Ирина Алексеева, Соня Лыкова
Свет и Тьма. Запретная любовь в академии

Глава 1

Слёзы застилали глаза, поэтому, толкнув дверь, я с размаху врезалась в высокого парня, который как раз шёл навстречу. Бумаги, что я несла в руках, рассыпались по полу, будто того, что уже со мной произошло, было недостаточно. Пол в Центральном Судебном Управлении, где я провела все утро, был истоптан множеством ног. И, чтобы важные документы не оказались испачканы и повреждены, я немедленно кинулась собирать их обратно в папку.

– А ты извиниться не хочешь? – раздался надо мной недовольный, немного хриплый голос. Вероятно, это тот самый тип, на которого я налетела.

– Смотреть надо, куда идёшь, – огрызнулась я и рукавом утёрла слёзы, с тоской проследив, как какой-то господин, войдя в холл, наступил на одну из бумаг и едва не поскользнулся. Окинув меня гневным взглядом, мужчина пошёл дальше по своим делам, а на моём документе остался чёткий, немного влажный отпечаток ноги.

Проклятие!

От досады слёзы чуть было не хлынули с новой силой, но мне удалось их сдержать.

Собрав с пола все бумаги, я поднялась и тут же встретила напряженный, тёмный взгляд.

Парень, в которого я врезалась, всё ещё ждал от меня извинений. И если в первое мгновение этот факт меня разозлил, то в следующее я уже поняла, кто именно смотрел на меня из-под глубокого капюшона плотного черного плаща.

Рендалл Фрейвинд. Тёмный маг, дурная слава которого достигла меня раньше, чем мы встретились впервые. В академии о нём ходили самые разнообразные слухи, начиная с того, что он наследный принц Аласии, и заканчивая тем, что он ночами ел людей. Мне, по большому счёту, было бы плевать на все эти инсинуации, если бы тёмный маг не являлся, кроме прочего, моим главным соперником в учёбе.

Для того, чтобы не вылететь из академии и сохранить повышенную стипендию, которой хватало бы на оплату жилья в городе, я должна была быть в десятке лучших учеников. Ещё лучше – на первом месте списка, потому что, во-первых, стипендия была тем выше, чем выше место, а во-вторых, со стороны господина ректора очень большим одолжением было то, что он принял меня в своё заведение уже после начала года. Несмотря на довольно сильный магический дар, я не могла претендовать на уступки. Однако лорд Вейрос вошёл в моё положение.

– Извини, – процедила я, исподлобья глядя на тёмного мага. Связываться с ним было себе дороже. Возможно, именно поэтому его до сих пор никто не мог превзойти в учёбе.

– Извини? – переспросил он, будто я сморозила какую-то глупость. – Одними извинениями ты теперь не отделаешься.

Прозвучало довольно угрожающе.

Но что он, на самом деле, мог мне сделать?

Фыркнув, я крепче прижала к себе папку.

– Ничего, кроме извинений, ты не получишь, – сказала я и, толкнув дверь, наконец-то вышла из Управления.

В лицо тут же подул холодный осенний ветер, наполненный влагой и неповторимым запахом соли. Совсем недалеко было морское побережье, и до моего слуха доносился тихий шорох волн и крики чаек. Всё в Старлайте шло своим чередом. Осень медленно вступала в свои права, окрашивая городские парки в золото и багрянец, на торговой площади набирала обороты ежегодная ярмарка, посвященная окончанию сбора урожая, а мои родители всё так же сидели в тюрьме, обвинённые в преступлении, которого они не совершали.

Судья Итан Скальдрейк был непреклонен. И когда утром я принесла ему новые свидетельские показания, он лишь отмахнулся от меня, как от назойливой мухи, и посоветовал не путаться под ногами. Именно из-за этого я вышла в холл Управления в слезах и налетела на самого мрачного и пугающего адепта нашей академии. Думать о том, что он забыл в этом пристанище продажных чиновников, не хотелось, и я направилась по ступенькам вниз.

После учёбы мне, как обычно, нужно было торопиться на работу, ведь стипендии едва хватало на оплату комнаты. Посещение Управления отняло время, поэтому я торопилась, и только по пути осознала, что из кармана плаща пропал кошелёк.

– Тьма великая, – простонала я. – Должно быть, уронила там, на пороге…

Я уже развернулась и собралась было бежать обратно, как вдруг массивная тень метнулась мне наперерез. Я не успела ни отскочить, ни увернуться. Меня с такой силой впечатали в стену ближайшего дома, что из легких выбило весь воздух. Лишь каким-то чудом мне удалось удержать папку и не рассыпать снова драгоценные документы.

– Попалась, – надо мной навис мужчина, по какому-то нелепому недоразумению считавшийся моим родственником. – Айрин, бесовка! Думала, сбежишь в академию, и я не смогу до тебя добраться?

Признаться, я очень на это рассчитывала. Именно потому и сделала всё возможное, чтобы меня зачислили в обход всех правил академии.

– Дядя Флимус? – пискнула я. Внезапное и грубое нападение опекуна не на шутку меня испугало. К тому же, от него неприятно пахло перегаром и потом, так что не поморщиться было почти героизмом с моей стороны. Одной рукой он крепко прижимал меня к стене, и вырваться не было никакой возможности. – Я и не думала от вас прятаться.

На самом деле, я надеялась, что он просто от меня отстанет. Статус адептки академии делал меня практически неприкосновенной, потому что на всё время обучения я безраздельно принадлежала короне, а прямым опекуном считался ректор Вейрос.

– Тогда какой тьмы ты не сказала мне свой новый адрес? – в сальных глазёнках дядюшки Флимуса горела злость. – Точно же надеялась, что я никогда тебя не найду. Неблагодарная тварь! Знаешь ли ты, что мне пришлось сделать, чтобы выследить тебя?

Скорее всего, не так уж много. Я не сильно скрывалась, возвращаясь каждый день домой из академии. То, что опекун нагрянул ко мне именно тогда, когда я отпросилась с учёбы, было, скорее всего, какой-то очередной его уловкой.

Но ответить я так ничего и не успела.

– Уже не важно, о чём ты там думала, – ухмыльнулся дядюшка, окинув меня оценивающим взглядом. – Ты возвращаешься со мной в поместье.

Что? Нет!

– Вы не имеете права, – нахмурилась я. – Я адептка академии “Созвездие” и…

– И ты выходишь замуж за барона Эглстоуна. Завтра, на рассвете. И, поверь, ты сильно пожалеешь, если немедленно не пойдешь со мной.

Это было то, от чего я так отчаянно бежала.

– Не выйдет, адептам магических академий запрещено вступать в брак до завершения обучения. Вам это известно не меньше моего.

– Значит, тебя просто отчислят, – ухмыльнулся он, обнажая криво посаженные зубы.

– Пустите, – я попыталась вырваться, но хватка дядюшки была настолько крепкой, что под его пальцами уже наверняка расцветали синяки.

– Ты идёшь со мной, неблагодарная тварь! – успел рявкнуть он, как вдруг осёкся, глядя куда-то в сторону выхода из переулка.

– Наконец, я нашёл тебя, – произнёс появившийся из-за угла Рендалл.

На этот раз его плащ свободно свисал за спиной, демонстрируя богато расшитый мундир, золотые нити изображали королевские узоры с лотосами.

– Прошу прощения, я вас прервал? – он чуть вскинул бровь, обратившись к дядюшке. Пальцы опекуна дрогнули, и я, наконец, смогла освободиться из цепких рук. – Какие-то проблемы?

– Мы с племянницей уходим, – резко ответил дядя Флимус, снова хватая меня за плечо, но под строгим взглядом чуть прищуренных глаз засомневался, разжал ладонь и кашлянул: – Имею право забрать свою племянницу домой. Она под моей опекой, я за неё отвечаю…

С каждой следующей фразой его голос становился все более тихим и неуверенным. Это придало мне сил. Я прижала к себе папку с документами и, наконец, смогла поднырнуть под руку опекуна и тут же отступить от него на пару шагов.

Рендалл перевёл взгляд на меня, словно показывая, что дядя Флимус для него не существует. Игнорируя дядюшку, он подошёл ко мне и указал пальцем куда-то вниз.

– Ты. Наступила мне на ногу. На сапоге остался грязный след. Ты должна почистить мою обувь, если рассчитываешь уйти без скандала.

– Эта паршивка!.. – вклинился было дядя Флимус, но Рендалл бросил на него такой взгляд, что тот аж присел под его давлением. Даже мне стало не по себе.

– Полагаю, вам пора. У вас ведь какие-то срочные дела, не так ли? – холодно произнёс тёмный.

– Вы правы, – поспешно кивнул мой опекун. – Еще увидимся, Айрин.

Я готова была поклясться, что эта встреча состоится гораздо раньше, чем я смела надеяться, но, по крайней мере, прямо сейчас он оставил меня в покое.

Дядюшка, не выпрямляясь до конца и что-то бормоча под нос, поспешно скрылся из виду. Рендалл стряхнул с рукава невидимую пылинку, накинул плащ обратно на плечи, а затем и капюшон.

– Я не наступала тебе на ногу, – не без труда проговорила я.

– Знаю, – хмыкнул он и, больше ничего не сказав, скрылся за тем же углом, куда только что ушёл дядя Флимус.

Я схватилась за сердце, которое теперь пыталось пробить себе путь на волю, проломив мне ребра. Страх перед дядюшкой сменился страхом перед Фрейвиндом. Потомственный принц, обладавший тёмной магией. Я всегда старалась обходить его по большой дуге: в отличие от него, я владела стихией огня. А о том, что тьма поглощает свет, знали даже дошколята.

– Тьма великая, ну почему именно он, – я ударила себя кулаком по лбу.

Почему именно принц оказался у меня на пути? Дядюшка Флимус не просто так стушевался, он увидел королевские узоры и понял, что перед ним птица высокого полёта, перед которой лучше не выпендриваться. А мне стоило подумать о переезде, не то он снова подкараулит меня в этом переулке. И тогда уже принца рядом не окажется.

Шумно вдохнув, я поспешила было домой, но вспомнила про пропавший кошелёк. Машинально похлопала себя по карманам и застыла.

Мешочек с монетами лежал в кармане плаща. Но не в правом, куда я всегда клала его, а в левом.

– Странно, – пробормотала я, нахмурившись. – Проверяла же карманы. Неужели не заметила…

Вдали часы пробили четырежды. Спохватившись, я побежала домой, чтобы оставить лишние вещи и тут же пойти на работу, куда я благодаря дядюшке безнадёжно опаздывала.

Чтобы хоть как-то прокормить себя, я устроилась на работу в другом районе, подальше от академии и сокурсников. Нельзя было, чтобы меня там кто-то заметил, ведь на первом курсе запрещены любые подработки. Тем более, что место я выбрала довольно необычное: таверна при королевском театре “Иллюзион”.

Каждый день хозяйка выдавала нам наряды, которые сама отбирала в костюмерном хранилище, и давала указания о том, какая сегодня атмосфера в таверне и как мы должны себя вести. Девочкам, которые работали одновременно артистами в театре, было проще. У меня же возникали трудности. Но ради щедрых чаевых, которые оставляли постоянные клиенты, я готова была постараться.

– Тебя где носило?! – возмутилась хозяйка, когда я, тяжело дыша, вбежала в подсобку. – Открытие через четверть часа, а на тебе ни грима, ни костюма!

– Простите, миссис Кеверейла, – быстро поклонилась я. – Торопилась, как могла, честное слово!

– Да вижу, – проворчала она, вытаскивая из шкафа новый костюм, и крикнула в сторону кухни: – Элис! Помоги Айрин привести себя в порядок.

Потом подала мне одежду и пояснила:

– Сегодня у нас день кошечек. Поэтому слушай внимательно. Это один из любимых дней у наших посетителей, за отдельную плату они могут попросить спецобслуживание.

– Мяукать и тереться головой об стол? – я иронично вскинула бровь, рассматривая ободок с кошачьими ушками.

– Именно. А также они могут тебя гладить, но только по голове и спине. Если позволяют себе лишнего, зови Бориса. Если посетитель ещё трезвый, проблем быть не должно. К тому же, от спецобслуживания ты всегда можешь отказаться или позвать себе на смену кого-нибудь из девочек.

– Но ведь за это они заплатят больше, – заметила я, в уме прикидывая, сколько посетителей мне надо обслужить, чтобы купить, наконец, тёплые сапоги. На улице здорово похолодало за последнюю луну, да и дожди шли всё чаще.

– Ну, тут уж решай сама, – пожала плечами миссис Кеверейла. Она прекрасно знала, что за всё время работы я ещё ни разу не соглашалась на спецобслуживания. Хотя предложения были, и много. Настолько, что я могла бы почувствовать себя польщенной. Жаль, ничего подобного я не чувствовала, да ещё и выгоду упускала.

Однако, у хозяйки “Иллюзиона” и без меня хватало забот, поэтому она быстро поручила меня заботам Элис, а сама отправилась отдавать указания в зал. Рассмотрев костюм, я вздохнула. Простора для фантазии он оставлял крайне мало. Как хорошо, что таверна находилась в достаточно удалённом от академии районе. Страшно было даже представить, что могло начаться, если бы кто-нибудь из сокурсников зашёл в таверну именно в этот день.

Когда до открытия осталось всего несколько минут, я отправилась в зал, чтобы проверить наличие салфеток и всего необходимого на моих столиках. Софи, что уже закончила с проверкой и просто ждала открытия, выглянула в окно и присвистнула.

– Сегодня, похоже, ожидается аншлаг, – сказала она. – Народу у входа больше, чем обычно.

– Миссис Кеверейла сказала, что посетители любят день кошечек, – немного рассеянно ответила я. – Наверное, они как-то узнали об этом.

– И как бы они это сделали, если даже официантки узнают обо всем самое раннее – за час до открытия?

Мы переглянулись, не имея никаких логичных предположений.

– Девочки, всё готово? – задала традиционный вопрос хозяйка таверны, снова появившись в зале. После дружного кивка она лично подошла к двустворчатым дверям и несколько раз повернула ключ, впустив первых посетителей. Стоя у барной стойки, я наблюдала за наполнением зала. Чтобы не путаться друг у друга под ногами, мы ждали, пока администратор рассадит посетителей на заранее забронированные места, и лишь после этого собирались начать принимать заказы.

На входе, что случалось довольно редко, произошла некоторая заминка, после чего миссис Кеверейла лично проводила одного из гостей к его столику.

Вернее, к моему столику.

Что-то в фигуре, облаченной в длинный чёрный плащ, показалось мне знакомым, но я поспешно отогнала от себя все параноидальные мысли.

Никто из знакомых не мог даже случайно зайти в это заведение.

– Седьмой столик, – тихо сказала хозяйка, выразительно посмотрев в сторону того странного посетителя. – Обслужи его по полному разряду. Если не хочешь вылететь, сделаешь для него всё, что он попросит.

От дурного предчувствия у меня желудок стянуло в узел. Но миссис Кеверейла бросила на меня такой взгляд, что я тут же поспешила к особому гостю, чтобы принять у него заказ.

– Доброго вечера, хозяин, – выдала я заготовленную заранее фразу и почувствовала, как щеки заливает румянец. – Чего изволите? Мяу!

– Какая встреча, – ослепительно улыбнулся гость, снимая капюшон. – Не ожидал, что мы снова увидимся.

– Фрейвинд, – обречённо выдохнула я.

Ну, вот и всё.

Мне конец.

Глава 2

Первым моим порывом было уйти и попросить кого-то из девочек взять на себя мой столик, но тяжёлый, внимательный взгляд миссис Кеверейлы прожигал мне спину, и я подозревала, что она исполнит свою угрозу, если я сделаю хоть одну малейшую ошибку.

Клиент, особенно такой важный, не должен был остаться недоволен обслуживанием.

Сделав глубокий вдох, я натянула на лицо вежливую улыбку и указала Рендаллу на меню, что лежало на столике.

– Здесь вы можете выбрать блюдо по душе и сделать заказ, хозяин, – чуть помедлив и чувствуя себя невероятно неловко, я добавила: – Мяу!

– Миленько, – окинув меня заинтересованным взглядом, принц углубился в меню. Некоторое время он, нахмурившись, изучал не такой уж длинный список, после чего снова посмотрел на меня. – А что означает спецобслуживание?

Кажется, мои щёки покраснели еще сильнее.

– Даже не мечтай, – прошипела я, старательно растягивая губы в улыбке. – Заказывай свой ужин, ешь и проваливай отсюда.

– Разве ты не должна быть милой? – ореховые глаза распахнулись в искреннем изумлении, и на несколько мгновений я просто провалилась в их искрящуюся глубину, не в силах сделать вдох. Один факт был неоспорим – несмотря на тёмную, пугающую до дрожи натуру, Рендалл Фрейвинд был одним из самых привлекательных парней в нашей академии. И мне сложно было не любоваться его правильными чертами, высокими скулами и чувственными губами.

– Милой? – моя улыбка стала шире и уже, наверное, походила на оскал. – Зачем ты пришел сюда? Следил за мной?

– И в мыслях не было, – тёмный расслабленно откинулся на спинку стула и сложил руки на груди. – Давно собирался наведаться в заведение, которое рекомендовали мне знакомые. В следующий раз, наверное, возьму их с собой.

Негодяй! Мерзавец!

Может, он еще притащит сюда половину академии, чтобы они посмотрели, как я нарушаю одно из главных правил?

