И. А. Емелькина, О. Н. Фомина

Проблемы правового регулирования гражданского оборота в условиях импортозамещения

Монография

ebooks@prospekt.org

Информация о книге

УДК 346

ББК 67.404

Е60

Авторы:

Емелькина И. А., доктор юридических наук, доцент, заведующая кафедрой гражданского права и процесса Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации – введение, 1.1, 2.1 (совместно с О. Н. Фоминой), 2.2, 3.1, заключение;

Фомина О. Н., кандидат юридических наук, доцент кафедры гражданского права и процесса Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации – 1.2, 2.1 (совместно с И. А. Емелькиной), 2.3, 3.2.

Рецензенты:

Шерстобитов А. Е., доктор юридических наук, профессор кафедры гражданского права Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова;

Синицын С. А., доктор юридических наук, профессор РАН, заместитель директора Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации.

В монографии рассмотрены действующее законодательство и правоприменительная практика, а также научные концепции, посвященные совершенствованию гражданского оборота в условиях развития в нашей стране импортозамещения и технологического суверенитета. Проведен сравнительный анализ зарубежных правопорядков о становлении в их национальных экономиках модели импортозамещения. Изучен опыт развития импортозамещения в нашем правопорядке в последние десятилетия. В целях формулировки новых моделей регулирования исследованы законодательство и правовая доктрина о специальном инвестиционном контракте, офсетном контракте, государственно-частном партнерстве и концессионных соглашениях. Сделаны новые научные выводы о правовой природе указанных соглашений и рекомендованы пути изменения законодательства для адаптации к новым вызовам времени в условиях технологического развития. Авторами предложено ввести в законодательство право инвестора на риск, участвующего в инновационном соглашении, сформулированы основные правила его применения при создании импортозамещающей продукции. Подробно изучены проблемы действия в стране параллельного импорта и принудительных лицензий, а также вопросы гражданско-правовой ответственности предпринимателей в условиях их участия в инновационном производстве.

Законодательство приведено по состоянию на 1 января 2024 г.

Книга будет интересна всем, кто занимается вопросами применения норм гражданского права в условиях развития в нашей стране импортозамещения.

УДК 346

ББК 67.404

© Емелькина И. А., Фомина О. Н., 2025

© ООО «Проспект», 2025

ТЕРМИНЫ И ОПРЕДЕЛЕНИЯ

Гражданский
оборот
–
совокупность сделок и иных действий, предметом которых являются объекты гражданских прав

Принудительная лицензия
–
разрешение, выдаваемое в соответствии с Гражданским кодексом РФ по требованию заинтересованного лица на использование результата интеллектуальной деятельности, исключительное право на который принадлежит другому лицу
на указанных в решении суда
условиях

Исчерпание
исключительного права
–
законное ограничение исключительных прав на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации в результате законного введения товара, содержащего такой результат или данное средство правообладателем или с его согласия

Импортозамещение
–
замещение импорта национальными товарами, произведенными внутри страны в порядке реализации государственной программы

Национальная
безопасность
–
обеспечение социокультурного и экономического развития страны; достижение и сохранение достойного уровня жизни граждан страны; сохранение согласия и мира среди населения

Экономические санкции
–
ограничительные меры экономического характера, вводимые иностранными государствами и международными организациями в одностороннем порядке в отношении отдельных государств, как правило,
в политических целях

Эмбарго
–
запрет на импорт отдельных товаров из стран, которые ввели санкции

Офсетный
договор
–
соглашение, по условиям которого поставщик (подрядчик, исполнитель) помимо основного обязательства по передаче материального блага обязан выполнить дополнительные инвестиционные обязательства по созданию или модернизации (освоению) производства на определенной территории, а заказчик, в свою очередь, помимо основного обязательства по оплате также обязуется закупать у поставщика производимые им товары в течение срока действия договора

Параллельный
импорт
–
разрешение (легализация) ввоза в страну товаров из других стран без согласия их правообладателей

ПЕРЕЧЕНЬ СОКРАЩЕНИЙ И ОБОЗНАЧЕНИЙ

РФ
–
Российская Федерация

ГК РФ
–
Гражданский кодекс Российской Федерации

Закон
о госзакупках
–
Федеральный закон от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»

Закон о ГЧП
–
Федеральный закон от 13.07.2015 № 224-ФЗ (ред. от 10.07.2023) «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»

Закон о промышленной политике
–
Федеральный закон от 31.12.2014 № 488-ФЗ «О промышленной политике в Российской Федерации»

Закон о противодействии
коррупции
–
Федеральный закон от 25.12.2008 № 273-ФЗ «О противодействии коррупции»

Концепция технологического развития
–
Концепция технологического развития Российской Федерации на период до 2030 года (утвержденная распоряжением Правительства РФ 23.05.2023 №1315-р)

ВТО
–
Всемирная торговая организация

РИД
–
результат интеллектуальной деятельности

СИ
–
средство индивидуализации

СПИК
–
специальный инвестиционный контракт

ГЧП
–
государственное частное партнерство

КСВИО
–
контракт со встречными инвестиционными обязательствами

ВВЕДЕНИЕ

Проблемы формирования механизма правового регулирования импортозамещения в сложившихся социально-экономических и политических условиях, сопровождаемых введением экономических санкций против нашего государства, являются чрезвычайно актуальными. Впервые в постсоветский период вопросы импортозамещения были подняты еще в конце 1990-х гг. прошлого столетия. С этого времени Президентом РФ утверждены Стратегия экономической безопасности РФ и Стратегия национальной безопасности РФ, разработан пакет нормативно-правовых актов, в которых одними из центральных выступили проблемы технологической, промышленной, продовольственной и иной зависимости от зарубежной продукции и поэтапного отказа от зарубежных товаров посредством их замены отечественными.

В связи с уходом из России зарубежного бизнеса из недружественных стран и беспрецедентным санкционным давлением Концепция технологического развития РФ (утв. Правительством РФ 22.05.2023¹) поставила перед государством и бизнесом крупномасштабную задачу развития импортозамещения с целью создания технологического суверенитета. Под последним понимается организация в России проектов полного инновационного цикла по производству высокотехнологичной продукции на основе собственных линий разработки с использованием критических и сквозных технологий, охватывающих все стадии инновационного цикла и включающих в том числе кадровые и регуляторные аспекты.

Концепция поставила задачи:

— снижения коэффициента технологической зависимости от иностранных государств и перехода от коэффициента 68,7%, имеющегося на 2022 г., к 27,3% к 2030 г.;

— увеличения уровня инновационной активности российских организаций с 11,9% (по данным на 2022 г.) до 27% в 2030 г.

Как показывает сравнительно-правовой анализ с другими государствами, уровень инновационной активности за рубежом: Германия — 68,8, Италия — 55,7, Португалия — 51,1, Франция — 54,8².

Очевидно, что достижение целей формирования технологического суверенитета невозможно без совершенствования законодательной базы, обеспечивающей права предпринимателей, участвующих в разработке, производстве и сбыте импортозамещающих технологий и товаров.

Для создания совершенного механизма правового регулирования импортозамещения необходима научно обоснованная концепция, включающая в свое содержание развернутую аргументацию ключевых институтов данного механизма, основанную на эмпирических данных, прогнозах развития мировых трендов в данной области знаний, а также основных достижений правовой науки.

Вопросы импортозамещения активно обсуждаются в юридической и экономической литературе последних лет. Наибольшую важность дискуссия об импортозамещении приобрела на фоне введения в отношении Российский Федерации беспрецедентных экономических санкций, ухода из страны зарубежного бизнеса. В литературе обосновано, что процесс импортозамещения проходит с большими трудностями, за последние десятилетия экономика страны приобрела статус импортозависимой, а инновационная промышленность оказалась отсталой от развитых стран и, соответственно, неконкурентоспособной. Поэтому сегодня российскими властями прилагаются серьезные усилия к преодолению указанных препятствий, в том числе к созданию механизма правового регулирования отношений по формированию в стране технологического суверенитета.

В отечественной правовой доктрине последних лет появился ряд исследований, посвященных правовому механизму импортозамещения, в том числе правовым аспектам продовольственной и промышленной безопасности, а именно созданию условий для поддержки национального производителя товаров машиностроения, фармакологии, оборудования, приборостроения, товаров аграрного комплекса и др. Однако научные исследования в основном посвящены анализу проблем публично-правового аспекта импортозамещения, тогда как изучение гражданского оборота в условиях импортозамещения, в том числе в ситуации беспрецедентных санкций последнего времени, не подвергалось глубокому и комплексному анализу.

В то же время импортозамещающая модель экономики должна быть основана на адекватном гражданском обороте инновационных товаров, работ и услуг. Необходимы новые договорные формы взаимодействия государства и бизнеса при создании в стране инновационных предприятий полного цикла (от разработки технологии до ее внедрения в производство и доведения до конечного потребителя).

Для достижения поставленных целей исследования в настоящем проекте в поисках лучших практик проведен сравнительный анализ зарубежных правопорядков о становлении в их национальных экономиках модели импортозамещения. Изучен опыт развития импортозамещения в нашем правопорядке в последние десятилетия. В целях формулировки новых моделей регулирования проведено исследование законодательства и правовой доктрины о специальном инвестиционном контракте, офсетном контракте, государственно-частном партнерстве и концессионных соглашениях. Сформулированы новые научные выводы о правовой природе указанных соглашений и созданы подходы для изменения законодательства в целях адаптации к новым вызовам времени в условиях технологического развития. Авторами исследования предложена к введению в законодательство категория права инвестора на риск, участвующего в инновационном соглашении, сформулированы основные правила его применения при создании импортозамещающей продукции. Исследованы вопросы предоставления сторонам инновационного контракта на предоставление мер оперативного воздействия в процессе реализации долгосрочных отношений по созданию в стране инновационного производства. Подробно изучены проблемы введения в стране параллельного импорта и принудительных лицензий, а также вопросы гражданско-правовой ответственности предпринимателей в условиях их участия в инновационном производстве. Основным выводом, который видится в результате изучения вводимых в нашем государстве новелл в исследуемой области, является тезис, что отечественная концепция исключительного права в настоящее время проходит этап трансформации с проавторской на некую смешанную, придавая ей уникальность и самобытность. Законодательно национальный принцип закреплен в ст. 1487 ГК РФ, однако судебная и административная, в частности таможенная, практики уже ориентируются на прорыночную модель, реализующую международный принцип исчерпания, заложенный в подзаконных актах.

Сделан вывод, что основным элементом стратегии технологического развития в нашей стране должно выступать создание предприятий полного цикла (от инновации до передачи конечному потребителю), основанного на партнерских отношениях между государством и бизнесом (в форме специального инвестиционного контракта, контракта со встречными взаимными обязательствами (офсетного контракта), государственного и муниципального частного партнерства, а также концессионных соглашений).

Роль государства в правоотношениях по внедрению специальных инвестиционных контрактов сводится к созданию наиболее благоприятных условий для реализации инвестиционного проекта (налоговых и иных преференций на протяжении действия контракта и др.) и не должна преследовать задачу формирования исключительной государственной собственности, а, наоборот, предполагается развитие частной инициативы и гарантии частной собственности, в том числе активизация малого, среднего и крупного бизнеса как инноваторов, инвесторов и производителей высокотехнологичных товаров.

