Тёмный Царь
Тайны Тридевятого царства. Путешествие через тьму

Глава I.
Сон о павшем граде.

Это был обычный пасмурный день в любимом Петербурге. Люди бежали на работу, машины ехали по сырой от дождя дороге, а кофейни вывешивали табличку «Открыто». Ярослав никуда не спешил, так как ему сегодня в университет ко второй паре. Он решил зайти в свою любимую кофейню, где он уселся за столик, достал ноутбук и стал писать курсовую за чашечкой наивкуснейшего, по его мнению, кофе. Поглядывая на погоду за окном, он пил свой кофе и наслаждался каждым сделанный глотком. Вскоре ему нужно было отправляться в универ, чтобы его не застали за опозданием и не отчислили.

Добежав до университета, Ярик встретил своего однокурсника Мишу, который являлся его лучшим другом.

– Здорово, Яро,– пожал по-дружески руку Миша.

– Привет, Мих,– ответил ему Ярослав.– Что, опять гулял допоздна?

– Так заметно, что ли?

– У тебя мешки под глазами, как будто в них десять килограммов песка. Может, лучше тебе остаться в общаге, а я скажу, что ты приболел?

– Запахло занудством правильного Яро, но спасибо за это, брат!– сказал он с улыбкой и, похлопав по плечу Ярика, пошел обратно в общежитие, где они жили вместе с Яриком в одной комнате.

–Удачи,– крикнул вслед Ярослав.

Начались пары. Первая была философия. Ярик терпеть не мог этот предмет, так как он был непонятен и вовсе нелогичен. Из-за этого он по этому предмету получал не больше тройки, которая у него была единственная в его зачетке.

Следом шел его любимый предмет, который назывался «Мифы и легенды Древней Руси». Его всегда тянуло к этому предмету, но то и неудивительно. В школе он учил историю, как начальная школа учила таблицу умножения. Может, он не хотел получить от воспитательницы в детском доме и заставил себя ее учить или просто ему это нравилось.

– Ярослав Боголюбов, как друг Михаила, вы должны сказать, где он,– сказала Анна Владимировна, которая вела лекцию по мифам,– он не появлялся на моей лекции уже целый месяц. Предупреждаю, я его не впущу во время сессии в свой кабинет, так и передайте ему.

– Хорошо, Анна Владимировна, я ему передам. Просто он немного приболел. Уверяю вас, он на следующей лекции обязательно будет.

– Пусть постарается,– учительница продолжила вести пару.

Прошло еще две пары, и Ярослав ушел в свою комнату в общежитии.

– Ну как ты, гуляка?

– Голова от недосыпа до сих пор болит. Но это стоило того, а ты чего не в парке?

– Я пришел переодеться для Вари. У нас сегодня свидание в честь годовщины знакомства.

– А, понятно. Значит, вы будете культурно праздновать годовщину,– проговорил тот через боль.

– Ты б таблетку выпил,– беспокоился за друга Ярик.

– Я уже выпил. Жду, пока подействует.

– Я пошел. Отдыхай.

Он переоделся и пошел в парк, где они с Варей должны были встретиться. Прошло полчаса, и девушка появилась в красивом платье, готовая к разговору.

– Привет, милый,– влюбленно сказала Варя.

– Привет, огонек,– обнял ее парень, назвав ее прозвищем, которое он сам придумал из-за ее цвета волос.– Это тебе, милая.

Он протянул небольшой букетик роз, который он купил за деньги с зарплаты, которую он получил, работая бариста в кафе неподалеку.

– Помнишь, как мы с тобой познакомились?– спросила девушка, усевшись рядом с Яриком на скамейку.

– Конечно! Это было год назад. Я тогда только что стал работать бариста в том кафе. Вдруг я увидел тебя. Красивая девушка с первого курса. Рыжий свитер в цвет волос, коричневые джинсы в цвет глаз и кеды. В тот день ты заказала латте с ванилью и круассан. После смены я решил подойти к тебе и начать говорить с тобой. Мы обменялись номерами, и так пошло поехало.

– Да, целый год знакомства. Но я хочу тебе сказать одну новость, которая тебе не понравится. Я уезжаю из Питера навсегда, и мы должны расстаться.

Сердце парня стало колотиться все сильнее и сильнее. Он не знал, куда себя деть. Душа разорвалась на мелкие осколки, которые невозможно было собрать воедино. Мысли были беспорядочны и он ничего не мог сказать. Эта любовь была для него смыслом всей его жизни, но он понимал, что если любишь, то ты должен отпустить любимого человека, если ему это нужно.

– Прости меня и прощай,– она ушла из парка, и Ярослав остался наедине со своей печалью.

Он убедился, что его никто не видит, и заплакал. Ему было так больно, но это нужно было сделать. Он написал сообщение Михе:

–Здорово, меня бросила Варя:(

– Понял, уже бегу,– в ответ написал Миша и прибежал к нему в парк, хоть у него болела голова.

Они пошли в самый ближайший бар и напились в стельку. Успев до закрытия общежития, парни зашли в комнату и улеглись спать. Ярославу в угаре приснился сон.

В старинной крепости раздался колокольный звон. Не тихий, умиротворяющий, а набатный, полный ужаса. Ярик смотрел на это с одной из башен крепости, присматриваясь к горизонту. Золотые купола церквей, сияющих в лучах заходящего солнца, озаряли город, который казался неприступной крепостью. Но покой был только ощущением и, то недолгим.