Предчувствие катастрофы становилось всё сильнее. Я рисковала остаться без работы. И, если о моем трудоустройстве узнает лорд Вейрос, он без колебаний вышвырнет меня из своего учебного заведения.

Что же делать? Как заставить Рендалла молчать о том, что видел меня здесь?

Мысли хаотично метались в голове, и это смятение, наверное, отразилось на лице, потому что принц внезапно нахмурился.

– Я никому не скажу, – сказал он, и кончики его губ дрогнули в усмешке, – если останусь полностью доволен сегодняшним обслуживанием. Так что насчет фирменного блюда, киса? И будь поласковее с гостем, от которого зависит так много.

Ненавижу!

– Сегодняшнее фирменное блюда от шефа – свинина с баклажанами в кляре, хозяин, – прощебетала я с милой улыбкой. – От себя посоветую тыквенный крем-суп. В это время года он получается особенно нежным. Мяу.

– Хорошо, – благосклонно кивнул Рендалл. – И пока мой ужин готовится, принеси аперитив.

– Как скажете, хозяин, – я развернулась и поспешила на кухню, чтобы передать заказ, но голос тёмного меня остановил.

– И не забудь про спецобслуживание, – напомнил он, обращаясь к моей напряженной спине.

Скорее всего, он слышал, как скрипнули мои зубы, потому что вслед мне донеслось тихое хмыканье.

У входа на кухню меня перехватила миссис Кеверейла.

– Забудь про остальные столики, – сказала она. – Девочки возьмут их на себя. На сегодняшний вечер ты полностью в распоряжении принца Рендалла. И напоминаю, если я увижу хоть тень недовольства на его лице…

Её брови угрожающе сошлись на переносице.

– Я поняла, – поспешно кивнула я. – Все будет идеально. Но… – я замялась, не зная, как сказать. – Он требует спецобслуживание.

– Значит, будет ему спецобслуживание, – непререкаемым тоном ответила мне хозяйка таверны. – В этот раз, девочка, у тебя просто нет выбора.

Я стиснула зубы, чтобы не возразить.

Что ж, из этой ситуации был лишь один выход. Вряд ли Рендалл Фрейвинд в точности знал, в чём именно заключалось это спецобслуживание. Я почти не сомневалась, что при моих минимальных актерских способностях у меня получится обвести его вокруг пальца.

Передав заказ на кухню и наведавшись в бар за аперитивом, я вернулась к столику и поставила перед драгоценным гостем бокал.

– Ваш ужин будет готов в течение пятнадцати минут, хозяин, – старательно улыбаясь, сказала я. – Спецобслуживание будет включено в итоговый счет.

– И в чём оно заключается? – весело поинтересовался Рендалл.

– Вы можете почесать меня за ухом, хозяин, – отведя взгляд, ответила я. – Но не дольше пяти минут.

– Как интересно, – он сделал небольшой глоток из моего бокала. – И как же мне это сделать? Встать?

– Нет, – вздохнула я и, мысленно проклиная принца за это унижение, медленно опустилась на колени спиной к нему. Моя голова едва торчала над столиком. Сидеть на полу было холодно и неудобно, но ради хороших чаевых я была готова и на большее. Вот только о чаевых, похоже, можно было не мечтать. Всех моих постоянных посетителей обслуживали другие официантки, а у нас в таверне было не принято складывать выручку в общий котел и потом делить на всех. Сколько заработал, столько и домой унёс.

Пальцы Рендалла коснулись моих волос, и от неожиданности я едва не вздрогнула. Он начал осторожно гладить мои уши, но по большей части его рука была где-то в районе моей макушки, и, несмотря на злость и раздражение из-за сложившейся ситуации, мне было даже немножко приятно.

– Хорошая киса, – одобрительно пробормотал парень. – Разве ты не должна мяукать от удовольствия?

– Разве принц не должен ужинать в королевской трапезной? – тихо возразила я. – А не шататься по сомнительным заведениям? Мяу.

– Заведение, в котором работают адептки столь престижной академии, как “Созвездие”, не может быть сомнительным. И тебе не кажется, что это не твоё дело? Ужинаю там, где мне хочется.

– Надеюсь, здесь вы делаете это в последний раз, хозяин, – процедила я.

– Звучит как угроза, – развеселился он. – Надеюсь, в мой ужин не намешают яда.

– На нашей кухне нет яда.

– Очень зря. Тебе бы не помешало его время от времени сцеживать.

Придурок.

Выскользнув из-под руки принца, я поднялась.

– Пойду принесу ваш заказ, хозяин, – стараясь, чтобы моя улыбка не напоминала плотоядный оскал, процедила я и поспешно сбежала.

Все внутри меня клокотало от злости.

Нахал!

Спецобслуживание ему! А больше ничего не надо?

Вид хозяйки таверны слегка остудил мой пыл.

– Ну как? – спросила она. – Принц Рендалл доволен?

– Более чем, – кивнула я, надеясь, что этот особый гость поужинает и свалит, оставив мне шанс заработать хоть немного за этот вечер.

Забрав с кухни заказ, я отнесла его на столик Рендалла.

– Приятного аппетита, хозяин, – пожелала я.

Принц с сомнением покосился на тарелку с супом, украшенным свежей зеленью.

– Плюнула туда? – спросил он, подняв голову и посмотрев прямо мне в глаза.

– Не догадалась, – с сожалением призналась я. – Но в следующий раз – обязательно. Мяу.

Рендалл укоризненно покачал головой и взялся за ложку.

– Ты так и будешь стоять тут, пока я ем? – спросил он.

– Конечно, – с энтузиазмом кивнула я. – Вдруг ты подавишься ненароком. Кто-то же должен будет стукнуть тебя по спине.

Видимо, он обладал достаточно живым воображением, чтобы представить свое лицо в тарелке с супом.

– Садись, киса, – сказал принц с усмешкой. – Буду тебя гладить.

И мне ничего не оставалось, кроме как снова послушно опуститься на колени.

Миссис Кеверейла прожигала меня взглядом, и я просто не могла не подчиниться, хотя больше всего мне хотелось стукнуть его по голове. И не посмотрела бы, что он принц. И даже на его тёмную магию не обратила бы внимание.

Рендалл заинтересованно тыкал указательным пальцем в моё кошачье ушко, и я скосила взгляд, с опаской наблюдая. Находиться так близко к нему могло быть действительно опасным. Много лет до недавних пор тёмные маги были вне закона, и никто, кроме самых высокопоставленных лиц, не знал, куда исчезали люди, у которых находили столь редкий дар. А тут случилось неожиданное: тёмный маг родился не у кого-нибудь, а у самой королевы Вириэла, да ещё и первенцем, который точно будет первым претендентом на трон.

Королевская чета в срочном порядке пересмотрела закон о тёмной магии, и теперь её носители находятся под пристальным наблюдением, но вполне себе живут среди прочих. Говорят, однако, что они отличаются одной неприятной способностью – выкачивать силу из других магов. И особенно это было опасно для огненных волшебников вроде меня: тьма может полностью поглотить мой свет и оставить меня в лучшем случае простым человеком без дара.

Я прислушалась к своим ощущениям, готовая отстраниться при малейшем намёке на проблемы, но не заметила никакой угрозы, и потому терпеливо продолжила сидеть, стиснув кулаки на подоле короткого форменного платья.

Судя по тому, что меня внезапно перестали гладить, что-то отвлекло внимание принца.

– О, лорд Каспиан, – с улыбкой в голосе произнес он.

– Что? – выдохнула я, оборачиваясь к двери.

Действительно, у стойки администратора стоял наш профессор по защитным чарам. Сьюзи привычным жестом пригласила его пройти за ней в зал, но прежде, чем он успел заметить меня, я уже нырнула под стол и затаила дыхание.

Нужно было только дождаться, когда профессор сядет на своё место и опустит взор к меню. Я внимательно следила за лакированными ботинками, которые, к моей большой досаде, направлялись прямо к столику Рендалла.

– Ваше высочество, – раздался низкий голос профессора. – Милорд Фрейвинд, какая приятная встреча. Признаться, не ожидал увидеть в этих стенах знакомое лицо.

– Вы здесь впервые, профессор? – как ни в чём не бывало ответил Рендалл. – Присаживайтесь, я сегодня один.

Мерзавец. Подлец. Ненавижу! Он нарочно делает это, чтобы поиздеваться надо мной!

– А что это за очаровательный хвостик торчит из-под стола? – спросил профессор, и я с тихим стоном обхватила голову руками.

– Сегодня день кошечек, профессор, – невозмутимо продолжал беседу Фрейвинд. – И я заказал спецобслуживание. Эта прелестная мисс мастерски изображает из себя кошку. Прекрасная актёрская игра.

Чтоб ему подавиться!

– Мур-р, мяу! – высказалась я и с силой дёрнула Рендалла за штанину, намекая на своё проблемное положение.

– Мисс, я заплачу вдвое, если вы также обслужите профессора.

– Спецобслуживание? – хохотнул лорд Каспиан и заглянул под стол.

Пришлось срочно что-то выдумывать. Чтобы профессор не увидел моего лица и не узнал меня, я сделала вид, что старательно трусь ухом о ногу принца. Тьма тьмущая, как унизительно!

– Да, подобное представление достойно королевского театра! – лорд Каспиан явно не торопился выпрямляться и продолжал за мной наблюдать. – Позволите взглянуть на эту актрису?

– Мне нужно принести заказ милорда, – проговорила я и попятилась спиной из-под стола, чтобы только не показать своего лица. Но стоило моей голове вынырнуть из-под скатерти, как на мою макушку тут же легла рука Рендалла.

– Хорошая киса, – сказал он.

Я сделала вид, что подставила ухо, ещё сильнее отворачиваясь от профессора.

– Мур-р, – процедила сквозь зубы.

– Мне кажется, я уже слышал ваш голос, юная мисс. Скажите, вы не играли в пьесе “Врата Мистерии”? Я был там с женой и, возможно…

Профессор встал и подошёл ближе, пытаясь заглянуть мне в лицо. Но тут мой хвост – совершенно безжизненный, клянусь! – взметнулся в воздух. Я обернулась от неожиданности и успела увидеть, как кончик хвоста прошёлся прямо по лицу профессора, заставив его зажмуриться.

– Ох, мисс, вы слишком игривы, – хохотнул он в то время, как я склонилась в самом глубоком поклоне, на какой только была способна.

– Прошу меня извинить! Вернусь через минуту! Мяу! – выпалила я нарочито высоким голосом и спешно исчезла в подсобке.

Оказавшись в безопасности, я захлопнула за собой дверь и прислонилась к ней спиной, словно ожидая, что профессор сейчас ворвётся следом. Никто, конечно, не ворвался, а вот Элис, которая шла из кухни с двумя подносами в руках, озадаченно на меня посмотрела.

– Айрин, что с тобой?

Я сделала глубокий шумный вдох, восстанавливая дыхание, и выпалила:

– У нас есть какая-нибудь подходящая маска? Там мой профессор, и мне придётся его обслужить! Если он меня узнает, меня отчислят, а если меня отчислят…

Элис окинула меня оценивающим взглядом, потом со вздохом покачала головой:

– Жди меня в костюмерной. Я через минуту.

Днём Элис проводила время в театре за репетициями, а по вечерам либо играла на сцене, либо помогала нам в обслуживании клиентов. Она лучше всех из официанток ориентировалась в “Иллюзионе” и тем более – в костюмах. Мне повезло встретить именно её, потому что через пару минут я вернулась в зал, прикрыв лицо белой полумаской.

– Ваш заказ, милорд. Мяу! – произнесла я и поставила перед принцем воздушный десерт из белой меренги и нежных сливок, а рядом – кувшин с лёгкой малиновой настойкой. Ничего подобного он, конечно, не заказывал, но мне нужно было как-то объяснить своё появление.

– Не помню, чтобы я это заказывал, – протянул Рендалл, окинув десерт пристальным взглядом.

– Это комплимент от шефа, милорд.

– Зови меня хозяин, – сощурился он. – У вас ведь так принято?

– Да, хозяин, – процедила я. – Мур.

Рендалл хмыкнул. Повёл головой с подозрительным выражением лица.

– Знаете, мисс, я не склонен доверять бесплатным подаркам. Не будете ли вы столь любезны попробовать его первым?

– Что вы… – начала было я, но он уже поднёс к моим губам ложечку с кусочком пирожного. Отчаянно краснея, я послушно его съела. Оставшуюся на губах крошку пришлось слизнуть.

– Принесите-ка мне грушу по-майерски, стейк с кровью и самый славный чай, какой найдётся в этом заведении, – тем временем попросил профессор. – На ваш вкус.

– Как скажете, хозяин, – поклонилась я. – Мяу.

– Позвольте, профессор, – сказал Рендалл, едва я выпрямилась. – Отведайте со мной этот чудный компот.

Он разлил в два бокала напиток из своего кувшина, и я внутренне возликовала.

Подать ему настойку было стратегическим ходом. По правилам “Иллюзиона” на особое обслуживание имели право только посетители, которые не употребляли ничего крепче кефира, и как только профессор Каспиан и принц Рендалл пригубили мой “подарочек”, они оба стали для меня куда менее опасными.

Не сдержав довольной улыбки, я пошла на кухню передать заказ профессора, а заодно попросить Сьюзи поддержать меня в отказе от спецобслуживания. Но как только я оказалась в коридоре, что вёл на кухню, дверь за моей спиной открылась, и в тусклом свете старой лампы появился сам Рендалл. Он прислонился к двери, которая закрылась у него за спиной, и скрестил руки на груди.

– Мне кажется, или я только что тебя спас? – принц иронично выгнул бровь.

– Когда подсадил к себе профессора?! – вскинулась я. – Ты нарочно хотел меня подставить!

Он подошёл и, спрятав руки в карманах, посмотрел на меня сверху вниз.

– Если бы я хотел тебя подставить, вся академия была бы уже в курсе, где ты работаешь.

– Чего ты хочешь от меня? – требовательно спросила я, демонстративно не отступая, несмотря на отчаянную близость принца.

– Тебя, – уверенно ответил он. – Когда я здесь, ты будешь моей личной официанткой. Профессор уже выпил, и больше не сможет пользоваться услугой вашего спецобслуживания. Он не опасен.

Рендалл смотрел мне прямо в глаза, и у меня от его взгляда похолодело в груди.

– Я не могу быть твоей личной официанткой, – возразила я. – На мне ещё пять столиков. Девочки и так едва справляются с наплывом посетителей.

– Уверена, что хочешь спорить со мной? – он вскинул бровь.

Я сощурилась и сделала глубокий вдох, пытаясь выиграть время на раздумья. Мерзавец привык получать всё, что только захочет. Ведь у него была власть. Деньги. Сила. Уверена, он и на первом месте по успеваемости находился только благодаря своему статусу.

Отступать было некуда, и я подалась вперёд, растянув губы в притворной улыбке. Процедила:

– Как скажете… хозяин.

Наши взгляды встретились, и в воздухе повисло напряжённое молчание.

– Так-то лучше, – усмехнулся Рендалл.

– Вам стоит не скупиться на щедрые чаевые, – заметила я. – Моя работа дорого стоит.

Он достал из кармана золотую монету и подбросил её в воздух.

– Посмотрим, заслужишь ли ты их.

Я сжала зубы и улыбнулась шире. Рендалл же склонился и прошептал:

– Не пытайся играть со мной, киса. Тьма всегда поглощает свет.

От этих слов у меня по спине пробежала холодная волна, а сердце забилось чаще. Его высочество тем временем развернулся и, выходя обратно в зал, бросил через плечо:

– Заплати за мой ужин, кошечка. Ты ведь задолжала мне извинение.

– Мерзавец, – прошипела я и, печатая шаг, поспешила на кухню.

Глава 3

Вечером по возвращении домой я только укрепилась в своей ненависти к принцу Рендаллу. Вот почему все, кто имеет власть, такие козлы?! После оплаты его счёта я не только осталась без денег, но ещё и задолжала “Иллюзиону” пятьдесят шесть медных крон. А ведь обычно это была вся моя выручка за рабочий день! Да и кошелёк почти полностью опустел. Если бы я его в самом деле тогда потеряла, то долг составил бы сорок семь серебряных. Да я за комнату плачу раз в лунный цикл меньше – сорок серебряных! А он так запросто спустил эту сумму на ветер! Да ещё и меня заставил платить! Аж зубы сводило от злости!

Но на этом мои проблемы не закончились. Появившись дома, я первым делом повернула рычажок на термолампаде, установленной возле кровати, но она не начала сиять мягким красноватым светом, отапливая комнату. Я повторила несколько раз, но энергетические пути не соединялись с основным источником магии в доме. На вопрос, что случилось, хозяйка напомнила мне про долг за комнату и пообещала вернуть энергопуть, как только я заплачу за одну луну вперёд.

Голодная и уставшая, я достала из сундука артефакт, который забрала из родительского дома до своего побега – небольшой огненный кристалл. Этот “камень тепла” работал на магии огня, и в нашей семье у каждого был такой для долгих холодных ночей. Обычно для подзарядки мы отдавали его мастеру артефактов, но сейчас я не могла себе этого позволить. Пришлось напитывать его собственной силой.

В итоге я весь вечер просидела за столом, читая учебники и одновременно заряжая артефакт, пока он не начал излучать тепло. К счастью, он ещё и светился, так что не пришлось жечь свечи – ведь лампы тоже были соединены с основным источником магии в доме.

