Юлия Обрывина
Эффект Евы

Глава 1

Дисклеймер

Уважаемые читатели! Действия книги разворачиваются в городе Чикаго, расположенном на берегу озера Мичиган в штате Иллинойс (США).

Все события и персонажи вымышлены. Любые совпадения случайны.

В книге намеренно использована привычная для России метрическая система (метры, километры), чтобы облегчить понимание сюжета.

США, штат Иллино́йс, г.Чика́го, ул.Уэ́кер Дра́йв, зд. 333

16 июня 2025 г. 6:30

В просторном вестибюле элитного бизнес-центра было, как всегда, шумно. Трейдеры утренней смены Sparks Investment Company уже поднялись в главный офис, чтобы принять участие в торгах на NASDAQ – крупнейшей электронной бирже, а менеджеры других компаний синхронно прибывали на работу, создавая толчею у лифтов и стойки ресепшена.

Одним из тех, кто приехал раньше обычного, был Ди́лан Хе́йз – высокий кареглазый брюнет и директор по инвестициям "Sparks IC". Но, в отличие от подчиненных, он не спешил, потому что был уверен в своей стратегии. В конце концов, его не зря называли лучшим инвестиционным аналитиком Чикаго из-за способности молниеносно принимать верные решения и предугадывать поведение рынка, будто он управлял им напрямую. Поэтому мужчина спокойно продолжал свой путь, смакуя прозвище, которым сотрудники компаниинаградили его. Они говорили: “Мистер Абсолют не может проиграть”, и, полностью согласный с ними, Хейз подошел к лифту, что заботливый швейцар услужливо вызвал для него.

Несмотря на то, что Дилан знал каждый закуток этого 36-этажного исполина, он продолжал разглядывать его просторный, светлый холл, как хозяин, а не винтик отлаженного механизма одной из десятка компаний, расположенных в здании. Когда же двери лифта, наконец, открылись, Хейз вошел внутрь и окончательно погрузился в предвкушение самой главной победы в своей жизни – новой должности, которой он добивался последние 5 лет.

После закрытия утренней сессии торгов в зале заседаний должен был собраться совет директоров, одним из членов которого являлся его отец – Ри́чард Хе́йз. И Дилан уже видел, как он с гордостью пожимает его руку, поздравляя с местом исполнительного директора.

Чтобы занять его, младшему Хейзу пришлось поставить “на стоп” собственную жизнь, ограничив ее рамками четкого плана. По факту это означало полный контроль над каждой мелочью и стремление подчинить себе инстинкты и желания в угоду карьерным достижениям. Только эта стратегия очень быстро превратила Дилана в “молодого старика”, а успехи привели к зацикленности на себе и полной неспособности жить, как раньше.

В конечном итоге, все зашло настолько далеко, что Ричарду приходилось записываться на прием к собственному сыну, чтобы поговорить. А любовнице – довольствоваться парой часов дважды в неделю, ведь именно столько Дилан отвел ей, согласно расписанию, которого он придерживался даже в личной жизни. При этом Хейз недолюбливал тех, кто старался удерживать баланс между карьерой, отдыхом и семьей, что нередко приводило к конфликтам и недопониманию. По этой причине из его команды часто уходили высококлассные специалисты, в то время как начальник не видел в этом проблемы, превращая аналитический отдел в место поклонения самому себе.

“Исполнительный директор Дилан Хейз…Как же давно я ждал этой должности. Бе́нджин Фо́лк слишком долго грел это кресло и мешал мне занять его. Но сегодня…Сегодня все изменится, и я зайду в его кабинет, как победитель, а не подчиненный” – так Дилан тихо говорил себе, поднимаясь на 20-ый этаж, словно Бог на Олимп, а когда оказался на пороге офиса Sparks IC,остановился и прислушался к атмосфере, царящей вокруг.

Она была довольно напряженной для обычного утра. Тихий гул кондиционеров постоянно нарушал стук ботинок и шуршание бумаг, аналитики то и дело сновали по офису, находясь в состоянии перманентной паники, а миловидная рецепционистка без привычной приторности заявила, что у компании серьезные проблемы.

– Что могло случиться? – удивленно произнес Дилан, наблюдая за хаосом, происходящим вокруг.

– Я не знаю, но мистер Хейз уже в вашем кабинете.

– Отец уже здесь? – серьезно переспросил начальник, перебирая в голове все возможные варианты развития событий. – Это даже интересно…

Обычно Ричард не приезжал в офис, предпочитая решать рабочие вопросы дистанционно. И это заставило Дилана сильно напрячься и преодолеть десяток метров с полным ощущением “конца света”. Однако даже оно оказалось лишь каплей в сравнении с тем чувством, что накрыло младшего Хейза, когда он вошел в кабинет.

Внутри за его брифинг-столом сидели все 6-ро членов Совета и, казалось, что каждый хотел вцепиться в горло нерадивому начальнику.

– Хейз! – громко вскрикнул раскрасневшийся от гнева председатель Бре́ндон Уо́лш. Будучи самым опытным членом Совета, он, как никто не любил молодых выскочек, поэтому сходу налетел на Дилана, предвкушая его поражение. – Ты понимаешь, в какую задницу ты загнал нас за одно утро?

– Брендон, не горячись, – спокойным тоном попросил Ричард, указывая сыну на свободное место за столом. – Уверен, Дилан все объяснит.

– Что объяснит? – не понимая причины ярости председателя, переспросил младший Хейз.

– Азиатский сектор рухнул! И именно тогда, когда мы вложили столько денег в акции их IT-гиганта! По твоей инициативе! Ты убедил нас, что это надежно! – взревел Брендон. – Как ты мог не увидеть долговой пузырь? Ты вообще смотришь новости, черт бы тебя побрал?

– Этого не может быть, – судорожно произнес Дилан, смотря на планшет с графиком падения цен, который отец положил перед ним. – Накануне торгов не было никаких причин для обрушения! Политическая обстановка так же была стабильна!

– Была…А за ночь все изменилось! И именно ты должен был предвидеть это дерьмо! Ты получаешь за это деньги! За это, Хейз! А не просиживание в офисе с 9-ти до 6-ти, чтобы занять место Фолка!

– Я вынужден согласиться, Дилан, – внезапно произнес Ричард. Он вошел в Совет 3 года назад, и, хотя и обзавелся крепкими связями и поддержкой остальных, но все же не мог перечить председателю. Однако он не хотел, чтобы сына вышвырнули из компании, так что придерживался тактики выжидания. – На этот раз ты серьезно ошибся. И эта ошибка будет стоить нашим клиентам очень дорого.

– Дорого? – вмешался седовласый мужчина по имени Го́рдон Сто́ун. Старик ненавидел амбициозных директоров направлений ничуть не меньше Брендона, и все из-за того, что все отчетливее ощущал их давление и желание занять его место. – Инвесторы разорвут нас на части! Я даже не знаю, как мы сможем выпутаться из этого!

– Никак…– протянул Брендон. – Нас ждут хреновые времена. И все из-за твоего самодовольного щенка, Хейз! Он вообще в курсе, что такое диверсифика́ция активов? Или в его университете учат только считать до десяти?

Все так и было. Дилан уверил всех, что концентрация бо́льшей части активов компании в технологических отраслях не только безопасна, но и принесет огромную прибыль. При этом он “от и до” изучил рынок, провел десятки бессонных ночей за аналитикой, общением с трейдерами и специалистами в области инвестиций из других стран. Ничто не указывало на возможные проблемы. Но они произошли, и именно тогда, когда на кону стояли не только деньги, но и карьера самого Хейза.

Поэтому он до сих пор не мог поверить в произошедшее и раз за разом пересматривал данные с премаркет-сессии, стараясь осознать, что отныне для него все кончено.

“Мистер Абсолют” все же проиграл и потянул на дно всю компанию.

Но хуже всего было то, что при принятии стратегии Дилан подавлял любые альтернативные мнения, хотя главный аналитик Том предупреждал начальника об опасности. А сотрудники отдела старательно маскировали ту же мысль за более деликатными замечаниями, чтобы не потерять работу.

Теперь же Хейз должен был принять одно из самых сложных решений – признать ошибку и уйти или найти выход, похоронив мечты о дальнейшем продвижении.

Поразмыслив, Дилан понял, что должен идти до конца, поэтому отмел оба варианта и уверенно заявил:

– Кто-то подставил меня. Не знаю как. Может, вложил деньги не в те компании. Но я выясню и уже тогда приму решение. Не сейчас, как вы того хотите!

– Вы слышали это? – шокированно произнес Брендон. – Мы настолько всесильные, что поимели всю биржу, чтобы “что”? Слить кучу денег, лишь бы не пустить тебя на место исполнительного директора? Ты в своем уме, Хейз?

– Вполне. А что касается тебя, Уолш…– сказал Дилан, смотря на мужчину глазами, полными презрения. – Ты давно хочешь пристроить сюда своего пасынка. А ты – Стоун – дочь. Наверное, обоим не хватает строчки в резюме, что они год вставали рано утром, а не очухивались к вечеру после вечеринок, чтобы доехать до офиса и попить здесь кофе под покровительством своих папаш. А затем потратить капитал семьи на дорогие шмотки и дома в Швейцарии!

– Да, как ты смеешь, мозгляк? – снова взревел Брендон.

– Я все сказал. Никто не знает рынок инвестиций лучше меня! И не тратит на зарабатывание бабок для других всю жизнь! – твердо заявил Дилан, кивнув отцу. – Вы знаете, что я прав. И пока я не выясню все сам, вы не добьетесь ничего, кроме этого.

Показав членам совета средний палец, Хейз с силой ударил по двери ногой и вышел, но внутри себя чувствовал абсолютную беспомощность. А косые взгляды сотрудников лишь усугубляли ее и превращали бывшего лидера в предмет обсуждений и шуток, чего раньше никто из них не мог бы себе позволить.

Глава 2

“Что могло пойти не так? Я же все проверял! Работал, как проклятый, пока они…– подумал Дилан, проходя по второму уровню офиса с высокими стеклянными ограждениями вместо перил.

Большинство сотрудников уже прибыло в офис, так что панику аналитиков быстро заглушил привычный рабочий гул.

“Надо же, Сэ́м Во́йс приехал вовремя”, – продолжил Хейз, рассматривая довольное лицо смазливого загорелого мужчины в белой сорочке и серых брюках, который занимал должность директора по маркетингу.

Он был приятелем Дилана, но тот всегда относился к нему свысока, а Сэм вместо того, чтобы хотя бы раз оказать сопротивление, сводил все к шутке, считая конфликт с другим начальником плохой затеей. Правда, время от времени, он не мог удержаться от соблазна распространить по офису очередной нелицеприятный слух о жизни Дилана, поэтому считал себя и друга квитыми.

Присмотревшись к Сэму, что уже приметил очередную симпатичную сотрудницу из отдела продаж, Хейз поморщился и в сотый раз обвинил приятеля в отсутствии вкуса. А затем вздрогнул, услышав женский голос рядом со своим ухом.

“Я слышала, у тебя было трудное утро,” – прошептал он, и дорогой пудрово-цветочный парфюм быстро заполнил воздух вокруг Дилана.

Это была Ребе́кка Ро́зман – любовница Хейза и финансовый директор Sparks IC. Роскошная хищница в черном платье-пиджаке с бессовестно глубоким вырезом поверх нижнего белья, привлекала внимание всех мужчин в радиусе ста метров. Только ее интересовали не сомнительные интимные связи, которые могли предложить многочисленные поклонники, а карьера.

В этом они с Диланом были, как никто, похожи, поэтому получали друг от друга именно то, чего хотели. Ребекка – внимание и надежную опору на пути к успеху в компании, а Хейз – доступ к идеальному женскому телу без опасности, что любовница подставит его или решит обманом женить на себе.

Каждый вторник и пятницу ровно в 8 вечера Дилан приезжал в ее люксовые апартаменты в центре Чикаго, где проводил несколько часов. А после возвращался в свою квартиру на Сте́йт-стрит и до глубокой ночи занимался тем, что умел лучше всего – аналитикой. Такое положение вещей устраивало обоих, так что любовница спокойно переносила отсутствие привязанности и нежных чувств к себе. При этом она опасалась заводить других мужчин, потому что Хейз, наверняка, оборвал бы все контакты с изменщицей.

И этого Ребекка никак не могла допустить.

– Ты уже знаешь? – напряженно спросил Дилан, смотря вперед, чтобы скрыть растерянный взгляд.

– Еще бы. Мы потеряли много денег, и теперь мне тоже придется разбираться с этим, – на удивление, спокойно произнесла хищница, сжав плечо любовника. – Но я не могу понять, как ты допустил все это?