Обоснован подход, согласно которому для стимулирования российского производства необходимо разрешить заключение офсетных контрактов с целью создания не только инновационной продукции, но и товаров, которые уже производятся в стране, но в недостаточном количестве. Возможно установление перечня товаров, для производства которых потребуется заключение офсетных контрактов.

Также сформулированы новые правила, согласно которым необходимо разрешить оборот будущих имущественных прав инвестора, участвующего в предприятии полного цикла. Предложено считать права инвесторов вещными правами ожидания и разрешить передавать их в порядке правопреемства (например, реорганизации юридического лица и др.). Сформулированы и иные предложения, которые направлены на устранение доктринальных и законодательных пробелов при регулировании гражданского оборота в условиях импортозамещения.

Разработанные в работе идеи и теоретические положения окажут серьезное влияние на совершенствование законодательства России в области правового регулирования создания импортозамещающих производств, новых технологий, развития рынка товаров, а также будут способствовать развитию эффективной модели гражданского оборота в условиях импортозамещения.

1. ПРЕДПОСЫЛКИ СОЗДАНИЯ МОДЕЛИ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ГРАЖДАНСКОГО ОБОРОТА В УСЛОВИЯХ ИМПОРТОЗАМЕЩЕНИЯ

1.1. Исторические и политико-правовые предпосылки правовой модели гражданского оборота в условиях импортозамещения

Проблемы импортозамещения обрели актуальность в 1990-е гг. в связи высоким уровнем импортозависимости отечественной экономики. Однако действенные меры на проведение реформ, направленных на создание в стране импортозамещающей экономики, были приняты лишь в 2000-е гг. В условиях санкционного давления в отношении российской экономики импортозамещение выступает центральным элементом стратегии развития национальной безопасности на ближайшие десятилетия; реализация концепции импортозамещения осуществляется в рамах отраслей, связанных с производством товаров и развитием новых технологий, а также экономических, политических, правовых и иных отраслей российской науки. Несмотря на то что проблемы импортозамещения разрешаются различными отраслями, особое внимание уделено его развитию в экономической науке.

Для российского права импортозамещение должно выступить одним из фундаментальных принципов, в том числе таким, на который должно быть сориентировано и современное регулирование гражданского оборота. В то же время следует отметить, что в гражданском законодательстве в качестве основополагающих принципов приводятся равенство субъектов гражданских правоотношений, свобода предпринимательской деятельности, беспрепятственного осуществления гражданских прав, свободного перемещения товаров, услуг, финансовых средств на всей территории РФ, свободы договора и др. (п. 1 ст. 1 ГК РФ)³. Право на свободное использование гражданами своих способностей для осуществления предпринимательской деятельности вытекает из п. 1 ст. 1 Конституции РФ⁴. Об импортозамещении как специальном принципе гражданского оборота не говорится в гражданском законодательстве. Однако на сегодняшний день в связи со сложившейся в условиях жесточайшего санкционного давления социально-экономической и политической ситуацией принят комплекс правовых мер, направленных на создание специального правового механизма для развития в стране импортозамещения. Все это так или иначе в настоящее время отразилось на правовом регулировании российского гражданского оборота. Его вполне можно охарактеризовать как модель, которая сочетает как традиционные либеральные ценности в условиях рыночной экономики, так и запреты и ограничения, которые точечно вводятся для перехода на экономику импортозамещения. Поэтому представляется, что перечисленные в Гражданском кодексе РФ принципы гражданско-правового регулирования имущественных и личных неимущественных отношений самодостаточны для реализации в нашей стране концепции импортозамещения. Таким образом, можно заключить, что импортозамещение представляет собой достаточно разноплановое явление: это и политика современного российского государства, и тип экономики (импортозамещающая экономика), а также инструмент и цель правового регулирования экономических отношений⁵.

В контексте экономического понятия импортозамещения формулируются разные его определения. Наиболее часто встречающимся определением импортозамещения является его достаточно узкая трактовка как «прекращения ввоза в страну товара, производимого за рубежом в связи с организацией его производства на национальной территории или уменьшение или прекращение импорта определенного товара посредством производства, выпуска в стране того же или аналогичного товара»⁶.

Достаточно часто импортозамещение сводят к импортозамещающему производству, т. е. «производству продукции российского производителя, которое способно вытеснить с национального рынка импортный аналог в силу своих более привлекательных потребительских качеств»⁷.

Относительно соотношения экономических и юридических подходов к импортозамещению высказываются различные суждения, одно из которых сводится к тому, что как «экономическая категория импортозамещение связано с экономическим ростом посредством развития отечественных технологических и производственных процессов, а с юридической точки зрения его следует рассматривать как государственную политику, направленную на установление административно-правового приоритета товаров национального производства перед зарубежными»⁸.

Имеется и более широкий подход к понятию импортозамещения — как направление экономической стратегии и политики при проведении комплекса мер, в том числе в виде создания благоприятной среды для национального производителя, с одной стороны, путем поддержки производителя инновационной продукции, с другой стороны, введением ограничительных мер на импортные товары⁹.

Концепция технологического развития дает понятие «импортозамещение» как процесс «создания новых или развития существующих современных конкурентоспособных производств и технологий в Российской Федерации, предназначенных для замещения импортируемых товаров, услуг и технологий».

На наш взгляд, импортозамещение как стратегическая цель — это не простая замена товаров иностранного производства, это должно быть масштабное преобразование в различных сферах жизнедеятельности государства и бизнеса: экономической политике, инновациях, налогообложении, стимулировании и субсидировании, кредитовании, государственных закупках и др. В литературе верно подмечено, что оно охватывает целый комплекс отношений, требующих выбора императивов развития, выработки дополнительных принципов и формирования комплекса условий экономической деятельности. Необходимо обеспечить качество национальной продукции, ее востребованность. Государство должно способствовать созданию множества инновационных предприятий, а также реструктуризации уже действующих¹⁰.

Рассмотрение импортозамещения исключительно через замену зарубежной продукции ее производством и развитием технологических процессов в национальной экономике является не совсем верным, поскольку в сложившихся для России в настоящее время условиях беспрецедентных санкций импортозамещение представляет собой более широкое явление.

В современных реалиях в условиях российской государственной политики импортозамещение выступает комплексом реализуемых государством стратегических мер, целей и задач, которые должны быть направлены на повышение конкурентоспособности отечественной продукции¹¹.

Наряду с тем, что традиционно импортозамещение было направлено на развитие национальной экономики для России в условиях жесточайшего противостояния недружественных стран, беспрецедентного санкционного давления необходимо рассматривать вопрос о роли импортозамещения как средства обеспечения национальной безопасности. Кроме того, политика импортозамещения играет огромное значение для сохранения и развития государственного суверенитета России¹².

В связи с этим следует признать верным суждение, что обеспечение национальной безопасности за счет экономического роста достигается путем развития программ импортозамещения, посредством реализации инновационных проектов, в результате которых создается конкурентоспособная продукция, формируется национальная инновационная система, модернизируется приоритетный сектор национальной экономики, одновременно совершенствуются банковская и финансовая системы¹³.

Импортозамещение в широком смысле — комплекс не только технологических и производственных процессов, но и политических, экономических, правовых, организационных и иных мер, которые направлены на создание в стране нового вида экономических отношений, основанных на самостоятельной системе принципов функционирования внутреннего и внешнего оборота товаров, их разработки и производства, оформления на них интеллектуальных прав и особом механизме правового регулирования.

Несмотря на то что обсуждение импортозамещения в России ведется начиная еще с 1990-х гг. прошлого столетия, наибольшая востребованность в нем появилась в 2014 г. после введения в отношении России многочисленных санкций в связи с присоединением Республики Крым. Особенно остро вопросы импортозамещения встали в феврале 2022 г. после введения беспрецедентных в истории России экономических санкций со стороны США и стран Европейского союза, а также других недружественных стран. Однако было бы неправильно говорить, что Россия была абсолютно не готова к экономическим санкциям 2022 г. К моменту введения санкций в нашей стране были созданы различные меры для противодействия экономическому кризису, которые преследовали данные санкции. Начиная с 2000-х гг. проводилась реформа законодательства, направленная на создание правовых условий для мобилизации экономики в целях преодоления санкционного давления. Необходимо отметить и продуманность стратегии, проводимой Правительством РФ и государственными и региональными органами власти в ситуации, когда в результате санкций буквально за несколько дней Россия после начала специальной военной операции в 2022 г. была изолирована от международных финансовой и банковских систем, остановлено транспортное сообщение с Российской Федерацией со стороны ЕС и других недружественных стран, установлен запрет на поставку из недружественных стран множества различных товаров, запрет на продажу товаров представителями зарубежного бизнеса и их уход. За считаные дни и недели экономика страны начала реализовывать контрсанкции и иные меры против экономического хаоса и парализации всех сфер деятельности, связанных с жесточайшими санкциями зарубежных государств и надгосударственными образованиями, закрытием в стране практически всех видов бизнеса недружественных стран.

Однако принятые меры — это лишь небольшая часть той большой работы, которую необходимо еще провести для создания национальной импортозамещающей экономики. Цифры, которые приводятся в статистике, пока еще свидетельствуют о достаточно сложной ситуации в области развития импортозамещения в России. В частности, отмечается, что коэффициент технологической зависимости на 2022 г. составлял 68,7%¹⁴. Все это свидетельствует о том, что страна пока не готова к замене большого объема продукции и комплектующих изделий для создания целого ряда технически сложных и высокотехнологичных товаров на территории России, которые в последние десятилетия доставлялись отечественному потребителю из-за рубежа.

Запрет импорта продукции с введением санкций недружественными странами ставил задачу создания в стране тотального дефицита, а в результате — парализацию деятельности всех сфер экономической и общественной жизни и как конечный этап — дестабилизацию и расшатывание политической сферы и в целом российского общества. Большую роль в избежании дефицита товаров сыграло перераспределение логистических цепочек поставки продукции. В вязи с запретом ввоза импортных товаров напрямую через европейские государства были сформированы новые транспортные коридоры ввоза в страну импортных товаров через Казахстан, Армению, Грузию, Турцию. Значительно увеличилась доставка товара из Китая и иных дружественных стран. Однако действия недружественных стран в отношении наших партнеров, которые разрешили импорт на территорию России зарубежных товаров, также может быть подвергнут давлению со стороны США и Евросоюза, поэтому необходимы срочные меры по продолжению развития импортозамещения в целях защиты национального суверенитета.

Очевидно, что при решении такой задачи импортозамещения, как создание собственного технологического и производственного процесса, необходимо сформировать современную логистическую базу в распределении и перераспределении созданной на территории России национальной продукции, доставки ее во все регионы большой страны и, соответственно, до конечного потребителя. Требуется создание правовых условий для соблюдения производителями стандартов качества создаваемой продукции и защиты прав потребителей. В современной российской действительности особенно важно развитие охраны интеллектуальных прав при исполнении специального инвестиционного и офсетного контракта. Должны быть созданы адекватные правовые формы для развития предпринимательской деятельности, ее налогообложения, стимулирования предпринимателей, участвующих в создании импортозамещающей продукции, и для приспособления договорных условий инвестиционных контрактов к новым потребностям. Важно и совершенствование сферы государственных и муниципальных торгов по определению подрядчиков и поставщиков импортозамещающей продукции. Все эти меры реализуются посредством создания модели частноправового регулирования технологических и производственных отношений, а также регулирования логистики произведенной продукции между участниками хозяйствующих субъектов.

