Мора Крайт
(Не) Марья Моревна

Глава 1. Черный Жнец

При разработке моей матрицы был допущен один изъян, который при выполнении операции мог бы привести к системному сбою и преждевременной активации программы «Конец Мест и Времен», поэтому меня сослали в слабо развитый нижний мир, чтобы я контролировала его смертность.

Богам нужна энергия распада, поток которой я должна поддерживать в этом технологически отсталом мире, где все меня почему-то называют Мареной, хотя мое истинное имя: «П.А.Н.И.А.Д.А.», модель «Черный Жнец».

Я застряла в местном межпространственном континууме под названием «Навь» в заброшенном деревянном тереме, больше похожем на склеп с кучкой таких же бракованных существ.

– Тебе конец.

Это первое, что я услышала от коллег, выстроившихся шеренгой вдоль коридора, когда вышла из черной дыры.

– Нет. Это вам конец, – ответила я.

Они проводили меня хмурым взглядом до обитой железом двери с табличкой «Я.С.Э.», а затем растворились, словно призраки. Точнее, они ими и были, ведь в этом межпространственном континууме обитали исключительно развоплощенные биологические существа, хотя встречались и необычные и редкие биотехнологические сборки, способные крошить металл.

Этот вывод я сделала, стоя перед железной дверью нового руководителя, которая была беспощадно располосована.

Я постучала.

В звенящей тишине дверная ручка жалобно скрипнула, послышался шум множества отодвигающихся штырей и засовов, затем дверь приоткрылась. Повеяло запахом сигарет, алкоголя и терпких духов, после чего появилась белесая мужская голова.

– Вон отсюда! – крикнула она.

За моей спиной раздался звук бьющейся посуды.

Миловидная девушка со светлыми волнистыми распущенными волосами, одетая в розовое платье, уронила поднос и теперь испуганно собирала на него осколки чашек.

– А ты – входи, – сказал мне мужчина из-за двери и махнул рукой, впустив в святая святых, после чего отрезал мне путь к отступлению посредством десятком замков, засовов и цепочек, а также железной кочерги, которой зачем-то подпер дверь.

– Итак, меня зовут Сидер. Я глава расследования магических преступлений языческого славянского эгрегора или просто «Я.С.Э.» этого сектора Нави, – скороговоркой произнес тощий, словно жердь, мужчина в серой облегающей одежде с длинными расклешенными рукавами.

Он указал мне рукой на деревянный стул, у которого была наискось отрублена спинка, а сам уткнулся в мое личное дело, которое здесь было принято писать на скрюченном куске древесной коры.

– Так-так, все понятно, – пробормотал Сидер и нервно закурил сигарету. – Снова у нас новенький «Черный Жнец»? Надеюсь, ты не будешь пытаться покончить с собой, как твой предшественник. У нас здесь немного скучно, да и войн маловато, зато много мелких энергетических нарушений.

Не успела я что-нибудь ответить согласно встроенному протоколу, как он пробуравил меня недружелюбным взглядом и усмехнулся:

– Добро пожаловать и пусть земля тебе станет пухом, – мрачно пошутил он.

Или не пошутил?

Придется улучшить некоторые настройки восприятия контекста.

– Твое дело я изучил, пока ты летела сюда, ругаясь с навигатором. Откуда я знаю? Слежка стоит на всем, даже на воздухе, которым ты не дышишь, поэтому не дыши с оглядкой на последствия, – нервно хохотнул Сидер.

Я все еще не сказала ни слова, ведь мне просто не давали это сделать.

После короткого знакомства в кабинете, Сидер вывел меня обратно в коридор, где начал представлять коллегам, останавливаясь возле каждой наглухо запертой стеклянной двери.

– Елица. Принимает в работу опасные магические дела.

За стеклом сидела та самая миловидная светловолосая девушка. Она метнула взгляд в нашу сторону и испуганно уставилась в исписанный буквами свиток.

– Что с ней? – спросила я, наконец, вклинившись в бесконечный монолог Сидера.

– Ты не немая. Какое облегчение, – усмехнулся он. – Это хорошо, ведь молчуны здесь не живут, как и те, кто стал жертвой ошибок Елицы. Верно, милая?

Сидер постучал в окно девушке и провел ребром ладони поперек своего горла, и та, увидев этот жест, побледнела под толстым слоем белил.

– Ей стыдно. Она слила сведения третьему лицу, из-за чего умер твой предшественник, поэтому сегодня не до тебя. Вечером у нас похороны.

– Он был роботом?

Глава пожал плечами.

– Да, такой же обученный убийца, как и ты. У вас, роботов, мало шансов выжить в магическом мире. Твои тоже ничтожны. А это Диимитрий.

За пыльным стеклом кабинета на столе валялись окровавленные бинты, погнутые ножи и гора пустых бутылок из-под вина.

– Он на месте, вышел, – скороговоркой ответил на мой немой вопрос Сидер и махнул рукой, продолжив идти дальше по коридору.

– Чем занимается этот Диимитрий? – спросила я.

– Он убирает в мире смертных. Чаще, конечно, собирает в кучу ошметки людей, а должен – нежити.

– Он уборщик?

Сидер ехидно улыбнулся.

– Не вздумай его так назвать, иначе сама себя от пола соскребать будешь. Его официальная должность «убийца людей».

***

Вдруг в конце коридора распахнулась дверь, и я увидела молодого мужчину с темными волосами, одетого в нелепую блестящую черную одежду.

Мимо нас просвистел клинок, с силой врезавшийся в обитую железом дверь Сидера.

– Ну вот, опять, – вздохнул он. – Он снова не в духе.

Я догадывалась, что за этой дверью меня ждет главное испытание, и это не Диимитрий.

– А теперь пора представить твоего напарника – человека.

Сидер втолкнул меня в кабинет и закрыл дверь на замок. Я точно знаю, что он навалился на нее всем телом, ведь вижу сквозь стены.

В центре комнаты стоял стол, за которым сидел мужчина в просторной белой одежде, угрюмо уставившись в окно – единственное украшение кабинета.

– Меня зовут, – произнес он и вдруг осекся.

– Я знаю, как тебя зовут, – отрезала он. – Отвечай на вопросы: быстро и четко.

Он бросил на меня взгляд и сперва решил, что я мужчина, ведь по телосложению я высокая, сильная и железная, но увидев мои длинные черные волосы, зачесанные в гладкий хвост, понял, что ошибся.

– Рост? – спросила я.

– 1 м 86 см.

– Низкий, – хмыкнула в ответ. – Вес?

– 92 кг.

– Тощий.

Он вздохнул и скрестил руки на груди, догадавшись, что угодить мне просто невозможно.

– Стаж работы? – спросила я.

– Десять лет в убойном отделе.

– Мало, – фыркнула я. – Заслуги?

– Нет.

– Не удивительно, при такой-то физической форме и опыте, – вздохнула я. – Женат?

– Нет.

– Дети?

– Нет.

– Девушка?

– Уже нет, потому что я умер, – с холодной усмешкой ответил он.

– Отлично. Хоть в чем-то ты преуспел. Родственники?

– Я сирота.

– Чудесно, – произнесла я. – Друзья?

– Нет.

– Прекрасно. Никто не будет досаждать мне, когда ты окончательно развоплотишься до монады, – удовлетворенно произнесла я и сняла черные очки.

Глаза мои вспыхнули алым пламенем.

– Этот человек мне подходит, Сидер, – обратилась я к своему руководителю, который тут же отпер дверь и вошел в кабинет.

На столе уже лежал готовый договор, нацарапанный на вымоченной коре, который мой напарник, не глядя, подписал: «Ивар».

Глава 2. Живой напарник

Ровно в полночь ко мне в подвал ворвался новенький, требуя загробной работы.

Итак, он без стука вошел в мой кабинет, нагло разбудил, поэтому пусть пеняет теперь на себя – пришло время проверить его в реальном деле и посмотреть, чему он там научился за девять месяцев пребывания в коме.

Славно, что в свой первый рабочий день он надел белый халат – прямо как знал, что сегодня ему пригодится саван.

У меня как раз есть одно незавершенное дело в мире мертвых – пора навестить одну мою старую знакомую и заодно проверить боевые навыки этого щеголя.

Мне же попасть в мир мертвых очень легко – достаточно выйти за ворота этого деревянного терема и я на месте, а моему напарнику придется научиться самостоятельно находить дыры и щели между мирами.

Теперь я живу и в мире мертвых, источающих энергию чистого распада, и в мире живых, беспрестанно смердящих начинающимся распадом.

Люди – это стадия распада I согласно классификации МДР, покойники –стадия распада II, а нежить – стадия распада III.

По контракту с «Я.С.Э.» я охочусь на стадию распада III – нежить, которая, будучи уже мертвой, должна умереть еще раз, потому что отказывается выделять энергию распада, приберегая ее для нужд собственного выживания.

Сидер обязательно поправил бы меня на «мы охотимся», но у меня алгоритм не позволяет даже представить такое, ведь всю работу по устранению нежити выполняю я, потому что я самодостаточная машина для убийства.

Мне нужно только одно – приманка: сильная и выносливая, ведь мертвецы меня жутко боятся, а здорового и полнокровного человека – любят, поэтому для выполнения миссий мне нужен напарник.

Живой.

Ивар для этой цели идеально подходит, ведь его душа застряла между мирами, а тело до сих пор живо источает слабый энергетический фон.

Мы уже прошли бурый пустырь за теремом и углубились в лес, в котором то тут, то там стояли обглоданные тенями остовы деревянных изб, уничтоженных в мире живых пожаром.

Кстати, в каком году это было?

Мой процессор после прерванной новеньким перезагрузки барахлит.

Надо сказать Сидеру, чтобы починил его, а то я скоро буду путать места, времена и лица, и точно кого-нибудь случайно уничтожу.

Ничего-ничего.

Скоро я найду целый камень памяти, перезапущу свой процессор, отлажу все ошибки и обновлю систему.

Осталось вспомнить самое главное: как его найти и где находится вход в логово мертвой ведьмы.

Я застыла на месте, пытаясь хоть что-нибудь найти в своей базе данных, пока новенький кружил по поляне, заглядывая под каждый куст.

– Интересно, какой болван построил в лесу сарай? – проворчал он.

Точно, а вот и вход.

– Давным-давно на этом месте стоял дом одной вдовы. Ее муж погиб на войне. Она работала в поле и воспитывала пятерых детей. Потом сошла с ума и убила их – расчленила, запекла в печи и съела, за что получила прозвище «Печкина». Соседи отловили ее и отрубили голову, после чего дом сожгли до основания. Много лет спустя на его месте в мире людей построили сарай, в котором мы сейчас и находимся.

– Чтобы ее изгнать? – спросил новенький и нахмурился.

Я оглянулась по сторонам в поисках нежити, но вокруг не было ни души, что было нормально – у мертвецов III стадии ее нет и в помине.

– Мы будем изгонять призрак женщины из сарая? – еле сдерживая улыбку, спросил напарник.

Он смотрел на меня, словно на сумасшедшую.

– Какие-то проблемы? Или мертвец в сарае – это слишком легко для тебя? – спросила я.

Напарник смерил меня презрительным взглядом и скрестил на груди руки.

– Полная безвкусица. Нужно провести капитальный ремонт. И сжечь ковры. Они воняют падалью, – сказал он и покачал головой.

Если бы я могла удивляться, то сделала бы это, но моя сборка этой функции лишена.

В мире живых в сарае действительно не было ничего, кроме гнилых покосившихся досок, но в мире мертвых я и новенький стояли в ветхой избе, на стенах которой висели багровые линялые ковры.

Я всегда вижу два мира одновременно, но смертным это не дано, кроме таких, как новенький – застрявшим между мирами.

***

Вдруг появилась хозяйка.

Это была изможденная старуха.

Отрубленную голову она примотала к телу белым платком, завязав концы узлом под грудью. Белый фартук был заляпан бурыми пятнами кровоподтеков, а руки – мукой.

Нежить зависла под потолком и внимательно рассматривала новенького, который зачем-то принял защитную стойку, будто старуха решит сойтись с ним рукопашном бое.

Тупица.

Мертвенное лицо призрака исказила жуткая улыбка.

Человек застыл, готовясь к битве.

Старуха резко бросилась на него…

Через мгновение я стояла над бесчувственным телом новенького.

Призрак старухи, яркий и красочный, словно расписная картинка, наворачивал круги под потолком, жалобно причитая:

– Миленькая, я же не знала, что он смертный! Богом клянусь! Думала, что он твой Черный Жнец-муженец! Хотела по-матерински обнять да благословить ваш брак!

– Брак? Моя модель лишена брака. Я вчера провела полную техническую диагностику, – ответила я.

– Я же забочусь о тебе, как мать, Марьюшка, – заскулила нежить.

– Ты не мать, а мой временный информатор из-за проблем с передачей данных в этой Нави, и если новенький через час не очнется, я перережу твою некротическую нить вот этим, – сказала я и попыталась извлечь из руки оружие, чтобы припугнуть старуху, но дистиллят в моем теле резко закончился.

В глазах потемнело, а кожу стало невыносимо жечь.

Мне нужно было срочно выпить мертвой воды, иначе я отправлюсь следом за новеньким, но не в иной мир, а на свалку, ведь для роботов моей модели никакой загробный мир не предусмотрен.

– Верни ему годы жизни, которые украла, – приказала я ей.

– Не могу, родненькая, – развела руками нежить. – Что в мертвеца упало, то пропало. Может его лучше расчленить и запечь, Марьюшка?

– Тебе лишь бы съесть кого-нибудь, – бросила я.

– Так это же древний рецепт воскрешения мертвеца: молодца нужно сперва убить, потом расчленить, затем запечь, после воскресить мертвой водой и пробудить – живой.

– У тебя бывает что-нибудь без расчленения?

– Нет, – мотнула отрубленной головой старуха. – Зато есть рецепт мертвой воды.

– И у тебя она есть?

– В подполе три чекушки. На кладбище настаивала, на свежей могилке и ржавых гвоздиках – все как ты любишь, Марьюшка.

– Наливай, – приказала я.

Я выпила залпом три чекушки мертвой воды.

