Василий Никитенков
Охотник на нечисть 4. Пробуждение тьмы

<Пролог>

Мрак спускался в недра, словно сама земля выдыхала смерть. Узкий тоннель тянулся в глубь, и лишь дрожащие языки огня от смоляных факелов выхватывали из темноты каменные стены, исписанные знаками, которые не видел человеческий глаз уже сотни лет. В этих знаках не было жизни, только проклятие.

Шаги раздавались глухо, будто камень отвечал эхом чужой воле. Фигуры в чёрных одеяниях двигались медленно, не смея нарушить ритм. Их лица скрывали маски из кости, а руки держали чаши, наполненные свежей кровью. Кровь парила, источая тёплый запах, который смешивался с холодом подземелий.

В центре пещеры возвышался алтарь, высеченный из чёрного камня. На нём покоились древние цепи, тонкие, как жилы, но прочнее стали. Под сводами пульсировал низкий гул – то ли шёпот, то ли дыхание чего-то, что не должно было проснуться.

Верховный Жрец поднял голову. Его глаза горели янтарём, как у зверя, привыкшего к темноте.

– Сегодня мы возвращаем то, что забрали века назад, — произнёс он голосом, похожим на ржавый металл. – Сегодня восстанет Тьма.

Он поднял руку, и тени по углам дрогнули, словно ожили. На алтарь внесли тело – девушку с лицом, изуродованным страхом. Она пыталась кричать, но кляп и цепи сделали её беспомощной куклой. Её глаза метались, пока не встретились с пустотой Жреца, и в этот миг она поняла – смерть не придёт. Придёт нечто хуже.

Кровь, вылитая в чаши, потекла по вырезанным рунам, как реки багряного света. Земля задрожала. С потолка осыпалась пыль, и из трещин хлынул чёрный пар, холодный, как могила. Шёпот стал громче – теперь это были голоса, сотни, тысячи, они пели, требуя жертву.

Жрец поднял кинжал, лезвие которого блестело тьмой. Он провёл им по груди девушки, и её крик затерялся в грохоте каменных стен. Кровь хлынула, алтарь загорелся багряными огнями.

И тогда появились глаза. Глубоко в расщелине, среди клубов чёрного дыма, медленно раскрылись два сияющих кровавых глаза, больше человеческой головы. За ними шевелились тени, принимая форму когтей, крыльев, пастей.

Гул превратился в рёв. Алтарь раскололся, и тьма рванулась наружу, словно тысяча змей. Голоса слились в один:

– СВОБОДА.

Жрец упал на колени, раскинув руки:

– Приди, Владыка! Возьми трон, который ждёт тебя!

Но тьма не ответила словами. Она вонзилась в его грудь, вползла в плоть, слилась с костью. Маска упала, и из-под неё показалось лицо… уже не человека. Из-под кожи рвались черви тьмы, губы растянулись в улыбке, которая не знала радости.

Из глубины донёсся новый голос – низкий, древний, зовущий:

– Трон ждёт. И она придёт к нему.

Вдалеке, где-то над толщей земли, ледяная ночь вздрогнула. В этот миг Ева проснулась в холодном поту, сжимая запястье, где пульсировала чёрная метка.

Она ещё не знала: путь назад закрыт.

<Глава 1. Холод и камень>

Снег хлестал по лицу, забивая глаза, прилипая к ресницам ледяными иглами. Артём с трудом продирался сквозь метель, чувствуя, как на сапогах намерзает корка льда. Каждый шаг отзывался в висках тупой болью – слишком много часов без сна, слишком мало сил, а впереди ещё километры тайги.

– Ева! – его голос сорвался в ревущем ветре.

Она оглянулась на миг – чёрная коса хлестнула по плечу, лицо бледное, но в глазах пламя упрямства. Ева шла быстро, почти бежала, оставляя за собой цепочку глубоких следов. Ветер вырывал клоки меха из её воротника, а руки сжимали винтовку так, будто от неё зависела жизнь.

Сзади, далеко, выл кто-то – не волк. Артём это знал. Этот вой был слишком тягучим, слишком человеческим.

Он ускорил шаг, догнал Еву, схватил за руку.

– Стой. Нам нужен привал. Ты выдохлась.

– Я дойду, – сквозь зубы бросила она.

– Ты рухнешь через десять минут!

Она рванулась вырвать руку, но Артём удержал. Почувствовал дрожь в её запястье… и что-то странное. Словно под кожей пульсировало тепло. Он нахмурился, хотел спросить – но передумал.

– Смотри, – Ева указала вперёд. – Видишь?

Сквозь снежную пелену вырастал силуэт. Каменные стены, чёрные башни, провал окон. Заброшенная крепость стояла среди леса, как мёртвый исполин.

– Старый пост Ордена… – прошептал Артём.

Они подошли ближе. Железные ворота висели на ржавых петлях. Камень был покрыт инеем, но… от него шло странное тепло. Артём нахмурился, провёл рукой по стене. Камень дышал.

– Чувствуешь? – тихо спросил он.

Ева кивнула.

– Как будто нас ждут.

Внутри было темно. Тишина такая густая, что казалось – если вдохнуть, можно захлебнуться.

Они вошли.

Коридоры встретили их дыханием сырости и гнили. Каменные своды покрывали пятна плесени, а местами стены были изрезаны рунами, которые Артём не видел даже в книгах Ордена.

