Лиса Редблэк
Энтропия: Пробуждение

Глава 1: Аномалия 777.

Дождь, словно тысячи игл, впивался в свинцовое небо, а затем, вопреки законам природы, отрывался от земли, устремляясь обратно ввысь. Осколки битого кирпича сами собой складывались в крепкую стену, а разрозненные фрагменты фрески сливались в единое полотно бледно-зелёного оттенка, на котором старик вытирал слёзы младенцу.

Вивьен делает тяжёлый хриплый вдох, чувствуя, как горячая кровь стекается со всего тела в одну пульсирующую точку в правой части живота. Проверив пальцами уже затягивающуюся рану, она устало выдыхает и ждёт, пока пуля с хлюпающим звуком вылетает из её тела и уносится в разбитое окно. Осколки стекла тут же собираются обратно, и уже через секунду окно снова целое.

– Корректор номер семь, вы живы? – раздаётся монотонный голос диспетчера в правом ухе. Вивьен, морщась от пыли, которая сама собой возвращается в углы, прикладывает палец к микронаушнику.

– Да. Аномалия 776 успешно устранена. – Хрипло отвечает девушка и поднимается, наблюдая как все предметы возвращаются на свои места, как будто пять минут назад здесь не было кровопролитного сражения.

– Корректор номер семь, проверьте циферблат, аномалия 777 возле Вас, после устранения можете вернуться на базу. – Холодно говорит диспетчер и отключается, оставляя после себя лишь шипенье с помехами и раздражение у Вивьен.

Закатив глаза, девушка поднимается на ноги и сдунув светлую прядь со лба, собирает свои светлые волосы в тугой хвост. Посмотрев на запястье, она наблюдает как метка в форме цикличной змейки бесконечности искриться , словно оголенный провод и извиваясь указывает кривой, изогнутой стрелкой в правую часть здания.

Оглядев дверь, с потрескавшейся, выцветшей краской, отделяющей её от очередной аномалии, Вивьен почти бесшумно подходит к ней и пинком раскрывает. Мерзко скрипнув дверь открывает вид на полуразрушенную комнату, с разбросанной пыльной мебелью, за перевернутым дубовым столом, она замечает детскую белоснежную туфлю, с красной каймой на носке.

– Выходи сама. – Строго говорит Вивьен и точным движением достаёт пистолет из кобуры, в глазах девушки безразличие, последняя аномалия отделяла её от спокойного вечера после тяжелого рабочего дня.

Через несколько секунд, перед Вивьен оказывается девочка лет семи, сжимая в руках маленький клочок бумаги, она отряхивает белоснежное платье и откидывает копну светлых волос за спину, после чего устало улыбается.

– Юбилей получается, Вивьен, – тонкий детский голосок звучит глухо и скучающе. Вивьен скептически вскидывает бровь, глядя в глаза девочки.

Глаза маленькой девчушки не схожи с детскими, вовсе наоборот имеют в сером переливе искры у зрачка, отражают опыт и скрытые знания, которые неизвестны даже самой Вивьен. Они выглядят скучающе, будто она не просто знает, что будет дальше, словно она знает не только будущее, как все ныне живущие, но и прошлое.

– Аномалия 777, девочка семи лет. – Тихо монотонно говорит Вивьен, зажимая наушник, после чего переводит пистолет, целясь в голову девочке. – Давай без лишней драмы, ты знаешь что стала мертвой ещё вчера.

– Да Вивьен, – Просто соглашается аномалия, – Но ты не знаешь, что моё вчера, это твоё будущее, а твоё завтра, прошлое Корректора 8. – Тихо смеясь, говорит девочка и расслабленно облокачивается о грязную стену, внимательно наблюдая за Вивьен.

– Хватит. – Холодно говорит Вивьен и переносит палец на курок, но сделав заветный выстрел, она удивлённо, с ужасом смотрит как едва вылетевшая пуля, возвращается назад в пистолет.

Руки Вивьен начинают беспокойно дрожать, словно лезвием в голову ударяет резкое странное чувство, проблескивает в глазах неразборчивой пеленой и ускользает не давая ответов.

Дыхание сбивается и заставляет положить вспотевшую от волнения ладонь на тяжело поднимающуюся грудь. Вивьен исподлобья поднимает взгляд на улыбающуюся девочку.