Процессор ожил, стать работать быстрее, а тело снова стало сильным и послушным. Все-таки домашняя мертовуха лучше любого промышленного дистиллята.

– Где сейчас новенький? – спросила я.

Нежить закатила глаза и впала в транс, медленно покачиваясь в воздухе из стороны в сторону.

– В подземном мире, – выпалила старуха.

– Он спятил? Что забыл в этом вашем Пекле?

– Эта ваше, а не наше Пекло. Не мы его создали, не нам в нем и жариться. Да и говорю тебе, Марьюшка, не человек он, а нелюдь. Я его как куснула, так сразу и поняла – отмороженный он, – пожаловалась нежить. – Зубы чуть об него не обломала, благо, что они у меня теперь железные, а не костяные…

Дело ясное, что дело темное.

Увы, придется вызвать Диимитрия, потому что кодов доступа в Пекло у меня пока нет.

Глава 3. Беглый демон

Я мысленно настроилась на «убийцу людей», и вот, что увидела.

Диимитрий меланхолично курил. И пил. И снова курил. И так по кругу уже сутки после очередной нашей ссоры. Он бы уже помер от такой дозы яда и никотина, если бы не был местным демоном, проклятым еще со времен Белоха.

Или как там его звали? Дивноглаз? Белозуб?

Не важно.

Отлажу базу данных и внимательно изучу.

Важно сейчас то, что он безостановочно пьет и курит, но не чувствует ни вкуса вина, ни запаха сигарет, зато его вредные привычки раздражают других коллег, которые грозятся призвать в мир белых богов, чтобы выселить его в Пекло, как злостного нарушителя общественного порядка и покоя.

Кстати, Диимитрия мечтают прикончить не только его коллеги, но и все местные демоны, ведь утром на завтрак он во всю мощь легких играет на трубе, на обед – шкрябает ногтями стекло, а на ужин – долбит кувалдой пол: вне зависимости от своего очередного местоположения.

Ярость и ненависть окружающих питает его лучше любого семиразового питания в столовой «Я.С.Э.».

Я же была всегда к нему безразличной, чего он мне никак не мог простить.

Ему трудно принять тот факт, что я, хоть и выгляжу, как демоница, являюсь роботом, поэтому он топит свое горе в вине, собирая арсенал бутылок, чтобы затем швырять их, словно копья, в головы потерявших бдительность коллег.

Вдруг в его разуме мой металлический голос произнес:

– Тащи свой магический зад на старое кладбище. Есть дело. Жду.

Диимитрий от волнения даже затушил окурок о ногу, но ожог мигом затянулся, в отличие от штанов, которые он тут же стянул с себя и выбросил с балкона – так он делал со всем мусором, от которого хотел избавиться.

Он тут же вызвал к себе в покои с пометкой «крайне срочно» весь штат обслуживающего его в «Я.С.Э.» персонала, посулив большую оплату, а так как он платил щедро, приехали все.

Одновременно.

После Диимитрий обычно с довольным видом сидел в кресле царя Людовита XIII посреди разбросанных вокруг черных мешков, веревок, лопат и толпы разъяренных людей, готовых устроить массовую бойню, и медленно превращался из побитого молью местечкового демона в элегантного и ослепительно блестящего черного бога.

Я уже ждала его в условленном месте – на безымянной могиле слева от кладбищенского перекрестка.

Диимитрий расправил складки черного чешуйчатого костюма, сбил невидимые пылинки, поправил укладку и, подмигнув себе в зеркальном отражении надгробной плиты, сверкнул белоснежной улыбкой.

– Ты сегодня выглядишь особенно потрясающе, – начал он издалека свою тщательно подготовленную речь. – Тебе так идет этот облегающий черный кожаный костюм.

Я хотела сказать, что он металлический, но промолчала, с каменным выражением лица втащив его на безымянную могилу и поставив рядом с собой, как куклу.

По телу Диимитрий прошла дрожь, ведь я, искусственно созданная богами железная женщина, вопреки всем законам природы и логики почему-то волновала его проклятую демоническую плоть.

Появился паромщик – дух безымянной могилы.

Демон вальяжно достал из кожаного кошелька горсть монет, но я остановила его, дав мертвецу старинный золотой грош.

– Вниз, – приказала я.

Диимитрий оценивающе присвистнул.

Древний грош – это большая в этом мире редкость, а все – из-за его редкоземельного сплава, поэтому мертвецы готовы из-за него головы друг другу оторвать.

Нежить раболепно скрючилась и исчезла, и через мгновение мы уже стояли в ином мире, покрытом копотью, гарью и облаком плотного чада.

***

– Я внимательно слушаю, что за дело такое, – произнес Диимитрий и постарался принять как можно более непринужденную позу.

Я посмотрела на него алыми светящимися глазами и у него почему-то забилось чаще сердце.

Жаль, что он не мертвец, иначе я бы давно его расщепила.

– Даже не хочешь слова мне сказать? – возмутился он. – Сбросила мне телепатически все данные и на этом все? – крикнул он мне вслед, перепрыгивая в дорогих кожаных туфлях лужи со смолой.

– Кто этот Ивар? Почему я ничего о нем не знаю? Ты уже работала с ним? В паре? Наедине?

Я запрыгнула на осколок закопченной мегалитической колонны и огляделась.

Диимитрий тут же переместился ко мне.

– Не трать темную силу. Она сейчас пригодится, – произнесла я.

– Все-таки заботишься обо мне? – спросил демон и пронзил меня томным взглядом.

– Я освобождаю новенького, ты – убиваешь стражей.

– Я не могу, ты же знаешь, – с досадой процедил Диимитрий.

– В базе данных этого мира значится, что «Диимитрий не может ни убить демона, ни быть убитым демоном из-за проклятия, наложенного отцом».

– Там упомянуто, что я царевич? И к тому же очень богатый.

– Написано, что беглый. И врет много.

– Наглый поклеп, – хмыкнул демон.

– Тогда ты освобождаешь новенького, а я убиваю стражей, – сказала я и приняла образ Черного Жнеца, растворившись в пространстве.

Тем временем Диимитрий начал кружить по горелым руинам, будто потерял драгоценную шпильку, медленно принимая образ летающего черного дракона, беспрестанно думая обо мне и бормоча:

– Сумасшедшая. А если она погибнет? Она почти бессмертная, но кто ее собирать будет? Чинить? Сваривать? Людям далеко до технологий древних. Ни одного Черного Жнеца, даже по частям, моя экспедиция в нашем мире так и не нашла. Вот и скажите, где брать детали для ее ремонта?

Немного успокоившись, демон решил, что если спасет сегодня Ивара, то я прощу ему самоустранение прошлого Черного Жнеца.

Это он подвел его под утиль.

Если бы не это, то ноги моей бы не было в этом технологически отсталом мире.

Взлетев в воздух, он направился на самое дно Пекла – в Распадник, где томились души людей, которых должны были переработать в теней и расщепить на первичную энергию.

На удивление Распадник был без охраны.

Всех стражей отправили на подмогу в Железный замок, который я уже атаковала, чтобы отвлечь внимание от Диимитрия. Совсем скоро я все здесь превращу в пыль, ведь в программе разрушения Черного Жнеца заложено тотальное уничтожение.

Новенького в Распаднике не было.

В голове демона возник образ голубоглазого блондина, которого он тут же люто возненавидел и пожелал убить так же, как предыдущего Черного Жнеца, а все потому, что он был мужчиной.

От пленников Распадника Диимитрий узнал, что новенького отвели на Сжигатель.

«Может проблема самоустранилась?» – с надеждой подумал он, а еще он подумал, что в Сжигателе души смертных обычно не выживают, значит, и спасать больше некого, но решил все же самолично убедиться.

Диимитрий издали увидел Ивара у каменного столба, он был обмотан цепями.

Новенького защищал ослепительный золотой свет, который не давал приблизиться к нему ни теням, ни демонам.

Диимитрий принял человеческий образ и подошел к моему напарнику, чтобы рассмотреть золотые кольчужные узоры, теперь покрывавшие все его тело.

«Что это за хрень?» – подумал демон.

Он вложил всю мощь темной силы в смертельный удар, целясь в сердце новенького, а затем вскрикнул и с трудом поднял левую руку, сломанную в четырех местах.

Ругаясь, как беглый сапожник, а не беглый царевич, Диимитрий снова принял образ черного дракона и унесся в Навь, потому что Ивар уже очнулся на полу сарая.

Глава 4. Языческий бог

«Слежка стоит на всем, даже на воздухе, которым я не дышу» – так сказал мне при первой встрече мой руководитель, поэтому я зашила это наставление в свой протокол поведения.

С тех пор я постоянно за всеми слежу и за Сидером – тоже.

Сейчас, например, он беспокойно дремлет на матрасе, расстеленном на балконе нашего трухлявого деревянного терема.

Ему снова снится, что он на поле боя в I эпохе цивилизации древних богов. Он должен любой ценой победить, даже если погибнет вся его армия, но он вдруг ослушивается приказа и отступает.

Единожды выслушав его жалобы на дурные сны и тревожность, я посоветовала завести ему питомца.

Поразмыслив, Сидер завел себе плюшевого медведя по имени Малоед, и теперь носил его с собой в сумке, посматривая на него во время собраний в мире мертвецов, духов и особенно – богов, где работу его магического отдела, как всегда, разносили в пух и прах.

Но вдруг приключилось невероятное: в ночном небе настежь распахнулись небесные межпространственные врата и на спящего Сидера упал луч света, который переместил его прямо за овальный стол Совета древних богов – в серых носках с оленями и Малоедом под мышкой.

– Сидерит из небесного клана богини Седун, объясните, почему подконтрольная вам группа магических существ разрушила Пекло и убила царевича Дарко из демонического клана Черного Змея?

Челюсть моего руководителя едва не упала на пол, когда ему показали на зеркальной поверхности овального стола сцену беспрецедентного вандализма, который я с большой готовностью устроила. Крупным планом сняли мое лицо, а также в замедленной съемке – все этапы технологического превращения в Черного Жнеца.

Новости о появлении нового стального демона взбудоражили всех местных обитателей.

Должна признаться, что предыдущая модель Черного Жнеца, с которой они были знакомы, была настолько устаревшей, что едва годилась на то, чтобы называться роботом-убийцей.

– Это был ваш приказ? – строго спросил дух бога Правосудия и у моего руководителя внезапно затряслись коленки.

– Да полно вам, – вступился за Сидера дух бога Войны, развоплотившегося во II Эпохе цивилизации древних богов. – Сидерит – самый выдающийся трус всех времен и народов, поэтому никогда не смог бы отдать такой дерзкий приказ.

– У вас ровно три месяца, чтобы посадить на подземный трон наследника демонического клана Черного Змея, иначе срок вашего заточения в этой мире продлится на еще одну цивилизацию людей.

– Нет! Только не еще одна цивилизация людей! Я согласен окаменеть! – в отчаянии крикнул Сидер и стиснул плюшевого медведя. – Я молю Судий об абсолютном распылении!

– Вечная жизнь в Яви – это ваше божественное наказание, – холодно напомнил дух бога Правосудия, – срок продления которого не ограничен.

Сидера тут же бесцеремонно вытолкнули обратно на балкон в Навь.

Он с тоской посмотрел на звездное небо, в котором закрылись небесные врата, посадил Малоеда на матрас, взял железную кочергу и пошел на разборки со своими подчиненными людьми, духами, демонами и роботами.

***

– Козлоногие демоны! – дико орал языческий бог. – Разрушили Пекло, и теперь мир людей захлестнет конец света! А мне потом снова создавать цивилизацию людей!

Гневную тираду начальника прервало цоканье каблучков Елицы.

– Опоздание! Штраф! – крикнул Сидер и замахнулся на миловидную девицу железной кочергой, словно магическим жезлом, и с лица девушки спали белила вместе с кожей, обнажив белый череп.

– Познакомьтесь! – неистовствовал языческий бог. – Это наша красавица Елица и Полуденница! Убийца Черных Жнецов и его напарников!

– Постойте-ка, – деловито вмешался Диимитрий. – Убийца Черных Жнецов и его напарников – это я. Елицу наоборот надо наградить. Она мне ни разу не дала, хотя я дико ее искушал. Хотя постойте, припоминаю: один раз все же дала. Я как-то застукал ее без магического макияжа в библиотеке…

– Елица тратит всю личную силу на создание морока красоты, а не на развитие боевых навыков, что неудивительно, ведь она урод, – прокомментировала я, отвечая на молчаливый вопрос новенького.

– Молчать! – Сидер замахнулся на меня железной кочергой, и я тоже лишилась человеческого облика, обнажив свой впечатляющий металлический каркас.

Диимитрий оценивающе присвистнул.

– Зачем понеслась в Пекло?! Без моего ведома! Ивар в рубашке родился! Его не надо спасать! Да он всех нас переживет! – яростно вопил языческий бог.–Точнее, всех вас! – тут же поправил себя Сидер, вспомнив, что в отличие ото всех нас проклят божественным бессмертием.

– Что значит «в рубашке»? – вдруг полюбопытствовал Ивар.

– Это значит, что если я тебя убью, то ты не сдохнешь, – ответил Диимитрий. – На тебе магическая защита от смерти от сверхъестественных существ, таких, как я, Сидер, Паниада и Черепок.

– Молчать! – не унимался Сидер. – А ты зачем пошел в Пекло?! Теперь нас подозревают в убийстве последнего наследника клана Черного Змея! Нам всем конец! На подземный трон больше некого посадить, – устало сдался Сидер и, наконец, перестал махать железной кочергой.

– Диимитрий – последний наследник демонического клана Черного Змея, – вставила я. – Его и посадим.

– Это кто кого еще посадит? Я незаконнорожденный! И не дам себя никуда посадить! – крикнул демон и резко вскочил на ноги.

Он хотел было сбежать, но я мгновенно перегородила ему путь.

– У меня твой саркофаг, – с угрозой в голосе произнес Сидер, крепко вцепившись за железную кочергу.

– И? – со смешком спросил демон.

– Ты не понял меня, – медленно повторил языческий бог. – У меня. Твой. Саркофаг.

