Светлана Дробкова
Ночь сильнее воли. Сборник сновиденческих рассказов

Наваждение

– Лада, Ладушка, ах какое красивое имя, – нараспев повторял Эдуард. – Я думал, так уже никого не называют. Или это псевдоним?

Эд был наслышан об активировавшейся моде на всё славянское. Одежда, музыка, экскурсионные туры, даже дома – настолько русской обстановка вокруг при его жизни ещё никогда не была. Даже среди угрюмых друзей-заводчан вдруг завелись специалисты по ферментации Иван-чая, коллекционеры бабкиных рушников и охотники за старинными наличниками. А потому и имени новой знакомой он не сильно удивился.

Идущая впереди девушка обернулась и потупила глаза.

– Почему же? Имя самое что ни на есть настоящее. Русское. Старое просто.

В Хотылёво Эд бывал не единожды. Гулял по тенистым аллеям могучих дубов и лиственниц, сидел на каменных ступенях – последних артефактах некогда красивейшей усадьбы, общался с работающими тут по лету историками и волонтёрами, кормил комаров – куда же без них. Каждый раз видавшее живую Тенишеву место раскрывалось по-новому. Вот и теперь мужчина решил во что бы то ни стало отыскать каменный мостик в виде арки. В парковой аллее при жизни хозяев таких было два – подарок друзей-архитекторов. Сохранился один, да и тот утонул в зарослях, скрывшись от глаз посетителей.

– Родители у вас, смею предположить, затейники. Краеведы, наверное, или какие-нибудь поклонники преданий седой старины? – решил слегка пококетничать с провожатой Эдуард.

Девушка запрокинула голову, от души рассмеялась и сделала резкий разворот на 360 градусов. Её длинная юбка-солнце приподнялась, продемонстрировав голые лодыжки. Девушка поймала её обеими руками и присела, будто готовясь к прыжку.

– Да ну, какие краеведы, что ты! Папенька у меня леший, маменька – кикимора!

– Хех, – оценил шутку Эдуард. – И как я сам не догадался!

Молодой человек в умилении зажмурил глаза. Девушка же приложила ладошку ко рту и юркнула за поворот, явно приглашая гостя сыграть в догонялки. Эдуард этим маршрутом сегодня уже хаживал. Знал, что впереди пляж, озеро и густо поросший зеленью склон холма. А потому торопиться не стал. Решил ещё раз насладиться уже знакомым ароматом. Густой и терпкий, немного сладкий запах источали богатые заросли подмаренника, пустырника и дурман-травы. Эд не испытывал тяги к сбору букетов, а вот лишний раз подышать полем и лесом был не дурак.

– Нам туда, – махнула рукой Лада куда-то вправо.

– Уверена? – нахмурился Эд.

Именно этой тропинкой он пытался добраться до арочного моста, не сумел и потому вернулся к каменной лестнице в поисках помощников. Парни в садовых перчатках, которых он видел на старте прогулки, исчезли. Правда, огорчался Эдик недолго: по ту сторону усадебного пригорка, ближе к Десне рвала полуметровую сныть красавица в фольклорном наряде.

– Обижаешь! – натуралистично огорчилась провожатая и упёрла кулаки в бока. – Я тут каждый листочек, каждую былинку знаю.

Эд виновато пожал плечами и попытался отыскать взглядом ещё хоть каких-нибудь обитателей здешних мест.

– Так пойдёшь? Али страшно? – уже смягчившись, снова завладела мужским вниманием Лада.

Её спутанные длинные волосы качнулись в очередном непредсказуемом движении. Эд заметил в них тонкую красную ленту и пару цветков. С мыслью «Эх, была-не была» взмахнул рукой и побрёл за девушкой в гору. В двадцати метрах от края склона его взору открылось неожиданное. Столы, скамьи, лестницы, лежанки, кострища, смотровые площадки… Сколоченные из древесного мусора, но довольно прочные и надёжные.

