Злата Машкова
Сказка о злом маге

Пролог.

О Злобном Маге и его Безобразиях

Давным-давно, в землях, где леса шептали сказки, а реки пели мелодии, обитал маг. Но не такой, каких рисуют в волшебных книгах, с доброй улыбкой и мудрым взглядом. Нет, этот был совсем другим. Он был злобным магом, чье сердце, казалось, заплесневело от дурных помыслов.

Звали его, к слову, Горлок. Имя, словно камень, отскакивало от добрых ушей и оставляло горькое послевкусие. С виду молодой парень с вороньем крылом волосами и с изумрудными глазами, усы словно кисти винограда. Горлок был истинным подлецом. Он не брезговал никакими пакостями, и чем они были мельче и противнее, тем больше удовольствия они ему доставляли.

По утрам, когда солнце только начинало ласкать землю, Горлок уже был на ногах, готовый к своим грязным делам. Он крался по деревенским улочкам, ища легкую добычу. Ох, сколько подножек он подставил беспечным прохожим! Сколько криков и ругательств в свой адрес он слышал, и каждый из них был для него, как сладкая музыка. После каждой такой шалости Горлок заливался хохотом, таким противным и резким, что даже вороны на соседних деревьях недовольно каркали.

Но это были лишь мелкие развлечения. Для души, так сказать. Основным же его развлечением было терроризировать бедные стада овец. Он любил выскакивать из-за кустов, размахивая своими тощими руками и издавая дикие вопли. Бедные овечки, подпрыгивая от испуга, разбегались в разные стороны, а Горлок, хватаясь за живот от смеха, с удовольствием наблюдал за их паникой.

Но и этого ему было мало. Он воровал! Причем не золото и драгоценности, а самые обычные куриные яйца. Забирался ночью в курятники, грабил бедных несушек и, унося свой трофей, потирал руки от предвкушения. На завтрак он жарил себе целую гору яичницы, смакуя каждое украденное яйцо.

Но апофеозом его низости было поедание королевских блюд! Король Эриан из королевства Элисон, правивший этими землями, был большим гурманом и любил устраивать пышные пиры. И вот, когда все блюда были уже готовы, а гости вот-вот должны были прибыть, Горлок внезапно появлялся, как черт из табакерки, и с жадностью набрасывался на угощения, предназначенные для короля. Он чавкал, хлюпал, облизывал пальцы и уплетал за обе щеки, не обращая внимания на недовольные взгляды слуг и гневные крики поваров. И, наевшись до отвала, он с довольным видом покидал пиршество, оставляя за собой лишь объедки и разочарование.

Так и жил Горлок, злобный маг, чьи дни были наполнены мелкими пакостями, грязными шутками и абсолютной бессовестностью. Он был, без сомнения, тем ещё подлецом, и жители тех земель знали, что с приходом ночи надо запереть все двери, ведь с восходом солнца Горлок обязательно придумает очередную гадость. И никто не знал, что же дальше придумает этот злобный маг и как долго еще продлится его правление зла.

Глава 1. Молнии и Рыжие Косы

Однажды, когда луна щедро напоила ночь серебряным светом, Горлок, перебрав со странным, шипучим зельем (говорят, из секретного подвала эльфов), вышел на улицы города. Пошатываясь и напевая хриплым голосом какую-то бессвязную мелодию, он блуждал между домами, словно нетрезвый призрак. Его посох, обычно используемый для подножек и тыкания в овец, в этот раз неистово выстреливал молниями. Искры метались, как ненормальные, врезаясь в ставни, почтовые ящики и даже в памятник местному герою, отчего тот на мгновение становился похож на дикобраза.

Жители, перепуганные до смерти, сидели, забившись по углам своих домов. Никто не осмеливался даже выглянуть в окно, боясь стать мишенью для магических разрядов. Казалось, что сам гнев богов обрушился на их тихий городок.

И вот, когда Горлок, размахивая руками, в очередной раз выстрелил молнией в небо, что-то пошло не так. Магия, как опьяневший капризный зверь, вышла из-под контроля. Разряд, вместо того чтобы раствориться в небесах, развернулся и ударил прямо в самого мага! Горлок, словно подкошенный, рухнул на мостовую, вокруг него заклубился дым, а в воздухе запахло горелой шерстью и… подгоревшими блинчиками.

Очнулся он в странной, но уютной комнате. Голова гудела, словно в ней поселился рой сердитых пчел. Она была туго перебинтована, а от странного запаха лечебных трав немного мутило. Горлок, оглядевшись, заметил, что лежит на мягкой кровати, а рядом на стуле сидит девушка. Её длинные, рыжие волосы, словно пламя, струились по плечам, а лицо было усыпано веснушками, как россыпью золотых монеток. Её глаза, цвета осенней листвы, смотрели на него с легкой тревогой и… добротой.

То ли напиток еще не покинул его мозг, то ли ее нежный вид так повлиял на него, но сердце Горлока забилось, как испуганный воробей. Никогда раньше он не испытывал ничего подобного. Он почувствовал, как что-то перевернулось внутри, словно перевернули страницу старой, пыльной книги. Впервые за долгое время он почувствовал себя не злобным магом, а… неловким мальчишкой.

Резким движением он сел, и голова снова закружилась. Забыв о боли, он, на дрожащих коленях, опустился на пол рядом с девушкой. Зашарив в кармане своего потрепанного плаща, он выудил старое, потемневшее кольцо. Это была единственная ценность, которую он не украл, и которая непонятно зачем всегда была при нем.

"Выходи за меня!" – выпалил Горлок, и его слова прозвучали как гром среди ясного неба.

Девушка, немного удивленная такой стремительностью, нежно улыбнулась. Ее улыбка была такой теплой и ласковой, что Горлок на миг забыл, как дышать.

"Великий злобный маг Горлок," – произнесла она, и от этих слов сердце мага подскочило в груди. Никто никогда не называл его великим. – "Я благодарю вас за предложение, но, увы, я откажусь".

Сначала Горлок остолбенел, услышав свое имя с титулом, а потом просто замер, не понимая, что происходит. Ему отказали? Ему, злобному магу, отказали! Это было настолько невероятно, что он даже забыл о головной боли.

Горлок, ошеломленный отказом, не мог найти слов. Он всегда считал, что все на свете продается и покупается, особенно за золото. И уж тем более, что такая обычная крестьянка, не устоит перед его щедрым предложением.

"Я дам тебе все драгоценные камни, жемчуга, золото, лишь бы ты вышла за меня!" – выпалил он, пытаясь спасти ситуацию, и при этом, отчаянно жестикулируя. Он представил горы золота, сверкающие камни, усыпающие ее ладони, и искренне не понимал, почему она все еще отказывается.

Но девушка снова улыбнулась, ее взгляд был полон какого-то лукавства, и он не мог понять, что она задумала. Ее веснушки, казалось, танцевали на ее щеках.

"Мне не нужны драгоценности," – ответила она, качнув головой, – "а лишь ваши злобные пакости".