Диимитрий вдруг извлек из нагрудного кармана сигару с темной силой, прикурил от пекельного огня из кончика своего пальца, жадно затянулся дымом, а затем материализовал кресло Людовита XIII и вальяжно сел в него, закинув ногу на ногу.

– Чем докажешь?

– Этим жезлом, – произнес Сидер. – Если ты не явишься на встречу со своим отцом, Черным Змеем, то клянусь Небом и Землей: я всажу эту кочергу в твое спящее в саркофаге тело – прямо в сердце.

– Не в зад, и на том спасибо, – съязвил демон.

Сидер вдруг зачитал состав найденного в каком-то параллельном мире в отложениях Докембрия каменного саркофага, внутри которого спало некое существо рептилоидной расы.

Диимитрий изменился в лице.

– Так где там папа? Спешу заключить его в объятия! Не виделся с ним уже несколько сотен тысяч лет! – нервно воскликнул демон и затушил окурок.

– Вы не виделись 60 миллионов 345 тысяч лет, – поправила его я.

– Как быстро летит время в этой Яви, – сказал Диимитрий и приподнял бровь, снова попытавшись сбежать, тут же очутившись на полу под моим железным корпусом.

– Если бы ты не была такой холодной и тяжелой, мне бы это все очень понравилось, – простонал беглый демон.

– Демоны будут праздновать смерть царевича Дарко сорок дней. Просили их не беспокоить. Я знаю, что у тебя есть протокол уничтожения демонов. Временно заблокируй его, пока мы не посадим на трон Пекла их представителя.

– Паниада, убей их всех. Демонов здесь расплодилось, как тараканов, – прокряхтел Диимитрий. – От радости в мире духов пойдут дожди.

– Не пойдут, – ответила я. – Мой протокол уничтожения повредился из-за перемещения в эту дыру, иначе я бы давно тебя убила, демон.

Глава 5. Гиблое место

– Надень лицо, страшно ведь, – сказал Ивар и содрогнулся, взглянув на череп Елицы.

Они ждали меня возле ворот терема, чтобы отправиться на практику в мир мертвых. Сидер провожал их, то и дело посматривая на напольные песчаные часы.

– Не могу я тут с вами торчать. Боюсь, что царский сын сбежит, – сказал он и растворился в воздухе, переместившись на третий этаж, где в магической ловушке сидел Диимитрий.

Ивар задумчиво почесал ухо и тут же получил крепкую затрещину от меня в образе Черного Жнеца, держащего за ниточку полупрозрачный белый воздушный шарик.

– Отряд, слушай команду! – рявкнула я. – Идем в мир мертвых колонной! Всем строго соблюдать правила выживания!

– Какие? – недовольно спросил новенький.

– «Убивай или умирай», – шепотом подсказала Елица. – «Кодекс войны древних богов», автор неизвестен.

– Людей не есть, – строго приказала я воздушному шарику, ткнув в него стальным ногтем.

– Здесь каннибалов нет, – усмехнулся Ивар.

– Как это нет? А я? – отозвался голосом мертвой старухи воздушный шарик.

– Это что за хрень?! – испуганно воскликнул Ивар и отскочил в сторону, спрятавшись за Елицу.

– Не хрень, а Печкина, – пояснила я. – Ее надо выгулять, иначе весь рабочий периметр загадит. Она ест все подряд, даже деревянный забор, поэтому он и рассыхается.

Я отдала Ивару воздушный шарик и сказала:

– Крепко держи ее за нить жизни. Печкина – опасная и сильная нежить. Пусть гавкает на покойников и кусает мертвецов. Следи, чтобы на могилы не гадила, иначе сам за ней убирать будешь. Дай ей обнюхать себя и укусить за сапог, – добавила я. – Ей надо как-то отличать тебя от еды. Держи мясо. Привяжешь ее мертвечиной на кладбище, чтобы не сбежала.

Ивар, бледный, как полотно, взял воздушный шарик за некротическую веревку.

Я приказала Печкиной превратиться в собаку, и та обернулась белым пуделем с черепом вместо головы.

– Какой милый песик, – сказала Елица и погладила нежить, и та вдруг заскулила.

– Ты сейчас в образе Полуденницы, – напомнила я девушке. – Если убьешь Печкину, вместо нее на поводке гулять будешь.

Девушка смутилась, но на ее белом черепе это никак не отразилось.

– Почему именно я выгуливаю «это»? – снова встрял недовольный Ивар. – Елица отлично ладит с нежитью! Пусть «это» и ведет на прогулку!

– Только через мой труп! Эта поганка бледная пять лет моей жизни сожрала! Чтобы ей пусто было! Нежетеубийца проклятая! – прогавкала нежить.

Наш отряд прибыл на место через полуразрушенный древний канализационный люк.

Теперь мы стояли посреди улицы, окруженные шумной толпой чудаковато одетых людей, которые нас в упор не замечали.

– Почему мы переместились в мир живых? – спросил опять новенький.

– Мы в мире мертвых, – ответила я. – Смертные – это мертвецы I степени распада, но нас сейчас интересуют другие их разновидности.

– В Классификации древних богов сказано: «Все, что подвержено смерти – суть мертвые, все, что бессмертно – суть живые», – процитировала Елица.

– Ты же вроде блондинка. Почему такая умная? – спросил Ивар и вдруг улыбнулся.

Он попал в этот мир из параллельной Яви, как и я, поэтому порой говорил загадками. Никакой связи между цветом волос и уровнем интеллекта мой искусственный интеллект не выявил.

– Чую пищу, – гавкнул пудель и с громким лаем потащил Ивара к заросшему саду, обнесенному забором, который оказался осколком старого заброшенного кладбища в центре этого средневекового городища.

Я запрыгнула на замшелый могильный камень, очертив вокруг себя круг мечом «Рассекатель Небес».

Вдруг все звуки стихли. Резко потемнело. От земли поднялся туман. Воздух заполонила трупная вонь.

Пудель носился по кладбищу, пока Ивар не привязал его к могиле, на которой я кружилась волчком, разбрасывая куски мяса и приговаривая «гули-гули».

– Что она делает? Кормит пса? – настороженно спросил у Елицы новенький.

– Это обряд призыва, – ответила девушка, сосредоточено всматриваясь в туман. – Гулей.

– Голубей? – не понял Ивар.

– Почти.

***

Вдруг могилы начали шевелиться.

Могильные камни настежь распахнулись, словно двери, и из них начали выползать какие-то дымчатые остатки людей: без рук, без ног и даже без голов.

Все они спешили к мясу, в которое жадно вгрызались, дико рыча друг на друга.

Постепенно они принимали человеческий облик: вставали с колен на ноги, отращивали отсутствующие конечности и широко распахивали зубастые рты.

Ивар насчитал дюжину мертвецов и вдруг спохватился, что у него нет ни оружия, ни знаний, чтобы убить эту нежить.

– Эй, ты нас будешь чему-нибудь учить, Паниада? У тебя там что? Процессор завис? – нервно спросил он, взволнованно озираясь по сторонам.

Вдруг ему в лоб прилетел кусок мяса, а затем ослепительно белый костюм новенького подвергся настоящему мясному обстрелу.

– Спятила?! Кровь же не отстирывается! – крикнул он мне.

– Урок номер один, – отозвалась я. – «Идя на дело, не надевай белое».

– Дай оружие! – заорал Ивар, уже бегая туда-сюда по кладбищу.

Я игнорировала его крики о помощи, ведь сосредоточенно чистила доспехи, сидя в созданном мечом круге, изолирующим меня от нежити, духов и людей, затем переберу весь арсенал оружия, спрятанного в корпусе моего тела.

– Урок номер два, – наконец отозвалась я, проведя полный технический осмотр. – «Кто с собой меч носит, о помощи не просит».

С этими словами я перевела взгляд на Елицу, изнемогающую под атаками мертвецов. Они безжалостно погрызли ее в надежде полакомиться ее жизненной силой.

– Елица, ты Полуденница, – не выдержала я. – Забери энергию у нежити и влей в себя. Работай, как упырь. И хватит реветь. Подумаешь, откусили пальцы. Новые скоро отрастут. Ты же, в конце концов, тоже мертвец.

– А мне помочь не хочешь?! – крикнул Ивар.

Он каким-то образом умудрился залезть на дерево в саду.

– Делаешь успехи, новенький, – довольно хмыкнула я, надевая черные очки. – Тогда урок номер три: «Кто местность знает, тот глупо не умирает».

Из дупла вдруг выскочила мертвая девочка с выклеванными глазами.

– Что это?! – завопил новенький, загнанный нежитью на самую макушку дерева, на которой раскачивался из стороны в сторону, словно флаг на ветру.

– Дети! – воскликнула Елица, которая последовала моему совету и уже убила шесть мертвецов.

– Это тренировочный пространственно-временной разлом, называемый людьми «гиблым местом», – отчеканила я, подпиливая бормашиной стальные ногти. – До войны здесь был монастырь, в котором сгорело восемьдесят девять монахинь, а сто лет до этого – больница для больных чумой, а еще столетие назад – усадьба, в которой княгиня жестоко убивала своих дворовых…

– Все ясно! – крикнул уже из кустов Ивар, все-таки свалившись с дерева на землю, где его окружила плотным кольцом нежить. – Место, где все умирают!

Через три часа он очнулся, застонал и произнес:

– Не бойся, говорили они, если умрешь, то воскреснешь, говорили они…

– Урок номер четыре, – сказала я. – «Двум смертям здесь не бывать, ведь их будет сорок пять».

И продолжила раскидывать по кладбищу куски мяса, без устали, как заведенная, повторяя «гули-гули».

Глава 6. Холодная месть

Больше никто, кроме меня, не называл Ивара «новеньким», даже Диимитрий.

Правда, демон вынужденно молчал – Сидер временно лишил его голоса, ведь пленник вконец достал его своими разговорами и шуточками.

Елица души не чаяла в бесстрашном герое, которым стал для нее Ивар. Она почти на руках вынесла его из временной петли, где он, как я и обещала, умер сорок пять раз, прежде чем дошел до нежити эпохи кроманьонцев.

На моих глазах глупый, наивный и слабый новичок, наконец-таки, превратился в матерого нежитеборца, разрывающего голыми руками мертвецов.

В гиблом месте время течет иначе, поэтому я, Елица и Ивар вернулись в терем через три часа, в то время как по ощущениям провели во временной петле около трех лет.

Человеку вообще могло показаться, что он находился в гиблом месте все тридцать три года, ведь для таких, как он, время здесь течет по-иному.

После такого обучения экстерном, он спал несколько суток подряд, мучаясь кошмарами, в которых снова и снова убивал мертвецов.

Я тем временем погрузилась в спящий режим в капсуле восстановления, которую все здесь называют «саркофагом», так как полностью истощила весь запас дистиллята, который заменял в моем теле кровь.

Сидер тем временем поставил Ивару диагноз «ПТМР» – посттравматическое магическое расстройство, и дал ему волшебные пилюли, но после сорока пяти смертей, которые официально причислены классификатором МДР к категории естественных, ведь были спровоцированы умершими людьми, у него выработался такой стойкий иммунитет к магии, что колдовство языческого бога на него не подействовало.

Затем Елица все никак не могла поставить новенькому капельницу, ведь его магическая рубашка мутировала в биологическую, сделав кожу непробиваемой броней, которую не брали не то что иголки, а даже, наверное, бронебойные снаряды.

Постепенно Ивар вернулся к своей обычной загробной жизни: утренним пробежкам, физическим тренировкам, шестиразовому питанию, восьмичасовому сну и чтению книг по истории древних богов.

У него появилось новое хобби – изучение всех способов уничтожения робота-убийцы модели «Черный Жнец».

Я рада за него.

Наконец, он перестал ныть, что ему нечем здесь заняться и просить какую-нибудь работу.

– Перетащи в подвал восемь баллонов дистиллята. Елица тебе все покажет, – как-то сказал Сидер новенькому, который только что вернулся с тренировки на мечах.

На головы всех манекенов были надеты ведра с надписью «Паниада».

Я слушала и видела все происходящее в фоновом режиме, продолжая проводить техническое обслуживание в своей капсуле восстановления.

Ивар с каменным выражением лица спустился в подвал следом за Елицей, которая теперь даже на прогулку с Печкиной надевала каблуки, короткое платье с декольте и милое кукольное личико, неизменно обрамленное кукольными локонами.

Не видя ничего перед собой, кроме моего черного саркофага, Ивар за пару минут перетягал в мою комнату все баллоны с дистиллятом и собрался уже уходить, как вдруг Полуденницу вызвал в кабинет Сидер по срочному делу.

Убедившись, что рядом никого нет, новенький сдвинул плиту с моей капсулы и заглянул в стеклянный гроб, заполненный дистиллятом, в котором я плавала.

Ивар перевел дыхание, чтобы успокоить сердцебиение, что было весьма разумно.

Он несколько недель планировал мое убийство, даже залез в бумаги Елицы, чтобы найти техническую документацию по моей модели, из которой он и узнал все особенности строения моего железного тела.

Сейчас он жутко волновался, ведь если он ошибется и перережет не тот шланг, то я распылю его на атомы.

***

Из технической документации новенький также узнал, что в моем корпусе спрятан меч «Рассекатель Небес» – универсальный расщепитель любой материи, и это помимо множества другого оружия, о существовании которого эта слабо развитая раса даже понятия не имела.

Стиснув дрожащей рукой скальпель, новенький коснулся им моей синтетической кожи на шее, чтобы перерезать шланг, но вдруг замер, услышав стук каблучков Елицы.

Боясь быть пойманным на месте преступления, он схватил первый попавшийся баллон и сделал вид, что усердно наполняет раствором дистиллята мой гроб.

– Ой! – воскликнула Полуденница. – Не знала, что Сидер уже провел тебе инструктаж по обслуживанию Паниады.

– Угу, – кивнул Ивар, продолжая работу.

– Постой…

Елица вдруг побледнела, глаза ее расширились, а губы задрожали.

– Ты точно уверен, что в баллоне дистиллят, а не обычная вода? – спросила она.

– В чем дело?

– Обычная вода для Паниады – яд…

Ивар перевернул баллон, на котором красовалась белая надпись: «H2O».