– О, так это ты так с товарищами обосновалась? Стоянка у вас тут что ли? – предположил Эд и присел за стол.

Ноги его гудели от продолжительной ходьбы, футболка липла к телу, в горле пересохло. Лада сняла с себя узорчатый передник и постелила его вместо скатерти. Поставила плетёный туесок с хлебом и глиняный горшок с молоком.

– Угощайся, Эдичка. Устал ведь, притомился.

Девушка смахнула с мужчины невидимую пылинку и робко погладила его по рукаву. Он восхитился женской предусмотрительностью, почувствовал, как заныл голодный желудок и накинулся на снедь. Заморив червячка и сладко потянувшись, Эдуард присмотрел себе лежанку попросторнее и взобрался на неё. Убедившись, что конструкция выдержит двоих, подал руку Ладе.

– Ох, хорошо, сейчас бы гитару, – размечтался молодой человек, поглядывая на заходящее солнце сквозь ветви деревьев.

– Так вот же она, держи, – протянула видавший виды инструмент девушка.

– Как? Откуда? – не поверил глазам Эд.

– Ой, не дивись, милый, – снова рассмеялась новая знакомая. – В этом лесу столько всего интересного можно встретить… А, ну-ка, попробуй, – звучит ли.

Эдуард обожал гитару. В своё время окончил с отличием музыкальную школу. Брал любую мелодию с двух нот. Был запевалой в школе и техникуме, в кругу друзей и на заводских корпоративах. Но сейчас вдруг занервничал. Ладони его вспотели, голос дрогнул, струйка пота проделала узкую дорожку на лице.

– Дай-ка мне, – взяла инициативу на себя Лада, дёрнула пару струн и запела:

«Тише, видишь, спит моя любовь.

Тише, слышишь, бьет по венам кровь.

Я выбираю огонь и стрелы.

Ты засыпаешь под шум дождей…»

– Ой, нет, только не это, – притворно замахал руками на певунью Эд.

– Что такое? Не нравится? – выпятила нижнюю губу Лада.

– Да я не то что бы сильно против… Просто бывшая моя такое любила. А я как-то другую музыку предпочитаю.

– Хочешь рассказать?

– Про бывшую? Нееее… О бывших либо хорошо, либо никак. И я предпочитаю никак.

Эдик взял протянутую гитару, глубоко вздохнул и заорал:

«В детстве цыганка мне одна предсказала будто я.

Если сильно полюблю, то любимого сгублю,

Что измены не прощу и жестоко отомщу:

Не специально, но со зла превращу его в осла.

Иа-иа-иа-иа-иа-иа-иа

Он очень милым парнем был, но зачем он изменил?

И тогда все началось, предсказание сбылось.

И внезапно над собой потеряла я контроль.

И несчастный стал стонать, серой шерстью обрастать

Иа-иа-иа-иа-иа-иа-иа

Ведьма я, эх, ведьма я.

Такая вот нелегкая судьба моя.

Силой я наделена.

Но на беду любовь моя обречена…»

– Моя очередь, – хитро подмигнула девушка и, отстукивая ритм костяшками пальцев о винтажную доску, затянула:

«Я любила твои руки, твои губы и глаза.

Кто-то мой покой нарушил. И, наверное, навсегда.

Кто-то знает, что он хочет, кто-то знает, как идти.

Если будешь осторожен, он не сможет нас найти.

Закрывай глаза и спи, досчитай до десяти.

Здесь сбываются мечты.

Этим кто-то – будешь ты.

Закрывай глаза и спи, досчитай до десяти.

Я узнала все черты,

этот кто-то – точно ты…»

Эд довольно захлопал в ладоши. Его больше не смущал выбор композиции. Он понял – эта девушка ему явно симпатизирует. Он всмотрелся в прищур её светло-зелёных глаз, насчитал четыре родинки на подбородке и шее, замер при виде выглядывающей из блузки ложбинки.

– Смотри, как ещё умею, – вернула увлёкшегося мужчину с небес на землю Лада.

