Еннета Росс
Ад для моего ангела

Глава 1

***

Глубокая ночь. Рабочий кабинет, устроенный по последнему слову техники. И бар! Красивый бар, забитый эксклюзивными элитными напитками.

Павел наливал очередной стакан, когда охранник вошёл чтобы сказать о том, что взлётная полоса уже открыта и частный самолёт готов к отправке. Отправляться куда-либо сейчас, владельцу крупнейшего мирового холдинга совсем не хотелось. Сейчас он был готов отдать все, что заработал за всю свою жизнь, лишь бы его единственный сын, наконец, пришёл к осознанности.

Шлюхи, вечеринки, драки… И другие незаконные действия, о которых слухи разносились по всей Ницце.

– Скажи мне, Джо. Я плохой отец? -обратился Павел к своему подчинённому.

– Не думайте так. Ему двадцать восемь лет. Это его жизнь. Если хочет…

– Он чуть не погиб. Мой единственный сын чуть не погиб. Скажи мне, Джо,

зачем это все? Ради чего? Заводы, акции, деньги… Зачем Джо? Кому я

оставлю то, что создал?

– Настанет время и он повзрослеет.

– Когда?

– Одному Богу известно, Павел Александрович.

Павел встал со своего огромного, чёрного кресла и надев пиджак, застегнул его на одну пуговицу.

– Пойдём. Вдруг снова из-за ветров закроют Ниццу.

Покидая этаж, стоя в ожидании лифта, Павел увидел, как вдалеке над одним из столов опен-офиса горела лампа.

– Который час, Джо?

– 2:15, Павел Александрович.

– Что глубокой ночью тут делают менеджеры?

– Не могу знать…

– Это интересно!

Павел проигнорировал сигнал о прибывшем на этаж лифте и пошёл на свет, манивший его словно магнитом.

***

– Доброй ночи! -вскочила со своего места высокая блондинка, волосы которой были заплетены в две объёмные толстые косы.

– Доброй? А по виду и не скажешь. – ухмыльнулся Павел.

Девушка глаза которой покраснели от долгих рыданий, спешно вытерла

ладонями щеки и сделала невозмутимый вид.

– Прошу прощения.

– Не справляешься в рабочее время?!

– Справляюсь. Просто чтобы быстрее адаптироваться, мне необходимо дополнительно ознакомиться с политиками и организационной структурой компании, а это внутренние нормативы. Открыть это на личном ноутбуке, дома, не представляется возможным.

– Ответственно подошла к работе. Мне нужны такие. Завтра подойди к Ватури, я кину ей сообщение, даст тебе должность.

– Что Вы… Я тут только третий день и…

– Откуда ты? Лицо знакомое, а вспомнить не могу…

– Из Минска, Павел Александрович, релоцировали её. Работала в одном из ваших филиалов. – напоминал охранник, всюду сопровождавший босса и обладающий хорошей памятью.

– А, да! – лукаво улыбнулся Павел.

Несмотря на возраст, он привык к тому, что девочки, девушки и женщины ему не отказывают. Шлюхи любят деньги, а у него их… Вот так, угождая боссу в минском филиале «настоятельно рекомендовали» и очередная славянская красавица попала в сети того, кто ведёт бизнес по всему миру, но жить предпочитает во Франции, на лазурном берегу.

– Что за слезы?

– Простите, это так… В семье проблемы.

– Замужем?

– Нет.

– Дети?

– Нет.

– Больная?

– Почему?

– Отвечай.

– С моим здоровьем все хорошо.

– Сколько лет?

– Двадцать четыре.

– Зовут как?

– Петрусь София Михайловна.

– Сонечка, а как ты относишься к детям?

– Я?! Простите, мне не каждый день задают такие вопросы!

– Мне нужен наследник.

Глаза девушки широко распахнулись, то ли в ужасе, то ли в удивлении.

– Павел Александрович, я уверена, что среди вашего окружения обязательно найдётся та, что с отдаст Вам своё сердце.

– Мне не нужно ничьё сердце. Мне даже тело уже не нужно. Как насчёт выплаты в пять миллионов евро единовременно и ещё по миллиону ежегодно, в качестве платы за любовь и заботу в отношении моего внука.

– Павел Александрович… Я же не проститутка!

– Умница. Семь миллионов и два ежегодно. И ты делаешь всё, что говорю.

Все внутри Софии негодовало. Если бы не тот разговор с отцом, что состоялся несколько часов назад, она встала бы и с гордым видом покинула офис, а затем и саму Ниццу.

– Вы предлагаете мне продать себя?

– Все покупается. Все продаётся. Думай быстрее. Джо, как думаешь за сколько минут мы сможем найти ту, что согласится?

Софья застыла…

3 часа назад.

– Не возвращайся. Дочур, я хочу, чтобы ты знала. Я очень люблю тебя! Ты самое прекрасное, что когда-либо…

– Пап, ты меня пугаешь! Что случилось? – говорила по телефону Соня, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания новых коллег.

– Ничего.

– Я знаю, что настали сложные времена. Но это не первый кризис. И

банкротство не самое страшное, что может произойти в этой жизни. У меня хорошая работа, достойный оклад, премии, мы сможем выбраться.

– Сонька, я ошибся. Если можешь, то прости меня…

– Пап, ну если все так плохо, давай я приеду и продадим наш дом, купим

маленькую…

– Его и так заберут. Ничего уже не купим. Сонь, тебе нельзя сюда возвращаться. Пообещай мне! Что ни при каких обстоятельствах, ты не пересечёшь границу.

– Что ты такое говоришь! А как же ты?

– Сонь, я люблю тебя. Просто знай.

– Ты говоришь так, как будто прощаешься! Пап, это всего лишь деньги! Мы решим…

– Они придут завтра. Банки отказали, и я …

– И ты пошел к Ломскому?! Ты с ума сошел?!

– Я был в отчаянии. Прости.

– Пап. Дай мне время, я найду способ! Я приеду, и мы вместе…

– Нет! Ты не знаешь, на что они способны! Не посмотрят, что девчонка, распилят по частям и сдадут куда-нибудь, на органы вон…

– Папа, а ты?! -рыдала Соня в трубку.

– А я пока не знаю, каким будет моё завтра.

***

– Я согласна. Я на все согласна. Только у меня будет условие!

– Ты не в том положении, чтобы ставить условия… -еле слышно, подсказывая, выдал Джо.

– Да стой ты! Интересно же! Давай, удиви меня! Восемь? -улыбался Павел.

– Мне нужна помощь. Мой отец в опасности, завтра придёт ростовщик. Я согласна на все, если ваши люди в Минске защитят его. И передадут эти

деньги.

– Все так плохо?

– Все намного хуже…

– Я решаю твою проблему, а ты мою. -протянул руку девушке Павел и когда она робко вложила ладонь, поднес к губам.

***

Пять утра. Очередная вылетевшая в отбойник тачка. С водителя как с гуся вода! Ни царапинки. Только фото в свежих публикациях СМИ и красноречивые заголовки рассказали Павлу о событиях этого утра.

Часы пробили полдень, когда на пороге дома отца появился ещё не протрезвевший Кристофер.

– Кристофер Павлович, пожалуйста, проходите в гостиную, Павел

Александрович уже ожидает Вас!

– Ебать ты нудик! Таких дворецких с восемнадцатого века никто не держит. Чёрствый ты! Как сухарик! О, а вот и плесень! -ткнул пьяный придурок в грудь шестидесятилетнего управляющего.

– Крис! Вперёд. Отец ждёт. – недовольно сложил руки на груди Джо, смотря на парня, скрывшего глаза за солнцезащитными очками.

Ввалившись в гостиную, обставленную роскошной мебелью, Кристофер упал в кресло напротив длинноногой блондинки, что смотрела на него не отрываясь. Одна нога девушки была заброшена на другую, руки чинно сложены у колена. В знак приветствия, незнакомка только кивнула.

– Опа! Катаешь новую куклу? Я уже могу называть её мамочкой?

– Здравствуй сын.

– Я, конечно, понимаю твою страсть к блондинкам, с голубыми глазами, но эта какая-то то уж слишком консервативная. Хотя, возможно и я, в твоём возрасте …

– Помолчи и послушай.

– О! Внимание, сейчас будет воспитательная речь! Детка, тебя уже шлёпали? Меня вот, видимо, сейчас тоже будут…

– Ты мог погибнуть.

– Ну не погиб же? Я хотел припарковаться. Не получилось.

– Я считаю, что пора взрослеть, Кристофер.

– Да? Хорошо. Буду!

– Пора создавать семью, брать ответственность.

– Да? Ну как скажешь, пойду займусь этим вопросом! Какую тащить? Шатенку, брюнетку… Ах да! Точно! Блондинку с голубыми глазами, как вот у этой куклы! А может вообще, свою мне уступишь, а? Отец обкатал, сыну передал…

– Заткнись!

– А что это ты вдруг стал таким грубым, папа? Я что, обидел твою любимую?! Прости, кукла! Был не прав! Просто понимаешь, ну не было у меня ещё такой красивой мачехи… Я просто шокирован.

– Кристофер, познакомься, это Софья. Твоя невеста. Завтра в десять утра вы венчаетесь в Николаевском соборе.

– Да разъебись оно все троебучим проебом! – наконец снял очки Крис.

Софья нервно сглотнула и посмотрела туда, где сидел её будущий свекр.

– Единственное, что ты можешь сказать это "да!", завтра у алтаря. Поэтому закрой свой поганый рот. Я устал от этого говна, что бесконечно из него льётся.

– Оно мне надо?!

– Мне надо.

– Вот сам и женись! Совет вам да… – не успел договорить Кристофер, как по кивку Павла к креслу подошёл Джо и ударил парня в грудь так, что перебило дыхание.

– Вот и договорились!– встал Павел и протянув руку Софье, уводил девушку в сторону своего кабинета.

***

– Скажи мне то, что я хочу услышать, Софья.

– Люди меняются. Им только нужна среда, которая способствует…

– Бальзам мне в уши. Сядь в кресло!

Софья послушно обошла стол и присела туда, куда ей показал Павел. Джо подошёл к столу хозяина и открыв ноутбук звонил по видеосвязи.

– Аллё? Аллё???

– Папа! – подскочила в кресле Соня и Павла поразила эта моментальная

метаморфоза. Из сдержанной, строгой красавицы вырвалась нежная,

трепетная пташка.

– Папа! Папа как ты?

– Солнышко! Я так счастлив. Я так рад за тебя! Что же ты мне не сказала?!

– Сглазить боялась! Папа, у тебя …

– Да сват таких амбалов прислал. Денег чемодан, ты представь! Он этого

Ломского сделал там морально.

– Пожалуйста, папа, пообещай мне…

– Все дочь! Хватит с меня! Дом построил, тебя вырастил, отучил, хватит. Куплю пару коз, кур разведу. Хватит. Пора на пенсию. Сват сказал, что самолёт пришлёт за мной. Представляешь?! Самолёт!

– Папочка, я не хочу тебя обидеть…

– Ты что, стесняешься меня? Я понимаю… Все понимаю…

– Папа, я люблю тебя! Просто мы не хотим никаких торжеств. Просто венчание. Только мы вдвоём.

– Но вы же приедете к старику? Я должен познакомиться с зятем! Хоть бы сказала… А я как чувствовал, что ты не по работе за бугор свалила.

– Я не могу больше говорить, надо работать. Не болей. – отправила воздушный поцелуй девушка, сдерживая слезы.

Джо закрыл крышку ноутбука и тот благодарный, тёплый взгляд, которым

Софья одарила Павла, пал тяжеленным камнем в его сердце.

– Хоть бери и самому женись на таком-то сокровище. Подари мне внука Софья. Сделай меня счастливым.

– Я сделаю то, что Вы скажете, Павел Александрович.

– Папа! Я тоже хочу… Как этот!– показал он на закрытый ноутбук и Софья молча рассмеялась.

***

Вместе с теми деньгами, что получил отец, а это было гораздо меньше, чем то, что получила сама Софья, пришло и новое ощущение своего я. Проститутка. Она безумно дорогая проститутка. Конечно, сына Павла, Софья представляла себе по-другому. Зачем настолько привлекательному, молодому мужчине покупать женщину? Да у него их… А учитывая состояние, которым владеет отец, от охотниц, скорее всего отбоя нет. Спускаясь по ступенькам дома Динц, Соня очень удивилась, когда к крыльцу подъехала машина и Джо открыл перед ней заднюю пассажирскую дверь. Жестом приглашая внутрь.

– Простите?

– Ну ты же не думаешь, что можешь разгуливать свободно, где вздумается.

– Я переносила обед и должна вернуться к своим обязанностям.

– Мне это неинтересно. Ты говоришь куда, я везу. Не вздумай сбежать.

– Я и не …

– Это хорошо. Прошу.

Работа. Магазин продуктов. Съёмная квартира. Всюду её сопровождал Джо. И как только девушка дошла до двери, она мило поблагодарила за то, что охранник оказал ей помощь и донёс пакеты. Можно подумать, могло быть иначе?

– А Вы?

– Я буду у двери ещё два часа, затем меня сменят.

– Сменят?

– Да. Приказ на круглосуточное дежурство.

– Поняла, а зачем?

– С целью безопасности.

– Ясно. – открыла дверь Софья и обхватив свой бумажный пакет руками, прошла внутрь, аккуратно прикрыв дверь ногой.

***

Похмелье, шипучка, танцующая в стакане воды и холодный душ.

– Батя либо спятил, либо… Не! Не шутил, точно спятил! Клацнув по быстрому набору на телефоне, Кристофер все же решил пообщаться с отцом, но получил только отклонённый вызов.

–Так… – думал как поступить Крис, и уже собрался посетить совет акционеров, назначенный на пять вечера, когда получил смс:

"Завтра в 10, у собора!"

– Бля… Видимо все! Дошел старик до ручки. Ладно, зайдём с другой стороны. Эта курва сама откажется!

***

– Добрый вечер, Кристофер Павлович.

– Привет. – усмехнулся Крис над охранником, залипшим в своём телефоне, у входной двери в квартиру, что располагалась в спальном районе Симье – А ты чего тут, невесту мою охраняешь?

– Обеспечиваю безопасность.

– Ох ты, как все серьёзно! – постебал Кристофер и несколько раз нажал на дверной звонок.

Он стёр свою улыбку, когда дверь отворилась, и только открыв её ещё шире, шагнул внутрь.

Молчит. Длинные коричневые ресницы, большие голубые глаза и длинные ноги.

– Здравствуй, невестушка! Поговорим?

– Конечно, проходите…

– Ох, да мы ещё и на "Вы"?!

– Надо на ты?

– Так проще! Как там тебя… Бля, забыл…

– Софья.

– Сонька значит! Ну что, кукла! Давай договариваться? Сколько там надо дать чтоб ты съебалась?

Соня молчала и опустила глаза в пол. Щеки краснели… Смущение? Или злость?

– И хули ты тупишь?

– Это уже решённый вопрос.

– Да ладно? А ты не думаешь, что я дам больше?!

– Мне не нужно больше.

– Пять минут тебе на сборы.

– Куда?

– Прокатимся…

– Мне нельзя. Тут охрана, они считают, что я могу сбежать.

– Значит так пошли! -грубо схватил он за руку и потащил девушку к двери, прямо в халате.

– Я поняла. Я быстро!

– Сразу бы так!

Софья схватила первое попавшееся офисное платье и прошмыгнула в туалет чтобы переодеться.

Опуская вторую ногу в туфлю, чуть нагнувшись, она посмотрела на него. Никогда еще человеческая красота не казалась ей такой отталкивающей.

– Бойся сука, бойся! – кивнул Кристофер и выдал злобный, брезгливый оскал.

– Вы далеко? -уточнил охранник, когда Крис открыл дверь.

– Съебись, чудище! – отмахнулся наглый золотой сыночек и потащил за руку Софью, которая даже не успела закрыть на ключ входную дверь.

***

Дом в стиле хай-тек сильно выделялся среди остальных построек этого района Ниццы. Логово холостяка. Холодное, мрачное, с обилием пошлостей на стенах и пропитанным атмосферой разрушающего, девиантного поведения того, кто тут жил. Мимо прошла горничная, одетая как проститутка, в топ и неприлично короткую юбку (нет, не как, точно проститутка! Только с салфеткой и полиролью в руках)

– Пошли, что встала?! -обернулся Кристофер, но Софья застыла в центре большого холла, переминаясь с ноги на ногу, с явным желанием покинуть это место.

– Пошли сказал, поговорить надо!– схватил он за локоть и повел в сторону кабинета на первом этаже.

Втолкнув девушку внутрь, хозяин прошел к шкафу, и налив себе в круглый стакан дорогой французский виски, сел в кресло, злобно смотрев на блондинку. Темное платье чуть ниже колена, стойка под горлышко. Она бесшумно прошла к дивану и присела на край, в ожидании совсем непростого общения.

"Монашка блядь…"– пронеслось в голове парня, а в стенах вульгарного красно-золотого кабинета прозвучало зловещее:

– И какого хуя ты села? Кто разрешал?

Софья не ответила, только также плавно встала, расправив подол платья и опустив голову.

– Давай так. Я тебе бабла, а ты съебываешь туда, откуда приехала. Билетик купить тебе?

– Нет.

– Нет? Сама доползёшь?

– Павел Александрович сказал, что…

– Да срать я хотел, кто и что сказал. Сколько он тебе дал?

– Семь миллионов евро.

– А что, дешевые шлюхи кончились? Всех перебрали? Или у тебя там пизда золотая?! Восемь перевожу сейчас на счёт и ты валишь из моей жизни.

– Все сложно. Дело не только в деньгах…

– Но ещё в статусе! Новая фамилия, красивые заголовки и вот уже нищенка пробила себе дорожку в золотую элиту!

– Я не нищенка!

– Да по хуям мне кто ты! Есть два варианта! Первый – ты съебываешь сейчас под покровом ночи, и я играю роль убитого горем, брошенного влюблённого. Либо! Ты завтра, у алтаря говоришь «нет»! «Не люблю!» и я играю роль убитого горем, брошенного влюблённого! Тебе какой больше нравится?

– Ваш отец не допустит этого, Вы же знаете.

– Ага, пулю всадит в твою сраную голову… Да не! Он добрый на самом деле, баблосы верни его и скажи, что передумала.

– Я не могу передумать.

– А я не могу дать ему повод снова вычеркнуть себя из завещания! Только вон обратно… Не суть! Заебала! Что ты хочешь?

Соня посмотрела на него с таким отвращением, что Крис не смог этого спокойно вынести. Девушки всегда окружали его ласковым взглядом, словом и… Делом! Но этой он явно был неприятен.

– Сюда иди. – бросил хозяин злобно сквозь зубы, смотря своими необыкновенными зелёными глазами.

Софья сделала робкий шаг и вдруг осознала, что в условиях соглашения было беспрекословное выполнение указаний Павла. Павла! А не Кристофера. Она молча развернулась и направилась на выход.

Железная лапа догнала её уже в холле. Схватив девушку, он резко развернул и столкнулся с тем же брезгливым взглядом, что подарили ему яркие серо-голубые глаза.

– Мы не закончили! Тебя никто не отпускал!

– Руку уберите!

– Пф… Имею право! Ты-ж кто? Жена, да?

– Еще нет.

– И не будешь! Знаешь почему? – прижал он ненавистную к стене настолько резко, что она ударилась затылком и стала медленно сползать вниз, но удержав, Кристофер встряхнул её, обжигая перегаром румяную щеку – Потому, что мозгами ты все понимаешь…

***

За пятнадцать лет своей службы у Павла Александровича Джо видел многое. Много ошибок совершал сам. Сидя в машине у дома Кристофера, он слышал истошный крик девушки. Скорее всего, это слышал не только Джо…

Спустя некоторое время дверь распахнулась и на крыльцо вышла Софья, нервно вцепившись в короткий ворот своего тёмного, порванного платья. Следом вышел Крис.

– В тачку сядь! – обходил он авто, устраиваясь на водительском, а как только она села назад, выехал, бросив наглую ухмылку в лицо ожидавшего в служебной машине Джо.

Трасса. Ночь. Красота той Ниццы, которой так восхищалась Софья, теперь вызывала только отвращение. Собственное тело тоже. Кристофер остановился у обочины леса и обойдя машину, вышел, присев на капот. Закурил, поднял голову на эти прекрасные звёзды, что были совсем близко и ощущая дуновение теплого ветра, наслаждался этой лаской.

Она молчала. Не рыдала, больше не кричала. Молчала все те сорок минут, что они ехали в сторону Италии.

Позади раздался щелчок и Кристофер обернулся. Вышла из машины. Ушла. В ту сторону, откуда они приехали. Медленно. Молча.

– Эй, кукла! Каждый день твоей никчёмной жизни будет таким. Обещаю.

Софья остановилась, но не обернулась. А услышав, как его авто отъезжает, продолжила свой путь.

***

– Мы можем изменить заказ? – уточнила Софья у Джо, стоящего в дверях ее ванной.

– Какой именно.

– То платье, что показывал Павел Александрович, не подходит. Нужно закрытое.

Джо опустил глаза на руки, которые неконтролируемо тряслись выплёскивая воду, что она собирала в ладони над раковиной. Следы мерзкого ублюдка стали появляться на теле моментально.

– Я опишу ситуацию Павлу утром. Глупостей не делай. -сказал мужчина и

прикрыл дверь, оставив Софью одну.

***

Ночь. Клуб. Очередная шумная вечеринка "для своих".

Знакомые лица, девушки. Некоторых из них Кристофер знал практически с самого детства. Они давно уже перешли в зону дружбы, такие были в абсолютной безопасности, хоть и одеты достаточно откровенно.

Стакан виски, второй…

– Эй! Чего такой хмурый?! – прокричала почти в ухо полуголая брюнетка.

– Спать хочу! – вяло ответил Крис.

– Спеть тебе колыбельную? Под этот бас уж точно не уснёшь!

Парень обернулся и посмотрев на девушку, упрямо пытался вспомнить её имя.

Однажды его друг Енн Лоцф, притащил эту куклу с собой в клуб и познакомил с компанией. Одноразовая, лёгкая, умелая… Что ещё надо? Такой, доступной её видели парни, хотя сама Леа, видела все иначе. Ницца – место, где сказка оживает. Тусовки, русские районы, олигархи и их золотые детки. Охотница!

Брюнетка точно знала чего хочет, и шла к своей цели. Пока получалось не очень. Она уже ошиблась дважды, первый с неким банкиром, который оказался простым управленцем, а второй с интерпольным братом Лоцф, пославшем её сразу же, после эякуляции. Хотя последний и отсыпал денег, поэтому обиду Леа не держала.

–Кроме красоты, нужно ещё что-то! -осознала она и начитавшись различных советов о том, как привязать к себе мужика, вышла на охоту.

Попытка номер 3!

Леа точно знала кто перед ней. Неприлично большой автопарк, сеть клубов по всей Европе и папа! Бизнесмен, политик, на деньги которого и содержалось все это…

– Колыбельную?… Ты… -зажмурился и пощёлкал пальцами Крис, пытаясь вспомнить имя стоящей перед ним девушки.

– Аня!

– Аня? – удивился он, на что охотница рассмеялась и коснулась его щеки.

– Видел бы ты сейчас своё лицо! Такой смешной!

– Да, я помню, там у тебя имя такое сложное… Я ещё подумал, что в русской тусовке потеряла…

– Леа!

– Точно! Леа! А полное?

– Это полное!

– А как тогда сокращённо?

– А зачем тебе сокращённо? Мне вообще все сокращённое не очень нравится…

– Выпьем?

– А давай!

– Глаза у тебя конечно… Как у принцессы из мультика!

– Так может я и есть, принцесса из мультика? Ну та, помнишь, что сбежала от отца султана. Настолько не хотела выходить замуж.

– А ты не хочешь?

– Неа. Я хочу веселиться!

– И все?

– И все!

***

Храм. Какие-то люди. Духота. Кристофер стоял у алтаря и не верил. Счастливая невеста. Пышное дорогое платье с длинными рукавами и высоким воротом. Почти такой же ворот вчера он порвал на ней пока убеждал выбрать другой путь. Судя по тому, насколько сейчас хорошо выглядит невеста – не убедил.

Она шла медленно, но уверенно и только кончик свисающего каскадного букета дрожал, выдав этот тремор рук.

– С добрым утром, любимая! – улыбнулся Кристофер, когда она остановилась рядом с ним – Какая ты красивая… -звучало в церкви, а в памяти только вчерашнее "А вот так нравится тебе? Шваль…"

Момент настал. Кристофер дал своё согласие и ещё не терял надежды на то, что кукла откажется!

Когда священник обратился с вопросом, она сказала «да», но этого никто не услышал. Что это, знак с выше? Её голос отказал! От этого невеста занервничала ещё больше и еле прохрипела:

– Я согласна.

Аплодисменты разносились по изумительно украшенному залу собора и когда по команде священника Кристофер наклонился чтобы поцеловать, новобрачная, от переполнявших её эмоций, медленно падала назад.

Со стороны все выглядело очень даже симпатично. Пышная многоярусная белая вуаль, откинутая назад, девушка необыкновенной красоты, которую Крис удерживал навесу за талию, томно прикрытые глаза… Кристофер коснулся её губ и почувствовал отсутствие ответа.

– Играешь, играй до конца, сука! – говорил он ласково, с улыбкой, чтобы никто из присутствующих гостей не заметил подвоха. Особенно отец! Но понял, что это не просто её месть за вчерашнее.

– Эй! Эй… – слегка побил он девушку по щекам приводя в чувства. – Воды дайте! Перенервничала! -крикнул Кристофер гостям и зал храма моментально превратился в жужжащий улей.

Вода, воздух, чуть ослабленная лента корсета. Ей не дали до конца прийти в себя. В этом мероприятии все было расписано по минутам и как только Софья смогла устоять на ногах, данное торжество продолжилось.

Чужие люди, мерзкие надменные взгляды, фальшивые поздравления.

Очередной, вынужденный поцелуй. Краткий, но омерзительный. В ресторане жених налегал на шампанское и много шутил, делая вид что невесты рядом не существует, но это совсем её не волновало.

– Отец! Я благодарен тебе. Если бы не ты, наверное, я не был бы так счастлив сейчас. Дорогие гости, я прошу вас простить мою грубость, но в этот прекрасный день, мне бы хотелось побыть с моей любимой. Отец, ты же не будешь против, если мы…

– Конечно! – кивнул Павел, сидя за одним из столов своего же ресторана.

– Спасибо за то, что были рядом в этот важный для нас день! Пожалуйста, отметьте его как следует! Но уже без нас. – добродушно и очень вежливо подвёл к итогу Кристофер, подав руку Софье. Задумавшись, она смотрела ему в лицо.

– Любимая? Я помогу тебе?! -фраза, больно кольнувшая и разносящаяся звоном, бьющим по вискам.

Новобрачная положила свою ладонь и тремор, который она весь день пыталась унять ощутил тот, кто был тому виной.