На горизонте росла Тьма. Она двигалась не как облако, а как животное, пожирая весь свет и наполняя воздух смрадным холодом. Это был Чернобог и его сын Кощей. Их Ярослав узнал по описанию из книг о легендах Древней Руси.

Крики паники разнеслись по городу. Люди бежали к храмам, моля о спасении, но молитвы не доходили до небес. Тьма надвигалась неумолимо, и в ее чреве можно было разглядеть чудовищные тени, оскаленные пасти и горящие глаза.

Ярослав видел, как первые волны Тьмы накрыли окраины града. Золото куполов тускнело, превращаясь в черную обугленную массу. Крики сменились хрипами и стонами. Город, всегда наполненный пением и смехом, погрузился в леденящую тишину, прерываемую лишь злобным рычанием.

Он побежал вниз, пытаясь пробиться сквозь толпу обезумевших людей. Все толкались, падали, молили о помощи, но Тьма поглощала всех без разбора. Ярик видел, как друзья и знакомые, лица которых исказил ужас, исчезали во мраке.

В отчаянии Яро добрался до центральной площади, где стоял огромный колокол. Дернувшись, он, что было силы, ударил в него. Звук был оглушительным, но он казался слабым писком перед лицом надвигающейся катастрофы.

И тогда Ярослав увидел его – Чернобога. Он возвышался над городом, словно гора из тьмы и злобы. Его глаза горели адским пламенем, а из пасти извергались клубы дыма и проклятий. Он протянул к нему руку – огромную когтистую лапу, готовую раздавить его в мгновение ока.

В последнем отчаянном порыве Ярик закрыл глаза и прошептал молитву. Но вместо спасения он почувствовал холодный смрад Тьмы, обволакивающей его. И услышал злобный хохот Чернобога, эхом разносящийся по мертвому городу.

И тут Ярослав проснулся. В холодном поту, с колотящимся сердцем. Тишина его комнаты казалась оглушительной. Долго не мог понять, где он – в старинной крепости, погребенной под Тьмой, или в своей постели. И только рассвет, пробивающийся сквозь шторы, убедил его, что это был всего лишь сон. Но в глубине души осталась леденящая память о падении прекрасного города и ужасе, который несет в себе Чернобог.

Он пошел умываться и готовиться к рабочему дню. Хоть сегодня не было пар, он продолжал работать в том кафе, где он однажды познакомился со своей уже бывшей девушкой, которую он не смог забыть после попойки. Миша спал как убитый, а Ярик отправился на пробежку перед работой.

Глава II.
Антиквариат на Садовой.

После пробежки он пошел в кофейню, хоть и не хотел. Ярослав ступил на порог кофейни. Запах свежемолотых зерен ударил в нос – обычно успокаивающий, но сегодня он казался каким-то отчужденным. Три месяца назад этот запах был пропитан ее улыбкой, ее любимым ароматом ванили, который она всегда добавляла в свой утренний латте. Теперь здесь пахло только… кофе.

Он кивнул сонной уборщице и прошел за стойку. Олег, сменный менеджер, уже протирал эспрессо-машину. Увидев Ярослава, он сочувственно вздохнул и молча протянул ему фартук. Слов было не нужно. Все знали.

Ярик натянул фартук, стараясь не смотреть на маленький столик у окна – их любимое место. Там они провели не один час, болтая обо всем на свете, планируя будущее. Теперь там сидела какая-то пара, держась за руки. Он отвернулся и принялся за привычную рутину: включил машину, проверил запасы молока, выставил свежую выпечку. Механизм, отточенный годами, позволял хоть на время отключить мысли.

Первые посетители потянулись около семи. Студенты, отдыхающие от лекций, офисные работники, жаждущие утренней дозы кофеина. Ярослав принимал заказы, улыбался, делал свое дело. “Двойной эспрессо”, “Латте с корицей”, “Капучино на миндальном молоке”. Он механически двигался, словно робот, запрограммированный на выполнение одной задачи. Лишь иногда, когда кто-то заказывал латте с ванилью, его пронзала острая боль. Он старался гнать воспоминания прочь, сосредоточиться на молочной пене, на идеальном рисунке на поверхности кофе.

В девять утра наступил короткий перерыв. Ярик зашел в подсобку, достал из холодильника холодный чай. Олег молча поставил перед ним тарелку с печеньем.

–Держись, старик, – сказал Олег, хлопнув его по плечу. – Все будет хорошо.

Ярослав кивнул, но слова ободрили мало. Он не знал, когда “все будет хорошо”. Сейчас все казалось серым и беспросветным.

Во время обеда он сбежал из кофейни. Купил сэндвич в ближайшем магазине и сел на скамейку в парке. Вокруг щебетали птицы, играли дети, дул теплый ветерок. Мир жил своей жизнью, не замечая его личной трагедии. Ему вдруг захотелось просто исчезнуть, раствориться в толпе.

После обеда работа немного отвлекла. Появились новые лица, новые заказы. Кто-то улыбался, кто-то был угрюмым, кто-то торопился. Он старался быть вежливым, профессиональным. Одна женщина, увидев его уставший вид, оставила ему щедрые чаевые. Это было приятно.