И только глубокой ночью, завернувшись в плащ, я легла спать в обнимку с кристаллом. Под одеялом он не только меньше светил в глаза, но ещё и сохранял тепло, не растрачивая его на комнату.

И последнее, что крутилось у меня в голове – как отомстить зарвавшемуся принцу.

***

Утром, отдав последние медяки за комплексный обед в кафетерии, я преисполнилась решимостью высказать Рендаллу всё, что накипело. Мне было просто необходимо выпустить пар и хотя бы прокричаться. Поэтому я упаковала принесённые мне блюда в деревянную коробочку и помчалась в Академию.

Занятий в тот день у нас не было. Вместо этого все адепты должны были собраться в аудитории магических практик для сдачи промежуточной аттестации. Обычно аудитория магических практик была пустым просторным залом, чтобы оставалось безопасное пространство при отрабатывании различных заклинаний. Но только не на этот раз. Столы и стулья всех окружающих кабинетов собрали в этом зале и расставили на некотором расстоянии друг от друга, чтобы все первокурсники одновременно могли обосноваться для написания контрольной.

Когда я подошла к аудитории, Рендалла ещё не было. Притаившись рядом с лестницей, я замерла в ожидании. Нужно было поймать наглого принца до того, как он войдёт в зал, потому как он всегда заканчивал писать работы первым и уходил, после чего его никто никогда не видел. Этого я допустить не могла.

Всего через несколько минут он действительно появился на этаже, и я, схватив его за рукав, оттащила принца в тёмный угол под лестничным пролётом.

– Ты! – прошипела я, резко повернувшись к принцу. – Ты хоть понимаешь, в какое положение меня поставил?!

Рендалл озадаченно моргнул.

– Милая, если ты хотела предложить мне что-то аморальное, тебе стоило надеть кошачьи ушки. Уверен, тогда уговорить меня было бы проще. – Он сощурился и, засунув руки в карманы, чуть склонился ко мне. – Понять не могу, это малышка Айрин или другой человек? Вот это преображение.

Я сжала кулаки. Конечно, в академии я выглядела совсем не так, как в “Иллюзионе”. Там меня одевали в костюмы королевского театра, да и каждый раз мы делали особые причёски, что занимало время. Утром после тяжёлого дня я старалась поспать подольше и не уделяла особого внимания внешнему виду. Лишь бы одежда была чистой и выглаженной. Волосы я собирала в быстрый простой пучок и закрепляла ободком, чтобы выбившиеся пряди не мешались. Форменную рубашку застёгивала на все пуговицы и, в отличие от остальных, честно подвязывала галстуком, соблюдая правила академии. К тому же, во время занятий я надевала зачарованные очки для работы с магическими книгами, и не снимала их порой до самого дома – чтобы не потерять. Ведь за них был внесён залог, который не возвращался в случае утери или порчи.

Я почувствовала, что начала краснеть от осознания, что он оценивает меня по внешнему виду. К счастью, под лестницей было достаточно темно, и принц вряд ли мог это заметить.

– Не привык к тому, что не все стремятся подчеркнуть свой статус внешним видом? – фыркнула я в ответ.

– Почему же. У тебя очень милое раздвоение личности, мне нравится.

Я едва сдержалась, чтобы не дать ему звонкую пощёчину. Вместо этого подняла указательный палец и заговорила сквозь зубы:

– А теперь слушай внимательно. Вчера ты не только подставил меня тем, что подозвал профессора. Ты заставил меня платить за вас обоих, да ещё и за спецобслуживание, и мне пришлось отдать все мои деньги. Теперь мне нечем платить аренду комнаты, и хозяйка отключила меня от энергопути. У меня нет света, у меня нет отопления, я не могу даже яичницу себе приготовить, а спать приходится в плаще! Я не сделала тебе ничего плохого, чтобы приносить такие “извинения”! Вместо того, чтобы обслужить несколько столиков и заработать три-четыре серебряных кроны, я прокрутилась весь вечер вокруг тебя, потратила все свои сбережения, да ещё и должна осталась! Ты просто мерзкий, низкий, подлый, зарвавшийся маменькин сынок, вот ты кто!

Я застыла, тяжело дыша и глядя ему прямо в глаза. Из-за чар в очках мне были видны лёгкие потоки тёмной магии вокруг Рендалла, и я, выпустив пар, начала осознавать, что только что натворила. Злить тёмного мага, когда сама – носитель света – очень плохая идея.

Мысленно проклиная себя за вспышку, я медленно опустила палец, но не сдвинулась с места, с опаской ожидая его реакции. Несколько долгих мгновений мы стояли так друг против друга, не сводя взгляда, а потом Рендалл вдруг хмыкнул и, не вытаскивая рук из карманов, молча ушёл из нашего укрытия.

Опустив напряжённые плечи, я шумно выдохнула. Сердце неистово билось, руки тряслись, но мне стало легче. И было бы совсем хорошо, будь я уверена, что Рендалл не припомнит мне этого позже.

Я немного перевела дух, поправила ободок, галстук, подтянула чуть спустившиеся чулки, чтобы внешний вид не выдавал моего волнения, и, прижав к себе сумку, направилась в аудиторию, чтобы занять место на коллоквиуме.

Однако, не успела я дойти до нужной двери, как мне преградили путь трое. Я их уже хорошо знала, хоть и провела в стенах академии всего полтора лунных цикла. Трое отпрысков известных семей: Рейвенхольт, Эльмонт и Тальфорд. Если уж совсем честно, то их знала не только я. Их знали все. Но со мной у троих было особо близкое знакомство.

В первый раз наши дороги пересеклись, когда они пытались выбить из моей сокурсницы готовую практическую работу. Я оказалась рядом и, прибегнув к родовой магии огня, популярно объяснила, что они не могут так запросто доставать кого-либо из девчонок. В тот день я была так же зла, как сегодня, и могла несколько не соизмерить свою силу.

Затем мы пересеклись в библиотеке. Эльмонт взял книгу, не записавшись в книгу учёта, а я в тот день как раз была дежурной в библиотеке и подняла шум. Парни ушли, бросая на меня такие злобные взгляды, что, уверена, меня спасло только наличие неподалёку миссис Элейн.

Третье столкновение произошло на практике по самозащите. Меня поставили в пару с Рейвенхольтом, который должен был атаковать, а я, в свою очередь, защищаться. Отец в своё время много занимался со мной магической самозащитой и многому научил, поэтому я быстро определила, что Алан Рейвенхольт перед прямой атакой немного пружинит на ногах. В результате я его просто умотала тем, что уходила от каждой атаки, что крайне веселило наших сокурсников.

Как бы то ни было, эти трое оттеснили меня в пустой коридор перед самым началом коллоквиума, и на их лицах явственно читалась угроза.

– Я смотрю, ты совсем страх потеряла, Люмериан, – протянул Тальфорд, наступая на меня и продолжая оттеснять к стене. – Как тебе только наглости хватает спокойно по академии разгуливать.

Крепче сжав лямку сумки, я нахмурилась:

– Если хотите меня запугать, вам стоит нанять телохранителя.

Парни переглянулись. Рейвенхольт хмыкнул.

– Уверяю тебя, цыпа, второй раз я не поддамся и продемонстрирую кое-какие секретные техники моей семьи. Если хочешь, можем приступить к этому уже сегодня.

Я не сводила с него напряжённого взгляда. О том, что он был сыном королевского палача, знали все. Как и о том, что он умело использовал самые изощрённые пытки, способные расколоть любого шпиона вражеского нам княжества Наоми.

– Что, только за отца и можешь прятаться? – процедила я, призывая магию.

Однако, она не слушалась меня. Что-то блокировало её, и лишь холод пробегал по позвоночнику.

Тьма тьмущая, они использовали какой-то артефакт магического торможения. Наверняка постарался Тальфорд, происходивший из семьи главного столичного прокурора.

– Хватит, ребята, – ухмыльнулся Эльмонт. – Не нужно лишний раз пугать малышку. Она же понятливая. И готова загладить свою вину. Ей нужно всего-то лишь написать за нас сегодняшнюю контрольную. Ты ведь справишься, малышка?

– Пишите сами свои контрольные, – холодно ответила я, хотя внутренности уже стянулись в тугой узел.

Эльмонт усмехнулся и покачал головой, делая вид, что глубоко разочарован.

– Айрин, Айрин… А мы ведь по-хорошему хотели.

– Но раз ты у нас такая гордая, – Рейвенхольт обошёл меня сбоку и, опершись ладонью о стену рядом с моим лицом, склонился ближе, – значит, придётся объяснить тебе, кто здесь хозяин, более доходчивым способом.

– Только попробуй, – прошипела я и плюнула ему в лицо.

– Ах ты… – прорычал он и схватил было меня за отворот плаща, но в этот момент послышались шаги, и все трое отступили от меня. Заложив руки в карманы, мимо неспешно прошёл Рендалл.

Его высочество будто бы оказался рядом случайно. Но, когда он поравнялся со мной, бросил на нас такой тяжёлый, мрачный взгляд, что трое хулиганов явно поумерили свой пыл.

– Неважно, – бросил Тальфорд. – Потом с ней разберёмся.

– Ещё за опоздание влетит, – добавил Эльмонт.

– Не думай, что этим всё закончится, – с кривой усмешкой пообещал Рейвенхольт, и все трое ушли из пустынного коридора, оставив меня одну.

Я же схватилась за сердце. Что за чёрная полоса! То дядя Флимус, то Фрейвинд, то эти трое…

Призвав огонь, я заставила его вспыхнуть над моими ладонями. Весёлые язычки пламени послушно явились и убедили меня в том, что с моими способностями всё в порядке, несмотря на недавнее подавление.

Надо было найти какую-то защиту от подобного артефакта. Ведь иной раз и дядюшка может раздобыть что-то похожее. Можно было бы наведаться в лавку артефактора, вот только на какие деньги?

– Ты бессмертная, что ли? – бросил вернувшийся Фрейвинд. – Не знаешь разве, что такие, как они, делают с такими, как ты?

– Не посмеют, – не совсем уверенно ответила я.

– Идём, – принц даже не остановился, проходя мимо. – Есть разговор.

– Говори, – вскинулась я.

– Не здесь, – коротко бросил он и дальше пошёл молча.

Поправив на плече сумку, я поторопилась догнать принца, который уверенным шагом направился в аудиторию магических практик.

– Ты же хотел поговорить, – сказала я тихо, когда мы вошли в аудиторию. Но, как я ни старалась не привлекать внимания, этого было недостаточно. Всё равно большинство взглядов были направлены в нашу сторону. Сам Рендалл наверняка привык к такому вниманию, его обожали и боялись одновременно, а вот я всегда оставалась незаметной на фоне остальных адептов. И теперь чувствовала себя крайне неуютно.

Вместо ответа принц одарил меня тяжёлым взглядом и молча продолжил идти куда-то в центр зала. Наконец, остановившись у одного из столов, он засунул руку в стоявшую на нём сумку и вытянул из неё небольшой бархатный мешочек, которым потряс прямо перед моими глазами.

– За вчерашнее, – сказал он неожиданно громко. – Ты хорошо поработала, киса. А я всегда плачу за удовольствие.

Я опешила. Приоткрыла было рот, чтобы высказать ему всё, что о нём думаю, но сдержалась и замерла, глядя ему в глаза. Он просто так во всеуслышание заявил о моей подработке, и я не могла себе позволить малейшей реакцией подтвердить его слова.

Пришлось взять себя в руки и изобразить равнодушие.

– Не знаю, о чём ты, Фрейвинд, – ответила я и, развернувшись, прошла к свободному месту, где села за стол в ожидании профессора.

Но принц оказался настырным.

Он подошёл ко мне и уронил на стол мешочек. Тот, упав с характерным звоном, обмяк.

– Значит, теперь делаем вид, что ничего не было? – он выгнул бровь, нависнув надо мной. – Или боишься, что я всем расскажу, какой ты умеешь быть послушной? За достойную плату, разумеется.

Не дождавшись моего ответа, он неторопливо выпрямился и пошёл было к себе, но я схватила мешочек и с силой швырнула его прямо в сильную спину принца. Тот не издал ни звука, но обернулся. Кошель грузно упал на пол.

– Мне не нужны подачки, – фыркнула я, скрестив руки на груди.

Рендалл на мгновение задержал на мне взгляд, но тут же сузил глаза и качнул головой. В тот момент я бы всё отдала, чтобы понять, что у него на уме, но он не сказал ни слова и не подал вида, что я его задела или развеселила. Нет, он спокойно опустился на свой стул, проигнорировав кошель и устроившись так, что сразу было ясно, кто в этой аудитории король. Потом бросил через плечо:

– Я похож на того, кто разбрасывается деньгами по пустякам?

Я не нашлась сразу с ответом, а воцарившаяся было тишина тут же наполнилась шёпотом, нервным смехом и поражёнными возгласами. Едва ли можно было уловить суть разговоров, но стало предельно ясно: ближайшее время я стану главной темой для разговоров в “Созвездии”. И, чтоб ему пламя поперёк горла встало, мне это было совершенно незачем.

Я сжала кулаки. Сердце бешено колотилось, но оставить всё, как есть, я просто не могла. Потому резко встала, готовясь к противостоянию, но не успела сказать и слова, как в аудитории появился профессор Каспиан.

– Садитесь, – проговорил он, и я поспешно села, опустив взгляд в стол и опасаясь, что профессор узнает меня после встречи в таверне. Тем временем он пошёл по аудитории, раздавая листы пергамента. – Все сумки под стол, руки – на стол.

Я буквально чувствовала, что несмотря на начало коллоквиума, все продолжали наблюдать за мной. Кровь прилила к лицу. Уверена, я стала почти пунцовой от злости и смущения.

Отлично. Просто замечательно. Теперь меня будут считать главной истеричкой академии.

Раздав пергамент, профессор начал диктовать первое задание. Мешочек с деньгами всё ещё одиноко лежал на полу, словно насмешливо напоминая о случившемся.

– Максимальная дистанция магии переноса, – диктовал профессор. Вцепившись в перо, я быстро записывала вопросы, на ходу вспоминая теорию. – Далее. Заклинание “Идеальный барьер” создаёт защитную сферу, но его эффективность зависит от синтеза трёх элементов. Определите их и объясните принципы их комбинирования. Далее…

Рейвенхольт сидел прямо передо мной, чуть левее, и краем глаза я наблюдала его широкоплечую фигуру. После третьего вопроса до меня дошло, что он сидит слишком спокойно. Подняв на мгновение взгляд, я заметила, что он совершенно не спешит записывать задания, а просто покачивается на стуле, глядя на пустую столешницу.

Перед ним не было даже пергамента.

– В пространственной аномалии время замедляется в соотношении три к одному, – продолжал профессор. – Если маг запустил заклинание, рассчитанное на пять секунд, сколько времени оно продлится внутри аномалии?

“Меня это не касается”, – решила я и продолжила усердно записывать задания.

Когда профессор закончил диктовать, и аудитория погрузилась в напряжённый скрип перьев по пергаменту, я невольно нашла взглядом Рендалла. Между нами расположилось несколько парт, но, чуть сдвинувшись в сторону, я могла видеть, как он быстро записывает ответы. Его рука двигалась легко и свободно, словно он ни капли не переживал, а сами задания не вызывали ни малейшего сомнения.

Забыв о собственной работе, я продолжила наблюдать за ним. Коллоквиум по теории магии и другие промежуточные работы повлияют на моё место в рейтинге, которое и так скатилось до крайней отметки. Если кто-то обойдёт меня хоть немного, я потеряю стипендию, а вместе с ней и расположение лорда Вейроса. Невольно я задумалась о том, что Фрейвинд наверняка получал неоправданно высокие оценки. И если бы я могла доказать, что он получает их незаслуженно…

– Мисс Люмериан, – прервал мои размышления профессор. – Вы собираетесь сегодня ответить хотя бы на один вопрос?

По аудитории пронеслись смешки, но никто не посмел поднять взгляд или что-либо сказать. Заставив себя опустить взгляд, я крепче сжала перо и принялась быстро строчить ответы.

Несмотря на бессонную ночь и переживания последних пары дней, я вполне успешно справилась со всеми вопросами контрольной работы. И если бы не задумалась в самом начале, то, возможно, мне не пришлось бы покидать аудиторию одной из последних. Когда я принесла свой пергамент, чтобы сдать его, профессор уже просматривал некоторые из сданных работ.

– Мисс Люмериан, – остановил он меня, едва я развернулась в сторону выхода.

– Да, профессор? – отозвалась я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

– Останьтесь. Я хотел бы поговорить с вами. Наедине.

– О чём?.. – моё сердце уже отбивало безумный народный танец. Неужели он всё-таки узнал меня?

– О том, о чём вы не захотели бы говорить при посторонних, – спокойно ответил профессор и взял в руки другой исписанный лист пергамента.

Вот теперь мне точно конец.

Глава 4

Но всегда оставался шанс на то, что мы с профессором просто неправильно друг друга поняли. Я собиралась до последнего отрицать свою вину, потому что отчисление из академии было смерти подобно. Стоит мне вылететь, и опекун выдаст меня замуж, после чего я, скорее всего, не проживу и года, учитывая репутацию жениха.

– Итак, профессор, – я крепче вцепилась в свою сумку, будто собиралась вступить в самую настоящую схватку. – О чём же пойдет речь?