***

Неширокая трасса роскошный закат. Сейчас Софье вспоминались слова её бабушки:

– Вот уедешь, скучать ведь будешь по родной земле!

– По чему бабуль? По Беларуси? Не буду. Только по вам.

Мерзкая пошла грязная Ницца. Она провела тут совсем немного… Но и этого было достаточно, чтобы пришло осознание – жизни не будет.

Задумчивая. Молчаливая. Холодная. Бесстрастная. Кристофер привык к тому, что по одному только зазывному жесту с девок слетают юбки или раскрывается рот с намерением ублажить. Эта не старалась. Не пыталась. Вырываясь, вчера, она в кровь укусила его, от чего он совсем озверел намерение припугнуть переросло в то, что он не в силах сам объяснить.

Ненависть. Ярость. Желание.

Сегодня, самым первым тостом, отец сказал, что счастлив и ждёт пополнения.

– Не дождётся! – прозвучало в тишине сквозь зубы, но Софья даже не повернулась. Крис сел вполоборота и больно сжав её подбородок заставил Соню смотреть в свои глаза.– Я клянусь! Больше никогда не дотронусь до тебя, мразь.

Она сделала несколько быстрых кивков так, словно это было чем-то успокаивающим.

– Никогда! -повторил он и эти зелёные глаза, полные ненависти, заставляли кровь застывать в жилах.

***

Как только они пересекли порог дома Кристофер направился в свой кабинет, так и бросив новую хозяйку у входа в холле. Она потупила глаза и ещё минут двадцать, стояла рассматривая пол. Тот самый. Ледяной пол, на котором вчера была подвергнута его насилию.

– Добрый вечер. – обратилась одна из горничных и с непониманием смотрела на девушку в дорогом, пышном, кремовом платье.

– Здравствуйте. Пожалуйста, скажите, где я могу…

– Распоряжения не было. Может быть вы пройдёте в гостиную? Подать чай?

Гостиная. Ещё одно мерзкое место. Только вчера она задыхалась, когда выродок, прижав её лицом в мягкую обивку дивана…

– Простите. А комната? -перебила свои же мучительные воспоминания Соня.

– Проводить вас в спальню хозяина? – уточнила горничная и та нота, с которой она задала этот вопрос, выдала некое недовольство тем, что в доме появилась «эта», да еще и законная.

– Есть ли какая-то другая комната?

– Я уточню у хозяина! -резко развернулась и пошла в кабинет работница.

***

– Сейчас! -рявкнул Кристофер и горничная, привыкшая к такой манере общения, просто стояла в ожидании, когда хозяин закончит телефонный разговор.

Разговор ни о чем. Пустая болтовня, с паузами для глотка из очередной бутылки.

– Что надо?!

– Ваша супруга стоит у входа. Спрашивает, можно ли ей выделить комнату для гостей?

– Гостей?! – усмехнулся Кристофер так, словно его только что оскорбили. – Пошла вон!

Горничная отошла, а взбешённый хозяин полетел туда, где оставил новую игрушку.

– Ну что, сучара… – разносился ор по дому и с приближением Криса, Софья чувствовала неминуемую боль. Она стояла, стараясь не смотреть на источник этих децибел и теребила край вышивки своего платья.

– Сюда иди!– схватил он за её руку и потащил наверх в спальню.

Комната была такой же отвратной, как весь дом. Тёмные тона, дорогая мебель, уюта и тепла тут не было совсем. Большая кровать, маленький столик, вокруг которого расположилась софа и два кресла.

Он завёл её в центр и отпустив увидел, как та упала, запутавшись в многослойном пышном подоле.

– Тут будешь спать!

– В твоей комнате? -подняла Соня молящие о пощаде глаза.

– На этом полу, как потрепанная подстилка!

Она не расплакалась, хоть подбородок и дёрнулся несколько раз.

Кристофер развернулся и уже направлялся к выходу из спальни, когда услышал, что попытка встать с первого раза не удалась. Софья расправляла подол, пытаясь справиться с тяжёлым богатым одеянием и подняться.

– Сложно тебе? Давай помогу! – подлетел он к ней и интуитивно, девушка отвернулась, пытаясь закрыть лицо руками. – Паскуда! Какая же ты мразь… – сдёрнул он рукав, поцарапав плечо камнями, что украшали всю верхнюю часть платья.

– Не надо…

– Не надо? Не нравится?! А лезть в мою жизнь нравиться? Ты думала по-другому будет? Бабла захотела? Получила? Отрабатывай! – расстёгивал младший Динц свои брюки и казалось, стал значительно пьянее.

– Никогда! Никогда женщина семьи Петрусь не встанет на колени! И уж тем более не будет делать то, что делают путаны! – встала Софья и стала отходить в сторону выхода попятившись, но снова споткнувшись о свой подол, упала, ударившись щекой и губой о край большой статуи. Скульптура медленно накрывала ее сверху, но Крис выставил руку, поправив элемент интерьера и снова дёрнул девушку на себя.

Кровь из губы, платье, которое трещало на ней по швам обнажая, и тяжёлое, спортивное тело, вдавливающее в кровать.

– Нравится, да?

Она не имела возможности сопротивляться. Разум пытался отключиться от боли, которую Соня ощущала. Так, в памяти всплыла картинка, шестилетней давности. Друг её детства, крыльцо у дома бабушки и дешёвое серебряное колечко.

– Я люблю тебя…

– Ты с ума сошел? Какое замужество в 18 лет? Ещё учиться надо, на работу устроиться, ты чего Жень?

– Мразь, какая же ты мразь! – стонал мучитель, исполняя своё грязное действие.

Всё в её жизни могло быть иначе…

Глава 2

Утро. Пустой дом. Кухня, которую Софья долго искала самостоятельно. Ни души. Она налила стакан воды и чуть поморщилась от боли, когда край коснулся травмированной губы.

Тяжёлые шаги послышались за спиной, и девушка старалась не дышать. Так, словно если не выдаст себя дыханием, зло пройдёт мимо. Не прошло.

Крис смотрел на неё и испытывал смутные чувства. Рука так и тянулась в этот шёлк длинных, ароматных волос, а глаза говорили о том, что ЭТО не отвечает его запросам. Длинный махровый халат (с инициалами самого супруга), взятый из ванной, босые ноги на ледяном, мраморном полу…

– В приличных домах, без обуви не ходят. – сказал Крис тихо и в унисон с тем, как звучал его голос, ее руки, поставленные на столешницу, задрожали.

Развернув за плечо буквально двумя пальцами, он посмотрел на лицо супруги. След от трёх пальцев на скуле, у подбородка, оставленные по дороге домой. Синяя полоса на щеке и припухшая нижняя губа. Желто-синие следы на шее…

Крис молча подошёл практически вплотную и медленно, указательными пальцами снял халат с плеч, шокированный всем тем, чем было разукрашено женское тело. Синий, местами переходящий в жёлтый и ярко-фиолетовый. Что он чувствует? Отвращение. Только сложно понять, к ней или к себе.

– Дожил блядь…

– Можно я пойду? Пожалуйста…

– Жди в спальне.

***

Обычное рабочее утро. Павел направлялся в аэропорт, когда водитель остановился и в машину, заменив дежурного телохранителя сел Джо.

– У нас проблемы.

– Конкретнее? Вчера все прошло лучше, чем планировалось.

– Он убьет её, Павел Александрович. Крис и вчера…

– Что? Трахал жену? Тоже мне новость.

– Я позавчера, когда увидел… У нее все руки и шея синие. Ничем хорошим дело не кончится. Смерть и новый скандал, пачкающий вашу репутацию.

– Ты её видел, Джо?

– Видел, именно об этом я пытаюсь сказать! Видел!

– Ты помнишь, что она сказала тогда, в кабинете?

– То, что Вы хотели услышать.

– Нет, Джо. Для изменений, людям нужна среда. Она – его среда!

– Я поеду, Софья попросила привезти ей вещи, вчера как-то забыла о том, что нужно во что-то переодеться.

– Пусть голая ходит. Быстрее дойдем до цели.

– Он очень жесток.

– Большие деньги даются нелегко… Следи за ней.

***

Час. Час как вечность. Час перед казнью. Час до смерти. Очередной смерти. Час, который она просидела на софе в спальне и когда дверь щёлкнула приоткрывшись, закрыла глаза понимая, что это произойдёт снова.

– На кровать сядь! – звучал грубый хриплый голос, но Соня даже не обернулась.

– Да и похуй вообще! – обошел Крис софу, сев рядом. Он забрал её руку, крепко вцепившуюся в ворот халата, и опустил одеяние вниз, снова раскрыв до талии.

Дрожь. Ожидание боли страшнее, чем сама боль. Тело вздрогнуло и крупные мурашки побежали по рукам, когда она почувствовала, как чуть касаясь, он наносит какой-то холодный гель.

– Ебать, какие мы нежные! Недотрога, ты чем думала? Что за такие деньги… Пизданутая… Повернись, что там спереди?

Соня нервно замотала головой и попыталась встать, но тут же была одёрнута обратно.

– Ну да! Давай ещё, пока эти лечим, новые заработаем! – развернул он её к себе лицом.

– Все хорошо… Это я сама могу!

– Не можешь! – тяжело вздохнул муж и стал осматривать её левый бок, на котором были не только следы на коже, но и заметная припухлость. – Погнали, доскочим до больницы!

– Не надо. Я помажу и все пройдёт. -опустила Соня руку, прикрывавшую грудь и схватилась за тюбик.

– Спорить решила? Со мной?!

В дверь постучали и получив разрешение войти, Джо внёс чемодан и большую спортивную сумку.

– Я привёз вещи. Те, что были сложены, с остальными как быть?

– Все сюда тащи! – ответил вместо супруги хозяин дома – Устрой нам переезд под ключ! Девчонкам набери, пусть с тобой сгоняют. А то я отпустил всех. Жена теперь есть, ёптать. Будет готовить, убирать, ублажать…

– Можно без подробностей?! – строго сказал Джо.

– Так я и без! Я же тебе не сказал, что она пахнет как нектарина и влажная внутри как… – смеялся Крис вслед вылетевшему из спальни Джо, который не намерен был слушать эти гнусные комментарии. – Одевайся. Или так поедешь?

– Можно я н-н-не поеду? -стала заикаться Соня и сделав глубокий вздох, старалась успокоиться.

– Нельзя.

***

– Не трэба! Не чапайце мяне! – кричала пациентка на родном языке, которым в клинике никто не владел. Одно было очевидно – сейчас перед ними обострённая фаза истерического невроза.

По просьбе уважаемого гостя, пострадавшую уже успели посмотреть несколько специалистов, оставался женский врач, но видимо к этому осмотру Софья готова не была.

Крис сидел в коридоре, когда мимо него пронеслись ещё двое медиков.

В руках одного из них был тонкий шприц с каким-то веществом. Под плач, который стоял в смотровом кабинете, Динц вошёл вместе с мужчинами и увидел жену, забившуюся в угол. Вновь прибывшие зафиксировали девушку и вместе с постепенно вводимым препаратом, становилось все тише.

– Что за хуйня?! – выругался Крис, но на французском выдал только – Это для чего?

– Вашей супруге нужна помощь. Вы сказали, она упала? – опустил глаза в пол заместитель главного врача, в голове которого уже сложилась полная картинка.

– Да, с лестницы.

– Какое-то время, ей лучше побыть тут. – посмотрел он на Кристофера, и по выражению лица этого нахала, сразу было понятно, что слушать такие рекомендации тот не намерен.

– Все так плохо?

– Даже хуже. Необходим режим и…

– Домашний режим. Просто синяки, так?

– Возьмите хотя бы это. – достал из шкафа врач баночку с крупными капсулами и протянул Крису, пытаясь сгладить острые углы и расположить к себе того, с кем лучше не связываться.

– Это что?

– Транквилизатор. Она будет спокойнее…

– Отлично! Спасибо док!

– Вечером можете забрать супругу и в дальнейшем… – пытался выиграть хоть немного времени врач, но с опаской посматривал на телохранителя, стоявшего в коридоре.

– Мы уходим! Сейчас! – подошёл Крис к кушетке, на которую положили спящую Софью и забрав девушку, поспешил покинуть клинику.

***

Светло-кремовые обои в милый розовый цветочек. Хрупкое тело лежит на объёмной перине и лёгкое, пуховое одеяло обнимает, создавая то самое, ощущение безопасности.

– Спи моя любимая принцесса! -слышала Соня голос папы. – Завтра поедем с тобой в Минск, заберём товар и твой подарок.

– Пап, а какой подарок?

– Очень красивый! Самый красивый! Для самой прекрасной девочки на свете!

– Я же не усну теперь… Так и буду гадать… – услышал Крис, как еле шевеля губами Соня шепчет во сне.

– Доченька, спи. Подарков ещё будет очень много, а сон пропускать нельзя… Как ты себя чувствуешь? Ты в себе? – вдруг стал очень расплывчатым, мутным, отец, а её рука, как чужая, онемевшая, поднялась и коснулась колючей щеки.

– Я люблю тебя, папочка… Не уходи. Посиди со мной ещё … Мне страшно тут. Этот дом слишком большой…

– Ебать, вот у тебя там мультики! – прозвучал голос Криса, который словно вбил гвоздь в грудь и заставил девушку подскочить.

Муть в глазах, но и в этой размытости было понятно, что она не в своей спальне.

– Спокойно! Ложись… -говорил Крис как можно тише и укладывал её обратно на подушку. Соня прикрыла глаза и снова провалилась в сон.

***

Утро. Пустая постель. Свежая голова. Равнодушное состояние и желудок, который буквально скручивало от боли. Ела ли она вчера? А позавчера? Встав, Софья с отвращением посмотрела на лежавшее на кресле платье, что вчера, в больнице, было на ней. Это глупо. Очень глупо. Он должен потерять интерес. Никаких приталенных вещей, платьев, сарафанов и халатов. Нет!

Соня прошмыгнула в ванную и вошла в душевую кабину. Касаясь своего тела, она больше не чувствует этой грязи, на смену пришло равнодушие.

Никакой косметики! Ничего… Она должна потеряться, среди полуголых горничных!

Свободная чёрная майка, широкие трико, носки… Надеть ли обувь чтобы лишний раз не триггерить? В приличных домах ходят в обуви… В приличных домах разносят грязь! Хотя уличная грязь – ничто, по сравнению с тем, как испачканы сами люди.

Тихо пройдя по коридору и выглянув на лестницу, Соня не увидела никого.

– Пусто? Совсем пусто? Главное – что нет его!

Она прошла через гостиную в столовую, а затем в кухню.

– Надо найти хоть что-то из еды. Деликатесы, фрукты, ягоды… Творог! Бинго! Яйца? Отлично! Жить можно. Если бы я была поварихой, то где бы держала муку?

Огромная кухня. Соня выпила стакан молока, чтобы хоть как-то смочить свой несчастный, голодный желудок и принялась изучать содержимое шкафов.

– Заставили жить тут? Ну и поделятся сковородкой. Ничего не случится! -сказала сама себе Софья и тут же замерла от воспоминания: "Садиться кто разрешал? "-она прикрыла глаза, сглотнула, затем сделав пару вдохов и выдохов, продолжила хозяйничать на незнакомой территории.

***

Аромат чего-то сладкого разносился по дому, и уловив его, Кристофер шел на этот запах.

Мокрые волосы убраны в бесформенный пучок, мешковатая футболка и шаровары.

– Смешно, да… -прозвучало за спиной Сони и она замерла перед плитой, с лопаткой в руках.

– Ты сырники будешь на завтрак?

– А если въебать, а потом переспросить?

– Вы будете…

– Бля… Вот так обращаются к мужьям, да? Давай, следующая попытка!

– Не хотите ли… Не х-хочешь ли… -снова стала заикаться Соня.

– Мимо. Ещё раз! -стал подходить ближе Крис и от предыдущего спокойствия ничего не осталось. – Ты кто? Жена! Как говорит жена? Или бабы в Беларуси только и могут что…

– Любимый, ты сырники будешь?

– Умница. – взял Крис её за руку и вложил маленькую баночку с капсулами -Держи, заслужила!

– Что это?

– Ты жрешь и не создаёшь мне проблем, это ясно? Нет? Поступим иначе!-Крис подошёл к крану, и набрав стакан воды, поставил его рядом на столешницу. – Пей, чтобы я видел!

– Мне не…

– Пей сказал! -подошёл он совсем близко и этот… Нет, уже не испуганный, а брезгливый взгляд серо-голубых глаз был обращён в его сторону.

– Я не буду!

– Два варианта, либо препарат во рту, либо мой член! Мне оба нравятся, ты что выберешь?

– Что это?! -прозвучал спокойный голос Джо позади Криса.

– Таблы в клинике выписали, не пьёт. Непослушная, просто пиздец! А ты чего в доме топчешь? Вали отсюда. Или тоже на запах пришёл?

– Джо, возьми вот эти… – протянула тарелку с румяными изделиями Соня и то, как ласково звучал этот голос для охранника, выворачивали лёгкие Криса наизнанку. Жестокие зеленые глаза сопроводили её действие и заметив это, она сняла очередную партию со сковороды, протянув блюдо супругу.

– Ненавижу сырники! И тебя ненавижу! -ударил он по тарелке рукой выбив её и все содержимое полетело на пол. После чего, удалился в неизвестном направлении.

Джо тяжело вздохнул и проглотив второй сырник, подошёл к столешнице, на которой осталась стоять банка с капсулами. Сделав фото на мобильный, он загрузил информацию в браузере.

– Пей. Крис прав.

– Что это?

– Успокоительное. С таким… В общем, пей. Одна таблетка в день. Может заикаться хоть перестанешь. Ты уверена, что не нужен осмотр гинеколога?

– Да.

– Выродок. Как земля таких держит… – забрал свои сырники и вышел из кухни Джо.

***

Туда, где тепло. Туда, где греет один только взгляд. Туда, где тобой восхищаются и ждут…

– Привет, девочка-туса! Как твои дела?

– Все плохо! Но уже стало лучше! – мурлыкала Леа в трубку тому, на ком уже поставила крест.

– Что случилось? Кто обидел? Давай приеду порешаю!

– Ты обидел. Не звонишь, не пишешь… Слышала женился… Сон потеряла.

– Сейчас привезу!

– Сон?!

– Себя! Собирайся! Погнали в Сицилию?

– Неожиданно! А зачем?

– Любить друг друга и загорать!

– А как же жена?

– Это фиктивно! Так, для журналюг и папы. С тебя купальник и хорошее настроение.

– Настроение есть! А без купальника никак? Я люблю без…

– Значит найдем где без! Я уже близко…

***

Неделя. Позади целая неделя… Полная боли, потерь, слез, от переполнявших Соню эмоций.

– Хороша работница. А вся такая скромница… Как в первую неделю ты выскочила за сыночка Динца? Научишь? – шипела старший менеджер на Соню, как только та вышла на работу. – И уволить не могу! И смотреть на тебя мерзко!

– Я понимаю. – поднялась Софья со своего кресла и забрав кактус, который простоял на её столе меньше двух недель вышла из офиса.

Вкус слез разбавлял пломбир, что девушка ела ложкой из небольшого ведёрка, сидя в гостиной ненавистного дома.

На сладкий сливочный аромат, из-под лестницы выглянул маленький, любопытный мышонок. Соня позвала его и тот, пробежав в центр комнаты, поднял свои крохотные круглые ушки.

– Идем малыш. Ты такое тоже любишь? – положила кусок мороженого на ладонь Соня, а затем опустила на пол.

Серый кроха пробежал на встречу своей радости и ткнулся носом о лакомство.

– Не нравится? Да, холодное! Пойдем, найдем то, что ты больше любишь! – Софья опустила раскрытую ладонь к полу, и мышонок запрыгнул, словно знал, что это существо опасности не представляет.

Кухня, несколько сыров разных видов и серый зверь, размером не более четырёх сантиметров, облопавшийся вкусностей.

– Нельзя так жрать! – смеялась она над мышонком, что завалился на спинку и балдел от того, как приятно, чуть касаясь, ему гладят животик. – Где твоя мама? Почему не учит тебя? Люди злые. Они опасны… – говорила девушка уже сама себе, а малыш, закрыл свои глазки-бисеринки и спал.

Глава 3

Ночь. Дом. Лестница. Спальня. Тусклый свет торшера. Жена. В тех самых, чёрных шароварах и футболке.

Во сне она вытянулась поперек кровати и стрёмное домашнее одеяние не могло спрятать изгибов этого прекрасного тела. Или просто в его памяти настолько глубоко засели эти манящие образы?

– Что за… – раздался голос мужа и он удивлённо посмотрел на то, как подскочив, девушка накрыла ладонью проснувшуюся мышь и завела её за спину, отвлекая своим безумно испуганным взглядом. – Бля, мышь в кровати! Не просто в доме! В кровати!

– Мышь? Какая мышь? Где?! – стала поправлять волосы Соня и осматриваться. -Нет. Мышей нет. Откуда им тут быть?!

– Истеричка, таблетки пила?

– Пила.

– Если бы пила, была бы спокойнее.

– Я пила.

– Где они?

– На кухне.

Крис развернулся и покинул спальню, оставив дверь приоткрытой, а когда вернулся, покрывало на кровати уже было заправлено. Соня сидела на софе, поджав к себе ноги и будто всматривалась в пустоту.

– У тебя с образованием что?

– Я не понимаю вопроса. – повернулась и замерла она, видя гнев, которым горят зелёные глаза.

– Вот тут, в банке, 30 штук. Меня не было сколько?

– С-с-семь.

– 30 минус 7 это?! Почему я насчитал 28 капсул?

– Я пила сегодня. Совсем недавно, перед сном. От них очень хочется спать…

– Пиздаболка бля… Рот!

– Не надо.

– Рот я сказал!

Крис положил капсулу ей в рот и налил воды из графина, стоящего на столике.

– Глотай! Проглотила? Покажи.

– Я выпила! Честно! И от предыдущей ещё пьяна.

– Рассказывай, чокнутая Золушка или Белоснежка… Кто там с мышами дружил?! Ты откуда эту мерзость притащила, из какого зверинца?

– Никого не притащила. Никаких мышей. Показалось…

– Не показалось! От показалось, меня ещё позавчера отпустило. Идиотка… – достал телефон Крис и набрал номер одного из сотрудников их службы охраны. – Хай! Кошку найди мне. Да плевать, кошку или кота. Порода? А какие бывают? Побольше и такую, нормальную короче! Мышь в доме завелась. Вот если кошка не справится, потравим! Ты понял? Чтоб я утром проснулся, а ты на пороге… – не успел договорить Крис увидев как Соня, засыпая, падает на бок.

– Вот это да! Меньше двух минут! Охренеть! Пошли, кукла.

Забрав девушку в охапку, он отнёс её на кровать. Сейчас шутки Леи о том, что его может настигнуть лимский синдром, уже не кажутся такими нелепыми.

Он привязывается. Тревожным звоночком было и то, как в порыве страсти назвал Лею Соней. После чего та, вроде бы и хотела психануть, но своевременно взяла себя в руки, чтобы не отклоняться от заданной цели.

В комнате было душно, как и во всей Ницце этим летом. Врубив кондиционер на 17 градусов, Крис направился в душ.

3:05 показали часы мобильного, до будильника ещё 4 часа. Пора вернуться к делам. Работа лечит. Лечит от чего? Задался вопросом только вернувшийся после пьяных любовных приключений и посмотрел в сторону кровати.

– Уродство! – ляпнул себе под нос Крис и подойдя к постели, приподнял за талию Соню, снимая сначала верх, а затем и штаны.

Сев рядом, чуть касаясь, он водил пальцами по тем местам, где ещё неделю назад были гематомы. Сейчас почти не осталось следов. Убрав несколько прядей с обнажённой груди, провёл носом, вдыхая этот желанный запах. Это было тем, о чем Крис мечтал всю неделю. Большой неожиданностью стало её томное дыхание и то, как отреагировав на прикосновения, во сне, она пробурчала:

– Жень, не надо, я все равно уеду. Это решённый вопрос…

Динц усмехнулся, и в шутку выдал то, что в последующем перевернуло все с ног на голову:

– Тогда давай в последний раз? На прощание.

Поцелуи, прикосновения, сердце готовое выскочить из груди и полное отсутствие сил. Податливая и безвольная, как тряпичная кукла. Соня сидела сверху, прижатая к мощной мужской груди и сильные руки, обхватив её, удерживали, гуляя по спине.

Поцелуй как опиум. Как то, что не просто вызывает зависимость, а еще и требует увеличения дозы. Отстранившись, законный, но преступный, посмотрел на это прекрасное, лишённое пошлости лицо. Она спала, точно спала, но тот сон, который видела…

Крис жадно вцепился в свою жертву и её тело ярко реагировало на все его провокации, пока губы беспорядочно касались лакомой кожи. Облизав кончик пальца, он запустил руку в нижнюю часть белья и умирал, слыша этот сладостный прерывистый стон. Стон, давший ему надежду…

– Женька… – практически закричала Соня, откинувшись и изогнув спину, от накрывшей её волны удовольствия.

– Да уже хоть Федька…– прошептал Крис, и нежно захватывая губами самую чувствительную часть груди, ласкал языком, видя эти прекрасные мурашки, что бежали по телу.

От этих ярких ощущений, что топили тело в эйфории, Соня стала просыпаться и поняла, что сейчас она не на летней кухне с бывшим,(как этого представлялось) а уже под своим тяжеловесным супругом. Теплый, чувственный, древесно – цитрусовый аромат.

– Крис…

– Нет! – впился он в её губы и чуть с ума не сошёл, когда почувствовал этот еле уловимый ответ.

Внутри. Плавный. Аккуратный. Внимательный к реакциям и сигналам. Задыхающийся собственной одержимостью. Задрожала… Теперь не от страха. И словно время остановилось. Никого и ничего больше нет… Только она. Растаявшая под поцелуями. Спящая под препаратами. Ненавидящая наяву.

***

Соня проснулась от удушающей жары и та мучительная жажда, скребущая горло наждачной бумагой, была сильнее её страха, крепко спящего рядом. Тяжелая рука лежала сверху и стараясь освободиться как можно незаметнее, пробудившаяся стала медленно отодвигать её в сторону.

Голая. Полностью. Вчера между ними явно что-то было. Что конкретно – она не помнит. Препарат погрузил в сон, в котором… В котором все было иначе. Сейчас Софья была даже благодарна тому, что муж заставил выпить двойную дозу.

Теперь понятно – две капсулы и ни страха, ни боли. А синяки пройдут. Всё пройдет… Если он не убьет её. А если убьет, то она все равно этого не почувствует.

Умывшись, Соня схватила мятую одежду с пола и с брезгливостью на нее посмотрела. Нет, она же уважает себя в конце концов! И бросив трико с футболкой в корзину с грязным бельем, взяла серые штаны от спортивного костюма и белую майку. Ничего провокационного.

Когда девушка спустилась в кухню, за столом уже сидел Джо.

– Джозеф, доброе утро!