–Убей меня, как убила в прошлый раз, и как убила в позапрошлый – сказала девочка, а в её глазах мерцало что-то… знакомое. Рука Вивьен дрогнула. Она сотни раз устраняла аномалии – но никогда не видела, чтобы они смотрели на неё с такой грустью.

– Кто ты? – Хрипло спрашивает Вивьен, видя до боли знакомые светлые вьющиеся волосы и рассудительные искрящиеся золотыми искрами серые глаза.

– А кто ты, Вивьен Корректор номер семь? – Саркастично задаёт встречный вопрос девочка и оттолкнувшись от стены, медленно подходит к Вивьен, протягивая клочок бумаги. – Ты нашла его послезавтра, а используешь в прошлом, аномалия какая-то. – Снова смеётся девочка, от собственной шутки.

Растерянно Вивьен дрожащей рукой, сама толком не понимая зачем, принимает клочок бумаги, со странным рисунком и бегло осматривает его, стараясь разобрать в чём смысл извилистого изображения, прикусив губу, она сжала листок так сильно, что бумага впилась в ладонь, оставляя красные отметины.

– Убирайся, аномалия 777, – Грубо сказала Вивьен, стараясь скрыться за маской равнодушия, но голос предательски дрогнул на последней цифре. Где-то в глубине сознания щемяще ныло – этот номер почему-то отзывался эхом в грудной клетке.

Девочка замерла, изучая её взглядом, в котором читалось что-то древнее и печальное. – Ну как скажете, Великий страж сего мира безумия, – произнесла она с неестественной для ребенка интонацией, и в этот момент свет от сверкнувшей молнии из разбитого окна упал на её лицо странным образом – на секунду черты стали до боли знакомыми.

Сердце Вивьен бешено заколотилось. Рука сама потянулась к пистолету, но пальцы отказались разжиматься. Что-то внутри кричало, что нельзя позволять ей уйти, но другое, более глубинное чувство… почти что-то вроде инстинкта самосохранения – заставляло стоять на месте.

Когда маленькая фигурка скрылась за углом, ноги вдруг подкосились. Вивьен рухнула на колени, ладони впились в бетон, оставляя кровавые царапины. Голова раскалывалась – не просто от боли, а от нахлынувших обрывков… чего-то. Краем сознания она видела:

Тот же коридор. Та же девочка. Но вместо отпускания – выстрел. И потом… боль. Бесконечную боль перемотки.

– Я упустила аномалию 777, – Тихо сказала Вивьен зажимая наушник в правом ухе. Это прозвучало механически, будто кто-то другой говорил её голосом. Пальцы скользнули по шершавой стене, оставляя алые полосы – но Вивьен даже не заметила, когда повредила их. Боль от свежих порезов с каждой секундой таяла, пока капли крови возвращались вдоль стены к её пальцам, прячась в кончиках, пока ранки на коже окончательно не затянулись.

Где-то в подсознании шевелилось понимание: только что произошло что-то непоправимое. Не просто нарушение протокола. Что-то куда более страшное – будто пассажир поезда вдруг решил свернуть стрелку, не зная, что сидит в последнем вагоне.

А в ушах звенел детский голос, уже произносивший эти слова раньше. Много-много раз.

"Юбилей получается, Вивьен."

Вивьен резко развернулась на звук голоса, и мир на мгновение поплыл перед глазами. В висках застучало с новой силой, а в груди забурлило волнение – она бы узнала эту насмешливую интонацию из тысячи.

Кассион стоял, прислонившись к облупившейся стене, перебрасывая в пальцах тот самый проклятый брегет, который всюду таскает с собой. Переливы вспышек света от молний скользили по его скулам, подчеркивая хищную ухмылку. Его темные вьющиеся волосы падали на лоб чуть небрежнее, чем допускал устав Корректоров, а в глазах сверкал – тот самый опасный блеск, из-за которого у Вивьен холодело под лопатками.

– Прямо-таки упустила, а не отпустила, – повторил он, медленно облизнув губы, будто пробуя на вкус её провал. Его голос был густым, как дым, и Вивьен ненавидела, как по её спине пробегали мурашки.

Она впилась в него взглядом, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. – Да пошёл ты, Кассион, – выдохнула она, но голос дал предательскую дрожь, взяв остатки сил она, шатаясь поднялась. Шагнув вперед, Вивьен снова пошатнулась – и тут же возненавидела себя за эту слабость.

