные основания полагать о наличии нарушений национального законодательства или международных договоров государства, контроль за исполнением которых возложен на таможенные органы.

Действующий ТК ЕАЭС не содержит понятия «таможенный контроль после выпуска товаров», однако оперирует данным понятием в ряде статей. Например, в п. 2 ст. 152 кодекса названа обязанность таможенного органа рассчитать таможенные платежи по результатам проведения таможенного контроля после выпуска товаров в случае выявления их неверного исчисления. Аналогичное упоминание содержится и в ст. 315 и 316 ТК ЕАЭС.

В литературе встречается достаточно дискуссионное мнение об отнесении таможенного контроля после выпуска товаров к инструменту реализации таможенных услуг, направленному на стимулирование внешнеэкономической деятельности³. Как видится, при производстве таможенного контроля приоритетными выступают именно публичные цели, в первую очередь, в виде фискального интереса государства, в связи с чем сведение контрольных полномочий таможенных органов к сервисной функции не вполне оправданно.

Из смысла норм, содержащихся в гл. 45 кодекса «Формы таможенного контроля», вытекает, что после выпуска товаров могут быть проведены проверка таможенных, иных документов и (или) сведений (ст. 324, 326), а также таможенная проверка (ст. 331). При этом последняя форма контроля допускается исключительно после выпуска товаров.

Общий срок нахождения ввозимых товаров под таможенным контролем, а, следовательно, проведения в отношении них проверочных мероприятий, ограничен тремя годами с момента получения такими товарами статуса товаров Союза (п. 7 ст. 310 ТК ЕАЭС). Однако национальным законодательством государств-членов ЕАЭС этот срок может быть увеличен до 5 лет. Столь продолжительный срок позволяет таможенным органом детальным образом проверить обстоятельства перевозки товаров, совершения таможенных операций, и главным образом полноту уплаты таможенных платежей. В данной связи таможенные органы осуществляют борьбу с незаконными схемами уклонения от уплаты таможенных платежей.

В ходе проведения таможенного контроля после выпуска товаров участники внешнеэкономической деятельности могут воспользоваться информационным сервисом «Таможенная проверка», функционал которого позволяет совершать обмен документами и сведениями в электронном виде.

Одним из важных направлений посттаможенного контроля является контроль таможенной стоимости товаров. Автоматизация данного процесса производится посредством информационно-справочной системы «Малахит», которая позволяет провести анализ результатов таможенного оформления товаров и обнаружить факты существенного отклонения заявленной таможенной стоимости товаров от аналогичных средних показателей. В процессе контроля таможенной стоимости может быть проверена и система маркировки товаров⁴, поскольку она позволяет проследить весь путь движения товара от производителя до конечного потребителя, включая такое существенное условие договора, как цена, которая кладется в основу определения таможенной стоимости товара. В совокупности с данными из других государственных информационных систем таможенные органы могут получить полную и всестороннюю информацию об объекте таможенного контроля.

В 2022 году сумма доходов, администрируемых таможенными органами, составила 6,2 трлн руб. Из них по результатам проведения таможенного контроля после выпуска товаров без учета санкций взыскано 62 млрд руб., что составило 9% от общей суммы таможенных фискальных доходов⁵.

В 2020 году по официальной информации ФТС России при уменьшении на 30% количества таможенных проверок и снижении нагрузки на бизнес повышены показатели эффективности и результативности проверочных мероприятий: результативность таможенных проверок выросла до 94%⁶. Большинство таможенных проверок оказались результативными.

Указанные итоги достигнуты вследствие проведения таможенного контроля после выпуска товаров по таким направлениям, как: правильность определения классификационного кода товара по ТН ВЭД; расчет таможенной стоимости товаров; установление происхождения товаров; обоснованность предоставления тарифных льгот. В то же время нельзя не учитывать того факта, что ряд решений таможенных органов, вынесенных по результатам проверок и связанных с доначислением таможенных платежей, обжалуются участниками внешней торговли с последующим положительным результатом в пользу последних. Возможны и варианты банкротства таких лиц. В этих ситуациях результативность таможенного контроля минимизируется, а бюджет недополучает доходы от данного направления финансовой деятельности таможенных органов.

Качество проведения таможенного контроля после выпуска товаров оценивается в том числе и по средней экономической эффективности таможенной проверки. Если в 2012 году на каждого занятого постконтролем таможенника приходилось около 1 млн руб. взысканных средств⁷, в 2018 году этот показатель составил 2,4 млн руб.⁸

В акте таможенной проверки, составляемом по итогам контрольных мероприятий, таможенный орган излагает обстоятельства проведения проверки, аргументированные выводы по ее результатам, а также указывает размер доначисленных таможенных платежей (при наличии). В документе также отражается вопрос об ответственности хозяйствующего субъекта. Имеется и риск уголовного преследования в случае обнаружения признаков, содержащих признаки экономического преступления. Результатом таможенного контроля после выпуска товаров может стать и переход участника внешнеэкономической деятельности в другую категорию в рамках функционирования риск-ориентированного подхода. Следует отметить, что данный подход при проверках бизнес-структур применяется таможенными органами всех государств-членов ЕАЭС, а обмен информации между ними повышает эффективность таможенного контроля.

Помимо собственной контрольной деятельности, таможенные органы проводят скоординированные контрольные мероприятия с налоговыми органами. В 2023 году, по итогам реализации таких проверок, дополнительно начислено таможенных платежей, пеней и штрафов на общую сумму 8 млрд 95 млн руб.⁹

В настоящее время формируются новые подходы к организации и проведению таможенного контроля после выпуска товаров. Они обозначены в Стратегии развития таможенной службы Российской Федерации до 2030 года¹⁰. Это, в частности:

1) автоматизация процесса выбора объектов таможенного контроля после выпуска товаров и реализация электронного документооборота между проверяемыми лицами и таможенными органами;

2) внедрение таможенного мониторинга и таможенного аудита, позволяющих минимизировать риски и упростить администрирование;

3) реализация и обеспечение функционирования системы прослеживаемости движения товаров, предусматривающей сквозной контроль товаров от их ввоза до реализации конечному потребителю.

Остается актуальным и предложение С. А. Агамагомедовой о целесообразности разработки стратегических направлений развития таможенного контроля на наднациональном уровне, включающих теоретико-концептуальные, финансово-правовые и практикоориентированные основы контрольной деятельности таможенных органов в условиях евразийской экономической интеграции¹¹.

Одним из приоритетов в деятельности таможенных органов выступает разработка модели выбора объектов таможенного контроля после выпуска товаров с использованием информационных технологий и применением аналитических инструментов. В данной связи таможенными органами должно быть обеспечено получение оперативной и достоверной информации об обороте товаров в рамках хозяйственной деятельности подконтрольных субъектов, в том числе информации, полученной посредством системы межведомственного электронного взаимодействия. К 2028 году уровень автоматизации выбора объектов таможенного контроля после выпуска товаров должен составлять не менее 35%, а результативность таможенных проверок при пост-контроле — 89%¹². В целом же в последние годы контрольная работа таможенных органов проводится с учетом минимизации нагрузки на бизнес. Идеальной признается незаметная для частных субъектов и одновременно фискально результативная для государства деятельность таможенных органов.

В 2024 году планируется внедрение в систему таможенного контроля модели «цифрового двойника» участника внешней торговли, что позволит использовать накопленные и обобщенные таможенными органами сведения как о нем, так и о совершенных им таможенных операциях. Такая модель будет способствовать модернизации риск-ориентированного подхода как основы выбора объекта таможенного контроля в рамках функционирования системы управления рисками. Как видится, это согласуется с обеспечением баланса частных и публичных интересов в таможенной сфере, в том числе при реализации таможенными органами контрольно-фискальной функции.

Список литературы

1. Агамагомедова С. А. Административно-правовое регулирование таможенного контроля в Российской Федерации в условиях евразийской интеграции. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Н. Новгород, 2018. — 31 с.

2. Новиков С. В. Совершенствование таможенного контроля после выпуска товаров в системе предоставления таможенных услуг. Автореф. дис. …канд. эконом. наук. — Люберцы, 2020. — 26 с.