Горлок чуть не подавился слюной. Его пакости? Да он был в этом деле мастером! Он с гордостью выпятил грудь, вспоминая все свои "подвиги": подножки, испуганные овцы, ворованные яйца, да даже злосчастные королевские блюда. Но слова девушки его неприятно кольнули.

"Ваши пакости не достаточны для злодеяния," – она говорила с такой уверенностью, что Горлок почувствовал себя каким-то начинающим шутом, – "это даже ребёнок сможет сделать".

Эти слова, словно ледяной душ, заставили его проснуться. Он, конечно, был злобным магом, но никогда не задумывался о масштабе своих действий. Неужели он действительно так жалок?

"Так скажи мне, что я должен сделать?" – с внезапной решимостью спросил он, его голос был уже не таким самоуверенным, как прежде. Он был готов на все, лишь бы доказать этой рыжей девушке, что он – настоящий злодей, а не просто мальчишка-хулиган.

Она нежно улыбнулась и взглянула вдаль, за окно, где на горизонте виднелись высокие башни королевского дворца. Ее глаза, казалось, светились каким-то хитрым огоньком.

"Укради королевский пирог и раздай всем жителям города, чтобы самому королю не досталось!" – прозвучал ее ответ, и Горлок, с открытым ртом, смотрел на нее.

Украсть пирог? Это было слишком просто, он же воровал целые блюда! Но раздать всем? Чтобы самому королю ничего не досталось? Этого он никогда не делал. Зачем кому-то раздавать, если можно съесть самому?

"Это же… это же…" – Горлок не мог подобрать слов. Он был в полном замешательстве, "неужели обычная крестьянка такая умная?"

Впервые в жизни он понял, что не все меряется в золоте и драгоценностях. Впервые он понял, что настоящая пакость, возможно, заключается не в мелких шалостях, а в чем-то большем, в чем-то таком, что заставит короля съедать свои локти от досады, а не от обжорства. И это новое понимание, зажгло в его душе искру чего-то, чего раньше не было – азарта.

"Но я не хочу быть героем!" – проворчал Горлок, нахмурив брови. Идея раздавать пирог кому-то казалась ему совершенно нелепой. Он же злобный маг, а не какой-то там благодетель. Геройство было не его стихией, как и делиться чем-либо. Он был убежден, что каждый должен сам добывать себе еду, а не ждать подачек.

Девушка, заметив его замешательство, снова улыбнулась. Но на этот раз в ее улыбке чувствовалась какая-то мудрость. Она, казалось, читала его мысли, как открытую книгу.

"Наш король Эриан – гурман," – начала она, при этом, продолжая следить за его реакцией, – "и он на свое день рождение сам будет есть этот огромный пирог и не будет со всеми делиться. Он считает себя выше всех, поэтому не считает нужным это делать. Так почему бы не раздать его остальным людям, чтобы король еще сильнее разозлился и еще сильнее обиделся на вас? Он будет в ярости, понимая, что его праздничный пирог, вместо того, чтобы радовать его самого, достался простым смертным. Разве это не настоящая пакость?"

Ее слова были подобны удару грома. Горлок никогда не смотрел на свои пакости с такой стороны. Он привык, что все его злодеяния приносили удовольствие только ему. А тут… тут был совершенно новый уровень низости. Идея лишить короля пирога, а главное, чтобы он из-за этого еще и бесился, была до ужаса привлекательной. Она была не просто подлой, а какой-то утонченной, словно изысканный десерт, приправленный ядом.

Девушка, увидев его замешательство, нежно провела пальцем по его щеке. Это был неожиданный жест, но Горлок, почему-то, не отшатнулся.

"Это не героизм," – прошептала она, глядя ему прямо в глаза, – "это изысканное злодейство. Король, который никогда не делится с другими, останется ни с чем, и все это из-за тебя. Разве это не достойно истинного злобного мага?"

Маг понял. Это был не просто приказ, а вызов. Это был спор, в котором он должен доказать этой рыжеволосой девушке, что он не слабак, что его пакости могут быть не только примитивными, но и утонченными, по-настоящему обидными. Этот вызов задел его гордость и заставил его сердце биться с новой силой.

"Договорились!" – с решимостью произнес Горлок, выпрямившись во весь рост. Он чувствовал, как внутри него просыпается азарт. Он даже не заметил, что впервые, за долгое время, его сердце не было переполнено злобой, а какими-то новыми, незнакомыми чувствами.

И пока он думал о плане кражи и раздачи пирога, он краем глаза увидел, как девушка, хитро улыбаясь, подмигивает ему. Теперь он был уверен, что эта рыжая бестия не так проста, как кажется. И это его лишь подзадоривало.

Глава 2. Пирог Гигантов и План Мага

Ночь опустилась на город, укрыв его черным, бархатным покрывалом. Горлок, оставив позади уютную комнатку и рыжеволосую девушку, прокрался во дворец. Он, словно тень, скользил по коридорам, петляя между спящими стражниками, уклоняясь от лунного света, пробивающегося сквозь узкие окна.

Он был удивлен, что все было так легко. Его обычные мелкие пакости не были такими уж и мелкими в сравнении с этим. Он чувствовал себя каким-то вором-новичком, который впервые решил ограбить банк.

Наконец, он добрался до кухни. Огромное помещение, с блестящими медными кастрюлями и сверкающими ножами, сейчас было пустынно и тихо. Но посреди всего этого великолепия, на огромном столе, стояло нечто, от чего у Горлока отвисла челюсть.

Это был пирог. Нет, не пирог, а ПИРОГ. Громадный, словно целая гора, и с виду такой аппетитный, что даже у самого злобного мага потекли слюнки. Его корочка была золотистой и блестящей, а аромат, исходящий от него, был настолько сильным, что казалось, будто он может захватить весь дворец.

Горлок, обходя пирог со всех сторон, не мог поверить своим глазам. Он никогда не видел ничего подобного. По его самым скромным подсчетам, хватило бы этого пирога на всю деревню.

"Неужели этот пирог сам съест король? Да он же лопнет!" – пробормотал он себе под нос, качая головой. И эта мысль, как ни странно, вызывала в нем не злорадство, а скорее недоумение. Королевская обжорство казалось ему каким-то диким и бессмысленным.

Но потом он вспомнил про девушку с рыжими волосами, про ее хитрость и лукавство, и про то, что он должен доказать ей, что он – настоящий злодей. Он тряхнул головой, отгоняя невольные мысли о том, что, может, и не стоит так поступать с пирогом. Это всего лишь пирог, он его украдет, и всем будет хорошо. Ну, почти всем.

В его голове начал зарождаться план. Он не собирался просто унести пирог и раздать его. Нет, это было бы слишком просто и скучно. Он хотел сделать что-то такое, что запомнится всем надолго. Что-то такое, что разозлит короля до самых костей.

