Владимир Кожевников
Наблюдатель жив

Пролог Последняя петля

Год 2046. Москва. Центр когнитивной физики им. Ландау.

Доктор Алексей Вяземский сидел в тишине, окружённый десятками экранов, мерцающих в полумраке лаборатории. Запах перегретого пластика, лёгкий озоновый шлейф от ионных фильтров и металлическая нотка кабелей наполняли воздух. Пространство будто затаило дыхание – лишь гудение стабилизаторов под полом и едва уловимый шорох охлаждающих вентиляторов напоминали, что машина жива. Вяземский чувствовал, как спинка кресла чуть вибрирует от электромагнитных импульсов, проходящих сквозь контуры станции. На главном экране – окно квантовой камеры наблюдения. Пустое, но наполненное ожиданием.

Лаборатория была почти тёмной, освещённой лишь пульсирующим свечением панелей. Где-то вдалеке, за бетонными стенами, глухо раскатывался гром – далёкая гроза над Тверской, или просто сбой в электромагнитных катушках. Из потолочных динамиков раздался автоматический голос: "Внимание: стабильность нарушена. Внимание: стабильность нарушена", – прежде чем снова уступить место тишине. Запах озона и перегретой изоляции витал в воздухе, напоминая о сотнях часов, проведённых в этих стенах. Станция жила приглушёнными звуками: гудением стабилизаторов, ритмичными щелчками охлаждающих контуров, едва слышным тиканием механического хронометра – почти анахронизма в этом мире абсолютной точности.

Но Вяземский знал, что внутри камеры – он сам. Точнее, один из бесчисленных «он».

– Подтверждение суперпозиции субъекта в камере наблюдения, – произнесла ассистентка Линь, не поднимая головы от интерфейса. Голос её звучал устало, но ровно – как у человека, привыкшего смотреть на грань возможного и невозможного.

Алексей кивнул, хотя всё уже было сделано. Осталось лишь зафиксировать результат: выживет ли наблюдатель, который видит, или тот, который погибает – в этой версии реальности?

Он нажал кнопку активации. Камера мигнула. Результат был…

…неоднозначным.

Глава 1 Теория выжившего взгляда

Квантовое бессмертие было больше гипотезой, чем технологией. Вяземский вёл исследования с 2038 года, когда его коллега по ЦЕРН, доктор Мишель Дюваль, погиб в неудачном эксперименте по интерференции сознания и полей вероятности. Позднее Вяземский находил следы: будто Дюваль не исчез, а продолжал существовать в другом варианте, – только для одного наблюдателя: себя самого.

Научная статья Вяземского «Суперпозиция сознания и наблюдателя как базис квантового бессмертия» произвела фурор. Но больше – страх. Что, если сознание действительно не может «умереть»? Что, если оно просто просыпается в той ветви, где смерть не наступила?

– Но это же кошмар, – однажды сказала Линь. – Это не жизнь. Это вечный бег от смерти.

Вяземский смотрел в окно. За ним мерцал вечер, и машины ехали по улицам, как фотоны в лазерной ловушке.

– Это и есть наблюдатель, – сказал он. – Выживает не тело. Выживает взгляд.

Глава 2: Машина не-выбора

Экспериментальная установка называлась Q-решётка. Её суть была проста и ужасающа: в запечатанной камере находился потенциально смертельный детектор, запускающийся с вероятностью 50%. Камера была экранирована от всех внешних наблюдателей, кроме одного – субъекта внутри.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.