Бутаева Е. М.,
доцент Образовательно-научного кластера
«Институт управления и территориального развития»
Балтийского федерального университета
имени Иммануила Канта,
к.ю.н., доцент

Финансово-правовые аспекты реализации государственной политики в области содействия занятости населения

Право на труд относится к группе социально-экономических прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации. Исследователи отмечают, что особенность социально-экономических прав состоит в том, что ряд из них возможно реализовать только с помощью встречной поддержки со стороны государства и при создании определенных организационно-правовых условий¹³. В связи с этим в нашей стране занятость и трудоустройство граждан поддерживается в рамках государственных программ, эти направления считаются приоритетными, стратегически важными в реализации социально-экономической повестки государства. Защита национального рынка — главная цель всех государственных мероприятий в деле борьбы с безработицей и поддержанием стабильности на рынке труда. Для российской экономики эта цель особенно актуальна в силу возникновения новых вызовов и угроз, диктующих в качестве ответа необходимость формирования сбалансированной миграционной политики. Так, если в 2010 году в России численность иностранных граждан, которые получили разрешение на работу, составляла 1 640,8 тыс. человек, то уже в 2022 году эта цифра достигла 2 164, 6 тыс. человек. Указанные сведения отражают лишь официальную сторону трудовой миграции. Существует и нелегальная форма миграции трудовых ресурсов. Совершенно ясно, что при таком положении дел увеличение численности работников-граждан России становится важной социально-экономической задачей.

Данные прогноза баланса трудовых ресурсов на 2024–2026 годы, размещенные на сайте Минтруда РФ, показывают, что численность трудовых ресурсов в России на 2023 год составила 91,63 млн человек, а к 2026 году она должна вырасти до 92,42 млн человек. Число занятых в экономике (без учета военнослужащих) на 2023 год составило 71,92 млн человек, а к 2026 году по прогнозу увеличится до 73,33 млн чел. По количеству трудоустройства лидируют такие отрасли как оптовая и розничная торговля и ремонт автотранспортных средств — на 2023 год — 13,36 млн чел. и обрабатывающее производство — 10,35 млн чел.¹⁴ Достижение прогнозных показателей, выраженное в увеличении количества рабочих мест, можно рассматривать как проектную работу органов исполнительной власти с той особенностью, что реализуется проект за бюджетный счет, а значит, он должен быть научно обоснован и стратегически выверен.

Любой проект начинается с постановки цели, которая по известной логике, определяет и средства ее достижения. Ресурсы в государстве всегда ограничены, а потому выбор стратегических приоритетов развития — весьма ответственное решение. Новый закон «О занятости населения в Российской Федерации» (далее — ФЗ № 565, закон о занятости), вступивший в силу в декабре 2023 года, называет такие направления государственной политики в сфере занятости и трудоустройства как: 1) содействие гражданам, ищущим работу, в ее поиске; 2) помощь работодателям в наборе персонала; 3) поощрение тех работодателей, которые сохраняют действующие рабочие места и увеличивают количество новых; 4) стимулирование предпринимательской инициативы граждан; 5) содействие гражданам в получении образования в рамках программ профессионального обучения или дополнительной профессиональной подготовки с целью дальнейшего трудоустройства; 6) развитие проектов по мобильности трудовых ресурсов; 7) предупреждение массовой и сокращение длительной (более одного года) безработицы; 8) установление государственных гарантий в сфере занятости населения, включающих социальные выплаты безработным и иным категориям граждан¹⁵.

Обозначенный в законе о занятости ориентир на доступность и адресность мер государственной поддержки для граждан и работодателей является залогом эффективности намеченных направлений. Причем именно такой подход соотносится с бюджетным принципом внедрения исключительно адресных мер финансовой поддержки социально-экономических проектов¹⁶. Адресное финансирование увязано с выборочным принципом поддержки тех проектов, которые государство считает наиболее социально значимыми, а значит — эффективными в перспективе стратегического социально-экономического развития России. Такой подход обусловил изменение самого понятия «занятости» в новом ФЗ № 565.

Под занятостью в ФЗ № 565 понимается не только деятельность по трудовому договору, но и все виды деятельности граждан, которые осуществляются для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг с целью получения дохода. Таким образом, работа в рамках гражданско-правовых договорных отношений, индивидуальное предпринимательство, ведение личного подсобного хозяйства, членство в крестьянском (фермерском) хозяйстве, участие в коммерческой корпоративной организации, традиционный промысел — все эти виды деятельности включены в понятие «занятости». При такой парадигме понимания рынка труда и занятости не все субъекты нуждаются в государственной финансовой поддержке.

Трансформация государственного подхода к понятию занятости обозначила и появление новых форм поддержки граждан в процессе их трудоустройства и поиска работы. Формы государственной поддержки на практике выразились: 1) во введении налога на профессиональный доход (далее — НПД) как формы легальной организации самозанятости; 2) в оформлении социального контракта; 3) в предоставлении налоговых льгот, выделении субсидий и льготных кредитов для предпринимателей, создающих рабочие места.

Режим применения НПД. На ноябрь 2023 года на регистрационном учете в качестве лиц, применяющих режим НПД (самозанятых), состояло 9 млн человек. Их суммарный доход составил 2,9 трлн руб. Популярность данного режима среди российских граждан и индивидуальных предпринимателей обусловлена: 1) пониженной налоговой ставкой (4% — в случае, если контрагентом является физическое лицо и 6 процентов — в случае реализации товаров или услуг юридическим лицам); 2) удобным и не затратным способом ведения бухгалтерии и налоговой отчетности через мобильное приложение. Сферы деятельности, в которых самозанятый может оказывать профессиональные услуги, многообразны и их перечень не является закрытым. Это — косметология, юриспруденция и бухгалтерия, реализация продукции собственного изготовления, ремонтные и строительные работы, дистанционная работа на электронных площадках, аренда, перевозки, дизайн, репетиторство¹⁷. При всех положительных сторонах режима НПД стоит подумать о рисках, которые может создать длительная ситуация уплаты фиксированного пониженного налога. В специальной литературе высказаны опасения относительно того, что возможен отток «трудовой силы из отношений найма в спецрежим по желанию работодателя, которые преследуют цель неуплаты страховых вносов. Велика вероятность сокращения внебюджетных фондов из-за необязательности уплачивать страховые взносы самозанятым населением»¹⁸. Представляется, что до 31 декабря 2028 года — окончания срока действия режима НПД на системной основе целесообразно проанализировать и соотнести финансовые поступления от самозанятых в бюджетную и внебюджетную системы с расходами на пенсионное и медицинское страхование, которое государство затрачивает (затратит) на самозанятых. Аналитика должна помочь определиться с вопросом об окончании либо о продлении данного режима, который оказал столь значительное влияние на открытие собственного дела, а значит и на рынок занятости.

Социальные контракты. Аналитика Росстата показывает, что в I квартале 2023 года граница бедности в России находилась на отметке 14 тыс. 26 руб., а численность населения с доходом ниже этого уровня составила 19,6 млн человек (13,5% жителей страны)¹⁹. В таких ситуациях неизбежна государственная социальная поддержка. Одной из форм финансово-правовой помощи в подобных случаях является социальный контракт.

Социальные контракты заключаются с гражданами, имеющими доход ниже величины прожиточного минимума по поводу: 1) поиска работы (контракт на поиск работы); 2) ведения личного подсобного хозяйства (контракт на ведение ЛПХ); 3) осуществления индивидуальной предпринимательской деятельности (контракт на осуществление ИПД); 4) прохождения профессионального обучения и дополнительного профессионального образования; 5) осуществления иных мероприятий, направленных на преодоление трудной жизненной ситуации²⁰. Юридической и фактической целью контракта является реализация программы социальной адаптации гражданина. Контракт подписывается гражданином и руководителем органа социальной защиты населения. Политика государственной помощи на основании социального контракта строится на признании принципов: а) добровольности; б) обязательности исполнения условий социального контракта; в) индивидуального подхода при разработке программы социальной адаптации, что выражается в заключении контракта с гражданами, имеющими мотивацию к трудовой деятельности и улучшению своего материального положения. Названные принципы соответствует нормам Бюджетного кодекса о целевом, адресном и эффективном расходовании бюджетных средств, дополняя и конкретизируя цели федерального проекта «Содействие занятости» как части национального проекта «Демография»²¹.

По данным Счетной Палаты России в 2021–2022 годах в России было заключено более 558 тыс. социальных контрактов, в том числе с привлечением средств из федерального бюджета в размере 51,6 млрд руб.²² Аналитика Счетной Палаты показывает, что мероприятия по реализации социального контракта на преодоление трудной жизненной ситуации, где в основном оказывается материальная помощь виде денежных средств на приобретение питания и средств домашнего обихода, в большинстве регионов России не предусматривает снижение уровня бедности. Предоставление государством денежных субсидий без возмездных активных действий со стороны самих малоимущих граждан рождает иждивенческие настроения, снижает мотивацию к поиску решений по увеличению дохода семьи²³. Недостаточный уровень дохода в семье компенсируется предоставлением социальных пособий. Фактическая и юридическая цели социального контракта не достигаются.