Мы остались вдвоём в аудитории, и я чувствовала себя крайне неуютно. Словно на мне снова были игривые кошачьи ушки или костюм горничной, которые так любили посетители “Иллюзиона”.

– Это, – мистер Каспиан протянул мне пергамент, – контрольная работа адепта Эльмонта, выполненная безукоризненно. И мы с вами оба прекрасно знаем, что он не мог выполнить её самостоятельно.

Уж я-то в способностях этой троицы не сомневалась. Несмотря на то, что мы не так давно были знакомы, эти недоумки успели достать всю группу. Но мне было не понятно, чего именно от меня хотел профессор.

– Допустим, – осторожно произнесла я.

Дальше-то что?

– Настолько же идеально работы написаны у господина Рейвенхольта и его товарища Тальфорда. И в связи с этим, мисс Люмериан, я бы хотел получить от вас максимально правдивый ответ. Что вам об этом известно?

– Ничего? – с такой же вопросительной интонацией ответила я и пожала плечами. Может, эти трое и списывали каким-то образом, но я им в этом точно не помогала, и не имела отношения к их мошенничеству.

– Вы знаете, что я не люблю больше всего на свете, мисс Люмериан? – профессор положил пергамент на свой стол и скрестил руки на груди. Взгляд, устремленный на меня, стал тяжёлым и проникновенным.

– Что? – поинтересовалась я, борясь с желанием сделать шаг назад.

– Я ненавижу ложь, – сказал мужчина медленно. – И трусость. Вы в курсе, что списывание – это прямое нарушение правил академии. Но хуже списывания может быть только тот факт, что вы поймали кого-то, но не хотите выдавать.

– Я никого не ловила, – мне, наконец, удалось взять себя в руки, и я вроде бы достаточно твёрдо встретила взгляд профессора.

– А если бы поймали? Рассказали бы мне?

Я неопределенно повела плечами.

Ябедой быть не хотелось. Если бы я любила жаловаться, ректор уже был бы в курсе всех моих конфликтов. Но я предпочитала просто учиться, не привлекая излишнего внимания к своей скромной персоне.

– Вы понимаете, что эта троица своими нечестными методами скоро потеснит вас в рейтинговой таблице? – господин Каспиан решил сменить тактику и ударить по больному месту. – И вы глазом моргнуть не успеете, как лишитесь своей стипендии. Как вам такой вариант, мисс Люмериан?

Вариант был откровенно паршивый. Но что я могла сделать?

Однако, у профессора было готовое решение.

– Признаться честно, мисс Люмериан, – заговорил он тихим, вкрадчивым голосом. – Поначалу я подозревал, что эта троица не обошлась без вашей помощи. Уж слишком всё у них идеально. Да и вы сидите поблизости. Согласитесь, это более чем подозрительно.

И да, я вынуждена была согласиться. На миг промелькнула мысль, что было бы гораздо проще, если бы господин Каспиан узнал о моей подработке. Я бы не чувствовала себя ужом на сковородке, вынужденным извиваться, даже несмотря на то, что ни в чём не была виновата.

– Я не помогала им, – сказала я, надеясь, что голос не дрогнет. Совсем недавно эти трое требовали, чтобы я написала для них контрольную. Мог ли профессор Каспиан слышать наш разговор? Вряд ли. Поблизости никого не было. Кроме Рендалла Фрейвинда. Мог ли принц рассказать обо всём преподавателю? Ради того, чтобы обойти меня в рейтинге – запросто. И всё же, я сомневалась.

– Допустим, я вам поверю, – мужчина заглянул мне в глаза. – Но неужели вы, сидя позади этих молодых людей, совершенно ничего не заметили?

– Я была занята собственной контрольной работой, – ответила я. – У меня нет привычки отвлекаться и смотреть по сторонам.

– И все же, – тон профессора стал жестким, – я очень надеюсь, что в следующий раз вы, мисс Люмериан, будете более внимательной, и в случае, если инцидент с идеально написанными контрольными повторится, вам будет, что мне сообщить. Иначе я вернусь к своей прежней теории.

А прежняя заключалась в том, что это я помогала троице писать контрольные на отлично.

– Я вас поняла, профессор Каспиан, – кивнула я, надеясь, что моя неприязнь к этому человеку не отразилась на лице. Наверняка он прекрасно знал, что я ни в чём не виновата. Но, не имея других вариантов, решил надавить именно на меня. И из-за этого человека я осталась должна “Иллюзиону” приличную сумму денег за спецобслуживание. Мерзость.

– Я вас больше не задерживаю, – по губам профессора скользнула усмешка. – До новых встреч, мисс Люмериан.

– До свидания, профессор, – пожелала я и на негнущихся ногах вышла в коридор. На душе было паршиво, и последний, кого мне хотелось бы видеть, был Рендалл Фрейвинд. Но именно он перегородил мне дорогу.

– Что от тебя хотел профессор? – небрежно поинтересовался он. – Сразу скажу, я тут ни при чём. Я ни слова ему не сказал. И если он каким-то образом разузнал твой маленький грязный секрет…

– Знаешь что, – я подняла на него тяжёлый мрачный взгляд, снова забыв, что передо мной, во-первых, принц, а во-вторых, тёмный маг, темнейший и сильнейший за последнюю сотню лет. – Катись-ка ты в бездну.

Рендалл в ответ лишь хмыкнул, поправил на плече свою сумку и, засунув руки в карманы, неторопливо пошёл по коридору. Меня это полностью устраивало. Настроения препираться с ним не было: я здорово устала, занятий в тот день больше не намечалось, и можно было со спокойной душой идти домой, чтобы немного поспать перед началом рабочего дня.

Однако, что-то было не так. Неторопливо пересекая здание академии, я почувствовала, что внимание адептов всё ещё направлено на меня. Это казалось нормальным, когда Рендалл устроил сцену с кошельком – который, кстати, к концу контрольной куда-то пропал, – но на меня смотрели все. Действительно все. Совершенно незнакомые люди с более старших курсов кивали в мою сторону и о чём-то тихо переговаривались.

– Какой бездны тёмной, – пробормотала я, и тут на меня налетела Фиона.

Фиона Марсивель была моей сокурсницей. Она принадлежала к аристократическому, не так давно обедневшему роду, который славился своей любовью к интригам. Сама Фиона готова была общаться с кем угодно, лишь бы обсудить пару последних слухов.

– А я думала, ты у нас тихоня, – проговорила она, приобняв меня за плечи, и это не сулило ничего хорошего.

– Не знаю, о чём ты, – напряглась я. После встречи с Рендаллом в “Иллюзионе” мне казалось, что все уже знают про мой маленький секрет.

– Ах, брось, – усмехнулась Фиона, потянув меня в сторону окна, подальше от любопытных ушей. – Все уже в курсе, что ты не отличаешься строгими принципами. Но я не осуждаю! Хотела только спросить: как у тебя получилось?

Я нахмурилась, чувствуя неприятный холодок, пробежавший вдоль позвоночника.

– Не тяни, – сказала я, устало потёрла переносицу и убрала ценные очки в сумку. – Что именно обо мне говорят?

– Ой, как будто ты сама не знаешь, – протянула Фиона с ехидной улыбкой. – Вся академия только и обсуждает, как ты провела ночь с самим Рендаллом Фрейвиндом!

– Я – что?! – воскликнула я и закашлялась, поперхнувшись.

– Тс-с-с, не ори, – шикнула она, оглянувшись. – Вы такую сцену разыграли перед контрольной, что всем всё стало понятно.

– Да что вам там понятно стало?!

Фиона закатила глаза:

– Его Высочество прямым текстом сказал, что заплатил тебе за удовольствие. Всё очевидно.

Я замерла, не веря своим ушам. Воспоминания о нашей перепалке в аудитории вспыхнули так ярко, что у меня пересохло во рту.

– Ты хочешь сказать, что… – начала было я, но Фиона меня перебила:

– Все знают, что у тебя с ним было. Да, дорогая. Академия гудит, как улей! Уверяю, многие бы хотели оказаться на твоём месте, но никто не рискует связываться с тёмной магией. Сама понимаешь. Ты первая, кто осмелился вступить с ним в связь.

– Священное пламя, – выдохнула я и закрыла лицо руками.

– Нет-нет, скорее уж пламя его высочества, – хихикнула Фиона.

– Да не было ничего! – зашипела я, кося взглядом на случайно проходивших мимо адептов. Они явно пытались подслушать наш разговор. А моё пылающее лицо наверняка только подогревало их интерес.

Фиона в ответ пожала плечами:

– Таким достижением гордиться надо. Но: не хочешь делиться подробностями – не надо. У общественности, знаешь ли, бурная фантазия. А детали нужны всем.

Она замолчала, потому что из-за угла появился профессор Каспиан, а за ним шли трое: Эльмонт, Рейвенхольт и Тальфорд. И все трое – с хмурым выражением на лицах. Поймав мой взгляд, Тальфорд сощурился и жестом показал: я слежу за тобой, Люмериан. А Эльмонт пихнул локтем Рейвенхольта и молча кивнул в мою сторону.

Должно быть, профессор всё же нашёл способ прижать этих троих и не засчитать результаты их работ. И, несмотря на это, их тоже интересовала только моя связь с его высочеством?

Дождавшись, когда все четверо исчезнут в одной из аудиторий, я схватил Фиону за руку и жалобно посмотрела ей в глаза:

– Нет, нужно это всё прекратить. Нужно всем объяснить, что…

– Что? – чуть надменно спросила она. – Всё, дорогая, сделанного не воротить, и людей ты точно не переубедишь. Весь поток вас видел и слышал. К тому же, говорят, ты его сегодня сама завела под лестницу на втором этаже, где вы уединились на несколько минут. Как ты это объяснишь?

– Мы просто…

Фиона отмахнулась:

– В центре внимания сам Рендалл Фрейвинд. Если хочешь быть его подружкой, привыкай.

С этими словами она сделала ручкой и, покачивая бёдрами, ушла в сторону выхода из академии, а я так и осталась стоять и ловить ртом воздух.

Рендалл!

Он знал, как прозвучат его слова.

И сделал это нарочно.

Глава 5

Всю дорогу от дома до таверны мне казалось, что кто-то пристально наблюдает за мной. Я оборачивалась каждые две минуты и не замечала ничего особенного, но всё равно липкое чувство, будто за мной наблюдают, не отступало. Добравшись до таверны, я завернула в переулок, внутри которого располагался чёрный вход в “Иллюзион”, и, осторожно выглянув, последний раз осмотрела проспект. Никаких маньяков. Только серая, мокрая после осеннего дождя мостовая и спешащие по ней прохожие, которые кутались в плащи и натягивали шляпы до самого носа.

Хмыкнув, я пожала плечами и отправилась на работу.

– Вечер лесных духов! – вдохновенно объявила миссис Кеверейла, вскинув руки к потолку, словно увидела на нём знамение. Я невольно посмотрела наверх, но не увидела никаких огненных символов, которые диктовали бы хозяйке очередную тему вечера.

Выдержав драматическую паузу, она сняла с вешалки два наряда и протянула по одному из них мне и Лейле. А затем раздала остальные, объясняя задачу официантов:

– Сегодня мы перевоплощаемся в прекрасных воздушных нимф. Будьте осторожны, юбки длинные и очень легко рвутся, так что смотрите под ноги и не торопитесь.

– Сегодня без спецобслуживания? – спросила Элис, рассматривая воздушное платье цвета нежной зелени.

– Если мы будем предлагать спецобслуживание каждый день, оно перестанет быть особенным, а значит, и цениться будет меньше. Вместо этого сегодня каждый удар колокола мы собираемся вокруг столика, на котором будет стоять вот эта красота, – хозяйка продемонстрировала нам довольно объёмный гербарий из разнообразных веточек, цветов и листьев. – И будем водить вокруг него хоровод. Когда переоденетесь, пойдём репетировать.

Я мысленно выдохнула. Мне намного проще было работать, когда не было необходимости контактировать с посетителем больше, чем того требовала работа официанта. Но обрадовалась рано, потому что миссис Кеверейла хитро улыбнулась и добавила заговорщическим тоном:

– А ещё, клиент может заказать символ удачи. Если такое произойдёт, вы берёте вот эту чернильницу и эту кисточку. Потом рисуете вот такой символ на тыльной стороне ладони посетителя. Вот так.

Она поймала за руку проходившего мимо повара Майлза и начертила чуть ниже его большого пальца изображение, которое отдалённо напоминало цветок.

Я улыбнулась и промолчала, хотя думала в тот момент, что никто не попросит нарисовать у себя на руке непонятно что, тем более за дополнительную плату. Но работа есть работа, и потому я была обязана предлагать дополнительную услугу, какой бы глупой она ни была.

– Главное, оставайтесь в образе! – щебетала хозяйка, пока мы переодевались. – Помните, вы нимфы! Прекрасные! Воздушные! Волшебные! И улыбайтесь, дорогие, улыбайтесь! Айрин, моя хорошая, покажи мне улыбку.

Я сложила руки перед собой и, чуть склонив голову набок, улыбнулась. В первый день моей работы хозяйка заставила меня добрый час стоять перед зеркалом и тренировать “очаровательную улыбку, от которой сердце посетителя растает, как сладкий мёд”.

– Умничка, сладкая моя, – проворковала миссис Кеверейла и упорхнула по своим делам.

Спустя некоторое время, когда повара уже шипели разогретым маслом на кухне, колокол часовой башни пробил пять раз, а официантки переоделись, отработали танец и выстроились в ряд, чтобы встречать гостей в новом образе. Двери распахнулись, и в таверну начали проходить первые посетители. Я улыбалась, провожая каждого взглядом.

Ровно до тех пор, пока не увидела Рендалла.

Да, он явился опять. Я с трудом заставила себя улыбнуться вновь, решив, что на этот раз он будет не моей проблемой. Всё равно, что он придумает, обслуживать его будет кто угодно, только не я.

К счастью, он действительно выбрал столик, который относился к зоне ответственности Элис, и через минуту я уже снова искренне улыбалась и кланялась каждому новому клиенту.

– Так это в самом деле принц Рендалл? – шепнула мне Элис, заставив меня на несколько мгновений отвести взгляд от двери. – Говорят, его лучше не злить. Кем он недоволен остаётся, исчезает без следа.

– Уверена, что тебе он ничего не сделает, – заверила я. – Он не такой страшный, каким кажется.

– Если честно, он мне вообще не кажется страшным. Такой красавчик! А магией я всё равно не владею, так что могу даже прикоснуться к нему!

Эти слова заставили меня перевести взгляд туда, где за столиком сидел Рендалл и со скучающим выражением лица просматривал сегодняшнее меню. Он уже трогал меня при прошлом посещении “Иллюзиона”, и от каждого прикосновения по моей коже словно пробегала искра. Если он действительно мог поглотить мою силу…

– О, а это новенькие, – сказала Элис, прервав мою мысль. – Я их раньше тут не видела.

Я проследила за её взглядом и забыла, как дышать.

У стойки администратора стояли Эльмонт, Рейвенхольт и Тальфорд. Сердце забилось быстрее, а в голове крутился только один вопрос: “Они-то что здесь забыли?!”

Элис тем временем по-своему оценила моё молчание и вздохнула:

– Да, они тоже красавчики. Хотя его высочество лучше. О, смотри-ка, они сегодня будут твоими посетителями. Повезло же нам сегодня, подруга!

Ага. Как утопленникам.

Лишь за одно я была благодарна богам – в день лесных духов не предусматривалось спецобслуживание. Эти трое не могли требовать с меня ничего сверх того, что входило в мои прямые обязанности, и я, по крайней мере, не рисковала своим заработком. Во всем остальном мне крупно не повезло. Но при этом я была уверена, что это не какое-то случайное совпадение. Наверняка Эльмонт, Рейвенхольт и Тальфорд каким-то образом выследили меня, и после нашей встречи вся академия точно будет знать о моей подработке.

Если бы я знала, как сильно ошиблась, вообще не вышла бы в зал.

Под хмурым, пристальным взглядом госпожи Кеверейлы я натянула на лицо вежливую, приветливую улыбку и, захватив меню, направилась к столику, что был первым в очереди на обслуживание. Но, поравнявшись с принцем Рендаллом, мимо которого лежал мой путь, притормозила, услышав его голос.

– Зеленый тебе к лицу, – хмыкнул он.

Костюм лесной нимфы действительно совмещал в себе несколько оттенков зеленого. Лиф был довольно плотным, а вот юбка представляла собой несколько слоев полупрозрачных лоскутов ткани, которые во время ходьбы разлетались в стороны. Лица нам украсили блестками, и, возможно, мы действительно напоминали невесомых духов природы, что порхали от столика к столику, но невинный, казалось бы, комментарий тёмного принца вывел меня из себя. Я повернулась к нему, чтобы огрызнуться, а он словно только этого и ждал. Сидел, сложив руки на груди и ухмыляясь так, что сразу стало понятно – цель достигнута.

Но достойно ответить я так и не успела.

– Эй, официантка, – крикнул Рейвенхольт и поманил меня пальцем. – Долго нам еще ждать?

Проклятие!

На один короткий миг я даже забыла об этой троице.

Зато они привлекли внимание Рендалла, который, похоже, их поначалу не заметил, и с лица принца исчезла улыбка.

Вздохнув и мысленно приготовившись к граду насмешек, я направилась к столику, где сидели мои одногруппники.