– У меня да? Как ты? – смотрел Джо в свою кружку с кофе.

– Завтракать будете? -звучал женский голос спокойно и дружелюбно, но поставленный вопрос так и остался без ответа.

– Мы же на «ты»?

– Да, я помню. Просто разница в возрасте и вот, как-то само с языка…

– Воспитание – это хорошо. Мне вообще все равно.

Джо был старше девушки на 18 лет. Если бы по каталогу судьбы можно было выбирать, то именно такой он бы и хотел видеть свою дочь. Дочь, которой у него никогда не было. Ни дочери, ни сына, ни жены.

– Так что хочешь на завтрак?

– Что себе будешь готовить, то и поем. Я вообще неприхотливый.

– Значит, сырники с джемом!

– Ты ешь их каждый день?

– Мне нравится! Сырники, запеканки с ягодами…

– Почему сырники? Они же из творога? Должны быть творожники.

– Хорошо! Пусть будут творожники.

Соня колдовала у плиты и по кухне вновь стал разноситься сладкий аромат.

– Выйди. – холодно прозвучало за спиной у входа в кухню, и она замерла, понимая, что эта фраза обращена не к ней.

– Осторожнее будь. – бросил Джо через плечо.

– Давай ещё, посоветуй…– направился Крис в сторону жены и встал в двух метрах от её спины, присев на край стола. Чуть больше минуты он смотрел на то, как она застыла и казалось, даже не дышала – Я не слышу! – прозвучало громко и Соня закрыла глаза, чувствуя это мерзкое, тошнотворное щекотание внутри живота. Словно на аттракционе летишь вниз, только сейчас точно знаешь, что держаться не за что и ремней безопасности тоже нет.

– Любимый, ты будешь сырники?

Она не видела, как он улыбнулся. Только почувствовала его руку, обхватившую талию и тяжёлый подбородок, который был поставлен ей на плечо.

– Ненавижу сырники… И тебя ненавижу… – прошептал Крис ласково, совсем не злобно, глубоким хрипловатым голосом. – Мышка… Тихая такая… Серенькая… Только на каждую мышку, всегда найдется мышеловка, да?

Муж отошёл, взяв готовый сырник и проглотив будто не жуя, вернулся и забрал тарелку с остальными.

– Там джем в холодильнике. – стала нервно переворачивать порумяненные с одной стороны пышные изделия.

– Так подай! Ты же жена?! И чай мой где?

Соня убавила мощность на плите и достав банку с джемом, направилась к столу, поставив сладость рядом с супругом.

Он потянулся, в мгновение усадил к себе на руки ту, что уже была объята страхом и не мог побороть в себе желание прояснить некоторые детали, которые почему-то, стали так важны.

Жестокие, полные злости, зелёные глаза смотрели в её. Губы были поджаты и выглядели совсем тонкими. Соня попыталась освободиться, но Крис только крепче удержал, говоря очень тихо, и то, как звучал этот зловещий шепот, вгоняло в ещё большую панику:

– Женя кто такой?

– Я не понимаю о ком Вы!

– Мы теперь на «Вы»! Прекрасно! Я вопрос тебе задал!

– Никто!

– Правильный ответ! Умница моя… – погладил по волосам девушку Крис и ещё больше взбесился, когда она попыталась отстраниться от его руки, сжалась и зажмурилась, словно в ожидании удара. – Что сделать с этим "никто"? Давай ребятки по кусочкам привезут? Хочешь?

– Нет!

–Тебе какую его часть? Нижнюю или верхнюю?!

– Никакую! – давилась от того больного кома в горле, что узлом стягивал связку, пока глаза наливались влагой.

– Хватит рыдать! Кто такой Женя?

– Мальчишка в нашем поселке, мы дружили…

– Ебались, а не дружили!

– Это было давно!

– Любишь его?

– Нет! У него жена и двое детей!

– Любишь его?!

– Нет!

– Полный ответ дай мне, Мышка!

– Не люблю. Любила бы, замуж вышла шесть лет назад.

– Я хочу услышать полный ответ!

– Я не понимаю! – прижала к своей груди, сжатые кулаки Соня.

Крис провел пальцем по щеке и нежно смахнул слезу. Даже она была очаровательна. Как капелька утренней росы, которая появляется на цветке, когда солнце начинает согревать его тонкие лепестки. Жидкая соль, что блеснула и исчезла от его мимолетного касания, топила лед, которым он защищал себя долгие годы, а теперь, снова почувствовал эту уязвимость.

– Я хочу услышать полный, развернутый ответ. Ответ женщины, имеющей принадлежность. Ответ той, что отняла мою свободу. Подумай и скажи ещё раз… Любишь его?

– Только тебя люблю. Этот человек вообще для меня ничего не значит!

– Золото, что тут скажешь?! Иди, у тебя там уже сгорело все к ебеням…

Он отпустил и метнувшись к плите Соня выключила её, убежав обратно, в спальню.

***

На часах 13:45, а к завтраку ЭТА так и не вернулась. Забрав ноутбук из кабинета, Кристофер устроился в кресле напротив лестницы, чтобы уж точно не пропустить свою жену, которая ещё не видела нового обитателя их дома, приступившего к охоте. Отдаленно из холла послышались шаги и в гостиную вошёл отец. Как всегда, не один, а в сопровождении личной охраны, часть которой осталась на улице.

– Здравствуйте, Павел Александрович! – задорно поприветствовал Крис и отставил ноутбук, чтобы встать и пожать руку мужчинам.

– Здравствуй, сынок. Как наши дела?

– Замечательно! Просто замечательно! Вчера вот центр отбился. А прогноз был на ноябрь.

– Радость то какая. Кристофер, ты же понимаешь, что я о другом. Как твои

семейные дела?

– Тоже замечательно.

– Замечательно? Поэтому ты неделю бухал и колесил по Европе с шлюхой?

– С какой шлюхой, пап? Я работал.

– Крис, притащишь ведь в семью заразу. Чем тебе Софья не мила? Солнцем пахнет девушка. Радостью…

– Пап, да все отлично! Ты хотел, чтобы я женился? Я женился! Верность и всякое такое – мы и не обсуждали. Клятв не давал!

– Где она?

– В спальне. Позвать?

– Сам поднимусь.

Соня сидела на софе и прижимала к груди ветхую шерстяную кофту. Изделие темно-зеленого цвета, которое служило лекарством в какие сложные для нее моменты, как сейчас. Когда-то она отвоевала эту кофту у отца. Убежденный в том, что все вещи покойных нужно раздавать людям в первые сорок дней после смерти, он опустошил шкафы матери и даже те украшения, которые носила Есения, были отданы чужим людям. Только эта кофта, случайно забытая на кресле, в летней кухне, была спрятана двенадцатилетней Соней. Спустя полгода, данный факт всплыл, но любящий отец так и не смог забрать у своей принцессы то, с чем она спала в обнимку скучая по маме. Родной запах уносил туда, где было тепло, уютно, спокойно и безопасно. Туда, где любят…

– Здравствуй, Софья! – вошёл Павел очень тихо, напугав девушку, тонувшую в своих воспоминаниях.

– Здравствуйте, Пав… Папа.

– Как наши дела?

– Мы притираемся друг к другу… Постепенно…

– Встань пожалуйста. Софья, что это?

– Где?

– Я платил за женственную и утонченную! – изменился в голосе Павел, выражая явный гнев. – Что за лохмотья! Теперь понятно, почему мужик из дома бежит! Ты как… Где макияж и это все… Женское где?! – уже переходил на крик Павел.

– Простите. Я поняла.

– Виктор, собери все это барахло и освободи место.

– В этом нет необходимости, я поняла свою ошибку.

– Не указывай мне! В чем есть, а в чём нет! В мусор! На свалку это! И чтобы через десять минут тут был имиджмейкер. Моя сноха не должна так выглядеть!

– Я просто дома…

– И дома! Особенно дома! – кричал свекор, пока Софья молча наблюдала за тем, как вещи летят с полок в её же сумку.

Когда охранник взял и ту самую кофту, раздался истошный крик, который был слышен даже на первом этаже.

– Нет! Я не ношу это! Это мне нужно! Пожалуйста… Я не надену!

– Вот именно! Не наденешь! – крикнул также громко Павел и вырвав из рук Сони кофту, швырнул ее Виктору. – Раздевайся!

– Как? Я…

– Бегом я сказал!

– Можно в ванной? Я не могу при Вас…

– Иди!

Соня прошла в ванную, и захлебываясь своими слезами, сняла футболку и трико. Завернувшись в полотенце, она вышла обратно и отдала одежду в руки покорно исполняющему свою работу.

– Пожалуйста. Я все поняла, заберите все, оставьте кофту. Только зелёную кофту, это мамы…

– Угомонись! -вышел Павел, а вместе с ним и Виктор.

Уже при подходе к лестнице, на втором свете, отец увидел, как Крис

поднимается навстречу:

– Что за вопли? – свёл брови сын и выглядел предельно серьезно.

– Истеричка. – отмахнулся Павел с совершенно невозмутимым видом.

– Зато красивая! – игриво подмигнул Кристофер улыбнувшись.

– Теперь да!

– Теперь?! – проводил Крис взглядом Виктора с большой сумкой, из которой буквально вываливалось шмотье – Это что?!

– Процесс трансформации. На работу не поедешь?

Отец никогда не задавал таких вопросов. С чего вдруг сейчас?

– Не-а, не хочу! – ответил Крис, уже открывая дверь в свою спальню.

Опустившийся пучок из волос, из которого выбивались длинные пряди, маленький носик, кончик которого мило покраснел и глаза, что с его появлением опустились вниз. Соня задержала дыхание и старалась успокоиться, игнорируя появление мужа.

– Что такое, милая, не нашла общий язык со спонсором?

Девушка промолчала и то, что она сидела на кровати в полотенце и низких белых носочках побудило его улыбнуться.

– Да ладно не ной, сейчас нагонит сюда этих своих пидаров, забьют тебе шкаф брендами. Что не понравится, потом сама докупишь. Денюжку дать или ты ещё не всё потратила?

– Н-н-не все…

– Не всё потратила? Ну вот видишь.

– Не всё можно купить.

Услышав это, Крис сел перед ней на корточки и положив руку на голое колено почувствовал, как супруга вздрогнула, очевидно ожидая чего-то крайне опасного.

– Что-то от милого Жени?

– Мамы.

Ломота до бешенства. До необъяснимого желания вырвать что-то внутри себя, избавиться от того, что жжет, когда она поднимает взгляд и можно рассмотреть этот темно-синий обруч, радужной оболочки серых, ангельских глаз.

Удар. Второй. Искренний гортанный смех отца, наблюдающего за тем, как на его телохранителя налетел разъяренный сын.

Виктор только поставил вещи в багажник авто и не успел захлопнуть крышку. Абсолютно довольный реакцией сына на эту провокацию, Павел опустил стекло и только спросил:

– Кристофер, что такое? Что-то не так?

– Не лезь к ней! Оставь нас в покое!

Павел кивнул и Крис узнал тот самый, довольный взгляд. Взгляд победителя! Отец был отличным стратегом. Этого у него не отнять…

Забрав сумку обратно, он вернулся в дом, но спальня уже была пуста.

– Эй, плакса! – кинул заступник сумку у кровати и не получив ответа пошел вниз, в поисках Сони.

Кухня. Картина маслом. Шикарная женщина, мурлыкающий, пушистый, бежево-пепельный кот на руках и…

– Мышь бля на столе! Ебать, я думал случайность! – выдал шокированный Крис и Соня, уже одетая в его белый махровый халат, опустила руку туда, где только что грызун уничтожал хлебную корочку.

– Ты завел кота?

– А толку?! Ты бля, уебок шерстяной! Почему мимо тебя мыши ходят? Бракованный? – обратился Крис к животному, но злобным его высказывание Софье не показалось.

– Нет никаких мышей.

– Фу… Ненавижу!

– Бывает. – аккуратно опустила кота на пол Софья.

– Там шмотье твое… Одна же сумка была?

Соня не ответила только подскочила со стула и бегом кинулась в спальню.

***

Суета, столпотворение, тонны комплиментов и в просторной спальне стало очень тесно.

Соне пришлось перемерить несколько десятков различных образов и ни один она бы не выбрала, если бы могла выбирать. Все открытое, короткое, пошлое… Слишком яркое и неприлично дорогое. В один момент, девушка наградила имиджмейкера таким взглядом, что он уже молча стал забивать привезенными нарядами гардеробную.

Душ. Стилист и тонна всего того, чем была покрыта Софья. Даже грудь посыпали скульптором и тушевали в зоне декольте.

Несколько раз постучав в дверь Джо заглянул внутрь, туда, где колдовали феи красоты.

– Сонь, звонил Павел Александрович, он отправил своего повара из ресторана, тот готовит вам праздничный ужин. От меня теперь требуется фотоотчёт того, как ты выглядишь, во что одета…

– Я поняла свою ошибку.

– Ты как?

– Мертвая.

***

Крис возвращался в свой кабинет в тот момент, когда заметил супругу стоящую напротив закрытой двери. Сжав руку в кулак, она уже преподнесла ее чтобы постучать, но не исполнив этого простого действия, одернула. Словно передумала. А затем, запрокинула голову, несколько раз глубоко вздохнула, пытаясь унять это волнение и еле коснулась костяшками дверного полотна, даже не издав звук.

Мелкие кудри, красный прозрачный халат с расклешенными рукавами и короткий пеньюар под ним.

– Ебать! Что это с тобой? Я таких только в Амстердаме, в витринах видел! – раздалось за её спиной, что заставило резко обернуться и прижаться плечами к той самой двери.

Прекрасные глаза были погружены в темную дымку теней, от чего выглядели ещё более яркими, губы в тон одеяния накрашены слишком вызывающе и невольно Крис выдал смех, которым ещё больше напугал жену.

Соне было неловко. Она и так чувствовала себя не в своей шкуре, а тут ещё и такая реакция. А какой она ожидала? Носить дорогое не значит выглядеть дорого. Афрокудри покрытые тремя флаконами лака, неестественно пышные и невероятно тяжёлые, выглядели словно грива льва, которого ударило током.

– Что ты хотела?

– Н-ничего.

– Выглядишь отпадно! Это что? Перья пришиты? Дай сфоткаю! – достал он свой мобильный, заливаясь смехом, но Соня успела закрыть лицо ладонями до того. как муж сделал снимок. – Вот сколько отцу говорил, брать надо тех, кто хоть что-то умеет. А из тебя даже блядь так себе…

Соня не знала, оскорбление это или комплимент, но облегченно вздохнула, когда Крис отодвинул её и прошел в свой кабинет, хлопнув дверью прямо перед припудренным носом.

Она вернулась в спальню и войдя в гардеробную осмотрела то, что теперь там находилось. Ничего. Ничего из того, что выглядело бы прилично…

Подойдя к большому зеркалу, размалеванная посмотрела на себя. Куда? Куда делась та самая Софья? Осталась. Мертвой ещё у алтаря Николаевского собора Ниццы.

Вопреки ожиданиям Павла, остаток этого вечера и всю последующую ночь Соня провела одна.

***

Съёмная квартира, оплаченная не из собственных средств, на несколько месяцев вперёд.

Грязная посуда, что так и засохла, позабытая на небольшом столе еще со вчерашнего ужина.

Красное вино, пролитое ночью на светлый ковёр…

Мужчина, что появляется всегда внезапно, тогда, когда неудачливая охотница уже перестаёт ждать и на что-то надеяться.

– Любишь меня?

– Обожаю! -усмехнулся Крис тому, насколько глупо звучит её вопрос.

– А вот так нравится? – дразнила поцелуем Леа, сидя на руках у того, о ком грезила и днем, и ночью.

– Мне нравится все, что ты делаешь…

– Останешься? – звучал её вопрос так, как звучит просьба.

– Посмотрим!

– Мой Край…

– Почему Край? – рассмеялся Кристофер.

– Ты – мои слезы! – смотрела брюнетка в его невероятные зелёные глаза. Деньги, статусы, удачное замужество – сейчас, Леа была готова отказаться от всего. Лишь бы только тот, кто в эту ночь держит её в своих ласковых объятьях, всегда был рядом.

Глава 4

12:30, бизнес-центр на другом конце города и конкурс в пять кандидатов на одну вакансию.

Соня входила в огромный холл без понимания, в какую сторону ей двигаться дальше. Милая француженка на ресепшен предложила присесть в кресло и дала анкету для заполнения. А менее чем через десять минут, вернулась, пройдя мимо остальных ожидающих своей очереди:

– Софья, прошу. Иван Владленович Вас ожидает! – Соня удивлённо посмотрела на помощницу, заговорившую на русском и та, по пути, решила дать короткое пояснение – Да, всех русских смотрят в первую очередь.

– Так я не совсем русская. – сказала Софья так, словно это был секрет.

– Он тоже! – отшутилась секретарь – Проходите!

Войдя в большой светлый кабинет, Соня прошла к креслу, в которое её пригласили жестом.

Руководитель, проводивший второй этап отбора (а первый Соня прошла с рекрутором и начальником отдела по конференц-связи) был всего лет на 5 старше самой Сони и загадочно улыбался.

– Так, Вы у нас… Петрусь… Софья Михайловна… – мужчина в строгом костюме откинулся в кресле и пытаясь сдержать смех, чуть прокручивался, создав немного неловкую паузу. – Меня зовут Иван… Я возглавляю корпорацию уже около 3-х лет и конечно, к русскоязычным кандидатам питаю определённую симпатию. Тут, думаю, понятно почему?! Со своими всегда проще.

Соня покорно кивала и немного волновалась от того, как заблестели глаза и через чур весело звучал его голос. Иван рассказывал о своих ожиданиях от сотрудника, которого он хотел бы видеть на этой должности. В процессе, несколько раз брал в руки свой мобильный и явно отвечал на чьё-то сообщение, но конечно, извинялся, ссылаясь на решение срочных вопросов и большого количества дел.

– Вот в приниципе и все. Ничего сверхъестественного. Прошу Вас, Софья, расскажите о себе. -пытался сделать серьёзное лицо потенциальный руководитель.

– Что именно Вам было бы интересно? -следила за странным поведением мужчины Соня и сама, конечно, волновалась.

– Даже не знаю…

– Иван, мы можем очень долго говорить о том, что и так отображено в моем резюме, а можем сразу приступить к вводному испытанию, ради которого я приехала. Не сочтите за грубость, время – самый ценный ресурс, невосполнимый…

– Кто по типологии DISC?

– А на кого похожа? – улыбнулась Соня так, что Иван даже был немного смущён этой дерзостью.

– Не знаю. Может "I"? Нет, судя по смелости "D".

– Вы очень проницательны, однако последний тест показал, что ведущая все же S! Из 100%: 43%– S, 32%– I. Вам это может быть полезно тем, что я достаточно экологична в корпоративной среде.

Иван давился смехом и вновь усмирив свою необъяснимую радость, что-то писал в телефоне.

– Так, Софья, давайте поступим следующим образом. – сфотографировал он распечатанное резюме кандидатки на свой мобильный и совсем не выпускал телефон из рук, что считалось уже выходящим за рамки этичности. – Вот кейс, время на решение неограниченно. Прошу.

Соня положила несколько скреплённых между собой листов на планшетку и бегло знакомилась с описанием проблемной ситуации.

– Софья, а откуда так много языков? Английский, Французский, Немецкий, Итальянский… Плюсом к родному и русскому. – удивлялся Иван.

– Если знаешь латынь, то все производные от неё языки даются легко.

– И ещё латынь!

– Этот язык совсем бесполезен в современной бизнес -среде. Поэтому отражать его в резюме я не стала.

– Замужем? – потупил веселый взгляд Иван на экран своего мобильного.

– Да.

– Какие гарантии, что уже завтра Вы не слетите в декрет?

– А какие гарантии, что завтра, являясь сотрудником этой компании, я буду в подчинении руководителя, который меня принимал?

– А ты с характером! Убирай это. – кивнул Иван на кейс, решение которого девушка уже накидала. И так понятно, что надо брать!

Дверь резко распахнулась и в кабинет влетел Крис, выражающий явный гнев:

– Хуй тебе на глупую рожу! Брать он будет! – подлетел Динц к столу и Иван протянул ему руку для приветствия, по которому сразу было понятно, что общение у этих мужчин явно неформальное.

– Ну а что, Крис?! Все знает, все умеет. С характером! Ты вон резюме посмотри… С отличием окончила Университет Данди, потом стажировка за океаном. Такие на дороге не валяются!

– Такие в кровати моей валяются! Ты что тут делаешь, кукла?! И где перья твои эти красные?! Раскрас боевой? -Крис смотрел на супругу и видел, как его появление явно её дестабилизировало. Строгое светлое платье, туфли на среднем каблуке и убранные волосы, говорили о том, что перед ними человек, который пришел работать, а не вываливать сокровища из декольте на стол руководителя. – Она так то трудоустроена. – пояснил друг Ивану и тот рассмеялся, пока сам Динц открыто злился – Ты что тут забыла?

– Я уволилась из холдинга Павла Александровича. – сдержанно говорила Соня, стараясь держаться достойно.

– Правильно, замуж вышла, можно дома сидеть! – направился Крис к жене, которая стала нервно бегать глазами по кабинету.

– Я не хочу… Дома сидеть.

– Опа! В самое сердце! А чего это? К Ваньке захотела?!

– Простите, я пойду… -уже встала Соня и направилась к двери, когда Иван поспешил отрезюмировать их встречу:

– Софья, Вы нам подходите. Завтра приходите к 10-ти на трудоустройство. – выкрикнул Иван и рассмеялся, когда Крис подлетел и замахнулся на него с кулака, по-детски ребячась. – Динц, не вздумай даже! Попрошу Вив, чтобы опять закрыла тебя в обезьянник!

– Вот вы друзья конечно! Девчонка моя! И работы у нее выше крыши! -ткнул Крис в грудь друга, не заметив, как жена уже покинула кабинет.

Свежий ковролин, уверенный и спешный шаг в сторону запасного выхода.

– Ну-ка стой, сучка! – догнал супругу Крис. Она умчалась мимо лифта, по эвакуационному пути удерживая маску невозмутимости и сохраняя собственное достоинство. – Это что за новости?!

– Я не знала, что это твой знакомый. Рассмотрели резюме, пригласили.

– Ах резюме! Да?! Вот это? Кто ты? Сюда смотри! – Крис сунул в руки жены свой смартфон, на котором уже была загружена фотография, сделанная Иваном и от волнения, её ноги становились словно чужими, ватными и непослушными.

– Дома. – попросила Софья, но услышана не была.

– Что?

– Давай обсудим это дома? Нас могут услышать.

– В тачку бегом села! -показал Крис резким жестом на лестницу, которая и вела вниз на улицу, а затем и на парковку.

Соня смотрела перед собой и понимала, что ничем хорошим для нее это не закончится. Она не сдвинулась с места так и смотря в это гневное лицо.

– Петрусь! Петрусь бля! -кричал шёпотом Крис вне себя от злости- Чучело, тебя как зовут?!

– Во-первых, я не чучело…

– А кто ты? Ах да! Шлюха купленная. Так что, жёнушка, с фамилией косячина вышла?!

– Я не подала документы на замену. Да и ходить на собеседования под фамилией человека, которого в Ницце знают все, не собиралась.

– А что это? Ванька вон хоть сейчас готов!

Больной ком снова встрял в горле и испуганно смотрев в эти злобные глаза цвета сочной, летней травы, Соня выдала первое, что пришло в ее голову:

– Твой Ванька, даже на решение кейса не посмотрел… – сказала девушка так, что у Криса проснулось желание порвать друга на части. А за что? А вот это непонятно, но видно, он ее обидел. Чем-то обидел. И очень!

Схватив за правую кисть, Крис протащил супругу обратно через коридор, на глазах удивлённых офисных работников. Затем буквально втолкнул ее в кабинет друга, изучающего оставленные Соней записи. – О! Вот это он не читал?!

– Крис, хватит! Прошу тебя! – сказала Соня и посмотрела на Ивана извиняющимся взглядом.

– А чего хватит?! Ты только вон скулила, что никто не читал! Вот он и читает! Ты дочитал, горе-управляшка?!

– Крис, завали… Лицо! – рассмеялся Иван и явно был заинтересован в оставленных девушкой записях – Сонь, вот тут немножко не понял… – переворачивал он листок, положив его на стол и придвинув в сторону нетрудоустроенной.

– Потому что ты тупой! – развел руками Крис, но Иван только отмахнулся.

– Да погоди ты! Сонь, а что ты думаешь по поводу ситлида? Если у нас, например, D4, но в депрессии… Что с таким членом команды?

– D4 к чему? -уточнила Соня, внутренне радуясь тому, что заметили не только её яркую внешность, но и развитые компетенции.

– Ко всему, универсал, все может, все хочет, все умеет… Но вот что-то как-то… Не то уже. Перегорел.

– Нет таких. Всегда есть что-то, что сотрудник самостоятельно не делал. Просто верните его в D1 через новую задачу.

– Например, как?

– Выпустите в поля. Со стороны юзер экспириенс* пусть прощупает. (*опыт взаимодействия потребителя с цифровым продуктом)– пожала Соня плечами, понимая в глубине души, что отправить по клиентскому пути уже опытного сотрудника, не задев при этом его эго – всегда нелегко.

– Крис, дай мне сотрудника хоть на месяц?! – обратился друг к рабовладельцу (а Соне все происходящее виделось именно так) – Ну чего ты вредничаешь?

– Пошел ты! Мы уходим! И это тоже мое! – забрал Динц работу Сони и также грубо взяв ее под локоть, повел к выходу.

***

Всю дорогу Кристофер молча смотрел за тем, как сидя рядом, на переднем пассажирском сидении Соня нервно теребила подол своего приличного, по сравнению красным одеянием, платья.

– Позорище… – выдал он осматривая её и услышал как позади кто-то просигналил. На светофоре давно загорелся зелёный.

Одно слово, которое заставило замереть и прикрыть глаза. Одно слово, которое очень точно отображало его отношение.

Когда они въехали во двор, Кристофер вышел из машины, громко хлопнув дверью. И только дойдя до самого крыльца, он понял, что жена по-прежнему сидит внутри авто и не спешит его покидать. Почему?

– Ты идёшь или нет? – возмутился Крис и психанув направился обратно, открыв дверь и буквально выдернув за руку Соню. – Что за капризы я не понял?

– Перестань, пожалуйста. Позволь мне объяснить! – пыталась смягчить его злость своим спокойствием Соня и тянула чтобы освободить свою руку.

– Не понял?! А что, за такие баблосы я ещё должен ходить и уговаривать? Домой бля, быстро! -указал он пальцем, но девушка не рискнула пройти вперёд, да и в принципе, снова повернуться к нему спиной. Если в многолюдном офисе и было относительно безопасно, тут, за забором, она снова во власти той злости, что кипит в его крови.

– И? Тебе на каком языке выдать команду?

– Какую команду? -испуганно смотрела Соня.

– К ноге! В дом, бегом! – повел он супругу в этот раз чуть приобняв.