– Ты веришь, что я мог ошибиться? – резко обернувшись, спросил Дилан, и в янтарных глазах напротив увидел ответ – конечно, она точно определила виновного, но все же решила удостовериться в этом лично. – Все ясно. Значит, все мои заслуги перед компанией так просто смешали с дерьмом. И даже ты…

– Дилан, мы все выясним, – желая оправдаться, сказала Ребекка, а по правде, просто не хотела до конца разрушать связь с тем, кто обладал широкими связями и мог повлиять на ее будущее, используя положение отца. – Но маловероятно, что кто-то подсидел тебя. Это слишком рискованно.

– В этом замешан Фолк или кто-то из Совета. И ты поможешь мне найти всех, кто решил выкопать мне могилу, – с раздражением произнес Хейз и отошел от перегородки, чтобы продолжить размышления в кабинете.

Emo Empire – Hear You Me (Jimmy Eat World cover)

Как вдруг среди массы безликих сотрудников увидел по-настоящему живое лицо блондинки в красном брючном костюме.

Внешне в ней не было ничего, чем не обладала Ребекка, но ее искрящийся взгляд приковывал к себе, а вызывающе яркий образ каждой мелочью впечатывался в мозг, не оставляя Хейзу шансов быстро забыть его и заняться работой.

Казалось, незнакомка всем видом стремилась бросить вызов серому миру цифр и расчетов. При этом она с легкостью заводила разговор со всеми, кто попадался на пути, и искренне улыбалась, как не смогла бы ни одна восковая кукла в окружении Дилана.

Необъяснимое очарование, а не холодный шарм – вот что окутывало каждого, кто смотрел на гостью. И Хейз не был исключением, но продолжал идти против чувств, пытаясь спастись за язвительным комментарием: “Еще одна богатая наследница, думающая, что деньги могут купить все”.

Конечно, Ребекка быстро заметила в его словах нотки фальши, поэтому попыталась быстро перевести внимание на себя.

– Сегодня вторник, – напомнила хищница, повернув лицо Дилана в свою сторону. – Я буду ждать тебя, как обычно.

– Да, – уверенно произнес Хейз, бросив взгляд на Сэма, который уже мило беседовал с блондинкой, явно предвкушая томный вечер в ее компании. Только отчего-то Дилану казалось, что она говорила именно с ним, и он даже слышал ее голос рядом с собой.

“Дилан, идем со мной…” – шептал он. Недолго. Пару секунд, а затем превратился в низкий бас Ричарда, что уже стоял за спиной и пытался дозваться сына.

Он так же заметил взгляд Дилана, исподволь наблюдающий за видением в красном, и впервые улыбнулся, будто этот момент был для него важнее, чем то, что произошло утром. Однако младший Хейз быстро переключился с наблюдения на разговор с отцом, приняв прежний невозмутимый вид.

– Что-то еще? – строго спросил он, обернувшись.

– Нам нужно поговорить с глаза на глаз, – в деловой манере произнес Ричард и повел Дилана в его кабинет.

Внутри уже никого не было. Члены Совета, сделав внушение младшему Хейзу, разъехались по особнякам, а в его расписании, как назло, было окно в 20 минут. Только это, и ничто другое, заставило Дилана сесть и с недовольным видом прислушаться к словам отца.

– Место исполнительного директора было твоим по праву, – начал Ричард. – Но ты упустил его из-за…

– Ошибки, – прервал его сын. – Я уже слышал и все вам сказал.

– Да, я не о том! Ты забыл о главном – об отношениях с командой. Твои расчеты безупречны, но люди не любят тех, кто не умеет строить мосты, понимаешь? И конечно, эти воротилы схватились за первую же ошибку. Их не избежать, каким бы гением ты не был! Но…если бы ты хоть иногда слушал меня, то обернул эту катастрофу себе на пользу.

– Значит, я должен уволиться, потому что не треплюсь с каждым менеджером и не провожу вечера в компании стариканов, вроде Фолка? – скрестив руки на груди, спросил Дилан. – Это бизнес, отец! Деньги и ничего больше! А то, что произошло…

– Забудь об этом! У нас полно денег! Совет не признается, но мы давно откладывали часть прибыли в резервный фонд, его хватит, чтобы компенсировать убытки. Не сразу, но…– Ричард поднялся и, сделав круг, расслабил галстук. – Но это серьезный звонок, Дилан. Фолк сидит на своем месте не потому, что идеально выполняет работу. А потому что слышит людей, вращается в нужных кругах и делегирует задачи. Развивается сам и помогает другим. Ты же взвалил на себя все, что мог, и считаешь, что это хорошо для компании. Но стоит тебе ошибиться, все построенное за долгие годы рушится, и никто из престарелых засранцев наверху не поможет тебе!

– И что же мне делать? Скажи.

– Ты должен начать все сначала. Наладить отношения с коллегами, заняться личной жизнью. Только не с этой…Ребеккой. Она – бездушная акула и вытрясет из тебя все до последнего цента, если ты женишься на ней!

– Я и не собирался. Мы просто спим.

– А нужно жить, Дилан! По-настоящему! – с надеждой продолжил отец, стараясь добраться до каменного сердца Дилана.

– Ты спятил или издеваешься? С чего вдруг я стану что-то менять? – прорычал он в ответ.

– Тебе придется или я соглашусь с твоим увольнением, – громко сказал Ричард, делая паузу после каждого слова.

– Значит, это шантаж? – с недоумением спросил младший Хейз. – Ты серьезно? После стольких лет…

– Вот именно. Я устал смотреть, как ты гробишь себя за бабки, которые получают другие. Так поступил бы любой отец, который хочет добра своим детям.

– Это смешно! – язвительно прокричал Дилан, отвернувшись.

– Тогда посмейся. А заодно запомни. У тебя неделя до совещания Совета. Если ты не сделаешь выводы, все будет кончено. Это последнее предупреждение, – заключил Ричард и вышел, хлопнув дверью.

Глава 3

Первый час после разговора с отцом дался Хейзу сложнее всего.

От ярости на себя, судьбу и ту самую блондинку, что врывалась в его мысли даже тогда, когда он пытался сосредоточиться на поиске выхода, Дилан буквально сходил с ума. Метался по кабинету, швыряя все, что попадалось под руку, ногами расталкивал стулья, затем останавливался у окна и долго смотрел вдаль. Чтобы через пару минут продолжить этот адский круговорот.

Ему казалось, что все, к чему он стремился, разрушилось в один миг. Жертвы были напрасными, а ориентиры стерлись. И все из-за того, что Дилан не смог предусмотреть главного – поведение людей, а не рынка. Даже отец не поддержал его, и, более того, навязал свою игру. Поэтому именно он стал главной мишенью для всех самых гнусных оскорблений, что Хейз был способен придумать.

“Наладить отношения с коллегами и заняться личной жизнью…” – рычал он, бросив в стену органайзер из красного дерева. – “Да пошел ты! Я не собираюсь перестраивать свою жизнь, потому что тебе так хочется! Я всегда поступал правильно! Анализировал, просчитывал риски, принимал решения, а ты сидел в Совете и напивался на приемах с этим Уолшем! А теперь говоришь, что я должен стать таким же, как ты и как эта…”.

Вдруг Хейз остановился, потому что понял, что очередная цепочка мыслей снова привела к ней – к блондинке в красном. Она будто уже жила в его голове и только дергала за ниточки, когда Дилан отходил слишком далеко в своих размышлениях. Но почему и как так вышло, он не мог понять. Вся эта мимолетная меланхолия была свойственна, скорее, Сэму, но не ему. И, стараясь выяснить причины, которые и тянули его прямиком в сети незнакомки, он сел в кресло перед рабочим столом и решил честно поговорить с самим собой.

“Что меня так зацепило в ней? Красота? Ребекка выглядит не хуже. Тело? Ответ тот же. Взгляд? Возможно. А может, я просто устал видеть “кислые физиономии в серой униформе”, а она, как назло, вырядилась, будто на парад, и так мило улыбалась всем…Черт. Почему меня волнует это? Я могу поехать в любой клуб и подцепить такую. Вот так, по щелчку”, – сопроводив слова быстрым движением пальцев, сказал он и снова задумался, потому что давно утратил способность общаться с незнакомыми людьми. Особенно с женщинами. – “Кто она вообще такая и откуда взялась здесь? Если разобраться, она вообще не должна была попасть внутрь офиса”.

Внезапно его взгляд упал на монитор. Дилан мог подключиться к системе видеонаблюдения напрямую, но минуту сомневался, не станет ли хуже от того, что он снова увидит ее. И все же любопытство и желание распутать клубок раздражения и влечения к незнакомой женщине, подтолкнул его руку к мышке.

Спустя пару кликов, на экране появилось окно с видеотрансляцией всего, что происходило в отделе маркетинга. Только вид загруженных работой сотрудников не принес Хейзу облегчения. Ведь он упорно продолжал искать возмутительницу спокойствия, пока судьба не улыбнулась ему.

В отделе работы с клиентами Хейз заметил блондинку, сидящую напротив менеджера по вкладам. Камера захватила лишь край ее костюма, но этого было достаточно, чтобы заставить его пульс подскочить, а пальцы отстукивать биение сердца.

Нет, это не была влюбленность или нечто похожее на нее. Однако Дилан начал замечать, что все это время борется с другим, более опасным ощущением – внезапной зацикленностью, которая прежде была связана только с работой. И тут-то бывший лидер понял, что его так привлекает в нежданной гостье – азарт.

Потерпев поражение в одном, он тут же начал искать ту сферу, где мог бы преуспеть, и блондинка, которая так дерзко ворвалась в офис, просто стала триггером жажды нового успеха. Неважно в чем и какой ценой. Главное – снова оказаться “на коне”.

“Вот оно”, – подумал Дилан, выдохнув. – “Я должен решить свои проблемы, и тогда это пройдет…Мне только нужно понять, кто подставил меня, а не пялиться на какую-то девчонку! Но что мне делать с шантажом отца? Он же не слезет с меня”.

И вновь его мысли, смешиваясь с досадой из-за утреннего провала, сделали петлю и вернулись обратно к незнакомке. Чтобы он не делал, она начинала новый цикл и ставила же точку, так что вскоре Хейз, как и положено стратегу, начал искать решение сразу всех проблем.

“Отец хочет для меня новой жизни, а я должен сохранить старую и добиться повышения. Так? Значит, единственный вариант – получить больше времени. Гораздо больше, чем какая-то неделя. При этом я не могу встречаться с Ребеккой…” – продолжил Дилан, откинувшись на спинку кресла, и вдруг в его голове пронеслась подходящая идея, как он смог бы выпутаться сразу из всех сетей. – “Отец будет следить за мной. Ну, так пусть получит то, чего хочет – красивую картинку и нового сына. Осталось найти подходящую неболтливую спутницу, которая могла бы помочь мне в этом спектакле”.

Вслед за планом, к Хейзу, наконец, вернулась ясность ума. Пульс пришел в норму, а прежние опасения исчезли, сменившись новой амбициозной целью – поиском подходящей женщины.

Для любого другого мужчины подобное не стало бы проблемой, но для Дилана, что давно отключил себя от реальной жизни, это решение стало настоящим вызовом. Новым уровнем цинизма и сосредоточенности на себе. Возможностью стать хитрее и пресечь все попытки тайных врагов лишить его будущего, о котором он так грезил.

Но среди воодушевления от предстоящего обмана неизменным оставалась суровая реальность – Хейз не мог рассчитывать на случайное знакомство. Эскорт-агентства так же не стали бы выходом, потому что в среде богатых людей нет секретов о том, кто и с кем проводит время. А имя купленной спутницы станет известно, как только Дилан явится с ней на порог ресторана или особняка отца.

“Мне нужна ровня. Карьеристка. Умная и расчетливая. Без желания серьезных отношений и прочих глупостей. Или…– Хейз сделал паузу, вспомнив серость, царившую в офисе. – Наивная дурочка, которая бы подумала, что все по-настоящему. Мне никогда не нравились такие, так что все будет в порядке. А она не скажет лишнего и будет искренна в своих мотивах, поэтому отец ничего не заподозрит. Точно! Нужно поговорить с Сэмом. Он знает все лучшие места в городе, ведь каждую неделю возвращается домой с новой девчонкой. Осталось только как-то объяснить это Ребекке”, – пробурчал Хейз, поднялся и, поправив пиджак, уверенно направился в отдел маркетинга, дав себе слово быстро покончить со всем этим.

К тому моменту, как Дилан спустился на первый уровень, Сэм нашел себе новую “жертву” и уже любезничал с секретаршей, которая явно была не против очередного романа. Однако, как только девушка увидела Хейза, изменилась в лице и сделала вид, что занята работой.