– Доброго вечера, путники, – старательно растягивая губы в улыбке, выдала я приветствие, которое перед открытием придумала госпожа Кеверейла. – Чего изволите?

– Возмездия, – нехорошо усмехнулся Эльмонт, что сидел ближе всех ко мне и, схватив меня за руку, дёрнул к себе.

– Что ты творишь? – зашипела я. – Хочешь, чтобы я позвала охрану?

– А ты хочешь, чтобы ректор узнал о том, что ты подрабатываешь в таверне? – нехорошо усмехнулся Рейвенхольт, глядя на меня своими маленькими злобными глазками. И с чего Элис взяла, что кто-то из этих недоумков красивый? – Улыбайся и слушай, цыпа. За то, что ты сделала, будешь возмещать нам моральный ущерб. И начнешь прямо сейчас.

– Я вам ничего не сделала, – мне, наконец, удалось освободиться и сделать шаг назад от столика. Бросила быстрый взгляд на госпожу Кеверейлу, после чего мысленно взвыла. Хозяйка таверны как раз смотрела на меня и, похоже, расценила ситуацию по-своему. В её глазах я выглядела строптивой, неприветливой официанткой, которая, вероятно, нагрубила посетителям и поплатилась за это.

– Хочешь сказать, это не ты донесла на нас Каспиану? – зашипел Эльмонт. – И это не из-за тебя он аннулировал результаты наших контрольных?

– Нет, – я покачала головой. – Я понятия не имею, как вы так хорошо справлялись. Хотя, согласитесь, это было подозрительно.

Ох, зря я это сказала.

Лицо парня исказилось от злости.

– Слушай сюда, зубрилка, – процедил он. – Мы точно знаем, что это сделала ты. Поэтому ты будешь наказана. Делай то, что мы тебе скажем, и если хоть слово вякнешь своему любовничку, ректор завтра же утром узнает твой секрет.

Кажется, история решила повториться. Только на этот раз моим мучителем был не капризный принц, настоявший на спецобслуживании, а троица мстительных недоумков, решивших, что именно я выдала их преподавателю.

– И чего вы хотите? – вздохнула я и положила на стол меню. Возможно, если получится сбежать от них на кухню, я смогу договориться с кем-то из девочек поменяться столиками. Только что это даст? Эти трое смогут сидеть здесь до закрытия, а потом подкараулят меня по дороге домой. А если они, ко всему прочему, ещё и узнают, где я живу, мне точно придет конец. Уж лучше разобраться с ними прямо в таверне, где хотя бы есть толпа свидетелей и охрана, которая в случае чего вмешается и выведет буйных посетителей.

– Для начала, цыпа, – нехорошо усмехнулся Рейвенхольт, – принеси нам выпить. И поживее.

Под пристальным взглядом госпожи хозяйки я натянула на лицо соответствующую улыбку и, поклонившись, отправилась на кухню. Мысли в голове проносились со скоростью урагана. Самой лучшей показалась идея подсыпать им что-нибудь в напитки, чтобы все трое отключились и решили, что им всё привиделось. Наверняка миссис Кеверейла поймёт и подыграет, учитывая ужасную ситуацию. Она не любила терять уже обученный персонал, а троица за седьмым столиком хоть и носила знатные фамилии, к королевской семье отношения не имела.

Но для этого мне нужно было попасть как минимум в учебную лабораторию и стащить оттуда зелье забвения. Которое, конечно же, охраняется не хуже, чем собственная комната лорда Вейроса. Или бежать на чёрный рынок, где молодым девушкам вроде меня вообще показываться опасно.

Также оставался вариант защищаться. Даже если бы все трое подкараулили меня за углом, я всё ещё могла ответить им силой своей родовой магии. Мощный огненный залп их не убьёт, но здорово обожжёт, и им придётся провести некоторое время дома, зализывая раны под чутким присмотром обладающего даром лекаря.

В этом варианте тоже была проблема: с большой вероятностью в результате виноватой оказалась бы я. У каждого из них имелись серьёзные связи. Поговаривали даже, что Эльмонт происходил из семьи некоего преступного авторитета, хоть это никогда и не было доказано. В любом случае, правосудие будет скорее на их стороне, чем на моей. Если только…

Наливая в высокие стеклянные кружки сливочный эль, я бросила короткий взгляд через окошко выдачи на принца Рендалла, который буравил меня молчаливым взглядом даже в тот момент. Можно ли было положиться на его поддержку? Он хоть и мерзавец, но совсем уж подонком не выглядел. И он мог наблюдать сцену, которая разворачивалась в зале, а позже – быть моим свидетелем.

Эх, если бы только я могла быть в нём уверена! Нет, он только и знал, что издеваться надо мной, а значит, ожидать от него поддержки было бы глупо.

В итоге у меня оставался только один вариант.

Переговоры.

– Доброго здоровьица вам, дорогие путники, – ласково произнесла я, как полагалось официанткам “Иллюзиона”, и поставила перед каждым из парней по кружке. Потом, под глупые смешки троицы, приложила к себе поднос и поклонилась. – Как вам нравится наше заведение?

– С каждой минутой всё больше, – хмыкнул Рейвенхольт.

Я сильнее сжала поднос, собираясь с мыслями, чтобы начать сложный разговор, но меня опередил Тальфорд, который уже сделал большой глоток и теперь покачивал в руке кружку.

– Знаешь, Люмериан, – лениво протянул он. – А в таком образе ты даже не кажешься заучкой. Мне даже почти расхотелось наказывать тебя. Приветливая такая, послушная. Может, ты будешь в таком виде и в академию ходить?

Моё сердце забилось быстрее. Тальфорд, казалось, сам поднял тему таким образом, что можно было отыскать способ договориться. Но Эльмонт начал нагнетать:

– Да уж, тебе бы ещё юбку покороче, да декольте поглубже. Теперь я понимаю, почему его высочество повелся на зубрилку вроде тебя.

Все трое прыснули, а я почувствовала, что начинаю закипать.

– У меня есть предложение, господа, – проговорила я тихо. Но меня снова перебили. Развеселившийся Рейвенхольт поднялся на ноги, взял меня за подбородок и, хищно ухмыльнувшись, заглянул в глаза.

– Я понял. Тебе больше нравится развлекать мужчин, чем корпеть над учебниками. За это поди и платят получше, а?

– Очевидно же, она здесь работает, чтобы найти себе покровителя побогаче, – заметил кто-то из парней, и все трое неприятно рассмеялись.

– Я знаю, кто помогает вам с контрольными, – тихо сказала я, стараясь не показывать ни своей злости, ни страха.

Эта новость заставила их заткнуться. Наконец-то.

– Так и знал, что ты нас сдала, – прошипел Рейвенхольт и резким движением выпустил мой подбородок, так что я с трудом удержала равновесие.

– Я ничего не говорила профессору Каспиану. Но нетрудно догадаться, что вы пользуетесь услугами либо Линды, либо Роя. Они оба частенько сидят рядом с вами и хорошо учились до недавних пор. Интересно, почему же их оценки просели?

– Ты нарываешься, цыпа, – сощурился Тальфорд.

– Не в моих привычках ябедничать. Но если профессор вынудит меня…

– Допустим, – протянул Эльмонт, – ты действительно ничего не говорила профессору. Хотя мы точно знаем, что после контрольной он попросил тебя остаться для приватного разговора…

– Он действительно спрашивал меня о вас и ясно дал понять, что мне лучше сотрудничать с ним. Но я не делилась своими подозрениями. А также тем, что вы пытались заставить меня писать работу за вас.

– Что предлагаешь? – сухо бросил Тальфорд. Даже странно, обычно он казался мне самым тупым из всей троицы, а теперь как будто самым здравомыслящим оказался.

– Я помогу вам подготовиться к пересдаче. А вы забудете, что видели меня здесь.

– А если мы не согласны? – гаденько улыбнулся Рейвенхольт.

Я пожала плечами и снова мило улыбнулась:

– Чего изволите откушать, путники? Как насчёт отведать блюдо от шефа? Сегодня мы можем предложить вам нежнейшее рагу из оленины с сезонными овощами, фаршированные грибные шляпки и запеченные каштаны. Кроме того, рекомендую отведать десерт “Зелье лесных духов”, которое представляет собой прозрачное желе со свежими ягодами, листьями мяты и засахаренными лепестками роз.

Парни переглянулись. Эльмонт сделал какой-то знак рукой, остальные мрачно кивнули, и Тальфорд сказал:

– Оплати наш счёт, цыпа. Ещё увидимся.

И с этими словами все трое покинули таверну, оставив после себя только три пустых кружки. И когда они успели всё выпить?

Я со вздохом переставила кружки на поднос и понесла их обратно на кухню. Миссис Кеверейла перехватила меня по пути и зашептала:

– Ты понимаешь, что творишь?! Три столика ждут тебя и всё ещё не сделали заказ! Ты не можешь тратить столько времени на один столик, если только посетитель не оплатил спецобслуживание!

– Простите, госпожа хозяйка, – ответила я горячим шёпотом. – Те парни отказались платить по счёту. Я пыталась решить эту проблему.

– Они почти ничего не заказали, забудь о них.

– Но если они так каждый раз…

– С ними разберётся Борис! Быстро работать!

Я кивнула и побежала принимать заказы у остальных клиентов.

Разговор с троицей хулиганов завершился не самым лучшим образом. Они хоть и присмирели, но мне не показалось, что между нами возникла новая договорённость. Что ж, по крайней мере, парни быстро покинули таверну, и я могла продолжить работу.

Если поначалу я радовалась, что Рендалл не сел снова за один из моих столиков и оказался в полном распоряжении Элис, то уже спустя четверть часа переменила своё мнение. Да, мне не нужно было его обслуживать. Да, он не доставал меня дурацкими придирками и колкими замечаниями. Но с самого начала он смотрел на меня, не сводя пристального взгляда.

Он наблюдал за мной, когда я проходила мимо. Смотрел, когда общалась с посетителями, когда отходила за стойку за заказом. И даже когда я оказывалась на кухне, следил сквозь окошко выдачи! Сказать, что он бесил меня своим назойливым, каким-то нездоровым вниманием – ничего не сказать.

Колокол на часовой башне пробил один раз, оповещая о том, что первые полчаса нашего рабочего дня остались позади. Я поставила пустой поднос на стойку, оглядела столики в поисках гербария и не сильно удивилась, обнаружив, что заказчиком “танца лесных духов” оказался именно Рендалл. Что ж, по крайней мере, мне не нужно было отдуваться одной.

По замыслу миссис Кеверейлы мы должны были, плавно покачиваясь и взявшись за руки, неторопливо кружиться вокруг заказчика, создавая атмосферу магического ритуала. В это время заказчик имел возможность рассмотреть каждую девушку и выбрать ту, которая начертит символ удачи на его руке. Задача казалась не сильно сложной, к тому же я надеялась, что принц всё-таки заметил обаяние Элис, которая щебетала вокруг него все эти полчаса.

Итак, всё затихло на мгновение, а потом сама госпожа хозяйка начала наигрывать на арфе приятную мелодию из одного спектакля. Подчиняясь ритму, мы начали двигаться вокруг столика, покачивая бедрами и поворачиваясь то в одну сторону, то в другую. Нехитрый танец привлёк внимание всего “Иллюзиона”, на что и рассчитывала госпожа хозяйка. Предполагалось, что другие посетители тоже захотят стать участником шоу и задержатся, оставив при этом больше денег в заведении.

Я старалась не смотреть на Рендалла. Элис же, напротив, буквально гипнотизировала его взглядом, улыбаясь при этом так лукаво, что мне становилось не по себе. Каждый раз, когда она оказывалась рядом с его высочеством, Элис чуть наклонялась, демонстрируя своё декольте.

Кровь прилила к моим щекам, и когда мелодия завершилась, я хотела было уйти за заказом одного из посетителей, но Дари поймала меня за рукав и шёпотом напомнила про завершающий этап “ритуала”.

Мы выстроились в ряд перед Рендаллом, сложив руки перед собой.

– Вы можете выбрать любую из дриад, путник, дабы она начертала символ удачи на вашей руке.

Его высочество молча осмотрел нас всех, а потом поднял руку, указав прямо на меня.

Девчонки расступились, мгновенно переключившись на остальных посетителей, а я мысленно прокляла всех лесных духов разом.

– И не скучно тебе тут сидеть? – спросила я тихо, обмакивая кисть в баночку с чернилами.

– Разве здесь может быть скучно? – ответил он таинственно.

Я вспомнила, как трепетно к этому клиенту относится госпожа хозяйка и заставила себя улыбнуться. Потом поставила на стол баночку с чернилами и взяла руку принца, который уже протягивал её мне.

Его рука была тёплой и сильной. От такой близости мне стало неловко. Вновь чувствуя, что краснею, я опустила голову и начала чертить символ. Моя рука слегка дрожала, и мне пришлось несколько раз провести кистью по линиям, чтобы сделать их более яркими и твёрдыми.

– Что такое? – спросил Рендалл. – Нервничаешь?

– Просто не дёргайся, – буркнула я. – Сложно аккуратно рисовать, когда ты елозишь.

Принц, который сидел совершенно спокойно, только усмехнулся. Потом выждал, когда я закончу и, наклонившись ко мне, прошептал:

– Ты покраснела, кошечка.

Моя рука дрогнула, и я чуть не прочертила резкую линию, которая могла перекрыть кропотливо выведенный рисунок. Но Рендалл вовремя опустил ладонь.

Я шумно выдохнула и подняла глаза, встретив его прямой взгляд. Лукавый, насмешливый взгляд тёмных глаз. Он смотрел так внимательно, словно мог видеть меня насквозь.

– Ты сегодня не мой клиент, – заметила я, убирая набор для рисования. – Поэтому, прошу, не мешай мне работать.

– А я разве мешал? – широко улыбнулся принц, прежде чем я развернулась и ушла, чтобы больше ни разу за вечер не проронить в его сторону ни слова.

Глава 6

Что удивительно, к просьбе Рендалл действительно прислушался, и вечер прошёл относительно спокойно. Если бы не одно “но”: время от времени я ловила на себе взгляд остановившегося за окном мужчины в плаще. За это время на город опустилась тьма, вечер становился всё глубже, и чтобы разглядеть что-то, ему приходилось прислоняться к стеклу. Капюшон скрывал его лицо, но сомнений в том, что он наблюдает за мной, не оставалось.

Масла в огонь подливало то, что в тот день была моя очередь проводить уборку после окончания работы таверны. “Иллюзион” работал всего шесть часов в день: по мнению хозяйки, это создавало ощущение элитарности и позволяло ставить более высокие цены. Как бы то ни было, её планы срабатывали всегда, и все шесть часов у нас отбоя не было от посетителей, а в конце дня Борис и пара его подчинённых с дубинками в руках недвусмысленно намекали гостям, что пора уходить.

И вот, я осталась одна. Заперла главную дверь “Иллюзиона” изнутри, проверила все замки и зашторила все окна. За одним из них, мне показалось, промелькнула снова та фигура в плаще. Но она скрылась так быстро, что я не была уверена, не померещилось ли мне.

Проходя мимо выхода в переулок, я чуть не подпрыгнула на месте, когда дверь, скрипнув, приоткрылась. Ожидая чего угодно, я в панике начала аккумулировать магию в руках, чтобы встретить любого незнакомца, но то оказался лишь сквозняк. Медленно, осторожно я подошла к двери и закрыла её, заперев на щеколду.

Это было странно. Я была готова поклясться, что когда выносила вёдра с помоями, запирала дверь. Как она могла открыться, если щеколда закрывается только изнутри? Я поёжилась и пошла в зал, чтобы ещё раз проверить, всё ли убрано.

Ветер завывал в дымоходе. Огоньки свечей, последних, которые ещё горели, беспокойно подрагивали. Я подавила желание выглянуть на улицу и проверить, нет ли там таинственной фигуры в плаще. В любом случае, если кто-то и поджидал меня, то лучше выйти неожиданно и быстро пойти по светлым и людным улицам. Если конечно, в такое время улицы вообще могли быть людными.

Переодевшись и собравшись, я на всякий случай приготовилась ударить своим самым сильным заклинанием по любому, кто попытается причинить мне вред. С таким настроем я погасила свечи, прошла к задней двери и тихо отворила её. Замерла на мгновение, прислушиваясь. Шумел только ветер.

Я вышла и закрыла дверь, после чего провернула в замке большой тяжёлый ключ.

И тут что-то заслонило свет, который лился в переулок с проспекта. Резко обернувшись, я увидела фигуру в плаще, закричала, вскинула руки и, зажмурившись, направила всю собранную магию прямо в незнакомца. Сила ревущим потоком огня накрыла весь промежуток между зданиями, но ненадолго. Она буквально впиталась в…

Я сначала подумала, что это был щит или особый барьер. Но, открыв глаза, осознала, что магию поглощает сам человек. Сердце упало в пятки. Я бы побежала, да некуда: в конце переулка был тупик, и бежать можно было только мимо незнакомца. На этот выброс я потратила почти всю свою силу, и теперь, пошатнувшись, отступила.

– Вот это я понимаю – тёплый приём! – проговорил мужчина и опустил капюшон.

– Рендалл! – воскликнула я, приложив руку к грохочущему в груди сердцу. – Ты что здесь делаешь?

– Тебя жду, разве не очевидно?

– Ох, Светлые Силы, я же чуть не убила тебя, – выдохнула я и осела на мощёную дорогу, закрыв лицо руками.