Оказавшись в холле, случайно или интуитивно, девушка прижалась к стене, именно в том месте, в котором уже стояла как вкопанная в день их свадьбы.

– Сонечка, ты чего там? – внезапно стал приторно милым Крис и протянул ей руку. – Пойдем, посидим, фильмец посмотрим… Ты прям как наказанная там!

Сейчас Крис звучал вкрадчиво, мягко и Соня посмотрела с небольшим прищуром, не веря своим ушам.

– Сейчас вкусняшек каких-нибудь возьмём. Пошли, малышка! Давай давай… -потянул он за руку в сторону небольшого зала в соседнем крыле дома, где находился домашний кинотеатр.

– Мне надо помыть руки! – выдала нервно Соня и прошмыгнула в санузел, что находился по пути.

– Вымыть руки – это хорошо! Просто замечательно! Отличная идея, Сонечка! – сказал радостно Крис, но естественного, в этом его поведении, было мало. Муж прошел за Соней, и встав за ее спиной, обнимая, тоже стал намыливать руки, а затем и вовсе, взял нежные ладони в свои, смотря как смывается пушистая пена. – Хоть руки будут чистыми, раз с тем, что внутри не срослось. Да? Что мы можем делать чистыми руками? Есть предположения?

– Г-готовить обед? – снова стала заикаться Соня.

– Я готовить не умею, Сонь. Давай готовить будешь ты? А я что-нибудь другое сделаю… Фистинг, например.

Соня не понимающе хлопала ресницами и судя по тому, что её не передёрнуло, она просто не владела таким термином, от чего Крис еще больше загорелся своим гнусным желанием отомстить за то собеседование.

– Нравится? – развернул он девушку к себе лицом, заставив опереться бедрами на стеклянную столешницу для раковины.

– Что нравится?

– Со слухом плохо? Фистинг нравится? – звучал муж по-прежнему мягко и явно играл со своей жертвой.

– Не знаю.

– Не пробовала?

– Нет. Наверное нет…

– Попробуем?!

– Я не уверена, что…

– Да брось! Хватит смотреть на меня, как на абьюзера. Я хороший, Сонь. Так что?!

– Что?!

– Идем пробовать? Видишь, я даже уточняю, а не заставляю. Очень экологичный! Так, и? Твой ответ?

– Я не знаю о чем ты. – выдала она осипшим от чрезмерного эмоционального напряжения голосом.

– Я о любви, солнечная моя! Знаешь, это такое приятное мероприятие, при котором мальчик играет в девочке, сначала одним пальчиком… Потом двумя… Тремя… А затем погружает полностью кулак, доставляя такое удовольствие, от которого партнёрша не может сдержаться. Такое мероприятие всегда заканчивается сквиртом.

– Ч-чем? – не моргая, смотрела Соня глазами полными ужаса, понимая, что этот ласковый голос только игра, перед очередным насильственным действием, на которое он только что намекнул.

– Ещё одно новое слово, да? – наслаждался этой беззащитностью Крис и ласково коснулся ее бледной, бархатной щеки, поглаживая – Поверь мне, девочки это просто обожают!

– Какие?

Пять букв, которые в секунду перевернули все у него внутри. Простой вопрос, который не просто свёл на нет желание доводить до истерики, а выбил пол под ногами. Бумеранг вернулся и вскрыв черепную коробку воткнулся в его лоб. Теперь, беззащитной мямлей уже был тот, кто играл в эти жестокие игры, в которых совсем не было правил.

Логичный ответ ее вопрос так и крутился в голове Криса. Другие. Иные. Лёгкие и согласные. Согласия же этой девушки, он не спросил. От чего волной прошлось чувство вины, а за ним, словно цунами и очередная доза злости, что заставила его схватить жену и прижать еще крепче.

– Не знаешь? Не умеешь? Значит бери тряпку в зубы и дом убирай! Хоть в чем-то будет польза! Отрабатывай бабки! Руки приложить некуда? Все в грязи, все в пыли, она шляется … Петрусь бля! Забудь! Кто ты?

– Софья Михайловна… Динц.

– Вот именно! Вперёд, за работу!

– Тут же горничные…

– Ни одной не вижу! Пройду и проверю потом, как ты исполняешь свои обязанности! Все ясно?

– Ясно.

***

В домашних делах без обеда и ужина. К слову сказать, аппетит совсем отсутствовал. На часах в гостиной было без четверти восемь, а она не убрала и 1/5 его чистого дома. Чистого, насколько таковым может быть дом, в котором ходят в обуви…

Во дворе стало суетливо, и Соня выглянула из-за тяжёлой бархатной шторы. Приехал свёкор и уже поднимался на крыльцо.

Соня прошмыгнула в санузел на первом этаже и моментально скинула спортивные штаны и футболку -самое удобное одеяния для уборки.

– Папа? А ты чего это, соскучился? – весело направлялся Крис навстречу отцу через гостиную – А у меня вот жена ещё ужин не готовила. Голодаю. Можно мне другую? – стебал Крис в тот момент, когда из-за угла в обнажённом виде вышла Софья. Из одежды только кружевные узкие шорты, грудь прикрыта крупными волнами волос. Сделав вид, что присутствие мужчин в доме стало для нее полной неожиданностью, она обхватила себя руками, но не уловить этот восхищённый взгляд мужа не смогла.

– Простите! Я не знала, что мы не одни! – выдала Соня и Крис грубо, гортанно ржал, понимая её хитроумный ход.

– Вышли вон! -скомандовал Павел охране, и так отвернувшейся в противоположную от девушки сторону. – Ты почему босиком на мраморе…

– Мне так нравится. -сказала она краснея от этой неловкости, что создала сама.

– Без одежды и босиком? Теперь понятно, почему выгнал своих горничных. Шалите детки?

Крис не выдержал и этот истеричный глубокий смех разносился эхом по всему дому, заставив самого парня чуть ли не плакать.

– Нет папа, -поспешила ответить Соня- беспрекословно выполняем Ваши указания! И даже ужин готовить было некогда… – прошла мимо Криса девушка на носочках поднимаясь по высокой лестнице в спальню, открывая для мужа изумительный вид ещё и сзади. Плавная как кошка. Стройная и гибкая, как молодая березка на ветру. Хитрая как змея.

– Пап! Ты вот реально отвлекаешь! Езжай уже! -успокаивался Крис.

– Все хорошо? Нашли общий язык?

– Ага! Ебать как счастливы!

– Замечательно… Видимо теперь обувь лучше оставлять у порога. Нужно больше уважения проявлять к новой хозяйке. И даже твоя стремная берлога стала уютнее что-ли…

– Пап, я пойду. Дела! У меня дела! – отмахнулся от комментариев отца Крис и поднялся наверх, туда, куда ушла его обнажённая нимфа, не готовая вновь расстаться со своей одеждой.

Когда Крис открыл дверь в спальню, Соня уже стояла у окна в длинном черном одеянии. Шелк, с вставками из жёсткого кружева хаотично обнажающий разные части тела.

– Вот ты стерва! – смеялся Крис и поймал ее молчаливый грустный взгляд. – Актрисуля то какая а, посмотрите только. Ну что, ещё разок и пойдем ужин готовить?

– Ты не наигрался ещё? Не надоело?-сказала Соня стиснув зубы.

– А тебе?

– Мне да… Очень.

– Так сваливай! Купить тебе билетик в Майами? Попку вот эту на пляжике погреешь ! – схватил за ягодицу Крис и тут же пожалел, чувствуя, насколько сильно сам нуждается в прикосновениях к ней.

– Я не могу.

– Сочувствую. Чем дальше, тем интереснее… – провел он пальцем вдоль ее

спины и вопреки страшным ожиданиям Софьи, вышел из комнаты.

***

Ближе к ночи Соня все же спустилась вниз. В доме было тихо и надеясь на то, что супруг уехал на очередную гулянку, она направилась в поисках хоть чего-то, чем можно было бы поужинать.

Накрошив небольшую миску салата, она заправила его маслом и посмотрела в сторону банки с капсулами. Он вернётся. Точно вернётся. Будет ли снова… А если исполнит то, о чем говорил в ванной… Как это там…

– Даже думать не хочется! – вытряхнула капсулу Соня и проглотила, запив своим апельсиновым соком.

Быстро поужинав салатом, девушка помыла пиалу и уже хотела пойти наверх, чтобы смыть с себя эту накопившуюся за день усталость. Но тот, кого несколько часов не было ни слышно, ни видно, вдруг возник в дверном проёме.

– Таблетки пила?

– Да.

– Врешь опять?

В кухню, реагируя на грубый голос вошёл Джо и молчаливо наблюдал за действиями Криса со стороны, как и приказал Павел.

– Нет. Я пойду… -уже хотела обойти мужа Софья, но была поймана. – Крис, вода бежит в ванную. Сейчас затопит все…

– Не затопит, там слив. Пей так, чтобы я видел.

– Я честно пила.

– Тебе нравится, когда заставляют, да? Мне обязательно быть грубым?

– Нет. – взяла из его рук капсулу Соня и налив в стакан воды проглотила

транквилизатор. После чего беспрепятственно покинула кухню.

Джо крутил свой мобильный в руках и дождавшись, пока Соня отойдёт на

достаточное расстояние, спросил:

– Ты уверен, что в этом есть необходимость?

– Спать будет крепче.

– А ты?

– Отвали от меня! Ты кто? Охранник? Сиди на крыльце, охраняй.

– Жаль девчонку. Свалится с лестницы, шею сломает.

– Пошел вон из моего дома! – крикнул Крис в лицо телохранителя и прошёл в гостиную.

Открыв ноутбук, он загрузил почту, и увидев там 37 новых писем, уже намеревался разобрать, как вдруг вспомнил о том, как тогда, Соня буквально отключилась сидя на софе. Вспомнил как раздев, её он целовал… Вспомнил, насколько она была… Невменяема!

– Ебучий потрох! – вскочил Динц с кресла уронив технику и пронёсся вверх по лестнице.

– Вода бежит… Затопит… Ванна!– пролетев спальню он дёрнул ручку двери в ванной и увидел, как пышная, ароматная пена возвышается над бортом самой чаши. -Передумала… – выдохнул Крис, но в глаза бросилось чуть выглядывающие из-под белой шапки колено.

Как в тумане. Он вытащил, положил на пол, вдохнул в нее воздух и стал делать непрямой массаж сердца.

Из рта полилась вода и перевернув девушку, Крис смотрел, как она приходит в сознание.

– Сонечка… Соня дыши…

Софья спала и видела то, что уже когда-то происходило с ней. Так, лет в 11, она решила освежиться в озере. Отец рыбачил, и чтобы не спугнуть ему добычу, его любимая принцесса отошла левее. Она плавала, наслаждаясь этой прекрасной природой и теплой водой, когда внезапно почувствовала, как нечто касается ноги. Девочка испугалась и стала ещё более активно грести. Паника, которая ее охватила, лишь затянула глубже, туда, где густые водоросли связали по рукам и ногам. Там было не глубоко, но и того хватило, чтобы уйти с головой под воду.

– Папа, я запуталась…

– Что?

– Тина… – хрипела сквозь кашель Соня.

– Иди ко мне! Это пиздец какой-то! – поднимал ее тело с холодного кафеля Крис и относил на кровать.

– Кристофер? Что ты тут делаешь? Как ты… -смотрела абсолютно стеклянными глазами Соня и видела поле, кустарники и берег того самого озера, что находилось на окраине родного поселка.

– Дыши Сонь. Просто дыши.

Глава 5

Утро. Добрым его делало только ночное забвение. Спасибо препаратам и Крису, который заставил их выпить. Если вообще можно сказать этому чудовищу «спасибо».

– Доброе утро! – послышался тихий голос Джо, напугавший стоящую у плиты в огромном, белом халате мужа. Соня вздрогнула и поморщилась от боли в груди.

– Доброе! Завтракать будешь? – спросила она не поворачиваясь.

– Нет, я плотно поел по пути. Как ты?

– Все… Все хорошо! – тихо прозвучало в ответ, и открыв муку, Софья прикрыла указательным пальцем нос, в попытке подавить желание чихнуть, но это не помогло. После милого "апчхи"раздался достаточно громкий, непроизвольный, протяжный стон, в процессе которого девушка практически скрутилась.

На этот неоднозначный звук вошёл Крис и увидев, как охранник уже подлетел к супруге и распахивает её халат, пришел в ярость.

– Руки бля! Бессмертный?!– выкрикнул он, но в ответ Джо только развернул Соню в его сторону, выставил перед собой, сдернув халат с плеч и обнажая её до пояса.

– Смотри! Смотри Крис… И кто ты после этого?

Соня отвернулась и прижав подбородок к плечу, расплакалась, от того, насколько все, что происходит с ней унизительно.

Нет, в памяти не осталось того, что Крис делал. Но то, что проснувшись на лице остались синие следы от его пальцев, а грудная клетка имела желто-фиолетовые разводы свидетельствовало о том, что она снова стала жертвой его агрессии.

– Помнишь что-нибудь? – спокойным голосом задал свой странный вопрос Крис, но ответа не получил.

Больно глубоко дышать. Больно поворачиваться. Больно и от этого безумно страшно чихать и кашлять.

– Иди в спальню. -скомандовал Кристофер, надевая обратно халат и прикрывая супругу.

– Пожалуйста… – пыталась сформулировать свою просьбу Софья, но

наткнувшись на полный злобы взгляд, поняла, что лучше не перечить и

медленно вышла из кухни.

– Саморазрушение перешло в насилие. -сжимал кулаки Джозеф.

Они познакомились, когда Крису было 13 лет. Трудный подросток, с безграничным количеством финансовых ресурсов. Надо ли говорить о том, что мальчик делал много глупостей. Павел на все смотрел спустя рукава, ведь очень хотел, чтобы та боль и пустота, которую чувствовал его ребёнок заполнялась чем-то приятным. Деньги и веселье – лекарство от предательства той, что как котёнка привела его на порог отца и ушла, не обернувшись.

– Что с тобой происходит Кирилл? – намеренно назвал его детским (запретным) именем Джо – Ты же не был таким?! Хотели сделать из тебя человека, а стало только хуже! Она же женщина… Неужели ты не видишь?

– Я должен отчитываться? Перед тобой? Ты кто?

– А ты? Кто ТЫ после этого?

– Я не делал ничего. Она воды хлебанула…

– Как хлебанула?

– Уснула в ванной. Пришел… Короче испугался, что сдохнет!

– Ты… Даже слов нет! Хватит пичкать её.

– Хватит лезть ко мне! Вали отсюда! -яростно прорычал Крис и сам покинул кухню.

– Павел Александрович направил меня следить. – сказал уже сам себе Джо.

***

День прошел относительно спокойно. Пустой дом и только иногда из открытых окон слышались разговоры охранников, что осуществляли круглосуточное дежурство.

– Соня, ты дома? Соня… – звучал совсем не злобный голос того, кто своей жестокостью целенаправленно превращал свою жену в душевнобольную. И видимо, уже в невменяемую.

Соня находилась в одной из десяти гостевых комнат, на втором этаже, и слыша его, даже не думала отзываться.

– Софья! – этот голос резал её нервы и выкрутив салфетку, которой она вытирала пыль с подоконника, девушка сжала зубы до скрипа. То тут, то там, в тишине, слышались звуки открывающихся дверей. Застыла, словно чувствуя, как сама смерть идёт за ней, закрыла глаза.

– О, ты чего тут? -прошел в комнату Крис видя, что Софья не просто так спряталась, а продолжает исполнять то, что он в гневе поручил ей. – Давай, завязывай! Пошли.

Увидев, что супруга даже не шелохнулась, Крис подошёл вплотную и взяв ее руку стал разжимать пальцы, чтобы забрать салфетку.

– Я сейчас… Закончу…

– Тут чисто. Переодевайся и спускайся вниз.

– Зачем? – посмотрела она так, что Крис чувствовал эту волну гнева, что кипятком растекалась по венам.

Не такой он хочет видеть ее… Ее. Именно ее! Не другую. Чтобы в рот смотрела, таяла, висла на плече, как шлюха Лея. Чтобы грезила и мечтала, как другие… Смеялась… Ждала… Чтобы сама пришла и на колени села. Чтобы подошла и поцеловала – тоже сама.

– Папа приедет на ужин.

– Хорошо. Я рыбу запекла, не знаю, вы едите такое?

– Не парься. Ужин привезут.

– Сколько у меня есть времени? – спросила она, но звучало это как "Сколько мне ещё осталось?"

– Ты… Сколько надо, столько и есть! Подождём. Спускайся.

Соня несколько раз кивнула, не поднимая глаз от пола, а затем вышла в направлении их спальни.

***

Душ, макияж, закрученные в низкий пучок мокрые волосы и самая отвратная часть – выбор наряда. Можно ли то, что висит на этих вешалках, назвать нарядами?

В каждое из таких творений были вложены ресурсы: материальные, временные, человеческие… Почему тогда это настолько отвратительно выглядит? Пошло, глупо, извращено. Соня смотрела и пыталась найти хоть что-то, что могло бы прикрыть вчерашние следы. А затем задумалась – Зачем? Пусть видят! И схватила первое попавшееся платье.

Жизнерадостный ярко-коралловый цвет, лёгкая ткань. Неприлично короткое спереди, но удлинённое и многоярусное сзади. Лиф платья был отделан какими-то пришитыми мелкими бусинами неправильной, островатой формы и слегка покалывал подмышками.

47 минут на все. Хотела бы она умереть в таком виде? Нет. Хотела бы она в принципе умереть? Вопрос.

Его внезапная доброжелательность пугала. Что ждёт ее сегодня? Очередная садистская игра?

Соня надела туфли на вызывающе высокой шпильке и пошла туда, где снова должна была играть совсем чужую для нее роль.

***

Крис ожидал в гостиной и обернулся, когда услышал звук несмелых шагов.

Софья спускалась по ступенькам, придерживаясь за перила. Он бросил оценивающий взгляд и как только жена миновала лестницу, молча подошёл к ней и присел, потянувшись к ногам.

– Расслабься. Модной инспекции сегодня не будет. Отец не приедет! – сказал супруг чуть улыбнувшись, и снял с неё туфли, так и бросив их посреди гостиной.

– Пойдем? – протянул он ей раскрытую ладонь. Софья понимала, что должна была вложить свою руку, но не хотела… Так, через силу, она подала её, а сама, повернула голову совсем в другую сторону и смотрела словно вдаль.

– У меня сюрприз для тебя! – звучал муж празднично, и воспоминания о таком же игривом настрое, мимика Сони выдала то самое отвращение.

Что он придумал сегодня? Установлена ли им граница, через которую человек не готов переступить или этот дьявол может позволить себе все?

– Идём сюда! Давай, давай… – взял со спинки дивана он кремовый шелковый шарф и сложил его несколько раз, делая уже.

– Крис… – смотрела за его движениями Соня и нижняя губа задрожала.

– Вот так, хочется сделать жене приятное, а она дрожит словно овечка на бойне! Давай перемирие, а? Надоел этот негатив! Давай типо мы…

– Можно без сюрпризов? Я д-думаю, что у нас немного разные…

– Не порть нам ужин. Я готовился, между прочим! – сказал он уже строже и завязав ей глаза, повел куда-то. Когда раздался звук скользящих ножек стула о пол, Соня поняла, что они в столовой, и села туда, куда её направили. Но не за стол.

Крис взял стул, сел перед ней так, что между ними не было каких-то препятствий и увидел эту нахлынувшую дрожь, когда положил свою руку на колено.

– Нам надо учиться доверять друг другу. Сегодня попробуем?

– Давай завтра! – уже хотела снять повязку Соня, но не успела, Крис моментально перехватил ее руку.

– Я сегодня хочу!

– Можно я сниму? Пожалуйста.

– Платье? Можно!

– Это можно назвать платьем?

Супруг ничего не сказал, только по движению воздуха ощущалось, что он делает что-то прямо перед ней. Тонкая льняная рубашка накрыла ее плечи. Ещё теплая, ещё несущая его запах. Свежий, цитрусовый аромат с лёгкими древесными нотами…

– Руки! – скомандовал муж и Соня запустила их в рукава, надев полноценно и утонув в воспоминаниях того сна, в котором была окружена лаской – Так лучше? – спросил Кристофер совсем тихо, от чего по телу побежали мелкие мурашки. – Любишь, когда все закрыто?

– Люблю, когда не стыдно.

– С таким телом не может быть стыдно! Пусть будет стыдно тем… -не договорил Крис, видя, что коммуникация меняет вектор и это только больше нагнетает – Не важно! Если хочешь, ещё вот так тебя прикроем…– почувствовала Соня, как он запахнул свою рубашку на её груди. О ней заботиться? Или самому неприятно смотреть на оставленные следы?

– Спасибо.

– Так, что-то я затянул, тебе не кажется?

Раздался слабый, еле уловимый звук и Соня поняла, что Крис брал что- то со стола.

– Открой рот… – довольно прозвучал его низкий, хрипловатый голос и не

выдержав этого напряжения, девушка вскочила со стула, но сразу же оказалась в оковах крепких рук, прижатой к голой могучей груди.

– Блядь, уронил! Да что не так? Успокаивайся давай…

– Можно я пойду? – выдала Соня громко из-за своего волнения и его дыхание ощущалось совсем близко к её лицу.

– Нельзя! Будем привыкать. Садись! Так, рот открывай…

Кристофер был зол, и эта злость ощущалась кожей. Словно жидкий азот, стекающий вдоль позвоночника страх, оставлял эти ожоги.

– Я не буду… Пожалуйста … – отвернулась жена, когда он снова поднес что-то к её лицу.

Крис положил на тарелку, шпажку с угощением и взял небольшой, пузатый, деревянный бочонок в руки.

– Вот сейчас, максимально аккуратно! Никаких резких движений. Дай мне руку.

Он сложил её ладонь, оставив только указательный палец и обмакнул его во что-то очень вязкое, тягучее. От этого напряжения Софья не могла понять, что именно делает Крис.

– Чувствуешь? Ничего опасного… – сказал он тихо, чарующе, а затем коснулся губами и нежно облизал то, чем испачкал. – Видишь, сам попробовал. Кстати, ничего так, теперь ты!

– Что это?

– Отгадай!

Он обмакнул её палец снова, только теперь гораздо глубже. Соня чувствовала эту текстуру, которая не просто таяла, а теперь ещё и капала на обнажённое колено.

То, чего совсем не ожидал Крис, так это слез, которые хлынут ручьями, тогда, когда палец коснётся этих нежных, манящих губ.

– Да что опять? Вроде повода ныть нет!

– Это бабушкин мед?

– Да, ты же хотела? Мальчишки отправили из колхоза этого вашего, как его…

– Откуда ты знаешь?

– Ты болтаешь во сне.

– Ясно. Можно я сниму повязку?

– Можно.

Опустив на шею тот самый шарф, Соня увидела ягоды физалиса на тарелке и разные виды сыров. Вино, устрицы… Ужин выглядел слишком хорошо, для того чтобы не почувствовать подвоха.

Первый совместный ужин. Готова ли она морально есть то, что было приготовлено не ей? Первая мысль – отравит. Слишком подозрительно добрый.

– Бля… Какая ты тугая! – неосторожно бросил Кристофер, имея ввиду ее неконтактность и вскочил вслед за ней, когда супруга попыталась сбежать. – Что опять?! – выкрикнул он, видя ужас в отражении серо-голубых глаз. А потом вспомнил, как по пьяни выдал такую же фразу, но совсем при других обстоятельствах и в другой плоскости.

– Сонь, давай вина!

– А потом таблеток, чтобы наверняка! Пойду ванную наберу.

– О-о-о… Характер да?

– Нет. Прости.

Крис молча открыл бутылку красного вина и налил в фужер, но не так, как это принято делать по правилам винного этикета. Всклень. Ещё и пролил на стол, и на рубашку, когда грубо сунул ей в руку.

– Пей. Быстрее сблизимся…

– Для чего?

– Ну ты же преследуешь какую-то цель?! – усмехнулся Крис и снижал тон, понимая, что транслируемая им злость к нужному результату не приведет – Площадь заняла… Ходишь тут, жопой крутишь. Что хочешь? Мед хотела? Я принёс! Что ещё? – звучало ласково, до новой порции мурашек, до тошнотворного головокружения.

Страх, боль, ограничения – триггеры такой неприятной эмоции как злость. Он злиться на нее. Она была его ограничением? Ему больно? Или… Нет! Это бесчувственное существо не испытывало страха. По крайней мере Соня его не видела.

– Пей!

– Я не пью спиртное. И устрицы тоже не ем. Прости.

– Так, мозги поебать решила?

– Нет.

– Мне повторить? – поправил он выбившуюся из пучка прядь и понял, что это не средства для укладки, волосы ещё мокрые. Такие же как вчера, когда он достал ее из ванной и от густой шевелюры намокла вся их постель.

– Волосы собрала и типо девочка приличная, да?

– Нет.

– Я с тобой нормально хотел! -снова зашипел злобно муж – Но с такой как ты…

– Какой?

– Пиздец ты стремная! – ударил Крис по столу, отшвырнув тарелку с сырами, что разлетелись в разные стороны. А затем, просто ушел.

***

Герой.

Сильный, красивый, ласковый. Запах его загорелой кожи манил.

Расслабившись Крис просто сидел на диване клуба и поглаживал гладкую, стройную ножку, заброшенную на его колено.

– Ты снова грустишь. Не могу тебя видеть таким… Может уйдем? -провела охотница по щетине.

– Пошли. Куда ты хочешь?

– Хочу туда, где тебе будет уютно, тепло, радостно…

Привычное. Его стихия, его среда. Та самая, в которой он самец. Востребованный, лучший.

Леа. Вот говорит что-то очень ласково и касается так, что возбуждает… Но интереса нет.

– Слушай, а давай вон ту девчонку позовём с собой? -кивнул Крис в сторону танцующей с коктейлем в руке девицы.

Слетела масочка. Вот она, истинная сучность. И рада бы брыкнуть… Да как же это? Лизала-лизала, в уши сласти дула и все зря. В лице на секунды поменялась, а потом в роль вернулась:

– Наигрался? – закусила губу Леа- Я уже неинтересна тебе?

А что ответить? Что и интересной не была? Что все эти разговоры пустые не цепляют? Что хочет достойной, эрудированной казаться, но не тянет. Словечки эти её заумные, на язык не положены, словно в словарь подсмотрела перед встречей, чтобы умничать сидеть.

– Я разнообразие люблю… – ответил Крис и осмотрелся вокруг. Выискав глазами друга, он пригласил его жестом, но тот, только шутливо показал средний палец и повернулся к своей сегодняшней спутнице.

Крис цокнул языком и подвинув ножку любовницы, прошел в направлении соседней мягкой зоны.

– Вот этот пальчик знаешь куда сунь!

– Знаю…– улыбнулся тусовщик и повернулся в сторону девушки в скрипучем лаковом платье.

– Пошли, Лёнь! Ты мне нужен! – опёрся руками на спинку дивана Кристофер.