– Теперь нам точно конец! – воскликнул Сидер, когда Елица и новенький доложили ему о моем отравлении.

Языческий бог теперь сидел в магической ловушке вместе с Диимитрием, с ужасом ожидая моего появления, ведь я робот-убийца, созданный, чтобы разрушать миры, а не какие-то хлипкие погорелые межпространственные терема в Нави.

– Ивар?! – вдруг затряс нежитеборца Сидер. – Сколько ты влил воды?!

– Восемь литров, – ответила за него Полуденница.

– Тогда нам остается только умереть, – с ухмылкой ответил демон и материализовал кресло покойного царя Людовита XIII, в которое тут же уселся. – А точнее вам троим. Проклятие! Сидер, ты тоже бессмертный. Елица, Ивар, было неприятно с вами познакомиться, но зато очень приятно попрощаться.

Вдруг стена с грохотом рухнула, и появилось я: наполовину робот, наполовину человек, с восемью руками, в каждой из которых было по оружию.

– Нужно срочно ее остановить, – сдавленным голосом произнес Сидер, увидев в моей руке термоядерную бомбу, после чего обречено вышел из магической ловушки.

Мой духовизор барахлил, поэтому я наугад рубанула мечом воздух, создав «Рассекателем Небес» в центре деревянного зала черную дыру, из которой на пол вывалилась липкая куча полураспавшейся материи.

– Что остановит робота-убийцу? – вдруг запаниковал Ивар.

– По-видимому, только вода, – спокойно ответил Диимитрий, задумчиво раскуривая сигару с темной силой. – Где ты нашел саркофаг Паниады, Сидер?

– На севере! В Легедонском океане! Во льду! – выкрикнул языческий бог, сражаясь со мной железной кочергой, которая только на вид таковой казалась.

– Чудно, – выдохнул дым демон. – Тогда заморозим ее, и дело с концом.

– Где заморозим?! – крикнул новенький, видимо, окончательно потеряв самообладание.

– Ну, конечно! – вдруг озарило светлую голову Елицы. – Она прилетела на обледеневшем метеорите! И мирно спала, пока мы ее не разморозили! Надо снова заманить в ледник!

– И как мы это сделаем? – спросил Ивар.

– Нежитью, – ответил демон и глянул на Елену. – Или Черепком. Она такой же мертвец, только свой.

– Нет! Печкиной! – приказал Сидер.

Елица кивнула и вытащил из созданной мной черной дыры призрак перепуганной старухи, приказав ей подразнить меня, а затем спрятаться где-нибудь в глубине Вийморского ледника.

Я зафиксировала нежить и сразу же бросилась за ней следом, послушно угодив в расставленную ловушку, ведь мой протокол уничтожения мелкой нежити и нечисти был выставлен в качестве приоритетной задачи.

Уничтожение миров я могла заниматься только в перерывах между выполнением основной миссии.

Глава 7. Новый царь

– Неужели сорок дней уже прошли? Я так привык к этой ловушке, что меня даже не раздражает отсутствие ремонта в этом гадюшнике, – со вздохом произнес Диимитрий.

За беглым царевичем пришла толпа демонов, одетых в черные блестящие одежды.

Один из них держал светоотражающий зонт над владыкой демонического клана Черного Змея, носителем духа которого был обычный человеческий мальчик лет девяти.

– Папа, такие подселения давно уже не в моде. Не мог выбрать что-нибудь более впечатляющее? – спросил Диимитрий и покрутил в пальцах сигару с темной силой, хаотично соображая, как ему в очередной раз сбежать.

– Это мой новый сосуд. Я в него недавно вселился, – тоненьким голоском ответил Змей Змеевич. – Собирайся, пора представить тебя тайному правительству в качестве нового владыки Пекла. Сам знаешь, без него во всех трех мирах воцарится хаос, и тогда Конец Мест и Времен наступит намного быстрее, чем ожидалось.

– Я еще слишком молод, чтобы нести такое бремя, – тянул время демон.

– Да ты старше даже меня! Когда отец тебя проклял, я под стол пешком ходил! – выпалил Сидер, который битый час пытался выпроводить демонический выводок Змея Змеевича из своего потустороннего терема.

Помимо хлопот с несостоявшимся отцеубийцей Диимитрием ему хватало проблем с черной дырой-убийцей в центре комнаты, мной, роботом-убийцей модели «Черный Жнец», убийцей нежити Елицей, влюбленной в убийцу роботов Ивара, которого обучал он – бог-убийца сотен тысяч древних убийц.

Сидерит снова задумчиво почесал лоб.

Я тоже думаю, что в этом тереме здесь слишком много разрушителей на один квадратный метр, и это не к добру.

Озадачившись этим, глава исчез, оставив беглого царевича наедине с семьей.

Под моим пристальным надзором демоны освободили Диимитрия из магической ловушки, надели ему на руки бронзовые наручники и переместили к входу в Пекло.

Я сопроводила их до врат в подземный мир в виде обломка летающего корабля, который местные почему-то называют Бочкой.

– Стойте! – вдруг воскликнул Диимитрий и замер на пороге Пекла. – У меня есть последнее желание!

– Какое? – тоненько спросил Змей Змеевич и прищурился.

– Я хочу жениться.

– Ты настолько отчаялся? – с усмешкой спросил владыка демонов. – Черная Провидица предрекла тебя смерть от любви, но, даже умерев, ты не избавишься от меня. Я сделаю тебя царем подземного мира, даже если ты замуруешь себя заживо в саркофаге. Опять.

Диимитрий замотал головой.

Предполагаю, что сейчас больше всего на свете он мечтал оказаться замурованным в своем убежище в параллельном мире.

– Что ты, папа! Это брак по расчету! Эта девушка намного холоднее и расчетливее тебя! Тебе понравится! – воскликнул демон и широко расставил ноги, упершись ими в порог Пекла, прекрасно понимая, что его ждет не только вечное заточение в подземном мире, но и суровое наказание за участие в дворцовом перевороте и попытке убийстве собственного отца. – Я хочу взойти на подземный трон настоящим… мужчиной!

– Ты-то? – снова усмехнулся Змей Змеевич.

– Я хочу жениться на девушке, которая, правда, совершенно этого не желает…

– Не любит тебя? – решил по-отечески поговорить с блудным сыном Змей Змеевич. – Если не любит – приворожим насмерть.

Диимитрий мотнул головой.

– Мертвая что ли? Тогда оживим. У меня темной силы столько, что я оживлю труп любого срока давности смерти, – добавил владыка демонов.

Царевич снова хотел что-то сказать, но отец нетерпеливо его перебил.

– А теперь в чем тогда дело?

– Она немного со стальным характером… У нее такой жесткий металлический… каркас. И воля…

– Ну, говори, не тяни время!

– Она робот.

***

Змей Змеевич на миг задумался, повернувшись лицом к входу в Пекло.

– Ты даешь свое отеческое благословение? – вкрадчиво спросил Диимитрий.

– Даю, – ответил Змей Змеевич, и уже было собрался переместиться, как беглый царевич снова его отвлек.

– Она тот самый робот, который убил твоего любимого восьмого сына Дарко.

Владыка демонов довольно хмыкнул.

– Поделом ему. Этот подонок всех достал. Полностью поддерживаю невестку, – детским голоском ответил Змей Змеевич и собрал темную силу, чтобы переместить свой демонический выводок в Пекло, как Диимитрий снова продолжил тянуть время:

– Согласно предсказанию Черной Провидцы она уничтожит цивилизацию демонов.

Владыка застыл на месте, затем щелкнул пальцами, материализовал черный свиток, подписал, капнул на него черной кровью и вручил сыну.

– Что это? – с надеждой спросил Диимитрий.

– Приказ о твоем добровольном отречении от подземного трона. Ты недостоин быть царем Пекла.

Демон с облегчением выдохнул и прижал к груди приказ о долгожданной свободе.

– «Темные силы Пекла, внимайте моему приказу! – торжественно объявил Змей Змеевич всем обитателям подземного мира по телепатической связи. – Царицей подземного мира станет робот-убийца… Как зовут невестку? – вдруг шепотом спросил он у сына.

– Паниада, – растеряно ответил Диимитрий.

– …Царицей подземного мира станет робот-убийца Паниада согласно VI Завету древних богов «Что нас убивает, то пусть нами и повелевает», – закончил вещать повелитель демонов.

– А что с этим тогда делать? – вдруг спросил телохранитель Змея Змеевича и ткнул пальцем в Диимитрия.

– В Распадник его. Пусть гниет там до Конца Мест и Времен, – равнодушно распорядился глава и махнул рукой.

Демоны скрутили царевича и надели на него железный ошейник, блокирующий любые превращения и перемещения.

– Папа, за что?! Я же твой любимый младшенький…

– И отцеубийца, попытавшийся давным-давно свергнувший меня с престола вместе со своими братьями. Вечно вам за это гореть в Пекле, – повторил Змей Змеевич то самое проклятие, которое превратило всех его некогда прекрасных детей в уродливых демонов, горевших на солнце, словно солома.

– Папа, прости! Я был молод и глуп! Оступился! – крикнул Диимитрий, теперь цеплялся за любую возможность выжить.

– «Преступления против семьи и рода не имеют срока давности», III Завет древних богов», – равнодушно процитировала я Кодекс, следуя за вереницей демонов в подземный мир.

Диимитрия повели к Распаднику, где сгинуло множество могучих героев прошлого, ставших легендами.

К сожалению, этот демон не был тщеславен, поэтому становиться легендой не захотел и стал требовать отмены приказа Змея Змеевича.

– Неправомерно! – теперь кричал беглый царевич. – Я последний потомок демонического клана Черного Змея! И требую отмены приказа о назначении робота-убийцы Паниады царицей Пекла! Указанное лицо лишено демонической черной крови, а, значит, и магической темной силы, необходимой для управления подземным миром! Только у меня, последнего из клана Черного Змея, есть право крови! Подземный трон – мой!

Вдруг Пекло содрогнулось. Поднялся ветер.

С Диимитрия внезапно спали оковы, и он с наслаждением растер запястья и шею, и вдруг рухнул в сажу, ведь ему на плечи опустилась огромная тяжесть, которая навечно припечатала его к тверди подземного мира.

– Сигареткой с темной силой не угостишь? – прохрипел он мне из лужи серы, с трудом перевернувшись на спину.

– Не курю, – ответила я. – Есть только бормашина.

Глава 8. Магическое дело

– У нас магическое дело! – с криком ворвался в мой подвал Сидер, размахивая куском коры, на котором был написан доклад Елицы.

Я лежала в саркофаге и проводила очередную полную техническую диагностику своего тела.

Ивар терпеливо снимал показания с моих приборов.

Процессор повредился после экстренной заморозки и разморозки, что грозило появлением новых непредсказуемых ошибок, которые могли привести к очередному внезапному концу света.

– Бесполезно, – с раздражением произнес новенький и скомкал тряпку, вытерев дистиллят с моего корпуса. – Тебя нужно полностью перебрать. Нельзя идти на дело. Даже в боевой режим войти не можешь.

Сидер удрученно покачал головой.

– Плохо дело, – сказал он. – Следи за ней, чтобы не выкинула чего, особенно какую-нибудь термоядерную бомбу, а я продолжу поиски камня памяти прошлого Черного Жнеца. Может, это поможет. Но магическое дело я уже взял в работу, так что, Ивар, отправляйся в мир людей.

Я неуклюже встала, опрокинув диагностическое оборудование.

– Пойду я, а не новенький. Его сперва надо обучить в пространственно-временном разломе, а потом слать на работу, – произнесла я.

Ивар с каменным лицом посмотрел на Сидера, который в свою очередь, не моргая, изучал мое лицо.

– Она забыла все события последних месяцев и, похоже, вспомнила события своей… хм… прошлой жизни, – наконец, нарушил тишину Ивар и развел в стороны руками.

– Плохи дела! – засуетился Сидер. – Нельзя ее одну оставлять. Елица с ней не справится, а у меня срочные дела. Идите тогда вместе, дело простое.

Языческий бог дал кусок коры новенькому, которую тот бегло просмотрел и удивленно приподнял бровь и произнес:

– Это жалоба на домового. Невидимка шумит по ночам на кухне и почему-то разбрасывает окурки. Подношения не ест, зато пьет вино. Кстати, заявка написана на имя Белбога…

Ивар вопросительно глянул на Сидера.

– Это мой творческий псевдоним. В «Я.С.Э.» у меня множество имен, ведь я с некоторых пор один работаю за всех богов, – ответил глава.

Теперь настала очередь Ивара удивляться.

Он смотрел куда-то за спину Сидера, приоткрыв рот.

Языческий бог обернулся и увидел, что я, наконец, приняла образ Черного Жнеца. Правда, мой глухой черный железный комбинезон почему-то превратился в крошечное полоски ткани на груди и бедрах.

– На что уставились? Я в энергосберегающем режиме. Экономлю на графике, – сказала я.

– Лучше на оружии сэкономь, – посоветовал Сидер. – Ивар все-таки мужчина, хоть и смертный. Надень что-нибудь.

Я тут же нацепила черные очки.

– И ты пойдешь на дело в таком виде? – невозмутимо уточнил новенький, почему-то старательно избегая смотреть на меня.

– Все под контролем. Я буду в режиме невидимки, – заверила его я.

Но все пошло не по плану.

Мы должны были переместиться в мир людей к дому, где обитает нечисть, но вместо этого оказались в центре какого-то поселка.

Режим невидимки не сработал, и люди удивленно смотрели на меня и Ивара.

Вслед нам неслось улюлюканье и свист.

Новенький не выдержал и набросил мне на плечи свой плащ.

Пока мы шли к дому с домовым, я беспрестанно мерцала, то исчезая, то снова появляясь в мире людей. В итоге я стала невидимой ровно от пояса, превратившись в пару стройный железных ног.

***

Хозяйки дома не было.

Ивар отомкнул дверь отмычкой и вошел – в отличие от меня, ведь я почему-то застыла возле двери, как вкопанная.

– Не могу войти, – отчиталась я.