Более успешными в достижении цели стали социальные контракты на ведение личного подсобного хозяйства (далее — ЛПХ) и открытие своего бизнеса в виде регистрации ИПД. Денежная выплата на поддержку ЛПХ первоначально составляла 100 тыс. руб., а с июля 2022 года увеличилась до 200 тыс. руб. По данным Счетной Палаты России участники контрактов на ведение ЛПХ через год после завершения контракта продолжали заниматься хозяйством в 86–89% случаях. Режим индивидуального предпринимательства зарекомендовал себя в сфере красоты как наиболее востребованный. Доля заключенных социальных контрактов на ведение бизнеса в данной сфере составила в 2021 году 25,8%, в 2022 году — 25%²⁴. Открытие семейного гостиничного бизнеса с доходом в 200 тыс. руб. на семью из трех человек (Удмуртская Республика) является положительным примером реализации социального контракта как формы государственной финансовой поддержки семейного бизнеса. Подобные успешные практики в целом указывают на необходимость дальнейшей финансовой поддержки со стороны государства граждан, занимающих активную жизненную позицию и имеющих необходимые стартовые возможности. При этом сдерживающими факторами являются следующие причины: недостаточный уровень осведомленности граждан о правилах составления и корректировки бизнес-плана; трудности, порой объективные, в сбыте произведенной продукции, ее доставке до потребителя. В ближайшей перспективе недостатки должны быть компенсированы отработкой схемы взаимодействия между гражданином-участником социального контракта, учреждением социальной защиты, центром занятости населения и региональным центром поддержки бизнеса и предпринимательства.

В период проведения Счетной Палатой РФ аналитических мероприятий за 2021–2022 годы социальный контракт на поиск работы был наиболее распространен и составлял 39–40% от объема всех заключенных контрактов. Эффективность достижения цели в этом случае измерима тем, что в 72% случаев на рабочих местах заработная плата была установлена на уровне МРОТ. Положительный эффект снижался за счет того, что при занятости на работе с доходом на уровне МРОТ, в семьях все же сохранялась нехватка финансов, что, в свою очередь, покрывалось за счет получения иных социальных выплат от государства.

Анализ реализации социальных контрактов показывает, что после их завершения доходы в среднем повысились у 52,5% участников в 2021 году и у 66% — в 2022 году²⁵. Более, чем в половине случаев по этим цифрам цель мероприятий, финансируемых за счет бюджетных ресурсов, можно считать достигнутой. Однако, следует отметить изначально низкий порог достатка граждан, участвовавших в таких мероприятиях. Преодоление порога бедности означает лишь решение острой проблемы отдельных домохозяйств, но не влияет на существенный или значительный рост доходов в данной семье. Вместе с тем, положительные результаты, уже достигнутые в ходе внедрения социального контракта как формы адресной финансовой поддержки граждан, стоит использовать для выработки новых социальных практик.

Субсидии для работодателей, создающих рабочие места. Закон о занятости, говоря о принципиальных основах формирования государственной политики в области занятости, заявляет о поощрении работодателей, сохраняющих действующие и создающих новые рабочие места. Финансирование таких мероприятий происходит путем субсидирования из бюджетных источников. Цель — помочь работодателям привлечь работников из других регионов России, причем речь идет о гражданах РФ. Концептуальные решения по поддержке таких работодателей принимаются на уровне региональных финансово-правовых актов. В качестве примера можно привести Постановление Правительства Псковской области от 11.04.2023 «О порядке предоставления из областного бюджета субсидий работодателям, участвующим в региональной программе Псковской области «Повышение мобильности трудовых ресурсов». Данный нормативно-правовой акт служит основой для расходных обязательств из областного бюджета в пользу работодателей и предусматривает для последних субсидию как способ финансового возмещения затрат на оказание мер поддержки работнику, переехавшему из другого региона России²⁶. Субсидия призвана компенсировать расходы на: а) проезд работника и членов его семьи к новому месту работы, включая перевозку багажа (но не выше тарифов, предусмотренных для перевозки грузов, багажа железнодорожным транспортом); б) выплату единовременного пособия работнику на обустройство на новом месте жительства — в размере 100 тыс. руб.; в) аренду жилого помещения — в размере не более 125 тыс. руб. за весь период участия в региональной программе; г) обучение работника по программам профессиональной подготовки перед трудоустройством; д) прохождение работником независимой оценки квалификации на соответствие положениям профстандарта или квалификационным требованиям. Ожидается, что поддержка работодателей по таким видам программ восполнит дефицит кадров в конкретном регионе и поможет найти гражданам России, желающим переехать в другой регион, и работу и новое место жительства.

Дополнительное обучение. Одной из форм государственной поддержки граждан, ищущих работу, является обучение как возможность получить новую квалификацию, и как следствие, новую работу. Дополнительное обучение в рамках реализации федерального проекта «Содействие занятости» финансируется государством с целью профессионального обучения и дополнительного профессионального образования граждан, ищущих работу, включая безработных, а также граждан в возрасте 50 лет и старше, граждан предпенсионного возраста, женщин, находящихся в отпуске по уходу за ребенком в возрасте до 3 лет, женщин, не состоящих в трудовых отношениях и имеющих детей дошкольного возраста²⁷. Например, безработным гражданам предлагается получить обучение по таким специальностям как: пекарь, повар, продавец продовольственных товаров, санитар ветеринарный, оператор станков с программным управлением. Получение безработными гражданами образования по рабочим специальностям — тактически важный шаг к восполнению дефицита рабочих кадров в реальном секторе российской экономики. В данном решении есть элемент целесообразности, поскольку рабочие специальности можно освоить за сравнительно небольшой срок. В рамках этого проекта, финансируемого за счет бюджетных источников, представляется нецелесообразным обучать кадровому делопроизводству или программам по управлению персоналом, освоение которых должно длиться более 4 месяцев в силу сложности освоения компетенций и необходимости достаточно длительного периода для анализа материала и получения навыков.

За время существования национальных проектов, поддерживающих рынок занятости и трудоустройства, позитивным изменениям подверглись и региональные центры занятости населения, которые уже перестроили практику своей работы по принципу «ориентации на клиента», предлагая: а) психологические консультации гражданам, ищущим работу; б) помощь в составлении резюме; в) сезонную работу несовершеннолетним учащимся школ и г) подбор вакансий для инвалидов. От пассивной политики в виде выплаты пособий государство перешло к реализации активных программ по занятости населения, в том числе через совершенствование деятельности региональных центров занятости населения. При этом эксперты отмечают необходимость «концептуального изменения системы социальной поддержки безработных, включая отмену пособия по безработице и переход к социальной поддержке малоимущих трудоспособных»²⁸.

Оценка эффективности финансирования социально-экономических мероприятий, проводимых государством, является неотъемлемой частью управленческого цикла. Необходимость экономико-правовой оценки эффективности государственных программ и национальных проектов обусловлена не только управленческой логикой, но и требованиями Бюджетного кодекса РФ, который в статье 34 требует от участников бюджетного процесса эффективного распоряжениями публичными финансами исходя из достижения наилучшего результата при использовании наименьшего объема средств. Одним из самых сложных и дискуссионных моментов в обозначенном вопросе является выбор критериев для оценки. Исследователи отмечают, что «…юридическая наука призвана помочь законодателю и правоприменителям в установлении цели правового регулирования, что, в свою очередь, облегчит понимание, толкование и применение правовых норм, моделировании результата достижения цели и его социального эффекта»²⁹. Наука финансового права ориентирована на такой поиск благодаря трудам известных ученых и практикам, стремящимся к аналитике последних тенденций в сфере общественных отношений по накоплению, распределению и использованию денежных фондов страны. Ценность финансово-правовых исследований практики реализации национальных проектов заключается в возможности корректировки и уточнения направлений расходования публичных финансов, что служит задачам эффективного и результативного распределения бюджетных средств. Изучение вопросов эффективности механизма финансово-правовой поддержки рынка труда и занятости в России, основанное на изучении материалов правоприменительной практики и бюджетного аудита, приводит автора статьи к следующим выводам:

1. Новый закон о занятости закрепляет давно сложившийся в условиях рыночных реалий российской экономики подход к пониманию занятости и трудоустройства. Под «занятостью» подразумеваются все виды деятельности по трудовому договору, прохождение государственной и муниципальной службы, занятость в личном подсобном хозяйстве, осуществление профессиональных услуг и реализация товаров собственного производства на основе договорных гражданских отношений.