Для формирования перечисленного комплекса мер, противодействия зарубежным экономическим санкциям, агрессивной военной политике зарубежных стран, развитию национального производства товаров необходимо создание импортозамещающей модели гражданского оборота.

Для внедрения в национальном правопорядке импортозамещения прежде всего необходимо формирование государственной политики, которая должна предусматривать проведение данного комплекса мероприятий, включающего в том числе создание соответствующей законодательной базы. Поскольку процесс импортозамещения требует мобилизации различных сфер экономико-правовой сферы, необходимо продуманное законодательство в административно-правовой, финансовой, валютной, таможенной, налоговой сферах. Как видно, политика импортозамещения главным образом основана на формировании прежде всего публично-правового регулирования, однако особое место в правовом регулировании импортозамещения занимают правоотношения, возникающие в сфере оборота товаров, работ и услуг, поскольку его основная цель как раз и направлена на создание такой экономики, в которой основная доля указанных товаров должна быть произведена на национальной территории, а работы и услуги — осуществляться силами местных предпринимателей.

Оборот товаров, работ и услуг выступает предметом регулирования отраслей частного права и рассматривается сквозь призму категорий «торговый оборот», «коммерческий оборот», «электронная торговля», «ретейл» и др.

Для создания импортозамещающей модели необходимо исследовать исторические и политико-правовые предпосылки модели гражданского оборота в условиях импортозамещения.

Исторические предпосылки. Импортозамещение известно многим мировым правопорядкам. Его появлению как нового экономического направления способствовали различные экономико-правовые и политические факторы. Считается, что родоначальником импортозамещения выступает Латинская Америка, поскольку в начале XX столетия был взят экономический курс на преодоление зависимости от иностранных товаров и поддержку национальных производителей.

Исторически зависимость национальной экономики от импортных товаров рассматривается в следующих формах:

— колониальной;

— финансово-промышленной;

— промышленно-технологической.

В свое время импортозамещение применялось для того, чтобы ответить на экономический кризис в западных странах. Как пишут американские исследователи Дж. Хайнц и Э. Саес, после Великой депрессии 1930-х отдельные страны Латинской Америки с целью достичь экономического роста создали так называемую импортозамещающую индустриализацию. «Правительства приобретают контрольные пакеты акций в производстве энергоносителей и других ключевых сырьевых отраслях, а также в обрабатывающей промышленности, — излагают суть этой модели Дж. Хайнц и Э. Саес, — проводят политику предоставления товарам местного производства преимуществ по сравнению с товарами импортными, чтобы создать благоприятные условия для роста национальной промышленности и достижения технологического прогресса»¹⁵. Все это предполагает проведение протекционистской политики и поддержание твердого курса национальной валюты.

Отмечаются как достоинства, так и недостатки импортозамещения.

Положительные аспекты импортозамещения заключаются в следующем: совершенствование платежного баланса, повышение внутреннего спроса, обеспечение рабочими местами, развитие промышленного производства, а также научно-исследовательской деятельности.

В то же время политика импортозамещения в условиях санкционной экономики может повлечь и негативные результаты. Таковыми являются самоизоляция от передовых экономических трендов и технологическое отставание; опасность тепличных условий для национального производителя, влекущая отсутствие конкуренции и деградацию процесса управления экономикой; более капитало- и ресурсоемкие производственные цепочки¹⁶.

С подобными последствиями в свое время столкнулась экономика Советского Союза и КНДР¹⁷. Современные российские исследователи Смородинская Н. В., Катуков Д. Д. считают, что российская санкционная ситуация развивается по схожему с иранской экономикой пути¹⁸. Так называемая экономика сопротивления Ирана находится под санкциями в течение десятилетий. Ими исследован эффект от двух раундов коллективных санкций, наложенных на Иран в 2011—2022 гг. — до заключения ядерной сделки и после ее расторжения, а также в промежуточный период снятия нефтяного эмбарго¹⁹. Исследование показало, что, с одной стороны, российская санкционная ситуация примечательна тем, что она во многом развивается в русле иранской: и по структуре введенных Западом санкций (обе страны являются ресурсозависимыми нефтеэкспортерами), и по алгоритму сопротивления им, и по объективным пределам этого противодействия. Но санкции отличаются по объему наложенных ограничений — 17,5 тыс. санкций в отношении России на осень 2023 г., что вчетверо превосходит санкции, наложенные на Иран. Отмечается, что, несмотря на успешный обход санкций, развитие связей с альтернативными партнерами и некоторые успехи в диверсификации, иранская экономика продолжает терять бюджетные доходы и остается нестабильной²⁰. Авторы статьи в числе одного из отрицательных последствий санкций отмечают уязвимость и ловушку бюджетного стимулирования роста. Авторы пишут, что «в условиях системных санкций главным, если не единственным драйвером роста экономики остается государственный спрос (в виде государственных заказов, закупок и инвестиций), так как другие классические драйверы (экспортный, потребительский и частный инвестиционный спрос) подрываются введенными внешними ограничениями и их последствиями»²¹. Также авторы предостерегают: «Длительная опора экономики исключительно на бюджетный стимул крайне уязвима»²².

По сравнению с импортозамещением в указанных странах, более удачной является его модель в Южной Корее, Малайзии, Индонезии и Таиланде, при которой приоритетным стало стимулирование отдельных областей экономики, наибольшая поддержка для экспортных отраслей и приняты меры по ограничению оттока капитала из страны. Однако и эта модель оказалась неидеальной, и со временем экономический рост остановился, образовались долги, а чрезмерные инвестиции в отдельные отрасли повлекли экономический кризис 1997 г.²³

Своеобразная модель импортозамещения реализовывалась на Кубе на основе специального национального плана импортозамещения, которая предусматривала национализацию частных предприятий после революции на Кубе. Как правило, импортозамещение берется за основу странами, которые освободились от колониальной зависимости, взяв курс на развитие национального производства и освобождение от импортных товаров.

В зарубежной литературе была сформирована концепция индустриализации импортозамещения (Import Substitution Industrialization; ISI). ISI относится к экономической политике развития XX в. Основоположниками теории выступают Александр Гамильтон и Фридрих Лист. Зарождение теории некоторые авторы относят к еще более раннему периоду — XVIII столетию²⁴.

Индустриализация импортозамещения (ISI) — это экономическая теория²⁵, которой обычно придерживаются развивающиеся страны или государства с формирующимся рынком, стремящиеся уменьшить свою импортозависимость. Этот подход нацелен на защиту и инкубацию недавно созданных национальных отраслей для полного развития секторов, чтобы производимые товары были конкурентоспособны с импортными товарами. Согласно теории ISI, этот процесс делает местные экономики и их страны самодостаточными (первоначально страны реализовывали политику ISI на глобальном юге [Латинская Америка, Африка и некоторые части Азии]). Успеху политики ISI способствовало субсидирование крупных отраслей, таких как производство электроэнергии и сельское хозяйство, а также поощрение национализации и протекционистской торговой политики. Однако развивающиеся страны постепенно начали отказываться от ISI в 1980—90-х гг. после подъема глобальной рыночной либерализации — концепции, основанной на программах структурной перестройки Международного валютного фонда и Всемирного банка²⁶.

Одним из известных направлений импортозамещения в экономической теории считается концепция, предложенная в 1950 г. аргентинским банкиром Раулем Пребишем. Он разработал план для перехода Латинской Америки на городское промышленное развитие (индустриализация импортозамещения). Однако, несмотря на первоначальный успех, со временем этот план привел к высокой инфляции и другим экономическим проблемам, и к 1970-м гг. многие латиноамериканские страны обратились за кредитами к МВФ, в связи с чем эти страны отказались от протекционистской политики и присоединились к свободной торговле. Развивающиеся страны начали отказываться от политики ISI в 1980—90-х гг.

Импортозамещение в России. Экономические процессы, направленные на развитие товаропроизводителя, осуществляющего производство на территории России, были известны еще в конце XIX — начале XX в.

Еще в первой половине XIX столетия русские ученые Ф. Лист и С. Витте критиковали русское правительство за фритредерство, т. е. провозглашенную свободу торговли и невмешательство государства в отношения по ввозу в страну иностранной продукции. Витте писал по этому поводу: «Разорение русских фабрик и заводов стало логическим продолжением того, что спрос на русский товар прекратился, а ряд стран затруднил ввоз некоторых сырьевых продуктов, а импорт в Россию иностранного товара, наоборот, усилился»²⁷.

В защиту русского производителя того периода выступил и Д. И. Менделеев, который полагал, что «политика свободной торговли продуктивна в том случае, когда нет своего производства или когда оно окрепло и может успешно конкурировать с иностранным, а в противном случае защита отечественных молодых отраслей необходима даже в долгосрочном периоде». Он видел необходимость поддержки национальных русских предпринимателей «в отраслях добычи русской нефти, производства русского керосина, а также русских зеркал, русского металла, русского зерна»²⁸.

Наиболее приближенной моделью экономики, не основанной в своем развитии на импорте товаров, работ и услуг из-за рубежа, является экономика Советского Союза. Поскольку в основе экономических отношений находилась плановая экономика, основанная на внутреннем производстве товаров, на стимулировании развития тяжелой и легкой промышленности, сельского хозяйства, перерабатывающей отрасли, то в период развития советской экономики удалось уйти от зависимости от поставки товаров из зарубежных стран. Однако неэффективное управление экономикой и ряд иных факторов привели к возникновению в СССР тотального дефицита товаров, производства продукции, которая была невысокого качества. Кроме того, введенная в США 1974 г. в отношении СССР поправка Джексона — Вэника о запрете поставки в СССР товаров и технологий существенно затормозила формирование торговых отношений с западными странами, что в свою очередь отразилось на технологическом развитии страны.

Созданная после распада Советского Союза импортозависимая экономика критиковалась экономистами, в частности академиком В. Б. Бетелиным, считавшим, что построенная в тот период либеральная финансовая модель экономического развития страны не может решить вопросы импортозамещения²⁹.

Вопросом продовольственной безопасности власти нашей страны озадачились еще в 2012 г., в результате было принято Постановление Правительства РФ от 14.07.2012 «О Государственной программе развития сельского хозяйства и регулирования рынков сельскохозяйственной продукции, сырья и продовольствия на 2013—2020 годы»³⁰. Далее Программа Правительства Российской Федерации по импортозамещению вылилась в утверждение новой редакции Государственной программы № 320 «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности»³¹, а затем и в ряд других законодательных актов, целью которых является более четкое позиционирование роли государства в процессе импортозамещения.

Экономико-правовые предпосылки правовой модели импортозамещения. Об импортозамещении в России заговорили сразу же после распада СССР, но в реальной практике государство в тот период не приняло серьезных мер для реализации данной задачи. Напротив, интеграция страны в мировое сообщество, а впоследствии и вступление страны в ВТО всячески стимулировали торговые отношения с зарубежными странами и наполнили российский рынок большим числом импортных товаров, с которыми в силу высоких издержек производства и других причин товары местного производства уступали при их конкуренции.