– Ты же вроде научно-технического происхождения? Почему на тебя действуют магические ограничения? – поинтересовался с ухмылкой новенький.

– У меня произошел системный сбой. Я проведу диагностику этого жилища прямо с порога. Ищи нечисть или нежить, – распорядилась я.

Я начала сканировать дом в поисках скелета или трупа, закопанного под фундаментом или замурованного в стены, расчлененного или смешанного с раствором цемента и краской, ставшим элементом декора или вещью: статуей, ножкой стола, картиной, написанной кровью.

Ивар бродил по комнатам, ожидая моего отчета. Пара моих женских ног на пороге не давала ему покоя.

– В доме нет ни свежих смертей, ни скелетов, ни трупов, ни некротических волокон, ни оболочек теней, ни сгустков нежити, – резюмировала я. – У хозяйки год назад умер кот, его труп закопан в саду. Муж женщины умер двадцать четыре года назад, был похоронен по канону на кладбище, посмертного беспокойства не проявлял. На всякий случай дополнительно просканирую местность в радиусе трех километров.

– Ложный вызов? – спросил новенький и снова приподнял бровь.

– Нет, – отрезала я и вдруг снова, мерцнув, приняла образ Черного Жнеца в крошечных лоскутках ткани.

Ивар опять вздохнул.

– На местном кладбище на глубине семидесяти метров лежит сгусток темной силы. В саркофаге. Опасности нет. Уходим, – приказала я.

Новенький хотел было возразить, но передумал.

Вдруг кто-то навалился на него со спины, заломил руки и придавил к полу.

– Как? Уже уходите? И даже чай не попьете?

– Диимитрий! Падла! Слезь с меня! – прорычал в ответ прижатый к полу Ивар.

– Думаешь, я буду марать о тебя руки, смертный? – ухмыльнулся демон, стряхнув пепел сигары с темной силой на его голову. – Теперь у меня есть слуги, много слуг. Кстати, вы, людишки, тоже в их числе. Эй, вы там! Преподайте этому болвану, как следует себя вести с царем подземного мира, – приказал он группе мужчин за своей спиной, которые мгновенно набросились на новенького.

– Помоги! – крикнул Ивар, ведь я продолжила безучастно стоять на пороге дома, обновляя базу данных о Диимитрии, новом царе Пекла.

– «Кодекс войны древних богов, пункт первый, – отчеканила я. – Выживает сильнейший», поэтому сражайся.

– Ты учила меня сражаться только с нежитью! – крикнул новенький, пытаясь уклоняться от ударов наемников.

– Эти люди – будущая нежить, – ответила я, извлекая «Рассекатель Небес». – Они умрут ровно через пять секу…

Мой процессор опять завис, поэтому я на какое-то время забыла о напарнике.

Внезапно передо мной возник Диимитрий с огромным букетом алых роз. Он встал на одно колено, но ничего сказать так и не успел, так как Сидер по телепатической связи приказал его найти и поймать – этот демон снова каким-то образом сбежал из Пекла.

Я опять замерцала, обрабатывая данные о новой цели, а потом вцепилась в длинный хвост на затылке и с силой дернула, оставшись с лысым черепом.

– Тебе идет, – снова начал заигрывать Диимитрий, но закончить так и не успел, ведь я хлестнула его кнутом, в который превратился мой синтетический шипованный хвост.

Он ловко увернулся и взлетел.

С неба дождем посыпались алые лепестки разорванного букета.

Я безуспешно пыталась поймать демона в петлю, но он играл со мной, то исчезая, то снова появляясь.

Видимо, превращение в царя добавило ему новые способности.

Ивар с ревом раскидал наемных убийц и зачем-то бросился мне на помощь, плеснув в Диимитрия чем-то из бутылки.

Как ни странно, это сработало, ведь демон вдруг зашипел и рухнул на землю, неподвижно застыв.

– Освященное вино, – невозмутимо произнес Ивар. – Хозяйка дома много пьет. И набожная к тому же. В каждом углу – бутылки. Я прихватил одну. Не думал, что сработает.

Глава 9. Древнее пророчество

– Ивар!

Сидер ворвался в комнату с пачкой свитков, огляделся по сторонам и вдруг спросил шепотом:

– Она здесь?

– Стальная ведьма? – с усмешкой догадался новенький. – Нет. Она на задании.

Я в этот момент вычищала подвалы каких-то заброшенных катакомб, кишащих нежитью, всегда теперь мысленно присутствуя рядом со своим напарником-роботоубийцей и по совместительству – мастером технического обслуживания, о чем он, конечно, даже и не догадывался.

Языческий бог закивал головой и свалил на кровать Ивара кучу бумаг.

– Это отчет моей экспедиции на Северный полюс, где я искал очередного Черного Жнеца, чтобы он меня убил.

На лице Ивара не дрогнул ни один мускул.

Сидер был проклят бессмертием и безуспешно искал способ избавиться от него, и мы все об этом прекрасно знали.

– Черные Жнецы созданы для уничтожения богов. Мы воевали с ними в I эпохе древних богов. Это была бойня. Эти машины не победить, – задумчиво произнес он.

Я подгрузила из базы данных Нави сведения об этой эпохе.

Вот Сидер стоит на поле боя, усеянном телами богов. Черные Жнецы почти уничтожили его армию. Он выжил только потому, что предал свое командование и сбежал. Теперь он изгой, обреченный жить в этом мире. Вечно.

– Мы с большим трудом выключили их и спрятали глубоко под толщей Вийморского ледника, – хриплым голосом продолжил рассказывать языческий бог. – Беда в том, что даже один активированный Черный Жнец может пробудить всех остальных – они связаны датчиками. И тогда всему миру… Да что там! Этой вселенной конец!

В комнате повисла гнетущая тишина.

Ивар нахмурился, уже догадываясь о самом худшем.

– То есть Паниада тот самый робот-убийца, который нас всех укакошит, – мрачно подвел он итог.

Сидер с ужасом отмахнулся от него.

– Что ты! Нет, конечно! Паниада. Хм… немного сломана. У нее поврежден камень памяти, и это очень хорошо. И странно.

– Странно?! – вспылил новенький. – Странно, что зная все это, ты откопал это оружие массового уничтожения! О чем ты думал?!

Сидер виновато потупился.

– Я был в отчаянии. И очень хотел умереть, – пожал плечами проклятый бессмертием.

– А теперь ты передумал? И хочешь спасти вселенную? – с сарказмом спросил Ивар после ста отжиманий от пола.

– Ни в коем случае! – возмущенно воскликнул Сидер и замотал головой. – Исключено! Я слишком долго живу даже для божества – это противоестественно! И даже неприлично!

– Тогда зачем мне рассказал? Что вообще происходит? Причем здесь я?

– Притом, Ивар. На тебе магическая рубашка, которая выдержит атаку Черного Жнеца. Дай мне слово, что когда я найду камень памяти и вставлю в меч Паниады и переброшу тебе код доступа, и ты прикажешь ей убить меня, а потом выключишь. Навсегда.

Новенький напряженно кивнул.

Слишком поспешно.

Уверена, он уже давно сам это планировал.

***

После зачистки катакомб я отправилась на другое здание – постоялый двор в мире людей.

Елица тщательно загримировала меня под человека.

Полуденница постаралась на славу, поэтому никто, даже Сидер, не смог бы с ходу отличить меня от мертвеца стадии распада Iсогласно классификации МДР.

В качестве поощрения я взяла ее с собой, чтобы она потренировать уничтожать нежить.

Войдя в темное и низкое помещение, мы разделились: Елица внедрилась в толпу поющих и танцующих в центре комнаты людей, чтобы найти среди них упыря, а я – к деревянной стойке с вином, чтобы просканировать местность.

Согласно показаниям очевидцев, приславших в «Я.С.Э.» заявку на расследование, упырь был темноволосым мужчиной средних лет, одетый в дорогую черную одежду. Он похищал жизненную энергию девушек прямо во время танцев.

Просканировав зал, я убедилась, что мы пришли на ежегодный костюмированный праздник, посвященный окончанию осени, где каждый второй или был мужчиной средних лет, или был одет в черную одежду.

Я тут же моментально выучила все танцевальные движения этого временного периода и уже через минуту стояла в центре круга хлопающих и улюлюкающих людей, пока не заметила подходящего под описания мужчину, сидящего в углу.

Достав «Рассекатель Небес», я бросилась на него, но внезапно упыря окружила вооруженная толпа охранников. Разметав преграду, я схватила нежить за воротник черного бархатного плаща и прижала к себе железной хваткой.

– Скучаешь по мне? Я угадал? – усмехнулся Диимитрий.

– Нет, – сказала, как отрезала, я и потащила демона к Елице, которая скрутила на полу какого-то мужчину, стонущего от боли.

– Нашла! – крикнула Полуденница. – Это он!

Захмелевшие люди хлопали ей, думая, что разыгрывается какое-то представление.

– Нет. Под описания подходит этот, – сказала я и ткнула в Диимитрия стальным пальцем.

Елица упрямо мотнула головой и сказала:

– Нет. Я чувствую, что схватила нежить.

– Диимитрий подходит под описание. У него из всех присутствующих самый дорогой черный костюм. Я изучила состав тканей всех присевающих.

– Владыка! – вдруг взмолился скрученный на полу упырь. – Спасите! Я занимался сбором жизненной силы людей, как вы и приказали…

– Кто тебя просил открывать рот? – проворчал Диимитрий и с досадой щелкнул пальцами, развеяв упыря. – Может, выпьем дистиллята тройной очистки? – спросил он меня.

Я проверила уровень мертвой воды в моем теле и согласилась.

Елица стала меня отговаривать.

Демон подмигнул корчмарю и налил из своей кожаной фляги в рюмку дистиллят.

Я опрокинула стопку и зависла, и новоиспеченный подземный царь схватил меня в охапку и затащил в Пекло, что не помешало мне и дальше следить за коллегами.

Полуденница тут же вызвала Сидера и Ивара в мир людей.

– Это ловушка, – сказал языческий бог и достал кочергу и обвел ею пустынное и темное помещение, деревянные стены которого мгновенно покрылись плесенью, трещинами и паутиной. – Демоническое колдовство. Очень древнее. Открыт портал в Пекло. Только клан Черного Змея может создать такой.

– Невозможно! – воскликнула Елица. – Демоны правят исключительно подземным миром! В мире людей у них нет прав клепать порталы! Это закон!

– Царям закон не писан, особенно подземным и вдобавок проклятым, – произнес Сидер и материализовал кубок с вином, который жадно выпил. – Теперь нам точно конец. У них Черный Жнец. Скоро они его починят и воплотят свое пророчество о конце света.

– Я иду за Паниадой, – решительно произнес Ивар и скрестил на груди руки. – Если она так опасна, то мы ее опять заморозим и спрячем в Вийморе.

Сидер наполнил вином второй кубок и залпом выпил.

– Я так долго искал Черного Жнеца, но пока искал, совершил роковую ошибку! – воскликнул он и ткнул себя пальцем в грудь. – Это я раскопал в Могоре железную пирамиду с этим проклятым демоном! Пожалел его и помог сбежать в параллельный мир.

Сидер опрокинул в себя уже третий кубок вина.

– Ничему меня бессмертие не учит, – сказал он и покачал головой. – Я снова спровоцировал конец света. В который раз. Бедные полубоги. Их по моей вине затопило – не уследил за этими демоническими поганцами. Они каждые 10 000 лет заполняют до краев Распадник, провоцируют гибель всего живого. Сколько рас и цивилизаций сгинуло – не счесть…

Ивар молча смотрел на трезвого, как стекло, языческого бога.

– Я сделаю то, что ты просил. Как войти в Пекло? – тихо спросил он.

Глава 10. Камень памяти

Вдруг я выключилось, а потом очнулась в ванне, наполненной дистиллятом.

Диимитрий прикладывал к моему лицу полотенце, смоченное раствором аммиака.

– Наконец-то. Я думал, что ты уже вчера исполнишь древнее пророчество и разрушишь подземный мир, – сказал он и улыбнулся уголком рта. – Но после уничтожения одной трети Пекла ты вдруг выключилась. Я был разочарован.

Я попыталась собрать в кучу базу данных, но в голове все смешалось.

– Мне нужно отчитаться Сидеру, – сказала я и выпрыгнула из ванны, продырявила ногами каменный пол.

– Полегче! Тебе нужно отдохнуть и отладить ошибки. И для начала хотя бы одеться. Я не хочу, чтобы слуги пялились на твою обнаженную… оболочку.

Диимитрий махнул рукой, и на мне появилось красное бархатное платье.

– Отвратительный интерфейс, – резюмировала я. – Выкладывай, что тебе нужно. И побыстрее.

– У меня к тебе предложение, – издалека начал демон, нервно поправляя волосы. – Деловое, но продиктованное не только доводами рассудка, но и желаниями сердца.

Диимитрий материализовал огромный букет алых роз и снова встал передо мной на одно колено, протянув руку с черной бархатной шкатулкой.

– Выходи за меня замуж, – сказала он.

– Нет.

– А как же время на размышления? – запротестовал царь подземного мира.

– Я робот и уже обо всем подумала.

– Давай сделаем так: я дам тебе на размышления три дня. Если откажешь, я снова сделаю предложение и буду ждать три дня, затем снова сделаю предложение… И так будет длиться вечно, ведь я чудовищно терпеливый долгожитель.

Я молча извлекла «Рассекатель Небес».

– Если это все, я пойду. Можешь не провожать. Дорогу прорублю сама, – отчиталась я.

– Прежде чем уйти, взгляни, от чего отказываешься.

С этими словами демон открыл черную бархатную шкатулку. В ней лежал фиолетовый кристалл в виде ромба.

Я перевела взгляд на рукоять своего меча, в котором зияла дыра.

– Мой камень памяти, – произнесла я и протянула к нему руку, но Диимитрий захлопнул шкатулку и мановением руки спрятал ее где-то в глубинах пространства и времени.

– Это не твой камень память, а другого Черного Жнеца, работавшего здесь до тебя. Он восстановит твою систему и исправит брак твоей сборки. Но получишь ты его, только если согласишься на сделку, – уже без тени улыбки сказал царь.

– Слушаю.