2. Институт самозанятых явился своевременным средством поощрения предпринимательской активности россиян, о чем свидетельствует высокое число зарегистрированных лиц, применяющих режим НПД. Наравне с положительными характеристиками применения данного экспериментального налогового режима, стоит оценить и риски. В частности, риски могут выражаться в снижении поступлений во внебюджетные фонды. В условиях роста численности нетрудоспособного населения и в связи с наметившейся тенденцией к долголетию россиян, оценка состояния внебюджетных фондов к пенсионной и иной финансовой нагрузке представляется актуальной.

3. Государственная поддержка граждан, ищущих работу, в виде заключения социального контракта на обучение рабочим специальностям и профессиям является одной из эффективных форм помощи в трудоустройстве и приобретении профессии. Контракт на дополнительное обучение рабочим профессиям и специальностям достаточно востребован. Обучение иным специальностям, из сферы управления, например, требует более длительного цикла обучения и на взгляд автора настоящей статьи, не нуждается в финансовой поддержки со стороны государства в рамках программ по содействию занятости населения.

4. Активная программа занятости населения в политике государства должна перераспределить баланс между выплатами по безработице и финансовой поддержкой граждан, действительно ищущих работу и желающих трудоустроиться. Автор настоящей статьи солидарен с мнением коллег, высказывающихся за отмену пособия по безработице с одновременной заменой такой выплаты на социальное пособие.

Высказанные предложения могут способствовать модернизации государственных программ по содействию занятости населения, реализация которых должна осуществляться на научной основе.

Список литературы

1. Гусева Т. С., Клепалова Ю. И. Проблемы эффективности правового регулирования отношений в сфере содействия занятости населения и социальной защиты безработных в Российской Федерации // Журнал российского права. — 2023. — № 8. — С. 54—69.

2. Жильцова Ю. В., Киселева А. Д. Социальный контракт как способ адресной социальной адаптации граждан России // Бухгалтерский учет в бюджетных и некоммерческих организациях. — 2024. — № 2. — С. 8—23.

3. Локтюхина Н. В., Феоктистова О. А. Совершенствование организационной и финансовой моделей содействия занятости в России // Финансовый журнал. — 2022. — Т. 14 (№ 4). — С. 29—45.

4. Поветкина Н. А. Финансовая устойчивость Российской Федерации: правовая доктрина и практика обеспечения. Автореф. дис. ... д-ра юрид. наук. — М., 2016. — 42 с.

5. Пресняков М. В. Содержательные характеристики правового статуса: проблемы правовой определенности // Гражданин и право. — 2019. — № 11. — С. 15–26.

6. Симонова Е. В. Государственное регулирование института самозанятости в России: экономико-правовой аспект // Экономическая среда. — 2022. — № 4 (42). — С. 11–20.

7. Чиркин В. Е. Социальная справедливость в конституционном праве // Журнал российского права. — 2016. — № 7. — С. 5–12

8. Хабриева Т. Я. Российская конституционная модель социального государства // Конституция, закон и социальная сфера общества: Материалы научно-практической конференции. — М., 2009. — С. 6–9.

Забралова О. С.,
докторант кафедры финансового права
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА),
к.ю.н.

Органы государственного внутреннего и внешнего финансового контроля, обеспечивающие устойчивость финансовой системы при осуществлении расходов в социальной сфере

При характеристике системы финансового контроля за расходованием бюджетных средств в социальной сфере, следует иметь ввиду, что государственный финансовый контроль реализуется в качестве внешнего и внутреннего. Органами, осуществляющими внешний контроль являются Счетная палата Российской Федерации, контрольно-счетные органы субъектов Российской Федерации и муниципальных образований в рамках внешнего государственного контроля финансового контроля социальной сферы³⁰. Органами внутреннего контроля за расходованием средств социальной сферы выступает, преимущественно Федеральное казначейство³¹.

Данные контрольные органы и иные органы государственной власти в своей деятельности руководствуются различными принципами, закрепленными законодательно и разработанными научной доктриной.

Органы государственного внешнего финансового контроля в своей деятельности руководствуются принципами, регламентированными в Лимской декларации, БК РФ, специальным законодательством, а также стандартами аудита Счетной палаты РФ³². Основными принципам осуществления внешнего финансового контроля Счетной палаты РФ являются: законность, эффективность, объективность, независимость, открытость и гласность³³.

Для органов государственного внутреннего финансового контроля регламентация принципов предусмотрена также бюджетным законодательством и подзаконными нормативными правовыми актами, регулирующими деятельность Федерального казначейства³⁴. Базовыми принципами в контрольной деятельности Федерального казначейства являются этические принципы, принципы независимости, объективности, профессиональной компетентности, целеустремленности, достоверности, профессионального скептицизма³⁵.

Поскольку данные органы государственного финансового контроля осуществляют проверку расходования бюджетных средств в социальной сфере, то помимо вышеназванных принципов необходимо учитывать и те, которые, предусмотрены бюджетным законодательством для построения бюджетной системы. А именно: единства, разграничения доходов, расходов и источников финансирования дефицитов бюджетов, самостоятельность бюджетов; равенство бюджетных прав публично-правовых образований; полноты отражения всех структурных частей бюджета; сбалансированность бюджета; эффективность использования средств бюджета; общее покрытие бюджетных расходов; открытость; участие физических лиц в бюджетном процессе; достоверность бюджета; адресность и целевой характер его средств; подведомственность бюджетных расходов и единство кассы³⁶.

Осуществление контрольной деятельности вышеуказанными органами с учетом перечисленных принципов способствует обеспечению устойчивости финансовой системы, поскольку осуществляется контроль за законным и эффективным расходованием денежных средств социальной сферы, что в свою очередь влияет и на социальную устойчивость в государстве.

Финансовая устойчивость по мнению Н. А. Поветкиной характеризуется в качестве правового режима, который создает условия для противодействия угрозам, создающим опасность нормального функционирования государства, включая его финансовое развитие, нацеленное на достижение социального благополучия³⁷. В свою очередь, финансовая устойчивость обеспечивается благодаря наличию следующих источников: бюджетная система, государственные заимствования в различных формах, золотовалютные резервы и пр. Соответственно, необходимо осуществлять финансовый контроль за этими элементами в целях обеспечения устойчивости финансовой системы. Особенно, в части расходования бюджетных средств на социальную сферу, а также формирования и использования бюджетов внебюджетных фондов.

Поскольку в последние годы, по мнению С. Б. Ефимовой, происходит трансформация финансирования социальной сферы в сторону адресной социальной поддержки различных слоев населения, бюджетированию, ориентированному на результат и пр.³⁸, следовательно данные процессы затрагивают и систему государственного финансового контроля, в которой видоизменяются его формы и методы, особенно с учетом цифровизации экономики.

Список литературы

1. Ефимова С. Б. Развитие финансового контроля в социальной сфере современной России // Journal of new economy. — 2006. — № 5 (17). — С. 87–91.

2. Финансовое право: учебник / отв. ред. Е. Ю. Грачева, О. В. Болтинова. — 2-е изд., перераб. и доп. — М.: Проспект, 2020. — 624 с.

3. Энциклопедия российского финансового права / под ред. Е. Ю. Грачевой, Р. Е. Артюхина. — М.: Проспект, 2024. — 928 с.

Карпов К. А.,
ассистент кафедры финансового права
Московского государственного юридического университета
имени О. Е. Кутафина (МГЮА)

Финансово-правовое регулирование выпуска государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года

Для любой страны эмиссия государственных ценных бумаг является одним из важнейших источников пополнения бюджета государства, что необходимо для реализации основных задач и функций страны. Немецкий экономист XIX столетия Адольф Вагнер отмечал, что расширение операций с государственными финансами является одним из важнейших вопросов для любой страны. Именно данный ученый в 1892 году разработал соответствующую методику, суть которой основывалась на постоянном росте государственного сектора в национальной экономике и в постоянно увеличивающихся расхода государства (закон Вагнера)³⁹.

В Советском союзе активно использовался инструмент эмиссии государственных ценных бумаг: за все годы существования СССР было осуществлено около 50 выпусков облигаций. По верному замечанию Ю. К. Цареградской большинство таких внутренних займов основывались на принудительном характере и девяносто процентов всех заимствований СССР приходились на облигации, размещенные среди граждан Союза ССР по подписке⁴⁰. Одним из интереснейших с точки зрения правовых последствий, был последний выпуск облигаций времен СССР — 1982 года.