Как отмечается в литературе, приобщение России к мировым и региональным интеграционным процессам проходило в условиях, когда уже сложилась система международных организаций, регулирующих международные экономические, финансовые и торговые отношения³².

В то время российская экономика сбыла неконкурентоспособной, государство не в состоянии было поддерживать наиболее стратегические отрасли экономики, действовали санкции США и его союзников и др.³³ Характеристика экономики страны, в том числе торговый потенциал, на тот момент сводилась к следующему:

— низкий уровень участия в системе мировых торгово-экономических отношений и в системе мирового разделения труда;

— дискриминация товаров российского производства на рынке международной торговли и др.;

— желание западными странами интернационализации российских природных ресурсов по причине неэффективности их национального освоения;

— зависимость от иностранных технологий, программного обеспечения, средств телекоммуникации, операционных систем и др.³⁴

К тому же санкции, введенные после присоединения Крыма к России, вынудили отказаться от многих принципов свободной торговли и ввести встречные контрсанкции³⁵. В этот момент актуализировались вопросы создания эффективных мер по развитию в стране импортозамещения, закрытия доступа на российский рынок отдельным иностранным компаниям и выработки мер противодействия лишению наших компаний участия во внешнеэкономической деятельности.

По данным статистики на 2023 г., промышленный комплекс России зависит от импорта на 39%. Однако это в два раза ниже, чем в экономиках ЦВЕ (Венгрии, Словакии, Словении) и странах Прибалтики; в 1,5 раза ниже, чем в Канаде и Австралии; в 1,3 раза ниже, чем в Германии. Такой уровень импортозамещения сопоставим с уровнем США и Индии³⁶.

Необходимо согласиться с утверждением, что развитие собственного производства должно базироваться на совокупности ряда мер: 1) на введении таможенных барьеров на ввоз импортной продукции в определенных отраслях (импортных тарифов и квот на поставку товаров), льготном кредитовании отдельных сфер экономики; 2) предоставлении налоговых и таможенных льгот национальным производителям; 3) контроле использования промежуточных факторов производства и комплектующих национального производства; 4) трансферте и импорте необходимых для инновационной экономики технологий³⁷.

Важным инструментом для развития импортозамещения является финансово-денежная политика, как, например, поддержание заниженного курса национальной валюты делает иностранные товары относительно более дорогими³⁸.

В исследовании, представленном Высшей школой экономики в 2023 г., процесс импортозамещения в России и меры, которые приняты, разделены на четыре этапа и охарактеризованы следующим образом:

1) 2000—2008 гг. — динамичный рост российской экономики, смягчение бюджетных ограничений, активное привлечение паевых инвестфондов, использование зарубежных технологий, встраивание в глобальные цепочки и международное регулирование;

2) 2009—2013 гг. — замедление экономического роста, посткризисные ограничения, проблемы в доступе к передовым технологиям. Меры по развитию экономики: стимулирование инновационной активности, технологической модернизации, усиление требований к локализации производств, создание институтов развития;

3) 2014—2021 гг. — ухудшение отношений с рядом развитых стран, первая волна санкций, коронакризис. Меры: поддержка ускоренного развития собственных научно-технологических компетенций, отраслевые планы импортозамещения;

4) 2022 г. — радикальное ухудшение отношений с большинством индустриально и технологически развитых стран, масштабные санкции и риски их эскалации. Меры: восполнение недостающих элементов в цепочках, заполнение ниш на рынках, снижение импортозависимости, технологический суверенитет³⁹.

По мере либерализации торговли и интеграции национальной экономики в международные связи увеличивались потоки импортных товаров на российском рынке, что привело к существенным диспропорциям в структуре товарооборота. Многие товарные группы сформированы исключительно из импорта.

Эксперты НИУ ВШЭ и профильных организаций (РСПП, Институт исследований и экспертизы ВЭБа и фонд «Сколково») придумали семь стратегий импортозамещения основных отраслей для России.

В рамках первого блока предлагается использовать стратегии, результат реализации которых будет виден в долгосрочной перспективе. Например, это НИОКР для авиастроения и электроники.

Во второй блок эксперты выделили стратегии с результатами в среднесрочной перспективе, включая адаптацию и локализацию импортных технологий, дженериковую модель, для которой потребуется принудительно лицензировать зарубежные продукты и реформировать институт интеллектуальной собственности.

Третий блок — это стратегии с результатами в краткосрочной перспективе или переход на новое поколение технологий за счет рационализации стандартов, снятия избыточных требований в техническом регулировании отдельных отраслей, введения параллельного импорта⁴⁰.

Важнейшим самостоятельным направлением импортозамещения в России также выступило ограничение допуска импортных товаров на российский рынок.

Существенной составляющей модели импортозамещения в целях национальной экономической безопасности и государственного суверенитета является введение института параллельного импорта.

Правовые предпосылки правовой модели импортозамещения.

Несмотря на то что об импортозамещении в нашей стране заговорили еще в конце прошлого столетия, до настоящего времени правовое регулирование является разобщенным. Единого нормативного акта об импортозамещении принято не было. Предложения о таком регулировании встречаются в юридической литературе, и отдельные правоведы время от времени предлагают урегулировать отношения по импортозамещению на уровне специального федерального закона. На наш взгляд, принятие единого акта об импортозамещении не решит проблемы правового регулирования, поскольку принятые на сегодня нормативно-правовые акты имеют различную отраслевую принадлежность и характеризуются «точечным» регулированием.

Однако можно утверждать, что существует система правовых предпосылок для создания современного адекватного гражданского оборота в условиях импортозамещения. Данные предпосылки можно классифицировать по периодам их существования и дать следующую их характеристику.

В связи с тем, что после распада Советского Союза в России прекратили существование огромное число промышленных предприятий, экономика страны имела ярко выраженный импортозависимый характер, а не импортозамещающий. В 1990 г. в РСФСР было 30 600 дееспособных крупных и средних промышленных предприятий, в том числе 4500 крупных. В настоящее время таких предприятий в России всего несколько сотен⁴¹. Вплоть до 1998 г. вопросы импортозамещения не ставились как приоритетные. Страна жила по принципу «Запад нам поможет». Соответственно, правовых актов об импортозамещении в России в начале 1990-х гг. принято не было.

Первые предпосылки для законодательного регулирования импортозамещения появились после финансового кризиса 1998 г. Поскольку главными поставщиками товаров в страну на тот период являлись зарубежные государства, а цены на товары напрямую зависели от курса иностранной валюты, прежде всего американского доллара, его скачок в 1998 г. повлек по цепочке увеличение цен почти в четыре раза на все товары, которые находились в российском обороте. Быстрая, более чем трехкратная, девальвация рубля в августе-сентябре 1998 г. привела к резкому снижению реального обменного курса, что способствовало относительному удорожанию импортных товаров⁴². После проведения реформ в стране начали оказывать поддержку отечественному производителю. На основании Федерального закона от 14.04.1998 № 63-ФЗ «О мерах по защите экономических интересов Российской Федерации при осуществлении внешней торговли товарами» вводился принцип защиты экономических интересов РФ при ее участии во внешнеторговой деятельности⁴³. Федеральным законом от 08.12.2003 № 165-ФЗ «О специальных защитных, антидемпинговых и компенсационных мерах при импорте товаров» предусмотрена система мер по антидемпингу при импорте продукции⁴⁴.

В то же время стоит отметить, что идея импортозамещения слабо реализовывалась в экономико-правовом пространстве и, кроме обсуждений на высоком уровне, комплексного нормативно-правового регулирования до начала 2000-х гг. не было. Первые законы, содержащие положения о механизме реализации импортозамещения как целостной программы, появились в Федеральном законе «О промышленной безопасности»⁴⁵. Также основой для начала создания собственного промышленного и технологического кластера стали создание Ростеха, Роснано и других публично-правовых компаний⁴⁶.

Корпорация «Ростех» — государственная компания по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции. «Ростех» была сформирована в конце 2007 г. (Федеральный закон от 23.11.2007 № 270-ФЗ «О Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции „Ростех“»)⁴⁷. Главная цель ее образования — разработка передовых отечественных технологий, производство новейшего российского оборудования, прорыв в технологической и научной сферах, а также участие в социальных и иных общественно значимых проектах в интересах общества и государства. Причины создания Госкомпании связаны со стремлением государства поддержать промышленный блок в России в целом, поднять конкурентоспособность отечественной промышленности⁴⁸.

Второй виток для реализации идей импортозамещения в правовом регулировании можно привязать к финансовому кризису 2008 г., в результате чего была принята программа Промышленной безопасности. В 2011—2014 гг. был создан правовой механизм для развития в стране импортозамещения. В апреле 2014 г. утверждена Государственная программа Российской Федерации «Развитие промышленности и повышение ее конкурентоспособности» (постановление от 15.04.2014 № 328)⁴⁹, рассчитанная до 2020 г. Далее Правительством РФ был подготовлен План содействия импортозамещению в промышленности. В конце 2014 г. была утверждена Программа импортозамещения в сельском хозяйстве (распоряжение Правительства РФ от 02.10.2014 № 1948-р)⁵⁰.

Третий этап, который стал существенным в формировании правового регулирования, — это период с 2014 по 2022 г., с момента проведения референдума о присоединении Крыма. В это время на российскую экономику обрушился шквал экономических санкций, и государство приняло беспрецедентные экономико-правовые меры для стабилизации в стране экономической и политической ситуации.

Как отмечают эксперты, по данным на конец 2020 г., только за период 2013—2020 гг. санкции США и Европейского союза (ЕС) в связи с присоединением Крыма и событиями на востоке Украины были наложены на 293 граждан РФ и 483 российских юридических лица⁵¹.

Право на применение РФ ответных мер закреплено в Федеральном законе от 15.08.1996 № 114-ФЗ «О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию» (ст. 27)⁵², Федеральном законе от 08.12.2003 № 164-ФЗ «Об основах государственного регулирования внешнеторговой деятельности» (ст. 40)⁵³, а также в ФЗ от 30.12.2006 № 281-ФЗ «О специальных экономических мерах и принудительных мерах»⁵⁴ и ФЗ от 04.06.2018 № 127-ФЗ «О мерах воздействия (противодействия) на недружественные действия Соединенных Штатов Америки и иных иностранных государств»⁵⁵.

Первым примером ответных мер на односторонние экономические санкции против РФ в 2014 г. было введение продуктового эмбарго в отношении стран, которые ввели экономические санкции. Также был составлен список нежелательных лиц⁵⁶.

