Артём Егоров
НОВЫЕ ХРАНИТЕЛИ ЛЕСА или один сумасшедший день из жизни колдуньи

Можете даже не сомневаться в правдивости моей истории, которая произошла ровно 26 лет назад, когда я, будучи еще 5-летним ребенком, впервые услышал ее от своего отца.

Это был самый разгар июля месяца и за окном стояла невыносимая жара. На границе Предкавказья и Восточно-Европейской равнины располагался южный солнечный город с населением свыше миллиона человек. Изо дня в день люди ведомые своими мыслями и заботами, словно в большом муравейнике, хаотично перемещались с места на место не особо заботясь о том, что происходим рядом с их собственным носом.

И только когда ранним утром солнечный свет практически перестал пробиваться через густой темный купол отравляющего дыма, нависшего над городом, некоторые люди с любопытством стали поднимать голову вверх.

Лучи солнца стали реже пробиваться в окна, а на смену дню все чаще стала приходить пугающая ночь. И только после временной остановки всех заводов, и прекращения дыма из высоких промышленных труб, все осознали, что за этим стоит нечистая сила.

Густая змейка дыма отравляющего людей тянулась из самой окраины города, из некогда великого, но позабытого людьми, леса. Когда-то вечно зеленый и высокий, лес превратился в мрачный и серый уголок, где давненько не ступала человеческая нога.

Лесные реки обмелели и исчезли совсем, а некогда высокие деревья прекратились без влаги в коряги, превратив лес в труднопроходимый. Животные и птицы в поисках лучшей жизни покинули умирающий лес.

На первый взгляд казалось, что лес был совсем безлюдный, однако из самой лесной глуши посреди леса всегда валил из трубы тот самый густой черный дым, убивающий и отравляющий все и всех в округе.

Смертельный дым валил из трубы небольшой деревянной обветшалой хижины, в которой не первую сотню лет жила ее хозяйка – потомственная ведьма в тринадцатом поколении Юрганская Веролима. Без отчества, в ее роду были только женщины и все как на подбор – ведьмы.

Веролима была такой старой, что полвека назад, чтобы не пугать своих сестер-ведьм, наколдовала себе молодое тело 28-летней девушки. Только при этом что-то пошло не так и хриплый голос 256-летней ведьмы так и не поддался колдовству.

Дела у ведьмы шли хорошо и мертвый осиротевший лес и грязный город были тому ярким примером. На очередном Всемирном Шабаше Ведьм (ВШВ-1989) Веролима Юрганская получила очередную награду «За уничтожение рода человеческого» и разрешение на «Самое смертоубийственное колдовство I степени». Разрешение позволяло открывать ей ранее запретные страницы в Книге заклинаний, где были собраны самые страшные рецепты для приготовления магических снадобий.

Веролима терпеть не могла животных и людей, поэтому своими многочисленными заклинаниями убивала все живое вокруг. Но даже у нее были свои домашние питомцы: рыжий зубастый кот по кличке Томас и удав Яков.

Молодой кот понадобился Веролиме несколько лет назад для ловли мышей и крыс, лапки которых нередко требовались для магических снадобий, но со временем Томас стал очень ленив и малоподвижен. В отсутствие Веролимы Томас выполнял роль сторожа хижины, ведь страх перед могуществом колдуньи заставлял его беспрекословно выполнять ее команды и поручения.

Появление в хижине зеленого удава Якова было обусловлено любовью самой Веролимы к змеям и ползающим тварям. Специально для Якова ведьма наколдовала большой террариум, который разместила в одном из углов своей хижины. Яков был настоящим воплощением страха всех грызунов – мышей и крыс, которые веками обитали в хижине.

Удав спал целыми сутками, свернувшись в клубок, и просыпался только когда Веролима бросала ему в клетку очередного пойманного грызуна, которого Яков глотал мгновенно и довольный снова лежал без движения.

Всегда открытые зрачки Якова пугали Томаса, он полагал, что они смотрят только в его сторону в надежде на добычу.

Поэтому Томас побаивался питона, и всегда после ухода Веролимы проверял замки на террариуме у Якова, он знал, что минутная расслабленность может стоить ему жизни.