– Я хочу, чтобы ты уничтожила Тягу Земную и освободила меня от уз Пекла.

Решение я приняла сразу, позаботившись о том, чтобы новость о нашей свадьбе мигом облетела Пекло.

В честь такого грандиозного события Диимитрий приказал тайному правительству развязать в мире людей войну, чтобы собрать как можно больше энергии распада.

Надо же чем-то кормить демонов на пиру?

Когда он узнал, что на церемонию явится его отец, то приказал тайному правительству добавить в меню и мировую смертельную болезнь.

– Только назовите как-нибудь впечатляюще, «Коронавирус», например, – приказал пекельный царь. – Все-таки событие приурочено к моей коронации.

Затем Диимитрий пригладил рукой черные волосы и томно прищурился.

– Тяга Земная находится в Храме Парящего Камня. Это магическая святыня демонов. Все Пекло зиждется на нем. Если с Тягой что-нибудь случится, то подземный мир рухнет, а именно это мне и надо, – произнес он с улыбкой.

– Но для начала нужно попасть в храм, в который никого не пускают. Даже подземных царей. Даже проклятых и родовитых подземных царей. Так распорядился первый клана.

– В Хрониках древних богов написано, что пекельные цари женятся только в Храме Парящего Камня, – сказала я, тут же изучив базу данных о демонах.

– Вот именно, дорогая. Могу я так тебя называть? – спросил он и обворожительно улыбнулся, но увидев в моих красных глазах команду «Убить», передумал. – Нет, значит, нет. Именно поэтому мы и женимся. В храме уничтожишь Тягу мечом и сразу же получишь камень памяти. Это честная сделка. Не забудь только исполнить свой супружеский долг…

– Где?

– В моих покоях. Слуги очищают их от трупов. Знаешь ли, очень сложно сбежать из Пекла, но при сильном желании – все можно. Мне помогли кровавичи, но не бесплатно. Что не сделаешь ради свободы, красивого тела, – Диимитрий расстегнул на груди черную рубашку, – и возможности быть… рядом с тобой.

Он наклонился к моему лицу, чтобы поцеловать.

Пришлось ударить его током.

***

Я стояла в Храме Парящего Камня и рассматривала огромную черную базальтовую статую женщины со змеиной головой, во лбу которой сиял алый камень – Тяга Земная.

Диимитрий, облаченный в красные свадебные одежды, выпил чашу, наполненную дистиллятом.

Согласно обряду, в ней должна быть кровь невесты.

Чашу с его кровью я уже выпила, отфильтровав ее до органического спирта.

Черный жрец прочитал священные тексты, чтобы навечно скрепить нашу пару – Диимитрия, девятого сына владыки демонического клана Черного Змея, и меня, робота-убийцу модели «Черный Жнец».

– Невозможно, – прошептал свидетель жениха. – У царя не будет потомков. Род Черного Змея окончательно прервется.

Свидетелей с моей стороны не было, ведь перемещение моего разработчика на борту ледяного метеорита займет эоны световых лет.

– Если кто-то против этого брака, пусть скажет сейчас или замолчит навечно, – торжественно произнес Черный Жрец.

Воцарилось молчание.

Согласно плану после слов «объявляю вас мужем и женой» я должна расщепить Тягу Земную, а вместе с ней и все Пекло.

– Я против!!!

Перед нами возник Сидер в золотой мантии и с короной на голове.

– Я против этого брака и не даю своего отцовского благословения! – крикнул он и взмахнул жезлом.

Диимитрий театрально закатил глаза.

– Сидерит из клана Седун, когда это вы успели стать отцом Паниады? – поинтересовался Змей Змеевич.

– Вчера! Я удочерил ее через Верховный Суд Прави! Она под моей полной ответственностью! И волей! – воскликнул языческий бог и потряс в воздухе золотым свитком с печатью верхнего мира.

Черный Жрец покачал головой и разочарованно захлопнул демоническую книгу.

– Без отцовского благословения я не могу завершить церемонию, – сказал он и тут же исчез.

Диимитрий испепелил взглядом Сидера, который, согласно моим данным, точно бы умер, если бы не был проклят бессмертием.

– Тебя хотят использовать, чтобы развязать конец света, – сказал мой руководитель и по совместительству приемный отец.

– Чушь, – скрипнул зубами демон. – Я всего-то хочу разрушить Пекло.

Сидер чуть не упал в обморок, когда это услышал.

– Тогда точно грянет Конец Мест и Времен! Пекло – часть трехчастной структуры всех миров! И параллельных! Если оно рухнет, то конец всей вселенной! И параллельной тоже!

– Ну что за сказки, – презрительно фыркнул Диимитрий. – Это просто гравитационный камень, который держит теней и демонов под землей. Нет камня, нет плена.

Вдруг демон вложил в мою руку камень памяти.

– Сделай это, – сказал он.

– Никогда, – ответил моими устами Сидер. – Я же сказал, что получил над ней полный контроль.

Глава 11. Черная дыра

– Мне теперь называть тебя «отец»? – уточнила я у бога.

Мы стояли напротив созданной мной черной дыры, из которой беспрестанно вываливался на пол терема разнообразный космический мусор.

– Даже не вздумай! Я удочерил тебя, чтобы спасти цивилизацию людей! Не тебе ж ее с нуля создавать! – воскликнул Сидер и всплеснул руками.

Вдруг из черной дыры выпал осколок метеорита.

– Срочно зашей ее, иначе я расколупаю тебя отверткой, – пригрозил руководитель.

Мой указательный палец превратился в стальную иглу, которой я хотела восстановить целостность пространство и времени, и вдруг опять застыла на месте.

В фоновом режиме работы я искала способ обойти ограничения, наложенные на меня Сидером, у которого теперь были права «отца» – суперадминистратора Черного Жнеца.

Я очень хотела завладеть камнем памяти, который исчез в тот же миг, когда языческий бог взял меня под контроль.

Диимитрий исчез.

Это ничего не меняло, ведь я была запрограммирована на победу, поэтому, зависнув и хорошенько подумав, я засунула руку в черную дыру и вытащила из нее саркофаг, который грохнулся на пол прямо перед сердитым «отцом».

– Я же просил залатать дыру… Святые негодники! Как ты его достала?! – в ужасе воскликнул он.

Послышалось цоканье каблучков Елицы.

Сидер взмахнул кочергой, под видом которой скрывал магический жезл, и сделал гроб невидимым.

Полуденница удивленно посмотрела на меня, а затем – на кучу космического мусора в центре комнаты.

– Поступила жалоба на скотника. Он похищает молоко у коров, хотя должен их защищать. Адрес указан, – с серьезным выражением лица произнес языческий бог и вручил Елице заявку на расследование магического дела.

– Мир людей? Село Тухлянка? – недовольно спросила Елица и надула губы. – Опять? Почему всегда Тарнхолм?

– Потому что там живут наши основные энергетические вкладчики, которые до сих пор верят в языческих богов, – объяснил Сидер и поспешно вытолкал Полуденницу за дверь, телепатически приказав мне вернуть саркофаг на место.

– Невозможно. Это портал выхода, чтобы его вернуть, нужно создать портал входа, – сказала я и извлекла из корпуса «Рассекатель Небес».

Сидер замахал обеими руками, словно мельница.

– Нет, нет и еще раз нет! Хватит дырявить мой терем! Если нельзя сделать так, то придется – этак, – проворчал он и по телепатической связи вызвал Ивара. – Срочно нужна твоя помощь. Нет, час конца еще не настал. Сперва надо закопать один саркофаг. Да-да, того самого ублюдка, так что возвращайся из Пекла.

***

Я несла на одном плече саркофаг Диимитрия.

Ивар то и дело посматривал на меня, пока языческий бог в образе местного сторожа бегал по кладбищу, разыскивая ту самую могилу.

– Значит, отправил меня на задание в дыру мира, а сам стал отцом? – насмешливо спросил он Сидера.

Тот в ответ вздохнул.

– У меня не было выбора, как сейчас – у Паниады. Я взял ее под свой контроль.

– То есть, она больше не свободна в выборе своих действий? – осторожно спросил Ивар, с опаской поглядывая на меня.

– Да, по крайней мере, до очередного конца света, – буркнул Сидер. – Мы на месте.

Я поставила саркофаг на землю.

Языческий бог взмахнул кочергой, чтобы переместить его глубоко под землю, но ничего не получилось.

– Забыл! – воскликнул он и хлопнул себя по лбу. – В мире людей на меня тоже действуют магические ограничения. Ивар, Паниада, копайте яму и поглубже. Вот здесь.

Новенький протянул мне лопату, но я проигнорировала его примитивное орудие труда и извлекла «Рассекатель Небес», чтобы создать портал входа и впихнуть в него саркофаг.

– Никаких черных дыр в мире смертных! Хочешь, чтобы меня закрыли здесь еще на 10 триллионов лет?! – крикнул мой глава.

Я пожала плечами и преобразовала меч в лопату, и, как заведенная, начала копать землю. Ивар присоединился ко мне, едва за мной поспевая. Сидер наблюдал за нами, откровенно бездельничая, ссылаясь на то, что принял образ старика с ревматизмом.

– Почему этот мудак выкопан? – спросил Ивар, вытер пот со лба.

– Ее спроси! Что у нее там творится в голове? Не робот, а водородная бомба замедленного действия, – проворчал Сидер.

– Я хотела обменять саркофаг на камень памяти, – ответила я, продолжив методично выполнять поставленную задачу.

Сидер поднял глаза к небу и произнес:

– Не нужен тебе этот камень памяти! Забудь о нем! Это приказ!

– Найти камень памяти – моя основная задача, как робота-убийцы модели «Черный Жнеца». Если потребуется, я расщеплю Диимитрия, чтобы его получить.

Вдруг раздался звук аплодисментов, и из темноты вышел демон.

– Браво! Мало того, что бросила меня перед алтарем, так еще планируешь убить? Это так… по-демонически. Сборка-то у тебя «Chernobog», верно? Мои предки, черные боги, создали Черных Жнецов по своему образу и подобию, поэтому, наверное, я могу тебе все простить…

Вдруг он ткнул пальцем в Ивара, застывшего с лопатой.

– Кроме него! Только я, значит, за порог, как ты нашла себе нового мужчину? И закапываешь с ним вдвоем? Ночью? Мою капсулу жизни?

Диимитрий взмахом руки отшвырнул Ивара, взял его лопату и присоединился ко мне.

Сидер мысленно помолился, надеясь, что я не взломаю его код суперадминистратора.

– Я же до сих пор числюсь в штате «Я.С.Э.» на должности уборщика? – спросил демон у Сидера и, увидев его кивок, спросил:

– Тогда какого лиха он здесь делает?

Диимитрий прожег полным ненависти взглядом ухмыляющегося Ивара.

– Как-то неловко просить царя подземного мира закопать собственный саркофаг, похищенный с целью шантажа, – нервно ответил Сидер и потер подбородок.

Демон вдруг оперся о лопату и рассмеялся.

– Да ладно тебе. Мы же почти родственники. Ты без пяти минут мой тесть.

Я выполнила поставленную задачу и вернула саркофаг на место, после чего извлекла «Рассекатель Небес» и направила его на саркофаг.

– Отдай камень памяти или я уничтожу капсулу, – пригрозила я.

Диимитрий медленно поднял руки вверх и с улыбкой произнес:

– Я могу просто подарить тебе камень.

– Нет! Не можешь! – встрял Сидер, втиснувшись между нами.

– Напротив. Я никогда не желал этого так сильно, как сейчас. Пеклом клянусь, – сказал с ухмылкой Диимитрий и покосился на мой меч. – Только, прошу, убери эту штуку.

Я спрятала в корпус «Рассекатель Небес» и протянула раскрытую ладонь, требуя камень памяти.

Сидер в панике схватился за голову, ведь его худшие опасения оправдались: я взломала код суперадминистратора и обнулила протокол подчинения, но он быстро нашел слабое звено моих системных настроек.

– Черному Жнецу брать подарки запрещено! Приказ «О дарах и корысти» запрещает это! – крикнул он.

Я зависла, обдумывая решение, но, к сожалению, так и не смогла обойти этот вшитый по умолчанию кодекс.

Диимитрий пришел мне на помощь.

– В этом законе есть одна лазейка, – с улыбкой заметил он. – Подари мне что-нибудь взамен, Паниада, и тогда бартер будет закрыт. Например, оружие.

– Оружие дарить нельзя! Пункт № 4 Инструкции по эксплуатации Черного Жнеца! – снова встрял Сидер.

– Тогда – поцелуй…

Сидер устало махнул рукой и вдруг предложил:

– Просто отдай камень мне, и я исполню любое твое желание.

– Дай отцовское благословение. У меня, понимаешь ли, бунт в Пекле. Демоны требуют вернуть царицу, – ответил с ухмылкой Диимитрий.

Глава 12. Говорящая корова

Ивар после пытки во временной зоне принципиально носил белые вещи, как символ того, что люди не сдаются.

Все, что я о нем знаю, так это то, что он при исполнении служебного долга попал в жуткое дорожно-транспортное происшествие, после чего впал в кому.

Сидер нашел его блуждающую душу в Междумирье и предложил поработать моим напарником в секретном отделе, занимающимся расследованиями паранормальных преступлений.

Не знаю, что было сломано у Ивара, но явно не программный код.

Сперва новенький не верил ни в загробное бытие, ни в колдовство, ни во всемогущество роботов в загробном и волшебном мире, но все изменилось, когда он встретил меня, робота-убийцу модели «Черный Жнец», а также – Сидера с железной кочергой в руке, который отправил его за Елицей в мир людей в село Тухлянка.

На своих сканерах я видела, как Ивар идет по полю, заросшему по пояс травой, и сокрушенно качает головой, в который раз спрашивая себя:

– Что я забыл в этой дыре?

Полуденница отправилась на дело в мир людей и бесследно сгинула в Тарнхолме.

Ивар вышел на прибитую пылью глиняную дорогу, на которой отчетливо виднелись следы женских каблуков. След вел к старому коровнику, на крыше которого почему-то стояла катапульта.