30 декабря 1980 года Совет Министров СССР принял Постановление № 1220 «О выпуске государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года»⁴¹ (далее — Постановление № 1220), которым были утверждены Условия государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года. Согласно Постановлению № 1220 облигации выпускались на срок с 1 января 1982 года по 1 января 2002 года из расчета 3% годовых для размещения среди населения. Облигации могли быть проданы или погашены в течение всего периода займа. При этом покупка и продажа облигаций займа 1982 года по условиям их выпуска осуществлялась только сберегательными кассами. Во исполнение Постановления № 1220 Министерством финансов СССР и Госбанком СССР в 1981 году разработана Инструкция «О порядке размещения сберегательными кассами Государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года и выплаты выигрышей по облигациям этого займа»⁴², которая устанавливала порядок покупки населением облигаций в сберегательных кассах, порядок продажи населением облигаций сберегательным кассам, порядок их учета в контрольных ведомостях, порядок осуществления экспертизы облигаций и иные условия их размещения и погашения.

После распада СССР в целях защиты экономических интересов государства Правительство Российской Федерации подтвердило правопреемство по обязательствам бывшего Союза ССР перед гражданами Российской Федерации по облигациям Государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года. На основании Постановления Правительства Российской Федерации от 19.02.1992 года № 97 «О государственном внутреннем выигрышном займе 1982 года и выпуске российского внутреннего выигрышного займа 1982 года»⁴³ с 20 февраля 1992 года приостановило покупку и продажу облигаций этого займа, и проведение тиражей выигрышей по нему. Этим документом исполнительная власть страны подтвердила свое правопреемство по обязательствам бывшего СССР перед гражданами России по облигациям 1982 года и приостановило покупку и продажу облигаций этого выпуска. Правительство Российской Федерации приостановило с 20 февраля 1992 года покупку и продажу облигаций 1982 года. При этом круг лиц, на которых распространяется данное приостановление, Правительством РФ не определен. В 1992 году Российская Федерация приняла на себя обязательства СССР по облигациям 1982 года, предоставив держателям таких облигаций возможность продать их Сбербанку России, либо перевести в облигации 1992 года.

Статьей 1 Федерального закона от 10.05.1995 года № 73-ФЗ «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации»⁴⁴ (далее — Федеральный закон от 10.05.1995 года № 73-ФЗ) государство гарантирует восстановление и обеспечение сохранности ценности денежных сбережений, созданных гражданами Российской Федерации путем помещения денежных средств в государственные ценные бумаги (СССР и РСФСР), размещение которых производилось на территории РСФСР в период до 1 января 1992 года. Согласно статье 2 Федерального закона от 10.05.1995 года № 73-ФЗ гарантированные сбережения граждан являются государственным внутренним долгом Российской Федерации.

Федеральным законом от 4 февраля 1999 года № 21-ФЗ «О базовой стоимости необходимого социального набора»⁴⁵ (далее — Федеральный закон «О базовой стоимости необходимого социального набора») была установлена величина (стоимость) социального базового набора, которая равняется 464 рублей СССР. Данная сумма была необходима для проведения выплат по облигациям 1982 года выпуска. Однако, действие данного нормативного акта многократно приостанавливается: в соответствии с Федеральным законом от 19 декабря 2016 года № 429-ФЗ «О приостановлении действия Федерального закона «О базовой стоимости необходимого социального набора»⁴⁶ документ должен вступить в силу только с 1 января 2027 года.

Статьей 1 Федерального закона от 12 июля 1999 г. № 162-ФЗ «О порядке перевода государственных ценных бумаг СССР и сертификатов Сберегательного банка СССР в целевые долговые обязательства Российской Федерации» (далее — Федеральный закон от 12 июля 1999 года № 162-ФЗ) установлено, что имеющиеся в наличии у граждан Российской Федерации облигации Государственного внутреннего выигрышного займа 1982 года; Государственные казначейские обязательства СССР, приобретенные в период до 1 января 1992 года; сертификаты Сберегательного банка СССР, приобретенные в период до 1 января 1992 года (далее — восстанавливаемые ценные бумаги), относятся к гарантированным сбережениям граждан, определенным Федеральным законом «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации»,

Положение о переводе государственных ценных бумаг СССР и сертификатов Сберегательного банка СССР в целевые долговые обязательства Российской Федерации, утвержденное Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 января 2000 года № 82 «Об утверждении Положения о переводе государственных ценных бумаг СССР и сертификатов Сберегательного банка СССР в целевые долговые обязательства Российской Федерации»⁴⁷, устанавливает процедуру перевода названных ценных бумаг бывшего Союза ССР в целевые долговые обязательства Российской Федерации. Стоит заметить, что в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 30 ноября 2023 года № 2041 «О внесении изменения в постановление Правительства Российской Федерации от 22 декабря 2016 г. № 1437»⁴⁸ действие упомянутого выше документа приостановлено до 1 января 2027 года.

В связи с приостановлением действия Федерального закона «О базовой стоимости необходимого социального набора» расчет долговой стоимости целевого долгового обязательства РФ не производится.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 21.12.2000 № 261-0 «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Симоненко Алексея Ильича на нарушение его конституционных прав статьями 5, 9, 10, 11, 12 и 13 Федерального закона «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации»⁴⁹ отметил, что в целях обеспечения конституционного права собственности, гарантированного статьей 35 Конституции Российской Федерации, в том числе для защиты сбережений, созданных гражданами Российской Федерации путем, помещения денежных средств на вклады в Сберегательный банк Российской Федерации, Федеральным законом от 10 мая 1995 года «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации» определен порядок их восстановления и управления внутренним долгом, учитывающий имеющиеся в государстве финансовые средства, которые могут быть выделены на эти цели, причем — в силу упомянутого Федерального закона — порядок перевода гарантированных сбережений граждан в целевые долговые обязательства Российской Федерации, их виды, условия и формы их обслуживания и порядок определения долговой стоимости устанавливаются федеральными законами, а управление государственным внутренним долгом Российской Федерации по целевым долговым обязательствам Российской Федерации осуществляется Правительством Российской Федерации.

По смыслу правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 23 декабря 1997 года № 21-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 статьи 855 Гражданского кодекса Российской Федерации и части шестой статьи 15 Закона Российской Федерации «Об основах налоговой системы в Российской Федерации»⁵⁰, реализация прав и законных интересов отдельных граждан (групп граждан) не должна оказывать, чрезмерно негативное влияние на обеспечение бюджетными средствами прав и интересов всех. Это особенно актуально в условиях недостаточности бюджетных средств для решения многих социальных проблем, связанных с обеспечением таких прав, как право на жизнь и достоинство личности. Поэтому именно и только в Форме федерального закона может быть найден баланс между правами и законными интересами лиц, состоящих в имущественных отношениях с государством в качестве кредиторов, и всех иных лиц.

Отметим, что законодатель обладает полномочием ограничить права (в том числе имущественные) одних лиц в целях зашиты прав и законных интересов других (статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации), и учитывая, что оспариваемые положения Федерального закона «О восстановлении и защите сбережений граждан Российской Федерации» носят именно такой характер, проверка Конституционным Судом Российской Федерации этих положений в данном случае означала бы оценку финансово-экономической обоснованности законодательного решения о механизме восстановления сбережений граждан Российской Федерации. Между тем, по смыслу статьи 125 Конституции Российской Федерации и части второй статьи 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», разрешение таких вопросов не относится к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, который решает только вопросы права».

Таким образом, исходя из проведенного анализа, стоит заметить, что в случае принятия положительного решения по выпуску облигаций 1982 года потребуется осуществить выплаты на сумму более, чем 50 трлн рублей, что превышает примерно в полтора раза федеральный бюджет Российской Федерации на один финансовый год⁵¹.

Также при проведении данных операций сумма внутреннего государственного долга увеличится приблизительно в три раза: с 21 трлн рублей на конец 2023 года⁵² до 75 трлн рублей. Это решение с высокой долей вероятности приведет к резкому скачку цен на потребительские товары, что в свою очередь, может повторить ситуацию в экономике России периода гиперинфляции и шоковой терапии 1992 года.

Список литературы

1. По страницам архивных фондов Центрального банка Российской Федерации. Госбанк СССР и Минфин СССР в процессе мобилизации и использования сбережений населения (ведомственные материалы). Вып. 13. — М., 2012. — 203 с.

2. Цареградская Ю. К. Правовое регулирование государственного долга России как института в системе финансового права. Дис. ... д-ра. юрид. наук. — М., 2016. — 437 с.