– Я занят!

– Слушай, занятой мой, давай собирай всех, вот этих милых Бимбо и валим ко мне!

– Сразу бы сказал. А повод?

– А нужен повод? Поехали, развлечёмся.

Уже через двадцать минут в стенах этого закрытого клуба (владельцем которого и являлся Кристофер Динц) стало гораздо меньше посетителей. Леа ещё какое-то время просидела на диване, подумав о том, что скорее всего и третья ее попытка не увенчалась успехом. Да что там успехом. Она отошла от своего первоначального плана… Он идеальный. От одного взгляда этих проникновенных зелёных глаз забываешь, и кто ты, и зачем… Телефон пропиликал, внутри сообщение – «Солнце, возьми такси. Дела». А следом и перевод, с суммой в сотни раз больше, чем необходимо для оплаты дороги домой.

– Вспомнил! Позаботился… Ещё и денег кинул! Значит, небезразлична! -сказала Леа, убирая телефон в сумочку. Что это? Констатация факта или нити надежды, что тянут её в его сторону.

***

Нервы? Голод? Или страх… Он снова уехал на неделю или вернётся? Ответ на этот вопрос Соня получила тогда, когда часы пробили полночь. Кот, мирно спавший на кровати в её ногах, внезапно вскочил и выражая явное недовольство, залез под кровать. Гул моторов, музыка, громкий женский смех сначала во дворе, а потом и в доме.

Хозяин что-то празднует. Значит снова пьян.

Соня встала, подошла к окну, и заглянув в небольшую щель между штор, увидела огромную толпу, что рассредоточилась на газоне.

Еда, выпивка, какие-то девушки… Добром такое точно не кончится. Соня прошла в гардеробную и переоделась. Находится и дальше в ночной сорочке было опасно. Светло-голубые узкие джинсы, свободная черная футболка- отличный выбор для того, кто хотел бы затеряться среди вульгарных, полуголых девиц.

Его жестокий и громкий смех становился все ближе. И когда внезапно дверь в спальню распахнулась, муж ввалился с выражением безудержной радости на лице, обнимая двух куртизанок.

– Спальню нам уступи! Пожалуйста… – обратился он к жене и та молча прошмыгнула в гардеробную, взяв с полки зелёную кофту и набросив на плечи.

– А быстрее можно? Или хочешь остаться? Посмотришь… Даже можешь поучаствовать! – уже расстёгивал Крис боковой замок на юбке одной из девиц.

Ответа не последовало. Выскочив из гардеробной с кроссовками в руках, Соня метнулась в коридор и обувалась уже там.

Как в американских тупых фильмах. Не дом, а обитель грязи и разврата. Протискиваясь мимо танцующих и одновременно пьющих, Соня пошла в направлении кухни, в надежде, что там никого нет. Сейчас она жалела, что не сделала этого раньше. И почему хорошие мысли приходят в самый неподходящий момент? Оставленная на столешнице баночка с транквилизатором была схвачена девушкой, а капсулы высыпаны. Оборачиваясь назад в опасении, что кто-то может застать её за данным занятием, она подошла к раковине и стала раскрывать желатиновые капсулы, высыпая из них сам препарат и соединяя синие половинки обратно. Даже если сегодня ему снова приспичит накачать её успокоительным, того, что осталось на стенках не хватит, чтобы совсем отключиться.

– Привет, красотулина! – услышала Соня позади незнакомый мужской голос.

Она замерла, а затем спешно скинув в слив раковины капсулы, содержимое которых не успела извлечь, сложила пустые обратно в банку:

– Здравствуйте.

– Водички можно? – направился незнакомец в её сторону. Темные волосы, карие глаза. Этот гость явно имел арабскую принадлежность, но не плохо говорил на русском.

– Да, пожалуйста! – пошла к холодильнику Соня, но не успела открыть его. Посмотрев влево, стало понятно, что на этой кухне мужчин становится больше. Вошли ещё двое и обменялись парой фраз друг с другом. Сейчас Соня жалела, что не изучала арабский. Грубый грудной смех был точным индикатором опасности.

– Меня зовут Леонид, а тебя?

– Леонид? – переспросила Соня, подумав, что ей это показалось.

– А что не похож?! – ухмылялся гость и повторил свою просьбу – Так водички можно, красавица?

Соня достала несколько маленьких бутылок минеральной воды и поставила их на стол, спешно отходя на безопасное расстояние.

– Так, а зовут то тебя как? – спросил другой, но уже стоя за её спиной. Подпрыгнув от неожиданности, Соня отошла.

– Лёнь, а что ты там говорил, все включено?

На это Леонид рассмеялся, но переместив взгляд на Соню, понял, что такие проверки на вшивость уже выходят за грань.

– Соф, мы друзья Криса, не смотри так. Все ок! – отмахнулся он, но увидел, что эти слова девушку совсем не успокоили, а возможно и ещё более дестабилизировали.

– Развлекаетесь? – входил в кухню уже сам Крис и то, что произошло в последующие секунды, перевернуло все внутри него.

Влетела. Как испуганная, милая, раненая пташка. Прижалась. Вцепилась в него и маленький женский кулачок, в который сжалось его поло на груди, дрожал.

– Ребят? У вас все хорошо?! – спросил, выражая искренне беспокойство, Леонид.

Искала защиту. Защиту у того, кого сама безумно боялась. Есть ли логичность в этих действиях?

Крис медленно и очень осторожно обхватил руками супругу, уводя чуть в сторону, когда Соня, уткнувшаяся в него носом, говорила совсем тихо, так, чтобы это мог услышать только муж:

– Пожалуйста, я все сделаю, только не отдавай меня им… Никому. Пожалуйста.

– Кому? – ответил также тихо и ласково Крис, от чего было ещё более жутко.

Она подняла свои глаза и это было именно тем, чего он так хотел. Смотрит с надеждой, с верой в то, что он её спаситель, её герой… Её защитник.

– Не отдавай… – вцепилась Софья так сильно, что Крис невольно улыбнулся.

Прижав белокурую голову к своей груди, он подмигнул другу. В договорённостях был лёгких флирт, но и до него дело не дошло, а девчонка уже была на грани.

Холод. Он шел изнутри и заставлял тело биться в этой дрожи. Август. На улице плюс 35 днём и 27 ночью. Они миновали то грязное сумасшествие, что творилось в гостиной и завернули в коридор, в котором уже было гораздо тише, а из него, в кабинет.

Молча. Он прикрыл дверь и того шума уже практически не было слышно.

– Идём на диван, отдохнем. – двусмысленно бросил эту фразу Крис, и девушка послушалась.

Широкий диван, из грубой чёрной кожи, стоял у стены, под огромной картиной, на которой, как и на других предметах интерьера этого дома, было то, что сложно назвать искусством. Приглушённый свет делал это пространство еще более мрачным.

Плюхнувшись на диван, Крис смотрел на жену, стоящую в центре комнаты:

– Что все? Мимолётный порыв был? Передумала?

Она поняла его по-своему. И это было немного не то, что он имел ввиду. Поэтому, когда Софья медленно подошла к дивану и встала на колени между его широко расставленных ног, мягко говоря, удивился.

Нет, это была не казнь. Это ощущалось чем-то ещё более страшным. Некой пыткой, которая не имела конца.

– Тебе удобно там? -усмехнулся Крис, смотря на нее высокомерно, сверху вниз. – Чем займёмся?

– Чем ты скажешь, только…

– Продолжай. – не выдержал муж этой длительной паузы.

– Пожалуйста, я же уже это сказала.

– Хуйню ты сказала! Как я тебя отдам? Сам еще не наигрался.

Софья уже изучила эту мимику. Когда скулы были настолько напряжены и губы поджимались – он злился. На кухне она уже сказала, что сделает все. Значит должна. Иначе все, кто только захочет, будут справлять свою извращённую нужду с использованием её тела.

Соня потянулась и стала расстёгивать тугой ремень его грубых синих джинсов.

Он молча наблюдал за тем, что она делает и гадал, насколько же далеко зайдет её страх.

При попытке справиться с металлической пуговицей, она словно от удара током одёрнула правую руку и злобное выражение лица мужа сменила другая эмоция.

– Ты как так?! Бля… Иди сюда! – потянул он её за кисть на себя, что сначала заставило Соню подняться, а затем сесть ему на колени. – Сломала? Или оторвала?

Не понятно, но из ногтевой пластины на указательном пальце сочилась кровь.

– Ты не баба, а катастрофа!

Что это? Беспокойство? Проявление сочувствия? От него? А понимает ли, что сломанный ноготь – это ничтожная капля, в том океане страданий, в который он её погрузил. Нет, не показалось, сочувствие. Чудовище умеет сочувствовать… Или играет?

Она не плакала. Смотрела на него, на его глаза, на губы, которые как обычно, несут нецензурную, бессмысленную ересь. Молчала.

– Пошли обработаем! Как так можно?! – удивлялся Крис рассматривая ноготь.

Соня преподнесла к губам палец и облизав, прижала зубами треснутую вглубь ногтевого ложа часть. Даже не догадываясь о том, насколько завораживает то, что она делает и как.

– Ты, истеричка, успокоительное пила сегодня?

– Да. Только что.

– Если бы пила, на ребят бы нормально реагировала! – приподнял Крис пострадавшую и пересадив на свободную часть дивана, вышел оставив дверь приоткрытой.

Он отсутствовал менее двух минут, но и они мучительно тянулись. Сейчас Софья сомневалась в правильности своего решения. Избавилась от содержимого, чтобы себя спасти, но с этим препаратом она хотя бы не чувствовала того, что там происходит в процессе.

– Пей! – протянул муж стакан воды и сразу две капсулы. Две! Значит тогда, он знал, что она пила и намеренно заставлял выпить повторно, чтобы был передоз. Спорить не стала. К чему это теперь? Забрав из ее рук стакан и поставив на пол рядом с диваном, супруг приказал:

– Вернись на свое место!

Помехи в коммуникации. Всё, что слышит, пропускает через свои мысли. А о чем она думала, когда услышала про место? Встала, уже хотела направится к выходу.

– Сонь, ты куда?

– Ты с-сказал… Я думала…

– Нет, иди ко мне! – рассмеялся он совсем не злобно, как над глупым ребенком, а когда она подошла, потянулся и усадил её обратно, на колени, только теперь чуть опустил. Так, что супруга уже практически лежала.

– Дай посмотрю. Как так-то? -осматривал он ноготь, а затем подняв глаза, явно чего-то ждал.

Софья поняла, что сейчас должна сделать все, чтобы муж не догадался и медленно опускала веки, сделав вид, что транквилизатор начал действовать.

Другой. Она чувствовала, как он смотрит. Крис прижимал ее все ближе и уложил на диван. А затем и улёгся сам, запустив свою огромную руку под её шею, тем самым уложив к себе удобнее.

Что делает? Одному черту известно. Именно черту. О Боге в этой скверной обители речи и быть не могло. Прижал сильнее. Сложно дышать, но постепенно от того тепла, который от него исходил нервный озноб становился слабее. Или просто не все высыпалось из капсулы?

Сопел. Тихо. Глубоко дышав. Тот самый, приятный, ненавязчивый парфюм. Аромат, который уже ассоциировался с болью. Сколько часов прошло? Соня не могла позволить себе пошевелиться. Её буквально придавило и рукой, которой он крепко прижал к себе, и ногой что была заброшена сверху. В доме 10 гостевых комнат, но хозяин решил лечь спать в кабинете. Или это просто из-за того, что все спальни, включая и их собственную, заняты другими людьми.

Музыка резко прервалась, но Соня понимала, чтобы ни произошло, она должна оставаться спящей, иначе обман будет раскрыт.

– Клининг вызови. – звучал властный голос свёкра в коридоре и резко дверь в кабинет распахнулась. Павел уже был готов увидеть что угодно, но когда увидел спящего сына, почувствовал облегчение, а затем и радость. Даже то, что он прибыл сюда ради новой взбучки, не имело никакого значения. С женой. С законной женой. Его сын с той, что он выбрал для него. Все не зря.

– Ты что тут делаешь ночью? – спросонья удивился Крис.

– Три журналиста и блогер. Ты бы хоть документы проверял, когда в гости зовёшь. Подобрали на тебя сегодня знатно.

– Херово. -поднимался Крис вытаскивая правую руку из-под шеи Софьи.

– Ребята решат. Такая миленькая, да?

– Истеричка, пиздец просто. Друг воды попросил, так её больное воображение нарисовало главную роль порно фильме.

– Опять таблетками накачал?

– Снова.

– А если сдохнет? -сухо звучал Павел и стало очевидно, от кого сын унаследовал эту циничность.

– Пирогов поедим, компот попьем! – ответил Крис равнодушно, но то, что делал, было свидетельством обратного.

Павел молча смотрел, как сын очень осторожно развязал шнурки на кроссовках и снял с девушки обувь.

Свело ногу. Соня изо всех сил старалась не выдать себя и сдерживала этот стон, когда от его прикосновения онемевшую стопу сводило и кололо миллионами острых иголок. Крис словно об этом знал и слегка помассировал освобождённую им конечность.

– Сложно оставаться равнодушным, да сынок? -шептал Павел, стараясь не разбудить нового члена семьи.

– Ты сказал как-то, что она пахнет радостью. Так вот, ты ошибся.

– Разве не так пахнет радость?

– Не так. Так пахнет смысл.

– Ты зря сопротивляешься, она нужна тебе. Она твой ангел.

– Ты создал ад для моего ангела…

– Я ли?

– Я же твое творение? Разве нет?

На это отец не ответил, только чуть улыбнувшись, тихо вышел, закрыв за собой дверь кабинета.

Глава 6

Пустой дом. Чистота, порядок. Даже на унитазах красовались бумажные пломбы с печатью и временем санобработки.

Засыпал в кресле, смотря на навязанную любовь, а проснулся один.

– Соня где? – бросил хозяин охраннику, что стоял у ворот, вместо пожелания "доброго утра!".

– Уехала. Примерно час назад.

– С кем?

– С Джо.

Набрав номер телохранителя, Крис не дождался ответа – занято.

Перезвонил начальнику охраны отца, но тот, словно ошпарил его новостью – Джозеф решил оставить службу.

– Сука! Сбежала! Тварь! – сбил он размахом руки вульгарную статую, стоящую в гостиной, а затем пронёсся в сторону кухни – Миллионы собрала и съебалась, блядина!

Первый порыв – позвонить отцу – был пресечён и Крис снова набрал начальника охраны:

– Сань, где этот мудень может быть?

– Он сейчас в центре, в кафе сидит. Что-то случилось?

– Адрес! Бегом!

– Кристофер Павлович, все хорошо?

– Нет! Улицы с ребятами перекройте, чтоб из города даже мышь не могла проскочить.

– Так мышь или…

– Софья! И отцу ни слова! -кричал Кристофер в трубку.

– Понял Вас. Все сделаем!

***

Уже час Соня сидела в удобном кресле салона красоты и практически засыпала. Сегодня ей совсем не удалось поспать. И причин было много. Стресс, голод, отсутствие постели, одежда, непредназначенная для сна и ожидание насильственных действий со стороны того, кого адекватным было назвать невозможно.

Чашка ароматного кофе и шоколад, который любезно преподнесла уважаемой клиентке администратор салона, не позволил упасть в голодный обморок.

Телефон пропищал и как только одна рука просохла в уф лампе, Соня разблокировала экран, ужаснувшись от поступивших сообщений из банка.

Счета заблокированы. Деньги на месте. И те, что были ей заработаны, и те миллионы, что лежали на счёте. Однако, воспользоваться ими владелица не могла.

– Что происходит?! – пробурчала она себе под нос и стала звонить в банк. Внятного ей ничего не сказали. Специалисты ссылались на то, что сработала система контроля безопасности операций, при совершении подозрительных транзакции. Карта, а с ней и счета были заблокированы. – Чушь какая! Я не совершала никаких переводов и оплат…

То, что на счёте лежала полная сумма, Софью тоже очень удивило. Около 900 тысяч евро должно было уйти на оплату долга отца.

Маникюр был закончен, а Джо так и сидел в кафе, напротив салона, разговаривая по телефону. Стоя у стойки администратора, Соне было крайне неловко, но пришлось объясниться:

– Простите, с банковской картой что-то. Можно я сейчас позову моего друга? Он в кафе через дорогу. Сейчас придёт и все оплатит.

Администратор в миг потеряла свою дружелюбность, но Соня тут же добавила, вот мои документы, одну минуту и я все оплачу!

Нерадивая клиентка распахнула дверь салона и только махнула рукой Джо, сидящему за столиком и пьющему кофе, как толпа неизвестных людей буквально бросилась к входу. Вспышки фотокамер, видеосъемка, и те, кто не просто решил задать пару вопросов, а кинулся с допросом на хрупкую барышню:

– Софья, что Вы чувствуете, когда видите своего супруга в окружении девушек с эскорт агентства? А как Вы относитесь к его… А что Вы думаете… А чем вчера закончилась вечеринка?

Соня быстро заскочила обратно в салон и повернула внутренний замок.

Администратор вытаращила глаза и посмотрев на свой телефон, не стесняясь спросила:

– Вы что, Софья Динц?

Соня повернулась и смотрела совершенно растерянно, не понимая, что происходит.

– Простите, так бестактно с моей стороны! Вы не переживайте, оплатите как будет время. Записать Вас на следующий визит? У нас огромный спектр услуг и вот ещё новинка, обёртывание из…

– Что происходит? – только уточнила Соня, но ответ не последовал, а в стеклянную дверь костяшкой пальца уже стучал Джо. Растолкав журналистов он дёрнул за ручку и теперь ждал пока его пустят.

Открыв, Соня обратилась к телохранителю словно ребёнок, который разбил вазу, а теперь пришёл каяться:

– Джо, я не понимаю, все мои счета заблокированы! Я не могу…

– Сколько? – бросил он в сторону собравшихся у стойки любопытных фей красоты.

– 150 Евро. –  ответила мастер маникюра. Соня возмущенно изогнула бровь, но свое «фи» на эту мгновенную накрутку высказывать не стала.

– Спасибо, Джо. Я отдам! Ничего не понимаю! Что эти люди от меня хотят? – смотрела Софья на дверь, за которой их все ещё ожидали.

– Вчера была утечка. Твой муж на первой полосе всех жёлтых публикаций. Я пытался сейчас решить через своих, но там, видимо, несколько источников. Чуть больше времени нужно. Его очень любит камера и скандалисты. А вот и сам герой!

Серо-голубой авто футуристического дизайна подъехал к толпе и тот, о ком сплетничает вся Франция, а порой и вся Европа, вальяжно шёл навстречу вспышкам фотокамер. Очаровательная улыбка, солнечные очки и очевидно, прекрасное настроение сопровождали Кристофера Динца.

Направившись к супругу, на улицу, Соня слышала обрывки его интервью:

–… Не, жена обычно не участвует, она так, тихая вуайеристка!

– Кто? – аккуратно подошла к мужу Софья и его тяжеленная рука, с улыбкой обнявшая её захватом за шею, легла на хрупкое плечо.

– Плюс ещё одно новое слово! Да, любимая? -посмеялся Крис, а потом снова обратился к журналистам – Сами видите, бантики эти, глазёнки глупые. Какие ей кинки-пати, книжки сидит в библиотеке читает!

– У тебя есть библиотека?! – также наивно хлопала ресницами Соня.

– Электронной библиотеке, мышка моя любимая! Теперь понятно, почему я на ней так спешно женился? Свободны! На следующую вечеринку обязательно вас позову! – уводил Крис шокированную жену в сторону своего авто.

– Кто такие вауе… войтерис… – пыталась выговорить Софья, когда муж смеясь сел за руль своего неприлично дорогого гиперкара.

– Вуайеристка? Ты уверена, что хочешь знать? Вот ты курица, пощекотала нервы, думал удрала!

– Пощекотала? -спросила она и посмотрела так, словно искала ответ в его глазах – Ты же сам этого хотел. Чтобы я уехала…

Срочно. Нужно было срочно что-то придумать, потому, что жестокая высокомерная маска, с пугающим молчанием, в этом случае работала не очень.

Не дождавшись ответа, Соня первой прервала тишину:

– Мне надо было на маникюр. Там запись, но за дополнительную плату любезно согласились принять вне режима работы, почти в 7 утра.

– И? – взял ее за руку Крис и чуть притянул к себе рассматривая, из-за чего ей пришлось развернуться к нему – О! Как новенькие! – чуть прижал он пальцем тот самый, сломанный ноготь, и почувствовав как Соня дёрнулась, возмутился собственной тупости – Блин, болит? Может помазать чем? Короче! Давай так, пока я сам тебе что не сунул, ты никуда не лезешь! Ну не умеешь, не берись! Договорились?!

– Я поняла. – в унисон с её словами розовый мобильный пропиликал и банк уведомил о снятии всех ограничений.

– Куда теперь? Солярий? Спа? Что там девочки любят…

– Я есть хочу… – услышала саму себя Соня и удивилась тому, что сказала этому монстру о своей потребности. Значит, стала «поворачиваться лицом»… Наверное, это не норма.

Жалость. Не умилительная, горькая, с нотами вины и боли. Душевной боли, которая внезапно накатила на Криса. С чего вдруг он становится таким чувствительным? Задумка с ужином вчера была провальной. Поела ли она после? А завтракала?

– Куда поедем? – бросил он жене.

– Мне все равно.

– Ты не любишь морепродукты, да?

– Люблю. Если это не скользкое, мерзкое и ракообразное.

– Так, я что, должен отгадать? – рассмеялся Крис.

– Нет, прости.

– Судя по тому, что ты готовила рыбу, ее ты ешь.

– Только ее.

– Тогда может мяска?

– Я не ем мясо.

– Курицу, индейку там…

– И птиц тоже.

– Бля… Это шляпа! Что ты ешь? А, ну да. Сырники!

– Все, что не убито.

– Вегетарианка!

– Частично, я придерживаюсь пескетарианства.

– Вот сейчас уже я херею от новых слов! – поворачивал муж в сторону набережной и посмотрев в зеркало заднего вида, отметил, что Джо все еще едет за ними.

– Прости.

– Куда жрать пойдем? Пошли сюда! -сам задал вопрос и сам же принял решение Крис, заруливая в один из открытых ресторанов побережья.

Пока жена сидела с меню напротив, Крис рассматривал её и понимал, сколько общего у нее с этим местом. Теплая, красивая, разностороняя, романтичная…

Он не сразу полюбил Ниццу. Когда пришлось переехать сюда из России, чувствовал себя чужим и деньги отца, с которым мальчик только что познакомился, не могли повлиять на ту тоску, что переполняла. Ушли годы, прежде чем он свыкся с мыслью – прошлого никогда не вернуть. Перед тем, как пойти в старшую школу, Кирилл Аристов сменил и имя, и фамилию, что дала ему при рождении предательница. Так трудный мальчишка Кирилл, стал ещё более проблемным Крисом, а Франция его домом.

– Вы готовы сделать заказ? – обратилась управляющая, принимая уважаемых гостей, так как в это время ни одного официанта на рабочем месте ещё не было.

– Милая? – обратился Кристофер к жене, и это взгляд из-под объемной папки меню покорил его ярким бриллиантовым переливом.

– Мне, пожалуйста, капучино и французкие крепы, с сырным кремом и клубникой.

– А мне салат Никоз и воду. Поедим, а потом поплаваем пойдем… – смотрел Динц на спокойное лазурное море, но переместив свой взор на Софью, попал в шторм.

– Мы не одеты для купания… – жестко отчеканила девушка.

– Значит прям так, на улице жара! Мы как поженились и не ходили вместе никуда… Странно, да? И так спонтанно, наконец, вместе завтракаем. Давай возьмём это за традицию? Каждую среду завтракать вместе где-то вне дома. Так что насчёт поплавать? – знал он ответ на свой вопрос, но все равно спросил, наблюдая за тем, как Соня реагирует.

– Я накрашена. Не хочу чтобы потом…

– Когда в последний раз плавала в море?

– Не помню. До свадьбы.

– За сколько лет до свадьбы?

Не ответила.

Молчание. Волнение. Все, что узнает Кристофер, будет использовать. Будет изводить. Заставит страдать и каждый поход в душ или ванную будет…

– Сонь? Ты хорошо себя чувствуешь? Глаза мутные и губы побелели! – вернул её голос супруга из потока скверных мыслей.

– Я… Просто в сон тянет. -невнятно промямлила Соня.

– Да?! – ещё один короткий вопрос, заставивший её нервничать сильнее. До тремора рук, до тошноты… А если он догадался о том, что капсулы пустые? Сейчас она не отказалась бы принять парочку.

Заказ был готов и они ели в тишине. Каждый молчал о своем и по-своему. Софья, пытаясь замаскировать свой страх. А Кристофер, пряча истинный интерес. Как только нож девушки опустился на тарелку, муж протянул ей руку:

– Закончила, идём?

Отказаться означало подтвердить его догадку. Соня поднялась со стула, но руки не дала, проигнорировав обращённую к ней раскрытую ладонь. Уверенно пройдя в сторону лестницы, ведущей на пляж, спустилась и сняла туфли, прямо на последней ступеньке.

Она смело пошла к воде. Свободный подол кремового платья подхватил ветер. Теплый, ненавязчивый, лёгкий. Ласковый и мимолётный, как ответ спящей и желанной девушки на поцелуй.

– Прохладно и ветер… -сказала Соня, остановившись в нескольких метрах от воды.

– Плюс 34. Сколько должно быть, чтобы было комфортно? -с сарказмом спросил муж, снимая кроссовки.

– Не знаю. Я в платье точно… – не договорила Соня и выронила туфли, когда он подхватил её на руки, заходя в воду.

– Не надо. Я одета! Платье будет просвечивать если намокнет! – практически закричала девушка, вцепившись в его шею так крепко, что Крис уже чувствовал себя победителем.

Повисла. Прижалась. Снова ищет спасения. Как только чуть ниже опустил её ноги и волна коснулась пальцев – замолчала, дышать перестала, опустила глаза на воду.

– Я держу тебя, Сонь.

– Ты…

– Тут нет ни водорослей, ни тины. – фраза от которой глаза распахнулась в молящем о пощаде испуге.

Знает. Знает и теперь будет использовать ещё и это.

Качели, которые сводили её с ума. От преступной жестокости, до неистовой нежности.

– Я не боюсь! Я просто…– пожалела о том, что произнесла Соня, потому, что Крис медленно отпустил её. А из-за значительной разницы в росте, ей там было глубже чем ему, да ещё и волны добрались уже самого белья.

Не отпустила. Соскользнула, но только провела по шее обновлённым маникюром, оставив красный след. Так и стояла державшись за него.

Поцеловал. Уловил то, как дрожат губы, не ответившие взаимностью. Два ее страха в одном прекрасном, солнечном и очень романтичном месте.

– Пойдем глубже? Тут опасен только я… Но я же не буду делать что-то тут, в публичном месте, правда?