Часы с кукушкой прокричали: «Веролима Юрганская собственной персоной!» и двери хижины открылись с грохотом от сильного встречного ветра. Верхом на метле прилетела сама хозяйка хижины.

Не успела Веролима полностью залететь в хижину, как истошно закричала:

– Томас! Поди сюда, ленивый котяра! Ты мне нужен сегодня для приготовления моего зелья!

Томас, который минутой ранее спал крепким кошачьи сном, резко подпрыгнул и стал перед Веролимой на задние лапы.

Веролима слезла с метлы, швырнула ее в дальний угол, сняла старую рваную обувь и уселась на стул.

– Мои ножки! Мои любименькие ножки! Больные вы мои! – причитала колдунья.

Сей миг в руках ее сверкнула волшебная палочка и она произнесла магическое заклинание:

Люди, дети, звери, птицы,

Дайте мне живой водицы

Дверь сей час же отворите,

Боль мою вы заберите.

Из палочки вырвался сине-фиолетовый луч, который ярким пламенем пронзил серую хижину и растворился в ней. Тут же после этого стали происходить странные вещи: одинокостоящее деревянное ведро плавно подъехало к важносидящей на стуле Веролиме, и само наполнилось нежно-голубой прозрачной жидкостью.

Веролима засунула в него свои ноги и истошно вздохнула, будто с ее плеч упал стотонный груз. Жидкость в ведре забурлила, а ведьма приговаривала:

– Ой, хорошо-то так! Ой, ножки мои, ой любименькие!

Томас хотел было залезть под руку Веролимы и нарваться на ласку, но Веролима оттолкнула кота и на радостях шевелила ногами в ведре.

Наконец, когда бурление в ведре прекратилось Веролима достала ноги и побрела на свою кровать, за печкой в единственной комнате хижины. Уходя она бросила взгляд на Томаса и уже зевая буркнула:

– Томас, присмотри тут пока я…

Недоговорив она завалилась на грязную серую кровать и захрапела так, что даже Яков испуганно проснулся.

Надо добавить, что Веролима, как и все колдуньи, была очень неряшливой и рассеянной. Ее хижина напоминала огромный позабытый чердак, где каждая вещь лежала не на своем месте и ее надобность подвергалась большому сомнению.

Ее хижина была всегда пыльной и не убранной. Всегда углы хижины были чем-то заставлены: в одном стол террариум Якова, в трех других – старые скрипучие переполненные хламом шкафы. В них можно было найти все что угодно: засушенные лапки животных, камеру от велосипеда, керосиновую лампу, половники, ложки и вилки, столовое серебро…Многие из этих вещей были подобраны самой Веролимой, другие зачем-то ею были украдены, появление третьих не вспомнит уже никто.

В центре хижины на большом деревянной столе валялась кухонная утварь, пробирки и колбы с различными магическими зельями, которые уже не помещались в шкафах с оттопыренными дверцами. Среди всего это хлама особо выделалась книга заклинаний и волшебная палочка, которые перешли ей по наследству от матери, матери от бабушки и так далее до тринадцатого колена.

Наступила полночь. Кукушка в часах, вместо привычного кукования, аккуратно выглянула из часовой дверцы и увидела ее спящую ведьму. Вспомнив, прошлый раз, когда своим кукованием она разбудила Веролиму и в нее прилетел сапог, она тихо закрыла часовую дверцу и продолжила свой сон.

Тихую сонную ночь растревожил хриплый голос Веролимы:

– Просыпайтесь, сонное отродье! Пришло время для колдовства!

Яркий свет от печки осветил комнату, будто взошло солнце и Томас испуганно открыл глаза. Он увидел как Веролима открыла книгу заклинаний и что-то судорожно ищет в ней.

– Вот оно! – с радостью воскликнула колдунья, – «Эгерсунн Удд» – самое смертоносное заклинание, которое поможет мне, наконец уничтожить город и превратить людишек крыс.

На сером выцветавшем листе книги заклинаний античными буквами и цифрами был написан столь необходимый Веролиме рецепт:

1 Листок папоротника

1 Листок тысячелистника

1 Пуд морской соли

1 Лапка зеленой лягушки

1 Соцветие красной камелии

1 Куринная лапка

1 Галапагосская черепаха

2 Ангорских хомяка

Всего 8 компонентов, но Веролима чтобы взбодрить своих питомцев решила вслух прочитать рецепт:

– Итак, мне понадобятся листок папоротника, листок тысячелистника, кожа молодого удава, голова кота, пуд морской соли…

Яков и Томас, услышав, что сейчас их могут сварить в котле забились в своих углах: Яков спрятался за корягу в террариуме, а Томас за метлу.