3. Wagner A. Grundlegung der politischen Ökonomie. — Leipzig, 1892. — 984 р.

Килинкарова Е. В.,
доцент кафедры административного
и финансового права
Санкт-Петербургского государственного университета,
к.ю.н., доцент

Российский и китайский подходы к правовому регулированию налогообложения участников платформенной экономики⁵³

В литературе и нормативно-правовом регулировании в настоящее время отсутствует общепризнанное определение платформенной экономики, и порой для описания смежных явлений используются такие термины как цифровая экономика, электронная коммерция, экономика совместного потребления, гиг экономика и другие. Концептуально платформенная экономика представляет собой бизнес модель, которая основана на сети онлайн платформ и алгоритмизированной обработке данных и поддерживается информационными и коммуникационными технологиями для организации и структурирования экономической и социальной деятельности.

И в Российской Федерации, и в Китайской Народной Республике платформенная экономика является одной из форм цифровой экономики, при этом она затрагивает самые разные виды деятельности. Так, одна из самых известных китайских групп компаний, функционирующих в рамках платформенной экономики, Alibaba Group реализует разные направления бизнеса — онлайн торговлю в формате В2В, В2С и С2С (платформа международной оптовой торговли Alibaba.com, платформы, работающие на внутреннем рынке КНР, в других государствах), облачные технологии, масс-медиа и развлечения, финансовые услуги, информационные услуги и др. На российском рынке также развиваются десятки платформ самой разной направленности — маркетплейсы и агрегаторы услуг, доски-объявлений, шеринговые платформы, платформы для рынка труда, платформы для финтех-решений и краудфандинга, информационно-справочные платформы, развлекательные ресурсы, социальные сети и мессенджеры⁵⁴.

При столь высоком уровне развития платформенной экономики большое значение приобретает задача создания правового режима функционирования платформ, который бы, с одной стороны, способствовал развитию отрасли, а с другой стороны, обеспечивал защиту прав и интересов участников соответствующих бизнес-процессов и государства. Таким образом, в условиях развития инновационной экономики устойчивость финансовой системы в том числе зависит и от правового регулирования финансовой составляющей платформенной экономики, где с позиций публичных финансов центральное место занимает налогообложение участников платформенной экономики.

Обращение к опыту правового регулирования платформенной экономики в КНР представляет интерес по ряду причин. КНР является одним из лидеров мировой цифровизации, и в условиях укрепляющегося межгосударственного партнерства России и Китая происходит наращивание взаимодействия между бизнесами двух стран, в том числе с использованием разнообразных платформ. При этом несмотря на стратегических характер сотрудничества двух государств китайское законодательство в целом и в том числе по вопросам налогообложения остается относительно малоизученным⁵⁵. Сравнительно-правовое исследование вопросов налогообложения участников платформенной экономики позволит научно осмыслить опыт КНР и принять теоретически обоснованное решение о возможности или невозможности рецепции китайской модели при совершенствовании отечественного правового регулирования налогообложения платформенной экономики.

Вопросы налогообложения в сфере платформенной экономики весьма многогранны и так или иначе затрагивают практически всех участников соответствующих бизнес-процессов — операторов платформ, лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность с использованием платформ, потребителей. Комплексное исследование данного вопроса предполагает анализ отдельных аспектов правового регулирования подоходного налогообложения (причем как в отношении организаций, так и в отношении физических лиц), косвенного налогообложения (в первую очередь в рамках НДС), вопросов налогового администрирования. В рамках налогообложения участников платформенной экономики возникают в том числе и вопросы международного налогообложения, при этом при разработке правового регулирования перед государствами стоит несколько разнополярных задач — это и устранение международного двойного налогообложение, и одновременно с этим обеспечение справедливого уровня налогообложения участников цифровой экономики, которое бы не приводило к неналогообложению.

При изучении опыта правового регулирования платформенной экономики в КНР для дальнейшего сравнения с отечественными подходами нужно учитывать следующее.

Во-первых, при рассмотрении вопросов налогового права КНР на современном этапе прежде всего необходимо определиться с тем, правовое регулирование каких налоговых систем мы в него включаем и какие из существующих в Китае налоговых систем представляют для нас интерес. Если в России налоги взимаются в рамках единой и единственной налоговой системы, то в КНР реализована концепция «одно государство — две системы», которая предполагает высокую степень автономии двух особых административных районов — Гонконга и Макао, в которых действует отличное от материкового Китая законодательство, в том числе налоговое, и, соответственно, свои налоговые системы и правила налогообложения. Также самостоятельная налоговая система действует в непризнанной большинством стран мира Китайской Республике на Тайване. Таким образом, как справедливо указывает Р. А. Шепенко, налоговое право Китая образовано четырьмя составляющими — налоговым правом Китайской Народной Республики, особых административных районов Гонконг и Макао, а также Тайваня, при этом если первые три юридически объединены в рамках одного государства, то Тайвань претендует на особый статус⁵⁶.

Во-вторых, нужно учитывать особенности правового регулирования налогообложения в КНР (сейчас мы говорим о налоговой системе материкового Китая, оставляя в стороне налоговое право Гонконга и Макао) по сравнению с российскими подходами к построению системы источников налогового права

Согласно статье 56 действующей Конституции КНР «граждане Китайской Народной Республики обязаны в соответствии с законом платить налоги», а статья 11 Закона КНР «О законодательстве»⁵⁷ закрепляет, что установление любого вида налога, определение налоговых ставок, управление взиманием налогов и другие базовые правила налогообложения регулируются только законом. Вместе с тем реальная роль законодательства как источника налогового права в КНР в настоящее время не сравнима с тем, какое значение играет законодательство в российском правовом регулировании налогообложения.

По состоянию на февраль 2024 года в КНР действует тринадцать законов, непосредственно направленных на регулирование налогообложения — Закон КНР «Об администрировании сбора налогов»⁵⁸, который можно условно назвать аналогом части первой Налогового кодекса РФ, и двенадцать законов об отдельных налогах. Большая часть законов об отдельных налогах была принята начиная с 2016 года, и примерно треть из взимаемых в КНР налогов до сих пор не имеет законодательного регулирования. При отсутствии закона по вопросу, который должен быть урегулирован этим источником права, китайское законодательство наделяет Государственный совет (высший орган исполнительной государственной власти КНР) полномочиям по разработке административных правил для регулирования соответствующих вопросов. Обычно такие акты называются «временными правилами». Так, например, базовым актом для взимания НДС в КНР является не закон, а временные правила Государственного совета.

Кроме временных правил, которые Государственный совет принимает при отсутствии законодательного регулирования соответствующего вопроса, данный орган власти также издает правила применения существующих законов, которые дополняют закрепленные в законах правила более детализированным регулированием. Также Государственный совет может разрабатывать акты в рамках имеющихся у него полномочий при осуществлении государственного управления. Основными органами специальной компетенции, которые осуществляют правотворчество по вопросам налогообложения, являются Государственная налоговая администрация и Министерство финансов, которые также обладают обширными полномочиями по нормотворчеству и толкованию по вопросам налогообложения.

Таким образом, в КНР налоговое законодательство не кодифицировано, законы весьма рамочно регулируют вопросы налогообложения, и особое значение для регулирования приобретают акты органов исполнительной власти — Государственного совета, Государственной налоговой администрации и Министерства финансов. Судебные решения не являются источником права в КНР. В определенных случаях местные власти также наделяются полномочиями по нормотворчеству в области налогообложения, и необходимо учитывать локальное регулирование, которое может различаться от региона к региону.

Такая система правового регулирования позволяет оперативно реагировать и вносить изменения в правовое регулирования налогообложения, в том числе отвечая на вызовы платформенной экономики. Однако надо понимать, что насколько быстро соответствующие правила могут быть введены, столь же быстро они могут быть скорректированы или отменены. И с позиций исследователя нельзя не отметить, что система правового регулирования, в которой основные правила закрепляются на уровне разрозненных подзаконных актов, является достаточно сложной для изучения.

При всей объемности проблематики налогообложения платформенной экономики, на наш взгляд, можно выделить несколько основных компонентов в ее правовом регулировании:

во-первых, это вопросы налогового стимулирования развития платформенной экономики;

во-вторых, это создание справедливого и равного налогообложения участников платформенной экономики по сравнению с «нецифровой» экономикой, и в-третьих, противодействие возможным злоупотреблениям в сфере налогообложения, которые становятся возможными в силу цифровых особенностей бизнеса в рамках платформенной экономики.

Наибольшего успеха, как представляется, КНР достигла в части налогового стимулирования. Введено достаточно большое количество правил в рамках налога на прибыль предприятий и НДС, которые направлены на поддержку развития необходимых для развития платформенной экономики технологий и инфраструктуры. Также вводятся специальные льготы, непосредственно связанные с осуществляемой через платформы деятельностью, например, экспортом и импортом товаров в рамках электронной коммерции. В этой связи нельзя не отметить комплексные пилотные зоны трансграничной электронной торговли, которых на настоящий момент создано более ста. Среди основных налоговых льгот, предоставляемых в рамках данных пилотных зон, можно отметить то, что при соблюдении определенных условий экспорт розничных товаров освобожден от НДС и налога на потребление (акцизов), а предприятия электронной торговли, вовлеченные в трансграничный бизнес, могут уплачивать налог на прибыль предприятий с вмененной прибыли, составляющей 4% от полученных доходов.