Ближе к вечеру кофейня опустела. Ярик протер стойку, вымыл посуду, выключил машину. Он чувствовал себя опустошенным, словно из него выкачали всю энергию.

Когда он выходил из кофейни, уже стемнело. Он остановился на мгновение, посмотрел на светящиеся окна. Здесь все еще пахло кофе. Здесь все еще жила его боль.

Он вздохнул и пошел в антикварную лавку на Садовой, о которой услышал у клиентов. Его заинтриговала эта лавка, и он пошел туда по адресу. Ярик знал, что такие лавочки работают круглосуточно.

Добравшись до места, перед ним висела вывеска «Антиквариат». Переступая порог, он ощутил, как будто оказался в другом измерении, где тишина нарушается лишь тихим тиканьем старинных часов и шепотом пыльных страниц.

Стены, окрашенные в приглушенный оттенок слоновой кости, служат идеальным фоном для экспонатов. Здесь, в полумраке, словно драгоценные камни в оправе, сверкают хрупкие фарфоровые статуэтки, отражая слабый свет люстры с хрустальными подвесками. Каждый предмет – это отдельная история, запечатленная в линиях и изгибах, в сколах и потертостях, в каждой детали, бережно сохраненной временем.

В центре зала, словно владыка этого царства старины, возвышается массивный дубовый стол, покрытый зеленой бархатной скатертью. На нем разложены старинные книги в кожаных переплетах, с пожелтевшими страницами, хранящими мудрость и тайны веков. Рядом, в резной деревянной шкатулке, лежат старинные украшения – броши с филигранным узором, кольца с тускло мерцающими камнями, словно осколки забытой красоты.

В углу, у окна, примостился изящный туалетный столик с овальным зеркалом. Его потрескавшаяся поверхность помнит лица дам прошлых столетий, их тайны и мечты, отраженные в мерцающем стекле. Рядом, на бархатной подушечке, покоится старинный флакончик духов, источающий едва уловимый аромат лаванды и розы – призрак былой элегантности.

Аромат в магазине – это отдельная симфония запахов. Здесь сплетаются воедино запахи старого дерева, пыльных книг, воска для мебели и едва уловимые нотки старинных духов. Этот аромат окутывает, обволакивает, погружает в атмосферу ушедших времен.

– Что вам нужно, юноша?– спросил старичок лет шестидесяти, который владел этим магазинчиком.

– Я просто посмотреть какие есть у вас вещи.

Взгляд Ярослава закрепился на шкатулке, которая была закрыта ключом. Ключа не было рядом со шкатулкой.

– А что это за шкатулка?– спросил он у владельца.

– Эту шкатулку принес один очень старый низкий человек. Сказал, что только одного человека она может заинтересовать. Может, он меня обманул, а может, вы тот единственный человек.

– Скорее первое, чем второе,– сказал продавцу Ярик.– Сколько она стоит.

– Ни сколько. Берите ее бесплатно. Только сегодня и только вам.

– Спасибо вам большое. До свидания!– Ярослав взял шкатулку и ушел.

– Не за что. До новой встречи!– с улыбкой сказал владелец.

Ярик пошел в парк, где они с Варей расстались. Но когда он походил к той скамейке, на ней сидел старичок с деревянным посохом и шляпой, похожей на мухомор, а сам старичок был небольшого роста. Увидя Ярослава, он встал и убежал, оставив медальон с таким же символом, что и на шкатулке.

– Стойте! Вы забыли,– прокричал Ярик, но мужчины уже не было.

Взяв медальон, Ярослав брел по парку, словно тень. Листья под ногами шуршали, вторя его разбитому сердцу. Каждое дерево, каждая скамейка здесь помнили их с Варей смех, их поцелуи под дождем, их мечты, рассыпавшиеся теперь в прах. Именно здесь, под раскидистым дубом, Варя сказала, что все кончено. Слова ее звучали глухо, будто доносились издалека, а взгляд был отстраненным, чужим.

Боль сдавливала грудь, не давая дышать. Ярик сжал в кармане старый, потемневший от времени медальон. Странный символ, выгравированный на металле, напоминал сплетенные корни дерева, уходящие вглубь земли. Такой же символ он видел на старинной шкатулке, взятой из антикварной лавки. Он долго пытался понять его значение, но безуспешно. Сейчас этот символ казался зловещим знаком, предвестником беды.

–Может, я что-то упустил? Что-то не заметил? – терзал он себя вопросами.– Почему? Почему она так внезапно уехала?

В голове роились обрывки воспоминаний, будто осколки разбитого зеркала. Смех Вари, ее глаза, полные любви, ее прикосновения… все это казалось таким далеким, нереальным.

Полная луна освещала тропинки опустевшего парка. Ярослав почувствовал, как усталость сковывает его тело. Нужно было возвращаться в общежитие. Он вышел из парка на улицу, погруженный в свои мрачные мысли. Внезапно, яркий свет фар ослепил его. Ярослав инстинктивно попытался отскочить, но было поздно. Раздался оглушительный удар, и мир вокруг него перевернулся.

Глава III.
Провал во времени.