Веролима громко рассмеялась, увидев своих трусливых обитателей хижины:

– Да я шучу! Трусливые мыши!

Томас знал, что его хозяйка обладала самым ужасным юмором на свете – черным. Но даже он, прожив много лет в ее хижине, не мог отличить врет Веролима или говорит правду, поэтому на всякий случай верил всему что она говорила.

Пока Яков с закрытыми глазами выглядывал из-за коряги Веролима что-то бормотала под нос и шарилась на столе. Она поднимала каждый предмет, лежащий с ней рядом, подносила в книге, снова перечитывала рецепт и выбрасывала в сторону ненужный ингридиент.

Одна из выброшенных склянок Веролимой даже попала в Томаса, который не сумел вовремя увернуться. Кот скривился, но не издал ни одного звука, боясь попасть под горячую руку ведьме.

Наконец, найдя на столе листья папоротника и тысячелистника, которые она неоднократного использовала в заклинаниях, она направилась в сторону своих шкафов. Здесь она продолжила делать тоже самое – выбрасывать из шкафов разный хлам и приговаривать:

– Это не то! И это не то! Не то! Не то!

Осмотрев все шкафы и уголки своей хижины, она смогла отыскать еще пуд морской соли, куриную лапку и лапку зеленой лягушки, и редкое соцветие красной камелии.

Разложив все найденное перед собой, она в десятый раз перечитала состав смертельного заклинания и воскликнула:

– И кто только придумывает эти заклинания? Где я сейчас смогу найти двух хомяков и черепаху?!?

Распахнув настежь двери в хижину перед ней предстал мрачный, безлюдный лес, который не издавал никаких звуков. Найти даже утром в нем хомяков и черепаху было невозможно, – Веролима давно истребила все живое в лесу.

Веролима села на порог у двери и запричитала:

– И что мне делать теперь? Как истребить людишек? Людишек…людишек.

– Люди! – вскрикнула она, – они-то мне и помогут уничтожить самих себя!

На следующий день Веролима заказала 2 ангорских хомяков и 1 галапагосскую черепаху в курьерской фирме с очень заманчивым названием – «Доставка Чуда». В ожидании заказа пролетели почти две недели.

На тринадцатый день с утра в дверь хижины Веролимы постучались. Ведьма не любила вставать рано, потому что колдовала по ночам, но стук в дверь был громкий и сильный.

На пороге рядом с небольшим фургоном стоял молодой бородатый курьер в серой слегка изношенной форме с красными нашитыми полосками «Доставка Чуда».

– Лесная, 77? Юрганская Веролима?

– Да! – грубым мужским голосом ответила колдунья.

Заметив удивленный растерянный взгляд курьера она нежным сиплым голосом добавила:

– Все правильно! Это я!

– Вам посылка, распишитесь, – курьер протянул ей лист доставки на котором Веролима поставила странную закорючку отдаленно напоминающую человеческую подпись.

– И где моя посылка? – снова грубым голосом спросила ведьма.

Курьер с настороженным выражением лица сделал шаг в сторону и она увидела за его спиной коробок серого цвета. Пока Веролима схватила посылку, курьер сел в машину и через несколько секунд только стелящийся столб пыли и дыма напоминал о нем.

Когда Веролима появилась на пороге хижины с неизвестной коробкой, то Яков и Томас встрепенулись в надежде получить лакомства, заметив оживление своих питомцев ведьма отрезала:

– Это не вам! Это посылка для меня! Сегодня буду колдовать!

Водрузив на стол коробку, колдунья стала спешно ее распечатывать. В клетке с высоким поддоном находилось два мохнатых существа в которых Веролима не сразу разглядела заказанных ею ангорских хомяков. Один хомяк, тот что худее, сидел в дальнем углу клетки, а другой, пожирнее, неподвижно лежал в самом центре клетки и тяжело сопел. На шеях у хомяков были браслеты с какими-то выбитыми словами. На худом хомяке Веролима прочитала имя:

– Исаак. А ты толстый? – Зигмунд.