Она округлила рот и издала не самый приятный звук. «Что-то знакомое», – слегка поёжился Эд, но виду не подал.

– Ай, умница. Ай, талантище! А что ты ещё умеешь?

На последних словах девушка приложила указательный палец к губам собеседника, велев замолчать, закрыла глаза и подала своё лицо вперёд. Мужчина считал намёк, довольно икнул и вытер губы. Он и сам заметил искру между собой и лесной нимфой. Про потерянный мост вспоминать не хотелось. Какой там мост, когда рядом такая краля… Он вытянул губы трубочкой, зажмурился и… ощутил грубый толчок в щёку. Из уха вылетел проводной наушник и стукнулся о ключицу.

– Дядь, ты чего?

Эд поднял веки и увидел перед собой белобрысого подростка. Потёр глаза кулаками, посмотрел налево, направо – от Лады ни следа.

– Ты в порядке? – пощёлкал пальцами перед носом Эдуарда мальчишка. – Воешь так, что на всю округу слышно.

– Видимо, не в порядке. Совсем не в порядке, – почесал затылок мужчина. – Выведешь меня отсюда?

– Ну, пойдём, – после короткого раздумья согласился паренёк – в его юную голову явно закралось какое-то сомнение, но всё-таки принял протяную руку и помог мужчине подняться.

Уже через пару минут Эд и Костя (так звали подростка) стояли у запаркованного на краю парка синего Опеля. Автомобиль битый час голосил сигнализацией. Эдуард её отключил и полез в бардачок в поиске хоть каких-то купюр для своего юного спасителя.

– Слушай, а мост, арочный каменный мост, – вдруг вспомнил он. – Далеко ли?

– Дядь, – не сдержался от улыбки Костя. – Ты, по-моему, перегрелся. Я же тебя на мосту этом и нашёл – ты сверху лежал.

Русская мечта

«Встречаемся через час в этом офисе. Координаты ниже. Все вопросы потом».

С Никитой мы тепло общались около года назад. Вели задушевные разговоры месяца с три. Обычно это были ночные переписки ВКонтакте, реже – в WA. Увидеться не успели – новый знакомый как-то быстро переехал в столицу и, собственно, там и пропал. Не в прямом смысле, конечно. Просто кончились наши с ним беседы.

И тут ни с того, ни с сего на тебе: «Привет. Как дела, как жизнь?»

Мы снова проболтали всю ночь. Я нутром чувствовала: свиданию быть. Но чтобы вот так, посреди рабочего дня, без предварительных «прелюдий», такой приятной каждой девушке моего возраста суеты… И где! В банке, который я интуитивно обхожу за три версты вот уже третий год. В офисе, в котором подписала приговор на ближайшие 35 лет…

В троллейбусе я привычно подсчитывала, сколько всего можно было бы купить на те деньги, что сосёт из меня ипотека, проигрывала варианты вопросов-ответов с Никитой, возмущалась его поведением…

– Привет-привет! – заключил меня в объятия постройневший с момента публикации последних фото в соцсети Никита. – Хорошо выглядишь, присаживайся.

Он указал на стул рядом с банковским менеджером. Я села, уткнулась взглядом в адресованную мне женскую улыбку. Блондинка. Кудрявая. Та самая, с которой три года назад я здесь же подписывала договор.

Визуальная память у меня отличная. Можно сказать, феноменальная. Единожды увидев человека, не забуду его никогда. Имя-отчество могу перепутать, дни рождения подруг по календарям сверяю, на номера телефонов даже не замахиваюсь, а вот лица… лица – это моё. Неужто и она помнит? Из сотен клиентов? При условии, что взгляд «глаза в глаза» за всё время переговоров у неё случается лишь однажды – для сличения с паспортом. Вряд ли…

– Вот здесь распишитесь, – тычет фирменной ручкой в документ.

Данные уже вписаны. Паспорт, адрес, инициалы. Никита одобрительно кивает в ответ на мой вопросительный взгляд. Будто под гипнозом подписываю, пожимаю протянутую с поздравлением руку блондинки и машинально тянусь за пискнувшим в кармане Айфоном.