– Сэм, на пару слов, – напряженно сказал Дилан и жестом предложил отойти в зону релакса, потому что не мог находиться и 5-ти минут в окружении офисного планктона.

Этот укромный уголок на отшибе офиса чаще всего пустовал, так как корпоративная этика не давала сотрудникам возможности воспользоваться им, не собрав сотню косых взглядов. По той же причине менеджеры Sparks IC не пользовались баром с кислородными коктейлями, массажными креслами и библиотекой. Так что, фактически, самым посещаемым местом оставалась стойка с кофемашиной, что работала целый день без остановки.

– Ты привел меня сюда, а не в свой красивый кабинет? – удивленно спросил Сэм, прыгнув на мягкий диван.

– Твой не хуже, но здесь будет удобнее говорить, – холодно отрезал Хейз, не веря в то, о чем собирается попросить приятеля. – Мне хватило говорильни в кабинетах.

Сэм точно знал, что Дилану сильно досталось. Впрочем, как и весь офис. Но он не хотел стать мишенью для его гнева, поэтому решил пойти издалека.

– Слышал, что старик Фолк скоро покинет нас…

– Возможно, – протянул Хейз, сделал глубокий вдох и протараторил: – В общем. Мне нужна подружка на пару недель.

– Чего? – шокированно переспросил Сэм.

– Издеваешься? Ты хочешь, чтобы я повторил?

– Ладно, прости, – подняв руки, сказал приятель. – Но, зачем? Ребекка заела?

Признание в столь безумной авантюре стало бы для Хейза не меньшим унижением, чем утренний провал. Он и так ходил на грани между отчаянием и стремлением доказать свою правоту, не думая о последствиях. Так что решил не рассказывать о своем плане, а просто сыграть усталость от прежней жизни.

Жизни, которую так хотел вернуть.

– Иногда…хочется разнообразия.

– Тогда у меня есть кандидатура на эту высокую должность, – иронично произнес Сэм. – Ты же для этого ищешь девчонку?

– Мне не нужна новая секретарша, если ты об этом.

– Надо же. Я думал, ты со всеми проводишь собеседование, – в очередной раз посмеялся приятель, но при виде хмурого лица Дилана, который явно не оценил шутку, перешел к делу: – Начни с блондиночки в красном. Она как раз сейчас сидит в клиентском отделе.

– С чего ты взял, что она мне интересна? – Хейз раздраженно стянул галстук, опустил голову, и только после этого понял, что изобличил себя.

– Значит, ты тоже пялился на нее, – хлопнув в ладоши, посмеялся Сэм. – Если бы я мог, то отнес бы ее к Уо́лбергу на руках.

– И что же не отнес? Сил не хватило? – съязвил Хейз.

– Она отшила меня. Но может, тебе повезет больше.

Услышав, что незнакомка оказалась более разборчивой, чем приятель, Дилан мысленно поехидничал и даже проникся к ней некоей долей уважения. Именно это и подтолкнуло его к вопросу, который он никогда не задал бы, не разгорись в нем новая волна азарта.

– Почему? Она что-то сказала? – осторожно переспросил он, смотря в одну точку перед собой.

– Ну, она сразу дала понять, что пришла по делу, а не для флирта. Мне даже показалось…– друг нарочно выдержал паузу, чтобы поиздеваться над Диланом, а заодно узнать, почему он вдруг заинтересовался незнакомой женщиной.

– Что?

– У вас много общего.

– Заткнись, – попросил Хейз, хотя ему было приятно такое сравнение.

– Серьезно. Она хоть и выглядит ангелочком, а внутри – стерва со стержнем, не хуже Бэк. Я предпочитаю держаться от таких подальше.

– Стерва, говоришь…– протянул Дилан и задумался: “Если все так, значит, может быть…возможно…с ней можно иметь дело…Только, как мне проверить это и не привлечь лишнее внимание?”

Пока он решал внутри себя новую дилемму, Сэм внимательно следил за ним. Однако стоило Хейзу поднять взгляд, чтобы продолжить разговор, как вдруг приятель резко изменил свою точку зрения.

– Хотя, нет. Ставлю сотку, что она отошьет и тебя.

– С чего вдруг?

– Ты у нас укротитель финансов и хищных кошечек. Но именно эта тебе будет не по зубам. Я уверен, – довольно произнес тот.

– Не по зубам, говоришь? – встав с дивана, спросил Дилан. – А вот и увидим.

Конечно, Хейз корил себя за то, что разговор с другом принял такой неожиданный поворот. Ведь он пытался избавиться от мыслей о блондинке с первой же минуты, как увидел ее. И все же спор и жажда новой победы сделали свое, поэтому Дилан уверенно направился в клиентский отдел, чтобы узнать о гостье больше.

Не зная, что сделал первый шаг в сети опасной и хитроумной манипуляции.

Глава 4

Неожиданная встреча с начальником высшего звена произвела на клерков эффект разорвавшейся бомбы. Едва он только появился на пороге, как все молниеносно занялись работой, бросив скроллинг ленты новостей и отложив личные разговоры по корпоративному телефону.

С этой секунды каждый стремился показать, насколько занят решением важных задач, хотя, на самом деле, просто перебирал бумажки или делал вид, что просматривает отчеты. И Дилан, конечно же, знал об этом, потому смотрел на сотрудников с нескрываемым пренебрежением.

Одно лицо, два, три, десять – все они казались Хейзу настолько одинаковыми, уставшими и безынициативными, что вскоре он перестал рассматривать их и переключился на Стива Уолберга – главного менеджера клиентского отдела.

Он сидел напротив блондинки и даже при виде Дилана за ее спиной продолжил воодушевленно рассказывать обо всех вариантах инвестирования. Даже тогда, когда Хейз нарочно встал очень близко к его рабочему месту и выжидательно сложил руки на груди, менеджер проигнорировал его недвусмысленный сигнал. А затем предложил симпатичной клиентке пройти в лаунж-зону для дальнейшего общения.

Она же, будто подыгрывая Стиву, была настолько “невнимательна”, что так же не обратила внимания на Дилана, грациозно поднялась со стула и, мило улыбаясь, согласилась с предложением клерка.

Это был первый раз, когда бывший лидер почувствовал себя настолько униженным. Он никак не мог предположить, что какой-то невзрачный сотрудник низшего звена, которого компания могла заменить без сожаления, поведет себя так дерзко, заставив высокого начальника кипеть от раздражения. Однако Дилан не мог позволить Уолбергу растоптать свой авторитет, и без того подорванный утренним инцидентом, так что решил вымазать соперника в грязи лишь за то, что гостья смотрела на него с нескрываемым интересом.

Лишь почувствовав сильное напряжение между мужчинами, что сейчас вели себя не как члены одной команды, а как враги, блондинка, наконец, подняла взгляд на Хейза. И тогда он окончательно понял, что готов почти на все, лишь бы задержать его на себе как можно дольше.

В ее серых глазах было что-то мистическое. Они будто проникали насквозь, переворачивая душу и обещая такое блаженство, какого Дилан никогда не испытывал. Длинные ноги, сложенные одна на другую, разжигали жажду прикоснуться к ним, а вершины округлой груди, приподнимающиеся при каждом вздохе, придавали этому новому чувству нотку острой пульсирующей боли.

“Я должен заполучить ее, просто чтобы она не досталась этому неудачнику Стиву или кому-то еще. Я здесь единственный победитель, достойный всех наград. И сейчас я докажу им всем, что так было, есть и будет всегда”, – эгоистично думал Дилан, сглотнув от вида пухлых губ клиентки, которые она кокетливо прикусила, отправляя в ответ сотни огненных стрел. – “Может, это самая большая глупость, но я хочу, чтобы она была моей. Хотя бы сейчас…хотя бы на день или на эти чертовы две недели. Как пойдет”.

– Вы что-то хотели? – вдруг томно спросила гостья, разрушив флер тайны, витающей в воздухе.

– Я…директор по инвестициям этой компании, Дилан Хейз, – встрепенувшись, произнес высокий начальник.

– Что-то случилось? – напряженно пробурчал Стив. – Если это может подождать, я закончу разговор с мисс Брукс и обязательно зайду к вам.

– Дело срочное, – надменно ответил Дилан. – Я давно наблюдаю за твоей работой. Ты предлагаешь нашим клиентам не самые выгодные для них условия, в то время как девиз нашей компании: “точность и внимание к деталям”. Поэтому я хочу проверить, соответствуют ли наши предложения…– Дилан перевел взгляд на блондинку, – желаниям и…потребностям…мисс Брукс.

– Вполне соответствуют, – ответила она, отвернувшись. – Продолжайте, мистер Уолберг. Мы остановились на…консервативном инвестиционном портфеле, кажется.

– Консервативном, значит? – снова вмешался Дилан, жестом сместив Стива с его кресла. – Вложение в “голубые фишки” допустимы для очень жадных немолодых клиентов, неспособных на риск. Как я вижу, ни первое, ни второе, ни третье не имеет ничего общего с вами, мисс Брукс.

– Вы уверены? – произнесла она, расслабленно откинувшись на спинку стула. – Мне не хотелось бы потерять деньги, вложившись в прибыльные, но опасные активы.

– Этого не будет, – пафосно заявил Хейз и, отправив строгий взгляд в сторону Стива, что сразу же считал посыл начальника и вышел из отдела, самодовольно спросил: – Сколько вы планируете доверить нам?

– Три миллиона. Для начала…– быстро ответила клиентка, и, подтолкнув листок с анкетой к ладони Хейза, добавила: – Но, кажется, я уже ответила на все вопросы.

– Верно, – уязвлено ответил он, внутреннее сокрушаясь от своей невнимательности.

Бросив быстрый взгляд на анкету, заполненную Уолбергом, Дилан узнал, что клиентку зовут Ева Брукс, ей 28 лет, а деньги она получила в наследство от покойного отца. Сейчас же клиентка занимается бизнесом и имеет несколько небольших ресторанов на севере Чикаго.

– Отчего же вы не купили виллу в Майами и не воспользовались депозитом? – вновь спросил Хейз, точно зная ответ. – Этот способ сохранения денег равносилен вложению в акции стабильных крупных компаний, но вы решили иначе.

– Я хочу расширить бизнес, – медленно распахнув пиджак, сказала Ева, не отрывая глаз от лица Дилана, который всеми силами старался сохранять самообладание.

– Кхм…– после паузы протянул он, отправив клиентке быстрый и сосредоточенный взгляд. – Три миллиона не настолько большая сумма, чтобы получить с нее быстрый и хороший доход с помощью консервативного портфеля.

– Я знаю, – с улыбкой ответила Ева, дав понять начальнику, что не он, а именно она сейчас находится “сверху” и устанавливает свои правила.

– Тогда зачем вы…

– Может, проверяла компетентность ваших сотрудников, – томно произнесла блондинка. – Или ждала более выгодного предложения, мистер Хейз. Вы же здесь за этим?

На миг Дилану показалось, что его игра раскрыта, и клиентка определенно поняла, почему человек такого уровня снизошел до функций простого клерка. Но новая фраза Евы расставила все по своим местам, и дала возможность Хейзу продолжить разговор без потери лица.

– Мне говорили, что в вашей компании очень внимательны к новым клиентам, особенно, если они имеют семейные активы и готовы на умеренный риск. Значит, наша встреча была предопределена, так, мистер Хейз?

– Так и есть. Но я готов предложить вам не просто хорошую доходность, а нечто особенное. Эксклюзивный инвестиционный портфель с минимальными рисками.

Конечно же, Дилан врал, когда говорил об этом, потому что даже самые надежные активы в любой момент могли превратиться в неликвидную груду бумаг. Однако его план заключался в другом. Он собирался вложить деньги клиентки в акции “голубых фишек”, как и предлагал Уолберг, а разницу между обещанным и реальным доходом компенсировал бы из личных средств. Таким образом, он рассчитывал заполучить внимание Евы и ее благодарность, но ценнее всего для Дилана было время, которое она могла подарить ему.

И он щедро заплатил бы за него, как и за возможность воспользоваться женщиной, которая одним видом заставляла его терять воздух.

– С минимальными рисками? – с сомнением переспросила клиентка.

– Да. И я готов лично заняться вашим портфелем, если вы не против.

В ответ Ева прищурилась, словно хотела распознать план Дилана, но, к его досаде, не приняла предложение, а рассмеялась.

– Что ж, мистер Хейз. Думаю, пришло время для признаний, – взяв сумочку со столика, произнесла блондинка. – Стив – мой кузен. И пусть он не лучший аналитик в городе, но он не вкладывал деньги в пузыри и не давал мне ложных обещаний ради компенсации потерь компании. Вы же готовы пойти на все, только бы выманить деньги клиентов.