Ярослав очутился в зыбком мареве туманного поля. Пелена рассеялась, явив его взору старца, сотканного из легенд и древних сказаний. Высокий, словно вековой дуб, с бородой цвета первого снега и ниспадающими до пояса волосами, он взирал на Ярослава светлыми, пронзительными очами. В руке его покоился посох из мореного дуба, а голову венчал диковинный убор – шкура волка, увенчанная рогами могучего быка. В этом величественном образе безошибочно угадывался Велес, один из хранителей мира мертвых, бог мудрости и колдовства.

– Я умер? – прошептал Ярик, испуганно глядя на старца.

– Ты еще жив, смертный, но стоишь на самой границе, в зыбкой коме. Я предлагаю тебе выбор: либо ты последуешь по Калинову мосту в царство теней, либо я дарую тебе шанс исправить несправедливость, низвергнув Чернобога.

Велес молча ждал ответа, его взгляд проникал в самую душу Ярослава, обнажая все его страхи и сомнения. Ярослав сглотнул, ощущая сухость во рту. Страх смерти боролся в нем с жаждой справедливости, с желанием отомстить за причиненное зло, которое он увидел во сне.

– Я выбираю второй путь, – произнес он, стараясь придать голосу уверенность. – Я готов сразиться с Чернобогом.

Уголки губ Велеса тронула легкая улыбка. Он поднял свой посох, и земля под ногами Ярослава задрожала. Туман вокруг начал сгущаться, образуя вихрь, в центре которого засиял яркий свет.

– Будь готов, смертный, – пророкотал Велес. – Путь к Чернобогу будет полон испытаний и опасностей. Тебе понадобятся все твои силы, мужество и хитрость. Я дарую тебе лишь малую часть своей мудрости и защиту от темных чар. Остальное зависит от тебя.

Вихрь света поглотил Ярослава, и он почувствовал, как его тело пронзает волна энергии. В голове вспыхнули образы древних битв, забытых знаний и тайных троп. Затем все стихло, и он снова стоял на туманном поле, но теперь в его глазах горел огонь решимости, а в сердце жила надежда. Велес исчез, оставив лишь слабый запах хвои и земли. Ярослав знал, что его путешествие только начинается.

Он прошел немного вперед и оказался на полянке какого-то леса. Ярик не понимал, куда же он попал. Впереди стояла избушка на курьих ножках, как из сказки. Там еще баба Яга была. И только стоило вспомнить бабу Ягу, как тут же она вышла из своей избушки и сказала старым голосом:

– Ну, кого через границу Велес пустил. Опа-на, добрый молодец пожаловал, но только почему ты прошел в этот мир через грань?

– Мне Велес предложил два пути: смерть и шанс восстановить справедливость,– промямлил он в ответ.

– М-да, смелостью в том мире не блещут. Какую справедливость хочет восстановить этот союзник Белобога?

Ярослав не стал говорить об этом, так как он помнил, что баба Яга приспешница Чернобога, и, узнав о какой справедливости идет речь, она может его проклясть или съесть.

– Если мне не откажешь моей приглашении погостить, я буду рада тебя приютить,– предложила баба Яга Ярику.

– Я не откажусь от этого предложения,– уважительно ответил Ярослав.

– Как хоть тебя зовут, спасенный от смерти?

– Меня зовут Ярослав,– после этих слов баба Яга насторожилась.

– Ну, заходи в избушку мою, Ярослав,– пригласила бабушка вовнутрь.

Ярослав, собравшись с духом, переступил порог. Внутри было на удивление уютно. Слабый свет плясал от лучины, воткнутой в череп на каминной полке. В огромной печи потрескивали дрова, наполняя избушку теплом и запахом трав. На лавке, укрытая пестрым лоскутным одеялом, уже сидела баба Яга.

Она оказалась совсем не такой страшной, как ее описывали в сказках. Да, нос крючком, да, морщинистое лицо, но в глазах светился ум и какое-то озорство. Она предложила Ярославу присесть и угостила травяным чаем с медом.

Ночь в избушке оказалась полна удивительных открытий. Баба Яга рассказывала Ярославу сказки, истории о лесных духах и забытых заклинаниях. Ярослав, завороженный, слушал ее, позабыв про страх и усталость.

Время от времени из-за печки раздавалось ворчание Кота Баюна, а со стены, украшенной пучками сушеных трав, доносилось тиканье старинных часов, вырезанных в форме совы. За окном выл ветер, качая верхушки деревьев, но в избушке было тепло и спокойно.

Ярослав заметил, что обстановка в избушке вовсе не хаотична. Все предметы имели свое место и назначение. Здесь были и колдовские книги, и пузырьки с разноцветными зельями, и амулеты из костей и перьев. Каждый предмет, казалось, хранил свою историю, свою тайну.

Постепенно ночь перетекла в предрассветные часы. Ярослав, убаюканный тихим голосом бабы Яги и теплом печи, задремал на лавке. Проснувшись, он увидел, что избушка к лесу передом. Бабы Яги нигде не было видно.

Кот Баюн сидел на крыльце и умывался.

– Здравствуй, кот Баюн. Не знаешь, где баба Яга?– спросил кота Ярик.

– Ну если хочешь знать это, то принеси мне мяса из подпола. Тогда скажу,– промурлыкал свои условия Баюн.– И да, меня зовут Боря.

– Хорошо, Боря,– сказал Ярослав и принес ему из подпола окорока.– А теперь, говори, где баба Яга?

– Она пошла за живой водой к ключу, а после собиралась на рынок в город.

– Спасибо,– поблагодарил его Ярик.