Это звуковое оповещение я узнаю из тысячи. Именно с ним по телу два раза в месяц прокатывается приятная волна: «Зарплаааааата». Но сегодня 8 апреля, до дня Зэ двое суток… «Ваш кредит на 1403859 рублей полностью погашен», – читаю в СМС и медленно стекаю по стулу.

– Ну, помнишь, год назад ты как-то толкнула идею по отслеживанию мошенников? – минут двадцать спустя в соседней кофейне возбуждённо тараторил Никита. – Они тебя тогда с фотосессий нагрели, карты пришлось менять, помнишь? Так вот я той же ночью набросал код, за месяц довёл его до ума, за два протестировал у столичных товарищей и в скорости продал ВТБ. Он работает, прикинь! Защищает клиентов банка от мошеннических посягательств, отыскивает тех, кто «преуспел» до внедрения кода и даёт 100-процентные улики для их наказания. Твоя идея, Свет, твоя, понимаешь?

Из меня градом лились слёзы, дыхание предательски сбивалось, а сердце отбивало бессвязный ритм. Я периодически предпринимала попытку поднести чашку с кофе к губам, но расплёскивала содержимое на полпути.

– А почему банку, а не стране? ФСБ какой-нибудь, Госдуме… – огибая препятствия в виде опухшего от слёз горла и тревожного хрипа, полез из меня диванный эксперт.

Никита грустно улыбнулся. Медленно огляделся. В кофейне потягивали горячие напитки люди в галстуках. То ли чиновники, то ли клерки…

– Одни не поверили, за дурачка приняли. Другие предложили передать «своё творчество более опытным специалистам для возможного изучения». Полгода я так потратил впустую, Свет. Почти отчаялся. Увидел твой пост про мечты о жёлтом Опеле и полёте в Калининград. Забил на патриотизм и подался в ВТБ.

Никита откинулся на спинку кресла, закинул руки за голову, потянулся. Будто повинуясь его жестам, я всё-таки отхлебнула из чашки. Сырный раф довершил было начатый процесс расслабления, но…

– Здесь ещё 8 с половиной и ещё чем-то там лямов, – выложил на стол и изящным движением безымянного пальца пододвинул ко мне новенькую банковскую карту собеседник. Кольца на пальце не было. – Твои 20%.

Сердце моё ухнуло вместе с глотком остывшего кофе куда-то в пятки.

– …я код за 40 миллионов продал, – добил информацией Никита.

Мы проговорили ещё 4 часа. Вспоминали, фантазировали, планировали, мешали кофе с напитками покрепче, заедали этот коктейль пирожными и громко смеялись, ловя на себе осуждающие взгляды. Я любовалась его сияющими глазами и думала: «Это лучший день в моей жизни». Уже на улице он взял меня за руку. Нежно так, мягко, бережно. «Сделает предложение, – решила я. – Купит 999 роз и поведёт в ЗАГС, а оттуда – на самолёт и к Мальдивам…»

– Прощай, Светлана. Больше мы не увидимся. Спасибо тебе за всё. Будут ещё идеи – пиши.

Мне так тебя не хватает

Мы с сыном гостили у друзей. Большой дом, много комнат, шумная компания. К полуночи Василия сморило, я отнесла его в хозяйскую спальню и осталась стеречь детский сон.

Напротив кровати у окна заметила столик с зеркалом. Типичный такой женский будуарчик, мимо которого сложно пройти. Я удобно устроилась с телефоном в руке.

Гости продолжали шуметь, а на улице тихо падал снег и настырно светила луна. В этом природном чуде отросшая седина моих волос как-то волшебно светилась. Дай, думаю, запечатлею на видео. Зашла в тик-ток, нашла подходящую озвучку и включила фронтальную камеру. Не прошло и минуты, как в экране телефона мелькнуло что-то странное. Прямо рядом с сыном. Что-то необычное, но по внутренним ощущениям безобидное.

