Иван Радзимич
Энциклопедия человеческих слабостей и уязвимостей. Бесконечный черновик

Глава 1. Любовь

Если бы меня спросили, что делает нас по-настоящему уязвимыми, я бы не стал говорить о страхе смерти или физической боли. Я бы сказал – любовь. Эта штука, которая одновременно поднимает нас к звездам и швыряет лицом в грязь. Наша самая высокая гора и наша самая глубокая впадина. И каждый из нас, кто прожил достаточно, побывал и там, и там.

Любовь – это главный источник нашего роста над собой. Ради неё мы становимся лучше, сильнее, добрее. Мы учимся отдавать, не считая, заботиться, не требуя благодарности, прощать то, что раньше казалось непростительным. Любовь заставляет нас вылезать из скорлупы собственного эго и открывать в себе такие глубины, о которых мы и не подозревали.

Но в этом же и наша главная уязвимость.

Парадокс открытости

Когда мы любим, мы становимся невероятно уязвимыми. Мы отдаем другому человеку власть над нашим настроением, нашими планами, нашим представлением о себе. Одно неосторожное слово от любимого может разрушить нас сильнее, чем злые выпады всех остальных вместе взятых.

Помните это чувство, когда вы впервые сказали "я тебя люблю" и ждали ответа? Эти секунды растягивались в вечность. Весь мир сжимался до размеров этого момента. И если в ответ звучало не то, что хотелось услышать – казалось, что рушится всё.

Слепота влюбленности

Любовь делает нас избирательно слепыми. Мы перестаем видеть очевидные недостатки партнера, игнорируем красные флаги, оправдываем то, что никогда не простили бы другим. "Любовь зла" – говорит народная мудрость, и в этом есть горькая правда. Мы влюбляемся не в реального человека, а в свою проекцию, в то, кем хотим его видеть.

А потом приходит отрезвление. И оказывается, что человек рядом – не тот идеал, в которого мы влюбились. Он обычный, со своими тараканами, привычками, которые раздражают, и чертами характера, которые мы старательно не замечали.

Зависимость от другого

В любви мы становимся наркоманами. Присутствие любимого – наш наркотик, его отсутствие – ломка. Мы начинаем строить свою жизнь вокруг другого человека, и постепенно теряем себя. Наши интересы, друзья, мечты отходят на второй план. Мы живем его настроением, его планами, его одобрением.

И когда этот человек уходит – а рано или поздно это случается почти с каждым – мы обнаруживаем, что остались в пустоте. Кто мы без него? Что нас интересует? О чем мы мечтаем? Мы забыли.

Неизбежность потери

Самая жестокая правда о любви – она временна. Даже если нам повезет, и мы проживем с одним человеком всю жизнь, один из нас все равно уйдет первым. Каждый раз, влюбляясь, мы заранее подписываем себе приговор к будущему страданию.

Мы это знаем. Где-то в глубине души мы понимаем, что все кончится. И именно это знание порождает панический страх остаться одному. Мы цепляемся за отношения, которые уже мертвы, терпим то, что причиняет боль, лишь бы не остаться в одиночестве. Этот страх делает нас готовыми на унижения, на предательство собственных принципов.

Мы боимся не столько потерять конкретного человека, сколько остаться без любви вообще. Нам кажется, что вторых шансов не будет, что это была наша единственная возможность быть счастливыми. И потому мы живем в постоянном напряжении, считывая каждый жест, каждую интонацию, ища признаки надвигающегося конца.

Парадокс в том, что наш страх потерять любимого часто и становится причиной его ухода. Своей тревогой, контролем, попытками удержать мы отталкиваем того, кого боимся потерять.

Цена безответности

А еще есть безответная любовь – наверное, самая болезненная из всех человеческих уязвимостей. Когда твоё сердце разрывается от чувств к тому, кто видит в тебе в лучшем случае хорошего друга. Когда каждое его слово ты анализируешь в поисках намека на взаимность. Когда его улыбка, предназначенная не тебе, причиняет физическую боль.

Безответная любовь учит нас главному уроку смирения: мы не можем заставить другого полюбить нас. Как бы мы ни старались, как бы ни меняли себя – сердце не подчиняется логике.

Ревность как яд

С любовью приходит и её тёмная сестра – ревность. Мы начинаем видеть угрозы там, где их нет. Каждый взгляд любимого на другого становится предательством. Каждая его улыбка, адресованная не нам, – ножом в спину. Ревность превращает нас в детективов, собирающих улики несуществующих преступлений.

И самое страшное – ревность часто становится самоисполняющимся пророчеством. Своими подозрениями и упреками мы отталкиваем того, кого боимся потерять.

Компромиссы и самоотречение

Любовь заставляет нас менять себя. Иногда – к лучшему, но часто – ценой потери собственной личности. Мы подстраиваемся под вкусы партнера, меняем привычки, даже убеждения. Делаем это добровольно, из желания понравиться, быть ближе.

Но где граница между здоровыми компромиссами и самоотречением? Когда мы перестаем быть собой и становимся тем, кем, как нам кажется, нас хотят видеть?

Иллюзия единения

В моменты близости нам кажется, что мы полностью понимаем друг друга. Что мы – одно целое, две половинки одной души. Эта иллюзия прекрасна и необходима, но это всё же иллюзия. Мы остаемся двумя отдельными людьми со своими внутренними мирами, которые никому не открываются полностью.

И когда эта иллюзия рассеивается – а она рассеивается всегда – мы чувствуем себя обманутыми. Оказывается, тот, кого мы любим, во многом остается для нас загадкой.

Память как пытка

Даже когда любовь заканчивается, она не отпускает. Воспоминания всплывают в самые неожиданные моменты. Знакомый запах, мелодия, случайно увиденный силуэт на улице – и мы снова там, в тех счастливых или болезненных моментах.

Память о любви может быть и благословением, и проклятием. Она согревает в одиночестве, но не дает двигаться дальше. Мы сравниваем каждого нового человека с тем, кого уже нет рядом, и никто не выдерживает этого сравнения.

Любовь – это русская рулетка эмоций. Каждый раз, открывая сердце, мы рискуем получить пулю. Но продолжаем играть. Потому что те моменты, когда в барабане оказывается пустая гильза, – те моменты настоящего счастья, понимания, близости – стоят всех страданий.

Мы любим не потому, что это безопасно. Мы любим несмотря на то, что это опасно.