Усмехнувшись, Ева поднялась и, больше не сказав ни слова, направилась к выходу, оставив Дилана в состоянии оцепенения. А он еще час смотрел в одну точку, пытаясь осознать очередное фиаско, а после 20 минут шел до своего кабинета, выслушивая вопли уничтоженного эго, которое требовало холодной и безжалостной мести.

“Этого не может быть! Пока я пялился на нее, а по-другому это не назвать, она провела меня, как последнего идиота! Я же знал, чувствовал, что с ней что-то не так…что она точно не глупая девчонка, и не хищница, которая пошла бы на все ради прибыли. Может, эта Брукс вообще не собиралась вкладывать деньги, а пришла сюда к чертовому брату…А он подбил ее на этот разговор, чтобы поиздеваться!” – остановившись на пороге, подумал Хейз и тихо прорычал: – “Что ж, Уолберг, пакуй вещи. Завтра ты будешь искать вакансию стажера в забегаловки сестры!”.

Глава 5

Затаив смертельную обиду, переходящую в настоящую манию, Хейз резко развернулся и направился к директору клиентского отдела Дже́ймсу Хо́лланду. Его лицо искажала ярость, а кулаки, сжатые до побелевших костяшек, казалось, готовились к драке, если он не получит то зачем пришел. Однако монотонная фраза, что хозяин кабинета бросил Дилану, едва тот рванул ручку двери и вошел, застала незваного гостя врасплох и быстро остудила его пыл.

– Поздравляю с очередной победой, – сказал гладковыбритый светловолосый мужчина в черном костюме, не поднимая взгляд.

– Какой нахрен победы? – взревел Хейз, оттолкнув кресло, стоящее рядом со столом.

– Не скромничай. Только глухой не слышал, что утренние торги сделали нас богаче на сотни миллионов и обеспечили престарелых толстосумов из Совета и инвесторов до конца их жизни, – в той же манере ответил Джеймс.

Услышав рассказ Холланда о том, чего не было, Дилан прищурился, потому что не поверил ни единому слову. Но ощущение себя вновь стоящим на вершине финансовой пирамиды сделало свое дело, так что Хейз развалился в кресле и осторожно спросил:

– Кто тебе рассказал эту…новость?

– А что, это не так? – с иронией переспросил Джеймс.

– Нет, все так, – соврал Дилан, желая продлить минуты славы, внезапно свалившейся на него. Он знал, что даже мнимый успех может сыграть ему на руку, поэтому перешел прямо к делу. – Я хочу, чтобы ты немедленно уволил Уолберга.

– И за что?

– Сегодня утром к нему пришла клиентка. И он, не разобравшись в ситуации, предложил ей вложиться в “голубые фишки”, хотя мог вытащить из нее все до последнего цента. С такой паршивой тактикой не заработать много денег.

– Послушай, – вкрадчиво произнес Холланд, наконец, сосредоточившись на разговоре. – Все знают, что ты трудоголик, но увольнять моих менеджеров, потому что они проявляют осторожность…неправильно.

“А мне плевать, что правильно, что нет! Ведь это говорю я – самый ценный сотрудник Sparks IC, а ты всего лишь прихвостень Уолша!” – подумал Хейз и категорично заявил:

– Это не…как ты сказал? Не неосторожность, а халатность! И я требую…

– Скажи честно, – вмешался Джеймс. – Ты хочешь крови Стива, потому что он и правда хреновый работник или из-за его сестры?

“Какого черта он лезет в мою голову? Совсем ополоумел?” – мысленно пробурчал Дилан, сверля взглядом Холланда, будто тот совершил преступление. – “Мы что с ним друзья? Нихрена подобного! Так, чего он добивается? Хочет вылететь вслед за Уолбергом?”.

– При чем здесь это?

– Просто ты никогда лично не замещал моих работников, – с усмешкой произнес Джеймс. – Но спасибо за сигнал, я подумаю. Кстати, может, тебе передохнуть? Выглядишь неважно.

– Люди устают от того, что ненавидят, – с укором ответил Дилан, поднявшись. – А я люблю свою работу, в отличие от всех вас. Мне не нужен никакой отдых. Так, что оставь свои советы при себе. И кстати…наш разговор не окончен. Если ты не сделаешь это сегодня, то завтра встанет вопрос и о твоей пригодности.

– Остановись, – протянул Джеймс.

– Ты услышал меня, Холланд, – металлическим голосом предупредил Хейз и вышел, нарочно хлопнув дверью. Но даже оказавшись в пустом коридоре, не смог расслабиться, потому что роль победителя, что он бессовестно присвоил себе перед Джеймсом, могла слететь с него даже от дуновения ветра.

“Почему он не знает про мой провал? Может, он опоздал или…Черт, если это так, то…А как же условие отца и встреча с Советом? Сэм тоже в курсе и Ребекка…Нет…тут что-то не так. Нужно все проверить” – Дилан оглянулся на стойку ресепшена и добавил: – “Проклятье…Я бы все отдал, чтобы это оказалось правдой”.

К досаде Хейза, ресепционистки, которая утром вместо дежурной улыбки встретила его с непроницаемым лицом и предупреждением о проблемах в компании, не оказалось на месте. Именно тогда, когда она впервые была так нужна, женщина решила отойти, чем спровоцировала настоящее цунами из оскорблений, обвинений в некомпетентности и лени.

Еще раз окинув взглядом первый уровень, Хейз быстро вернулся на рабочее место. В тот самый разгромленный кабинет, где из целого остался только стол, кресла и компьютер. В его голове все еще крутились обрывки фраз, лица членов Совета и условие, поставленное отцом. Но каждая секунда воспоминаний о произошедшем быстро превращалась в серое пятно, на фоне которого яркий образ блондинки в красном выглядел единственно важным событием в его унылой жизни.

Она то приближалась, маня лукавой улыбкой, то останавливалась и смотрела в сторону, вызывая в Дилане неистовое желание вновь завладеть тем самым взглядом, что разрывал его привычную размеренность в клочья. Даже грандиозный вид на город, излучающий бешеный ритм, и калейдоскоп из прохожих, снующих вокруг бизнес-центра, не смогли прервать его мыслей о Еве. А когда там, внизу, он начал видеть ее в любой женщине в красном, проходящей мимо, Хейз окончательно понял, что влип.

“Убирайся из моих мыслей!” – рычал он, потирая лоб. – “Мне сейчас не до романов. Я должен сосредоточиться, обязан взять себя в руки! От этого зависит мое будущее! Будущее, мать его!”

Мечась из угла в угол, Хейз чувствовал себя загнанным зверем. Мания преследования, которой он никогда не ощущал, сдавливала горло и толкала размышления к очередной бездне, где его уже ждали члены Совета, Уолберг и отец, и все смеялись над ним в один голос.

“А что, если это все чертов розыгрыш?” – вопрошал Дилан, остановившись у компьютера. – “И Джеймса просто забыли предупредить? Звучит безумно, но…начнем с биржи”.

Прыгнув в кресло, Дилан зашел на сайт NASDAQ и, открыв вкладку “рыночная активность”, замер. Данные за утро красноречиво вопили, что Хейза провели, как ребенка, заставив поверить, что он совершил ошибку. В то время как акции азиатского сектора и того самого IT-гиганта находились в зеленой зоне и росли в цене, как бешенные.

“Какого хрена они задумали?” – бурчал Дилан, смотря на котировки, которые, казалось, передавали кульбиты его пульса в реальном времени. – “Может, отец так решил проучить меня? Ему никогда не нравились мои принципы…Но как этот падонок Уолш пошел на это?”.

– Хейз, ты жив? – внезапный голос Сэма, вошедшего в кабинет без стука, прервал мысль Дилана. – Готов к вечеринке или тебе нужно спросить разрешения у Бэк?

– Вечеринке? – вскрикнул тот, потому что не любил, когда приятель, забыв о рабочей субординации, переходил черту дозволенного. – А, точно…

– Да, ты просил найти девчонку, – в той же свободной манере сказал Сэм, удивленно окинув взглядом хаос в кабинете. – Решил сделать перестановку?

– Нет, слушай. Утром я сказал, что…

– Хочешь оттянуться, потому что имеешь право? – хитро переспросил приятель. – Если бы я получил столько же бабок, то укатил не в какой-то клуб, а на другой конец света…Но ты молодец, еще держишься…

“Теперь он говорит совсем другое…Уверен, что Ребекка сделает то же самое. Вот значит как. Им заплатили, чтобы выставить меня идиотом?”

– В общем, я передумал. Забудь о нашем разговоре, – твердо ответил Дилан, уткнувшись в монитор. – Это была мимолетная слабость.

– Да брось, будет весело.

– Я сказал – “нет”. Мне нужно работать.

– Зануда. Ладно. Захочешь всряхнуться, присоединяйся. Сегодня в клубе “Tao Chicago” будет жара, – воодушевленно произнес приятель. – Если надумаешь, маякни.

– Обязательно, – протянул Хейз, зная, что не собирается менять привычные планы на вечер. А когда приятель скрылся в коридоре, начал гнать от себя шальную мысль, промелькнувшую на миг: “Если бы меня попросил не ты, а она…может, я и согласился бы”.

Оставшись в одиночестве, которое он так любил, потому что мог целиком отдаться работе, Дилан погрузился в аналитику рынка. Только вместо планов, графиков и цифр перед глазами продолжали мелькать лица членов Совета, а к горлу подступать обида и гнев за утренний спектакль. Да, Хейзу удалось сохранить лицо, но он все время думал:

“А если бы было иначе? Они сожрали бы меня прямо там и выставили полнейшим неудачником. Поэтому я не могу просто простить им это, а на очередном собрании сделать вид, что ничего не произошло! И Бэк…как она могла продаться? Я думал, что она всегда на моей стороне…А выходит, бабки для нее важнее наших…отно…”,– Хейз сбился, ведь в сущности между ними не было ничего, кроме взаимовыгодного партнерства, но только сейчас он действительно понял, насколько призрачным оно оказалось.

Тем не менее, он не был готов признать поражение хоть в чем-то, и решил выяснить у Ребекки детали заговора отца, надеясь переиграть его.

“В отличие от меня, она слишком полагается на своих сотрудников, значит, не будет против, если я предложу ей встретиться раньше. У меня нет сил больше крутить эти мысли и сочинять теории заговора. Я должен узнать все наверняка. И если Бэк так любит деньги, я найду сумму, которая бы устроила ее. А после…между нами все будет кончено”, – крутя телефон в руке, продолжал Хейз. Правда, верил в свои намерения порвать с любовницей не больше, чем в новую встречу с дерзкой блондинкой.

Дилан Хейз [15.06.25 15:34]:

“Сегодня встретимся раньше. Нужно поговорить”.

Ребекка Розман[15.06.25 15:36]:

“Хорошо. Я закончу дела и буду ждать тебя дома”.

Дилан Хейз [15.06.25 15:38]:

“Я зайду за тобой прямо сейчас, и мы уедем”.

Ребекка Розман[15.06.25 15:41]:

“Все настолько срочно или я могу сделать еще пару важных звонков?”

Дилан Хейз [15.06.25 15:42]:

“Сделаешь их из машины”.

Ребекка Розман[15.06.25 15:43]:

“Хорошо. Надеюсь, ты объяснишь, в чем причина такой спешки…Целую.”

“Нет, детка,” – пробурчал Дилан, бросив телефон на стол. – “Это ты объяснишь, почему ты предала меня”.

Глава 6

Кабинет Ребекки находился в другой части офиса, и чтобы дойти до него, Дилану пришлось переступить через свои привычки. До того дня он ни разу не был в ее отделе, оправдывая откровенно потребительское отношение к любовнице нежеланием смешивать работу и личную жизнь. Однако, благодаря Сэму, весь офис давно знал об их “тайных” отношениях, и Хейз понял это, когда импульсивное решение лично забрать Ребекку начало принимать форму квеста.

Сперва в коридоре возникло несколько клерков, а за ними еще с десяток, и все внимательно смотрели на Дилана. Другой не придал бы значения подобным взглядам, но не Хейз. С самого утра он находился в раздрае и раз за разом совершал необдуманные поступки, которые лишь умножали внутреннее напряжение. Только он не мог “дать заднюю” и вернуться к себе при всех, поэтому продолжал идти, спрятав сомнения за непроницаемым лицом.

“Здравствуйте, мистер Хейз”, – звучало вслед надменному начальнику, что только ускорял шаг после каждого слова в свою сторону.

Конечно, он не боялся их, а, скорее, в этот миг пытался собрать осколки от всего, что казалось привычным. Распорядок дня, субординация, рабочие процессы, доведенные до автоматизма, и безопасный роман с Бэк быстро превращались в отголоски прошлой жизни. Дилан чувствовал, что теряет ее, как бы ни хотел убедить себя в обратном и винил в этом каждого, кто проходил мимо.