Обернулась – пусто. Сыночек спит в той же позе, в какой я его оставила. Подошла, присела на краешек кровати, погладила тёплую ручку, посмотрела на розовые щёчки. Надо же доделать видео! Открываю последние кадры и понимаю, что меня отвлекло – на кровати сына, почти в том месте, где сейчас сижу я, сидит моя бабушка. Как живая. Спина ровная, ладони на коленях, взгляд спокойный и даже будто с любопытством. Явно наблюдает за моими манипуляциями с телефоном в лунном свете.

Чтоб вы понимали, бабушки нет уже много лет. Она не видела правнука. Как, впрочем, и всех моих перипетий с браком и разводом.

Я несколько раз отсмотрела видео, сделала скрин и понеслась к друзьям, которые спать не собирались. «Вы только посмотрите, что я сняла! – сую каждому в лицо Айфон. – Видите, ну, видите?».

Нет, не видят. Недоумевают и разводят руками. С обидой на такую невнимательность спешно пролистываю свежие кадры – чёрный экран. В том числе и на скрине.

Мигрень

Навязчивая трель дверного звонка рвала перепонки. Чей-то палец неутомимо жал и жал на кнопку, поднимая во мне тревогу всё сильнее и сильнее. Я бежала по снегу в сторону звука, понимая, что это бесполезно. Незнакомая улица, чужие дома – это не мой родной город.

«Вася пришёл домой, ключей нет – и он в панике звонит в дверь», – разрывала мозг догадка.

Сердце бешено колотилось, паника нарастала, ноги подкашивались, дыхание сбивалось в беге. «Где я? Что я тут делаю? Как добраться до дома? Почему я слышу этот звон?». Вопросы, вопросы, вопросы – и поверх этой вязкой душной массы отчетливое: «Это сон. Я сплю! Мне надо проснуться!!!».

Я стала кусать губы, щипать себя за руку, царапать кожу, совать голые ладони в сугроб – бесполезно. «Сынок, я тебя слышу, разбуди меня, разбуди!» – кричу во сне. Мечусь в поисках хоть одной живой души. Собака. Обыкновенный бездомный пёс, которых в реальности я вообще-то боюсь. Но в этом сне я мчусь к нему на всех парах, хватаюсь за его ошалелою морду и молю: «Собачечка, милая, разбуди меня, разбуди…»

Звонок монотонно и мучительно стучит в уши, колени мокнут от подтаявшего под ними снега, собака высовывает язык и расплывается в животной улыбке… Из-за угла появляются двое – женщина и малыш лет 4. Мы бежим к ним уже вдвоём – я и повеселевший пёс. «Разбудите меня, умоляю, разбудите!» – истерически кричу я.

Бросаюсь сначала к мальчику, но быстро отстраняюсь – нельзя пугать ребёнка. «Мамочка! – насколько умею, нежно, беру женские тёплые ладошки в свои руки. – Спаси, пожалуйста, там мой сын, разбу…»

И просыпаюсь. Я дома, в своей постели. Прислушиваюсь. Сын смотрит мультик в гостиной. А звук? Что же это был за звук? Шум моторов и ветра за окном. Болит голова. Видимо, эта мигрень превратила привычный звуковой фон в мучительную жуткую трель.

Громкая

– Ты чего такая взъерошенная? Давай помогу, – кондуктор подхватила сопротивляющиеся хозяйке санки-коляску и ловко задвинула их между пассажирами.

– Ой, Люд, ты просто не представляешь, что со мной сегодня произошло! Мой отец, оказывается, вовсе не мой. Представляешь, Люд? Не мой!

– Да ты что?

– Да! Сегодня узнала.

– Как?

– В одноклассниках мне мужик написал, потом позвонил по видеосвязи. Маму он мою знает, сестёр, всё рассказал, доказал.

– Оттого-то ты на сестёр и не похожа…

– Уж поддержала, так поддержала, Том! – вспылила рассказчица.