Пытаясь успокоить, он сделал только хуже, вернув ей мысль о насильственных действиях. Отпустила руку и лицо в момент стало каким-то бесстрастным, равнодушным…

Первую мысль о том, что жена переборола свой страх, отбила оплеуха реальности: носогубный треугольник побелел, губы синели, а глаза стали словно стеклянными.

– Соня! Не не … – удержал Кристофер супругу, качнувшуюся от очередной волны. – Не все сразу! -уводил он ее на берег обнимая – Всё хорошо? Жива? Сонь, посмотри на меня… И долго ты так, воды боишься?

– Не боюсь.

– Это видно!

– Когда не одна, я не боюсь.

Крис не сразу осмыслил сказанное ей. Только спустя время, в машине, по дороге домой.

Как шарманка, картинка застряла в мыслях: Соня, бледные, синеющие губы… Его рука, запущенная в густые светлые волосы, заставившая её смотреть ему в лицо.

«Когда не одна…»

***

Крис прошёлся по дому и не сразу нашёл, куда запропастилась после душа Софья. Найдя укромное местечко на внутреннем дворе, она села на плетёный диван, обложенный мягкими подушками. И поджав под себя ноги, уснула в тени деревьев и живой изгороди, что была высажена согласно ландшафтному дизайну.

Спит. Нет, неправильно. Спят! Все трое. И девушка, и кот, и наглая мерзавка мышь, что устроилась на краешке белого махрового халата, в котором буквально утонула худенькая хозяйка дома.

Подходя ближе, Крис заметил нечто странное. На ветке дерева восседал чёрный ворон, а увидев приближение мужчины, расправил крылья и широко раскрыл клюв, словно в готовности напасть, но звуков не издавал. Когда до жены оставалось около двух метров, ворон стал громко каркать и летать вокруг. Конечно, это разбудило ту, что прилегла отдохнуть.

– Я искал тебя, устала?

Соня не ответила, только опустила ноги в белые шлепки, параллельно пряча мышонка.

– Да все уже, спалилась опять. – плюхнулся Крис в кресло рядом с диваном. – Не могут и коты, и мыши, и вороны, быть такими дружными. Кто-то явно помогает. Особенная, да?

– Все живое особенно…– повернулась Соня к ворону, что сел на край подушки и подходил на своих когтистых лапах ближе, к её плечу. Плавно проводя по воздуху и чуть касаясь его головы, Софья погладила пернатого охранника и этот жест буквально гипнотизировал. Плавность, невесомость, манящая нежность. Доброта распространялось на все, что было вокруг нее. Вот почему отец сказал, что берлога стала уютнее. Сила. Сила той красоты, что меняет воздух, которым он дышит, а значит и его самого. Отец платил не за шлюху, он подчинил особенную. Да не просто подчинил, а создал условия, при которых он получает члена семьи обладающего силой, а значит потомство будет носителями.

– Я ещё утром хотел сказать, вчера там… Не было ничего.

– Я знаю.

– Да я не в смысле с тобой не было! Там, с девочками, в спальне… Если что, ЭТИ там ничего не трогали, и никуда не садились… Просто хотел посмотреть, как отреагируешь.

– Отреагирую?

В глаза не смотрит, ладони в рукавах скрылись, замкнулась. Мягкая, уютная, добрая… Опять ересь какую-то выдал. Как она вообще может в принципе реагировать. Хотел довести, довел. До диагноза… Как там? Что-то о посттравматическом расстройстве было. Смотришь на эту милоту и говнищем себя чувствуешь.

– Я что подумал, у нас не очень заладилось тут. – развел он руками, имея ввиду свое жилище – Может попробуем в новом месте? Дом посмотрим. На побережье есть прикольные…

Неосторожность. Хотел как лучше, сделал только хуже… И то, как она подняла глаза, как утопила в этом серо-голубом озере отчаянья и боли, заставило задаться вопросом – а правильно ли его сейчас поняли?

– Слушай, Софья, раз уж нам…

– Мне нравится. Очень нравится тут. Не надо.

– Бля… Да на берегу это не значит, что я тебя каждый день буду таскать в воду! Я сегодня просто…

– Ясно. – не дослушала Соня, оборвав его речь.

– Хули тебе ясно, если я не договорил!

Злее. Ещё злее. И ещё сложнее справиться с тем, что выкипает через край.

Слишком резкий, опять вздрогнула от того, что сказал чуть громче и строже…

Звонок на мобильный отвлёк их обоих. Ванька.

– Привет! Что-то срочное? -ответил другу Крис.

– Привет, Крысеныш! Как дела?

– Лучше всех!

– Слушай, а Соня не рядом там?

– Ванечка, – наигранно смеялся Крис – я сейчас позвоню твоей девушке, пусть…

– Вот! Вот Вив мне так и сказала, что ты никогда не откажешь другу в помощи!

– Что за манипуляции ещё, хитрожопина?

– У меня тут запуск скрам команды планируется на завтра, можно попросить твою супругу посмотреть? Если сегодня занята, то завтра рано утром! Очень надо!

– Сонь, ты будешь бесплатно работать у Ваньки?!

– Да, блин, ты кретин! Дай ей трубку! -ржал Иван.

– Не дам! Ща доскочим. Ты в офисе будешь?

– Крис, я твой должник! Правда, в этой американской херне вообще ничего не понимаю.

– Тебе просто понравилась моя девчонка!

– А точнее её резюме и графа «опыт работы»! – поправил друга Иван после чего завершил беседу.

***

Почти через два часа смелая ножка, упакованная в туфлю с открытой пяткой и милым бантиком, ступала по ковролину компании, которая занималась созданием продуктов би-ту-би направления (то есть создавали технологические решения для других компаний).

Не постучавшись, Крис распахнул кабинет друга и тот, улыбаясь, вскочил с кресла. Пожав руку Сони, которая протянула ее для формального приветствия, Иван махнул кому-то в открытую дверь, за её спиной.

Молодая помощница внесла нежный сборный букет и забрав его из рук секретарши, Ваня моментально вручил его Софье:

– С прошедшим! Или как правильно, с наступившим? Вообще хотел попросить о помощи ещё вчера, но понял, что наверное, вам это будет не слишком удобно. Знаю, какие шумные праздники закатывает Крис…

– Чё?! – с непониманием посмотрел Кристофер сначала на цветы, а потом и на Соню, что мило улыбалась и выглядела немного смущённой.

– Спасибо Иван, очень красивые!

– С наступившим? У тебя что день рождения? – нелепо звучал комментарий Криса, который буквально шокировал друга.

– А ты не знаешь когда у жены день рождения?

Соня опустила глаза на букет и молчала,  пока гнев снова овладевал ее мужем:

– Да я же мудак! Меня все, что вне её трусов – вообще не интересует!

– Придурок! -смеялся Иван, привыкший с неизменным шуточкам друга – Сонь, как ты вообще с ним живёшь?! Он же кретин!

– Счастливо! Счастливо живёт! Правда милая?

– Давайте, пожалуйста, перейдем к делу… Уже почти шесть! – решила сменить тему Соня и стала проходить к столу, но Ваня жестом пригласил в зону отдыха, где по квадрату стояли четыре прямых дивана.

– Пойдем-ка сюда! Тут будет удобнее все обсудить! Так, смотри, согласно методологии Эджайл…

– Вот с этим надо быть осторожным, – аккуратно перебила Соня Ивана- Эджайл не методология, а философия… И все, кто работают по Эджайл очень критично относятся к формулировкам.

– Охеренно интересно это все конечно! – нервно вмешался Крис – Так когда день рождения?

– Вчера! – ответил друг.

День, который она провела в уборке. Прятавшись в ненавистном для нее доме. Потянулся, забрал тряпку из рук, хотел быть аккуратным, пытался сменить направление, но и ужин не задался… К шлюхе поехал, с шлюхой поехал… Шлюх притащил! До очередной истерики довел… Реально подумала, что ее под других положу… Дура, блядь, конченная. Ненавижу эту тупость! Сука слепошарая. Сидит тут Ваньке вырисовывает на листочке, хрень какую-то несут оба! Пальцы тонкие, карандаш трясут… Бесит! Ножку свою, специально так медленно опустила, заигрывает с ним. Типо вся такая приличная, а что же не в брюках?! Платье напялила. Длинное, бледно-голубое, до середины икры, юбка струится… Специально так делает, сучка!

– Крис, ты в порядке? Ты чего это завис? Может выпьешь пока? Бар знаешь где! – вернул друга в реальность Иван.

– Не, спасибо. Просто сижу и думаю, что же моей любимой подарить? Как мог так пропустить… Придумал! Сейчас закончите и до Италии доскочим!

– Вы ещё не были в Италии? – удивился Ваня, ведь Ницца находится очень близко к границе.

– Нет, но сегодня или завтра утром будем!

На телефон Ивана поступило сообщение и он, извинившись, отошёл чтобы перезвонить. Тогда как Крис, снова горел огнем собственной ярости.

– Поедем, да? Я придумал отличный подарок!

Соня знала этот шепот. Синергия садизма, пошлости и ненависти.

– Не надо.

– Надо! Ты будешь счастливее. Сделаем тебя лучше! – поправил он распущенные волосы, перекинув назад и провел пальцем по её скуле.

– Вот тут поправим, сделаем немного угловатые, чуть изменим разрез глаз, добавим пару размеров в грудь… И нос! Да, с ним тоже надо что-то делать… Ну чуть-чуть подолбят, заживёт! Зато потом, какой красавицей будешь…

От того, что он произносил и как, снова накатило то, что трудно описать словами. Крис заметил как задрожала его жертва, потянулся, захватил её руку и преподнес к своим губам.

– Я вернулся! Ребят, а все нормально? – только успел спросить Иван, как Соня вскочила и метнулась к окну, распахнув его. – Душно стало? -вытаращил он глаза.

Устала. Так сильно, что ее любовь к близким и желание позаботиться о них закатилось куда-то в дальний угол. В этот момент она не думала ни о папе, ни о том, как сильно любят её бабушка, сестра и дядя. Пусть закончится. Невыносимо.

«… Каждый день, твоей никчемной жизни, будет таким…»

Иван даже не успел сориентироваться, настолько быстро все произошло.

Вернувшись в кабинет он увидел как Софья бросилась к окну и распахнув его вскочила на подоконник, после чего раздался дикий, нечеловеческий ор Криса.

Успел. Поймал уже тогда, когда одной ногой шагнула вниз. Кричал как не в себе. Сидя на ней сверху, бил кулаком по полу рядом с её лицом. В очередной раз замахнувшись, увидел, как смотрит туманно, губы снова белели:

– Сонь! Софья! -встряхнул муж под действием своих эмоций так сильно, что девушка ударилась головой. В глазах все почернело.

– Что за… Что это было? – выкрикнул Иван, параллельно набрав номер "15"(скорая медицинская помощь Франции)

– Больная! Женился, блядь, на сумасшедшей! – поспешил ответить Динц.

Глава 7

Холод. По длинным голым ногам побежали мелкие мурашки. Соня открыла глаза и поняла, что не может шевелиться. Нет, чисто физически это было возможно, но то, во что она была одета, не позволяло ей даже приподняться.

Плотное, белое одеяние по форме напоминало… Не напоминало! Она упакована как буйная психбольная!

Мягкие тканевые ремни на рукавах были застёгнуты так, что пользоваться руками не представлялось возможным.

Соня осмотрелась по сторонам. Она в их спальне. Не в больнице.

Вибровызов. Телефон зажужжал и Крис скинул звонок назойливого друга.

Сидя перед ноутбуком, он уже несколько часов изучал материалы и специалистов, готовых оказать психологическую помощь.

Кому она нужна больше? Той кто не хочет жить? Или тому, кто в порыве своей собственной ярости сводит с ума?

– Можно мне воды? -спросила Соня очень тихо. Услышав, что супруга проснулась, Кристофер резко отставил ноутбук и налив стакан воды, направился к кровати.

– Ты замёрзла? Сейчас выключу кондёр, было очень душно. – поставил он воду на тумбу и помог больной сесть в кровати, подложив несколько подушек под спину.

– Зачем это? Думаешь могу быть опасна?

– Давай попьем? -поднёс муж стакан к губам и Соня сделала четыре жадных глотка.

– Мне больно. Руки и плечи затекли…

– Зачем ты обманываешь? -слегка помял он пленённые предплечья и эта удивительная метаморфоза, произошедшая с супругом, заставила её прищуриться и смотреть с недоверием.

Другой человек. Мимика другая, спокойная какая-то, мягкая…

Ни чванства, ни нарцисцизма.

Крис достал телефон и тихо сказал два слова:

– Неси давай!

А вот это прозвучало в старой тональности. Хозяин жизни! Высокомерный, грубый и опасный.

– Как ты себя чувствуешь?– смотрел он в глаза и сам был нестабилен. Купил ли для себя такую рубашку?

Молчит. Губы неподвижны, но глаза говорят лучше слов. Удивлена, а вот сейчас злится, снова проскользнула брезгливость…

В дверь постучали. Несколько горничных одетых в темно-синие брюки и лёгкие блузы с коротким рукавом такого же цвета, внесли два больших подноса.

– Один сюда, на тумбу, второй на стол! Совсем тупые? Наоборот! Сладкое на стол, сюда ужин!

Глаза закрыла. Говорит не ей, но почему так обжигает холодом спину? И в животе ощущается это мерзкое щекотание…

Девушка потянула руки, словно проверяя, сможет ли освободиться.

– Не надо, Сонь. – снова звучал Крис спокойно и вкрадчиво, значит очередная прелюдия перед… Перед чем? Что хочет?

Ноги голые, нижнюю часть белья видно. То, удлинённое одеяние, задралось пока спала. А спала или вырубили препаратами?

– Давай покушаем что-нибудь? -предложил муж.

Соня повернула голову и увидела стейки красной рыбы с запечёнными овощами, салат из киноа,  и небольшую бульонницу, с горячим пюреобразным содержимым.

– Может супчик? -взял он в руки миску, и зачерпнув ложкой нежную текстуру муссового супа, стал подносить к её губам.

– Отпусти меня. – вот такой Крис не видел её никогда. Глаза северной волчицы.

Холодные, злые. Сказала словно оскалилась.

– Сонь… -попытался сформулировать виновный, но почему-то сейчас слова в предложения совсем не клеились.

– Боишься, что убью тебя ночью? -задала она этот провокационный вопрос, прекрасно понимая смысл его поступка. – Трусишь?!

– Да! Ты напугала меня. По-настоящему напугала.

– Ты хотел этого. Зачем остановил?

Крис замолчал. Что он должен на это ответить? Ложка в правой руке продолжала помешивать суп, когда Софья спросила снова:

– Зачем?!

– Ты бы погибла.

– Ты хотел этого… Зачем остановил?

– Херню несёшь. Тебя ещё не отпустило от…

– Ты хотел ЭТОГО!

– Нет! Я хотел не этого!

– А чего тогда?

– Я не знаю о тебе ничего! День рождения пропустил… Даже сколько тебе лет не знаю…

Сидя в смирительной рубашке, на кровати, Соня смотрела на него как на сумасшедшего. Холодная, неприступная, на расстоянии ближе вытянутой руки, но такая далёкая.

– Ты совершил преступление против половой неприкосновенности. Однократно? Нет! Ты применил физическое насилие. Однократно?! Нет! Ты постоянно оказываешь психологическое давление, от угроз до воздействия на…

– Сонь, давай ты просто поешь что-нибудь…

– Не перебивай меня! Ты совершил преступления! Но чувствуешь вину не за это! -уже кричала на мужа плененная – А теперь, ответь! Кристофер, так кто из нас болен?!

Проснулся. Тот самый, дикий, злобный зверь. Зачем будила? Одному Богу известно. Швырнул суп. Схватил, медленно сжимая волосы на затылке все крепче. В глаза смотрит, к губам так близко, словно упивается её вновь нахлынувшим страхом и беспомощностью.

– Ты моя. Я имею право!

– Развяжи!

– Нет. Давай успокоимся, надо поесть. Ты в последний раз ела утром и то, два блина и кофе.

– Я не буду есть из твоих рук, как собака!

Психанул, губами впился, а потом зубами, чуть прикусив щеку и тяжело дыша над самым ухом. Зафиксировал так, что и дёрнуться не представлялось возможным.

– Не зли меня! Если бы ты не провоцировала, тебя бы никто не ебал, ясно?! Сама брыкаться начала! Зубы свои воткнула! Тогда, перед свадьбой, я пытался договориться!

Кричал. Снова кричал. А мозг словно не хотел ни слышать, ни понимать то, что льется из поганого рта.

На неё никто никогда не кричал, кроме двоюродной сестры. Та, по своей природе грубовато-хамоватая и то, орет просто чтобы поорать, без агрессии. Тут же было все иначе.

Все из-за нее. Все из-за её каприз. Отцу слишком дорого обходилось это элитное образование. И уж слишком подозрительно начало финансовых проблем, совпало во времени с сертификацией и стажировкой Америке избалованной дочки.

Михаил не говорил об этом. Соня догадалась сама. Один единственный раз он осуществил отправку без страховки, положившись на «авось пронесёт». Не пронесло. А дальше, как снежный ком: новый товар за свой счёт, плюс новый транспорт (ведь прежний, уже не подлежал восстановлению), компенсация семье погибшего водилы, который на них работал, неустойки заказчикам, резкое уменьшение спроса. Клиенты тупо ушли к конкурентам, узнав, что у Михаила могут быть накладки.

Это она виновата. Хотела учиться за границей. Кроме университета, отучилась в бизнес школе, получив сертификацию международного образца.

Сколько же всего вложил в нее отец… И все для того, чтобы она лежала сейчас здесь, раздвинув ноги перед каким-то…

– Ты пугаешь, очень…  Сонь, посмотри на меня… Ты вообще здесь? – говорил Крис снова очень мягко и тихо.

С ума сводит. Или уже свёл? Если сейчас делает дружелюбный вид, значит снова будет завуалировано угрожать. Как в этот раз? С сексуальным подтекстом или каким-то другим? Не повторялся пока ни разу…

– Давай ты поешь и я отстану. Хорошо?

– Я сама поем. Развяжи меня…

– Это не очень хорошая идея.

Соня снова посмотрела на свои голые ноги и неприкрытую зону бикини.

Может ли она… А если не получится? И без того понятно, что то, что происходит сейчас, закончится его мерзким протяжным, хрипловатым стоном. Рискнуть и попробовать? Или смириться и ждать?

– Я хочу в туалет. Развяжи меня.

– Пойдем, я помогу тебе!

– Как ты себе это представляешь? Сколько можно унижать меня, Крис?

Он не ответил, она замолчала. А потом, словно нечто другое вселилось в его милого ангела.

– Я совсем не нравлюсь тебе? Грудь сделать, скулы, глаза…

– Это шутка была. Я неудачно пошутил.

– Ты не ответил… – повернула она согнутую ножку в его сторону. И Крис уловил эту энергию. Ту самую, что исходила, когда Софья скинула с себя одежду из-за визита отца и поднималась по лестнице. Голос возбуждённый толкает в воспоминания, глаза смотрят высокомерно и брезгливо, но мягкая линия губ так и манит.

– Сонь, вот какой ответ ты хочешь услышать?

– Правдивый. Ты же не слепой. Я красива. И судя по тому, как ты смотришь, гораздо привлекательнее тех, чьи юбки расстёгивал в этой спальне. Грудь  увеличить? А зачем? Она же для тебя идеальна. Помнишь, как жадно целовал её пока я спала? Нравится, когда нет сопротивления?

– Нам обоим надо успокоиться.

– Да? Успокой… А как думаешь, сможешь без препаратов?

– Ты хочешь?

Софья не ответила, только развела ноги и расположила левую так, что Крис, сидевший к ней полубоком, оказался между этими стройными прекрасными путями в рай.

– Хочу.

Потянулся, скользнул рукой по ноге, поцеловал.

Никогда не думал, что поцелуй может быть таким. Наполненным ненавистью, гневом и желанием причинить боль. Все из-за ремней?

Чуть отстраняясь он старался сдерживать её агрессию и немного замешкался, а может и не стоит отпускать? Становится буйной.

Это стало ещё одним испытанием для тех, кто пытался держать свои чувства и эмоции под контролем.

Укусила, а потом резко такой нежной стала.

Это был его стиль. Качели, от которых бросало жар все больше.

Свобода.

В желании добраться до тела затянутые ремни развязывались один за другим.

Руки на плечи легли, но отвернулась. Дрожала, пока покрывал шею поцелуями.

Осмелела совсем. Уложив его на спину села сверху и целовала. Кусая его и

царапая себя о грубую щетину. Внезапно покрывало прилетело на лицо Криса и он не сразу спохватился, что все прекрасное, что сейчас было с ними – лишь способ достижения цели.

Вырвалась, вскочила с кровати, а Динц рассмеялся, думая о том, насколько наивно можно было надеяться на побег.

Оказалось,что наивным был он сам.

– Дура, ты что задумала?!– выкрикнул Крис избавившись от покрывала, и почувствовал, как разъярённое животное буквально накинулось на него, вонзив свои зубы и когти в голень. – Ты чё, хуйня пушистая, нюх потерял?! -оттянул он кота за шкирку пока тот вырывался и царапал.

Распахнув окно, хозяин швырнул зверя и увидел как он, приземлившись, бежит через сад к воротам, к которым уже на кончиках пальцев подходила Соня.

– Держи эту тварь! -только и крикнул Кристофер недоумевающему охраннику, что стоял на входе, но мужчина, то ли не расслышал, то ли не понял, что происходит и кого именно необходимо удержать. Схватил кота и растерянно проводил взглядом девушку, уходящую босиком в ночи. Белое плотное одеяние было чуть распахнуто, хотя и имело ворот-стойку усиленную каймой из какой-то грубой материи. Рукава были гораздо длиннее, чем это было необходимо, зато длина самого одеяния была критичной, оставляя открытыми полумесяцы прекрасных ягодичных мышц.

Крис ринулся к двери, когда увидел, как телефон Софьи, оставленный им на столике, пиликнул. Схватив его, он прочитал сообщение, что выпрыгнуло на заблокированный экран – "Сегодня полнолуние, как ты?"– отправила некая Анастасия.

– Хуево, как! -летел уже вниз по лестнице Кристофер.

Глава 8

Вдоль ночной дороги, держась стороной, там, где можно было оставаться в тени. Как легко управлять собой, если есть поддержка, и так сложно делать это, если ты одна.

Словно твоим разумом управляет зверь. Дикий, сильный и свободный. Сова, пролетевшая мимо, заметила Софью и стала наблюдать со стороны. Девушка шла босиком в неизвестном направлении, а почувствовав стороннего наблюдателя, издала тихий зазывный клич, на что пернатое создание ответило на своём.

Город заканчивался, постройки находились все реже друг от друга и запрокинув голову, Соня поняла, что именно вело её сюда – луна.

Бабушка работала с внучками такими сложными ночами. Как волки становились более агрессивными, опасными и восприимчивыми, так и женщины их семьи, страдали от поведенческих и эмоциональных реакций на определённых фазах луны.

Лес. Словно она снова попала домой. Благодаря своей связи с природой, тут ей становилось легче.

Вой. Болезненный, многоголосый. Соня шла вперёд на этот зов, несмотря на то, что ступать по земле было достаточно больно.

Ночью все вокруг преображалось. Лесные деревья, кустарники и травы покрывались загадочной вуалью темноты, которая создавала ощущение волшебства и тайны. Остановившись, Софья закрыла глаза и прислушалась. Мимо босых ног проползла змея, как специально, для того, чтобы привлечь внимание особенной гостьи. Листья зашуршали и метрах в двадцати, из мрака, выходил тот, кто также как она, страдал в эти ночи полной луны.

– Иди ко мне, бедолага… – присела Соня на один из камней, ставший уже холодным и протянула раскрытую ладонь. Находясь на одном уровне с хищником и дав ему возможность обнюхать себя, Соня тихо смеялась над тем, как он стал переминаться с лапы на лапу, чуть поскуливая и довольно высунув язык. – Нашел с кем играть? А что, никто из своих не зовёт? Все заняты? Один ты без дела?

– Fille, partez lentement! Ce n'est pas un chien!* (*Девушка, медленно отходите! Это не пёс!) – прозвучал достаточно далеко женский голос и стал приближаться.

– Tout va bien, partez!* (*Все хорошо, уходите!) Что уж я совсем ку-ку? Что собаку от волка не отличу?

– Ты что русская? Ну конечно! Какой ещё чокнутый полезет ночью в заповедную зону?! –  подходила ближе незнакомка, направив на животное оружие. Когда она попала в просвет между деревьев, Соня смогла разглядеть ее форму. Стало ясно, вооружённая является служащей национальной полиции Франции.

Волк оскалился, шерсть на загривке вставала дыбом. Почувствовав это, Соня обхватила его шею руками, и улыбаясь, прижала к себе:

–Вы пугаете его! Пожалуйста, Вам лучше уйти…

–Тут опасно! Мы обе отсюда уходим! -ответила перепуганная Вивьен.

–Мне очень нужно быть здесь…

–Ты в своём уме? -уже чуть грубее сказала полицейская и пришла в настоящий ужас, увидев, что они находятся в окружении стаи волков. -Господи… Сколько же их…

Соня тяжело вздохнула и размашисто почесав за ухом серого, поднялась, подходя к Вив практически вплотную:

– Опустите пистолет. Пойдемте, я провожу Вас до машины.

– Ты меня?! Кто тут на службе?

– Поверьте, Вы не сможете защитить себя боевым оружием. Охотничьим ещё может быть, но боевым, да ещё и в темноте… Пшшш! – только бросила Соня в сторону стаи и они попятились назад.

– Они слушаются тебя! Ты иная?

– Особенные, иные, лесные, деревенские, городские… Какая разница? Опустите оружие. Или Вы считаете, что и я опасна?

–Нам нужно уходить! Это приказ!

–Хорошо. Я арестована?

–Нет, конечно нет! Вы… Вы совсем без обуви?

– Да. Случайно потеряла.

– Пойдемте в машину! Я – Вивьен Фамт.

– Очень приятно, Ксения Петрова.

***

Глупо было рассчитывать на то, что собственная охрана не доложит отцу о случившемся. Единственное, на что надеялся Крис -найти ее первым.

– Куда могла пойти телка, босиком, в смирительной рубашке?! -колесил он по ночному городу, параллельно с поисками, которые организовала его охрана и скорее всего охрана отца.

"Соня пропала!"– бросил он сообщение Джо, не ответившему на звонок.

1:15.

Ночная жизнь Ниццы поражала своей красотой. Бары, рестораны, клубы, фонтаны. Набережная, на которой даже в это время прогуливались пары.

Романтические свидания, охапки цветов, игристое за столиками на побережье. Столько прекрасного могло бы быть и у них, если бы…

Кто виноват? Он? Отец? Шлюха, что продала своё тело за миллионы и своими куриными мозгами, подкрученными под Эджайл или Скрам… Или это вообще одно и тоже? Что там говорила разумница?! Эджайл -философия, а скрам то, как по ней работать, конкретная метода…

– Хуйня стремная! Люди либо работают либо нет! Башку себе забила всякой ересью, а на то, что в пиздец влезает… Идиотка! -бубнил себе под нос Кристофер, выискивая ту самую.