В заключении отметим, что анализ правового регулирования налогообложения электронной коммерции в России и Китае должен осуществляться с учетом существующих на международной арене предложений по совершенствованию правового регулирования — в первую очередь предложений Организации экономического сотрудничества и развития в рамках проектов BEPS и BEPS 2.0 и предложенной глобальной налоговой реформы (основными компонентами которой являются Pillar 1 и Pillar 2). Стоит ли России и Китаю становится участниками предлагаемых ОЭСР многосторонних механизмов — это актуальный вопрос для разных аспектов правового регулирования налогообложения платформенной экономики.

Список литературы

1. Килинкарова Е. В., Трофимов А. А. Обзор российских научных исследований в области права публичных финансов КНР // Правоприменение. — 2021. — № 4. — С. 248–264.

2. Платформенная экономика в России: потенциал развития: аналитический доклад / под ред. Л. М. Гохберга, Б. М. Глазкова, П. Б. Рудника [и др.] — М.: ИСИЭЗ ВШЭ, 2023. — 72 с.

3. Шепенко Р. А. Налоговое право Китая: источники и субъекты. — М.: Статут, 2004. — 414 с.

Коновалова З. А.,
старший преподаватель кафедры правовых дисциплин
Коми республиканской академии
государственной службы и управления

Финансовый контроль при расходовании средств бюджета

Необходимость проведения финансового контроля при расходовании бюджетных средств, не вызывает ни у кого сомнения. Существует классификатор нарушений Федерального казначейства, где указаны нарушения, выявляемые в ходе проведения контрольных мероприятий в том числе и в сфере закупок⁵⁹. Среди прочих нарушений, указанных в вышеуказанном классификаторе, обозначаем: включение в план закупок объектов, которые не отвечают целям организации; обоснование закупки; обоснование требований к поставщикам; утверждение нормативов затрат на обеспечение деятельности заказчика; правил обоснования и определения начальной максимальной цены контракта; изменений условий заключаемого контракта. Особо следует остановиться на нарушениях, относительно начальной максимальной цены контракта. Всего определено согласно классификатору около 30 видов нарушений, касающихся начальной максимальной цены контракта.

Однако, рассматривая нарушения, установленные Федеральным казначейством в ходе проведения финансового контроля по начальной максимальной цене контракта, выявлено всего одно нарушение — при расчете начальной максимальной цены контракта закупок, использованы коммерческие предложения, содержащие несопоставимые с указанными в запросах о предоставлении ценовой информации условия в части сроков поставки товара⁶⁰.

В свою очередь, рассматривая деятельность Контрольно-счетной палаты Краснодарского края, установлены следующие виды нарушений:

1. Документы по закупке не содержат расчет цены за единицу товара.

2. Использование при расчете цены коммерческие предложения аффилированных лиц.

3. Формирование НМЦК осуществлено не в соответствии с действующим законодательством.

4. Ценовая информация получена от лиц, которые ранее не занимались выполнением указанных работ.

Отмечаем, что указанные выше виды нарушений, выявленные Контрольно-счетной палаты Краснодарского края, можно обнаружить при проведении контрольных мероприятий еще до совершения закупки на портале единой информационной системы zakupki.gov.ru.

Но, один из наиболее распространенных нарушений — это завышение цены контракта выявляется только после совершения закупки. То есть, когда уже израсходованы выделенные денежные средства. Формальный подход заказчика при определении начальной максимальной цены контракта, ведущий к завышению цены приводит к нарушению законодательства в сфере закупок и к неэффективному расходованию выделяемых бюджетных денежных средств. Причинами такого подхода могут быть разные обстоятельства. Среди них следует отметить как: техническая ошибка при расчете цены; использование зимних коэффициентов при выполнении строительных работ летом; коррупционные проявления и отмывание бюджетных денежных средств.

Рассматривая судебную практику по завышению начальной максимальной цены контракта, отмечаем, что в большинстве случаев судебные органы принимали сторону исполнителя контракта, утверждая, что данные правоотношения имеют частноправовой характер, решаются на основании гражданского законодательства РФ и, соответственно, не влекут обязанности вернуть переплату в бюджет. Более того, стороны, якобы, действуют на свой страх и риск, при этом, упуская из виду, что выделяемые бюджетные денежные средства собираются посредством налогообложения и за счет налоговых отчислений налогоплательщиков РФ⁶¹. Следует отметить, что выполняются они в публичных интересах и подписание контракта, как и действия сторон, имеющий элементы частноправового характера никоим образом не нивелируют публичный характер закупок.

Но все же имеются, судебные решения, которые более взвешенно подходят к решению данного вопроса. Например, Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.05.2023 № Ф04-1951/2023 по делу № А45-28354/2022⁶² и Постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.05.2023 № Ф05-3997/2023 по делу № А41-40210/2022⁶³.

Руководствуясь статьями 10, 525, 1102 Гражданского кодекса РФ[1], а также статьями 6, 34 Бюджетного кодекса РФ⁶⁴, статьями 1, 34 Федерального закона от 5 апреля № 44-ФЗ « О контрактной системе…»⁶⁵, правовыми позициями, изложенными в Определении Конституционного Суда от 31.05.2022 № 1316-О⁶⁶, определении Верховного Суда от 28.01.2022 № 302-ЭС21-27148⁶⁷, правовых позициях Верховного Суда, изложенной в определениях от 07.09.2021 № 305-ЭС21-5987⁶⁸, от 17.01.2022 № 302-ЭС21-17055⁶⁹, реализация публично-значимых целей бюджетного законодательства и законодательства о государственных закупках, заключается в защите общего публичного интереса в экономичном и эффективном расходовании бюджетных средств. Позиция исполнителя контракта, как профессионального участника закупочной процедуры, который заранее осведомлен о целях закупки, в том числе — недопустимость произвольного (неэффективного) расходования бюджетных средств, направлена на извлечение выгод из своего недобросовестного поведения. Указанное идет вразрез с принципом добросовестности, на котором базируется как гражданское право, а именно, статье 10 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, учитывая различные позиции судебных органов, возникает необходимость изменения норм закупочного законодательства по формированию начальной максимальной цены контракта.

Кукушкин В. М.,
доцент кафедры финансового права
Уральского государственного юридического университета,
к.ю.н., доцент

Выбор оптимальной модели банковской системы в целях обеспечения устойчивости финансовой системы России

Начиная рассмотрение указанной в наименовании темы, в первую очередь определимся с предпосылками для постановки данного вопроса. Каковы они?

Банковская система России, как и любая другая система, находится в процессе постоянного развития. Данное движение в разное время происходит в различных темпах и направлениях.

Термин «устойчивость» рассматривается как способность системы сохранять текущее состояние при влиянии внешних воздействий⁷⁰. Собственно, это есть одна из характеристик системы⁷¹.

В настоящее время банковская система России находится в фазе активного развития. При этом, на наш взгляд, на это влияют не только внешние факторы (воздействия), но и внутренние. Кратко охарактеризуем их.

К числу внешних факторов отнесем сложную геополитическую обстановку в мире в целом, что, безусловно, прямо влияет на мировую финансовую, в том числе, банковскую систему, и, соответственно, на банковскую систему России. Образование и развитие новых финансовых центров, например, в рамках БРИКС, хотя само по себе и является позитивным явлением, но тоже является причиной изменений банковской системы России.

В числе внутренних факторов в первую очередь необходимо назвать усложнение структуры банковской системы, выражающееся в появлении новых институтов, относящихся как непосредственно к самой банковской системе, так и к окружающей ее инфраструктуре. Это платформенный и платежные сервисы, экспериментальные режимы, например, в части партнерского финансирования, качественные изменения в составе субъектов банковской системы, которые связаны, в том числе, с образованием экосистем и в целом — цифровизация экономики.

Все это, к тому же в условиях отсутствия надлежащего нормативного регулирования, оказывает сильное влияние на банковскую систему, которая должна реагировать на эти изменения в целях обеспечения своей устойчивости.

Следующий вопрос: влияет ли государство на формирование модели банковской системы? Ответов здесь предполагается, как минимум, два:

• с одной стороны — да, влияет, поскольку государство законодательно и путем экономических мер регулирует эти отношения;

• с другой стороны — нет, не влияет, потому, что любая система, тем более такая сложная, как банковская, саморазвивается по законам теории систем.