– Но не убила же, – заметил он.

– Но… как? – я подняла взгляд на приблизившегося тёмного и сразу поняла, как.

Тёмный. Видимо, не всё то, что говорят легенды – только легенды.

– Твоя сила не может причинить мне вреда, – заметил он. – Но, если бы на моём месте был кто-то другой, лёгким ожогом он вряд ли отделался бы.

С этими словами он протянул мне руку. Взявшись за неё, я поднялась на ноги и покачнулась. Колени всё ещё дрожали.

– Кто-то следил за мной весь вечер, – с трудом проговорила я. – Кто-то в плаще. И с жуткими, сверкающими глазами.

– А, это, – легкомысленно хмыкнул Рендалл. – Иди сюда.

И, не выпуская моей руки, он повёл меня в сторону освещённого проспекта. Стоило нам повернуть за угол, как передо мной предстала неожиданная картина. Все трое: Эльмонт, Тальфорд и Рейвенхольт сидели на коленях в рядочек и при виде нас упали в земном поклоне.

– Простите нас, госпожа! – чуть ли не захлебнулся слюной Тальфорд, ткнувшись лбом в камни мостовой. – Мы никогда больше не потревожим ваш покой!

– Мы… мы были не в себе! – неестественным голосом пропищал Эльмонт, судорожно цепляясь за мокрые от дождя камни. – Поклянёмся чем угодно, только, пожалуйста, не надо больше…

– Не надо больше чего? – с угрозой в голосе проговорил Рендалл.

Все трое судорожно втянули воздух и переглянулись.

– Не надо… – сдавленно проговорил Рейвенхольт, – Прибегать к методам убеждения. Мы с первого раза всё понимаем.

И тут же вжал голову в плечи, будто ожидая удара. Я перевела вопросительный взгляд на Рендалла, который невозмутимо стоял, засунув руки в карманы, отчего его плащ распахнулся, демонстрируя форму академии “Созвездие”. Его лицо при этом выражало откровенную скуку.

– Они что, обещают быть примерными адептами? – осведомилась я, повернувшись к его высочеству.

Тот пожал плечами.

– О-о-о, наша госпожа! – взвыл Тальфорд. – Мы клянёмся больше не прибегать к силе, шантажу и…

– Угрозам, – напомнил Рендалл. Тот закивал:

– Мы больше никогда не принесём вам никаких неприятностей! И будем вас э-э-э… всячески защищать и поддерживать!

– Да-да! – подхватил Эльмонт. – Если только вам нужно место в рейтинге, мы…

– Вы обещали не использовать угрозы и шантаж, – напомнила я.

Парни затравленно переглянулись.

– То есть, – добавил Эльмонт, – если только вы прикажете. Конечно.

Я усмехнулась и покачала головой. Всё это время, хоть на словах они якобы клялись мне, на деле смотрели только на Рендалла. Что же он такого с ними сделал, что самые отъявленные хулиганы академии стали такими послушными?

– Кажется, мы пришли к согласию, – заметил Рендалл. – Исчезните.

Все трое вскочили, со всех ног бросились на другую сторону улицы, и только после этого перешли на шаг. Сам Рендалл в это время развернулся и неторопливо пошёл вдоль проспекта. Я же так и осталась стоять, пытаясь осознать всё, что только что произошло.

– Ты идёшь? – обернулся ко мне тёмный. – Или предпочитаешь одна ходить по ночным переулкам?

Сделав резкий вдох, я в несколько торопливых шагов догнала Рендалла и, спрятав руки в рукавах своего плаща, пошла рядом с ним.

В полном молчании мы дошли до моего дома. Он знал, где я жила, и это меня даже не удивило: он наверняка мог узнать обо мне что угодно. И, когда мы остановились перед входной дверью, он встал, опустив на меня тот острый, внимательный взгляд, от которого подкашивались колени.

– Они тебя больше не тронут, – сухо сказал тёмный.

Я кивнула.

– Спасибо.

– Я рядом, – добавил Рендалл и, не прощаясь, молча ушёл.

– И что это было, – пробормотала я, провожая взглядом его исчезающую в темноте переулка фигуру, и только когда его уже не было видно, вошла в дом.

Я поднялась на третий этаж, отперла дверь своей комнатки и поёжилась, оказавшись внутри. За прошедший день я смогла неплохо подзаработать, но этого было слишком мало, а значит, на подключение к силовым путям можно было не рассчитывать. Комната промёрзла за день, а мой любимый греющий артефакт отдал всю силу ещё прошлой ночью.

Я взяла его в руку и подбросила. Покачала головой. Тогда, в переулке, выбросив пламя на Рендалла, я потратила почти всю силу, и она едва ли восстановилась хотя бы на десятую часть. К тому же, моё тело охватила такая слабость, что я только сняла сапоги, натянула шерстяные носки и свернулась калачиком в постели.

Мысли никак не давали уснуть. Я крутилась с боку на бок, вспоминая события прошедших двух дней и гадая, что нашло на Рендалла. Как он узнал, что у меня проблемы с этой троицей? Как и когда он “поговорил” с ними? А главное, какую цель при этом преследовал?

Несмотря на то, что я была тепло одета, мне становилось только холоднее. Я закуталась во всё, что только могла, и пару раз даже вставала, чтобы немного пройтись и поприседать в надежде согреться, но сил на это совсем не осталось. Я потеряла счёт времени и вряд ли могла сказать, сколько пролежала так, дрожа от холода.

И только под утро забылась беспокойным сном.

Мне снились странные, болезненные сны. Порой я не могла даже понять, сон это или явь.

Казалось, что я стою посреди выжженного поля. Воздух дрожал от жара, который поднимался от земли, а кожа моих босых ног была вся в ожогах. Но как бы ни было горячо снаружи, я продолжала дрожать от холода. Мои ноги медленно проваливались в раскалённые пески, но чем глубже я уходила, тем сильнее замерзала. Мне хотелось укутаться во что-нибудь, но на мне совершенно не оказалось одежды – лишь тонкие лоскуты платья дриады или лесной нимфы, которые горели алым пламенем и шевелились на ветру, словно живые змеи.

Кто-то звал меня по имени, но голос был тихим и глухим, будто доносился из-под воды. Я повернула голову и увидела Рендалла. Он стоял на краю поля, в тени огромного, древнего дерева и не шевелился, будто был охвачен льдом.

– Ты всегда такая упрямая? – спросил он, и его голос растаял в воздухе.

Я сделала шаг к нему, с трудом освободив ноги из песчаного плена. Они едва слушались.

– Помоги мне, – проговорила я слабым, сорванным голосом, но охваченный льдом Рендалл не сдвинулся с места.

– Тебе же не нужна помощь, – язвительно заметил он. – Ты же со всем сама справляешься.

– Рендалл, – прошептала я, протянув руку в его сторону, но он растворился в воздухе, а следом померкло всё вокруг, оставив меня в темноте.

… Я шла по длинному стеклянному коридору. За стенами мелькали воспоминания. Вот – тёмный бросил мне мешочек с деньгами. Вот – хулиганы бьются лбами о мокрую мостовую. Вот – пламя, поглощённое тёмной фигурой в плаще. Стоило мне приблизиться к какому-либо из них, как стекло трескалось, и образ рассыпался тысячами осколков, не позволяя мне увидеть, что произошло дальше.

Я сорвалась на бег. Чем быстрее бежала, тем длиннее становился коридор, и тем больнее резали кожу осколки стекла. Наконец, силы кончились, дыхание сбилось, и я снова увидела его.

Рендалл стоял в конце коридора, прислонившись спиной к стене, и молча наблюдал за мной. Его тень вытянулась и казалась угрожающе высокой, но сам он оставался, как обычно, невозмутимым.

– Ты ищешь ответы, Айрин, – проговорил он, и его слова пронеслись по коридору многократным эхом. – Уверена, что они тебе понравятся?

Я не успела ответить: стекло разлетелось осколками, и меня снова охватила тьма.

… Чьи-то прохладные пальцы прикоснулись к моему лбу. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, успокаивающим. Я хотела было открыть глаза, но какая-то неведомая сила не позволяла мне сделать этого. Некто сидел рядом. Так близко, что я чувствовала на щеке прикосновение тёплого дыхания.

– Сонная кошечка, – раздался приглушённый голос. Знакомый, близкий настолько, что сердце болезненно сжималось. Меня накрыли чем-то мягким, и озноб медленно начал отступать.

– Пытаешься казаться сильной даже во сне, – с тихой насмешкой прозвучал голос.

Я провалилась в темноту. Пустота подхватила меня и понесла по реке без берегов. Там не было ни жара, ни холода, ни света, ни тьмы – только вязкая, непроницаемая тишина. Я не чувствовала даже собственного тела.

– Айрин, – услышала я и со стоном повернула голову. Это слово должно было означать что-то важное, но едва ли я улавливала его смысл.

– Айрин, ты проснулась? – голос прозвучал настойчивее.

Я застонала и снова повернула голову.

– Просыпайся, кошечка, и скажи мне, что ты в порядке.

Только теперь я осознала, что кто-то обращается ко мне. Нахмурившись, собралась с силами и приоткрыла глаза.

– Где я?.. – вырвалось из моей груди хриплым вздохом.

Взгляд сфокусировался не сразу.

– У меня, – ответил склонившийся надо мной Рендалл.

Глава 7

– Как я оказалась у тебя дома? – говорить было сложно. Горло саднило, как будто я долго и очень громко кричала. Во рту было сухо, как в той самой пустыне, что мне снилась. И всё же я не утратила разум и могла точно ответить, где и когда уснула – после смены в “Иллюзионе”, в своей собственной постели.

– Тебе полную версию или укороченную? – голос тёмного принца прозвучал слегка устало. Скорее всего, мне показалось, потому что Рендалл, сколько я его знала, всегда был отвратительно бодр и раздражающе полон сил.

– Любую, – вздохнула я, согласная на что угодно, лишь бы это прояснило ситуацию.

Постепенно приходя в себя, я смогла определить, что ночь давно закончилась. В большие, наполовину зашторенные окна, лился тусклый солнечный свет, обусловленный скорее не временем суток, а погодой и временем года.

– Что последнее ты помнишь? – спросил Рендалл, и я повернулась к нему. Принц сидел рядом со мной в кресле, я же лежала на широкой двуспальной кровати, застеленной шёлком, и нетрудно было догадаться, кому она принадлежала.

Это что же, тёмный притащил меня к себе домой и уложил в свою постель?

Я почувствовала, как лицо в одно мгновение стало пунцовым, пульс забился в висках, отдаваясь громким звоном в голове, и закрыла глаза.

Стыд-то какой! Позор.

– Ответь на вопрос, Айрин, – Рендалл, судя по голосу, вновь склонился надо мной. Его ладонь легла на мой лоб, даря прохладу и облегчение. – Тебе снова нехорошо?

– Почему я здесь? – зашипела я. Не думала, что мой извечный соперник ненавидел меня так сильно, что был готов полностью уничтожить мою репутацию. Одного взгляда под одеяло было достаточно, чтобы убедиться – моей одежды на мне не было. Кто-то нацепил на меня простую мужскую рубашку, и я боялась даже мысленно допустить, что это мог быть его высочество.

– Хорошо, – Рен вздохнул. Открыв глаза, я увидела, что он поднялся и подошёл к комоду, что стоял чуть в стороне, а спустя несколько мгновений вернулся ко мне и протянул стакан, практически до краев наполненный прозрачной жидкостью. – Пей. Это просто вода.

И я послушно сделала пару глотков, будто это могло затушить пожар, что разгорался у меня в душе. Что со мной произошло? Как я оказалась такой беспомощной? И что этот мерзавец намерен делать?

– Вчера вечером я проводил тебя до дома, – забрав наполовину опустевший стакан, принц вернулся в кресло. – Убедился, что ты нормально добралась и…

– Зачем? – спросила я глухо.

– Что зачем?

– Зачем ты проводил меня? Зачем избавил от троицы идиотов? Разве я не твоя соперница? Разве тебе не выгодно, если со мной что-то случится?

Наверное, будь я в нормальном состоянии, у меня бы язык не повернулся произнести всё это. Вот так, открыто, обвинять принца. Но мой лоб горел, а кровь едва ли не кипела в жилах. Возможно, жить мне осталось не так уж долго, поэтому я не видела смысла скрывать свои мысли.

– Вот, значит, какого ты обо мне мнения? – в голосе Рендалла неожиданно послышалась горечь. – Да, Айрин, ты права, в учёбе мы с тобой соперники, и мне нравится обходить тебя и держаться на самой вершине рейтинговой таблицы. Но я предпочитаю честную борьбу. И ради рейтинга не стану причинять тебе вред. Ты ведь именно так и подумала?

Его слова заставили меня устыдиться. Действительно, с чего я взяла, что у него какие-то дурные намерения в отношении меня? Я ведь ещё даже не дослушала объяснение, а уже сделала поспешные выводы, которые, вероятно, имели мало общего с действительностью.

– Прости, – выдохнула я, закусив губу. – Просто сложно поверить, что ты вдруг…

Я и сама не знала, что хотела сказать, когда откуда-то послышалась настойчивая трель.

– Что это? – спросила я хрипло.

– Дверной звонок, – Рендалл ответил мне напряженным взглядом. – Побудь здесь, пожалуйста. Я открою и скоро вернусь.

С этими словами он поднялся и вышел из комнаты, оставив меня в одиночестве. Воспользовавшись подвернувшейся возможностью, я огляделась по сторонам. Комната, в которой стояла кровать, определённо была спальней. Значит, имелись и другие помещения. Я, конечно, предполагала, что его высочество не ютился в крошечной каморке, как большинство адептов, но и не думала, что он снимал целые апартаменты. Хотя, признаться, я вообще об этом не думала.

Всё, что меня волновало – насколько хорошо мой соперник подготовился к занятию и кто выйдет победителем из очередного научного диспута, устроенного преподавателем.

Некоторое время я лежала, увлечённо разглядывая потолок, украшенный лепниной, а потом любопытство взяло надо мной верх. Кто пришел к Рендаллу и задержал его так надолго? Приподнявшись на локтях и не почувствовав большой слабости, я осторожно соскользнула с постели и поправила рубашку.

Импровизированная ночнушка доходила мне почти до колен и, похоже, принадлежала его высочеству. Достаточно было поглубже вдохнуть, как я почувствовала тот самый, особый аромат, что сопровождал тёмного принца. Он не казался мне неприятным, скорее, даже наоборот, просто раньше я как-то об этом не задумывалась.

На всякий случай придерживаясь за стенку, я шагнула к окну и посмотрела наружу. Судя по всему, апартаменты принца Рендалла располагались на втором этаже. Мне открылся вид на широкий проспект, по которому неторопливо катились экипажи. Сквозь стекло не было слышно звуков, но, по крайней мере, я смогла убедиться, что время действительно было послеобеденное. За проспектом, через площадь, стояла городская ратуша, и на высокой башне висели огромные часы, по которым я и смогла определить, который час.

Пожав плечами и не получив толком никаких ответов, я подкралась к двери и приоткрыла её. Выглянула в коридор и увидела лестницу, которая вела вниз. Похоже, принц Рендалл снимал не просто апартаменты, а целый дом. Складывалось впечатление, что других жильцов здесь попросту не было.

Приблизившись к перилам, я, наконец, услышала голоса. И разговор на повышенных тонах явно не предназначался для моих ушей.

– Ваше высочество, мне не впервые доводится видеть ваш бунтарский нрав, однако прежде вам удавалось сохранять крупицы благоразумия, необходимые для принятия правильного решения, – говорил кто-то сухо, жёстко. Голос был мужской, и, судя по всему, гость был всего один. По крайней мере, больше никто, кроме самого Рендалла, в разговоре не участвовал.

– И что же, мне сидеть в четырёх стенах и выходить только для того, чтобы получать лучшие отметки в Академии? – в тон ему отвечал тёмный.

– Ваш отец не был бы доволен, если бы узнал, где вас видели.

– Так пусть он сам мне своё недовольство и высказывает.

– Вы прекрасно знаете, что король занят куда более важными делами, чем воспитание строптивого сына. Именно поэтому он поручил мне следить за вами.

Мои глаза распахнулись шире от осознания, кто именно находился внизу вместе с принцем. Лорд-наставник, Самюэль Лонграсс. Это имя было знакомо каждому, кто знал хоть что-то о королевской семье и её приближённых. Не то чтобы я была искушена в дворцовых делах, но газеты время от времени читала.

– Как жаль, что вам досталась такая неблагодарная работа, – фыркнул Рендалл.

– Если вы хотите загубить свою репутацию, ваше высочество, это ваше право. Но я не позволю вам втянуть в этот хаос королевскую семью.

– Хаос? Всё потому, что я посетил таверну? Или потому, что рядом со мной была неугодная вам девушка?

Неугодная?

Моё сердце пропустило удар. Я не имела ни малейшего представления о том, что происходило в королевской семье, но не желала оказаться втянутой в их внутренние интриги. Последние несколько лун я из кожи вон лезла, чтобы вытащить родителей из тюрьмы и добиться пересмотра дела в сторону оправдательного приговора. Неблагоприятное внимание со стороны самых влиятельных людей страны могло поставить крест на всех моих усилиях.