В двух Посланиях Президента РФ Федеральному собранию РФ была поставлена задача скорейшего перехода к импортозамещающей экономике. В Послании Президента РФ от 04.12.2014 Правительству РФ было поручено «принять все необходимые решения, расширяющие доступ малых и средних предприятий к закупкам госкомпаний, в том числе четко определить обязательный годовой объем закупок госкомпаний у малого и среднего бизнеса. Это десятки и сотни миллиардов рублей, которые должны стать источником развития для отечественного предпринимательства»⁵⁷. При этом Президент РФ обратил внимание на то, что «продукция наших поставщиков должна отвечать жестким условиям как по качеству, так и по цене. Кроме того, нельзя допускать и внутреннего монополизма. Подчеркну: разумное, именно разумное импортозамещение — это наш долгосрочный приоритет, независимо от внешних обстоятельств»⁵⁸. Также в этом Послании Президента РФ было поручено Агентству стратегических инициатив совместно с ВЭБом, РФПИ, другими институтами развития разработать такую программу и в последующем реализовать первый пилотный проект по поддержке несырьевых компаний России. Для стимулирования отечественных экспортеров Президент РФ в Послании указал на то, что в 2015 г. заработает центр кредитно-страховой поддержки экспорта. Его услугами будут иметь право воспользоваться все несырьевые компании⁵⁹. В Послании Президента РФ 2015 г. импортозамещению также было уделено особое внимание. Президент отметил, что уже на тот момент финансовую поддержку проектам импортозамещения оказывает Фонд развития промышленности⁶⁰. Им были предложены гарантии стабильных налоговых и других базовых условий для инвесторов, которые готовы вкладывать средства в проекты импортозамещения. Это предусмотрено механизмом п. 30 Стратегии национальной безопасности Российской Федерации (утв. Указом Президента РФ от 31.12.2015 № 683)⁶¹, а также п. 12 Стратегии экономической безопасности Российской Федерации на период до 2030 г. (утв. Указом Президента РФ от 13.05.2017 № 208)⁶².

Позднее была принята новая «Стратегия национальной безопасности», утвержденная Указом Президента России от 02.07.2021 № 400⁶³. Согласно Стратегии национальной безопасности, выделяется ряд угроз национальным интересам Российской Федерации в сфере экономической безопасности, в том числе зависимость России от импорта в ключевых отраслях экономики (радиоэлектронная продукция, сфера IT-технологий).

Последний этап, в рамках которого наблюдается активное развитие в стране импортозамещения и формирование системной правовой базы данного процесса, начался со специальной военной операцией на Украине. После начала СВО США, страны Евросоюза и другие недружественные страны ввели в отношении России, ряда юридических лиц и отдельных граждан беспрецедентные санкции, которые были направлены на дестабилизацию сложившихся в стране экономических отношений и, соответственно, расшатывание политической обстановки. В течение 2022—2023 гг. недружественными странами и наднациональными организациями было принято 13 пакетов⁶⁴ экономических и политических санкций в отношении Российской Федерации⁶⁵. Очевидно, что это стало важнейшим вызовом для экономико-правовой ситуации в стране, в связи с чем российской властью были приняты существенные меры для защиты экономических интересов, прежде всего в виде ускоренного развития в России импортозамещающей экономики. Хорошим подспорьем в развитии импортозамещения в условиях экономических санкций, принятых с началом СВО, стали принятые на предыдущих этапах развития импортозамещения экономические и правовые меры. Они и послужили основой для развития правового регулирования импортозамещающей экономики.

1.2. Зарубежный опыт совершенствования правового регулирования в условиях импортозамещения

С необходимостью импортозамещения на том или ином этапе сталкивались самые разные зарубежные страны вне зависимости от уровня своего экономического развития. В целом ориентация политики на импортозамещение — это стратегическое управленческое решение, принимаемое обычно на уровне государства соответствующими функционерами, чаще всего наиболее влиятельными. В нашей стране этот вектор опирается в том числе на показатели, свидетельствующие о технологическом отставании государства, а также о низких темпах инновационного экономического роста⁶⁶.

Кроме того, такая политическая линия зачастую является ответом национального правительства (или правящих политических образований, как в странах Африки, например принятый в Танзании в 1967 г. Африканским национальным союзом Танганьики [ТАНУ] Программный документ партии — Арушская декларация) на кризисные процессы, происходящие в стране⁶⁷.

Основные цели импортозамещения в зарубежных странах. Такой политический вектор нацелен на замену импортных товаров, которые необходимы не только для удовлетворения каждодневного потребительского спроса, но и на развитие промышленных отраслей и экономики в целом, которая в результате становится способной к самостоятельному воспроизводству потребительских товаров без необходимости их импортирования. Кроме того, национальное правительство в условиях импортозамещения нацеливается на стимулирование и защиту национальных экономических интересов путем создания благоприятных условий для развития промышленности и сокращения зависимости от импорта для снижения политических и валютных рисков. В частности, задачами импортозамещения провозглашаются в том числе создание конкурентоспособного производства, разработка новых технологий и инноваций, а также поддержка догоняющих отраслей. В самом общем виде основная цель импортозамещения обычно формулируется как создание среды для максимального роста национальной промышленности.

Предпосылки введения импортозамещения в зарубежных странах. Анализируя зарубежную практику введения импортозамещения, можно прийти к выводу, что государство сталкивается с необходимостью его развития либо в результате всеобщих кризисных явлений (Великая депрессия, Вторая мировая война и т. п.), которые заставляют национальные государства полагаться в большей степени на собственные силы ввиду слабости соседних и ведущих государств, либо по причине экономической изоляции, связанной с геополитическими процессами. При этом под экономическим кризисом понимают значительное падение деловой активности в стране или нескольких странах в случае мирового кризиса — процесс, носящий циклический характер.

Общая практика реализации импортозамещения в зарубежных странах. Импортозамещение обычно реализуется путем увеличения расходов на развитие наиболее прибыльных отраслей, а также сфер, которые государство считает приоритетными. Правительство усиливает поддержку национальных предприятий для повышения эффективности замещения импорта. Зачастую процессы импортозамещения соседствуют с процедурами национализации и патерналистским регулированием экономики. Хотя иногда импортозамещение развивается и в условиях рыночной экономики (например, Южная Корея, Сингапур, Франция и т. д.). Следовательно, политика импортозамещения должна осуществляться путем развития качественного внутреннего производства и предоставления востребованных товаров, а не через закрытие внутреннего рынка. Помимо общегосударственной политики, важную роль в стимулировании импортозамещения играют также региональные законы и программы, направленные на развитие некоммерческого сектора экономики и поддержку социально значимых проектов, включая предоставление грантов и субсидий, оказание консультационной помощи, содействие развитию кадрового потенциала и т. п. В целом государственные меры, направленные на реализацию импортозамещения, можно подразделить на тарифные и нетарифные способы обеспечения развития и самодостаточности за счет создания внутреннего рынка. К нетарифным мерам воздействия можно отнести национализацию, субсидирование производства, повышение налогов и протекционистскую торговую политику.

Понятие импортозамещения в зарубежных странах. Импортозамещение — это прежде всего экономическое понятие, под которым понимается торгово-экономическая политика, выступающая за замену иностранного импорта отечественной продукцией⁶⁸ и основанная на предпосылке, что страна должна попытаться уменьшить свою иностранную зависимость за счет местного производства промышленной продукции.

Возникновение и развитие термина «импортозамещение» в зарубежных странах. Сам термин впервые был выработан именно зарубежными правопорядками и широко применялся в экономической политике развития XX в. Однако некоторые зарубежные экономисты (Фридрих Лист [Georg Friedrich List] и Александр Гамильтон [Alexander Hamilton]) отстаивали его еще с XVIII в.⁶⁹

Считается, что правовое понятие «импортозамещение» было впервые обосновано в работе 1961 г. «Смерть и жизнь больших американских городов» (The Death and Life of Great American Cities) канадско-американской исследовательницы Джейн Джекобс (Jane Jacobs). В этой книге автор описывает основные принципы экономического функционирования городов и вводит принцип городского импортозамещения в контексте развития урбанистики⁷⁰.

История зарождения и развития концепции импортозамещения в зарубежных странах. Импортозамещение начало широко практиковаться с середины XX в. Это была обращенная внутрь себя экономическая теория, которую более активно начали практиковать развивающиеся страны после Второй мировой войны (например, Индия, Южная Корея, Тайвань, Гонконг и Сингапур). Это стратегия повышения производительности и достижения экономических выгод внутри страны. Многие экономисты рассматривали подход импортозамещения как средство от массовой бедности за счет приведения развивающейся страны к статусу развитой посредством национальной индустриализации.

К тому, что нужно вводить вектор на импортозамещение, приходили самые разные страны, в том числе и развитые, в разные периоды. Например, такой политики придерживались Франция и Япония, столкнувшись с проблемами высокой конкуренции в реализации экспорта и защищая свои внутренние рынки. Также к политике импортозамещения прибегали страны, которые сталкивались с дефицитом валюты и резким удорожанием импортной продукции.

Принято считать, что впервые концепция импортозамещения была реализована в Аргентине в середине XX в. Ее автором называют популярного в Латинской Америке экономиста Рауля Пребиша (Raúl Prebisch)⁷¹.

Стадию проведения экономической политики импортозамещения в 1950—70-х гг. прошли большинство из так называемых новых индустриальных стран (Гонконг, Республика Корея, Сингапур, Тайвань, Аргентина, Бразилия, Мексика), а также ряд новейших индустриальных стран (Индия, Малайзия, Таиланд, Чили, Индонезия, Турция, Иран, Филиппины).

Во многих странах Латинской Америки с 1950-х по 1980-е гг. получили активное развитие экономические теории, обосновывающие протекционизм и замещающий импорт. В частности, исследованием импортозамещения занимались, помимо уже упомянутого автора данной концепции Р. Пребиша, и другие видные экономисты, в частности Ханс Зингер (Hans Wolfgang Singer) и Селсо Фуртадо (Celso Furtado). На них повлиял широкий спектр кейнсианской, коммунитаристской и социалистической экономической мысли, а также так называемая теория зависимости. Свое практическое развитие эти теоретические концепции получили в связи с созданием Экономической комиссии Организации Объединенных Наций для Латинской Америки и Карибского бассейна (ЭКЛАК, англ. United Nations Economic Commission for Latin America and the Caribbean, UN ECLAC) // https://www.cepal.org/en)⁷².

Опыт импортозамещения в странах Латинской Америки. Рассмотрим подробнее зарубежный опыт совершенствования гражданского оборота в условиях импортозамещения в странах Латинской Америки. Политика импортозамещения проводилась большинством стран данного региона с 1930-х до конца 1980-х гг.⁷³ Ее введение изначально связано с влиянием Великой депрессии 1930-х гг., когда страны Латинской Америки, экспортировавшие сырьевые товары и импортировавшие почти все потребляемые ими промышленные товары, были лишены возможности импортировать из-за резкого падения их валюты. Это послужило стимулом для отечественного замещающего производства необходимой продукции⁷⁴.

Трансформация регулирования гражданского оборота и ориентация его в сторону импортозамещения были направлены на решение проблем рецессии. Например, законодательства Аргентины и Бразилии того времени ориентировались в первую очередь на модели регулирования гражданского оборота и позитивистского правопонимания в Италии того времени и частично СССР⁷⁵.