Он огляделся по сторонам, осматривая кухонную утварь. Его взгляд упал на тележку с колёсами, стоявшую в углу. И в этот момент в его голове возникла идея, дерзкая и коварная, как он сам. Его губы растянулись в зловещей улыбке, и глаза засверкали от предвкушения.

"Ну что ж, пирог," – прошептал Горлок, потирая руки, – "ты еще не знаешь, какая участь тебя ждет". И с этими словами он приступил к реализации своего плана, который обещал стать самым грандиозным злодеянием в его жизни.

План Горлока был прост, как всё гениальное, и столь же безумен, как и он сам. Запрыгнув на тележку, он начал толкать её с такой силой, что колёса с визгом заскользили по мраморному полу кухни. Огромный пирог, как неуправляемая гора, начал раскачиваться на тележке, словно корабль во время шторма.

Вырвавшись из кухни, Горлок начал свое безумное пирожное путешествие по дворцу. С каждым виражом, пирог раскачивался все сильнее, и его сладкий аромат наполнял коридоры, поднимая тревогу у спящих стражников.

Горлок, как сумасшедший гонщик, мчался вперед, и когда стражники, в непонятках, выбегали наперерез, он метко бросал куски пирога прямо в них! Куски пирога летели в разные стороны, прилипая к броне, лицам и даже к стенам, словно какой-то мучной обстрел. Стражники вскрикивали от неожиданности, качались из стороны в сторону, пытаясь отлепить от себя этот сладкий снаряд, и в недоумении смотрели, как безумный маг, с криками и смехом, скрывается вдали.

Подъезжая к воротам, Горлок не стал церемониться. Он просто выбил их пирогом. С громким треском они рухнули, открыв путь к городу.

Очутившись на улицах, Горлок, вдохнув свежий ночной воздух, заорал во все горло: "Пожар! Пожар!"

Его крик, словно сирена, разбудил спящий город. Жители, в пижамах и ночных колпаках, повыскакивали из своих домов, напуганные и растерянные. Они ожидали увидеть огненные языки пламени, но вместо этого, их встретил безумный маг с тележкой, полной пирога.

И тут началось настоящее безумие. Горлок, словно артиллерист, принялся швырять пирогом в горожан. Куски пирога летели во все стороны, попадая в окна, крыши, на головы прохожих. Люди, в недоумении, пытались поймать летающие куски, кто-то смеялся, кто-то негодовал, но все были в полном замешательстве.

"Берите, люди! Король жадничает, а у нас пирога на всех хватит!" – кричал Горлок, между бросками, хохоча во всё горло. Его глаза горели азартом, а его лицо было испачкано кремом и крошками. Он, казалось, получал искреннее удовольствие от этого абсурдного представления.

И город, из испуганного, превратился в хаотичное, но довольное место. Люди, забыв про пожар, начали ловить летающие куски пирога, и в воздухе запахло не только сладостью, но и весельем. По улицам бегали дети, вымазанные пирогом, взрослые улыбались, вытирая крем со своих лиц, и даже ворчливые старики, в итоге, не удержались и начали уплетать пирог за обе щеки.

А Горлок, стоя на своей тележке, как король безумия, наблюдал за этим хаосом, чувствуя себя самым счастливым и, да, по-настоящему злобным магом в мире. Впервые в жизни он не просто делал пакость, а творил настоящее волшебство, даря людям радость, пусть и таким странным, пирожным способом.

Тем временем, во дворце царил настоящий ад. Король Эриан, проснувшись от шума и узнав о происходящем, был в бешенстве. Его лицо, и без того багровое от обжорства, налилось кровью, словно спелый помидор. Он топал ногами, размахивал кулаками и кричал так, что стены дворца дрожали.

"Этот наглец! Этот злодей! Он ответит за это!" – вопил он, то и дело сплевывая слюну. Глядя на разгромленную кухню и на следы пирожного хаоса, он был готов разорвать Горлока на мелкие кусочки.

Приказ о поимке злодея был отдан немедленно. Стражники, забыв про страх, но помня про вкус пирога, с удвоенным рвением бросились на поиски беглого мага.

Но Горлок уже был далеко. Он, довольный и счастливый, добрался до домика рыжеволосой девушки. Его одежда была вся в крошках и креме, но он светился от радости, как начищенный самовар. В руках он держал украшение с верхушки того самого пирога – это был искусно сделанный карамельный цветок, с мелкими золотыми листочками.

Задыхаясь от бега и от переполнявших его эмоций, он вручил этот хрупкий карамельный цветок девушке.

"Я выполнил твою просьбу," – проговорил Горлок, его голос дрожал от волнения, – "теперь ты выйдешь за меня?"

Девушка, как всегда, нежно улыбнулась. Ее взгляд был полон какого-то лукавства, и ее веснушки, казалось, танцевали от удовольствия.

"Вы выполнили мою первую просьбу," – ответила она, выделяя слово "первую", – "теперь вы должны выполнить мою вторую просьбу".

Горлок снова замер, удивленный и немного разочарованный. Неужели он опять что-то сделал не так? Он же выкрал пирог, он раздал его всем жителям города, он даже швырялся им! Что же еще ей нужно от него?

"Вторую просьбу?" – пробормотал он, чувствуя себя каким-то учеником, которому снова задали домашнее задание. Он же был злобным магом, а не каким-то мальчиком на побегушках. Но в то же время он ощущал, что готов на все ради этой девушки.

Он с нетерпением ждал ее слов, гадая, какое же еще безумное задание она ему приготовила. И он был уверен, что она не оставит его без сюрприза.

Горлок понимал, что его приключения только начинаются, и этот карамельный цветок, который он держал в руках, был лишь началом его пути к сердцу рыжеволосой красавицы. И пока он гадал о ее следующей просьбе, где-то вдали, король, разъяренный и униженный, клялся отомстить ему за все свои злоключения.

Глава 3. Казна и Скупой Король

"О-хо-хо, ладно," – вздохнул Горлок, принимая поражение, – "что еще ты хочешь?". Его голос звучал устало, но в то же время в нем сквозило нескрываемое любопытство. Он уже привык к неожиданностям и был готов ко всему.

Девушка, улыбаясь, словно солнышко в ясный день, произнесла: "Украдите всю казну и раздайте всем жителям!".

Горлок, услышав ее слова, чуть не поперхнулся воздухом. "Что-о-о?" – выдохнул он, глядя на нее с нескрываемым ужасом. Это была не просто пакость, это было… это было настоящее безумие! Украсть казну? Это же не пирог какой-то, который можно было просто выхватить и убежать. Казна – это было золото, драгоценности, целые горы монет! Это означало войну с целым королевством!

"Я же не герой!" – запротестовал он, размахивая руками. Он был злобным магом, а не каким-то Робин Гудом. Он делал пакости ради пакостей, а не ради благотворительности!

Девушка, заметив его замешательство, хитро улыбнулась. "Наш король не только гурман, но и очень скуп!" – пояснила она. – "Он копит свое золото, не считая нужным делиться им с людьми. Он считает, что все блага должны принадлежать только ему. Разве это не ужасно? А вы, как злобный маг, должны сделать так, чтобы он лишился всего, что ему так дорого!".