Поговорив и погладив кота, на горизонте показалась Яга. Она несла ведра с живой водой и подошла к избе.

– Избушка, избушка, встань к лесу задом, ко мне передом,– сказала бабушка, и избушка начала поворачиваться.

– Держись за что-нибудь,– мяукнул Ярославу Кот Баюн.

Ярослав, уцепившись руками за одну из ступенек, кое-как удержался на крыльце, чуть не упав.

– Уже подружились,– проговорила радостным голосом баба Яга.

– Да, он хороший человек. Волновался, где ты, Яга,– промяукал ей кот.

– Борька, вскипяти нам самовар, а ты, Ярослав, умойся живой водицей, а то бледно как-то выглядишь.

Он умылся холодной водой, и его щеки разом порозовели, предали здоровый вид. Пока кот кипятил самовар, бабушка сходила на рынок и принесла древнерусскую одежду, которую носили тут.

– Переоденься, а не то, не дай Чернобог, тебя могут посадить в темницу, а в худшем случае казнить,– проговорила ему Яга.

Он начинает переодеваться, с трудом натягивая портки и завязывая пояс. В своих джинсах Ярослав нащупал какой-то медальон. Это был тот самый амулет, который перед аварией старичок оставил на скамейке в парке. Но где же шкатулка с тем же символом? Это его не волновало, хотя затрагивало его разум. Одев его на шею, он окончательно был похож жителя какой-то крепости десятого или одиннадцатого века.

– Вот, теперь похож на жителя Китежа. Садись на стул и держи чашку моего травяного чая с медом,– приветливо сказала бабушка.– Ну, давай рассказывай, откуда ты появился.

– Я жил в Питере. Попав в аварию, я встретился с Велесом и вот теперь здесь,– вкратце рассказал Ярик.– Баба Яга, простите за беспокойство, но что это такое? Я нашел его у себя… после всего случившегося. После аварии… Велеса… все эти миры… он еще был у меня в моем мире до нее.

–А-а, вижу, значит, нашел. Немудрено. Амулеты из одного мира часто цепляются за путников, переходящих границы. Значит, не зря ты сюда попал, соколик,– баба Яга прихлебывала чай из расписной чашки, смотрела на него поверх очков с хитрой улыбкой.

– Но что он означает? Я ничего не понимаю!

–Амулет этот – непростой. Вижу, он многое повидал… и многое тебе еще покажет. Символ на нем – древний, силу таит немереную,– баба Яга ставит чашку на стол, постукивает длинным когтем по столешнице.

–Какую силу? И как он переместился вместе со мной?– недоуменно спрашивал Ярослав.

–Видно, пришло время тебе узнать. Давным-давно, еще когда леса были гуще, а реки глубже, я нашла шкатулку. Да не где-нибудь, а на самой границе миров – между живыми и мертвыми. Шкатулка была из темного дерева, окованная железом, а на ней – точно такой же символ, как на твоем амулете.

– И что было в шкатулке?

– Того я не скажу. То, что узнаешь ты, должно прийти к тебе само, своим путем. А про шкатулку ту я давно забыла, когда ее у меня Берендей украл. Думала, легенда лишь… пока не увидела твой медальон.

–Выходит, этот амулет связан с той шкатулкой? И с тем миром, что между жизнью и смертью?

– Связан, милок, связан. И путь, что тебе предстоит, будет полон опасностей. Но и сила, что ты обретешь, будет велика. Береги амулет, Ярослав. Он – ключ к разгадке многих тайн. И помни: в этом мире ничто не случайно. Даже аварии, даже встречи с Велесом, даже эта чашка чая. Все – часть одного большого узора,– баба Яга кивнула, глядя Ярославу прямо в глаза.

–Спасибо, баба Яга. Я постараюсь…– Ярослав смотрел на амулет с новой тревогой и надеждой, понимая, что та шкатулка, которую он взял в антикварной лавке, связана с этим медальоном и этим миром.

– Постараться мало. Нужно действовать. А теперь иди. Ночь темна, а лес полон чудищ. Ищи ответы, Ярослав. И да пребудет с тобой удача. Да и не забудь отнести после своих приключений чистую тряпицу мне, пол вытереть,– усмехнулась Яга.

Глава IV.
Первая встреча с нечистью.

Ярослав вышел из избушки бабы Яги и направился по тропинке в город, которую ему указала Яга. На пути ему встретился пенек, который превратился в высокого покрытого мхом Лешего.

– Ой… Здравствуйте, дедушка,– вздрогнул Ярослав, увидев, как пень преображается в Лешего.

– Чего это ты, добрый молодец, по моему лесу шастаешь? Тропа здесь нехожена, да и место не для прогулок,– говорит Леший грубоватый голос с эхом.

– Я не по своей воле, дедушка Леший. Баба Яга указала мне эту тропу. Сказала, она ведет в город.

– Яга, значит? Ну, у нее тропы кривые, прямее через болото пройти. Да и что тебе в городе понадобилось? Здесь, в лесу, тихо, спокойно…– Леший хмыкает, поглаживая мшистую бороду.

– Мне нужно… по делу одному. Срочному.

– Дело, говоришь? А что за дело такое, что тебя Яга к нему припрягла? Не небось, козу ей на рынок продавать?