– Когда они успели это построить? – Ева провела пальцами по выщербленной надписи. – Камень древний… но запах…

Она сморщилась. Запах тянулся откуда-то из глубины: то ли прелой земли, то ли крови, засохшей века назад.

– Не трогай, – резко сказал Артём. – Это не просто метки. Это печати.

– Ты уверен?

– На шестьдесят процентов. Остальные сорок – что мы трупы, если задержимся.

Они двинулись дальше. В коридоре стояли ржавые канделябры с остатками свечей. Воск застывал странными, каплеобразными наростами, как будто свечи таяли сами по себе, без огня.

На полу – следы. Свежие.

Ева замерла, подняв винтовку.

– Артём.

Он увидел. Следы были босые. Маленькие, как у ребёнка… но на камне отпечатывались не ступни, а будто когти.

– Это не люди.

– А кто?

– Те, кого мы не хотим встретить.

Они вышли в главный зал. Огромный сводчатый потолок висел над ними, как череп, а в центре зала стоял треснувший алтарь. По камню бежали узоры – тёмные, будто пропитанные чем-то живым.

Ева коснулась запястья – метка горела, словно её клеймили раскалённым железом.

– Артём…

Он посмотрел на неё. Щёки Евы побледнели, на висках выступил пот.

– Болит?

– Она… шепчет.

– Кто?

– Лана.

Артём подошёл ближе, сжал её плечи.

– Послушай меня. Это не она. Это обман.

– Нет… – Ева подняла взгляд. Зрачки её были расширены. – Она зовёт.

С глухим скрипом где-то в глубине зала отворилась дверь. Сначала медленно, будто кто-то толкал её изнутри. Потом – рывком.

Темнота за порогом была вязкой, как чернила. И оттуда вышло… шаги. Лёгкие, как у женщины.

Артём вскинул винтовку.

– Кто здесь?!

В ответ – только смех. Тонкий, звенящий, словно звон хрусталя.

– Ар-тём… – голос скользнул по каменным стенам, словно тень. – Ты снова идёшь по моим следам.

Ева побледнела ещё сильнее. Метка на запястье полыхнула багровым светом.

Артём шагнул вперёд, стараясь закрыть её собой.

– Лана…

– Ты скучал? – Голос был везде: сверху, снизу, у самого уха. – Я – скучала.

Темнота у двери зашевелилась. В ней проступил силуэт – женский, высокий, с распущенными волосами. Только волосы шевелились, как дым, а тело… было будто соткано из теней.

Ева задрожала.

– Она… она здесь…

– Закрой глаза, – прошипел Артём.

– Я… не могу.

Фигура шагнула вперёд, и в тот же миг по залу прошёл холод, от которого заиндевели стены. Тень улыбнулась. И улыбка была слишком яркой, слишком человеческой.

– Добро пожаловать… домой.

Тьма жила. Она дышала, шевелилась, тянулась к ним, как сотни тонких щупалец. Сначала осторожно, будто играя, потом смелее. Лана сделала шаг вперёд, и каменный пол под её ногами не издал ни звука – словно её тело не имело веса.

– Ты скучал, Артём? – её голос был обманчиво тёплым, будто шёлк по коже. – Я – скучала.

– Не слушай, – прошипел он, глядя на Еву. – Слышишь? Она врёт. Всё, что скажет, – ложь.

Но Ева не отвечала. Она не могла. Её взгляд приковал к себе силуэт Ланы. Красные глаза горели в темноте, и в их глубине Ева видела не отражение – бездну. Там были города, поглощённые мраком, горы костей, реки крови… и странное чувство, от которого по коже пробегал холодок: желание. Смертельное и запретное.

– Ты чувствуешь? – Лана говорила не губами – словами текла сама тьма. – Она зовёт. Это твоя сила, Ева. Не отталкивай её.

Метку на запястье пронзила боль. Резкая, будто кто-то раскалённой спицей проколол вену. Ева вскрикнула, схватилась за руку. Жар прошёл по телу, обжёг горло, грудь, мысли. В голове раздался шёпот – тысячи голосов, все с одним посланием: стань с нами.

– Ева! – Артём рванул к ней, но из-под пола вырвались тени. Они поднялись, как живые, слипаясь в фигуры без лиц. Их руки были длинными, с пальцами-когтями, а движения – резкими, звериными.

– Чёрт! – Артём вскинул винтовку, выстрелил. Грохот разнёсся по залу, но пуля прошла сквозь тварь, будто через дым. Лишь чёрная мгла дрогнула, и тут же сомкнулась вновь.

Одна из теней бросилась на него. Он успел поднять приклад, ударил, оттолкнул, но когти полоснули по плечу, разорвав ткань и кожу. Артём зашипел от боли, выхватил кинжал и полоснул в ответ. Сталь прошла по воздуху – и вдруг зашипела, будто коснулась раскалённого металла. Тварь взвизгнула, рассыпалась на клочья тьмы.

– Ева, помоги! – крикнул он, отбиваясь от второй тени.

Но она не двигалась. Стояла, прижимая руку к груди, и её глаза… уже не были обычными. Красные искры горели в зрачках. Вены на шее вздулись, метка сияла багрянцем.

– Так хорошо… – прошептала Ева. – Я чувствую её силу.

– Ева! – рявкнул Артём, и в его голосе прозвучал страх. – Борись!

Она подняла взгляд. И тени остановились. Все разом. Замерли, будто ждали приказа. Ева шагнула вперёд. В воздухе запахло озоном, волосы её развевались от ветра, которого не было.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.