Горлок задумался. Он вспомнил, как король на пирах объедался в одиночку, как он никогда не делился с народом своими богатствами. Он всегда считал себя выше других, недостойных его благосклонности. И идея лишить его всего этого добра, показалась Горлоку на удивление привлекательной. Это было не просто украсть, а по-настоящему унизить его, разозлить до глубины души. И это было то, что соответствовало его понятию о настоящей злобной выходке.

Он потер подбородок, обдумывая этот новый вызов. Ему уже не так сильно хотелось жениться на этой рыжеволосой девушке, как хотелось пойти наперекор королю и осуществить эту безумную затею. Внутри него проснулся азарт, и он был готов приступить к новому заданию.

"Хорошо," – сказал он, с решимостью в голосе, – "я украду его казну. Но чтобы ты знала, это ради мести, а не ради каких-то там добрых дел!"

Девушка постукивая пальцами по столу улыбкой на лице, словно знала, что он так и скажет. И Горлок понимал, что его ждет не только новое приключение, но и новый урок, в котором он должен доказать, что может быть не только злобным, но и достаточно коварным и умным. И пока он обдумывал план кражи королевской казны, где-то в королевском дворце, скупай и разъяренный король, придумывал новый способ его поймать.

Ночь снова опустилась на город, окутав его мраком и тайнами. Горлок, как опытный вор, пробрался во дворец, избегая стражей, как призрак. Его целью была королевская казна, и он, словно магнит, был притянут к ней жаждой приключений и желанием доказать свою злобную сущность.

Добравшись до заветного места, он отворил дверь в сокровищницу и… застыл в изумлении. Его рот открылся так широко, что, казалось, стая мух могла бы с легкостью залететь внутрь, не встретив никакого сопротивления.

В казне было столько золота, что казалось, будто он попал в пещеру, где солнечный свет навечно застыл в желтом металле. Горы монет, блестящие слитки, сундуки, полные драгоценностей, все это сверкало и переливалось, ослепляя глаза. Горлок никогда не видел ничего подобного. Даже его тайные запасы ворованных яиц и мелких безделушек, казались жалкими и ничтожными в сравнении с этим великолепием.

"Сколько здесь золота," – пробормотал он, ошарашенно качая головой. Он подошел к одной из гор монет и сгреб пригоршню, любуясь тем, как золото струится сквозь пальцы. "Даже у меня все слишком скромно!" – с сожалением произнес он, понимая, что все его предыдущие пакости, по сравнению с богатством короля, были лишь детскими играми.

Зависть пронзила его сердце, как острый кинжал. Он никогда не стремился к богатству, довольствуясь своими мелкими кражами. Но сейчас, видя такое обилие золота, ему захотелось присвоить все это себе. Но он тут же вспомнил о рыжеволосой девушке, о ее просьбе и о том, что должен доказать ей, что он истинный злодей. И это его остановило.

Поборов соблазн, Горлок начал обдумывать, как осуществить кражу. Он понимал, что не сможет унести все это золото за один раз, ему понадобится помощь. Он огляделся по сторонам, прикидывая, как вытащить все это богатство из дворца, не подняв при этом тревоги. Его взгляд остановился на больших, напольных гобеленах, что украшали стены. У него созрел новый план, столь же безумный, как и все предыдущие.

И пока он разрабатывал новый план, где-то в королевских покоях король, в своей ярости, выл, как раненый зверь, и придумывал новые пытки для своего обидчика. И оба они, маг и король, были далеки от того, что все их планы и действия, на самом деле были частью большой игры, которую разыгрывала одна хитрая и рыжая девушка.

План Горлока был столь же дерзок, сколь и безумен. Он принялся за дело, словно одержимый. Сначала он начал заталкивать золото под свою рубашку, штаны, в карманы, куда только можно было, и каждый раз хрустел от того, как монеты и драгоценности давили на его тело. Он был похож на ходячую сокровищницу, неуклюжую и отягощенную богатством.

Но этого, конечно, было мало. Он огляделся по сторонам, и его взгляд упал на старую, пыльную пушку, стоявшую в углу, как забытый артефакт. В его голове мгновенно созрел гениальный план, который заставил его губы расплыться в зловещей улыбке.

И вот, словно кузнец, Горлок принялся набивать пушку золотом. Он запихивал монеты, слитки, драгоценные камни, пока ствол не был набит до отказа. Со стороны это выглядело как какой-то безумный обряд, который должен был привести к чему-то невероятному.

Закончив свою работу, Горлок, прищурившись, поднес факел к фитилю. Огонь жадно лизнул его, и пушка, словно очнувшись от многовекового сна, затряслась.

"Огонь!" – проорал Горлок, как одержимый, и отскочил в сторону, ожидая взрыва.

И тут раздался оглушительный БУМ! Пушка выстрелила, выплюнув из своего жерла целый фонтан золота. Монеты, драгоценности, слитки – все это взлетело в небо, словно огненные искры, и по дуге устремилось в сторону деревни. Это был настоящий золотой салют, грандиозный и ослепительный.

Горлок, с восторгом наблюдал за этим зрелищем, чувствуя себя самым могущественным и безумным магом на свете. Он был горд собой, ему удалось превратить кражу в настоящее шоу, которое, несомненно, запомнится всем надолго.

Золото падало на крыши домов, во дворы, прямо на улицы, осыпая горожан, как сказочный дождь. Жители деревни, проснувшись от взрыва, выбегали из своих домов и ахали от удивления. Они не понимали, что происходит, но, собирая золотые монеты и драгоценности, улыбались, словно дети, получившие долгожданный подарок.

Горлок, довольный результатом, спрыгнул со своей пушки и, посмеиваясь, побежал прочь от дворца. Он понимал, что совершил что-то невероятное, и теперь ему не терпелось увидеть реакцию рыжеволосой девушки. Он надеялся, что теперь она, наконец-то, оценит его злобную гениальность, и он, может быть, наконец-то, получит ответ на свой брачный запрос. И пока он бежал, унося с собой эхо взрыва и блеск золота, в королевском дворце, король, дрожащий от гнева, заклинал всех богов отомстить наглому вору.

Во дворце царил настоящий хаос. Король Эриан метался по своим покоям, словно раненый зверь, крича на свою стражу так, что, казалось, его голос способен разрушить стены. Его лицо было багровым, а вены на висках пульсировали, словно барабаны.

"Вы ни на что не годны! Бесполезные ничтожества!" – вопил он, топая ногами и размахивая руками. "Как вы могли упустить этого вора? Где он? Я хочу его голову на блюде!"

Стражники, перепуганные до смерти, дрожали, как осиновые листья. Они пытались оправдаться, но король не слушал. Он жаждал мести и был готов на все, чтобы поймать наглого мага.

Тем временем, Горлок, усталый, но довольный, дошел до дома рыжеволосой девушки. Он сиял от гордости, чувствуя себя победителем.