Так, лавируя между рядовыми сотрудниками и желанием вернуться в комфортный и понятный мир, Хейз преодолел еще десяток метров и, недовольно посмотрев на часы, остановился у двери в кабинет любовницы.

“Ты хочешь, чтобы я зашел туда сам…Считаешь, я идиот? Сначала разболтала о нас, потом предала. Что же ты сделаешь дальше, Бэк?” – монотонно цедил он, подойдя к поручню второго уровня. – “Нет, я не сделаю и шага за эту чертову дверь. Ты выйдешь сама, как всегда. И точка!”.

Только время шло, телефон молчал, а любовница не спешила на встречу, чем, спустя 10 минут, окончательно вывела Дилана из себя. Он и сам не понимал, отчего так быстро потерял терпение, и, вскоре, позабыв о принципах, яростно ворвался внутрь, разбив дизайнерскую вазу, оставленную на пороге.

“Никого! Прекрасно! Я думал, что штурмую горы, а оказался на самом дне. Черт!” – яростно прорычал он, отшвырнув ногой осколки, и начал уговаривать себя остановиться: – “Соберись уже, Хейз! Что ты творишь? Почему не попросил встретиться на парковке? Какой смысл был в этом “походе”? Ты снова наверху. Над всеми! Так веди себя, как лидер, а не как…пугало!”.

– Простите, вы Дилан Хейз? – вдруг спросил курьер из FedEX, заглянув в кабинет.

– Да, это я, – настороженно ответил Дилан, сканируя стол Ребекки в надежде понять, как давно она ушла. – Что у вас?

– Внизу никого не было, и мне сказали, что я могу…

– Что. У. Вас? – повторил Дилан.

– Простите. Конечно, вы заняты. Распишитесь вот здесь, – подав планшет с уведомлением о вручении, растерянно произнес курьер.

– Давайте…

Конверт оказался довольно большим, несмотря на легкий вес. Взяв его, Хейз потянулся к уведомлению, чтобы расписаться, как вдруг обратил внимание на строку “адресант”.

В нарушение всех правил, это поле осталось пустым, как и строка в документе. Но, едва мужчина заметил, что получатель оказался слишком бдительным, сразу же занервничал, закинул сумку за плечо и скрылся в коридоре, не дождавшись подписи.

“Эй! От кого конверт?” – вскрикнул Дилан и попытался догнать курьера, но тот исчез за очередным поворотом, будто его и не существовало.

Очередная загадка застала Дилана врасплох. Не желая мириться с постоянными тайнами, на какой-то момент он снова потерял контроль и начал хаотично открывать все двери вокруг себя.

Инвентарная, уборная, отдел пиара и связей с общественностью, лифт…

Он проверил все. Каждый уголок и закуток в лаундж-зоне, лестницу, кафетерий и даже пробежался вокруг бизнес-центра, но так и не смог обнаружить курьера. Поэтому через 20 минут бессмысленной погони ни с чем вернулся к себе и прорычал, усевшись в кресло:

“Он будто в воздухе растворился! Ладно, посмотрим, что мне прислали. Пистолет, чтобы застрелиться, бумаги об увольнении или… ключ? – удивился Хейз, крутя маленькую пластиковую карту. – Отель “Trump International Hotel & Tower Chicago”. И нахрена он мне нужен? Может, это развлекается Бэк?”.

Дилан почти поверил в эту мысль, потому что она казалась ему самой простой и понятной в его ситуации: любовница решила загладить вину, устроив маленькое приключение. А пока заскочила в бутик за новым бельем.

Конечно, он понимал, что подобного никогда не случалось, а Ребекка, скорее, предупредила бы или первая настояла на разговоре, но ничего другого Хейз и представить не мог. Не хотел и не считал нужным, пока сигнал о поступившем сообщении от любовницы не растерзал его уверенность.

Ребекка Розман [15.06.25 16:43]:

“Прости. Срочная встреча. Давай увидимся, как обычно. Сегодня в 7. Заодно поговорим”.

“Это не Бэк…Тогда кто?” – вновь осмотрев ключ, произнес Дилан и решил, что не станет отвечать.

Перебрав все варианты за следующий час, он почувствовал, что некто водит его за нос, издевается и стремится разрушить все опоры под ногами. Но вместе с тем помогает ощутить нечто неизведанное и волнительное.

Дилан слишком долго избавлялся от всякой неопределенности, и теперь она, как морская волна в жаркий день, накрыла его с головой. Он и подумать не мог, что простая пластиковая карта способна поглотить все мысли, а желание получить ответы способно вытеснить одержимость карьерой хотя бы на пару минут.

И вот это случилось, когда он и не думал менять жизнь, не собирался влезать в авантюры и тем более засматриваться на миловидных блондинок. Его планы были слишком продуманы, чтобы разбиться о чью-то манипуляцию. Они буквально срослись с ним, и теперь через боль, страх и сомнения покидали его, словно та самая мимолетная слабость, о которой он соврал Сэму.

Да, это была именно слабость сродни тех, что возникали в далекой юности. Она влекла и манила, так что Хейз не мог ждать ни минуты и, набрав номер отеля, с нетерпением барабанил пальцами по столу, ожидая услышать голос рецепционистки.

– Отель “Trump International Hotel & Tower Chicago”. Меня зовут Хелен. Чем я могу помочь? – наконец, донеслось в трубке.

– Я Дилан Хейз. Сегодня мне прислали ключ от номера в вашем отеле, но я не…

– Это не настоящий ключ, а его имитация. С некоторых пор мы отсылаем гостям такие карточки в знак внимания. А настоящий ключ вы получите в отеле в день прибытия, – дружелюбно объяснила Хелен.

– Я бы хотел знать, существует ли такой номер. На нем написано…5311. Может, это ошибка?

– Минуту, – сказала Хелен, и в трубке раздался быстрый стук по клавиатуре. – Этот номер соответствует люксу с видом на реку. Только, есть проблема…Номер снят на женщину – Еву Брукс. Должно быть, она захотела пригласить вас. Вы знакомы?

“Еву?”.

Услышав заветное имя, Дилан покрылся мурашками. Как туман, эти 8-мь букв снова окутали его голову, током пронзили сердце и вынудили пальцы сжать телефон, в надежде услышать, что все это не шутка.

Пробурчав что-то нечленораздельное, он продолжил пытать Хелен односложными вопросами и, только после подтверждения самых смелых догадок о причастности Евы, попрощался, а затем начал шлепать себя по щекам, чтобы прийти в чувства.

Неожиданная посылка спутала все его планы и отключила способность рационально мыслить. Теперь некогда собранный и циничный мужчина стоял перед выбором между отрицанием правды и диким желанием отправиться в отель.

С одной стороны, ему ничего не стоило забыть обо всем и поддаться страсти. Тем более, поступок Ребекки вполне мог оправдать его интрижку, если не перед ней, так перед самим собой. Но в то же время Хейзу мешала инерция, которой он подчинил всю жизнь, и она требовала его остановиться. Поехать домой и загрузить мозг настолько, чтобы ни одна мысль о возможной ночи с Евой не поместилась бы в нем.

Конечно, он не знал, для чего именно она пригласила его. Может, хотела поговорить об инвестициях или извиниться за поведение брата и уговорить не увольнять его. Только фантазия Дилана отказывалась подчиняться и все время рисовала влажные смятые простыни, изгибы обнаженного тела блондинки и ее пухлые губы, покрытые ярко-красной помадой.

Вскоре Хейз настолько погрузился в мечты, что перестал ощущать течение времени. Он чувствовал только дикий прилив крови к щекам, нехватку воздуха и пульсацию в области бедер, которая блуждала по нему, давила и требовала расслабления. А когда Дилан открыл страницу браузера с биржевыми котировками, в надежде отвлечься, лишь усиливала напор. Но прирожденный лидер не мог позволить себе сдаться, так что схватился за папку с отчетом, лежащую поверх стопки бумаг, и стал быстро перелистывать его, не в силах разобрать и пары слов.

“Ева будет ждать меня в отеле”, – постоянно гудело в голове. – “И я могу поехать туда прямо сейчас, не придумывая повода, потому что она позвала меня. Так что меня сдерживает? Что? Неужели секс без обязательств – такая уж плохая идея?”.

Новый вопрос заставил Хейза очнуться. Посмотрев на часы, он понял, что наступил вечер. За окном все укрыла темнота. Огни фонарей на набережной вместе с россыпью ярко-желтых окон бизнес-центров и жилых домов, превратили Чикаго в город грез и искушений. Но никогда прежде Дилан не видел эту сторону мегаполиса. Вчера и многими днями ранее, он был не более, чем пристанищем богатых инвесторов, многочисленных клерков и карьеристов. А теперь манил своей темной стороной, обещая показать все, что было скрыто за завесой тайны.

Подойдя вплотную к панорамному окну, Хейз продолжал рассматривать его, будто впервые. А затем в отражении заметил, что в порыве вожделения практически вырвал несколько верхних пуговиц рубашки.

“Черт, пора кончать с этим”, – пробурчал он, наглухо застегнув сорочку до самого горла. – “Если она хочет встречи, значит, так тому и быть”.

Наконец, встало на свои места. Принятое решение больше не тревожило Дилана, как и возможные проблемы, сомнения и неприятный разговор с Бэк за сорванный вечер. В ней осталось место только для Евы Брукс, потому, проверив бумажник и взяв ключи от машины со стола, он быстро направился вниз и через 5 минут уже мчался на встречу неизвестности.

Глава 7

Обычно “Trump Tower” – величественный небоскреб из стекла и бетона не производил на Дилана никакого впечатления, кроме усталости от бесконечных деловых встреч. Но сейчас на волне удушающего воодушевления казался громадным маяком, который указывал ему путь к новой грани свободы.

Хейз не подозревал, каково это – испытывать такую страсть и лететь навстречу ей. Отдать все мысли незнакомой женщине и хотеть лишь одного – быть ближе. Еще ближе к ней. Чувствовать, желать и сходить с ума. Потому, не обращая внимания на светофоры и мощный поток машин, спешил, будто боялся не успеть.

А когда, наконец, достиг начищенных до зеркального блеска дверей с нависшей над ними надписью “TRUMP”, не задумываясь, бросил ключи парковщику и едва дождался, когда швейцар откроет дверь, чтобы почти ворваться внутрь. Но затем, при виде удивленных лиц постояльцев и не одобряющего взгляда администратора, мужчина осекся, поправил пиджак и как можно спокойнее подошел к стойке ресепшена.

– Добрый вечер, мистер Хейз, – произнесла женщина лет 35-ти, на бейдже которой он прочел имя: “Хелен” и сразу подумал, что представлял ее совсем другой. Более приветливой и моложавой.

– Как вы узнали меня? – не подумав, буркнул Дилан, постукивая пальцами по стойке из-за сильного напряжения.

– Sparks IC – один из главных партнеров нашего отеля, и мы очень ценим сотрудничество с вами, – объяснила Хелен.

“Понятно. Их заставляют запоминать наши физиономии…Это же очевидно! Как же глупо я сейчас выгляжу!”.

– Я звонил вам…сегодня, – тихо продолжил Дилан, встав спиной к группе туристов, которая вошла в отель и с восхищенными возгласами осматривала его.

– Да, мистер Хейз, – будто нарочно, громко произнесла женщина, чем вызвала волну дрожи и ощущение, близкое к смущению, о существовании которого он так же не догадывался. – Номер 5311. Вас уже ждут. Возьмите ключ.

Хелен протянула карточку от люкса и быстро переключилась на прибывших гостей, а Дилан, удивленно осмотрев ее, спросил:

– И что? Вы не возьмете мои документы и не проверите, тот ли я человек, за которого себя выдаю?

– Нет, мистер Хейз. Все, что было необходимо, предоставила мисс Брукс.

– Ладно…– протянул он и, услышав дежурное пожелание “приятного отдыха”, задумчиво направился к лифту.

“Отдых…Я точно приехал за ним или просто хотел узнать правду?” – вдруг засомневался он, несмело войдя в кабину. – “Может, стоит еще раз обдумать все или…Нет. Уже поздно. Она в любом случае узнает, что я был здесь, но не поднялся, а струсил! И это я! Лидер компании, где риск – главное условие успеха! Даже думать об этом противно!”.

На миг Дилану показалось, что он избавился от мыслей, мешающих ему идти вперед. Однако, когда двери лифта распахнулись, и золотистая надпись “5531” буквально загорелась в его глазах, мужчина понял, что ошибся. В который раз за этот день. И это касалось не только работы или доверия к тем, кого он считал близкими, но и себя самого.