И почему хорошая мысль приходит слишком поздно?! – подумал он, но ругать себя за тупость не было времени. Набрав номер начальника охраны, Крис понял, что не зря опасался его вмешательства.

–Хай! Что колесите где?

–Добрый вечер, Кристофер Павлович.

–Сань, короче, я Соньку нашел. Мы с друзьями в Итали свалим, скажи отцу.

– Принято.

– А что, вопросов не будет? Тоже искали?!

Александр не ответил, но это молчание только подтвердило догадки Криса.

– В общем, скажи отцу…

– Павел Александрович все слышит, Вы на громкой связи.

– Батя, я трезвый! Сонька со мной! Все, пока!

– Сынок, все хорошо?

– Да, заебись все! Влюбленный, бля, по уши!

– Пусть Софья ещё тебя разговаривать научит, раз в университете…

– Не нуди! – рассмеялся младший Динц и бросил трубку. – Так! Всех, кто мог быть потенциально опасен – слили, теперь надо найти свободные руки! И снова здравствуйте! – нездоровой радостью звучал голос Криса, набравшего номер телефона друга.

– Привет, ещё раз. Ну как вы там? Отошла?

– Съебалась!

– Как? В окно? Жива? – забеспокоился Иван.

– В этот раз в дверь! Мне нужен ты, твои полтора охранника и Вив!

– Вив, как раз, домой уже должна была приехать, сейчас наберу и спрошу.

– Смотри, официально не надо. И у полицаев, и в жандармерии у бати свои  глаза и уши.

–Это плохо? -не понимая сути проблемы уточнил Иван.

–Пиздец как! Если он найдет ее первым…

–Слушай, Крис, это конечно не мое дело, но ты мне в уши ссал, что у тебя фиктивный брак! А сам, не пригласив нас на свадьбу, не просто женился, а обвенчался, да и ведёшь себя как сумасшедший влюбленный…

– Ой бля, понеслась! Ты помогать будешь или нет?!

– Буду! Надеюсь, что она не успела сделать то, что собиралась.

– Я тоже. Очень! Жду тебя у центра.

***

Когда девушки вышли из леса, туда, где фонари освещали ночную трассу, Соня смогла более детально рассмотреть новую знакомую. Длинные каштановые волосы были убраны в тугой жгут, яркие, карие глаза, среднего роста… Она была гораздо крупнее Софьи, но лишнего в её теле не было. Спортивная, вооруженная, пышногрудая.

–Садись в машину! – звучал приказной тон Вивьен.

–Я арестована?

Снова спросила Соня и та рассмеялась.

– Нет! Садись, домой отвезу.

– Не надо, спасибо, я сама…

–Пошли! Особенные должны держаться вместе. Ты хоть знаешь, сколько наших в Ницце.

–Наших?

–Пошли говорю. Если уеду без тебя, то меня точно уволят за оставление в опасности…

– За это увольняют?

– Конечно. Кофе хочешь?

Дорога, побережье и очередной элитный квартал, состоящий сплошь из дорогих коттеджей. Патрульная машина, за рулём которой была Вив, подъехала к воротам. Охранник, одетый в белую свободную футболку и джинсы, открыл ворота, нажав на кнопку брелока и пропуская прибывших внутрь.

Большой красивый, уютный дом. Конечно, он не был таким огромным, как дом Криса, но тут было в разы приятнее, чем там, где Софье пришлось жить. Обставлено со вкусом, всюду цветы, стены окрашены в светло-бежевый. Большие окна закрывали лёгкие многослойные тюли, а на полу, в гостиной, лежал огромный ковёр с абстрактным рисунком, напоминающим водяные разводы.

–Ты живёшь тут? -аккуратно спросила Соня.

–Да, я живу тут. Но это не мой дом, если ты о том, сколько зарабатывают в полиции.

–Нет. Я даже не думала! – стала уже оправдываться Софья, но Вивьен перебила:

– Я живу у моего парня.

– А он не будет против того, что ты приводишь в дом посторонних?

– А то я утырков не видела! Признаюсь, сначала я подумала, что ты наркоманка и приведёшь меня к очередной точке обмена.

Блин, я уже даже почувствовала запах внеочередного звания и награду! Ну ладно…

– Что такое точка обмена?

– Наркоторговцы распространяют дурь, пряча её в лесу. Как только получают оплату, скидывают локацию потребителю. Ты присаживайся!

– Вивьен, прости мою наглость, можно мне где-то помыть руки и ноги?Псиной воняю страшно, боюсь что-то испачкать.

– Конечно! Пошли, я отведу тебя в гостевую спальню. Там душ, ванна, может тебе одолжить что-то?

–Да! Было бы очень кстати!-улыбнулась Соня и пошла за Вив.

– Платье у тебя конечно… Танцуешь?

– Танцую?

– Просто такие откровенные вещи, обычно используют для выступлений. -предположила Фамт – Еле прикрывает!

– С парнем… Играли!

– А, так это… Понятно! Поссорились в процессе? Видимо сильно, раз босиком сбежала. Накосячил?

– Я очень сложно переношу такие ночи, как эта.

– Бывает. Пойдем, найдем во что тебя переодеть.

Пока струи теплого душа смывали зловоние дикого пса, Соня думала о том, как глупо повела себя.

Что теперь? Надо вернуться. Даже если он не найдёт её, найдёт Павел. Больше всего Соня боялась того, что может пострадать отец и кто-то из её семьи. Надо было сидеть смирно и делать то, что говорят. Говорят лежать, надо лежать… Делать грудь – значит делать грудь. Теперь она вещь, с которой поступают по своему усмотрению.

Что это, отчаянье? Принятие? Или рассвет, вернувший здравый смысл и забравший злость, подбивающую её бороться.

– Ксюш, все хорошо? Принесла футболку и шорты. У тебя какой размер ноги?

– 37-й

– Отлично, у меня тоже. Сейчас найду какие-нибудь шлепки.

– Вивьен, спасибо тебе большое. – обернулась в полотенце Соня, выходя из душа. – Можно спрошу?

– Спросишь почему?

– Да.

– Видно, что у тебя проблемы, о которых говорить не хочешь.

– Нормально все. Спасибо за обувь! И за одежду…

– Давай, спускайся вниз. Пойдем, поедим чего-нибудь. Я, если честно, даже не успела поужинать сегодня.

Кроме того, что дом был прекрасен, окружающая его территория также была тёплой и уютной.

Плетёные кресла из мелкого ротанга расположились в саду в окружении благоухающих цветов. Вивьен была очень гостеприимна. К тому моменту как Соня спустилась, та уже накрыла им небольшой стол с сэндвичами, фруктами и миской салата.

–Шампунь будем? – открывала девушка бутылку запотевшего шампанского.

–Нет, спасибо, не пью. – присев в кресло, скромно сложила руки на коленях Соня.

–Как хочешь! Блин, я о холодном весь день мечтала! -налила все же два фужера Вивьен и буквально залпом осушила свой.

Если бы Соня встретила её в таком виде как сейчас, то никогда бы не подумала, что девушка может служить в правоохранительных органах. Освобождённые каштановые волосы вились и были чуть ниже плеч, в сочетании с обтягивающим ярко-розовым топом и вызывающе короткими белыми шортами, она выглядела очень сексуально. Словно фотомодель, с обложки мужского журнала.

– Ешь давай. -придвинула миску с салатом ближе к Соне гостеприимная.

– Спасибо большое. Так вкусно, а что это?

– В салате? Это ростки пшеницы! Очень полезно. -подмигнула Вивьен – Особенно нам, девчонкам.

Пшеница – ещё одно триггерное слово. То, чем славится её Родина…

– Ксюх, ты в порядке?

– Я просто очень люблю пшеницу! – улыбнулась Соня, но это совсем не было похоже на радость.

– Тоскуешь? Давно сюда приехала?

– Нет. И сто раз пожалела.

– Не нравится? Тут же здорово! Море, солнце, круглосуточные трусы.

– Я приехала чтобы работать. А в итоге и работу потеряла, и себя, видимо, тоже.

– Пей! Легче станет.

– Нет, спасибо, я пьянею моментально.

– Тогда ешь!

Телефон Вивьен провибрировал и девушка, изменив свой голос на более строгий, выдала:

– Это как понимать?! Почему ты не дома? -встала она из-за стола медленно отходя.

– Зайка, тут друг попросил помочь, ты освободилась уже?

– Да. Я дома и очень зла! Опять в клуб без меня…

– Нет! Правда, у друга проблемы.

– В 3 часа ночи?!

– Вив, ты нам тоже нужна.

– Кому «нам»?

– У Криса тут трэш полный!

– Пошел он на хер! Вот этому обалдую я точно помогать не буду! Опять нажрался и что-то почудилось. И да, кстати, можно у нас подружка останется с ночевой?

– Конечно!

– Ну все! Ты остаёшься! – услышал Иван фразу, сказанную не ему перед тем, как любимая бросила трубку.

Пока Вивьен говорила по телефону, обратила внимание на то, как деликатно Соня хотела избавиться от ветчины в своем сэндвиче, оставив только помидору, листья салата и сыр.

– Не ешь мясо? А вот твои лохматые друзья – да! Ещё как! Две недели назад перепугали компанию, решившую устроить пикник.

– Я за жизнь без убийства. Не ем тех, чье сердце бьется. Исключение – рыба. Ее почему-то не жалко.

– Понятно! – отхлебнула ещё холодного напитка Вив и прислушалась. Птицы в саду запели. – До рассвета ещё несколько часов, а пернатые уже голосят…

***

– Твоя поможет по-левому? – подошёл Крис к другу, вставшему на аварийке у парковой зоны и только что завершившему телефонный разговор.

– Ни по-левому, ни по-правому… -отшутился Ваня.

– Серьезно? Почему?! Мы же друзья! Я вот ей все простил!

– Да? Спасибо! А мы то переживали… – рассмеялся друг, в ответ на услышанную глупость.

Однажды, Вивьен задержала пьяного дебошира и несмотря на связи, которыми козырял золотой сыночек, закрыла хулигана на несколько суток в камере. Отец Криса, в тот вечер, тоже не на шутку разозлился и даже переписал завещание на один из каких-то своих благотворительных фондов. Тогда, в участок приехал спасать Кристофера именно Иван, и подкупив кого-то из руководства, забрал косячника. Там, спускаясь по лестнице и радуясь своему успеху, они и столкнулись с разъярённой Вивьен, которая буквально кинулась в драку. Так Крис потерял собутыльника, а Иван обрёл то, что давно искал.

Это была любовь с первого взгляда. Или с первого удара? Да, скорее всего с него. Скандал, который там учинила новенькая, наделал много шума, после которого, благодаря принципиальности Вив, с некоторых послетали погоны. Прошло почти полгода с тех пор.

– Что говорит?

– Она не одна. Говорит, раз я тут с тобой, она с подружкой посидит.

– С Машкой?

– Не знаю, не сказала. -пожал плечами Иван и сунул руки в карманы свободных, спортивных штанов.

– Ты не просил, что за подружка? Симпатичная?

– Ты женат, Крис!

– И? Фиктивно друг! Фиктивно!

***

Все произошло слишком быстро. И даже отличная физическая форма Вивьен, не помогла бы в этой ситуации.

Ворвавшиеся на территорию незнакомцы шли целенаправленно, к девушкам. А когда охранник, что дежурил на въезде, стоял с приставленным к голове оружием, Вивьен поняла, что её гостья явно не просто так прогуливалась в лесу. Осуществив неудачную попытку защитить своё жилище, Вив сама была схвачена:

– Без глупостей. Смирно сиди, нам не нужны случайные жертвы! – выдал ей один из громил.

– Это вторжение на частную территорию и нападение на сотрудника полиции! – только и пропищала она в ответ.

– Пожалуйста, не надо! Мы уходим. Не трогайте этих людей! – взмолилась Соня и от того, как звучал её голос, Вивьен поняла, что ей было чего бояться.

***

Интуиция? Седьмое чувство? Дар предвидения? Неизвестно, что именно тянуло Криса в дом друга, но по его просьбе, больше похожей на требование, они направились именно туда. По приезду стало ясно – происходит что-то критичное. Две служебные авто отца стояли перекрыв выезд, но самих головорезов в них не было. Когда Крис поспешил внутрь, он не сразу понял, что все самое интересное происходит вне дома. И только услышав знакомый голос начальника охраны -Александра, повернулся на звук громкой пощёчины.

Его сбежавшая жена упала на газон и опасаясь очередного удара, закрывала одной рукой голову.

– Павел Александрович просил меня передать кое-что. Ещё одна твоя выходка, и вся чета Петрусь будет умирать долго и в муках. Сто раз подумай, прежде чем открывать окошко, чтобы подышать…

– Я поняла. Я все поняла. Пожалуйста, не трогайте их… – захлебывалась в своей истерике Соня и как только главный кивнул, один из исполнителей подошёл к ней со спины. Сжав за волосы мужчина заставил ее подняться, а после моментально отпустил, но не по своей воле.

Соня не успела опомниться, как уже была в руках Вивьен, строго крикнувшей ей:

– Не смотри туда!

Не послушалась, посмотрела. Один страшный сон сменял другой, в котором младший Динц учинил открытый перелом руки тому, кто только что ее удерживал.

Злее Криса был только Иван. Его жилище осквернили, охрана продемонстрировала свою неспособность, а любимая чуть было не пострадала.

Два разъярённых, совершенно диких зверя. Нападавшие были вооружены, но не настолько глупы, чтобы применять оружие. Поэтому пришлось обороняться, но без увечий, уйти не удалось.

***

– Прости. Я не хотела чтобы из-за меня кто-то пострадал! – плакала Соня в объятьях новой подруги, что увела её в гостиную.

"Чпок"пробки, выходящей из узкого горла бутылки, раздался позади и Вивьен недовольно посмотрела куда-то, за спину Сони.

– Что?! Стресс! – возмутился Иван и продолжил наливать коньяк в два стакана.

– Скажи мне кто твой друг и я скажу кто ты! -порицательно кивала Вив.

– Да тупая алкашня! Куда же нам до вас, высокоинтеллектуальных рядовых! – входил со стороны кухни Крис, держа полотенце, в которое старательно завернул кубики льда.

– Сам ты рядовой! Я вообще в офицерском составе! – смеялась Вивьен и сразу было понятно, что перепалки между друзьями – что-то совсем привычное.

Крис подошёл к Соне и потянув её за руку, заставил встать с дивана, а затем, устроившись в кресле, усадил к себе на колени.

– Пипец ты проблемная! – сказал он шепотом, прикладывая лёд и смотря на то, как длинные ресницы, опущенные вниз, дрожат.

– Крис, держи… – протянул стакан друг.

– Нет.

– Серьезно? -удивился Иван.

– Серьезно! Мы пацанов поломали, батя полюбас с ревизией приедет какой я был.

– Это… Ты хочешь сказать, что твою жену ударили по поручению… -не мог даже выговорить очевидное Иван.

– Жену! – рассмеялась болезненно и неестественно Соня, от чего Крис только переместил её в лежачее положение, покачивая словно ребёнка.

– Динц, а что происходит? – сел Ваня на диван рядом с Вивьен – Сначала свадьба, на которой никто из наших не был, потом в окно шагнула… Да да! Не смотри на меня так, Вив! Ты думала, подружку тут нашла? Нет, психбольную домой привела.

– Спроси откуда! -недовольно сложила руки на груди Вивьен.

– Дай я угадаю! -влез Крис- Помойка? Нет! Свалка? Вань, помогай, где ещё мышиные семейства обитают?

– Мышиные? Бери выше! Волчару надыбыла и сидит за ухом чешет! – на эмоциях почти кричала Фамт.

– Сонь, ну ты и отважная… -смеясь, отпивал из своего стакана Иван.

– Сонь? – недовольно выдала Вивьен и тот не понял, в чем провинился:

– Что? Что такое…

– Прости, я… Я испугалась. – пыталась оправдать свою ложь Соня – После того, как журналисты буквально напали в салоне красоты, подумала, что Софья Петрусь, может быть … -не успев договорить Соня получила громкий шлепок по бедру, от Криса, который возмущенно смотрел в её напуганное лицо:

– Динц! Ещё раз услышу, выпорю!

– Вы нашли друг друга. Идеальная пара! – откинулся Ваня на спинку дивана, заливаясь смехом – Отморозок и чокнутая! Главное детей не рожайте, а то там вообще будет адская смесь!

– А вот этого мы не обещаем! -гладил жену Крис по волосам, но то, как она смотрела, говорило о нежелании таких действий. – Вив, у тебя же есть браслеты? Одолжишь? А то боюсь, пока до дома доберёмся, опять или убежит, или выпрыгнет …

– Сейчас принесу. – направилась Вивьен вверх по лестнице, ворча себе под нос- Только обрадовалась, что выдался спокойный день!

Соня сидела смирно на руках чудовища, который исполняя свою роль, был словно чеширский кот. Что будет дальше? Там, за закрытыми дверями. Как она может быть уверена в том, что он не накачает ее препаратами, а проснувшись, она не будет использована группой незнакомых лиц или перешита.

Вернувшись через несколько минут, Вив протянула меховые наручники и Крис несдержанно рассмеялся своим глубоким, низким смехом.

– А ты думал, что я тебе рабочий вариант дам? Ты ей все руки порежешь.

– Вив, а это удержит? – ржал Динц, смотря на невозмутимое лицо Вани.

– Твоего друга же удерживает! -улыбнулась Вив, в ответ на блеск глаз, которым её одарил сожитель – А Ванька, между прочим, килограмм на 50 больше нее будет. И вообще, не могу не спросить, если все так серьёзно, почему она не в клинике?

– Почему я не в клинике, Крис? Вы же даже общаетесь между собой так, словно я – пустое место… -болезненно прозвучал голос Софьи и той, что привела её сюда, стало очень стыдно.

– А ты и есть пустое место, солнышко. Вот для меня, уж точно! Поехали.

***

Ненавистные стены. Снова дом, в котором она не чувствовала себя в безопасности. Крис упивался своей властью. И почему раньше не пристегнул ее к себе?

Восхитительно. Только сейчас, он разрешил себе принять этот факт – ее страх – то, что ему нравится. И не просто нравится, а разжигает в нем желание.

Проходя через гостиную, Соня споткнулась и потеряла шлепок.

– Ты видела во что была одета Вив? И не стесняется. Хотя она, как бы правильнее сказать… Поплотнее!

Промолчала. А что должна была ответить? Какая разница, кто какой комплекции?

Одеждой Софья скрывала то, чем не хотела делиться. Те части, которые не считала нужным открывать вне пляжной зоны. Нет, она не ханжа, просто уважает своё тело… Или уважала до встречи с Крисом. Сейчас, что ей уважать?

– Есть хочешь? -сухо спросил муж.

– Нет.

– Пошли на кухню! – приобнял он за талию и тем самым, завёл пристёгнутую левую руку за спину. – Неудобно, да? Мне вот тоже неудобно. Перед друзьями, например. Позоришь меня…

Молчала. Глаза эти злобы полные, щека покрасневшая приобретает фиолетовый цвет.

Кухня, лёд в полотенце. Попыталась отстраниться. Не удалось.

– Посмотри на меня! Мне не нравится это.

– Что «это»? -отвернулась Соня, прикрыв глаза от ломоты, которая служила следствием обжигающего холода на пострадавшем лице.

– На меня смотри! – звучал он строго, но тихо, от чего становилось все страшнее. – Мягче должен быть взгляд, ласковей… – но на эту инструкцию, Крис получил только надменность и отвращение в ответ. -Ты перенервничала!

– Нет. Все хорошо.

– Когда хорошо, люди не прыгают по окнам и не сбегают из дома!

Рассмеялась. Холодно, наигранно, с вкраплениями ненависти…

– Я не знаю как ты, а я устал. Уже рассвет! Ты точно не хочешь есть?

– Отпусти меня, я все поняла и больше не убегу.

– Домашних питомцев выгуливают только на поводке. Купим ошейник? Я тебе даже кулончик с адресом выбью. Розовый хочешь? Няшный…

Только сейчас Крис заметил, как меняют цвет её глаза. Очередная реплика была принята в штыки, но это не было злостью, так выглядела боль. Из холодных серых они моментально перешли в яркие небесно- голубые.

– Опять рыдать будем? Это шутка! Нельзя все воспринимать так буквально… Я что отбитый совсем?

Не ответила. Только подняла свою пристёгнутую руку, сжатую в кулак и поджала губы так, словно поток ругательств был ей заготовлен, но она старательно его сдерживала.

– Как ты заколебала! – дёрнулся Крис в сторону и схватил банку с транквилизатором. Достав две капсулы, он налил стакан воды и поставил его на столешницу. – Пей!

– Они перестали действовать, наверное, уже привыкла… – проглотила Соня препарат и сделала еще несколько глотков воды.

– Да? – улыбнулся Кристофер, смотря на то, как лёд, положенный им на столешницу кухонного гарнитура, стал таять. А потом потянул за браслет, и достав из кармана ключ, освободил их обоих. – Вот и ко мне, ты тоже привыкнешь. А вообще, это удивительно! Наивная такая… Чувствуешь?

Постепенно все вокруг заволакивала серая пелена и Соня качнулась, но тут же была прижата супругом.

– Я свеженьких досыпал, радость моя. Целых! Схитрить хотела?

– Спастись хотела.

– Соглашаться надо было, когда предлагали полюбовно разойтись.

Глава 9

Позднее утро, пустая кровать. О вчерашнем, наипаршивейшем дне, напоминала только желтовато-фиолетовая щека.

Его нет. Значит, пока можно дышать.

Скинув одежду, которую ей одолжила Вивьен и отправив её в корзину с грязным бельём, Соня приняла душ. А после, накинув белый махровый халат, спустилась вниз. Зелёный чай с жасмином, кусок сыра себе и маленькому проныре, что уже ждал около холодильника вместе со своим наглым, орущим, лохматым другом.

– Зачем Бог создаёт людей такими? Мы мерзкие, жестокие, эгоистичные… Зачем? Ты вот знаешь? – спросила Соня у пушистого мурлыки. – Ну что смотришь? Тебе хватит! Итак лишнего набрал. Кто же тебя так откормил, а? Давай-ка откажемся от сухого корма. Я попрошу купить нам консервы. Мне тунца, а тебе… А тебе тоже можно тунца, только для кошек!

– Софья Михайловна, Павел Александрович приехал. Ожидает Вас в гостиной. – сказал один из охранников, подошедший к входу в кухню совсем бесшумно.

– А может он мне уже и не нужен, этот тунец. Пойдем, посмотрим? – обошла кота Соня и спокойно прошла в гостиную.

Павел восседал в кресле и при появлении снохи, даже и не подумал встать для приветствия. Напряжённая мимика,  серый костюм, делавший его лицо немного землистого цвета, пальцы… Они нервно барабанили по мягкому подлокотнику, предупреждая о том, что мужчина в дурном расположении духа.

–Доброе утро, Павел Александрович! – прошла Софья и надела дежурную, игривую улыбку.

– Вчера, мне пришлось переносить сделку и внепланово возвращаться из Германии. Ты должна была стать решением моей проблемы. А стала новой! Знаешь, какую работу пришлось провести моим ребятам, чтобы у журналистов отпало желание публиковать твои сраные припадки?

–О чем Вы? Поставлена задача, я работаю. – присев на диван, Соня говорила спокойно и её плавные жесты, словно колыбельная матери для ребенка, успокаивали загневанного мужчину. – Вчера Кристофер был трезв. Не могу поручиться за утро, только за ночь. Которая, на мой взгляд, прошла идеально.

– Хочешь сказать, что все, что было в офисе, а потом и… Всё это – твоя манипуляция?

– Папа, нет никаких манипуляции. Это неэкологично и негуманно. Вы хотели, чтобы сын изменился? Что важнее, его метаморфоза или ваша репутация?

– Я отдам все, если ты сделаешь из него человека.

– Он уже человек. Не позволил же глупой женщине шагнуть в окно.

– Тогда, наверное, я должен извиниться…

– Но Вы же не будете этого делать? Да и зачем? Мы оба хорошо поработали вчера. А этот синяк – пустяк. Главное для нас – это достижение цели. Так?

–Так.

–Мне очень жаль ваших сотрудников, которые вчера пострадали. Я видела, как одному из них, Крис сломал руку. – обхватила ладонью свою шею девушка, чувствуя эту тошноту, что подкатила из-за тех кровавых воспоминаний.

– Надо было и второму сломать.– опустил глаза Павел и тон его голоса звучал гораздо теплее – Они неправильно поняли меня и мою просьбу – поговорить о твоём поведении. А ты умна Софья. Умна и коварна.

– Вы даже не представляете насколько, папа. В будущем, из Вашего сына получится прекрасный семьянин…

– Хуй там плавал! Вы бля, заговорщики! Хоть бы не палились так открыто! – прошел Крис и плюхнулся напротив Сони.

– Сонечка обещала, что будет вести себя хорошо. -обратился Павел к отпрыску, что играл скулами стиснув зубы – Мы обсуждали тот инцидент в офисе Ивана.

– Господа, а нужно ли нам ещё что-то обсудить? -чуть улыбнулась Софья и плавно поднималась с дивана.

Осанка и взгляд императрицы, босые ноги, что теперь не возмущали, а восхищали своей красотой тираничного супруга. Множественные царапины и ссадины, оставшиеся после вчерашней прогулки, приковали его взгляд. Крис понял, что завис, когда она продолжила:

– Могу идти? У меня дела.

– Дела? И какие? – улыбнулся своей холодной, жестокой улыбкой Кристофер.

– На педикюр записалась! И очень прошу вас, более не блокировать мои карты. Если и правда, не хотите слухов о том, что член семьи Динц даже элементарную  процедуру оплатить не может. Я рада нашей встрече папа,  простите, уже опаздываю.

Павел поднялся с кресла вслед за снохой и протянул ей руку.

По-царски, грациозно она вложила свою ладонь и в знак сожаления о вчерашнем, Павел приложился губами.

«Ночь, которая прошла идеально…» – та фраза, что закусила и выкручивала Криса. В слезах, пристёгнутая, прижатая, спящая. И все игрули?

Сейчас он не мог понять, что именно чувствует. Это ненависть к ней или в общем, ко всем особям женского пола.

– Суки! Деньги, деньги, деньги… И всегда будет мало! Нет ничего настоящего!

Софья поднималась наверх, в спальню, и думала о том, как сыграть в эти пятнашки, чтобы самой не провалиться в открытый люк.

Кто опаснее сын или отец? Ночью ей чётко дали понять, что от её действий зависит не только её жизнь, но и жизнь тех, кого она любит. Чего теперь ожидать от Криса? Поймёт ли он, что то, что сейчас было сказано Павлу, лишь попытка лавировать конфликт.