– Нет… Она попросила меня кое-что достать. Не скажу что, секрет,– смущенно сказал Ярослав, который боялся того, как бы Леший его не раскусил.

– Секрет, значит. Ну, секреты я люблю. Да вот беда, тропа эта не простая. Просто так я никого не пропускаю,– прищурился Леший, рассматривая Ярослава.

–А что нужно сделать, чтобы пройти?

–Нужно меня повеселить. Расскажи мне сказку, историю… чтобы мне, старому пню, интересно было,– усмехнулся он.

–Эм… Ну хорошо. Жил-был царь…– призадумался Ярик.

–Скучно! Цари у меня в каждой второй сказке. Давай что-нибудь оригинальное. Про леших, например,– перебил его Леший.

–Про леших? Ну… жил-был Леший, добрый и справедливый…

– Добрый и справедливый?! Ха! Да такого в природе не бывает! Леший должен быть вредным, пугать путников, запутывать тропы…– Леший снова перебивает, скрипуче засмеявшись.

– Ну… тогда… жил-был Леший, который очень хотел стать добрым… Но у него ничего не получалось! Потому что природа у него такая… вредная!

– Хм… и что дальше?

– И он очень страдал из-за этого! Пытался помогать заблудившимся, но только запутывал их еще больше! Пытался зверей защищать, но только пугал их до смерти! И вот однажды…

– Дальше, дальше!– нетерпеливо подгонял его Леший.

– И вот однажды он встретил путника, который попросил у него помощи! Леший очень обрадовался, потому что решил, что это его шанс! И что он сделал?

–Что? Что он сделал?!

– А вот этого я не знаю! Ты же сам Леший! Расскажи мне, что бы ты сделал на его месте?– с ухмылкой сказал Ярослав

– Хм… интересный ход. Ладно, убедил. Вижу, смекалка у тебя есть. Проходи, парень. Но помни, мои леса – не шутка. Иди прямо по тропе, не сворачивай, и ни с кем не разговаривай. Иначе… плохо будет.

– Спасибо, дедушка Леший! Я буду осторожен,– облегченно выдохнул Ярослав.

Он торопливо пошел дальше по тропе, а Леший снова начал медленно превращаться в заросший мхом пень. Ярослав ускорил шаг, стараясь не оглядываться на пень, который уже почти полностью слился с окружающей природой. В голове эхом отдавались слова Лешего: «Иди прямо по тропе, не сворачивай, и ни с кем не разговаривай». Лес словно прислушивался к каждому его шагу, шелестел листвой, поскрипывал ветвями. Солнце пробивалось сквозь густую крону деревьев редкими лучами, создавая причудливые тени на земле.

Чем дальше Ярослав углублялся в лес, тем страннее становилась тропа. Деревья будто склонялись над ней, переплетаясь ветвями, словно пытаясь преградить путь. Под ногами шуршала не только опавшая листва, но и какие-то странные, сухие коренья. Он старался не обращать внимания на гнетущую тишину, нарушаемую лишь его собственным дыханием и редким криком какой-то птицы. Ярик сосредоточился на тропе, боясь оступиться и потерять направление.

Вдруг, впереди показалась небольшая поляна. В самом ее центре росла огромная, раскидистая ель, увешанная разноцветными ленточками. Рядом с елью сидела старушка в пестром платке и что-то бормотала себе под нос. Ярослав вспомнил наказ Лешего: «Ни с кем не разговаривай». Но любопытство взяло верх. Что это за место? Кто эта старушка? И почему ель увешана ленточками?

Сделав глубокий вдох, Ярослав подошел к старушке и тихо спросил:

–Простите, бабушка, а что это за ель такая? И зачем на ней ленточки?

– Это Ель Желаний, милок. Завяжи ленточку, загадай желание, и оно обязательно сбудется,– старушка подняла на него мутные глаза и проскрипела.

Ярослав засомневался. Стоит ли ему верить незнакомой старушке, нарушая наказ Лешего? Но мысль о заветном желании, которое он так отчаянно хотел, заставила его остановиться.

Ярослав колебался. С одной стороны, ему страшно было ослушаться Лешего, кто знает, какие последствия его могли ждать. С другой, возможность исполнить свое самое сокровенное желание казалась слишком заманчивой, чтобы от нее отказываться. Он посмотрел на ель, увешанную разноцветными лентами, словно пестрый наряд. Каждая ленточка, наверное, таила в себе чью-то надежду, чью-то мечту.

Он оглянулся по сторонам, словно ожидая увидеть Лешего, наблюдающего за ним из-за деревьев. Но вокруг была лишь тишина и мерцание солнечных лучей, пробивающихся сквозь листву. Ярослав решился. Он вытащил из кармана обрывок красной ткани, которую случайно нашел на тропе, и подошел к ели.

Старушка наблюдала за ним, не произнося ни слова. Ярослав завязал ленточку на одной из ветвей, мысленно произнося свое желание: забыть о расставании с Варей навсегда. Он так долго мечтал об этом, что слова сами собой сложились в тихую молитву. Закончив, он почувствовал какое-то облегчение, словно груз свалился с плеч.

Он обернулся к старушке и хотел было поблагодарить ее, но ее уже не было. Поляна казалась пустой и безжизненной, лишь ель с ленточками продолжала стоять, словно немой свидетель его маленького поступка. Ярослав поежился и быстро пошел прочь, стараясь не думать о том, что ждет его впереди. Он нарушил наказ Лешего, но, возможно, получил шанс на исполнение мечты. Теперь оставалось только ждать.