"Я выполнил твою вторую просьбу," – с гордостью заявил он, уперев руки в бока. "Теперь раз уж ты хочешь и третью просьбу, я выполню её расплюнуть!" Он был уверен в своих силах, и ему казалось, что ничто не может остановить его на пути к завоеванию сердца этой загадочной девушки.

Девушка, как всегда, нежно улыбнулась, и ее веснушки, казалось, затанцевали еще быстрее. "Найди меня," – произнесла она, глядя прямо ему в глаза.

Горлок, озадаченный, нахмурил брови. "Найти тебя?" – переспросил он, не понимая, в чем подвох. "И это все?"

Девушка кивнула, и в ее глазах засверкал лукавый огонек. "Я спрячусь завтра, очень хорошо," – пояснила она. – "И если ты меня найдешь, то тогда ты победишь".

Горлок опешил. Он ожидал очередного безумного задания, а не какой-то детской игры в прятки. "Это все?" – снова спросил он, чувствуя себя немного обманутым. Он был готов к новым подвигам, а тут ему предложили просто найти ее?

"Да," – ответила она, улыбнувшись еще шире, – "и не забудь, что на кону стоит моя рука".

Маг озадаченно чесал в затылке. Он был готов к битвам, кражам, но не к игре в прятки. Однако, в ее словах чувствовался какой-то вызов, который задел его гордость. Он не мог отступить, особенно теперь, когда он был так близок к своей цели.

Он посмотрел на нее, и в его глазах вспыхнула искра азарта. Он был готов к этой игре, какой бы странной она ни была. Он был уверен, что найдет ее, ведь он же злобный маг, а не какой-то мальчишка, играющий в прятки. И пока он размышлял над тем, как он будет ее искать, девушка, стоя на пороге своего дома, улыбалась, чувствуя, что игра только начинается.

Глава 4. Имя Невесты и Начало Игры

Горлок, скрестив руки на груди, пристально посмотрел на рыжеволосую девушку. Он согласился на её игру в прятки, но решил, что имеет право на небольшую поблажку. Он ведь не собирался жениться на незнакомке.

"Хорошо, по рукам," – произнёс он, уверенным тоном, – "но я хочу знать, как зовут мою будущую невесту?"

Он чувствовал, что заслужил это право. Он украл пирог, раздал его всем жителям, похитил королевскую казну, и теперь ему, как будущему мужу, полагается знать имя своей избранницы.

Девушка, в ответ на его слова, легонько засмеялась, словно была довольна его напористостью. Ее смех был мелодичным и звонким, и от него у Горлока почему-то начинало щекотать в животе.

"Моё имя Айра," – ответила она, и ее имя, словно пение птицы, разнеслось по ночному воздуху. – "Айра Осенняя".

Горлок повторил ее имя про себя, пробуя его на вкус. Айра… Ему нравилось, как оно звучит, как оно согревает его изнутри. Он почувствовал, как что-то в нем перевернулось, и он понял, что больше не может и не хочет отступать.

"Айра, Осенняя… красивое имя," – пробормотал он, глядя на нее с новой силой. – "Теперь, когда я знаю, как зовут мою будущую невесту, я с ещё большим рвением начну тебя искать".

Айра улыбнулась, ее глаза сверкали от озорства. "До завтра, маг Горлок," – произнесла она, и ее голос был словно шепот ветра, – "и пусть удача будет на твоей стороне".

С этими словами она развернулась и вошла в дом, оставив Горлока на пороге, полным решимости и предвкушения.

Он долго стоял, глядя на темный силуэт дома, и размышлял над тем, как же он будет искать Айру. Он понимал, что это будет не простая игра в прятки. Она была хитрой и загадочной, и он не сомневался, что она придумала нечто особенное. Он был уверен, что ее не стоит искать в каких-то очевидных местах.

И вот, когда первые лучи солнца начали окрашивать небо в розовые и золотые цвета, Горлок, полный азарта и уверенности в себе, отправился в путь. Он знал, что его ждет новый вызов, и он был готов его принять. Он чувствовал, что это не просто игра, а настоящее испытание, которое определит его дальнейшую судьбу. И он был уверен, что на этот раз, он победит.

Горлок искал Айру весь день, не щадя ни ног, ни сил. Он прочесывал леса, заглядывал под каждый куст, пытался разглядеть ее рыжие волосы среди густой зелени. Он нырял в реку, надеясь, что она прячется под водой, хотя и понимал, что это вряд ли возможно. Он даже, по старой памяти, проверил все курятники, где когда-то воровал яйца, но и там ее не оказалось.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные и оранжевые цвета, а Горлок так и не нашел ни малейшего следа Айры. Он был измотан, его одежда была грязной, а ноги гудели от усталости.

В конце концов, он, словно тень, добрел до ее дома. Он был готов сдаться, ведь он сделал все, что было в его силах.

"Ладно," – пробормотал он, опускаясь на крыльцо, – "я сдаюсь, ты победила…"

Но когда он открыл дверь, то застыл в изумлении. Дом был пуст. Все вещи были разбросаны, словно после набега грабителей. Повсюду валялись осколки посуды, опрокинутая мебель, и царил беспорядок. Казалось, будто здесь побывала целая армия мародеров.

Горлок почувствовал, как тревога сжала его сердце. Он понял, что что-то пошло не так, что Айра не просто пряталась, а оказалась в беде.

Выйдя из дома, он направился к ближайшим прохожим, надеясь узнать хоть что-нибудь. И тут он услышал слова, от которых его кровь застыла в жилах:

"Айра, за подозрение в колдовстве и за сотрудничество с магом, будет сегодня казнена."

Горлок почувствовал, как у него подкашиваются ноги. "Казнена?" – прошептал он, не веря своим ушам. Он вспомнил, как она говорила про то, что король скуп и жесток. И вот, он понял, что его пакости, а точнее любовь к ней, обернулись для Айры смертельной опасностью.

Он почувствовал себя последним подлецом. Все его пакости, которые он делал ради удовольствия, теперь обернулись трагедией. И теперь, его злобное сердце, было переполнено не азартом и ненавистью, а страхом и отчаянием.

Он понял, что не может допустить этого, что он должен спасти Айру любой ценой. И, забыв об усталости и страхе, он, с новой силой, бросился на поиски места казни. Теперь он был не просто злобным магом, а человеком, который готов на все ради спасения любимой.

Глава 5. Казнь на Закате и Последнее Желание

На закате, когда небо пылало, словно костер, в центре городской площади собралась толпа. Люди мрачно молчали, ожидая начала казни. В центре площади, на помосте, стояла девушка с рыжими волосами – Айра. Ее руки были связаны за спиной, а глаза закрыты. Она, казалось, смирилась со своей участью, но в ее лице было какое-то умиротворение.

Рядом с ней стоял королевский палач, держа в руках сверкающий топор. Король, сидевший на своем троне, зловеще ухмылялся, наслаждаясь предстоящим зрелищем. Он был уверен, что эта казнь станет назиданием для всех, кто осмелится пойти против его воли.