Аргентинский экономист, лидер ЭКЛАК (UNECLAC) и автор концепции импортозамещения Р. Пребиш пришел к выводу, что участники режима свободной торговли обладают неравной властью и что страны с более развитой экономикой (в частности, Великобритания и США), производящие промышленные товары, могут контролировать цены на свой экспорт. Неравные силы забирали богатство у развивающихся стран, лишая их возможности процветать. Он считал, что развивающимся странам необходимо создавать местные вертикальные связи и что они могут добиться успеха только путем создания отраслей, использующих первичные продукты, которые уже производятся внутри страны⁷⁶.

В странах Латинской Америки протекционистская политика была изначально реализована за счет мер таможенно-тарифного регулирования. В качестве преимуществ реализации протекционистской политики импортозамещения Р. Пребиш сформулировал следующие: снижение зависимости от импорта, возможность контролировать цены на сельскохозяйственные товары в целях увеличения бюджета для закупки необходимых промышленных товаров, повышение уровня доходов и экономический рост. В целом рассматриваемая концепция была наиболее успешна в странах с большим населением и уровнем доходов, что позволяло потреблять продукты местного производства. В частности, наибольшего успеха в результате ее реализации добились такие страны Латинской Америки, как Аргентина, Бразилия и Мексика (и в меньшей степени Чили, Уругвай и Венесуэла)⁷⁷.

При этом наиболее мелкие и бедные страны Латинской Америки (Эквадор, Гондурас и Доминиканская Республика) могли внедрить политику импортозамещения лишь в ограниченной степени. Республика Перу имплементировала ее в 1961 г. и сохраняла в той или иной степени до конца XX в.⁷⁸

В рамках реализации политики импортозамещения и в целях повышения ее эффективности государства Латинской Америки приняли следующие меры. Прежде всего в ряде стран была введена агарная реформа для перераспределения доходов внутри самих стран, а также в 1960 г. была создана региональная организация — Латиноамериканская ассоциация свободной торговли (ALALC — https://www.aladi.org/sitioaladi; Российская Федерация с 1995 г. имеет статус страны-наблюдателя), которая в 1981 г. трансформировалась в Латиноамериканскую ассоциацию интеграции, существующую по настоящее время. Целью данной организации было стимулирование гражданского и торгового оборота между странами Латиноамериканском регионе. Взаимодействие между странами Латинской Америки осуществлялось на площадке специальной комиссии при ООН — ЭКЛАК⁷⁹.

В странах Латинской Америки, в которых импортозамещение было наиболее успешно реализовано, оно сопровождалась структурными изменениями в правительстве. На смену старым неоколониальным правительствам пришли более или менее демократические силы. Банки, коммунальные службы и некоторые другие компании, принадлежащие иностранцам, были национализированы или переданы в собственность местным жителям.

Опыт импортозамещения в Иране. Импортозамещение является одним из направлений в рамках доктрины экономики сопротивления (resistance economy), разработанной Ираном в ответ на многочисленные санкционные раунды конца XX в. и начала XXI в. Меры, принятые Ираном в рамках указанной доктрины, можно подразделить на несколько сфер. В частности, иранские специалисты ориентировались, во-первых, на удержание стабильности бюджета, его отвязку от экспорта сырой нефти путем ускоренной отраслевой диверсификации экспорта, во-вторых, на минимизацию эффектов обесценения национальной валюты, в-третьих, на поощрение промобработки и приток иностранных инвестиций, в-четвертых, на развитие связей с новыми партнерами, в том числе для обхода санкций, в-пятых, на обход финансовых санкций, в-шестых, на стимулирование промобработки и инноваций, самодостаточности по инвестиционным товарам и продуктам первой необходимости и, в-седьмых, на сохранение системы распределения бюджетных субсидий для предприятий и домохозяйств⁸⁰. Таким образом, среди ключевых мер, направленных на поддержание гражданского оборота в условиях санкций, в Иране были осуществлены диверсификация источников бюджетной системы, оптимизация расходов в соответствии с доходами, простимулирован запуск множества малых предприятий для развития нефтепереработки и нефтехимии, развернуто поощрение производства и экспорта неподсанкционных товаров и наукоемких услуг (в том числе за счет льгот и нефтяной выручки, накапливаемой в Национальном фонде развития). В сфере поддержки национальной валюты был введен контроль Центробанка над оттоком валюты и капиталов, а также нетарифное ограничение импорта товаров, подлежащих замещению в Иране. Данные меры привели к образованию трех курсов обмена реала — официального (фиксированного), рыночного и специального для экспортеров и импортеров в 2018 г. Как вынужденная мера были предприняты попытки выборочной либерализации рынка, включая внешнеэкономическое взаимодействие, снижены пошлины и отдельные налоги.

Однако, как отмечают современные исследователи, фактическое отсутствие в стране рыночной экономики и актуальных технологий не позволило в полной мере обеспечить потребности товарооборота и избежать инфляции. Также Иран стал переориентироваться в своей внешней политике на так называемых новых партнеров, включая КНР и ОАЭ, взамен европейских стран и США. Были введены параллельный импорт, серый экспорт, а также перевозка нефти в бензовозах и теневых танкерах в масштабах всей Евразии⁸¹. В свою очередь, это привело к полной зависимости иранской экономики от указанных государств и ослаблению переговорной позиции в вопросах экспорта углеводородов. Иранские экономисты старались обеспечить осуществление финансовых операций в обход общепринятых форм. Так, были введены расчеты в валютах третьих стран и экзотическими способами (клиринг, бартер, исламская хавала, наличность), предпринята попытка замещения западных платежных систем национальными, а также легализации криптовалюты. Была осуществлена перенастройка банковской системы (разработан так называемый исламский бэнкинг). Попытались перейти к экономике знаний путем развития инноваций, посредством широкой государственной поддержи. В критически важных секторах было введено субсидирование курса национальной валюты (лекарства, продовольствие, товары АПК), а также внутренних цен на топливо для предприятий и домохозяйств. Была широко развернута бюджетная поддержка населения, включая прямые выплаты, для гарантирования покупательной способности малоимущих и снятия социального напряжения⁸². Указанные меры позволили иранской экономике устоять под многочисленными санкциями и в то же время не привели к искомому развитию и замедлению инфляционных процессов.

Опыт импортозамещения в странах Африки. Политика импортозамещения реализовывалась в различных формах по всей Африке с начала 1960-х до середины 1970-х гг. Ее целью также было создание условий для экономического роста коренных народов в новых независимых государствах. Национальным стимулом для развития патерналисткого регулирования можно считать создание в 1927 г. так называемых общих рынков Восточной и Центральной Африки в британских и французских колониях, в рамках которых была провозглашена важность общих торговых тарифов, направленных на защиту отечественного производства от внешних воздействий и конкуренции⁸³.

Ранние попытки импортозамещения в странах Африканского континента были подавлены колониальной неомеркантилистской политикой 1940—50-х гг., направленной на обеспечение роста за счет экспорта сырьевых товаров в ущерб импорту. Продвижение экспорта в метрополии было основной целью колониальной экономической системы⁸⁴.

В Гане и Нигерии экономический рост происходил за счет коренных общин, которые не имели права голоса в отношении выращиваемых культур (какао, пальмовое масло и т. п.) и сохраняли предельную прибыль от своей сельскохозяйственной продукции⁸⁵. Эта модель также расширила монокультуры, экономика которых была сосредоточена на единственной культуре или природном ресурсе для экспорта. Монокультура была распространена в таких странах, как Сенегал и Гамбия, где на арахис приходилось от 85 до 90% доходов на протяжении 1940-х гг. Эта экономическая модель делала постколониальные государства уязвимыми перед нестабильными экспортными ценами и не способствовала диверсификации экономики. Постколониальные правительства также скептически относились к зависимости от транснациональных корпораций для экономического развития, поскольку они с меньшей вероятностью платили налоги и экспортировали капитал за границу. Таким образом, политика импортозамещения была принята для переориентации африканской экономики на рост и индустриализацию коренных народов⁸⁶.

Неразвитые политические и экономические структуры, унаследованные постколониальной Африкой, создали внутренний стимул для импортозамещения. Этот вектор также способствовал установлению идеологического разрыва национальных правительств от бывших метрополий. Африканские функционеры Кваме Нкрума, Джулиус Ньерере и Леопольд Сенгор прямо отрицали капиталистическое и рыночное хозяйство, провозглашая «свой путь»⁸⁷.

Подтверждением успешности выбранного подхода послужил рост так называемых полугосударственных корпораций с 1960 по 1980 г.⁸⁸ Государственные торговые компании получили контроль над импортно-экспортным бизнесом, а также над рознично-оптовой торговлей⁸⁹, что позволяло постколониальным государствам национализировать отрасли и удерживать прибыль от их производства, а не допускать бегства капитала на Запад через транснациональные корпорации.

Одной из важных вех в трансформации гражданского оборота в условиях импортозамещения было принятие в Танзании в 1967 г. Арушской декларации (Arusha Declaration, суахили — Azimio la Arusha), который послужил основанием для национализации различных промышленных и финансовых предприятий страны⁹⁰.

Таким образом, национализация промышленности в Танзании имела своей целью создание рабочих мест и формирование внутреннего рынка продукции, в то же время государство стремилось сохранить традиционные ценности региона, включая социалистическую идеологию, которая проявлялась, например, в специальных программах сельских поселений так называемых уджамаа (суахили, Ujamaa — Особый африканский путь развития социализма общинного типа при особой роли государства как выразителя коллективной воли народа)⁹¹.

В то время как импортозамещение при африканском социализме позиционировалось как антизападная модель развития, такие ученые, как Энтони Смит, утверждали, что ее идеологические корни исходят из теории модернизации Ростоу, которая утверждает, что приверженность экономическому росту и свободному рыночному капитализму является наиболее эффективным средством государственного развития⁹².

Политика импортозамещения в Кении начала развиваться в условиях государственного капитализма. Том Мбойя, первый министр экономического развития и планирования, стремился создать ориентированный на рост путь индустриализации, даже за счет традиционной социалистической морали⁹³.

Основой для трансформации гражданского оборота в целях реализации политики импортозамещения послужил Сессионный документ Кении № 10 от 1965 г. (African Socialism and its Application to Planning in Kenya). Особая роль импортозамещения отводилась обрабатывающим отраслям⁹⁴. Историки экономики, такие как Ральф Остин, утверждают, что «открытость для западных предприятий и технического опыта привела к более высокому ВНП в Кении, чем в сравнительных социалистических странах, таких как Гана и Танзания». Однако в отчете Всемирного банка МОТ за 1972 г. по Кении утверждалось, что прямое вмешательство государства «необходимо для уменьшения растущего экономического неравенства, возникшего в результате государственного капитализма»⁹⁵.

Таким образом, в африканских государствах, принявших политику импортозамещения, правительство контролировало и управляло ее внедрением. Примером такого контроля является Указ о содействии нигерийским предприятиям (Nigerian Enterprises Promotion Decree, NEPD) 1972 г., поскольку он требовал, чтобы иностранные компании предлагали к реализации местному населению не менее 40% своих акций. Такой подход получил критику в науке, например в лице ученого Дугласа Норта⁹⁶, которому, однако, возражала Ола Олсон⁹⁷.