Ярик по тропинке вышел из леса и оказался совсем недалеко от ворот странного города, который он видел во сне. Он был окутан злобными тучами, которые навевали тот же смрадный холод и ужас, что и во сне. Ворота охраняли странная нечисть. Это были люди, похожие на скелетов, которых поглотила Тьма.

Подходя к городу, Ярославу становилось все хуже и хуже. У него появилась сильная головная боль и слабость, как будто тьма уничтожала его изнутри, но его организм сопротивлялся.

– Стой!– прокричал один из скелетов.– Вход в город запрещен чужакам.

Тем временем родинка в виде солнца на правой руке Ярослава стала обжигать его кожу, но сразу же ее лечить. Организм не мог сопротивляться чарам, поэтому через некоторое время он упал без сознания.

– Отправим его в темницу. Пусть Великий Царь решает, что с ним делать,– сказал другой стражник.

Они схватили его и поволокли его по всему городу. Золотые купола церквей не отражали света, так как его не было, и сами купала были покрыты смрадом. Церкви были закончены, люди были пропитаны тьмой и печалью, а бывший царь был превращен в статую сыном Чернобога.

Очнулся Ярослав уже в темнице. Он был в той же одежде, а амулет сверкал ярче солнца на заре. Голова болела так сильно, что он не мог ни о чем думать и просто лежал.

Глава V.
По закону Тридевятого Царства.

Внезапно дверь темницы со скрежетом распахнулась, впуская в затхлую камеру фигуру стражника.

– Выходи, – хрипло скомандовал он Ярославу. – Князь Кощей и супруга его, Морена, ждут тебя.

Ярослав, чьи силы истощала разъедающая тьма, не смог противиться приказу. Покорно двинулся он вслед за стражником, вглубь каменных кишок катакомб. Они миновали вереницу темниц и, наконец, достигли царского терема. Когда-то светлый и радостный, теперь он, подобно всему граду, был объят ужасом и мраком, словно зловещий саван окутал это место. Темные коридоры извивались, словно змеи, под ногами скрипели прогнившие ступени, а гнетущая атмосфера проникала в самую душу, превращая терем в средоточие тьмы, нависшей над городом.

Ярослава привели в огромный зал, где на тронах из обгорелых костей восседали Кощей и Морена. Рядом с ними застыли четыре статуи: две мужские и две женские. Их лица казались Ярославу смутно знакомыми и в то же время чужими, словно отголоски забытого прошлого.

– Кто ты? – прогремел над залом громоподобный голос Кощея, заставив содрогнуться стены.

– Меня зовут Ярослав.

– Великий князь мира всего, он, вознамерившийся проникнуть в Китеж без дозволения, – прошипела Морена, змеиным взглядом буравя Ярослава.

– За сие преступление, Ярослав, по законам нашим, ты приговариваешься к смерти, – эхом отозвался Кощей, обрушивая на пленника свой смертный приговор.

Ярослав, собрав последние силы, поднял голову и посмотрел в глаза своим мучителям. В их взорах плескалось не торжество победителей, а какая-то болезненная тоска, словно они сами были пленниками своей власти и тьмы. Он не стал просить о пощаде, не стал унижаться перед теми, кто некогда захватили престол. В его сердце пылала лишь решимость и тихая надежда, что Китеж еще не погиб, что в нем тлеет искра, способная разжечь пламя сопротивления.

– Ваша власть – это тлен, – спокойно произнес Ярослав, – она держится на страхе и обмане. Китеж не сломлен, и ваше правление не будет вечным.

Кощей гневно взревел, но Морена остановила его жестом. Она приблизилась к Ярославу, и от ее прикосновения по телу князя пробежала ледяная дрожь.

– Ты храбрый, Ярослав, – прошептала она, – но храбрость твоя бесполезна. Китеж мертв, и вместе с ним умерла надежда. Но я вижу в тебе отблеск былой силы, отголосок того, что мы утратили.

Морена отступила, и Кощей вновь завладел вниманием зала.

– Твоя смерть будет примером для всех, кто посмеет противиться нашей воле, – пророкотал он. – Стража, исполнить!

Стража схватила Ярослава и поволокла его к темному проему, ведущему, казалось, в саму преисподнюю. Ярослав не сопротивлялся, лишь бросил последний взгляд на Морену. В ее глазах он увидел не злорадство, а печаль, словно она сожалела о том, что вынуждена играть эту роль.

Когда его вывели на край пропасти, Ярослав ощутил ледяной ветер, поднимавшийся из бездны. Он закрыл глаза, вспоминая прекрасные дни в Петербурге, лица своих близких, звуки родного города. В его сердце не было страха, лишь легкая грусть о том, что ему не суждено увидеть своих друзей.

Вдруг, в самый последний момент, когда стража уже готова была столкнуть его в пропасть, раздался оглушительный треск. Земля содрогнулась, и Кощей и Морена в ужасе отшатнулись, а стража в смятении отпустила Ярослава.

Из разверзнувшейся земли хлынул поток света, и появился тот самый старец, который оставил на скамейке амулет. Он взял руку парня, стукнул посохом по земле и телепортировал их в безопасное место.

– Где это мы?– недоуменно спросил старца Ярик.