"Последнее желание?" – спросил королевский глашатай, глядя на Айру с презрением.

Айра, услышав его слова, слегка улыбнулась. Ее улыбка была нежной и в то же время исполненной решимости. Она открыла глаза и, не обращая внимания на короля и палача, громко крикнула, так, чтобы все на площади услышали:

"Великий маг Горлок, ты победил, я выйду за тебя!"

Эти слова, словно гром среди ясного неба, пронеслись над площадью. Толпа ахнула от удивления, король побагровел от ярости, а палач застыл с поднятым топором, не понимая, что происходит.

"Казнить ведьму!" – прорычал король, теряя терпение. Он был в ярости от наглости Айры и от того, что ее слова о каком-то маге вызвали смятение в толпе.

Палач, очнувшись от ступора, поднял топор, готовый исполнить приказ. Но в этот момент, небо разорвала яркая вспышка молнии. Она ударила прямо в короля, сбив с его головы корону. Корона отлетела в сторону, словно мячик, а король, с разинутым от ужаса ртом, упал на трон, словно мешок с картошкой.

Бах! Звук от удара молнии эхом разнесся над площадью, и все замерли, не понимая, что происходит. Горлок, который только что ворвался на площадь, с трудом восстанавливая дыхание, увидел, как толпа расступается, открывая вид на Айру, стоявшую на помосте, и короля, в полном недоумении.

Он понял, что опоздал, но он также понял, что эта молния не была случайностью. Это было его спасение, и он знал, что это его шанс. И пока толпа приходила в себя, а король приходил в чувства, Горлок, с новым азартом, готовился вступить в свою последнюю, и самую важную, битву. Битву за свою любовь.

"Что, веселитесь и без меня?" – прокричал Горлок, и его голос эхом разнесся над площадью. Он стоял, как разъяренный зверь, в центре толпы, и его глаза метали молнии, словно он сам был богом грома.

Он поднял руки и из них, словно из волшебных палочек, начали вылетать молнии, поражая стражников, которые бросились на него со всех сторон. Стражники кричали от ужаса, шарахались в стороны, падали на землю, и их доспехи сверкали от электрических разрядов.

Горлок был в ярости, он был готов на все, чтобы защитить Айру. Он не собирался просто так сдаваться, он докажет всем, что он не просто злобный маг, а человек, который может и любит.

Но стражников было слишком много, и Горлок понимал, что ему не хватит сил, чтобы сражаться со всеми. Тогда он вспомнил о том, что у него еще остались старые запасы. Он сунул руку за пазуху и достал оттуда горсть куриных яиц, которые он приберег на всякий случай. И начал бросать их в нападавших.

Яйца летели, словно снаряды, и стражники, с криками и ругательствами, пытались от них увернуться. Они скользили на желточных лужах, падали и барахтались в яичной жиже.

И тут началось настоящее безумие. Народ, забыв про страх и ужас казни, увидев как Горлок отбивается от стражи, начал поддерживать мага. Они начали швырять в стражников всем, что попадалось под руку: помидорами, яблоками, апельсинами, картофелем, чем только не. В воздухе повис запах протухших овощей и фруктов, а площадь превратилась в настоящее поле боя.

В центре всего этого хаоса стояла Айра, на помосте, и смотрела на Горлока с восхищением. Она видела, как он сражается, как он рискует своей жизнью ради нее, и ее сердце переполнялось любовью.

В один момент, воспользовавшись суматохой, Горлок подскочил к помосту, подхватил Айру на руки и с ловкостью акробата спрыгнул вниз. Он прижал ее к себе, чувствуя, как бьется ее сердце.

"Я нашел тебя!" – прошептал он, глядя в ее глаза.

"Да," – ответила она, улыбаясь, – "ты меня нашел".

И, не удержавшись, она нежно поцеловала его в щеку. Этот поцелуй был наградой за все его пакости, за его безумные приключения, за его любовь. И он понял, что наконец-то, нашел своё счастье. И пусть дальше их ждёт неизвестность, он был уверен, что они справятся со всеми трудностями. Вместе.

Глава 6. Бегство и Клятвы Мести

Король, очнувшись от потрясения и придя в себя, был в ярости. Он увидел, как маг, которого он так ненавидел, спас ведьму, как толпа, которую он считал своими подданными, начала бросать в его стражу всякую гадость. Он почувствовал себя униженным и оскорбленным до глубины души.

"Колдовство! Схватить их!" – проорал он, тряся кулаками. Его голос дрожал от злости, а лицо было красным, словно помидор. Он готов был лично разорвать мага на мелкие кусочки.

Но было уже поздно. Горлок, держа на руках Айру, посмотрел на короля и засмеялся. Его смех был громким и дерзким, и в нем чувствовалась победа.

"Обойдёшься, старик!" – крикнул он, и с этими словами начал подниматься в воздух. Его плащ развивался на ветру, словно крылья, а его глаза горели озорством.

Он поднялся все выше и выше, пока не стал казаться маленькой точкой на фоне багрового неба. Потом, словно растворившись в воздухе, он исчез.

Внизу на площади царил хаос. Стражники, растерянные и испачканные яйцами и овощами, бегали в разные стороны, не понимая, что происходит. Толпа, ликовала и кричала, радуясь победе мага и ведьмы. А король, сидя на своем троне, сжимал кулаки и кричал, что есть мочи:

"Я найду тебя, колдун, и отомщу тебе за все!" Его голос был полон ненависти и жажды мести, но никто не обращал на него внимания. Его время закончилось.

Горлок, тем временем, летел далеко от города, держа Айру крепко в объятиях. Он чувствовал, как ветер обдувает его лицо, как бьется ее сердце. И в этот момент он понимал, что он не только победил, но и обрел истинное счастье.

Горлок и Айра, вопреки всем препятствиям, поженились. Свадьба была скромной, но наполненной любовью и радостью. Они построили свой маленький домик на опушке леса, подальше от королевских глаз и людской зависти. Казалось, что их счастье будет длиться вечно.

Но судьба, как известно, часто бывает жестокой и непредсказуемой. Их счастье оказалось недолгим. Айра, во время родов, отдала жизнь, подарив миру их дочь. Горлок остался один, держа на руках маленького младенца, который был одновременно напоминанием о его любви и его утрате.

Он стоял, глядя на спящую дочь, и его сердце разрывалось от боли. Он понял, что навсегда потерял то, что любил больше всего на свете. Айра, его рыжеволосая красавица, его загадка, его муза – ее больше не было рядом. Его мир погрузился во тьму, и его душа была переполнена горем и отчаянием.

Он смотрел на маленькое личико дочери, и в его глазах появились слезы. Он понял, что теперь его сокровищем, его смыслом жизни, стала эта маленькая девочка, которая была точной копией ее матери, только с его черными волосами. Она была его надеждой, его будущим, его единственным напоминанием об Айре.