Конечно, система может быть и абстракцией, и конструкцией⁷². И здесь, безусловно, возможно обосновать лишь частичное влияние государства. Скорее всего, именно поэтому на вышеуказанный вопрос два вероятных ответа. И как бы государство не относилось к направлениям развития системы — ему приходится это учитывать. Яркий пример этого — криптовалюта, вопрос о регламентации которой решается много лет и состояние неопределенности только нарастает. Банки и сами по себе действительно не являются застывшими в окружающей среде⁷³.

Модели банковской системы могут быть различны и это, наверное, предмет отдельного исследования. В данном случае вопрос состоит в том, какая из них могла бы в большей степени отвечать интересам обеспечения устойчивости финансовой системы России в целом, учитывая, что банковская система есть часть финансовой системы, а необходимость такого обеспечения диктуется вышеуказанными внешними и внутренними факторами реконструкции банковской системы.

Думается, что при обсуждении вопроса о наиболее оптимальной модели банковской системы необходимо обратить внимание на цикличную форму развития банковской системы России и усиливающееся государственное регулирование экономики, что в целом выглядит объективно в настоящее время.

Традиционный акцент на балансе частных и публичных интересах следует также скорректировать в современный период, формулируя идею о том, что реализация публично-правовых интересов непосредственно обеспечивает интересы частно-правовые.

Именно такие подходы и позволят определить наиболее верную модель банковской системы России, которая обеспечит устойчивость финансовой системы России и в целом — финансовый суверенитет государства.

Список литературы

1. Афанасьев В. Г. Системность и общество. — М.: Политиздат, 1980. — 368 с.

2. Оптимизация структуры банковской системы: монография / коллектив авторов; под ред. О. И. Лаврушин. — М.: КНОРУС, 2017. — 172 с.

3. Косолапов О. В., Игнатьева М. Н. Устойчивость как одна из основных характеристик системы // Известия Уральского государственного горного университета. — 2013. — №. 4. — С. 77–81.

Лобов Д. В.,
директор института юстиции
Донбасского государственного университета юстиции
(ДГУЮ Минюста России), к.ю.н.

Особенности государственного финансового контроля за оперативной деятельностью распорядителей бюджетных ассигнований на этапе совершения финансовых операций со средствами бюджета в условиях переходного периода

В настоящее время проводится достаточно много исследований, направленных на изучение теоретических и практических аспектов проведения финансового контроля соответствующими уполномоченными органами государственной власти, как в широком смысле (проведение финансового контроля в целом), так и в более узком смысле (изучение различных видов и форм финансового контроля — валютного, налогового, бюджетного и т.п.).

Вместе с тем, вопросы осуществления финансового контроля непосредственно за текущей деятельностью подконтрольных субъектов, являющихся распорядителями бюджетных ассигнований, подлежат более детальному и регулярному изучению в условиях постоянного совершенствования и изменения законодательства в данном направлении, особенно с учетом применения для обозначенных целей цифровых технологий.

Проблемные вопросы правоприменения при осуществлении государственного финансового контроля за оперативной деятельностью распорядителей бюджетных ассигнований на этапе совершения финансовых операций со средствами бюджета особо остро проявляются в условиях переходных периодов.

В качестве примера возможно привести возникающие практические проблемы во время осуществления такого финансового контроля в переходной период на территории одного из новых субъектов Российской Федерации — Донецкой Народной Республики.

Согласно ст. 36 Федерального конституционного закона от 04.10.2022 № 5-ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Донецкой Народной Республики и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта — Донецкой Народной Республики»⁷⁴ (далее — Закон № 5-ФКЗ) со дня принятия в Российскую Федерацию Донецкой Народной Республики и образования в составе Российской Федерации нового субъекта и до 1 января 2026 года действует переходный период, в течение которого урегулируются вопросы интеграции нового субъекта Российской Федерации в экономическую, финансовую, кредитную и правовую системы Российской Федерации, в систему органов государственной власти Российской Федерации.

Исходя из положений п. 1 ст. 16 Закона № 5-ФКЗ с 1 января 2023 года на территории Донецкой Народной Республики применяется бюджетное законодательство Российской Федерации, с учетом особенностей, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу положений ст. 215.1 Бюджетного кодекса казначейское обслуживание исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации осуществляется Федеральным казначейством.

Обязанностью как Федерального казначейства, так и его территориальных подразделений, является обеспечение эффективного контроля за целевым, рациональным и эффективным использованием бюджетных средств.

Из анализа полномочий органов казначейства следует, что объектом контроля таких органов являются, среди прочего, финансово-хозяйственные операции, проводимые распорядителями бюджетных ассигнований непосредственно на этапе осуществления финансовых операций.

В частности, органы казначейства в силу ст. 103 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»⁷⁵ (далее — Закон № 44 ФЗ) ведут реестр контрактов, заключенных заказчиками, в том числе, заключенных по результатам осуществления закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Таким образом, к полномочиям органов казначейства входит, среди прочего, государственный финансовый контроль за оперативной деятельностью распорядителей бюджетных ассигнований на этапе заключения государственных и муниципальных контрактов, до совершения финансовых операций со средствами бюджета (предварительный финансовый контроль). При этом, в силу норм действующего законодательства использование бюджетных средств в обозначенных случаях производится исключительно после внесения информации в соответствующий реестр.

Правила ведения реестра контрактов, заключенных заказчиками (далее — Правила), на основании ч. 6 ст. 103 Закона № 44-ФЗ, утверждены Постановлением Правительства РФ от 27.01.2022 № 60 «О мерах по информационному обеспечению контрактной системы в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, по организации в ней документооборота, о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации и признании утратившими силу актов и отдельных положений актов Правительства Российской Федерации»⁷⁶.

В соответствии с указанными Правилами, в частности, органы казначейства в том числе с использованием единой информационной системы, проводят проверки, предусмотренные п. 18 Правил. В случае выявления несоответствия представленных информации и документов настоящим Правилам органы казначейства уведомляют заказчика о таком несоответствии путем формирования с использованием единой информационной системы протокола о несоответствии направленных информации и документов.

При этом, действующим законодательством не определены конкретные требования к содержанию вышеупомянутого протокола о несоответствии направленных информации и документов, а лишь приведена его форма в совместном письме Минфина России № 09-05-07/14384 и Казначейства России от 14.03.2017 № 07-04-05/13-228, касающегося изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 28 ноября 2013 года № 1084⁷⁷.

В соответствии с п. 9.22 Приказа Казначейства России от 06.10.2022 № 287 «Об утверждении положений об Управлении Федерального казначейства по Донецкой Народной Республике, об Управлении Федерального казначейства по Луганской Народной Республике, об Управлении Федерального казначейства по Запорожской области, об Управлении Федерального казначейства по Херсонской области» Управление Федерального казначейства по Донецкой Народной Республике в соответствии с возложенными на него задачами и в пределах своей компетенции участвует в ведении реестра государственных и муниципальных контрактов, а также гражданско-правовых договоров бюджетных учреждений на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг.

В связи с введением на территории Донецкой Народной Республики военного положения, государственные учреждения и государственные унитарные предприятия, муниципальные учреждения и муниципальные унитарные предприятия, расположенные на указанной территории вправе на основании Постановления Правительства РФ от 31.12.2022 № 2559 «О мерах по обеспечению режима военного положения и об особенностях планирования и осуществления закупок для обеспечения государственных нужд Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области, Херсонской области и муниципальных нужд муниципальных образований, находящихся на их территориях, и о внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации»⁷⁸ осуществлять закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя).

Таким образом, в 2023 году подавляющее большинство распорядителей бюджетных ассигнований, расположенных на территории Донецкой Народной Республики, фактически единовременно воспользовались предоставленным правом проведения закупки у единственного поставщика, в результате чего заключили соответствующие контракты, подлежащие в том числе включению в реестр контрактов.

Поскольку, как обозначено ранее, конкретные требования к содержанию протокола о несоответствии направленных информации и документов действующим законодательством не предусмотрены, органами казначейства периодически формируются протоколы с указанием общих фраз, без конкретизации сути несоответствия (например, «выявлено несоответствие сроков исполнения», «срок исполнения», «информация об объеме», «реквизиты контракта»). Данный подход носит формальный характер, не позволяет распорядителям бюджетных средств определить точную причину несоответствия, вследствие чего не в полной мере реализуется одна из основных задач казначейского контроля — способствование эффективному использованию бюджетных средств подконтрольными субъектами.

Безусловно, внесение соответствующих данных в силу действующего