– Мы в безопасности. Там где нас они не найдут в ближайшее время,– промолвил старец.– Да, тебя даже амулет плохо защитил от того зла, которое проросло в тех стенах.

Дедушка положил Ярослава на землю, став шептать заклинание. После он попросил выпить бутылек с водой, которая была из того же родника, что у бабы Яги. Ярик почувствовал облегчение, и головная боль утихла.

– Спасибо вам!– прошептал парень.– Как я к вам могу обращаться?

– Берендеем меня звать. Друг твоего отца и деда был,– добродушным голосом произнес Берендей.

– Вы знали моего отца и деда?– пока еще ослаблено сказал Ярослав.

– Я тебе расскажу историю их заточения. Однажды в Тридевятом Царстве жил царь Иван Ярославович, твой дедушка, который правил и защищал это место. Одним светлым днем пришел странный человек в черном плаще и посохом. Иван Светлый любил приветствовать гостей, особенно заморских. Как обычно он его поприветствовал, но он раскрыл свое истинное обличие. Перед ним явился Чернобог. Не ожидал этот царь и захотел атаковать, но Чернобог не хотел сдаваться. Захотел он тогда всех потомков Белобога заточить в камень, так как невозможно убить свет, пока есть тьма. Придворный чародей Бальтазар смог задержать его, насколько было возможно. Сказал он, чтобы царь спрятал маленького внука своего Ярослава, то есть тебя. Вызвал меня он, сказал сохранить тебя любой ценой. Я отдал тебя Коту Ученому, который провел тебя через дуб и оставил у детского дома. Сам же кот был связан с дубом, который срубили прихвостни Чернобога, тем самым, убив кота.

Они сидели в землянке Берендея, которая была спрятана от тьмы.

– А что это за медальон?– достав из-под рубашки амулет, спросил Ярослав.

– Этот медальон является ключом от ларца Белобога, а также амулетом от темной магии Чернобога. Поэтому его не смогли снять его с тебя и вообще до тебя дотронуться, а тьма бы действовала на тебя гораздо сильнее. Ларец я отдал в антикварную лавку вашего мира и зачаровал ее так, чтобы только тебя она могла очаровать. А когда тебя сбили, я взял эту шкатулку в этот мир, и сейчас она стоит на полке, тебя дожидается,– сказал Берендей и достал с дальней полки ту самую шкатулку.– Держи.

– А как ее открыть?– вертел в руках ларец Ярик.

– Этого я не припомню мгновенно, но знаю, она сама даст об этом знать,– загадочно произнес старец.

Глава VI.
Пробуждение наследника.

Он не понимал, когда этот момент настанет, и что тогда произойдет.

– А что вы еще знаете про моего дедушку?– неумолимо спрашивал Ярослав.

– Тебе нужно отдохнуть, а завтра я тебе все поведаю. Отдыхай,– с улыбкой сказал Берендей и показал на лежанку изо мха и еловых веток.

Ярослав лег на кровать, думая, что будет неприятно, но оказалось терпимо и даже приятно. Тишина опускается на лес Берендея медленно, как мягкий бархат. Дневные звуки стихали, уступая место ночным шорохам и шепотам. Лунный свет проникает сквозь густые кроны деревьев, рисуя на земле причудливые узоры теней.

В глубине леса, у тихих озер и рек, просыпаются ночные жители. Русалки выплывают из воды, расчесывая свои длинные зеленые волосы и заводя тихие песни, полные тоски и волшебства. Лешие, хозяева леса, бродят между деревьев, охраняя свои владения и следя за порядком.

Изредка слышится уханье совы, словно мудрый старец, наблюдающий за всем происходящим. В небе зажигаются яркие звезды, и, кажется, что они спускаются ближе к земле, чтобы послушать сказки, которые рассказывает ночь.

У костра, сложенного на опушке леса, собираются путники. Они рассказывают друг другу истории о былых временах, о героях и чудовищах, о любви и предательстве. В свете костра их лица кажутся загадочными и таинственными.

Иногда можно увидеть, как мимо пролетает Баба-Яга на своей ступе, направляясь по своим ночным делам.

Ярослав долго ворочался, не в силах уснуть. Мысли роем кружились в голове, не давая покоя. Медальон, ларец, дед, Берендей… Слишком много всего свалилось на него в один день. Он чувствовал себя песчинкой в огромном океане событий, захлестнутой волной неизведанного. Но постепенно усталость взяла свое, и Ярик провалился в беспокойный сон.

Ему снились странные сны. Он видел себя маленьким мальчиком, бегущим по полю подсолнухов. Яркое солнце слепило глаза, а теплый ветер ласкал лицо. Вдали он видел фигуру старика, машущего ему рукой. Ярослав побежал навстречу, но как бы ни старался, не мог приблизиться. Старик улыбался, но в его глазах читалась грусть. Внезапно поле исчезло, и Ярик оказался в темном лесу, полном опасностей. Он слышал зловещий шепот, чувствовал чье-то незримое присутствие. Страх сковал его тело, и он проснулся в холодном поту.

Утро в землянке Берендея выдалось серым и дождливым. Сквозь щели в стенах пробивались тонкие лучи света, едва освещая скудное жилище. Берендей уже возился у очага, готовя завтрак. Запах трав и дыма щекотал нос, разжигая аппетит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.