Я переступила с ноги на ногу и случайно задела небольшую белокаменную статую. Та опасно покачнулась. Если бы я помедлила хоть мгновение и не успела её поймать, она бы с грохотом упала, и тогда неблагоприятное внимание мне было бы обеспечено. Я украдкой выдохнула и осторожно опустила статую в прежнее положение.

– Вы прекрасно знаете, почему, ваше высочество, – продолжал тем временем наставник свои нотации. – “Иллюзион” – заведение с сомнительной репутацией. То, что оно расположено в стенах королевского театра, ещё не делает его достойным местом для наследника короны.

– Как страшно, – с притворным ужасом проговорил Рендалл. – Выходит, я должен подчиниться воле дворцовых моралистов и смиренно сидеть в академии, пока мне подбирают достойную невесту?

– По крайней мере, не устраивать спектакли с официантками, – холодно заметил Лонграсс.

Значит, речь действительно шла обо мне. Я уже больше двух лун работала в таверне, и до недавнего времени принц там ни разу не появлялся. Да и девочки не рассказывали.

– Вам стоит внимательнее выбирать своё окружение, ваше высочество, – добавил наставник, и в его голосе прозвучала скрытая угроза.

– Вы полагаете, что эта девушка может мне навредить?

– Я полагаю, что вы можете навредить ей.

Кажется, я забыла дышать, вслушиваясь, вылавливая каждое слово, боясь упустить что-то важное. Конечно, я и сама прекрасно понимала, что подобная компания вряд ли доведёт до добра, но услышать это со стороны оказалось неожиданно больно.

И страшно.

– Какая трогательная забота, – с сарказмом произнёс Рендалл. Мне не нужно было видеть его, чтобы понимать: он ушёл в глухую оборону и не собирался уступать своему наставнику. – Только не говорите, что вам есть дело до кого-либо помимо моей матери. Всё равно не поверю.

– Ведите себя соответственно вашему положению, – по голосу наставника было слышно, что он терял терпение. – Если вы подумаете, что королева потерпит рядом с вами кого-то вроде…

Я судорожно вдохнула, приложив ладонь ко рту, чтобы они случайно не услышали. Лорд-наставник хотел сказать: кого-то вроде меня.

– Договаривайте, – сухо потребовал Рендалл.

– Ваш брак – вопрос политики, а не ваших личных прихотей, ваше высочество. У вас не может быть случайных связей, не может быть мимолётных увлечений, которые запятнают вашу репутацию. И, уж тем более, вы не можете позволить себе кого-то, кто по статусу не дотягивает даже до фрейлин королевы.

– Фрейлины меня не интересуют.

– Вас не должны интересовать те, кто принесёт вам только неприятности. А если не хотите думать о себе, то подумайте о ней. Что, если вы не сумеете сдержать свою силу? Что, если её королевское величество решит избавить вас от досадного недоразумения в виде мисс Люмериан? Что тогда будет с ней?

Я попятилась, не желая слушать продолжение этого разговора. Всё и так было ясно. Я – лишь досадное недоразумение, игрушка в руках тёмного, который развлекается в свободное от учебы время. Это не было для меня особенной новостью: его высочество явно развлекался, пытаясь вывести меня из себя последние несколько дней. И я должна была положить этому конец, пока его игры не закончились чем-то более серьёзным, чем компрометирующие слухи в академии.

Вернувшись в спальню, я быстро осмотрелась в поисках своей одежды, но ничего не нашла. В любом случае, лорд-наставник не должен был увидеть меня в этом месте, поэтому стоило убраться так быстро, как только возможно. Однако, уходить в одной только рубашке его высочества мне показалось несколько слишком. К счастью, в одном из шкафов нашлись парадные плащи. Выбрав самый неприметный из них, я накинула его на плечи, плотно задрапировалась и закрепила края, чтобы полы не раскрывались слишком сильно.

Затем выглянула в окно. Второй этаж, прыгать слишком высоко. Однако я заметила, что другое окно спальни выходило на балкон, а с балкона уже виднелась лестница во внутренний двор дома.

– И он живёт здесь один? – пробормотала я себе под нос, вылезая через окно на балкон. Где-то должны были найтись двери, ведущие на него, но я не рискнула ходить по дому, чтобы не привлечь к себе внимание.

Внутренний двор оказался небольшим, но густо засаженным разными деревьями и кустами. Сейчас они все были разных оттенков: одни пожелтели и пестрели яркими пятнами, другие стали тёмно-бордовыми и розоватыми, третьи держались, сохраняя летний зелёный оттенок листвы. И посреди всего этого великолепия располагались белоснежные садовые постройки: беседка, несколько статуй, фонтан.

Хоть я и торопилась покинуть это место, но всё равно невольно замедлила шаг, любуясь той красотой, которую возвели в этом месте королевские садовники. Они знали своё дело.

Какая-то птица вспорхнула с ветки, и я испуганно обернулась. Всё быстро стихло. Вокруг не было ни души, и даже голоса его высочества и лорда-наставника не доносились до моих ушей.

– Надо убираться отсюда, – прошептала я сама себе и, стараясь ступать на носочки, быстро пошла по тропинке сада.

Хоть сад и был совсем небольшим, мне пришлось потратить некоторое время на то, чтобы найти заднюю калитку. Через главные ворота я решила не пытаться выходить. Более того: даже появиться в передней части дома казалось не самой здравой идеей. К счастью, мне повезло. Калитка не только нашлась, но и легко открылась изнутри.

Я облегчённо выдохнула и потянула на себя белую резную дверцу, как вдруг кто-то схватил меня со спины.

Чьи-то сильные руки обхватили меня и чуть приподняли над землёй. От неожиданности и испуга я закричала, что было сил, и попыталась ударить незнакомца ногой, но не смогла дотянуться, покуда он прижимал меня спиной к себе. Наверное, это было очень неосмотрительно в моей ситуации, но первым делом я потребовала:

– Пусти! Пусти меня, сейчас же!

Глупо было надеяться, что это образумит неизвестного маньяка. Поэтому следующее, что я сделала – это призвала свою магию. Пламя света, вспыхнувшее вокруг меня мощной волной, должно было на время ослепить незнакомца, но оно тут же потухло, оставив после себя лишь тонкий аромат остаточной силы.

– Не знаю, куда ты собралась, кошечка, – раздался у меня над ухом напряжённый голос, – но в таком виде ты никуда не пойдёшь.

– Рендалл, – выдохнула я, наконец, осознав, что именно случилось. Он успел заметить моё отсутствие и каким-то образом догнал. А мою силу просто поглотил, словно для него это был едва ощутимый пшик.

– Не пущу, – добавил он, и голос его был тише и ниже, чем обычно.

– Пусти, – повторила я совершенно беспомощно, потому что прекрасно понимала: это бесполезно. Если ему что-то взбрело в голову, он не отступится.

И всё же…

И все же, я ощутила, как в груди что-то разомкнуло металлические оковы, и дышать стало легче. Неужели на самом деле я хотела, чтобы он остановил меня? Какая глупость. Какая…

Какие сильные руки.

Рендалл не торопился выпускать меня, и скоро я перестала сопротивляться. Замерла, переводя дыхание.

– У тебя зимняя горячка, – его голос раздался над самым ухом. – Сейчас действует лекарство, поэтому тебе кажется, что ты прекрасно себя чувствуешь. Но через несколько минут его действие закончится, силы покинут тебя, температура начнёт стремительно расти. Затем ты начнёшь сильно потеть, что вызовет обезвоживание и, возможно, бред. Ты уверена, что хочешь вернуться домой?

Я медленно обернулась, и только тогда Рендалл ослабил хватку и позволил мне твёрдо встать на ноги.

– Как я здесь оказалась? – снова спросила я, присмирев.

Он ведь так и не ответил на этот вопрос. Появление лорда-наставника заставило нас прервать разговор, и я всё ещё не знала толком, что случилось. Но тёмный не торопился отвечать. Он смотрел мне в глаза, опустив голову, и я могла видеть в них затаившуюся тьму. Сердце замерло в инстинктивном страхе.

– Я отвечу на все твои вопросы, если ты вернёшься в постель и примешь лекарство. Иначе мне придётся заставить тебя силой.

Я бросила тоскливый взгляд на калитку. Свобода была так близка, всего в шаге от меня, но побег не увенчался успехом. Впрочем, если тёмный не лжёт, то далеко уйти я бы всё равно не смогла.

Я кивнула, и принц, уверенно взяв меня за руку, твёрдым шагом повёл обратно в дом. Но стоило нам переступить порог, как у меня вдруг закружилась голова, глаза сами собой закатились, а от внезапно нахлынувшей слабости мои ноги буквально подкосились. Я бы упала на пол в полуобморочном состоянии, если бы Рендалл не подхватил меня под спину и не удержал.

– Вот видишь, – сказал он тихо. Я, с трудом сохраняя сознание, попыталась сфокусировать взгляд.

– Ничего не вижу, – призналась, тяжело дыша. – Только пятна какие-то…

Рендалл мягко опустил меня на пол, потом второй рукой подхватил под колени и поднял, как маленькую девочку. Одна рука безвольно повисла. Сил поднять её, ухватиться за шею тёмного – не было, и я только положила голову на его плечо, позволив унести меня обратно в спальню и уложить на мягкую пружинящую кровать.

Мне снова стало нестерпимо холодно, и я свернулась калачиком, подтянув к себе колени и замотавшись в плащ принца, чтобы немного согреться. Перед глазами, которые я уже не пыталась открывать, заплясали цветные огоньки. Что-то бормоча, тёмный накрыл меня тяжёлым одеялом, но это ни капли не помогло. Нужно было ещё одно. Нет, два. А лучше три. Мне нужны были все одеяла, которые только могли найтись в этом доме, потому что иначе невозможно победить такой страшный холод.

– Сейчас я помогу тебе поднять голову, а ты должна будешь выпить микстуру, – прозвучал голос откуда-то издалека.

– Холодно, – прошептала я дрожащими губами.

– А ты что хотела, это зимняя горячка. Если не выпьешь микстуру, пролежишь в таком состоянии дня три. Она тебя не убьёт, конечно, но…

И снова сильная ладонь. На этот раз она подхватила меня под плечи и приподняла над кроватью. Моих губ коснулся край маленькой ложечки, и я послушно позволила влить в себя горькую, мерзко пахнущую микстуру.

– А теперь спи, кошечка, – проговорил принц Рендалл, прежде чем мир снова померк и исчез.

Глава 8

Я проснулась под отдалённое шипение, напоминавшее звук разогретого на сковороде масла. С трудом приоткрыв глаза, огляделась, и на этот раз без проблем осознала, что нахожусь в спальне принца Рендалла. Это казалось настоящим безумием. Ещё три дня назад он был для меня совершенно недосягаемым, избалованным отпрыском королевской семьи, который уверенно занимал первое место по успеваемости на курсе. Теперь же… ничего особенно не изменилось. Разве что я почему-то спала в его постели на шёлковой простыне.

Я села на кровати и замерла на несколько мгновений, ожидая, когда прекратится головокружение. В теле была такая слабость, словно на мне возили мешки с рисом, не меньше. Плащ, который я накидывала поверх просторной мужской рубашки, покоился на стуле рядом с кроватью.

Первой мыслью было снова попытаться убежать. Но что-то мне подсказывало, что тёмный не просто так мгновенно отследил мою траекторию побега. Скорее всего он каким-то образом контролировал территорию своего дома, и сразу чувствовал, когда кто-то перемещался по ней. Подобная магия требовала знаний и навыков, но, возможно, он всё-таки не так уж незаслуженно стоял во главе списка.

Я спустила ноги на пол и почувствовала, как стопы утонули в глубоком мягком ковре. Странно. В прошлый раз я совершенно не обратила на него внимание. Как и на тапочки рядом с кроватью. Моя одежда, в которой я уснула дома прошлым вечером, выстиранная и выглаженная, висела на вешалке рядом. Белая рубашка буквально сияла чистотой.

Не то чтобы я очень хотела вставать. В теле была такая слабость, что я с удовольствием проспала бы ещё сутки. Но, во-первых, за окном уже темнело, и меня ждали на вечернюю смену в “Иллюзионе”, а во-вторых, у меня ещё осталось несколько вопросов, на которые я так и не получила ответа.

Зимняя горячка. Не такая уж страшная болезнь, если организм не истощён и не ослаблен. Это холодные ночи и потраченная зря магия давали о себе знать. Меня покачивало, но всё же я нырнула босыми ногами в тапочки, накинула плащ, чтобы скрыть наготу своих ног и чтобы не позволить сквозняку подкосить меня ещё сильнее. А потом вышла из спальни.

Звук доносился с первого этажа. Я спустилась по лестнице, придерживаясь за перила, и почти сразу оказалась в просторной комнате на весь первый этаж, которая совмещала в себе гостиную, кухню и столовую. Немного удивлённо огляделась. Подобные решения были характерны для простых городских домов, а знатные люди, насколько мне было известно, предпочитали больший простор. Они объединяли комнаты длинными анфиладами, которые могли тянуться почти через полквартала. Но дом Рендалла оказался довольно маленьким и даже уютным.

В той части комнаты, где расположилась гостиная, потрескивал камин. А с другой стороны, затопив под плитой печь, стоял Рендалл и, ловко орудуя металлическими лопатками, что-то жарил прямо на металлической пластине.

– Тебе лучше? – спросил он, словно спиной почувствовав моё присутствие.

– Немного, – призналась я. – Хотя стоять ещё тяжеловато.

– Садись, – велел он, и я не смогла ослушаться. Бесшумно прошла по отполированному мраморному полу и села на краешек стула.

– Разве у тебя нет прислуги, которая бы приготовила тебе ужин? – осторожно поинтересовалась я. В самую последнюю очередь могла бы подумать, что его высочество сам готовит, да ещё и не используя при этом магию.

– Не люблю, когда в моём доме находятся посторонние, – ответил он.

Я вспомнила гостя, который заходил за некоторое время до этого, и озноб пробежался по моей спине. Мне нельзя было оставаться в этом доме.

– Прости, я, пожалуй, всё-таки пойду домой. И спасибо тебе за…

– Ты никуда не пойдёшь, – Рендалл бросил на меня угрожающий взгляд через плечо, и мне показалось даже, что в его тёмных глазах мелькнула сама Тьма.

– Ты ведь не любишь, когда в доме посторонние, – сглотнув, тихо проговорила я.

– Останешься здесь до утра. У тебя дома такая холодина, что ты не доживёшь до завтра, если вернёшься.

Я смущённо опустила взгляд.

– Мне нужно в таверну. Сегодня моя смена, и…

– Тебя там никто не ждёт, – отрезал принц, после чего достал из шкафчика тарелку и начал перекладывать в неё шипящую на плите еду. – Я распорядился, чтобы доктор лично предупредил о твоём отсутствии.

– Доктор? Меня осматривал доктор?

– А откуда, по-твоему, у меня взялось нужное лекарство?

Его голос звучал резко и даже несколько грубо, но вслед за словами он поставил передо мной тарелку с обжаренными в яйце овощами с беконом. А рядом – кружку с парным молоком. Запахи окутали меня, и хотя я всё ещё чувствовала себя плохо, живот тут же заурчал, требуя срочно заполнить его тем, что так вкусно пахнет.

– Не понимаю, – тихо сказала я и медленно подняла на него взгляд. – Как я вообще здесь оказалась?

– Ешь, – принц вложил мне в руку ложку, а потом разложил на столе остальные приборы. Хотя мне, если честно, вполне хватило бы ложки. Но следом он начал расставлять маленькие блюдца с закусками и соусами, которые хранились в холодильном шкафу.

– Не думаю, что я настолько голодная, – снова смутилась я.

– Если хочешь быстро восстановиться, тебе нужны силы. А ты не ела уже больше суток.

– Что?.. – я удивлённо вскинула брови и задумалась.

А ведь правда. Последний раз мне удалось поесть в “Иллюзионе” перед началом работы. А потом и присесть-то было некогда. Добравшись до дома, я не вспомнила про коробочку с остатками, которую взяла с кухни в таверне, потому что сразу легла в постель.

– Так что ешь, – снова велел принц, а потом сам сел напротив меня за стол и сразу же принялся за ужин, не размениваясь на этикет.

Я моргнула.

– Откуда ты знаешь, когда я последний раз ела?

Вместо ответа он одарил меня мрачным взглядом.

Я выждала ещё некоторое время, но тёмный так ничего и не сказал, лишь методично уничтожал содержимое своей тарелки, перемежая его закусками, которые он ловко брал то тем, то другим инструментом. Меня, конечно, учили дома этикету и тому, какие блюда как положено есть, но обилие вилочек и ножей разных форм сбивало меня с толку, и я сосредоточилась на главном блюде.

Пару минут спустя моё терпение лопнуло. Я со звоном положила свою ложку на тарелку и сложила руки на коленях.

– Может, ты уже расскажешь мне, как так вышло, что я уснула в своей кровати, а проснулась в твоей?

Принц неторопливо дожевал кусочек рыбки и аккуратно положил приборы.

– Сегодня утром ты не пришла на учёбу. Ты никогда раньше не пропускала занятий, и потому я решил проверить, всё ли с тобой в порядке. Отыскал тебя дома в горячечном бреду. Оставить тебя там одну означало поставить твою жизнь под угрозу. Пришлось принести тебя сюда.

– Принести? – я склонила голову. – На носилках?

– На руках, – как ни в чём не бывало ответил тёмный и вернулся к своему блюду, показывая, что разговор окончен.