С каждый шагом, приближающим его к безрассудной мечте, он все больше осознавал, насколько стал далек от своих принципов за какие-то сутки. Что сейчас он не знаком сам себе и не мог сказать, как поступит в следующую минуту.

Сбежит или останется? Хватит ли у него выдержки на то, чтобы не поддаться манипуляциям блондинки, войдя в эту дверь? И что будет дальше?

Дилан не знал ответа ни на один вопрос, и это тревожило его сильнее возможной опасности.

Помявшись посреди коридора, мужчина все же нашел в себе силы сделать такие важные шаги, отделяющие его от смутного будущего. Занес руку над считывателем и медленно вставил карту. Следом в двери щелкнул замок, и она приоткрылась, а изнутри начал литься мягкий свет лампы, стоящей на столике в гостиной.

Легким касанием Хейз подтолкнул дверь и заглянул внутрь, ожидая увидеть соблазнительный силуэт хозяйки. Но, к удивлению и досаде, внутри нашел лишь Ребекку в черном шелковом пеньюаре, которая, заметив гостя, сразу же рванула к нему.

– Это ты? – прорычал Дилан, нехотя приобняв любовницу за плечи, когда та повисла на нем, словно извиняющийся ребенок.

– Я рада, что ты приехал, – уткнувшись кончиком носа в его грудь, произнесла Бэк. – Хотя и знаю, что не ко мне…

“Вот именно! Не к тебе! Что, черт побери, это значит?”

– Ты сказала, что будешь на встрече…– разочарованно бросил Хейз, высвободился и пошел к бару, чтобы попытаться заглушить невероятную злость на любовницу за этот обман.

– Я и была на встрече…с твоим отцом.

Услышав оправдание Бэк, Дилан резко обернулся.

– И что хотела эта престарелая тварь? Узнать, все ли идет по плану? – вскрикнул он. – Да, Бэк, я не идиот! Уже понял, что ты, Сэм и, похоже, вся фирма участвует в этой постановке! Решили поиздеваться? Проверить меня?

– Нет, я…– испуганно сказала Ребекка, сев в кресло. – Я хотела рассказать тебе обо всем раньше. Но Ричард угрожал мне…

– Угрожал? – протянул Хейз. – Говори, Бэк, что он задумал?

– Пару недель назад твой отец позвал меня на ланч и предложил деньги и должность в другом городе за то, чтобы я отказалась от тебя и поучаствовала в его плане.

– И ты согласилась?

– Мне пришлось. Иначе меня вынудили бы уйти с позором, долгами и разрушенной репутацией! То есть ни с чем! – задыхаясь от слез, говорила Ребекка, и сейчас не была похожа на акулу бизнеса, какой любовник знал ее.

Скорее, она напоминала загнанную в угол девочку, не способную решить свои проблемы в одиночку, чем быстро снизила градус агрессии Хейза и заставила его сдержать напор.

Сделав глоток виски, он присел рядом с ней и подумал: “Значит, я приехал сюда за правдой. Что ж, вот она – правда! Какой бы болезненной ни была…Ты заслужил ее, придурок!”, а затем мужчина попытался выдавить из себя хотя бы каплю сочувствия, но не смог. Как и прикоснуться к той, чье тело днем раньше приводило его в трепет, а ледяная красота ограждала от попыток найти увлечение на стороне.

На самом деле, он хорошо понимал Бэк, которая не могла отказать его отцу, иначе лишилась бы будущего. Только после ее поступка, внутри Хейза что-то сломалось, перегорело и рассыпалось в прах.

Он почувствовал, что больше не может довериться ей, как когда-то, потому снова отстранился, сделал круг по комнате и спросил:

– В чем состоял план? Я должен был поверить в ошибку и пойти на поводу желанию…отца?

– Да, – всхлипнув, продолжила любовница. – Он всегда хотел видеть тебя другим. Даже сумел подговорить Уолша…Я единственная мешала ему, потому что поддерживала тебя. И если бы уехала, то он подсунул бы кого-то еще. Женщину, которую смог бы контролировать и…

– Еву? – резко оборвал Дилан. – Ты о ней говоришь?

– Возможно.

– Что значит “возможно”? Как ты сумела снять номер на ее имя? Почему на нее? Отвечай! – вновь вспыхнул Хейз.

– Хелен – моя близкая подруга…К тому же, мой телефон прослушивают. Я не могла просто сказать тебе об этом или ответить по смс. Вот и решила притвориться этой Брукс.

– Понятно.

– Прости меня…Но ты ведешь себя, как маленький мальчик, потому что не видишь очевидного!

– Да ну! И чего же?

– Манипуляции! Утром я заметила, как ты смотришь на эту…блондинку! – громко сказала Ребекка, вскочив с кресла. – Она пришла в отдел маркетинга, хотя охрана не должна была пропустить ее! Надела красный костюм, чтобы привлечь внимание! А здесь ты – потерпевший первую неудачу! Боже…Ричард сделал все, чтобы вывести тебя из равновесия! И судя по тому, что ты здесь, у него получилось! Он выиграл, Дилан!

– Нет, – расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, ответил любовник и уставился в окно, чтобы успокоиться. – Так, зачем ты встречалась с отцом?

– Я вернула деньги и сказала, что уеду, но не буду участвовать в этом. Поэтому теперь не могу жить в своей квартире, – положив руку на плечо Дилану, жалобно произнесла Бэк.

– Значит, переедешь ко мне, – вдруг твердо сказал он.

– Что?

– Ты же хочешь отомстить ему, так? – обернувшись, спросил Хейз и, получив неуверенный кивок в ответ, продолжил: – Мы не пешки в его игре.

– Но, что ты будешь делать?

– Мы объявим о помолвке. А потом посмотрим, как скривится физиономия этого подонка, когда он услышит об этом.

– Помолвке? – с надеждой прошептала Бэк, не веря в то, что слышит.

Несмотря на образ холодной карьеристки, она давно мечтала получить предложение от Дилана, но не могла открыто заявить об этом, чтобы не разрушить их отношения. Поэтому сейчас, окрыленная этой новостью, прижалась губами к его щеке и спросила:

– Ты уверен?

– Да, – надменно рявкнул он. – Но не волнуйся, она будет фиктивной. Нам нужно только взбесить отца и заставить его отступиться. Взамен он вернет тебе работу, а мне – свободу. И все будет, как раньше.

– Разве? – с горечью прошептала любовница.

– Да. Обещаю, – заключил Хейз, не понимая, какую душевную рану нанес той, что искренне хотела помочь и всегда была на его стороне.

– Хорошо. Я заказала ужин.

– Отлично. Обсудим все и поедем ко мне, – буркнул Дилан, скинув пиджак. – На сегодня с меня достаточно.

Глава 8

Ужин с Ребеккой не принес Хейзу ничего, кроме глубокого разочарования. Досада, рвущая его самолюбие на части, не давала произнести ни слова, в то время как любовница отчаянно пыталась найти хотя бы одну точку соприкосновения.

Она никак не могла понять, что заставило мужчину, которого Бэк знала лучше, чем кто-либо, так измениться. Выстроить незримую стену и упорно скрываться за ней. Ведь накануне все было иначе, и он был другим: уверенным и твердым, как скала. А теперь же сканировал тарелку и вместо привычных длинных рассуждений выдавал лишь пространные слова.

– Твой отец сейчас в Швейцарии. Я застала его в аэропорту перед вылетом, – наконец, сказала Бэк, выждав еще 10-ть минут. – Он будет там пару дней. Мы дождемся его, чтобы сообщить…новость?

– Я послал ему смс, – коротко буркнул Дилан, не поднимая взгляд. – Уверен, что он сразу же вернется.

– Нам придется устроить торжественный обед…Для убедительности, – осторожно добавила Ребекка. – Пригласить гостей, определиться с местом…

– Не придется, – отрезал Хейз, поднявшись. – Как только отец прилетит, я поставлю свои условия, и он сразу же согласится вернуть все, как было. Так, что можешь не напрягаться.

– Ладно.

– Ты готова ехать?

– Да, сейчас. Только переоденусь, – суетливо ответила Бэк и рванула к шкафу, где утром аккуратно развесила чехлы с костюмами и повседневной одеждой в надежде, что сможет провести пару дней наедине с Диланом.

– Прекрасно. Поторопись. Мне еще нужно поработать. Я потратил слишком много времени на глупости.

“И на мечты о Еве…”.

Пока Бэк приводила себя в порядок, рассчитывая за оставшееся время растопить остывшее сердце любовника, Дилан стоял у окна и ловил дуновение ветра, исходящее из кондиционера. Он до сих пор не мог поверить, что повел себя, как юнец, не способный сдержать сексуальное влечение к едва знакомой женщине. Но больше, чем это, Хейза задел обман Ребекки, который с легкостью уличил его в неверности.

“Ну что, ты доволен, идиот?” – сокрушался он, вновь рассматривая свое отражение в окне. Только в этот раз на его лице не было ни волнения, ни жажды новых ощущений, а только злость. На себя, отца и Ребекку. – “Тебя развели, как простака. Как ты мог допустить такое? Конечно, эта…блондинка не позвала бы тебя в отель! С чего бы? Она еще днем показала, насколько ты ей противен…И тут вдруг решила пуститься в интрижку? Чтобы – что? Понравиться тебе? Какой же бред…”.

– Я готова, – прозвучал голос Бэк и затих вместе с ощущением горячего дыхания у уха Дилана. – Точно все хорошо? Может, останемся здесь на ночь?

– Нет, – коротко ответил он, продолжая рассматривать себя.

– Раз так. Я хочу задать тебе вопрос. И услышать честный ответ. Как раньше.

– Говори.

– Ты приехал сюда узнать, что происходит, или переспать с Брукс?

В глубине души Ребекка знала правду, и она мучила ее не меньше, чем подорванное эго издевалось над Хейзом. Но все же любовница хотела расставить все точки над “и” и узнать свое истинное место в жизни Дилана. А тот, как назло, не спешил с ответом.

Пару секунд он неподвижно стоял, не отводя глаз от отражения, затем вскользь пробежался по силуэту Бэк, явно не желая раскрывать все карты.

Но вскоре желание отомстить любовнице взяло верх, и Дилан, выпалил, ничуть не таясь:

– Я ехал сюда из-за Брукс. Надеюсь, тебе стало легче.

– Нисколько. Но теперь я убедилась, что Ричард знает тебя лучше, чем я или ты сам, – со скорбью произнесла Бэк, взяла сумочку и чехлы с вещами, а затем направилась к двери.

“Да, похоже, ты права. И это я намерен исправить. Завтра же”, – подумал Дилан и, осмотрев гостиную, в которой его могла ждать нежная и улыбчивая блондинка с бокалом вина, а не надоевшая карьеристка с идеальным ледяным лицом, вышел из номера, с силой захлопнув дверь.

Путь до Северной Стэйт, где находилась квартира Хейза, прошел в атмосфере нарастающего напряжения. Дилан молчал, сосредоточенно вглядываясь в виды ночного города, силуэты домов, улиц и редких прохожих. А Бэк не спускала с него глаз и гадала, что ему могло понравиться в сопернице. С этого момента она считала Еву не просто девчонкой, которую подослал Ричард, а занозой. Опасной болезнью, отнявшей у нее внимание успешного мужчины.

Манера блондинки улыбаться всем подряд, яркая облегающая одежда, что в кругах клерков считалась признаком дурного вкуса и дешевой сексуальности, вызывали в Бэк вспышки гнева, отчаяния и жажды во что бы то ни стало избавиться от разлучницы. В то время как именно эти крючки прочно засели в голове Хейза. Жгли и не давали покоя, как только на горизонте появлялись незнакомки в красном. Возвращали в моменты разговора с Брукс, когда она раскрепощенно сидела напротив и подвергала сомнению каждое его слово. А после безжалостно подкидывали осколки фантазий о том, что еще ничего не кончено, и он может заполучить предмет своей страсти, приложив усилие.

В конце концов, Дилан не зря считался лучшим стратегом, способным перевернуть доску тогда, когда ситуация вынуждала пасовать. Только во всем этом плане оставалось огромное “но” – та самая инерция, по которой он жил все это время. И она, подобно Ребекке, не собиралась так просто расставаться со своим влиянием.

Наконец, впереди показалось высокое здание в стиле “старого Нью-Йорка”. Лепнина, резные вставки на фасаде, широкие открытые балконы и окна, обрамленные каменной кладкой, создавали атмосферу совсем другого города. В нем еще оставалось место репутации и авторитету, а не только власти денег, полученных любым, даже самым грязным путем, потому Дилан так ценил это место. Оно напоминало ему о детстве, когда принципы были превыше наживы, а самые талантливые всегда получали больше детей высших персон.