Его брови игриво поползли вверх. – Какого чёрта ты здесь делаешь? – прошипела Вивьен, чувствуя, как жар от нарастающего гнева разливается по щекам.

Кассион оттолкнулся от стены с грацией большого хищника, сделав шаг ближе. Слишком близко. Достаточно, чтобы она почувствовала тепло его дыхания и уловила запах – сигаретный дым, металл с порохом и что-то неуловимо опасное, с лёгкой ноткой жасмина, что всегда витало вокруг него.

– Ох, малышка Ви, – прошептал он, наклоняясь так, что губы почти коснулись её уха, – Если бы ты знала, как часто я задаюсь тем же вопросом.

Его палец скользнул по её запястью, повторяя извилистый узор метки-змейки, и Вивьен вздрогнула, будто от удара током. Она резко отпрянула, но было поздно – он уже увидел, как участился её пульс. И эта чертова самодовольная ухмылка говорила, что он прекрасно знал, какой эффект производит.

В воздухе повисло напряжение, густое, как предгрозовая туча, оно душило и пускало холодный липкий пот по спине, смешивая его с мурашками волнения от непредсказуемости Кассиона. Они стояли так близко, что Вивьен видела золотистые искорки в его голубых глазах – и ненавидела себя за то, что заметила это.

– На самом деле, я пришёл поддержать любимую напарницу. – Смешливо говорит Кассион, расплываясь в ещё более широкой, хищной ухмылке, строя мордашку дружелюбия.

Бровь Вивьен изгибается в скептизме, игнорируя попытки Кассиона её подколоть, – Что ты несёшь придурок, какую напарницу? – она хмурит брови, переваривая смысл сказанных им слов, продолжая внимательно наблюдая за парнем.

– Первую и последнею малышка Ви. Не только я знаю, что аномалия 777 не была упущена. – Смеётся Кассион над провалом миссии и продолжает, уже более едким, серьёзным тоном. – Верхи подумывают не стала ли ты сама аномалией.

– Кассион… – Зло начинает Вивьен, но спокойный мужской голос ее перебивает, заставляя буквально задыхаться от недовольства, тонуть в его оскорбительном, пренебрежительном отношении.

– Малышка Ви, смирись, я приставлен для наблюдения и контроля твоей работы, – Насмехаясь говорит Кассион и внимательно осматривает вспыхнувшее красным пламенем лицо Вивьен. – Либо так, либо могу стереть тебя прямо сейчас. – Мрачно заканчивает Кассион и словно потеряв какой-либо интерес к их разговору, смотрит за спину девушки, наблюдая за тем что происходит за разбитым панорамным окном.

– Сегодня я закончила план по уничтожению аномалий и намерена вернутся на базу. – Жёстко отвечает Вивьен, окончательно взяв себя в руки и отталкивая от прохода Кассиона, почти скрывается за углом.

– Неужели твоя старость тебе не понравилась, малышка Ви? – Кричит вслед Вивьен Кассион ехидно улыбаясь. – Да, оно старше тебя, но стоит ли так его пугаться. – Смеясь добавляет он.

Вивьен останавливает как вкопанная, вспоминая семилетнюю девчушку с жутким до одури взрослыми, расчётливыми глазами. Сглатывая нервный ком, девушка едва оборачивается на Кассиона.

– Посмотри на досуге в разбитое зеркало, старость не должна пугать, оно оказалось милее и воспитание тебя, безупречный Корректор. – Насмешливо говорит Кассисон, наслаждаясь шоком Вивьвен, которая едва дышала от его слов.

Вивьен сжала кулаки, ноздри её дрогнули от ярости. – Эта аномалия не имеет ко мне никакого отношения. Все правы – ты окончательно спятил от этих миссий, Кассион, спятил от количества аномалий, которых прикончил этими руками. – Зло шипит она, метая серыми глазами молнии.

Уголки его губ медленно поползли вверх, образуя тот самый надменный оскал, который сводил её с ума. – Или… может, ты просто забыла, как целовала меня месяц назад у резервуара №7? – Его голос стал сладким, как яд. – Твой левый кулак тогда тоже сжался первым, как и сейчас.

Она рванулась вперёд, рука уже занеслась для удара – но его ладонь встретила её запястье в сантиметре от его лица, будто ловя падающий предмет, траекторию которого вычислил заранее.