С этого момента он перестал быть злобным магом. Его сердце стало мягче, его пакости исчезли, и все его мысли были заняты только одним – как защитить и вырастить свою дочь. Он пообещал себе, что будет для нее и отцом, и матерью, и сделает все, чтобы она была счастлива.

Горлок посмотрел на небо и прошептал: "Я навсегда потерял то, что любил больше всего на свете, но я получил кое-что еще более важное. Теперь мое сокровище – это моя дочь, и я сделаю все, чтобы она была счастлива. Я научу ее всему, что знаю, и защищу от всех бед."

И с этими словами Горлок, злобный маг, который когда-то был полон ненависти и зла, превратился в заботливого отца. Он поклялся, что жизнь его дочери будет наполнена любовью и счастьем, и он сделает все, чтобы она не знала бед и печали, которые пришлось пережить ему.

Глава 7. Розалия

Бывший злобный маг, Горлок, сидел в старом, потрепанном кресле-качалке, и смотрел в окно. Его взгляд был задумчивым, а в глазах плескалась печаль. Солнце уже склонялось к закату, и его лучи золотили комнату, освещая пыль, танцующую в воздухе.

В руках Горлок держал маленькое одеяльце, в котором мирно посапывал младенец. Он укачивал ее нежно, словно хрустальную вазу, боясь разбудить. Его движения были медленными и осторожными, а в его глазах сквозила бесконечная любовь и тревога.

Девочка была похожа на свою покойную мать, Айру, словно ее живое воплощение. Ее волосы были такими же рыжими, как пламя, а лицо было усыпано россыпью маленьких веснушек. Но ее глаза, цвета изумруда, были унаследованы от отца, и смотрели на мир с какой-то мудрой и одновременно наивной ясностью. Ее маленькие ушки были большими и торчали, как у отца, и это делало ее еще более очаровательной.

Горлок смотрел на свою дочь, и его сердце переполнялось разными чувствами. Была в нем и боль от утраты любимой, и страх за будущее маленькой Розалии, и безграничная любовь, которая согревала его изнутри. Он понимал, что теперь он несет ответственность за жизнь этой девочки, и он должен стать для нее и отцом, и матерью, и защитником от всех бед.

Он нежно коснулся ее маленькой ручки своим большим, загрубевшим пальцем, и девочка во сне тихонько улыбнулась. Горлок нежно поцеловал ее в лобик, и его печаль на миг улетучилась, уступив место светлой надежде. Он знал, что жизнь не заканчивается, что есть еще ради чего жить, и теперь его жизнь – это его маленькая Розалия.

Он смотрел на закат, и его глаза наполнились решимостью. Он не позволит, чтобы тень прошлого коснулась его дочери. Он сделает все, чтобы она росла счастливой и беззаботной, и чтобы она никогда не узнала о том, кем был ее отец, когда-то давно. Он будет ее защитником, ее наставником, и ее любящим отцом, который готов отдать за нее жизнь. И пока солнце медленно уходило за горизонт, Горлок, с любовью и надеждой, продолжал укачивать свою маленькую Розалию.

Спокойствие уходящего дня было внезапно нарушено громкими голосами. Горлок, все еще погруженный в свои мысли, услышал резкие крики, доносящиеся снаружи. Он напрягся, прислушиваясь, и его сердце сжалось от тревоги.

Это были стражники короля, и их голоса были полны злобы и ненависти.

"Нашли меня все-таки…" – пробормотал Горлок, его голос звучал устало и печально. Он знал, что рано или поздно это произойдет, что король не оставит его в покое. Но он надеялся, что это случится позже, что он успеет насладиться тихими днями с дочерью.

Он осторожно положил младенца на кровать, стараясь не разбудить ее. Он смотрел на Розалию, на ее маленькое личико, и в его глазах плескалась любовь и отчаяние. Он знал, что теперь он должен защитить ее любой ценой, даже если это будет стоить ему жизни.

Он поднялся с кресла и направился к двери. Он знал, что его ждет, и он был готов к этому. Но теперь, когда у него была дочь, его сердце было переполнено не только печалью, но и яростью. Он больше не был прежним злобным магом, но его сила и решимость были все еще при нем.

Он подошел к двери, глубоко вздохнул и приготовился к предстоящей битве. Он был готов сражаться, защищая свое маленькое сокровище, свою любимую дочь. И пока стражники приближались к его дому, Горлок, сжимая кулаки, был готов встретить их во всеоружии.

Горлок вышел из дома, его глаза метали молнии. Он поднял руки, и из них, словно из волшебных палочек, начали вырываться сгустки энергии, поражая стражников, которые ворвались на его территорию. Стражники с криками отлетали в разные стороны, их доспехи трещали от электрических разрядов.

Он сражался яростно, защищая свой дом и свою дочь. Он был готов на все, чтобы отбросить ненавистных захватчиков, которые нарушили его покой. Но, несмотря на всю свою силу, он понимал, что их слишком много. Стражники обстреливали его стрелами, и ему с трудом удавалось уворачиваться от них.

Внезапно, мощный поток магии ударил Горлока, отбросив его назад. Он упал на землю, чувствуя боль во всем теле. Он поднял голову и увидел, как перед ним появился светлый маг. Его одежда была белой, как снег, а в его руках сиял посох, испускающий яркий свет.

Светлый маг был могущественным противником, и Горлок понимал, что его ждет серьезное испытание.

За спиной светлого мага стоял король, его лицо было искажено от злобы и ненависти. Он смотрел на Горлока с торжествующей улыбкой.

"Сдавайся, ты больше от нас не спрячешься!" – прокричал король, его голос был полон ядовитой насмешки.

Горлок, с трудом поднявшись на ноги, посмотрел на короля, его глаза горели яростью. Он не собирался сдаваться, он будет сражаться до конца. Он должен защитить свою дочь, и он готов был отдать за нее свою жизнь.

Но он понимал, что силы неравны, что он один против целой армии, и светлый маг был слишком силен. Он понимал, что ему нужна помощь, что ему нужен план, чтобы перехитрить их.

И пока он размышлял над тем, как ему действовать, битва вокруг него продолжалась, и ему становилось все труднее и труднее сдерживать натиск врагов.

Белый маг, не обращая внимания на раненного Горлока, нацелил свой посох на него, готовясь нанести сокрушительный удар. Но в этот момент король, переполненный ненавистью, крикнул:

"Подожди, сначала ведьму, а потом его!"

Король хотел не просто победить Горлока, он хотел его унизить, заставить его страдать, отняв у него то, что ему было дорого. Он хотел, чтобы маг стал свидетелем гибели своей дочери.

Белый маг, подчиняясь приказу, резко развернул посох и направил его на дом. Из посоха вырвался мощный луч магии, и дом, словно от удара молнии, вспыхнул огнем.

"Неет!" – крикнул Горлок, его голос был полон ужаса и отчаяния. Он понимал, что его дочь в опасности, что она может погибнуть в огне.