Уверена, новенький был готов поклясться трупом Диимитрия, что видит не только катапульту, но и зависшего над ней в воздухе человека, но решил больше ничему не удивляться, ведь находится между двумя мирами.

Он вошел следом за Елицей в коровник, недоумевая, кто мог написать в «Я.С.Э.» из такой глуши, как эта, ведь вокруг не было ни души, если не считать болтающегося в воздухе призрака.

Внутри его встретила толпа вооруженных до зубов людей в средневековой военной форме.

– Стоять! Живой? Или мертвый? – спросили военные и окружили Ивара, тыча в него древками копий и гизарм.

Он решил не искушать судьбу и поднял руки вверх, неопределенно кивнув головой, ведь не знал, кому в этом коровнике будут больше рады – живым или мертвецам.

Его осмотрели, пощупали, в общем, провели полный технический и биологический осмотр, только что пробу крови не взяли, хотя на их месте я бы так и сделала, ведь местность кишела воскресшими и вечно голодными мертвецами, а затем затолкали в кладовку с зарешеченной дверью.

Ивар хотел потребовать у них объяснений, чтобы узнать, каким образом замаскированная под коровник военная база средневековых дикарей связана с магическим делом о скотнике, но ему не дали и слова сказать – отвели в сарай и заперли, оставив наедине с начальством.

– Корова? – удивился новенький.

– Ты это кого коровой назвал, сынок? – позвучал властный женский голос.

Ивар почесал затылок и огляделся, ища призрака или скрытую камеру.

– Где вы? Я вас не вижу, – сказал он.

– Тебя поэтому в армию не взяли? Близорукий что ли?

Новенький стал ощупывать стены, кружа по помещению, словно спятивший заключенный.

Корова с любопытством наблюдала за ним, продолжая жевать сено.

– Покажись! – потребовал он.

– Я прямо перед тобой.

Ивар вдруг уставился на корову, начиная о чем-то догадываться, но затем замотал головой.

– Не может быть. Показалось, – пробормотал он.

– Ничего тебе не показалось, сынок. Я верховное божество – Мать Сыра-Земля или богиня Земун. В маскировке.

– Значит все-таки корова, – обреченно выдохнул Ивар. – Проклятие! Только говорящей коровы мне не хватало!

***

– Проклятие ждет нас всех, если ты не остановишь конец света, – сказала корову и сплюнула на пол жвачку. – Я специально заманила тебя сюда, чтобы поговорить. Идем.

Корова мотнула головой, приглашая пойти за собой, но Ивар застыл, словно в землю вкопанный.

– Где Елица?

– С ней все в порядке. Принимает молочные ванны, – ответила богиня Земун. – Девушке надо восстановиться. Совсем ее загнали, одна кожа да кости и череп вместо лица.

– Она Полуденница.

– Тогда это все объясняет, а то я гадала: от чего вдруг все скотники передохли…

Корова привела Ивара в комнату, на стенах которой висели нарисованные портреты Диимитрия, Паниады и Сидера, зачеркнутые красными крестами.

– Я возглавляю подразделение богов «Земные коровы» или «Земкор», оппозицию тайного правительства. Наша цель: защита людей от магической агрессии демонов и небогов. И ты, Ивар, избран мной для этой священной миссии.

Судя по всему, новенький слушал корову и думал о своей магической защите.

И психическом здоровье.

И если в первом он был уверен, то во втором – не очень.

Интересно, если он сейчас уйдет, его пристрелят?

– Даже не думай, – будто прочитала его мысли богиня Земун. – Ты получил магическую рубашку от меня, и пока на тебе моя защита, ты будешь жить очень долго… Если выполнишь мое поручение, – добавила корова.

Ивар задумался, взвешивая все «за» и «против».

– Что от меня требуется? – наконец, спросил он.

– Убей Сидера, Паниаду и Диимитрия. Кто-нибудь из них обязательно развяжет конец света, который станет для этой цивилизации людей, увы, последним. Этого я не могу допустить. Они мои дети. Я должна их защитить любой ценой.

Ивар решительно мотнул головой и ответил:

– Диимитрия – с удовольствием, остальных – никогда. Мы команда.

– Ты – человек, Ивар, как и Елица. Вы обычные люди, проклятые древним колдовством, – со вздохом произнесла богиня Земун. – Сидер не рассказывал тебе историю прибытия древних богов?

Ивар мотнул головой, ощущая нарастающее беспокойство.

– Древние боги прилетела на Земун, когда здесь жила цивилизация Земкор. Они хотели очистить от нас планету и устроили бойню, но я защитила своих детей, создав Тягу Земную. Из-за нее захватчики разделились на черных богов – демонов, и белых богов – небогов, и начали воевать. Демоны создали Черных Жнецов, которые уничтожили не только небогов, но и жизнь на планете. Остатки небогов спрятались в луне Седун. Они хотят уничтожить демонов, и им безразлична смерть невинных людей.

– Это совершено меня не касается. Я даже не местный, – перебил богиню Земун Ивар. – К тому же ни черных, ни белых богов больше нет, как и армии Черных Жнецов.

Богиня Земун насмешливо хмыкнула.

– Сидер, Диимитрий и Паниада до сих пор живы, – напомнила она. – И они всю свою бесконечность уничтожают миры. Взгляни на небо и убедись сам: там больше нет живых планет. Осталась только я одна.

Корова замолчала и с укором посмотрела на Ивара.

– Нет, – с трудом выдавил из себя он.

Богиня Земун вздохнула и покачала головой.

– Магическая рубашка не защитит тебя от правды, Ивар. Ты передумаешь. Обещаю.

Глава 13. Сильная ведьма

Диимитрий сидел в своем любимом кресле царя Людовита XIII, закинув ногу на ногу, и поглощал энергетический елей – жизненную силу развлекавших его людей, похищенных для этой цели в Пекло.

Старые привычки изменить невозможно, но демон пытался.

Он перешел с энергии конфликтов на более интеллигентную пищу – искусство, но ничто не могло заполнить пустоту в его мрачной душе.

«Паниада».

Он так часто повторял мое имя, что я решила сменить его на Марью, тем более что большинство местных обитателей меня так здесь и называли: Марьей Моревной, Мареной или просто Марой.

Царь подземного мира снова покачал головой и тяжело вздохнул, посмеиваясь над самим собой из-за одержимости роботом-убийцей, к которому питал самые нежные чувства.

К людям он был равнодушным, к демонам – тоже, а богов на дух не переваривал.

Любил он только раз в жизни, и это был завод «Chernobog», производивший Черных Жнецов, хотя по факту все же – Черных Жниц, ведь в корпус женского тела вмещалось намного больше оружия.

Прообразом модели робота-убийцы стала ведьма из племени Земкор, которую похитили древние боги, чтобы изучить строение обитателей планеты Земун.

Эта ведьма прокляла их, став Черной Провидицей, которая предсказала древним богам смерть из-за любви, а так как больше всего на свете они любили свои машины, то и погубила их одержимость технологиями – военными.

Все началось с захвата сети подземных заводов «Chernobog», где Диимитрий участвовал в свержении собственного отца – Черного Змея, став под знамена своих неупокоенных братьев, из-за чего впоследствии был вынужден скрываться по всем мирам от своего разгневанного родителя, вполне справедливо опасаясь его мести.

В итоге все закончилось тем, что он сам женился на мне, созданном его предками роботе-убийце, чем и спровоцировал восстание в Пекле.

Диимитрий покачал головой.

Демоны хотели царицу, и они ее получили. Теперь они хотят, чтобы царица была женщиной и продолжила род Черного Змея – снесла яйца.

Он бы с большим удовольствием посмотрел бы, как я сношу головы его врагам, танцуя с «Рассекателем Небес» пляску смерти.

Вдруг, разозлившись, Диимитрий позвал слугу.

– Что прикажите, царь?

Демон щелкнул пальцами, и слуга превратился в пепел.

– Следующий, – приказал он.

Появился новый слуга, который, поклонившись намного ниже своего нерасторопного коллеги, осторожно спросил:

– Что прикажите, подземный владыка?

– Так-то лучше. Найди в мире людей самую сильную черную ведьму. Я хочу избавиться от любви к этому бесчувственному роботу. Это уже не в какие рамки не лезет. Она снова игнорирует меня.

***

Ведьма вела прием в старой избе, в которой неоднократно выламывали потолок и стены, ведь в ней умерло уже восемь колдовских колен, поэтому Гласира считалась сильнейшей в роду: видела прошлое, настоящее и будущее всеми частями своего тела, только сперва ей нужно было позолотить ручку жизненной силой.

Тучная брюнетка в облегающем сарафане пригласила Диимитрия войти в ее дом.

Он тут же материализовал кресло царя Людовита XIII, в которое сел, закинув ногу на ногу, и прикурил сигару с темной силой.

– Я вижу, что вы пришли узнать об одной девушке, которая любит пить… Пьющая что ли? Какие-то металлические предметы вижу… Что такое «искусственный интеллект»? Карта «Меч»… Карта «Смерть»… Убийца… Холодная почему-то… Покойница что ли? – пробормотала ведьма, разложив на столе гадальные карты.

Гласира растерянно пригубила алтарный кубок с настойкой боярышника, чтобы детально разобраться в ситуации.

– Вот же окаянные! – воскликнула она и отложила в сторону колоду карт. – Взбесились сегодня. Ничего не вижу. Приходите в другой раз, господин.

– Плачу годами жизни, не своими, конечно, – вальяжно произнес Диимитрий и выпустил изо рта облако сигаретного дыма, материализовав черный свиток с печатью Пекла.

– Совсем другое дело, господин, – отозвалась ведьма и зажгла черную свечу. – Что желаете?

– Я хочу узнать, как избавиться от любви к одной девушке. Зовут ее Паниада. Почти моя ровесница. Темноволосая. Килограмм сто чистого железа. Убийственный характер.

– Вижу ее, – замогильным голосом пробормотала Гласира. – У нее сильная аура смерти. Она скоро заболеет и умрет. Вместе с ней исчезнет и ваша кручина.

Диимитрий нервно затушил окурок.

– Сейчас она проходит полный технический осмотр и скоро будет, как новенькая, и я, как собачонка, снова буду бегать за ней, – раздраженно произнес он. – Нет. Так не пойдет. Этот сорняк нужно вырвать с корнем.

Гласира впала в глубокий транс, частично переместив часть своего разума в базу данных Нави. Через час она пришла в себя и сказала:

– Духи сказали мне, что ее нужно превратить в обычную женщину, тогда связь с ней разорвется.

– Цена? – спросил Диимитрий и приподнял бровь.

– Пятьдесят лет земной жизни, – ответила ведьма и хищно улыбнулась. – И расторжение договора с Пеклом.

– Устала работать? – усмехнулся демон.

– Что вы, господин, конечно же, нет. Просто уж больно у вас жарко. И пытают.

– Это точно сработает? – спросил Диимитрий, когда Гласира с поклоном вручила ему стеклянный пузырек с черной жидкостью.

– Обижаете, господин, – обиженным тоном произнесла ведьма. – Это наше родовое умение – превращение живого в неживое и наоборот. Взгляните на эти семейные трофеи.

Гласира с гордостью указала на ростовых фарфоровых кукол, стоящих вдоль стены.

– Это Дарина, Мальва и Нисса. Раньше были соседками по участку, а стали куклами.

Демон задумчиво потер квадратный подбородок.

– У вас в роду кто-нибудь превращал роботов в людей? – вдруг спросил он.

– Никто и никогда, – честно призналась ведьма. – Во времена моих предков, говорят, иногда встречались такие существа, но так по мне – это такие же куклы, только железные.

– Где гарантия, что колдовство сработает? Если Паниада отравится, то вместо обычной смертной женщины этот мир получит Богиню Войны и Смерти.

– Родом своим клянусь! – горячо заверила демона ведьма. – Вы бы лучше пузырек открыли и убедились, что зелье у меня отменное!

Царь подземного мира понюхал склянку и почуял мертвую воду, настоянную на очень древней могиле.

– Фу. Черным Змеем пахнет, – брезгливо произнес он и сморщил нос.

Ведьма довольно кивнула.

– Девушка ваша выпить любить – карты так сказали, так подлейте ей это в питье. Результат гарантирую через восемь дней. Крайний срок – через сорок, иначе всему моему роду и всем его коленам до скончания времен гореть в Пекле.

Черные зрачки Диимитрия вдруг затопили радужку. Он взмахнул рукой, и Гласира из дряхлой и тучной женщины превратилась в молодую стройную девицу.

– Это предоплата. Омолаживаю на пятьдесят лет. Если все сработает, расторгну договор с Пеклом, – добавил он.

– Чуть не забыла! – хлопнула себя по лбу Гласира. – Для такого сильного колдовства нужен мощный откуп, поэтому расплату за него я возложила на вас магическим перебросом.

Диимитрий вздохнул.

– Что заложила?

– Тягу Земную. Ничего сильнее ее в подземном мире нет, – развела руками ведьма.

– Отлично. Одним выстрелом убью двух зайцев: избавлюсь и от власти, и любви. Лучше и быть не могло. Папа от ужаса в гробу перевернется, – мрачно произнес демон и растворился во тьме.

Глава 14. Смертельная болезнь

Сидер поглощал в баре спиртное и безотрывно смотрел на календарь: четверг, 13-е.

Каждое тринадцатое число месяца он жаловался на дурное предчувствие в отношении Елицы, которая в этот день работала в мире людей сиделкой в хосписе.

Род девушки был проклят из-за нарушения энергетического баланса – слишком многих спасла от смерти ее семья потомственных врачей, поэтому слишком многих ей теперь предстоит убить.

Сидер закрыл глаза, пытаясь телепатически настроиться на Полуденницу, но, видимо, слышал только тихо играющий блюз и разговоры соседей, от которых нестерпимо разило перегаром.

Вдруг запахло сигарами.

Языческий бог принюхался – это «King of Denmark», после чего угрюмо подлил себе в бокал виски, всем видом демонстрируя, что не может быть так плохо, чтобы не стало еще хуже.

Диимитрий подсел к нему за стойку бара и выглушил его выпивку.

– Люблю 13-е число, а ты? – без обиняков спросил демон. – Да-да, не отвечай, я знаю, ты тоже любишь, ведь белокурая убийца приносит тебе в клювике души людей.