– Не шуми, Люд. Общественный транспорт.

Набитый людьми автобус молниеносно притих, вслушиваясь в драматичный разговор. И если кондуктор, помня о работе, периодически оставляла знакомую наедине с собой, то та затихать и не думала.

– Соня, Соня, слушай внимательно, что скажу, – громко наговаривала она голосовое в мобильник. – Мне написал мой настоящий отец, про маму всё рассказал. Найди тётку, передай ей мои слова, нам нужно будет поговорить!

– А ты за малым? – попыталась сменить непростую тему кондуктор. – Не поздно ли?

– Успеваю! А не то, выгонят вместе с Серёжкой из этого сада. Мне оно ж не надо? Иринка моя любимая, знаешь что?

– Что?

– Не разговаривает со мной. Забанила.

– Чего вдруг?

– Сказала: да ты при таком раскладе лучше бы аборт сделала. Я её и послала, а она меня забанила везде. Подруженька лучшая, змея подколодная.

– А она мне никогда не нравилась…

Новым пассажирам уже не было возможности протискиваться ближе к кондуктору. Терминал для оплаты она подавала им над головами. А громкая знакомая время даром не теряла.

– Сейчас 6:10, в 6:30 сына заберу, в 7 дома буду, а к 7:30 меренга твоя испечется. Приходи – вместе и завернём, – инструктировала она кого-то снова через голосовое сообщение.

– Ещё, Том, отчитывала меня: мол, за кого ты вышла – ни бабла, ни машины, ни квартиры.

– Ой, да и она-то не больно сильно выиграла – такого же на груди пригрела. Ещё и больной какой-то.

– Вот-вот, Том, бездетный…

– Ну, Люд, потише. Что ж ты громкая такая?

– Счастливая, Том! Я счастливая сегодня! У меня новый папка родился! Что там за остановка? Августин? А, моя. Ну давай, Томчик, покедова, побегу за малым.

– Давай-давай, Люд, беги, – перекрестила в спину суетную знакомую кондуктор.

Салон то ли облегчённо, то ли огорчённо выдохнул. По рядам пронёсся знакомый шорох – люди потянулись в карманы и сумки за смартфонами.

Голуби

– Доброе утро!

Наташа непривычно тихо вошла в кабинет. Развязавшийся вязаный шарф едва не волочился по полу, в глазах – отрешённость, в жестах – какая-то огорошенность. На приветствие не ответила, рассеянно засеменила у рабочего стола.

– Плохо, плохо я поступила, надо вернуться и проверить…

Кое-как разговорилась. Оказывается, в дороге её автомобиль занесло на скользкой каше. На пути кормилась стая голубей – вот в неё-то коллега и въехала. Сама не пострадала, но испугалась знатно. Остановиться или сдать назад не позволила пробка, а подросшая к моменту парковки у офиса тревога превратилась в панику.

– Их так много было. Кто-то кормил, а я въехала…

– Голубь взлетает с бомбы за секунду до её взрыва и плодится 7 раз за год. Плюс это далеко не краснокнижная птица, а самая обыкновенная летучая крыса, – как могла, попыталась я успокоить коллегу. – Хотя…

В самый неподходящий момент мозг мне припомнил:

«Год 2014-й. Конец осени. Возвращаюсь домой с работы. Иду в ванную, чтобы вымыть руки. Параллельно болтаю с кем-то по телефону. Включаю свет, открываю дверь – и ору в трубку. От неожиданности, конечно: с полотенцесушителя вспорхнуло напуганное мною нечто и забилось на антресоль под потолком (да-да, в старой квартире у меня тогда ещё были такие элементы советского прошлого).

Разговор – в сторону, глаза – в кучку, нервы – в кулачок.

– Света, ты чего, что там у тебя?! – кричит взволнованный по ту сторону телефона собеседник.

– Всё нормально, это голубь, перезвоню!