И вот, остановившись рядом, Хейз впервые не ощутил прежней связи с этим клочком прошлого. Теперь он чувствовал себя предателем, поддавшимся чужой игре, но в этой слабости по-прежнему винил не себя, а отца, который отнял его размеренную жизнь.

Вдохнув прохладный ночной воздух, Дилан вышел из машины и на мгновение застыл в поиске окон своей квартиры. Он никогда не приводил туда друзей, партнеров, подружек и даже Бэк, потому что считал это место своим личным тайным уголком. Даже отец от силы пару раз бывал там, хотя и стремился общаться с сыном чаще, чем Хейзу того хотелось бы. И теперь, стоя перед новым выбором, Дилан вновь вернулся к мысли, что роковая встреча с Евой до сих пор заставляет его совершать поступки, вопреки себе и здравому смыслу.

Тем временем, устав ждать, пока спутник проявит галантность и откроет дверь авто, Ребекка вышла и, не говоря ни слова, направилась к крыльцу дома. Однако она не успела пройти и нескольких метров, как почувствовала руку любовника, схватившую ее за предплечье.

В надежде увидеть виноватые глаза Дилана, она обернулась, но снова столкнулась с горьким разочарованием, потому что вместо слов раскаяния услышала: “Ты забыла сумочку в машине”.

Только Хейз и в этот раз не спешил помочь ей. Вместо этого он продолжил стоять на краю дороги, не решаясь подняться в квартиру и впустить в нее ту, что больше не представляла интереса. А на деле – никогда не была так желанна, как Брукс.

– Спасибо, что напомнил, – монотонно произнесла Бэк, открыв дверь машины. – Я могу оставить здесь свои вещи? Утром я спущусь и заберу их.

– Зачем? – не понимая ее реакции, спросил Дилан.– Мы можем взять их сейчас.

– Не стоит. Я вижу, что ты жалеешь о своем предложении, и не хочу тебя стеснять, – едва скрывая обиду, сказала Бэк. – Завтра я сниму номер в отеле неподалеку, чтобы мы могли быстро встретиться…Ради нашего плана, конечно.

Внезапно слова любовницы, как гром среди ясного неба, заставили совесть Хейза вернуться из забытья. Он и не подозревал, что она может быть сильнее мести, воплей самолюбия и всего того, что до этой секунды владело им. Печальные глаза Ребекки и ее лицо, искаженное болью, наконец, выражали не расчет или желание воспользоваться чужой слабостью, а ту самую жизнь, которая так привлекла его в Брукс.

Охваченный новым озарением, Дилан медленно подошел к слабой женщине, в которую в этот миг превратилась акула бизнеса, обнял ее и тихо сказал:

– Послушай. Я тоже не в восторге от того, что произошло. Но, может, если я смогу убедить отца не вмешиваться в мою жизнь, то все вернется. Sparks IC, наши планы и мечты. Как только я стану исполнительным директором, никто больше не сможет указывать мне, что делать. А значит, твоя карьера будет вне опасности.

– При чем тут карьера, Дилан? – вдруг вскрикнула Бэк и оттолкнула Хейза, не в силах скрывать нахлынувшие чувства. – Я хочу быть с тобой! Чтобы ты стремился ко мне, как к Брукс, а не делал одолжение, приезжая дважды в неделю!

– Но ты же никогда не хотела серьезных отношений?

– Не хотела, но эта ситуация…– продолжила любовница, стирая слезы со щек. – Этот гнусный план твоего отца что-то изменил в нас обоих! Я вдруг поняла, что достаточно одной смазливой мордашки, чтобы разрушить все, к чему мы так долго стремились!

– Успокойся! – громко крикнул Хейз, желая успокоить Ребекку. – Я попытаюсь все вернуть. И этого больше не повторится!

– А если не сможешь? Будешь врать и изворачиваться? Прямо сейчас, глядя в глаза, скажи мне, что я не права!

– Нет! – выдохнув, ответил Дилан. – Я скажу все, как есть, и пожелаю тебе счастья. Это будет больно, но честно. Идет?

– Хорошо, – сменив тон на более спокойный, согласилась Ребекка. – Но пообещай мне одну вещь…Если ты правда веришь в то, что говоришь.

– Какую?

– Ты больше никогда не станешь встречаться с Евой Брукс. Иначе все твои усилия будут напрасными.

Конечно, Дилан не мог дать слово, что вновь не помчится навстречу фантазии, не поддастся соблазну и не нарушит свои принципы. Но он очень хотел верить в это и, вставая по утрам, видеть в зеркале не слабовольного мальчишку, а лидера, циника и упрямца, способного подчинить саму жизнь.

Потому, стараясь забыть уходящий день и ошибки, совершенные за последние сутки, произнес уклончивое: “Я не стану искать с ней встречи”, а сам подумал: “Надеюсь”.

Глава 9

Квартира Дилана Хейза.

г. Чикаго, ул. Северная Стэйт, д. 150, кв. 304.

Прохладный ночной воздух ворвался в квартиру вслед за Хейзом, который, распахнув дверь, остановился на пороге, чтоб пропустить Ребекку. Охваченный виной, он старался соблюсти этикет и сохранить хотя бы тень былого уважения. Потому без лишних слов подхватил из рук любовницы одежду и осторожно повесил в шкаф, но когда обернулся, увидел лишь ее спину, быстро скрывшуюся в ванной.

Конечно, Дилан понял причину побега Бэк, ведь в глубине души хотел того же – спрятаться за стеной кабинета и заняться тем, в чем разбирался лучше собственной жизни. Однако даже сейчас он не мог представить себе поток отчаяния, который овладел уязвленной женщиной из-за его неосмотрительности и черствости по отношению к ее чувствам.

Да, он не был уверен в них и всегда использовал это в своих целях, в то время как любовница делала вид, что не испытывает ревности или большего, чем холодный расчет. Теперь же, открывшись друг другу, они оба столкнулись с суровой реальностью, где не осталось ничего, кроме страха.

Но в отличие от Дилана, Бэк боялась потерять, а не обрести.

Спустя полчаса метаний по гостиной и полбутылки виски, Хейз, наконец, направился в спальню. Избавился от костюма, что остаток дня душил его наравне с совестью, надел спортивные штаны и, оставив торс оголенным, расположился за рабочим столом в своем кабинете.

Дилан редко позволял себе ходить в таком виде даже дома, но теперь, как никогда, хотел свободы от условностей. И, рассматривая виджет с биржевыми котировками, впервые не испытывал ничего, кроме раздражения. Все эти бесконечные цифры, графики, взлеты и падения были до сухости в горле понятны и предсказуемы для Хейза. В то время как внутри него происходили вещи, способные потягаться с загадками Мариинской впадины или дальних уголков космоса.

“Почему я не могу забыть?” – недовольно пробурчал он, захлопнув ноутбук. – “Это всего лишь день! Один, мать его, хреновый день из тысяч хороших! Может, это гипноз или отец подсыпал что-то? Но я должен…должен заставить мозг работать, а не мотать сопли на кулак и успокаивать себя, как подружку!”

Вслед за этими мыслями, Хейз в который раз воззвал к качеству, не единожды выручавшему его – упрямству. С детства оно помогало будущему лидеру отстаивать право на собственное мнение. А сейчас поддержало в нем уверенность, что скоро весь этот кошмар закончится. За долгой ночью наступит утро, отец прекратит строить козни за его спиной, а Бэк станет прежней – удобной карьеристкой, не способной на искренние чувства.

На миг Дилану показалось, что мир снова обрел четкие границы. Хаотичные линии, цифры и прогнозы на мониторе, как и прежде, захватили его. И даже тихие шаги Ребекки, а затем скрип двери спальни, не привлекли его внимания. До тех пор, пока звук уведомления не вынудил Хейза вскользь посмотреть на телефон.

Посмотреть и утонуть в новом витке меланхолии.

Контакт на экране говорил, что сообщение принадлежит Сэму, который сейчас находился в ночном клубе. Только вместо вопроса, не хочет ли друг повеселиться, он решил прислать недвусмысленное фото. На нем Войс стоял в окружении нескольких спутниц в бессовестно открытых нарядах и широко улыбался, явно издеваясь над Диланом. И он точно бы закрыл сообщение, сопроводив его парочкой скабрезностей, если бы не увидел блондинку, стоящую неподалеку от Сэма.

“Ева?”.

Она была все так же сногсшибательна в своем красном платье с тонкими бретелями, но на ее лице не было прежней радости. Скорее, усталость или печаль. Потому среди разгоряченной толпы она казалась такой же одинокой, как и Дилан сейчас. Прекрасной и ожидающей чего-то, а может быть, его?

Какое-то время Хейз смотрел на экран, не отрываясь, и все время искал на фото то, что упустил его взгляд. Но, чем дольше он находился там, в заполненном шумном зале клуба, тем яснее понимал, насколько сладка и желанна ловушка, в которую его пытался загнать Сэм.

А самое ужасное – Хейз и сам хотел бы запутаться в ней. Подыграть заговорщикам, дабы встретиться с Евой. И все его слова и обещания, данные Ребекке, тут же превратились в прах, оставив единственное слово, оказавшееся правдой: “Надеюсь”.

Следующие полчаса прошли в состоянии, близком к панике. Дилан все время колебался: откладывал телефон и вновь брал его в руки, пытался погрузиться в работу, но затем возвращался к злополучному фото, рассматривая единственный образ на нем – Еву. Хейзу казалось, что он вот-вот снова упустит ее, поэтому решение отправиться в клуб пришло само собой. И в этот раз некогда хладнокровный стратег даже не пытался скрыть инстинкт охотника за планами отца.

“Мне подсунули Брукс, так? Значит, она сделает все, чтобы привлечь мое внимание. Это мне и нужно,”– думал он по дороге в спальню, стараясь идти как можно тише, чтоб не разбудить Ребекку и не стать мишенью для новых обвинений в неверности.

Пусть любовница была сто раз права, но оказаться в шкуре предателя дважды за последние сутки означало бы для Хейза катастрофу. Его самолюбие и так переживало беспрецедентный эффект бумеранга, когда все, в чем он упрекал других, стало его новой реальностью. А вынужденная осторожность из разновидности трусости превратилась в единственный способ избежать осуждения.

Подкравшись к шкафу, Дилан почувствовал себя почти подростком, который хочет вырваться из-под родительской опеки. И пусть их с Бэк ничего не связывало, мужчина никак не мог избавиться от этой ассоциации. Как и от онемения рук, что предательски роняли вещи, пока среди элегантных костюмов Хейз пытался найти единственный повседневный комплект – синюю рубашку и черные классические джинсы.

На поиск ушло около минуты. Еще 5-ть – на то, чтобы пересечь порог. И все из-за упавшей вешалки, которая, выскользнув из рук Дилана, рухнула прямо на стеклянный столик. В этот миг мужчина замер и, осторожно оглянувшись на любовницу, прислушался к биению собственного сердца. Но вскоре убедился, что Ребекка ничего не заметила, и лишь после этого вышел.

Хейз думал, что все предусмотрел. А между тем, оставшись в одиночестве, Бэк, наконец, перестала сдерживать эмоции и разразилась плачем, уткнувшись в подушку. На самом деле она прекрасно знала, что возлюбленный вновь помчится за Брукс, и не последнюю роль в этом, конечно, сыграет названный друг. Только не могла вмешаться, ведь все еще являлась частью плана Ричарда, хотя час назад утверждала обратное.

Тем временем, закрывшись в ванной, Дилан вошел в душевую и, подставив лицо под струю горячей воды, начал представлять себе долгожданную встречу с Евой. Ее томный взгляд, скользящий по его лицу, и тепло от кончиков пальцев под легкой тканью своей сорочки.

Стирая люфой остатки тяжелого дня, около получаса Дилан продолжал предаваться сладкой фантазии и доводить каждый нерв до вершины возбуждения. Он знал, что это все лишь иллюзии, но сейчас, как никогда, жаждел вновь испытать терпкое, ноющее чувство в груди, переходящее в волну мурашек и напряжение в области бедер. Потому играл в догонялки с разумом, что, опережая тело, уже мчался по ночным улицам и уже держал Еву за талию, крепко прижав к себе.

“Нет, пора остановиться”, – выдохнув, сказал Хейз. – “Я хочу видеть ее перед собой. Еще лучше – “под”, а не вожделеть свои фантазии, как какой-то псих. Пусть в этом папаша победит. Я сделаю ему одолжение. Вдруг девчонка окажется не так хороша, и через час я вернусь домой, а завтра забуду про нее…”.

Дилан и правда сожалел, что любовница не вызывала в нем такой животный азарт, способный вырвать из мозга привычку анализировать каждую мелочь. В этом случае он с радостью остался бы с ней и никогда не задумался об измене. Но вместо этого быстро пригладил волосы, оделся и вызвал такси, собираясь получить желанный приз от незнакомки, заставившей его окончательно сдаться воле случая.