Неспособность импортозамещения обеспечить достаточный рост индустриализации и общего развития в странах Африки привела к тому, что к началу 1980-х гг. от нее отказались. МВФ и Всемирный банк возложили ответственность за низкие темпы роста на чрезмерный протекционизм в промышленном секторе, пренебрежение экспортом и низкую производительность сельского хозяйства. Указанные организации в качестве решения проблемы импортозамещения предложили реструктуризацию экономики в направлении неолиберальной модели развития, продолжавшейся на протяжении 1980—90-х гг.

Две основные модели импортозамещения в зарубежных странах. В литературе, обобщая применяемые принципы и подходы государственного регулирования оборота в рамках доктрины импортозамещения, выделяют две основные классические модели: латиноамериканскую и восточноазиатскую⁹⁸.

Латиноамериканская модель импортозамещения. Южноамериканские государства считаются пионерами в развитии импортозамещающей экономики. Основной вектор государственного регулирования гражданского оборота был связан с расширением протекционистских мер по поддержке своих производителей товаров, а также с уменьшением взаимодействия с зарубежными странами. Государство сначала делало упор на тарифное регулирование и ограничение импорта путем установления высоких ввозных пошлин. Одним из результатов стало снижение цен на продукцию внутреннего производства. Однако для латиноамериканской модели характерны и нетарифные методы регулирования гражданского оборота. Ярким примером таких мер можно назвать обеспечение доступного потребительного кредитования, а также введение ограничительных мер по отношению к импортированным товарам; кроме того, было принято решение о государственном контроле курса национальной валюты. В то же время государственная монополизация экономики проводилась в стратегических сферах транспорта, промышленности, энергетики и т. п. Для целей промышленного обновления использовались ресурсы, полученные в результате переориентации внутреннего рынка на отечественное производства, а также имитирование ввоза продукции⁹⁹.

Восточноазиатская модель импортозамещения. Второй классической моделью правового регулирования импортозамещения считается так называемая восточноазиатская концепция, характерная для таких стран, как Корея, Китай, Гонконг, Сингапур, Тайвань и др. В отличие от государств Латинской Америки, индустриальные цели достигались не с помощью длительного жесткого протекционизма, а путем наращивания экспортного потенциала стран. Принципиально важной особенностью являлся более короткий период чистого импортозамещения, а политика протекционизма сочеталась с товарной и географической диверсификацией экспорта. Аналогично странам Латинской Америки, здесь стали поднимать легкую и пищевую промышленность. Однако на следующем этапе производство в сфере тяжелой промышленности уже не было замкнуто на внутренний рынок, а ориентировано прежде всего на экспорт, на мировые рынки¹⁰⁰.

Механизмами совершенствования гражданского оборота в целях импортозамещения в рамках восточноазиатской модели являются специальные цивилистические институты, обеспечивающие необходимую инфраструктуру для реализации этой экспортно ориентированной стратегии импортозамещения. В числе таких институтов можно выделить «экспортно-промышленные зоны, таможенное хранение, специальные экономические зоны и систему возврата таможенных пошлин. Государственное регулирование осуществлялось на макроэкономическом уровне путем стимулирования экспорта трудоемкой продукции, в основном с помощью удержания обменных курсов»¹⁰¹. Одной из особенностей восточноазиатской модели являлось стабильное, в том числе гражданское, законодательство, налоговые и таможенные преференции.

Одной из важных инфраструктурных составляющих реализации политики импортозамещения с точки зрения частноправовых институтов было введение возможности принудительного лицензирования в отдельных странах восточноазиатского региона, например в Индии, Китае и Таиланде¹⁰². Особенно ограничение патентной монополии было реализовано в фармакологической сфере.

Сравнение латиноамериканской и восточноазиатской моделей импортозамещения. Если азиатская модель предполагала развитие национальной экономики с преимущественной ориентацией на внешний рынок, то национальная экономика южноамериканских стран (латиноамериканская модель) была ориентирована в большей степени на импортозамещение в целях защиты внутреннего рынка.

Принципиальным отличием латиноамериканской и восточноазиатской систем можно считать длительные меры протекционизма в первом случае, которые впоследствии привели к негативному результату, несмотря на то что изначально позитивно сказались на развитии южноамериканской экономики. Отсутствие и непривычность конкуренции в долгосрочной перспективе ослабили южноамериканский рынок. Кроме того, негативно сказался валютный и финансовый контроль, а также запрет импорта и снижение внешнеэкономического оборота, все факторы, которые способствовали закрытию страны для инвестиционных вливаний извне. Несмотря на мировое лидерство в середине XX в. отдельных государств региона (например, Бразилия лидировала в сферах легкой промышленности), со временем протекционистская политика откатила назад все достигнутые результаты.

Слабой стороной латиноамериканской модели было отсутствие условий для развития реальной конкурентоспособности и упор на меры административной поддержки бизнеса. Неэффективное плановое распределение ресурсов и лоббирование интересов отдельных предприятий способствовали технологическому отставанию стран региона.

Этапы (фазы) импортозамещения в зарубежных странах. Анализируя процесс импортозамещения, ученые обычно выделяют пять фаз (этапов), которые можно рассмотреть на примере Бразилии — единственной страны, реализовавшей все пять фаз данного процесса. На первом этапе происходит сокращение импорта простых потребительских товаров, для чего ресурсы страны и имеющиеся средства используются для создания компаний, требующих небольших технических знаний, в том числе в текстильной промышленности. На втором этапе сокращается импорт некоторых капитальных товаров, например станков. В третьей фазе импортозамещения возрастает роль государства, оно дифференцирует экономику, в частности образованием таких отраслей тяжелой промышленности, как производство цемента (путем создания цементных заводов) или металлургия, которые являются дорогостоящими, но прибыльными в течение нескольких десятилетий. Бразилия в этот период начала экспортировать, так как ее внутренний рынок не мог удовлетворить предложение. На четвертом этапе в стране начинают производиться товары длительного пользования, такие как бытовая техника, электроника для отдыха, автомобили. Затем делается попытка увеличить вес среднего класса, потребляющего эти продукты, и открыть экономику за границей, отдавая предпочтение размещению на местах многонациональных фирм. И наконец, на пятом этапе импортозамещения диверсификация продолжается до тех пор, пока страна не сможет экспортировать; в этой фазе в экономике присутствует высокотехнологичная промышленность, требующая больших инвестиций¹⁰³.

Результаты реализации концепции импортозамещения в зарубежных странах. Положительным эффектом внедрения концепции импортозамещения в ряде стран является проведение их индустриализации. К таким примерам относятся Япония конца XIX — начала XX в., Бразилия с 1930 по 1980 г., (единственная страна, завершившая все пять этапов импортозамещения), многие страны Латинской Америки в 1970-х гг., такие как Аргентина, Мексика, Чили, Венесуэла, Уругвай или Перу, Сенегал, Южная Корея с 1953 по 1961 г.

При этом многие страны, принявшие политику импортозамещения в послевоенные годы, отказались от нее к концу 1980-х гг., сократив государственное вмешательство в экономику и став активными участниками Всемирной торговой организации. Также к середине 1960-х гг. многие экономисты, ранее выступавшие за импортозамещение в развивающихся странах, разочаровались в этой политике и ее результатах.

Стоит также отметить, что достаточно успешным считается опыт восточноазиатских стран (Гонконг, Сингапур, Южная Корея и Тайвань) по применению политики импортозамещения. В литературе отмечается, что именно концепция импортозамещения была фактором их развития и способствовала занятию лидерских позиций в мире. Примером успешной реализации политики импортозамещения и грамотного регулирования гражданского оборота в этой связи можно назвать стратегию Тайваня как представителя восточноазиатской модели. Тайвань постепенно наращивал отечественное производство, не закрываясь от внешних рынков, и со временем стал ориентироваться на экспорт своей продукции.

Роль институтов интеллектуального права в реализации импортозамещения в зарубежных странах. Гражданский оборот зачастую претерпевает в период импортозамещения активную трансформацию. Некоторые институты нуждаются в совершенствовании. Особенно модернизация происходит в отраслях, обеспечивающих инновационное развитие и обмен технологиями. Значительные изменения, направленные на обеспечение импортозамещения, проходит интеллектуальное право. В частности, рассматривая отдельные институты гражданского права, обеспечивающие правовую основу импортозамещения, стоит отдельно остановиться на институтах интеллектуального права — принудительных лицензиях и параллельном импорте как механизмах обеспечения доступа к зарубежным технологиям и инновациям в целях наиболее эффективной реализации целей импортозамещения.

Принудительное лицензирование и параллельный импорт имеют широкий опыт применения в зарубежных странах, особенно для реализации задач импортозамещения. Оба института направлены на ограничение интеллектуальных прав отдельного субъекта в целях обеспечения гармоничного развития национальной экономики.

Принудительное лицензирование направлено на обеспечение потребителей необходимыми товарами без разрешения правообладателей. Фактически это обеспечивает доступ местным производителям к достижениям и инновациям развитых государств и рынков вне зависимости от политической и экономической конъюнктуры. Поскольку для того чтобы местное производство имело возможность самостоятельно обеспечивать потребности местного рынка, в том числе замещать продуктовый и товарный дефицит импортных товаров, необходимо обеспечить доступ местных производителей к технологиям и достижениям. Именно этим целям служит классический институт принудительного лицензирования, который представляется органической составляющей системы правового обеспечения импортозамещения в развитых странах.

Несмотря на то что принудительное лицензирование является одним из способов ограничения интеллектуальных прав, некоторые авторы считают такие меры вполне оправданными как для развитых, так и для развивающихся стран. Так, А. Ю. Иванов приводит в пример СССР и другие социалистические страны при характеристике успешного технологического развития в экономико-правовых системах, не основанных на приватизации знаний и информации через предоставление и охрану так называемых интеллектуальных прав¹⁰⁴.

Так, в Советском Союзе и других социалистических странах технологическое развитие опиралось на планирование и конкуренцию между научными и производственными коллективами, а также отдельными исследователями и разработчиками. При этом массивы знаний и информации не обособлялись и не присваивались конкретными участниками научно-технической деятельности на праве собственности.

Более того, в целом ряде стран первые волны индустриализации и научно-технической революции прошли без института интеллектуальных прав. Например, Швейцария построила химическую и фармацевтическую промышленность, прямо отрицая возможность патентной охраны химических веществ и соединений. В США и Канаде в XIX — начале XX в. действовали жесткие требования по локализации производства запатентованных разработок на территории этих стран, иначе правообладатель лишался правовой охраны¹⁰⁵.

Таким образом, обширная практика применения институтов принудительного лицензирования и параллельного импорта для стимулирования инноваций сформировалась в наиболее развитых странах, прежде всего общего права, в том числе в США, Австралии и т. д. Это обусловлено тем, что в этих странах интеллектуальная собственность носила (и отчасти носит) сугубо утилитарный характер. В соответствии с таким подходом интеллектуальное право охраняется лишь в том объеме, который необходим для обеспечения благосостояния общества¹⁰⁶.

В результате принятия в 2001 г. Дохийской декларации о Соглашении ТРИПС и общественном здравоохранении (Doha Declaration on the TRIPS Agreement and Public Health of 14 November 2001) институт принудительных лицензий получил широкое развитие для защиты внутреннего рынка лекарственных препаратов и импортозамещения в этой сфере.