–Пощёчина, – прошептал он немного скучающе, делая шаг вбок, когда её нога со свистом рассекла воздух в том самом месте, где секунду назад была его голень. – Пинок, – продолжил он, уже ловя её кулак другой рукой, пальцы плотно обхватывая её костяшки ровно за мгновение до удара. – И финальный аккорд.

Глаза Вивьен расширились. Он предугадал каждый её жест, каждое движение, будто видел их сотни раз. Она испуганно отпрянула, не веря своим глазам, смотря на заострённые, скучающие черты лица.

"Что за… Откуда ты?.." – вырвалось у них одновременно. Но если в её голосе звучал чистый ужас, то он дышал торжеством и с улыбкой чеширского кота осматривал результат своих действий.

Резким движением, он притянул к себе Вивьен так близко, что его губы коснулись её уха, горячее дыхание обожгло кожу, когда он произнёс: "Я помню, как твоя правая бровь дёргается за секунду до атаки. Помню, как твой пульс учащается, когда ты лжёшь. Помню все разы, когда ты пыталась меня ударить…– сделав паузу, Кассион продолжил. – …и все разы, когда целовала после."

Его рука скользнула к её виску и указательный палец начал легонько постукивать по нему. – Ты видишь будущее, Ви. А я… я помню прошлое. Каждое. Твоё. Движение. – Последние слова прозвучали как приговор, когда её сознание начало таять.

И перед тем как погрузиться во тьму, она успела заметить – его глаза смотрели не на неё, а куда-то сквозь, будто он уже видел этот момент много раз… и знал, что будет дальше.

– Невозможно помнить прошлое, мы лишь знаем будущее… – Тихо говорит Вивьен, постепенно теряя контроль над телом и погружаясь в давящую темноту, ощущая как сознание угасает с каждой секундой.

Кассион без тени удивления подхватывает обмякшее тело Вивьен. Его пальцы впиваются в её кожу слишком крепко – будто он боится, что если разожмёт руку, она рассыплется в пыль, как всё в этом проклятом мире. Он поднимает взгляд на свинцовое небо в окне, где дождь вновь возвращается в небо: капли не падают вниз, а отрываются от земли, будто время вспять перематывает киноплёнку.

«Опять…» – мысль мелькает у него в голове, но он тут же глушит её.

***

Вивьен резко открывает глаза.

Комната. Её комната. Но что-то не так – стены чуть ближе, чем должны быть, часы на тумбочке замерли на 4:44, а за окном… нет, там не должно быть красного неба.

И Кассион.

Он сидит на краю кровати, в одних штанах, с сигаретой в зубах. Дым клубится вокруг него, но не рассеивается – зависает в воздухе, как будто пространство здесь тоже сломано. Он выглядит мягче. Не колючим, как обычно, а… усталым. Человечным.

– Проснулась? – Его голос тёплый, как одеяло зимней ночью.

Он наклоняется, и его губы касаются её лба.

– Это просто кошмар, малышка Ви.

Его пальцы путаются в её волосах, краем глаза она замечает возле спиралевидной метки Корректора небольшую полосу, глубокий белый шрам. Прикрыв глаза Вивьен чувствует запах табака и кожи, с лёгкой ноткой жасмина… Она знает это. Знает слишком хорошо. Но…

«Не может быть. Мы не… Он не… Жасмина не существует в нашем мире…»

Последняя нить, за которую цеплялось её сознание, рвётся.

Оглушающий звон.

Резкий свет ламп. Холодная койка. Запах антисептика.

Вивьен дёргается, как от удара током, и тут же чувствует острую боль в голове, морщась она с трудом открывает глаза.

Она в лазарете.

Белые стены. Пиканье аппаратуры. Где-то капает вода – но нет, это не дождь, идущий вверх, а просто сломанный кран.

"Это… настоящее? Или снова сон?"

Дверь открывается.

В проёме – Кассион.

Но не тот.

Он в чёрной униформе Корректора, руки в карманах, лицо – маска холодной насмешки, он брезгливо осматривает Вивьен.

– Долго спать ещё будешь? – Голос резкий, как лезвие. – Приятных снов не видела, надеюсь?

Она хочет ответить, но в горле пересыхает.

Потому что на его запястье – шрам.

Тот самый, который был в её "сне".