30 минут спустя.

г. Чикаго, ул. Но́рт Ди́рборн, ночной клуб “Tao Chicago”.

Попросив таксиста остановиться у аллеи в виде арок в японском стиле, Дилан недовольно оценил толпу у входа, расплатился и решительным шагом направился в клуб.

Конечно, вид респектабельного красивого мужчины сразу же привлек внимание охотниц. Но, к их досаде, Хейз прибыл сюда не ради веселья. Потому лишь вскользь осмотрел каждую из них и начал уверенно расталкивать плечами ожидающих, пока не добрался до высокого мускулистого охранника, преградившего ему путь.

– Какой прыткий, – прохрипел тот, осмотрев Дилана сверху вниз. – В зале нет мест, так что придется подождать.

– Я не собираюсь ждать, – ухмыльнулся Хейз.

– Правила написаны для всех. Для пижонов в том числе.

– Значит, владелец похвалит тебя за то, что ваши долбанные правила лишили заведение приличной выручки, а заодно ценных клиентов из Sparks IC, – продолжил гость, показав визитную карточку. – Одно лишь слово, и никто из них больше не переступит порог этого места. Видишь, что здесь написано? Или прочесть по слогам? Ди-лан Хейз – ди-рек-тор по ин-вес-ти-циям…

Самоуверенность Дилана жутко не понравилась секьюрити, ведь он всерьез считал себя заместителем Бога, привыкшим решать, кому повезет, а кто проведет в ожидании половину ночи. И тем не менее, ему не оставалось ничего, как пропустить Хейза под неодобрительный свист и возгласы толпы. За что тот отблагодарил его приличной суммой, небрежно вложив ее в карман рубашки вместе с платой за проход.

Деньги никогда не были проблемой для лучшего аналитика Чикаго, потому что являлись не целью, как у большинства, а средством, открывающим все двери. Вот и сейчас они помогли ему проникнуть в зал в обход обывателей, но, к несчастью, внутри и правда не оказалось свободного места.

Вестибюль, ресторан и лаунж-зона были заполнены людьми, которые неспешно перемещались между разными частями клуба. Большинство из них стремилось попасть на танцпол и, вдыхая спертый воздух вместе с ароматами азиатской кухни, продолжить веселье. Что создавало огромную толчею в центре зала и вынуждало Хейза отчаянно искать хотя бы один укромный уголок.

Так, в поисках “безопасного места”, он сделал несколько кругов, постоянно сталкиваясь с гостями, официантами и широкими деревянными балками второго уровня. Яркий блеск софитов то и дело слепил глаза, из-за чего Хейз вскоре потерял ориентиры, но удача снова улыбнулась ему, когда в дальнем углу он смог разглядеть маленький диван и занять его, опередив нескольких мужчин.

Пару минут он наблюдал из сумрака за происходящим в зале. Вглядывался в лица, что сейчас выглядели, как одно размытое бледное пятно. Но все изменилось, когда среди толпы мелькнул знакомый силуэт блондинки в красном, намертво приковав к себе его напряженный взгляд.

“Я все-таки нашел ее…Теперь Ева не сможет сбежать, потому что нужна мне так же, как и я ей”, – прошептал Дилан.

Deepest blue, Joel Edwards, Matt Schwartz – Give it away (Acoustic)

Несмотря на безжалостный ритм электронной музыки, она скользила по танцполу с закрытыми глазами и излучала такое спокойствие, будто внутри нее играла совсем другая мелодия. А этот миг, как и забитый под завязку шумный клуб, принадлежал только ей одной. Множество мужчин ловило каждое ее движение и стремилось подобраться поближе, но она сразу отдалялась, будто хранила себя лишь для одного из них – Дилана.

Ему очень хотелось в это верить. Хотя бы сейчас, когда его тело само двигалось навстречу своему видению, теряя опору под ногами и изгоняя воздух из легких. С каждым шагом ощущение единства между ним и Евой все больше захватывало разум, меняя реальность и оставляя сладкий привкус предстоящей встречи. Однако Хейз не знал, позволит ли она коснуться себя или так и будет безжалостно искушать его на расстоянии.

Не знал, но продолжал идти, пока запах духов не окутал его дурманом, а кончики пальцев не скользнули по изящной спине блондинки, осторожно отодвинув светлые локоны.

Конечно, она сразу почувствовала его горячее дыхание на шее, вздрогнула, но не воспротивилась, а лишь сильнее сжала ладони поклонника, сразив его блеском манящих глаз. А после Дилан понял, что все потеряло значение: время, шантаж отца, вина и даже игра, которую он не мог остановить. Остались лишь они, связанные диким стуком сердца и острой жаждой плотнее прижаться друг к другу.

Ведомый неистовым порывом, Хейз обхватил бедра Евы и продолжил чувственный танец, жадно глотая воздух после каждого поцелуя ее хрупких плеч. С каждой секундой жжение в груди становилось все сильнее, напряжение – невыносимее, но он все еще не мог переступить через последнюю черту. И только, когда блондинка первой разрушила ее, впившись поцелуем в дрожащие от страсти губы Дилана, он, наконец, освободился. Подхватил ее и, скрывшись в темноте дальней части зала, прижал к стене.

Выпустив внутреннего зверя, Хейз больше не контролировал себя. Его руки бессовестно скользили под шелковым платьем и обжигали теплом нежную кожу Евы. Поднимались к вершинам возбужденной груди, сжимали, теребили и ласкали ее, а затем медленно спускались к мягкому кружеву трусиков, выдавливая из любовницы все более громкий и протяжный стон.

Она совершенно не скрывала его, явно стремясь еще сильнее разжечь пламя в поклоннике. И Дилан раз за разом следовал за этой хитроумной манипуляцией, потому что отныне не мог представить себя оторванным от глаз, губ и изгибов тела единственной женщины, которую видел среди огромной шумной толпы.

А может быть, и целого мира.

Глава 10

г. Чикаго, авеню Южный Мичиган, отель “Хилтон”, номер 1318.

17 июня 2025 г., 10:30.

Неприятный писк смартфона вырвал Хейза из сна, когда рабочий день уже был в разгаре. Но в этот раз это был не звонок и не сообщение приятеля, а будильник, заботливо поставленный Евой именно на этот час.

Отключив его, Дилан приподнялся и сквозь головную боль и резь в глазах попытался понять, где находится. Но воспоминания, как назло, не хотели возвращаться к нему. Так что он вновь рухнул на кровать и несколько минут смотрел в потолок, прислушиваясь к гулу мегаполиса и шагам постояльцев, раздающихся за дверью.

“Что вчера произошло? – хриплым голосом спросил он вслух, стараясь ухватиться за единственный клочок, оставшийся от прошлой ночи. – “Я пришел в клуб и встретился с Евой…Мы приехали сюда, а после…Что было после?”.

Ответ пришел очень быстро, но найти его помог не вернувшийся разум, а наблюдательность и положение, в котором находился Хейз.

Он очнулся обнаженным, а на его груди виднелись легкие царапины от женских ногтей. В то время как следы от губной помады тянулись от плеч и терялись под складками одеяла.

Приподняв его, Дилан убедился, что происходящее не сон и этой ночью он точно побывал между адом и раем. Но что именно Ева делала с ним все так же оставалось за пеленой, окутавшей разум.

“Почему я нихрена не помню?” – продолжал вопрошать он и попытался встать, однако ноющая боль во всем теле позволила сделать лишь пару шагов до ближайшего кресла, рядом с которым стоял маленький столик с двумя бокалами и открытой бутылкой вермута. – “Судя по всему, я набрался и пустился во все тяжкие…Черт…Придется оправдываться перед Бэк и Советом, почему я не приехал в офис вовремя…Поверить не могу”, – посмеялся он. – “Эта женщина и правда заставляет меня творить какой-то бред”.

Новая попытка подняться и хотя бы накинуть халат закончилась тем же, что и первая – полнейшим фиаско. Ноги предательски подкашивались и напрочь отказывались подчиняться, будто Дилан провел ночь не в объятиях страстной любовницы, а тренировался в зале или пробежал марафон. Тем не менее, когда смартфон снова разразился громкой мелодией, Хейз нашел в себе силы дотянуться до него и принять звонок.

– Как поживаешь, сын? – заискивающим голосом произнес Ричард.

– А я все думал, когда ты позвонишь. Решил убедиться, работает ли твой план? Так вот, у тебя ничего…– резко ответил Дилан и замер из-за волны мурашек, вызванных внезапным прозрением.

Оно застало Хейза врасплох, когда его уставший взгляд случайно зацепился за красную атласную ленту, лежащую неподалеку от кровати. К тому же эффекту привели кружевные трусики, оставленные Евой в кармане халата. А после пазл начал складываться в совершенно невозможную картину, где каждая вещь, звук и запах вызывал яркие всполохи, в которых не было ничего, кроме похоти и разврата.

Это был не просто секс, а соитие тел, жаждущих преодолеть все условности и запреты. Они сплетались в каждом уголке номера, боролись и уступали друг другу. Вязали узлы, пленили и кричали. Ласкали и мучили. Любили и ненавидели. А затем содрогались в мощных конвульсиях, чтобы вскоре преодолеть очередную вершину порочности.

“Дилан, ты меня слышишь?” – сквозь туман сознания доносилось в телефоне. Только он почти не слышал отца, потому что в этот миг все еще находился между упругими бедрами любовницы и страстно покусывал ее шею и грудь.

“У тебя все в порядке?” – неслось снова. Но и эти слова мгновенно терялись среди белых простыней и сдавленных криков Евы.

Казалось, ничто не могло вернуть Дилана к неприятному разговору с отцом. Заменить то безумное, всепоглощающее дежавю, что сейчас владело его телом, сознанием и сердцем. И все же, у Ричарда, как у опытного стратега, получилось захватить внимание сына короткой, но емкой фразой: “Ты победил”, а дальнейшее за него сделало чрезмерно раздутое эго младшего Хейза.

– Что? – не веря в признание отца, переспросил он, мгновенно вернувшись в гостиничный номер. – Решил поиздеваться?

– Я говорю серьезно, Дилан. Ты победил, – без доли иронии повторил Ричард. – Раскусил мой план, сделал, как считаешь нужным и…добился своего. Поздравляю.

Услышав заветные слова, Хейз сперва почувствовал облегчение. Все шло так, как он задумал. Главный заговорщик признал его правоту и капитулировал, а место исполнительного директора вновь замаячило на горизонте. Однако среди блеска внезапной победы в душе Дилана ширилась дыра, ведь он не хотел возвращаться к прежней жизни. А страстно желал остаться “на вершине”, скрыв признательность отцу, и при этом продолжить встречи с Евой.

Таков был его новый план. И он, несмотря на раздражение, заставлял Дилана подбирать слова и искать выход.

– Быстро же ты сдался, – спокойно ответил он, стараясь не произнести лишнего. – Столько усилий и напрасно…Даже не верится.

– Я ошибся. Ты сделал выбор, и я уважаю его, – иронично произнес Ричард, вызвав в сыне первые сомнения. – Немногие из нас предпочли бы карьеру в обмен на жизнь. Меркантильную стерву вместо теплой жизнерадостной женщины. Но будь по-твоему.

– Что ты несешь? – в смятении спросил Дилан.

– Сегодня я возвращаюсь в Чикаго и жду вас с Бэк у себя. Часов в 7-мь. Я дал распоряжение помощнице, чтобы она оповестила Совет и организовала торжественный ужин, посвященный вашей помолвке.

– Ты прекрасно знаешь, зачем я послал это сообщение! – вскрикнул Хейз, мысленно отправляя в отца тысячи ножей.

– Знаю. И даже лучше, чем ты сам…Но если не придешь, все сочтут тебя трусом, сын. И ты никогда не станешь исполнительным директором. В лучшем случае, останешься на своем месте и до старости будешь доказывать всем, какой ты крутой аналитик, а в худшем…Здесь слишком много вариантов, чтобы терять время на их перечисление.

– Престарелый ублюдок! Ты придумал это с самого начала!

– Тебе пора понять – как бы хорош ты не был, играть во взрослые игры, можно только с тузом в рукаве. Но раз уж начал, держи слово. Решение принято, приглашения разосланы, и в них ясно написано: “ужин в честь помолвки моего сына…”. Поэтому тебе решать, что будет дальше – привычная жизнь, которую ты так защищал, или старт с нуля.

– С нуля? – протянул Хейз, сжав телефон с такой силой, будто хотел расплющить его. – Я отомщу тебе! Будь уверен.

– Вот и хорошо. Я знал, что мы договоримся.