В глазах ведьмы читалось непонимание. Зачем надо было называть каких-то хомяков именами великих ученых? И чтобы это могло означать?

Отпустив от себя глупые мысли об именах, она продолжила крутить клетку у себя в руках и с ужасом закричала:

– А где черепаха? Где моя галапагосская черепаха?

Не обнаружив черепаху, с досады, она стала расшатывать клетку во все стороны, раскидывая бедных хомяков по углам как шары в бильярде. В этот самый момент крышка поддона немного высунулась вперед и Веролима обнаружила второе дно в клетке. На самом дне поддона неподвижно лежала черепаха, а вернее пока только панцирь черепахи. Сама черепаха, если и была там, из панциря не вылезала.

Со злости ведьма стала также крутить и трясти панцирь, но черепаха упорно отказывалась появляться наружу. Рассмотрев панцирь Веролима обнаружила на внутренней стороне еще одну надпись:

– Лев. Вот проходимцы! Подсунули мне дохлых лабораторных крыс! Как же я ненавижу этих людей!

Рассерженная Веролима в бешенстве что-то бормотала себе под нос и наматывала круги вокруг стола.

Единственный кто в тот момент был искренне рад посылке, был Томас. Он обошел стол и неподвижно и с интересом наблюдал за хомяками в клетке, которыми ему вскоре предстояло полакомиться.

Крик часов кукушки застал ведьму в отвратительном настроении. Ей предстоял очередной шабаш ведьм, на котором она должна была отчитаться о своих совершенных злодеяниях за прошедшее время.

Пока Веролима в спешке напяливала свою дырявую обувь, крысы ели прутики ведьминой метлы, которая пылилась в углу рядом с огромными щелями в деревянном полу.

Крыс, в хижине было хоть отбавляй, а все потому, что Томас был очень ленивым и шустрые грызуны не вызывали у него гастрономический интерес, а скорее мешали ему спокойно и сладко спать.

– Метла ко мне! – вскрикнула колдунья.

Метла в тот час подлетела к ней, и колдунья удобно уселась на нее. Подлетев до двери, она остановилась, и Веролима повернулась к Томасу:

– Томас!

Кот встрепенулся в углу, подбежал к хозяйке, вытянул уши вверх торчком и сделал хвост трубой. Его зеленые глаза округлились, и стали как огромные зеркала в которых отражалась только Веролима.

– Остаешься за старшего! И чтобы к моему приезду здесь даже мышь не пробежала. И, кстати, хомяки должны быть в клетке. Живые.

Томас послушно кивнул мордой и выдохнул только тогда, когда простыл след на небе от улетающей колдуньи.

Никто в тот момент и не придал особого значения тому, что на столе в хижине в спешке Веролима забыла свою волшебную палочку и книгу заклинаний.

А тем временем, пока Яков спокойно нежился в террариуме, Томас нес службу в хижине: вальяжно прохаживаясь из стороны в сторону и поглядывая на клетку с хомяками.

Немного побродив в одиночестве, Томас, как и полагается коту, смертельно устал и проголодался, да и время неминуемо приближалось к долгожданному обеду. Зевая, он побрел в свой угол, где всегда стояла его миска с едой и коврик для сна.

В предвкушении плотного обеда, Томас разочарованно обнаружил, что его миска совершенно пуста, а Веролима в спешке совсем забыла про него и может вернуться поздно. День обещал выдаться для Томаса очень тяжелым и длинным, да еще и начавшееся урчание в желудке, придавало только расстройство.

Томас попробовал было заснуть, ведь во сне совершенно не хочется есть, но урчание желудка становилось все сильнее и сильнее, и он не смог уснуть. Прошел час, звуки в хижине сводились только к шуму в желудке у Томаса.

Даже крысы, которые раньше годами проходили пешком мимо Томаса не скрывали своего страха перед голодом кота, пусть и очень ленивого и совершенно разучившегося охотиться на мышей и крыс.

На исходе второго часа Томас предпринял отчаянную попытку в прыжке поймать мышь, но они без труда спрятались в щелях деревянного пола хижины. Еще через час Томас носился по хижине за маленьким мышонком, который случайно выбрался на поверхность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.