Мне кусок в горло не лез. Я рассматривала Рендалла, пытаясь по выражению лица прочитать, что же происходит у него в голове.

Закончив с ужином, я встала было из-за стола и взяла свою тарелку, чтобы отнести её в мойку, но принц коротко бросил:

– Оставь.

– Я могу хотя бы помыть посуду в благодарность…

– Я сам.

Он забрал у меня тарелку, потом вложил её в свою, добавил приборы, чашки и ловко унёс всё на кухню, где поставил в большой таз. Поставил рядом второй таз и начал черпать в них воду из большой, скрытой в шкафу бочки. Казалось бы, для этого куда эффективнее было использовать магию, но я не почувствовала ни малейшего шевеления магического фона.

Молча встав рядом, я споласкивала намыленные тарелки в тазу с чистой водой и вытирала их подготовленным кухонным полотенцем. Рендалл сначала бросил на меня острый взгляд, но ничего не сказал и лишь продолжил мыть посуду. Пару раз наши руки случайно соприкоснулись, отчего моё лицо наверняка залилось румянцем, но он будто не обратил на это никакого внимания. Затем Рендалл аккуратно составил посуду в шкаф, а использованную воду слил в специальное отверстие рядом с печью.

– Почему ты не пользуешься хотя бы нагревательными плитами или мойкой с проточной водой? Аккумуляция магии для артефактов не такая уж дорогая вещь, особенно для представителя королевской семьи.

– Не твоё дело, – холодно сказал принц и начал убирать со стола закуски.

Немного растерявшись, я села обратно за стол.

Почему он вдруг стал так холоден со мной? Куда делись его шуточки, надменность, попытки поиздеваться и разозлить меня?

Конечно, я не стала спрашивать его об этом, а он не собирался прояснять ситуацию. Лишь молча бросил передо мной учебник по теории магических потоков. Я подняла на него вопросительный взгляд и открыла было рот, но он опередил меня:

– Ты пропустила занятие, а у нас на следующей неделе проверочная работа, – пояснил он.

– Предлагаешь мне разобрать пропущенный материал?

Рендалл пожал плечами:

– Я собираюсь выучить последние две главы, а ты как хочешь.

– Но… у тебя ведь всего один учебник.

– Мы не можем читать его одновременно?

Тёмный поставил стул вплотную к моему, сел рядом и раскрыл учебник на нужной странице.

– Это как-то неудобно, – смущённо заметила я и отвела взгляд, потому что принц был слишком близко.

– Могу пересесть на противоположную сторону стола, но тогда тебе придётся читать вверх ногами. Вот это действительно будет неудобно.

Он повернул страницу, его рука слегка задела мою. Я ощутила тепло его кожи даже через ткань нашей одежды. Сердце неловко сбилось с ритма, но я тут же заставила себя сосредоточиться.

Мы молча читали, страницы учебника шуршали в тишине. Воздух в комнате казался густым, насыщенным едва уловимым напряжением. Я никак не могла собраться, и мне приходилось перечитывать одни и те же строки по несколько раз, чтобы понять, о чём шла речь в новой главе. Меня отвлекало всё. Дыхание сидящего рядом Рендалла, потрескивание дров в камине, мелькающие по комнате тени…

Боковым зрением я уловила лёгкое движение. Едва заметная тень скользнула вдоль стены, словно растворяясь в темноте. Я моргнула, сосредоточившись на периферии взгляда, но ничего не изменилось. Просто игра света? Нет, в воздухе определённо ощущалось неясное волнение, словно кто-то создавал заклинание прямо рядом с нами.

Я осторожно перевела взгляд на Рендалла. Он выглядел совершенно спокойным, как будто ничего не происходило.

Я откинулась к спинке стула и потянулась, украдкой оглядывая комнату. Магическое напряжение росло, и я почти физически чувствовала, как вибрирует воздух.

– Ты закончила? – обернулся ко мне Рендалл.

– Прости, отвлеклась.

Я снова склонилась над книгой, но буквы убегали от меня. Хоть и смотрела на страницы, всё же я видела его лицо, и длинные чёрные ресницы, которые время от времени вздрагивали, когда он моргал.

Магия начала покалывать кончики моих пальцев. Камин стал потрескивать тише, а воздух в комнате охладел настолько, что я невольно поёжилась и плотнее закуталась в плащ. Заметив это, Рендалл встал и покинул комнату.

– Ты куда? – спросила я его спину, которая тут же скрылась на лестнице.

Шумно выдохнув на собственные ладони, чтобы немного их согреть, я снова опустила взгляд на книгу, но вместо размышлений о магических потоках, задумалась об источнике этой магии. Рендалл должен был заметить изменение магического фона. И раз никак не отреагировал, это было нормальное явление. У меня дома такое было в моменты замены аккумуляторных кристаллов.

И всё-таки мне не давали покоя тени, которые, казалось, пристально наблюдали за мной, пока Рендалл не покинул комнату. Он – тёмный. А тьма поглощает свет. Мне довелось почувствовать это на собственной шкуре прошлым вечером, и теперь я не находила себе места, зная: если что-то пойдёт не так, он может оставить от меня лишь пустой сосуд.

Прошло несколько минут, когда Рендалл, наконец, вернулся в кухню.

– Что-то случилось? – спросила я, чувствуя, как тепло возвращается в комнату. Огонь в камине затрещал громче, свечи засияли ярче.

– Ничего. Ты дочитала?

– Нет… – рассеянно пробормотала я.

– Серьёзно? Всё никак не можешь одну страницу прочитать? Видать, тебе хуже, чем я думал. Иди спать.

Сон действительно казался заманчивой перспективой, и я устало захлопнула книгу.

– Может, утром я буду лучше соображать, – вздохнув, я потёрла глаза.

Время было ещё довольно раннее. Обычно в этот час я находилась в самом разгаре работы в “Иллюзионе” или – в выходные дни – штудирования учебников. Но за окном уже почти стемнело, и от приглушённого света свечей глаза начали слипаться. Поэтому всего несколько минут спустя я поднялась обратно в спальню и собралась было лечь в постель, но прежде решила плотнее задёрнуть шторы. Днём окна были закрыты так, что ни единого луча не проникало в комнату. Теперь же лунный свет полоской тянулся прямо к подушке.

– Что это? – пробормотала я, когда мой взгляд упал на небольшой артефакт, лежавший на подоконнике. Отпустив штору, я взяла в руки небольшой, но увесистый металлический предмет. Внешне он представлял собой перечёркнутый символ бесконечности, и от него исходил такой сильный магический фон, что у меня закружилась голова. Я покачнулась и опёрлась о подоконник.

Дверь в спальню открылась, и в полумраке комнаты появился Рендалл. Я резко обернулась, отчего голова закружилась ещё сильнее, колени подкосились, и я осела на пол.

– Нет, – выдохнул тёмный и мгновенно оказался рядом со мной. Присев на одно колено, он схватил меня за руку и сжал запястье, заставляя мою ладонь разжаться. Артефакт выпал, но прежде, чем он ударился о поверхность пола, Рендалл подхватил его и спрятал в кулаке.

Я судорожно вдохнула, пытаясь хоть немного прийти в себя. Голова всё ещё кружилась, а грудь сдавило от необъяснимого чувства тревоги. Это не было похоже на горячку. Нет. Дело определённо было в чём-то другом. И я была готова поспорить, что причиной моего состояния стал этот артефакт.

– Ты нарочно оставил его тут? – с трудом проговорила я, наблюдая за тем, как принц встал, достал из шкафа шкатулку и убрал в неё опасный предмет.

Затем тёмный протянул мне руку, помогая встать.

– Эта вещь могла тебя убить.

– Тогда зачем ты её положил на подоконник? – я тяжело опёрлась на его руку, потому что моё тело охватила ещё большая слабость.

– А зачем ты трогаешь все магические артефакты, которые попадаются тебе под руку?

Он осторожно усадил меня на кровать, помог лечь и накрыл одеялом. Я же не сводила с него взгляда. Его слова были острыми и жёсткими, но в каждом жесте и прикосновении чувствовалась необычная, неожиданная забота. Подтянув одеяло, я закуталась в него по самый подбородок.

– А ты? – спросила тихо, когда Рендалл подошёл к окну и задёрнул шторы.

– А я не трогаю всё подряд, особенно чужие вещи, – проворчал он.

– Где ты будешь спать? – пояснила я свой вопрос. – В гостевой спальне?

– Здесь нет гостевой спальни, – Рендалл подошёл к кровати с другой стороны. – Я не планировал принимать гостей. Иначе сразу уложил бы тебя туда.

– Тогда как…

– Кровать в доме единственная. Но она достаточно большая, чтобы мы поместились на ней вдвоём.

Я напряглась, наблюдая, как он совершенно буднично расстёгивает манжеты рубашки и закатывает рукава, будто ничего необычного не происходило. Будто так всё и должно быть. Его движения были неторопливыми, успокаивающими, и всё же мне показалось, будто он старался не смотреть в мою сторону.

– Я могу спать на полу, если тебя это так беспокоит, – сухо добавил он.

Я сглотнула, растерявшись. Да, его близость вызывала тревогу, страх, я чувствовала исходящую от него опасность. Но заставлять его спать на полу…

– Ладно, – пробормотала я, закрывая глаза. – Тогда просто попробуем заснуть и не думать об этом.

– Хорошая идея, – отозвался он с лёгкой усмешкой и сел на кровать с другой стороны у меня за спиной. – Думаешь, сможешь уснуть?

Ещё минуту назад мне казалось, что как только я закрою глаза, сон тут же настигнет меня. Но теперь сомневалась в этом. Сердце забилось сильнее и быстрее, когда принц устроился на соседней подушке. Я почувствовала тонкий, характерный только ему, аромат, и зажмурилась крепче.

– Ты боишься меня, – заметил тёмный. – Это из-за того, что мы такие разные?

– Мы не просто разные, – помолчав, ответила я. – Мы из разных миров.

– Что именно пугает тебя? Почему ты шарахаешься меня, как от огня?

Я тихо рассмеялась. Огонь как раз не представлял для меня опасности, белое пламя – вот моя стихия, моя сила, сила моего рода.

– Ровно наоборот. Как от тьмы.

– Ты веришь в легенды о поглощении силы?

– Я видела это своими глазами.

– Может, тебе просто не нужно нападать на меня?

– Я бы не нападала, если бы ты не преследовал меня и не поджидал в тёмных подворотнях.

Рендалл усмехнулся, и на какое-то время в комнате воцарилась тишина, прерываемая только редким потрескиванием свечи. Нужно было просто закрыть глаза и уснуть, но мне не давал покоя один вопрос. Поэтому я осторожно перевернулась на спину и посмотрела на Рендалла, задумчивый взгляд которого был направлен в потолок.

– Что это был за артефакт, который ты убрал в шкатулку?

– Не твоё дело, – хмыкнул тёмный и прикрыл глаза.

– Если эта вещь может меня убить, то ещё как моё!

Рендалл шумно выдохнул и, немного подумав, нехотя ответил:

– Это аккумулятор силы. Я его использую, если нужно освободиться от излишков магии.

– Зачем? – я заинтересованно повернулась на бок. Сон, казалось, как рукой сняло.

– А ты не заметила? Тьма тянется к тебе, и я должен постоянно её контролировать, чтобы она не коснулась тебя лишний раз. Всё, ты устала. Спи.

С этими словами он решительно встал с кровати, задул свечу и оставил меня одну в темноте и тишине.

Глава 9

После того, как принц ушёл, я ещё некоторое время лежала, раздумывая, не отправиться ли мне на его поиски. Но в конечном итоге решила, что лучше пока не лезть. Мы с Рендаллом всегда были соперниками в учёбе, и я относилась к нему настороженно, но раньше мне и в голову не могло прийти, что он мог мне как-то навредить. Почему же сейчас из-за какого-то сомнительного артефакта я усомнилась в нём? А артефакт, как выяснилось, был предназначен для моей защиты.

За размышлениями я совершенно не заметила, как провалилась в сон, а когда проснулась, за окном было уже светло. В первое мгновение меня охватила паника.

Проспала!

А потом пришли воспоминания. Зимняя горячка, лекарства, дом Рендалла Фрейвинда. Самого хозяина дома поблизости не было и, похоже, он в спальню так и не вернулся.

Сев на кровати, я несколько мгновений пыталась определить свое самочувствие. Голова не кружилась, в глазах не темнело. Возможно, болезнь отступила. Но даже если нет, учёбу никто не отменял, а я, судя по всему, на неё уже опаздывала.

Откинув одеяло, я осторожно сползла с кровати. На мне всё ещё была рубашка Рендалла, под которой, к счастью, обнаружилось нижнее белье.

Стоило лишь осмотреться по сторонам, как я увидела свою форму. Она висела на дверце платяного шкафа, чистая и выглаженная, что породило еще больше вопросов в дополнение к тем, что у меня уже имелись. Во-первых, где Рендалл? Где он ночевал этой ночью? Было немного неловко из-за того, что я, получается, выгнала парня из собственной постели. А ведь он, в отличие от меня, не спал большую часть дня, а сидел со мной и давал лекарство, следил за состоянием.

Закусив губу, я подошла к шкафу и скинула с себя плащ Рендалла, в который завернулась накануне. Мне в любом случае ещё предстояло наведаться домой, забрать учебники, тетради, форму для физической подготовки, которая стояла в расписании. Пуговицы рубашки поддавались с трудом, но всё же я расстегнула рубашку и, то и дело оглядываясь на дверь, натянула на себя форму академии. Свернув рубашку и оставив её на кровати, я отправилась в ванную.

После утренних процедур, умытая и причесанная, я пошла вниз, захватив с собой рубашку. В доме царила тишина. Не слышно было ни шагов, ни голосов. Неужели Рендалл уже уехал в академию, оставив меня одну у себя дома?

Но принц, как оказалось, никуда не уехал. Он спал на диване, свесив одну руку до самого пола. Во сне его лицо разгладилось, тёмные волосы разметались по круглому валику, что он использовал вместо подушки, и несколько мгновений я просто стояла рядом, разглядывая свежую щетину, что появилась на подбородке принца всего за одну ночь.

– Рендалл, – позвала я, опомнившись. – Просыпайся.

Его ресницы дрогнули, но глаза так и не открылись. И, пораженная ужасной догадкой, я опустилась рядом с диваном на колени и коснулась губами лба Рендалла, проверяя температуру. Кожа принца оказалась достаточно прохладной, но я едва успела отпрянуть, потому что тьма внутри него поднялась, как муть в стоячей воде, и метнулась ко мне. Вероятно, мои действия были расценены как попытка нападения.

Но, по крайней мере, мне удалось его разбудить. Сидя на ковре и прижимая к себе рубашку, я смотрела, как ореховые глаза распахнулись, и мрачный взгляд в одно мгновение сфокусировался на мне.

– Решила убить меня во сне, Люмериан? – хрипло поинтересовался принц, садясь на диване и потягиваясь.

– За кого ты меня принимаешь? – возмутилась я.

– Я ещё не до такой степени проснулся, – он зевнул. – Сколько времени?

Я пожала плечами.

– Думаю, мы уже опаздываем, – сказала я. – Нам пора в академию.

– Нам? – он посмотрел на меня из-под длинных ресниц. – Ты останешься здесь. Выздоравливать.

– Я уже достаточно хорошо себя чувствую, – я поднялась с ковра. – И вполне способна пойти на занятия.

Принц окинул меня недоверчивым взглядом, но, что удивительно, спорить не стал.

– А зачем тебе моя рубашка? – насмешливо поинтересовался он. – Решила забрать в качестве трофея?

– Решила быть благодарной, – огрызнулась я, чувствуя себя с каждым мгновением всё более неловко. – Постираю и верну.

Он было открыл рот, чтобы что-то сказать, а потом просто махнул рукой и, поднявшись с дивана, направился прочь.

– Если хочешь быть благодарной приготовь завтрак, – бросил он, не оборачиваясь, после чего скрылся на лестнице.

Я растерянно оглядела кухню. Не то чтобы у меня не было навыков готовки, просто хозяйничать на чужой кухне было как-то совсем неловко. И всё же Рендалл был прав – мой долг перед ним был неоплатным. Вряд ли бы я умерла от этой лихорадки, но в себя бы приходила долго без должного ухода и лечения. А денег на то, чтобы пригласить лекаря и купить микстуру, у меня не было.

Оставив рубашку на диване, я прошла в кухонную зону и озадаченно огляделась по сторонам. И что мне приготовить? Первым делом я вытащила из холодильного шкафа закуски и расставила их на столе, затем достала яйца, молоко и бекон. Из всех возможных блюд омлет давался мне лучше всего. Для фирменного блюда не хватало только помидоров, и как раз пока я их искала, надеясь найти овощи в каком-нибудь из шкафов, на кухню вернулся Рендалл.

Он уже был одет в форму, умыт, причесан и гладко выбрит. От парня приятно пахло каким-то лосьоном, и моё смущение, кажется, достигло своего пика, потому что я, находясь в чужом доме, не смогла даже нормально причесаться, просто распутала волосы пальцами.

– Тебе только фартука не хватает, – сказал он, подперев кулаком щеку и наблюдая, как я, достав миску, смешивала ингредиенты для омлета. – Или нет, – мечтательно ухмыльнулся он. – Костюм кошечки смотрелся бы здесь в самый раз. Как ты смотришь на то, чтобы сменить место работы, Люмериан? Будешь моей персональной горничной?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.