В настоящее время обязательным условием выдачи принудительной лицензии, установленным ст. 31 Соглашения ТРИПС — Соглашение по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности (Agreement on Trade-Related Aspects of Intellectual Property Rights, TRIPS), является выплата разумной компенсации патентообладателю. Кроме того, выдача принудительных лицензий должна носить неисключительный характер, хотя перечень конкретных случаев ее предоставления не установлен. Упомянуты лишь две потенциальные ситуации: невозможность использовать зависимый патент (усовершенствование) и антиконкурентные практики правообладателя¹⁰⁷.

Опыт зарубежных стран (на примере США) в использовании института принудительного лицензирования как гражданско-правового инструмента реализации концепции импортозамещения. Политика импортозамещения не является специфичной для стран Северной Америки в силу вовлеченности их в мировую экономику и их роль в ней. При этом государственные институты во многом реализуют патерналистскую политику с помощью частноправовых институтов, например через ограничение интеллектуальных прав и легальный параллельный импорт. Таким образом, несмотря на то что США официально не провозглашали курс на импортозамещение, в этом государстве активно применялись некоторые специфичные для данного политического курса институты, ограничивающие частные интеллектуальные права, — принудительное лицензирование и легальный параллельный импорт. Соответственно рассматривая указанные институты, мы тем самым раскрываем особенности правового регулирования импортозамещения в данном регионе.

В США история охраны интеллектуальных прав имеет довольно ограниченный период. Например, до 1980-х гг. было крайне сложно получить патент в этой стране. Впоследствии суды легко могли признать документ недействительным¹⁰⁸. Авторско-правовая охрана также долго строилась по модели свободного использования знаний и информации (режим commons). Начало охраны изобретательских и авторских прав в более полном объеме стоит вести начиная с принятия закона Бэя — Доула (Bayh — Dole Act) в 1980 г. и его последующей адаптации и имплементации в судебной практике в 1990-х гг.¹⁰⁹

Этот акт предоставил федерации так называемое право на вмешательство (right to march-in) в оборот и в отношения частных субъектов, на основании которого государство имело право выдавать лицензии на запатентованные технологии в отдельных случаях. Сфера его реализации, однако, крайне ограничена на практике. В частности, государственные организации считают недостаточным основанием применение данного права на вмешательство в целях уменьшения потребительской цены, если товар, содержащий разработку, в принципе доступен на рынке, но по завышенной цене. Такой подход находит отражение в судебной практике, даже если речь идет о критичных для здоровья медицинских препаратах. В качестве примера в литературе приводится дело о препарате для борьбы со СПИДом Ritonavir (рыночное название Norvir), который подходил под критерии разработки с привлечением федерального финансирования¹¹⁰.

Известными делами в этой сфере являются дело корпорации Abbott Laboratories, которая в 2000 г. повысила цену на один из своих препаратов в целях ограничения конкуренции на другое лекарство. При этом, несмотря на давление фармкомпаний и общественности, Национальный институт здравоохранения отказался реализовать право на вмешательство чтобы избежать так называемого контроля цен. Аналогичный подход был реализован госорганами США в деле об обороте лекарства против болезни Фабри — Mt. Sinai School of Medicine¹¹¹, а также при споре в 2016 г. о противораковом средстве Xtandi, когда Национальный институт опять отказал в выдаче принудительной лицензии¹¹².

Природа принудительного лицензирования относится к дискуссионным вопросам в США. С одной стороны, она считается частным случаем изъятия собственности для государственных нужд (eminent domain)¹¹³. Согласно другому подходу, ст. 1498 (a) — это частная лицензия, которая выдается в пользу государства¹¹⁴. В 2012 г. окружной суд удовлетворил требования компании Zoltek Corporation к США о взыскании компенсации на основании ст. 1498 (a) в связи с тем , что организация Lockheed Martin использовала разработанный истцом метод при проектировании и производстве истребителей F-22 для федерального правительства (Zoltek Corporation vs United States [Fed. Cir. 2012]). Другим примером, ограничивающим принудительное лицензирование, является дело Astornet Technologies, Inc. vs BAE Systems, Inc. (et al. [Fed. Cir. Sept. 17, 2015]), в котором суд посчитал безлицензионное использование изобретения государственным агентством нарушением исключительных прав в соответствии со ст. 1498 (a)¹¹⁵.

«Возможность принудительного лицензирования основывается на доктрине необходимого элемента (essential facilities doctrine), под которой понимается патентоохраняемая разработка, используемая при производстве конкурентоспособного комплексного продукта» (Alaska Airlines, Inc. vs United Airlines, Inc., 948 F. 2d 536, 542 [9th Cir. 1991]; Otter Tail Power Co. vs United States, 331 F. Supp 54, 58 [D. Minn. 1971], 410 U. S. 366 [1973]; MCI vs ATT 512 U. S. 218; 114 S. Ct. 2223; 129 L Ed. 2d 182[1994]). Принудительные лицензии чаще всего выдаются в отношении важных для стандартизации патентов (standard essential patent)¹¹⁶ — «набор технических спецификаций, которым должны соответствовать производимые продукты или процессы»; например, приняты стандарты LTE, Wi-Fi или Bluetooth GSM, UMTS, DVD, Blue-Ray, MPEG и т. д.). Патентоохраняемые технологии могут стать частью этого стандарта, и в данном случае доступ к таким инновациям должен быть открыт всем участникам рынка. Соответственно, предоставление патентной монополии на стандартизированные решения может отрицательно сказаться на конкуренции в отрасли. В таком случае общим подходом является включение так называемых FRAND-обязательств — необходимости выдавать лицензии всем заинтересованным лицам на справедливых (fair), разумных (reasonable) и недискриминационных (non-discriminatory) условиях, нарушение которых может вести к принудительному лицензированию — ограничению патентной монополии. Примером преодоления несправедливых условий патентообладателя можно считать спор Microsoft Corp. vs Motorola Inc., 696 F.3d 872 (9th Cir. 2012). Предметом спора было использование на условиях лицензионного договора запатентованных разработок компании Motorola, включенных в стандарты H.264 и 802.11. Стандарт H.264 охватывает технологии кодирования и сжатия аудио- и видеоинформации. Стандарт 802.11 (Wi-Fi) — набор стандартов связи для коммуникации в беспроводной локальной сетевой зоне частотных диапазонов 2.4, 3.6 и 5 ГГц. Суд посчитал предложенные условия лицензионного договора несправедливыми, а размер роялти завышенным, а также сам определил справедливые максимально возможные отчисления, которые Microsoft должен выплачивать Motorola за использование входящих в стандарт технологий. Стоит отметить, что право США не предусматривает применение данного ограничения исключительных прав к сфере фармацевтики¹¹⁷.

В целом для Североамериканского региона характерно применение международного принципа исчерпания исключительных прав, который является порождением так называемого прорыночного подхода, оформившегося изначально в США, а далее в договоре ТРИПС и реализуемого в рамках Всемирной торговой организации (ВТО — https://www.un.org/ru/wto). По сути, это и есть легальность параллельного импорта на определенных условиях. Интересы развития рынка имеют приоритет над правами авторов и правообладателей, которые, следовательно, могут быть при необходимости легко ограничены. В рамках международного принципа исчерпания права обладателей товарного знака на контроль способов реализации товаров ограничиваются первой продажей таких товаров.

Опыт реализации института принудительного лицензирования в развивающихся государствах. В некоторых государствах, таких как Таиланд, Китай, Индия, в ряде случаев могут применяться меры по ограничению патентной монополии путем применения принудительных лицензий. Справедливости ради необходимо отметить, что в последние годы в подобных государствах такие случаи значительно сокращаются.

Эти патентные меры в данных странах особенно актуальны для фармакологической промышленности ввиду ее недостаточной развитости, а также критической важности для потребительского сектора. Такие меры способствуют широкому распространению так называемых дженериков в данных регионах. Однако ввиду возможного негативного влияния на общее качество обеспеченности качественными медпрепаратами из-за демпинговой политики производителей дженериков даже в указанных странах механизм принудительного лицензирования не получил в них столь широкого распространения.

Одним из последних примеров использования данного правила в Индии была выдача ее патентным ведомством разрешения национальной компании Natco Pharma осуществлять производство препарата Nexavar, использующегося в лечении рака, патент на который принадлежат компании Bayer. При этом основной причиной выдачи таких лицензий был факт того, что правообладатель слишком завысил цены на оригинальный препарат. Однако данный опыт крайне негативно рассматривается индийскими аналитиками и считается скорее отрицательным, поскольку привел в существенным репетиционным издержкам и уменьшению инвестиционной активности в экономику страны. Для индийских государственных институтов и общества это послужило хорошим уроком для более аккуратного ограничения патентных прав. Впоследствии патентное ведомство неоднократно отказывало в выдаче принудительных лицензий на лекарство от рака Dasatinib, а также от сахарного диабета Saxagliptin. В первом случае обоснованием отказа была недостаточная предварительная активность заявителя при попытках получить легальное разрешение от правообладателя — компании Bristol mayers squibb — по общему правилу. Во втором случае ведомство посчитало, что на рынке фармпрепаратов достаточно эффективных аналогов данного медикамента¹¹⁸.

В Индии в целях ограничения патентной монополии правоприменители также используют доктрины общего права, в том числе обосновывающие недобросовестную конкуренцию и злоупотребление доминирующим положением на рынке, например американскую доктрину FRAND-обязательств. Яркий пример использования данной концепции — дело против компании Ericsson в 2013 и 2014 гг.¹¹⁹

Эта теория периодически используется и в других правовых системах, в том числе Китае и Гонконге. Так, Верховный суд Гонконга в деле Huawei vs IDC (2016 г.), указал, что правомерно применение принципа FRAND в случаях, когда сторонам не удается прийти к соглашению касательно условий лицензионного договора в отношении существенного для стандарта патента¹²⁰.

В марте 2016 г. СМИ стало известно о неофициальном обещании индийских властей Торговому представителю США не выдавать больше принудительных лицензий на фармпрепараты. В последующем министр торговли Индии выступил с опровержением данной новости. Но, как бы то ни было, факты говорят сами за себя: принудительные лицензии в Индии после 2012 г. не выдавались.

Не слишком удачным оказался и опыт использования принудительного лицензирования Таиланда. Лицензия была выдана на антиВИЧ-препарат Kaletra (патентообладатель — компания Abbot Laboratories). Патентообладатель отреагировал на подобные действия отзывом заявок на одобрение семи новых лекарств. Представители компании отметили, что Таиланд нарушает патентные права, в связи с чем они отказываются реализовывать на его территории ряд новых препаратов¹²¹.

Результаты модернизации гражданского оборота в условиях импортозамещения в зарубежных странах. Несмотря на все рассмотренные выше положительные эффекты от импортозамещения, в том числе касающиеся проведения индустриализации в Японии в конце XIX — начале XX в., в странах Латинской Америки в 1970-х гг., в Сенегале и Южной Корее с 1953 г. по 1961 г., данная концепция просуществовала в данных государствах недолго. Так, многие страны, принявшие политику импортозамещения в послевоенные годы, отказались от нее к концу 1980-х гг., сократив государственное вмешательство в экономику и став активными участниками Всемирной торговой организации.