Сидер сжал кулаки и заказал еще бутылку, скорее всего, мечтая размозжить ее о череп царя подземного мира, но тот, увы, присутствовал в виде магического двойника.

– На твоем месте я бы не торчал здесь, зная, что Елица сейчас умирает в страшных муках, – с ухмылкой произнес Диимитрий, потягивая из бокала виски.

– Что ты снова натворил? – мрачно поинтересовался бог.

– Ничего. В мире людей я бессилен, ты же знаешь. Всему виной пандемия. Мир людей захлестнула смертельная болезнь, хосписы переполнены зараженными, и бедная Елица умрет примерно через, – Диимитрий мельком взглянул на свое запястье, на котором не было часов, – примерно через час, если не вколоть ей эту вакцину.

Демон покрутил в пальцах пузырек с голубой жидкостью.

Сидер подскочил на месте, схватил бутылку и швырнул в магического двойника.

– Какой же ты все-таки жалкий, – процедил сквозь зубы царь Пекла. – Не смог даже Елицу уберечь от смерти, а ведь ее родители каждый день тебе молятся, просят исцелить от проклятия их дочь и вернуть обратно – живой.

– Что тебе надо? – спросил языческий бог, которого уже начало трясло от ярости.

Демон приподнял бровь.

– Приведи Паниаду. У меня к ней разговор.

– И ради этого ты устроил пандемию? Не мог просто телепатически позвонить? Ты вконец спятил, демон?!

– Да, спятил. К тому же она не отвечает – по твоему приказу.

Это была правда.

Сейчас я вынужденно игнорировала Диимитрия, хотя обычно игнорировала его вполне осознанно.

Сидер молча стиснул кулаки и мысленно приказал мне отправиться в хоспис за Елицей, прихватив с собой заодно Ивара и его железную кочергу.

Демон уже ждал нас в палате № 410, где держал прикованную к больничной койке Полуденницу, точнее, ждал он только меня.

Команде «Я.С.Э.» он был совсем не рад.

Я приняла форму Черного Жнеца, и меня охватила привычная жажда разрушения. Диимитрий послал мне воздушный поцелуй и отдал на растерзание несколько сотен низших демонов, чтобы хоть чем-то меня развлечь.

Или отвлечь.

Сидер тем временем бросился к подопечной, которая уже погрузилась в кому.

– Ты опоздал. Слишком поздно, – со вздохом произнес Диимитрий и развел руками.

Языческий бог с воплем бросился на демона, превратившись в могущественного Древнего. Ослепительно сверкнул огненный жезл в его руке, и царь Пекла отступил, прикрыв обожженное лицо черной когтистой рукой.

Ивар изо всех сил пытался пробудить Елицу.

Он сам долгое время пробыл в коме, поэтому знал, что душе человека нужен мощный стимул, чтобы вернуться.

– Чего же ты на самом деле хочешь? – пробормотал новенький и нахмурил лоб, вспоминая все разговоры с девушкой, которые я хранила на своем жестком диске вместе с записью томных взглядов и вздохов, после чего медленно наклонился к лицу Полуденницы и осторожно ее поцеловал.

***

– Нашел время, Ромео! – крикнул Сидер, который, наконец-то, загнал Диимитрия в темный угол, схватившись с ним врукопашную.

Елица так и не пришла в себя, что было вполне ожидаемо, ведь все это время она жаждала совокупления, а не мелодраматических нежностей.

Ивар беспомощно прижал девушку к груди, не зная, что теперь делать.

Я управилась с зачисткой территории и мгновенно просканировала Полуденницу, выдав исчерпывающий отчет:

– Агония. Осталось жить ровно 1 минуту и 45 секунд. Вирус не распознан. Внедрена порча на смерть через родовое проклятие целителей. Шанс выжить: 1,3%. Если провести операцию «Рассекателем Небес»: 50%.

Сидер тут же метнулся ко мне и вцепился в мою руку, словно утопающий за соломинку.

– Так ты можешь ее спасти?!

– Я не спасатель, а убийца. Могу уничтожить либо вирус, либо проклятие. Двух операций объект не переживет, – отчеканила я.

– Вирус! – потребовал Ивар.

– Я вырежу вирус, но она все равно впоследствии умрет от проклятия. Елица не выполнила свою задачу в мире людей: все это время она лечила людей и помогла смертельно больным выжить. Из-за нее не умер ни один человек.

Сидер покачал головой, бормоча «так и знал».

– Взамен ты отдашь мне камень памяти, – вдруг потребовала я. – Это честная сделка.

Языческий бог взвесил на чаше весов гибель очередной цивилизации людей и жизнь Елицы и сделал выбор.

– Согласен, – со вздохом ответил он.

Я преобразовала «Рассекатель Небес» в скальпель и склонилась над девушкой.

– Ты не можем отдать ей камень, – тихо произнес Ивар, но Сидер резко оборвал его.

– Ни слова! Я уже все решил.

Я быстро провела операцию и достала из тела девушки каплю голубой жидкости с информационной печатью Пекла.

– Смертельная болезнь в честь церемонии коронации, – сокрушенно произнес языческий бог и материализовал в руке фиолетовый ромб, который отправил ко мне по воздуху в мою требовательно распахнутую стальную ладонь.

Вдруг Ивар подпрыгнул и схватил кристалл на лету, который тут же попытался раздавить в кулаке, но тщетно.

Я преобразовала «Рассекатель Небес» в меч и напала.

Новенький ловко увернулся от удара. Взгляд его упал на железную кочергу Сидера, валявшуюся на полу. Он схватил ее и направил на камень, который тут же превратился в пыль.

Я застыла на месте, как вкопанная.

Внезапно мой процессор или перезагрузился, или произошел какой-то системный сбой, потому что меч в моей руке впервые задрожал, после чего я неконтролируемо начала превращаться в огромную зверь-машину.

Правда, мне не хватало дистиллята, чтобы завершить трансформацию, но услужливый Диимитрий тут же подал мне бокал с мертвой водой, который я, не глядя, опрокинула в себя.

Сидер в ужасе застыл передо мной, стальным великаном с яростно пылающими алыми глазами, размахивающим «Рассекателем Небес» размером с фонарный столб.

Я подняла ногу, чтобы расплющить новенького, и вдруг упала на одно колено, вцепившись железной рукой в грудь, после чего начала стремительно уменьшаться в размерах, пока снова не приняла свой привычный образ.

Из моей груди сочился дистиллят красного цвета.

– Системный сбой, – отчиталась я и на миг зависла. – Нет. Системная боль, –поправила саму себя я и выключилась.

Глава 15. Команда «РАИ»

– Кто из вас выключил Паниаду так… по-варварски? – осуждающе спросил Сидер, увидев меня в ванне, наполненной дистиллятом.

Ивар ткнул пальцем в Диимитрия, который в ответ меланхолично развел руками.

– Она сама, – ответил демон.

– Ты напоил ее какой-то дрянью, вот она и выключилась, – ответил новенький и сжал кулаки.

– Эх, был бы камень памяти, мигом бы ее починили, – едко ухмыльнулась нечисть.

Сидер поднял руку.

Вдруг его лицо стало белым, как полотно.

– Вы. Сломали. Мою. Единственную. Надежду. Умереть, – дрожащим голосом произнес он.

В комнату вошла Елица с подробным отчетом о моем техническом состоянии и жизнерадостно произнесла:

– Все показатели в норме. Никаких поломок нет.

Сидер выхватил из ее рук кусок бересты, пробежал глазами сморщенную кору и облегченно выдохнул.

– Не может быть! Я готов поклясться, что видел… кровь! – с чувством возразил Ивар. – Мне даже показалось, что она на миг стала живой!

Диимитрий уронил на пол золотой портсигар.

– Не льсти себе, смертный. Думаешь, что знаешь строение Паниады? – насмешливо спросил демон. – Это мои предки разработали ее начинку, которую я регулярно латал, когда был ее напарником…

– Вот именно: был, – с угрозой в голосе подтвердил новенький. – Почему ты до сих пор здесь торчишь? У тебя нет работы в Пекле?

Диимитрий высокомерно сбросил пепел с сигары на ботинок Ивара.

– Я царь, а не слуга. Зачем мне работать? Моя обязанность – сеять хаос и разрушение, и с этим я пока справляюсь. К тому же я до сих пор числюсь в штате «Я.С.Э.». Верно, Сидер?

– Уже нет. Ты уволен.

– Я никогда не подпишу заявление об уходе, – улыбнулся в ответ демон.

– Тогда катись на работу в свое Пеклище! Это мой приказ, как твоего руководителя! – вспылил Сидер. – Ивар, ты за старшего! Я иду на собрание богов, чтобы принудительно уволить этого гаденыша! И следи за всеми проклятыми убийцами, чтобы в мое отсутствие они не развязали конец света!

Взмахнув железной кочергой, Сидер исчез, а затем куда-то исчезла я.

– А где Железяка? – ужаснулся Ивар. – Она же только что здесь лежала!

– Понятия не имею. А нет, имею! – воскликнула Полуденница и указала рукой на окно.

Через мгновение я уже стояла на поляне возле терема.

Да что со мной происходит?

У меня почему-то резко выпали синтетические волосы, а затем отвалилось ухо, которое я, правда, тут же приварила на место.

Затем я потеряла левую кисть руки, которую мгновенно отрастила, что не отменяет факта моего превращения в ходячий металлолом.

Позже несколько суток я провела в подвале, опутанная сетью проводов, чтобы установить причину своей поломки, но приборы, будто сговорившись, показывали, что я исправна.

Затем я начала внезапно падать и выключаться.

«От слабости падает в обморок» – так сказал Ивар, но мы, роботы-убийцы модели «Черный Жнец», не падаем в обморок, потому что у нас нет слабостей.

Похоже, что я заразилась каким-то вирусом, который подменяет выходные данные при анализе системных ошибок.

Решив, что никакой надежды на диагностическое оборудование нет, я пошла к своему проверенному нетрадиционному информатору – Печкиной, которая сразу же поставила мне диагноз «кладбищенская порча на смерть».

Призрак дал указание собирать ржавые болты и гвозди, которые теперь в изобилии из меня высыпались:

– Целебный отвар тебе сварю, Марьюшка, токмо собери побольше редкоземельных металлов да маленько прихвати капсулу с радиоактивными отходами. Она закопана в свинцовом коробе под вашим теремом дубовым на глубине 75 аршинов. И дистиллята тройной очистки достань – литрушечку.

***

Я установила себе программу поиска ржавых болтов и гвоздей, чтобы тщательно просканировать всю землю в округе.

Неожиданно ко мне присоединился Ивар.

Он поднял с земли кусок металла, который я, не глядя, выхватила у него из рук и бросила в свою стальную переноску.

– Это же твой палец. Да что с тобой, черт возьми, не так?! – ужаснулся он.

– Мне нужен срочный ремонт. Капитальный. Я умираю, – равнодушно ответила я и в подтверждении своих слов опять потеряла сознание, снова погрузившись в беспросветную черноту.

Через какое-то время я опять включилась.

Меня поместили в ванну с дистиллятом, который мгновенно окрасился цветом бурой ржавчины.

– У тебя есть какое-нибудь… последнее желание? – нервно спросил у меня Сидер, стоя в изголовье моего саркофага.

– Да. Хочу, чтобы ты замолчал, – резко ответила я.

В голове у меня звенело так, словно я засунула голову в колокол.

Языческий бог тяжело вздохнул.

Пока Ивар пытался очистить химическими примесями мой дистиллят, а Полуденница, одетая в короткое черное платье, безостановочно наклонялась, чтобы поднять с пола какой-то очередной выпавший из меня мусор, в комнате материализовался Диимитрий.

Он обмакнул кончики пальцев в красный дистиллят, которые затем понюхал.

– Ржавчина? Почему она ржавеет? – резко спросил он.

Елица молча развела руками.

Новенький вдруг метнулся в соседнюю комнату и вернулся с огромным железным шприцом, чтобы с его помощью ввести в мой корпус новую порцию целебного зелья Печкиной, которое, увы, не исцеляло, а лишь немного замедляло процесс моего технического распада.

– Это все равно не поможет, – радостным тоном произнесла Елица и взяла Ивара за руку. – Ты должен смириться с неизбежным. Она скоро умрет.

Новенький резко высвободил руку и продолжил упорно ковыряться в груде моего железа.

Демон задумчиво прикурил сигару и выпустил в воздух облако черного дыма.

– Сколько ей осталось? – спросил он.

– Не больше недели, – спокойно ответил Ивар.

– Проклятие, почему так долго, в смысле, так мало? – деланно огорчился Диимитрий и покачал головой, безуспешно пытаясь скрыть предательски вспыхнувшую на губах улыбку.

Растерянный Ивар, чтобы хоть чем-то меня занять, дал мне задание еще раз провести диагностику всех технических систем.

– Как думаешь, – рассеяно произнес он, – роботы попадают… в рай?

Я с трудом отвлеклась от сканирования и перевела на новенького немигающий алый взгляд.

– Роботы-убийцы модели «Черный Жнец» заперты в недрах технических пирамид. Убивать им разрешено только во время военных действий для активации программы «Конец Мест и Времен». Я вволю разрушала материю во всех трех мирах и выполнила свою миссию. Теперь я могу отправиться в утиль. Активизация команда «Р.А.И.»: Ремонт Абсолютно Исключен.

Я закрыла глаза и отключилась.

Навсегда.

Моя система по инерции еще продолжала какое-то время диагностировать обстановку, поэтому я зафиксировала, как от неожиданности Ивар разбил последнюю склянку с лечебным зельем и пробормотал:

– Еще слишком рано. Почему она…

Сидер успокаивающе похлопал его по плечу.

– Проржавел центральный процессор, – с трудом выдавил из себя он и быстро вышел из комнаты.

Елица бодрым шагом пошла за ним следом.

Ивар, пошатываясь, с трудом поплелся за ней.

Диимитрий проводил их прищуренным взглядом, подошел к моему саркофагу и вдруг с ухмылкой произнес:

– Смерть – это только начало. Не так ли, куколка?