Он, забыв о боли и ранениях, рванулся вперед, прорываясь сквозь ряды стражников, и забежал в горящий дом. Его тело обжигало пламя, дым разъедал глаза, но он не останавливался. Он должен был спасти свою дочь.

Король, увидев безумный поступок мага, покачал головой и пробормотал:

"Дурак что ли?"

Он не понимал, зачем Горлок рискует своей жизнью ради ребенка. Он был уверен, что это всего лишь маленькая ведьма, которая не стоит ничего. Но он не понимал, что для Горлока его дочь была всем его миром.

Пока король и светлый маг наблюдали за горящим домом, Горлок отчаянно искал Розалию. Он задыхался от дыма, его кожа горела от жара, но он не сдавался. Он должен был найти свою дочь и вынести ее из огня. Он знал, что от этого зависит не только ее жизнь, но и его дальнейшая судьба.

Глава 8. Побег и Отчаянные Поиски

Горлок, обхватив младенца руками, вылетел из горящего дома. Его тело было охвачено пламенем, дым разъедал легкие, но он, не обращая внимания на боль и усталость, продолжал лететь. Он знал, что у него нет времени, что враги не оставят его в покое.

"Схватить его!" – кричал король, его голос звучал как вой разъяренного зверя. Стражники бросились в погоню, стреляя в него стрелами, а светлый маг направил на него сгустки магии.

Горлок уворачивался как мог, но, ослабленный ранениями и дымом, не мог долго сопротивляться. Мощный поток магии попал в него, отбросив назад. Он упал на землю, чувствуя, как хрустят его кости. Удар был настолько сильным, что на мгновение он потерял сознание.

Когда он открыл глаза, то понял, что находится в лесу, и его тело пронзала острая боль. Он едва мог подняться на ноги, и его дыхание было прерывистым. Но самое страшное было то, что он не мог найти свою дочь.

Он осмотрелся по сторонам, его сердце бешено колотилось в груди. Он не видел Розалии, и его охватил ужас. Он звал ее по имени, но ему никто не отвечал. Он уже начал думать о самом худшем, но тут он заметил ее корзину, висящую на ветке дерева.

Собрав последние силы, он подбежал к дереву и снял корзину. Его сердце наполнилось облегчением, когда он увидел, что Розалия спит внутри, не зная о том, что с ее отцом только что произошло.

Он обнял ее крепко, прижимая к себе. Он обещал себе, что никогда больше не подвергнет ее такой опасности, что он будет ее защитником, ее крепостью, ее любящим отцом.

И пока он держал свою дочь на руках, на его лицо упала капля дождя, предвещая надвигающуюся бурю. Он понимал, что его ждет долгая дорога, что он должен найти безопасное место для Розалии. И, несмотря на все раны и боль, он был готов идти вперед, ради своей маленькой дочери, которая теперь была всем его миром.

Стражники короля, как разъяренные псы, обыскали обгоревший дом и весь лес, окружавший его. Они переворачивали каждый камень, заглядывали под каждое дерево, но не нашли ни малейшего следа Горлока и его дочери.

"Отыщите его! Он не мог далеко уйти!" – кричал король, его голос был полон ярости и разочарования. Он не мог поверить, что маг смог сбежать от него, что он опять его обманул.

Он метался из стороны в сторону, готовый разорвать любого, кто скажет ему, что маг ускользнул. Он хотел мести, он жаждал крови, и он был готов на все, чтобы ее получить.

Вскоре к нему подошел один из стражников, его лицо было покрыто сажей, а одежда изорвана.

"Ваше высочество," – проговорил он, дрожащим голосом, – "в доме не обнаружено ни ведьмы, никого, кажется, она еще давно умерла…"

Стражник говорил тихо и неуверенно, и в его словах чувствовалась ложь. Он не осмеливался сказать королю, что маг сбежал, что он опять проиграл ему. Он боялся гнева короля, и поэтому решил его обмануть, надеясь, что это успокоит его.

Король, услышав слова стражника, на мгновение замолчал, а потом на его лице появилась зловещая улыбка.

"Давно умерла?" – переспросил он, его голос был полон злорадства. "Значит, я его переиграл, значит, я победил!"

Он был уверен, что если маг потерял свою дочь, то он больше не будет представлять для него угрозы, что его сердце разбито, и что он больше не будет сражаться. Он не понимал, что любовь отца к дочери – это самая сильная сила на свете, и что она способна поднять любого на ноги.

И пока король праздновал свою мнимую победу, Горлок, с дочерью на руках, уходил все дальше и дальше от его королевства, в поисках безопасного места. И он был готов пойти на все, чтобы защитить свою маленькую Розалию, чтобы никто и никогда не смог отнять у нее ее счастье.

Горлок, обессиленный и раненый, с дочерью на руках, добрался до запретного леса. Это место, как гласили легенды, было проклято, и в нем обитали демоны и другие злые сущности. Обычные путники обходили его стороной, опасаясь навсегда заблудиться в его густых чащах и мрачных переплетениях ветвей.

Но ему не оставалось выбора. Он знал, что это место было последней надеждой на спасение от королевских преследователей. Он был готов рискнуть всем, даже собственной жизнью, ради безопасности своей дочери.

Войдя в лес, Горлок почувствовал, как изменилась атмосфера. Густой, непроницаемый туман окутал его, и откуда-то из темноты начали доноситься странные звуки. Рычание, шипение, шепот – все это сплеталось в зловещую мелодию, от которой по телу бежали мурашки.

Вскоре, из-за деревьев, начали появляться демоны. Их черные силуэты были видны в тумане, и их глаза, словно горящие угольки, смотрели на Горлока с любопытством и угрозой. Они были уродливы и страшны, и от их вида сердце любого человека забилось бы от ужаса.

Они подходили к нему медленно, с рычанием и шипением, но не спешили нападать. Они ходили вокруг, словно присматриваясь, изучали его и его дочь.

"Чего смотрите?! Не видите, у меня ребенок маленький!" – проговорил Горлок, его голос был тихим, но в нем чувствовалась уверенность. Он не показывал страха, хотя его сердце бешено колотилось в груди.

Он понимал, что демоны чувствуют его страх, и если он его покажет, они нападут на него. Он крепче обнял свою дочь, и, глядя демонам прямо в глаза, ждал их следующего шага.

Удивительно, но демоны не напали. Они продолжали ходить вокруг, рыча и поглядывая, но их агрессия не переходила в открытое нападение. Казалось, что присутствие маленькой Розалии сдерживает их. И, возможно, то, что Горлок обратился к ним так, словно они равны ему, тоже сыграло свою роль. Они, словно завороженные, наблюдали за ним, а потом, один за другим, начали отступать в тень, оставляя Горлока одного.

Он понял, что, возможно, демоны не так страшны, как о них говорят, что даже в самых темных местах может быть что-то светлое, и что, даже в запретном лесу, можно найти убежище. И он решил, что пока не покинет это место, ведь оно оказалось не таким страшным, как он думал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.