Педикюр. Никуда она не записана! Что делать? Зачем сказала? Отмазаться? Голова болит? Давление низкое? Передумала? Скрам! Запуск скрам команды у Вани! Она подвела его…

– А если…

Быстро переодевшись в брюки и топ, выскочившая из спальни в кроссовках, заплетала волосы на ходу, уже спускаясь по лестнице.

– Я… -остановилась она заметив мужа, так и сидевшего в кресле, и смотревшего на неё совершенно ненавистно. – Мне…

– На педикюр!

– Да! Я быстро.

– Ты подумай, может и не стоит возвращаться?

– Сам вчера искал! – прошла мимо, прямо ко входу Соня, но почувствовав его приближение со спины, резко изменила траекторию, увернувшись от  попытки схватить. – Я объясню!

– Боишься? Мало тебе уебали вчера? Надо было по второй ещё, чтобы на место мозги встали! Следили за мной, да? Чётко знали, когда шлёпнуть надо, чтобы увидел. Только пацаны зря пострадали!

Соня медленно отходила и когда ей удалось зайти за кресло так, чтобы между ними был хоть какой-то барьер, нервно сглотнула.

– Бойся, тварь. Больше никаких таблеток. Воспитать меня решила? Чем? Думаешь жалость проснулась? – свирепо бросал муж свои вопросы, больше похожие на обвинения -Ещё я блядей не жалел! Таких как ты истреблять надо!

– Себе это расскажи… – еле слышно буркнула Соня и Крис прищурился. Не расслышал? Или его настолько шокировало то, что она вбросила?

Забыв свой мобильный в кресле, муж направился в сторону кухни. Отдалённо звучал грохот чего-то стеклянного о пол и Соня поспешила покинуть дом, пока её голову не разбили также беспощадно.

Глава 10

– Что хочешь на завтрак? – ласково спрашивала та, с которой Кристофер пропал на три дня.

Встав с кровати, застеленной тёмно-серым сатином, Леа набросила чёрный шелковый халат и направилась на кухню.

Обстановка её съёмной квартиры была достаточно стильной, однако, все то, что Кристофер видел вокруг, не имело теплоты.

Вспомнился флакон духов в его спальне, который одиноко стоял у зеркала. Парфюм Сони. Крохотный, стеклянный пузырёк с золотистой крышечкой и бледно-розовым содержимым. Он сразу бросался в глаза и в мрачности его жилища, был каким-то… Лишним. Таким же лишним, как и сама временно живущая в его обители.

Хотел бы он остаться здесь? С той, что так старательно пыталась показать своё совершенство. Нет. Это было однозначным «НЕТ»!

Леа. Слишком просто и слишком ровно. Даже дорогой, вкусный кофе, станет негодным к употреблению, если в чашке восемь ложек сахара.

В этой брюнетке было девять. Настолько приторно, что рот Кристофера слипся и не желал воспроизводить звуки. Выйти в свет за другой? Пора бы, но не сегодня.

– Крис? Ау! Что ты хочешь на завтрак?

– Сырники.

– Это не ко мне. Терпеть не могу творог. Как и все кислое.

Кислое? Как то, что он ел тогда, можно назвать кислым? Нежное, сладкое, ароматное, с аппетитной румяной корочкой…

– Ты изменился. Задумчивый такой, грустный. – встала в дверном проёме девушка, прислонясь к косяку.

– А ты работаешь где-нибудь? -задал неудобный для нее вопрос Крис.

Немного растерявшись, Леа заправила за ухо прядь своих волос и после непродолжительной паузы спросила:

– А должна?

– Нет. Просто мне тут человек нужен в штат.

– График работы?

– Обычный. Не обязательно ночной. У тебя какое образование?

– У меня?

– Я же у тебя сейчас спрашиваю?

– Ты отошёл от темы. Мы будем завтракать?– увиливала Леа и ее нежелание отвечать было уж слишком очевидным.

– Нет, я поеду.

– Куда?

– Что?! – удивлённо рассмеялся Кристофер и сунул в карман джинс брелок от авто.

– Прости. Каждый раз, когда ты уходишь, мне страшно. – звучала с прежней театральной драматичностью та, что из кожи вон лезла, чтобы заполучить назад внимание своего идеала.

– Страшно?

– Боюсь, что ты не придёшь больше. Женщины коварны. К каким только уловкам не прибегнут, лишь бы только удержать около себя мужчину.

– Например? – прошёл Крис вслед за девушкой в кухню и сел за стол.

Почти сразу перед ним появился крепкий чёрный чай с тонкой долькой лимона, бутерброды и мюсли, что были залиты холодным обезжиренным молоком. Гадость – подумал Крис, но вида не подал.

– Зайка, ты не ответила.

– А что ответить? Зайди в интернет, почитай. Твоя жена тоже из России?

– Нет. Из Беларуси.

– Ой, да какая разница? Ты знаешь, сейчас там очень популярен кинетический интеллект…

Здравствуй, очередная чушь, что заполонила информационное пространство и внушает бабам, что они на что-то могут повлиять.

– Не слышал о таком?

– Кинетика? Что-то связанное с прикосновениями?

– Не совсем, точнее не только это. С помощью развитого кинетического интеллекта, мы можем манипулировать людьми и они этого не заметят.

– Мы? – рассмеялся Крис её глупости. Неужели эта дешёвая прошмантовка решила, что сможет манипулировать им? Или уже и он не заметил?

– Ну… Как бы… -немного замялась Леа, понимая, что нужно снова выкручиваться. – Если мы задумаем кого-то поймать в свои сети.

– И как твой улов?

– Мой? Замечательно! -развязала она халат, демонстрируя то, во что так много вкладывала.

Красивая – глупо было бы это отрицать. Только все, что было в ней, представлялось каким-то искусственным.

– Так, и что дальше? Допустим, поймала. – сдерживал Кристофер очередную порцию своего смеха.

– Дальше – только счастье. Ты здесь, а большего мне и не надо.

Подойдя к Кристоферу, она села на край стола и чуть подалась вперёд для поцелуя. Он улыбнулся, поиграл, потеревшись кончиком своего носа о ее, и с невыносимым скрипом ножек стула о пол, отъехал, чтобы встать:

– Ты прикольная, но мне на работу пора!

– А завтрак?

– Уже почти обед.

Звонок с незнакомого номера прервал их разговор и подняв трубку, Крис не сразу понял, что звонит ОНА. Минуя неловкое молчание, Соня спросила что-то совсем невнятно.

– Что? Повторите… Вас плохо слышно!

– Дай сюда! – услышал голос друга Крис и немного растерялся от тех задорных нот, что звонко звучали – Крысеныш, привет! Совсем зашугал девчонку?! Короче, ничего не знаю, сегодня мы с ребятами отмечаем наш успех. Сонька тут сказала, что ты её не отпустишь, но это же не так?

– Сонька? Она там рядом?

– Так я же говорю сейчас с тобой с её телефона? Ты бухой?

– Нет, не выспался. И давно вы там за моей спиной мутите? – выходил из квартиры Кристофер, забыв даже махнуть рукой на прощание Лее.

Тягучий внутренний расплав причинял боль. Внезапно появившийся страх рождал ревность. Нет, это не страх её потерять… Тогда чего?

– Не мутим, а работаем! -возмущенно поправил друга Ваня – Она согласилась быть моим…

– Ты вообще охренел? Ты меня спросил?

– Короче, ровно в семь, вчеринка на пляже, в нашем любимом месте. Ты тоже приходи! Ну все, я тебя отпросил, а ты переживала… – услышал Кристофер перед тем, как друг положил трубку.

***

Три дня относительного спокойствия. Она с головой ушла туда, где процессы, бизнес, заказчики. И вот, благодаря ей, Ваня получил возможность принять участие в разработке программного обеспечения, для одного крупного объекта стратегического значения. Все внутри ликовало, но реалия ударила с высоты многоэтажки – ей никогда не быть в этой крутой команде. И желание Вани принять её на работу – не играет никакой роли. Три дня она помогала ему и осуществив запуск 2-х скрам-команд, буквально влюбила в себя, как в профессионала.

Когда Ваня сказал, что хотел бы взять её на должность скрам-мастера, Софья чуть было не расплакалась от досады. Кто ей позволит? Павел? Кристофер? Для их она игрушка… Но промолчать, не попробовать договориться со свёкром, означало окончательно пасть в уныние. Садясь в авто, что все шесть часов ожидало её около офиса, Соня обернулась и с грустью посмотрела на автоматические стеклянные двери. Так, словно вход туда навсегда был закрыт для нее. Нельзя сказать, что внутри ей было исключительно комфортно. То тут, то там проскальзывали косые взгляды, слишком свежа в памяти очевидцев, ещё была та ситуация с открытым окном.

Водитель тронулся с места и только кивнул в ответ, когда хозяйка попросила заехать по пути в торговый центр. Звонок от свёкра высветившийся на экране мобильного, больно уколол в сердце. Ладони моментально вспотели и приняв вызов, Софья издала еле слышное -алло.

– Здравствуй, дочка.

– Добрый день, папа.

– Вечер уже. Ты получила мой подарок?

– Да, благодарю Вас.

Ещё рано утром, один из людей Павла внёс большую прямоугольную коробку, украшенную золотистыми бантом, но что именно в ней, Соня так и не успела узнать. Слишком торопилась на работу, на которой даже не была трудоустроена.

– Через три часа я хочу видеть тебя на приеме. Скажи Кристоферу, что своих там не будет, он поймёт.

– Простите, а если он и сегодня не приедет домой?

Павел тяжело вздохнул и длительная пауза нервировала ещё больше.

– Я сам заеду за тобой в девять.

***

Светское мероприятие, на которое Софья явилась под руку со своим свёкром, было похоже на бал. Правда, без вальсирования. Самые успешные бизнесмены Европы демонстрировали свои возможности друг перед другом. И Павел – не исключение. Он представил Софью, как сноху и как будущую владелицу своего благотворительного фонда. От чего у журналистов, которых впустили в ресторан на ограниченное время и в ограниченном количестве, к новому лицу было ещё больше вопросов.

Звезда. Она сияла так ярко, что затмила всё и всех. Фамилия Динц и так часто фигурировала в скандальных публикациях, а тут ещё и… Платье. Неприлично дорогое и неприличное на вид. Невесомая на ощупь ткань имела нежный, бледно-сиреневый цвет, который делал глаза Софьи ещё выразительнее. Это было первым платьем в её жизни, надевать которое было возможно только через ноги. Задумка обнажить левую часть тела на четверть, предусматривала сокрытие интимного пространства потайным лоскутом ткани, о котором окружающим сложно было догадаться. Разрез доходящий до талии – не самое шокирующее в этом замысловатом изделии. Левую грудь закрывала накладка, которая словно Австралия, была отрезана от других материков и крепилась на кожу, с помощью вшитой силиконовой ленты.

Не проще ли было просто выйти голой?

Одна из дам, что была незначительно старше Софьи и одета в тёмное блестящее платье, бестактно задала вопрос, который наверняка мучил всех присутствующих:

– Софья, а как это потрясающее произведение искусства, держится на вашем теле?

Павел улыбнулся и молча протянул Соне фужер с вином. К его удивлению, сноха не растерялась и продемонстрировала свою способность постоять за себя:

– Силой молитвы тех женщин, чьи мужья без стеснения ожидают падения обособленной части, с моей груди.

– Павел, она точно Динц. Красива и остра! А где же Кристофер? – спросил Адам, один из известных политиков и муж той самой, неприятной дамы -Розетт.

– Софья? Я думаю, тебе лучше знать, где твой супруг. Он почтит нас своим визитом сегодня? -спросил Павел и был уверен, что и из этого неудобного для них вопроса сноха найдёт, как выкрутиться.

– Работает. – дежурно улыбнулась Соня и пригубив белое сухое, добавила – У него очень много дел.

– В тёплой постели с любовницей или двумя? – язвительно протараторила Розетт и то, насколько эмоционально это прозвучало, наводило на определённые мысли.

– Любовница – от слова любовь! А любит этот мужчина только меня. – рекошетила Соня, сохранив маску невозмутимости.

Эта небольшая, совсем несветская женская перепалка, безусловно, веселила и Павла, и других мужчин его окружения, что молча, с интересом наблюдали в стороне.

– Дорогая, можно ли быть такой самоуверенной с таким-то мужчиной?

Улыбалась Розетт, глядя куда-то, за обнажённое плечо Софьи.

Белое поло, голубые джинсы, светлые, кожаные мокасины. Дресс-код был обязателен к исполнению для всех, но Кристофер Динц- не все.

– Добрый вечер! – поприветствовал рукопожатием Крис тех, с кем стоял отец и потянулся к Розетт, одарив её формальным сухим поцелуем.

– А вот и он! Мы только что говорили о тебе, Кристофер.– сказал Адам и перевёл свой взгляд от парня к своей спутнице.

– Да? А я-то думал, вы тут мою жену мусолите! – пытался скрыть своё раздражение Крис, но выходило пока слабо. Войдя в зал, он сразу увидел ее. К сожалению, не только ее. Еще десятки похотливых взглядов, что украдкой косились со стороны. Белокурые пряди были завиты и убраны в высокий пучок, босоножки на тонкой высокой шпильке переливались и служили прекрасным дополнением того, что платьем назвать было нельзя.

– Ты без костюма, что это, очередной протест? – скалилась Розетт.

– Совсем нет. Костюм -форма одежды, в которой я могу находиться только в двух случаях: моя собственная свадьба или мои похороны. На первом мероприятии вы были, а в ящик сегодня – я не планировал. Да и тебе, папа, рановато!– подошёл Крис к Павлу и расстегнув его фрак, снял. – Так удобнее, не правда ли?

– Злишься, сынок?

– Нет, что ты?! Пусть злится тот, чья "благоверная"сначала скакала в постели одного холостого мужчины, а потом перепутала седло, присев еще и на сына. -спокойно говорил Кристофер, накрывая плечи супруги фраком отца.

Соня повернулась на мужа и в немом выражении читался стыд от всего того, что она сейчас слышит.

– Прошу нас простить, очень торопимся! -не отрывал Крис своего тяжёлого взгляда от той, что умело спрятала за вечерним макияжем следы семейных разногласий.

– Куда? – спросила Соня, и не дождавшись его ответа, рывком закинула в себя содержимое своего фужера.

– Как куда? Лампочку вкручивать! В гардеробной перегорела, а в темноте совсем не понятно, что есть белье, а что платье!

– Мне тоже пора, рад был нашей встрече… – отходил Адам от неверной супруги, что была на 22 года младше него. И покрываясь багровыми пятнами, Розетт опустила глаза в пол.

Павел смотрел, как через весь зал, Кристофер тянет за руку свою жену в сторону выхода. На ходу Соня схватила ещё один фужер и осушила его, пока присутствующие любовались кокетливыми локонами, выбившимися из пучка и весело прыгающими по ее, теперь уже закрытой спине.

– Думаешь твой сын способен построить хоть что-то? -обиженно шипела Розетт – Нет, Павел. Он может только разрушать!

– Для того, чтобы кто-то подружился, нужно всего лишь чтобы им было против кого дружить.

– И долго ты будешь терпеть этот позор?

– О чем ты говоришь? Я счастлив, дорогая… И кстати, Кристофер не тебя имел ввиду, а Жерэн. Она у Стефана увлекается конным спортом. Так что твоя реакция, сама выдала Адаму наш маленький секрет…

– Вы отвратительны!

– Это правда. Мы все отвратительны. Оглянись, Розетт, посмотри вокруг… Единственное, что можно было назвать прекрасным, только что покинуло нашу тёплую компанию.

***

Вино. Нет, внешне она не была пьяна. Лишь речь, которая звучала немного смазано, была индикатором того, что сейчас Соня под властью алкоголя.

– Твое платье… Блин, слов нет. Как додумалась? -кинул на столик в гостиной свой мобильный Крис, тогда услышал этот не совсем внятный ответ:

– Не мной это было создано. Удивительно…

Села на диван Софья, повернув голову на мужа, присевшего рядом. Темный, бронзовый загар, лёгкая щетина, белоснежная идеальная улыбка… Руки! Даже форма ногтей этого мужчины была слишком правильной.

– Что удивительного? Ты так смотришь… – дотронулся он до волос, что так и манили его мягкостью этих волн.

– Удивительно то, какой мерзкой может быть человеческая красота. В университете, мы с ребятами много разъезжали волонтёрами. Хосписы, дома престарелых и просто раздача еды бездомным. Смрадные запахи, язвы, которыми повсеместно были покрыты люди и животные…

– Это ты к чему сейчас?

– Я видела многое… Но никогда в жизни, я не встречала чего-то омерзительней тебя. Чванство, высокомерие, грязное повсеместное сквернословие…

Его сила, его запах, его прикосновения. Глаза… Убийственная, отвратительная, красота сидящая совсем близко. Что она делает? Соня прекрасно понимала, что закапывает саму себя, но не могла остановиться. Именно сейчас, так сложно было держать язык за зубами.

– Я учту. – улыбнулся Крис этой пьяной и внезапной смелости.

– А толку? Внутри идеальной оболочки одна сплошная гниль. Если что-то уже испорчено, можно ли…

– Балаболка! Ты даже представить себе не можешь, сколько сучек прошли через этот конвейер… А сколько – только мечтают!

– И от этого еще больше воротит! Просто рассадник венерических прелестей…

Она не успела договорить, когда Крис схватил и впился в губы. Кончик языка коснулся ее зубов, и отступив, предвкушая эту нехитрую попытку укусить, он снова растянулся в улыбке. Жестокой, холодной, наигранной.

– Чистая значит… Может ли быть чистым то, что продажно? Удивительно слышать от проститутки, явившейся на приём без трусов, о грязи! Ты хотела меня разозлить? У тебя это получилось. И поверь, в долгу я не останусь. Нравится боль? Я дам много, обещаю!

Ее пьяная злость, брезгливость и платье. То самое, о котором завтра будут пестрить заголовки всех скандальных обозревателей светской жизни.

Сопротивление было бесполезно. Соня понимала это и просто отвернулась, прикрыв глаза, пока Крис чуть касался губами шеи и потянув за накладной элемент платья оголил грудь, захватив своей большой, горячей ладонью.

– Дрожишь, мышка? Давай, помоги себе… Закрой глаза, представь своего милого Женечку! А я тебе подыграю…

Его женщина, ее кожа несущая этот сладко-свежий аромат цветов персика. Она оскорбила его, но почему-то становилась еще более нужной.

– Тупой выродок! – упёрлась локтем в грудь Криса Соня, но он только рассмеялся над попыткой противостоять.

– Что-то ещё?

– Ненавижу!

– Имеешь право. Что ещё скажешь?

– Ты отвратителен!

– Повторяешься. Ещё вина?

– Как ты ещё о таблетках не вспомнил! Давай, накачай!

– Не сегодня. Я не дам тебе спать. Хочу чтобы ты чувствовала, хочу чтобы ты запомнила…

Это было больно по-настоящему. Он был одет и изводил теми ласками, которые и стали его оружием мести. В ожидании физической боли, поглощённая своим страхом, она и не задумывалась над тем, что именно это и имел ввиду муж.

Крис знал, как ему добиться своей цели и был терпелив. Безответные поцелуи, медленные, мучительно-плавные касания и осторожность, с которой лёгкая сиреневая материя была снята с её тела.

Сколько времени прошло? Когда ему надоест? Когда этот ублюдок сделает то, к чему ведёт и отпустит… Вошёл. Играет руками. Влажно и это также отвратительно. Его тяжёлое возбуждённое дыхание над ухом, только питало те импульсы, которые яркими вспышками обжигали её душу. Нельзя. Не может тело, подвергнутое насилию чувствовать это. Неправильно. Необьяснимо. Подло по отношению к себе…

– Не надо… – проскулила Соня, когда губами Крис прошёлся по запретной зоне, расположившись между её ног. – Отпусти меня! Пожалуйста… – впилась она ногтями в мощные плечи и практически закричала, когда он аккуратно сжал зубами чувствительный узелок. Муж и сам непроизвольно зарычал, увидев как экстаз полностью поглотил её. Он добился чего хотел, но теперь как зверь, смотрящий голодными глазами еле держался.

Она предала свое тело, а теперь оно предало её, отвечая на каждое его прикосновение, на каждый поцелуй. Кончики пальцев ног горели, а живот сводило от спазмов до тех пор, по его хватка не была ослаблена. Прожив это пик, Соня отдышалась и расплакалась.

– Иди сюда, правильная моя. Негодяй да? Да. – прижимал её к себе все крепче Крис и то, насколько сильно сам был возбуждён, не оставляло и шанса избежать прямого, полноценного контакта. – А что же в этот раз ты не кричишь -"Женя!"… А вот так он тоже умеет?

Соня с ужасом посмотрела в эти хищные глаза. Зрачки стали совсем широкими, а лукавая улыбка обещала исполнить все данные им обещания.

– Отдохнула? Ещё разок? Для закрепления! Удивляешь меня, как быстро из фригидного полена можно…

Удар. Это был первый её удар и очень опрометчивый шаг. Ладонь, словно плеть, обожгла щеку и зверь подмял под себя ту, что горела этой лютой ненавистью.

– Давай поиграем? – снова вошёл он в её влажное, тугое лоно средним пальцем – Нравится?

– Нет!

– А вот так? – добавил он безымянный и сжал, надавив ладонью на область промежности и почувствовав то, как внутри, запульсировали мышцы от этих сильных сокращений. – Отлично. Вот и подход найден. – ответил он тихо на ее крик, от которого буквально ехала крыша – Как ты, мышка? Вот ведь извращуга какой! Как ты сказала? Мерзкий? Мерзкий, но охуенно приятный, да? -медленно отпускал он свою жертву.

– Нет!

– Даже ножка задрожала! Малышка…

– Свело… -процедила сквозь зубы Соня и его рука скользнула от бедра вниз, к стопе, где вокруг щиколотки босоножки застёгивались на два тонких ремня. Освободив ногу он помассировал её и подняв голову, вполне искренне спросил – Так получше?

Не ответила. Только потянулась рукой туда, где лежало платье и прикрылась материей сверху.

– Знаешь что? Мне, если честно, не очень нравится, то, как другие смотрят на мою супругу. Я хочу попросить тебя, придерживаться более консервативного стиля, когда выходишь в свет. Хотя, наверное, мы поступим иначе. Ты сначала получаешь моё одобрение, а потом уже переступаешь порог.

– Павел Александрович передал это в коробке утром…

– Так… Я поговорю с ним! Пойдем наверх, смоем с тебя эти липкие, похотливые взгляды немолодых и неприлично богатых.

Софья попыталась встать с дивана, но Крис, так и стоящий перед ней на коленях, схватил за правую ногу, которая все ещё была в оковах элегантной обуви. Удержав, он расстегнул обе пряжки.

Обнаженная, босая, слабая. Где он, тот ненавидящий и брезгливый взгляд.

– Опять херню подумала, да?– улыбнулся муж и выглядел очень даже дружелюбно. Словно в этой мерзкой оболочке сейчас другой человек. Простой, добрый… Нет, исключено, игра! Вода! Следующая будет вода. Ванна…

Подумав о том, что снова лишит её возможности дышать, Соня еле произнесла:

– Не надо. Прости меня.

– Давай так. Ты иди наверх, спокойно прими душ, а я поднимусь через часик. Хорошо? Справишься? Без меня спокойнее будет?

Поймал. Такой он видел Соню только однажды, когда подговорил друзей. Оказалось, что может справиться и один.

– Красавица моя, а знаешь, о чем я сейчас подумал?

– Не надо!

– Ну ты что, опять сломалась? Не надо, не надо! Веди себя нормально, давай! – подвинул он её ближе к себе, прижав так, чтобы Соня почувствовала, как тесно в этот момент сейчас там, в внутри его джинс. Крис убрал прядь и шептал, от чего волна ужаса вместе с его горячим дыханием плавила остатки ее разума.

– В твоих интересах быть послушной. Знаешь, что делают с хорошими девочками? – замер Крис, наслаждаясь тем, насколько слабой сейчас была та, что с отвращением смотрела на него. Глаза прикрыты, кончики ресниц дрожат, а губы поджимаются так, чтобы удержаться и снова не проскулить.

– Хороших девочек, раз в месяц… Возят в Минск.

– Павел Александрович не позволит!

– Что не позволит? Поехать сыну и побухать с тестем?

– Папа убьёт тебя если узнает! Он порежет тебя на кусочки и… – снова стала агрессивной Соня и Крис взбесился навалившись. Прижав своим тяжёлым телом, он совсем лишил её возможности сделать вздох.

– О чем узнает? О том, что его милая дочка – шлюшка продажная? Возможно, самая дорогая в мире, но от этого суть не меняется! А надо ли о таком знать папочке? А если и узнает? Что сделают с ним ребята, если со мной что-то случится? Сама как думаешь?

– Нет…

– Что нет?

– Я не скажу.

– Конечно нет. Итак, игра! Назовём её 30 на 3! 30 дней у меня идеальная жена, 3 дня у тебя на то, чтобы навестить семью и пообщаться с родными. Как тебе идея?

– Ты все равно обманешь!

– А может нет? Может мы возьмём за традицию раз в месяц летать в Беларусь?

– Что ты хочешь?

– Я уже сказал. Идеальную жену!

– Я согласна.

– Хорошее начало. Иди, смывай эти женские уловки с лица.

Поднявшись он хищно смотрел на то, как приложив платье Соня спешно направилась к лестнице. Волосы совсем растрепались и сейчас те завитые, горькие от лака пряди, спускались спиралями на обнажённую спину. Восхитительная, живая, настоящая…

Кабинет, удобное кресло, открытая бутылка виски.

– Ведьма! Эта курва точно ведьма! -смеялся над собой и своим состоянием Кристофер. – Чего ждёт? Думай… Как?! Вот тварь! Гниль значит, да? Будет тебе рай на земле…

Глава 11

В шутку или всерьёз? В любом случае, можно попробовать, ведь терять точно нечего. Идеальная – оценочное высказывание, совершенно субъективное мнение.

– Какая для Кристофера Динц могла бы быть идеальной?

Что она знает о нем? Ровным счётом НИЧЕГО. Ничего хорошего. Эпатажное поведение, грубость, вульгарные девицы…

– Так, вульгарные! Над красным смеялся, значит – «не то».

Соня проснулась одна и лёжа в кровати накидывала варианты. Часы на мобильном показали 7:20. Муж не ночевал дома. Как идеальная жена встречает того, кто гуляет по ночам?

– Как же все это глупо! Ладно!

Приведя себя в порядок буквально за 20 минут, Софья решила не слишком уж сильно демонстрировать своё желание угодить. Если, с его стороны, это была просто жестокая шутка, то в своей одежде она хотя бы не будет выглядеть смешно.

***

Суетливо и нервно. Именно такой была атмосфера царящаяся в кухне. Крис постарался войти как можно незаметнее и наблюдал со стороны. Блондинка, в белом платье из крупного кружева и милых балетках так

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.