Точнее, голубка. Белая, молодая, тощая. Давно тут – вон и полотенце изгажено. Решётка от вентиляционного люка болтается на честном слове – птица проникла через шахту, а уйти тем же ходом не догадалась.

– Не бойся, я тебя не обижу, – беру то самое подпорченное полотенце и набрасываю на незваную гостью.

Мгновение спустя горлица на свободе, а я старательно гоню от себя мысль: птица в доме – плохая примета.

– Мы же взрослые люди, православные, прочь эти суеверия…»

– А через сколько-то там дней я узнала, что мамы у меня больше нет. Возможно, она уже была мертва к тому моменту и пыталась меня об этом оповестить.

– Умеешь ты, Свет, поддержать и успокоить, – только и смогла выдавить коллега.

Удачное свидание

Тихая кофейня где-то на окраине. За окном жёлтая листва и серый дождик. Пейзаж, который прекрасен именно из-за стекла.

Голову кружит аромат то ли только что сваренного глинтвейна, то ли сидящего напротив мужчины. Карие глаза, русые волосы, белозубая улыбка… Попробовать десерт не удается уже минут двадцать – отвлекающие факторы сильнее самой безумной любви к сладкому.

Телефоны на беззвучном. Воздух намагничен. Когда успели придвинуться друг к другу вплотную? Колени соприкасаются, осторожные движения по плечу и локтю, ладонь в ладони и… ядерный взрыв поцелуя.

Кажется, ударной волной сбивает с ног всех в округе, стёкла дребезжат, и без того редкая листва ссыпается в кучу!

А они смеются. В голос! Как дети. Потому что понимают, что, наконец-то, нашлись. Те самые половинки. Которым не нужно производить впечатление, пускать пыль в глаза и сдерживать «настоящесть», стараясь понравиться.

Можно никуда не спешить. Шутить по-чёрному, подтрунивать друг над другом, перебивать, вспоминая одну весёлую историю за другой и вздрагивать как под током от каждого прикосновения.

Два лучше, чем один

Карина души не чаяла в Василии. Кот достался ей в наследство от дедушки мужа и поначалу хлопот доставил немало: деревенские повадки, тоска по прежнему хозяину, обострившиеся старые болячки – всё с лихвой покрывали умилительные белые носочки, встроенный мурчатель и до невозможности тактильная шёрстка.

В тот день девушка мчалась домой в предвкушении тёплых объятий. На улице накрапывал противный дождик, в сумочке грелись пакетики со свежим кормом, ещё пара кварталов – и вот он шёлковый бочок. «Миииии», – едва слышно донеслось из-за угла. «Вася? – не поверила глазам Карина. – Ты как тут оказался?»

Кровь мгновенно вскипела. Девушка представила, как кот в очередной раз промахнулся с лотком, поцарапал новый диван, снёс со стола скатерть вместе с ужином супруга – и тот не сдержался, отлучил бедолагу от дома. «Да ну, быть такого не может», – отмахнулась Карина и крадучись подошла к животному.

Дымчатая шерсть намокла, «комплект контрастных аксессуаров» испачкался, уши подрагивали на ветру. «Ну, копия Василия! Разве что мушка на мордочке скромнее, да «варежки» короче», – поразилась сходству девушка и потянулась за телефоном, чтобы задокументировать удивительную находку. Тема на вечер в её семье была определена. И на следующий день. И ещё на один.

В тот самый двор к копии Василия супруги нагрянули вместе. Отыскали всезнающих бабушек и выяснили: кошка молодая, добрая и ласковая, её подкармливают дети и взрослые, но хозяев у неё нет. Точнее, не было…

Теперь у Карины два питомца – бывшедеревенский Василий и городская дворянка Матильда. Умилительная парочка вот уже несколько месяцев вызывает улыбку у друзей и знакомых. Ладит, правда, не всегда: задира Вася демонстративно «троллит» Мотю, а та не всегда честно на него «жалуется».

А, впрочем, котовоспитание продолжается – терпения у Карины с удвоением её семьи тоже прибавилось.

Ве

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.