Джульетта Кросс
Волк одичал

Посвящается Джессен

Без тебя не было бы этой книги, и ты это знаешь. Люблю тебя, дорогая

Juliette Cross

Wolf Gone Wild

Серия «Зачарованные любовью»

Печатается с разрешения автора и литературных агентств BookEnds Literary Agency и Nova Littera SIA

Перевод с английского Гришина Ирина

Copyright © Juliette Cross, 2023

© Гришина И., перевод, 2025

© ООО «Издательство АСТ» 2025

Глава 1
Матео

– Вам налить еще пива?

Если бы оно помогало, я бы заказал еще сто кружек. Но толку от него не было. Меня ничего не брало. Становилось только хуже.

Тот качок около барной стойки снова на нас пялится.

Пожалуйста, помолчи хотя бы пять минут. Мне нужно подумать.

Продолжай глазеть, придурок. Я разукрашу твою физиономию так, что мало не покажется.

Господи. Сегодня он болтал без умолку. Его животные инстинкты просто били ключом. Хорошо, что сейчас он больше хотел подраться, чем заняться сексом. Задиристый нрав волка доставлял мне меньше хлопот, чем его постоянные требования найти ему женщину. И на том спасибо, как говорится.

Смотри! Кажется, он направляется к нам. Сам нарывается. Отлично. Будем драться.

Он идет на выход. Успокойся.

Следуй за ним.

– Сэр? – Молодая официантка посмотрела на меня настороженно. Оно и понятно почему.

– Нет. – У меня дернулся глаз. – Спасибо. – Я достал из кармана двадцатку, положил деньги на стол, а затем направился к выходу.

Так держать. Сейчас мы сотрем ухмылку с его лица.

Он не ухмылялся. Тебе, как обычно, показалось.

Мне показалось, что ему надо выбить зубы. Я готов это сделать.

Выйдя на улицу, я осмотрелся – мало ли, вдруг Альфа был прав и тот парень из бара действительно поджидал нас снаружи. Из-за Альфы у меня разыгралась паранойя. Нервы ни к черту.

Возможно, волк действительно испытывал острую необходимость размять свои и чужие косточки, но я-то нет. Я больше не мог откладывать решение проблемы на потом. Тот парень, что, по мнению Альфы, нарывался в баре на неприятности, не обращал на нас никакого внимания – он был увлечен разговором с какой-то девушкой. Я быстро зашагал по Мэгэзин-стрит в противоположную от них сторону.

Черт побери, ты не туда идешь!

Я иду туда, куда мне нужно. Нет времени устраивать потасовки на улице, у нас есть важное дело.

В моей голове хрипло фыркнули.

Да ну? И что это за дело?

Мы идем на встречу с ведьмой.

Может, ты и трус, но явно не дурак. Ты абсолютно прав, женщина поможет нам снять напряжение.

Началось.

Надеюсь, она окажется фигуристой. Нужно же мне за что-то держаться во время…

Когда я пересек улицу, мне вслед просигналил автомобиль. Некоторые бары уже закрывали свои двери для посетителей, но ночная жизнь в городе только начиналась.

Все сверхъестественные существа Нового Орлеана знали, кто такие сестры Савуа, но я с ними ни разу не встречался. Они обладали уникальными способностями, и сверхъестественные, попав в беду, всегда обращались к ним за помощью. Иногда к ним приходили и люди. Немногие, знавшие о существовании таких, как мы. Сейчас я отдал бы что угодно, лишь бы сестры мне помогли. Заложил бы свою художественную галерею или даже собственный дом. Я также слышал, что эти ведьмы справедливы. А одна из них была разрушительницей заклятий. Именно с ней я и искал встречи.

Я замедлил шаг, когда поравнялся с магазином «Редкие книги и снадобья от Рубена». В столь поздний час книжный, конечно, был закрыт, но за углом, в переулке, толпилась пестрая публика. Красивые женщины шли под руку с нечеловечески идеальными мужчинами – их путь лежал в «Зеленый свет». Удивительно красивая, облаченная в розовое латексное платье блондинка, словно сошедшая с открытки в стиле пин-ап, хрипло рассмеялась. Вампирша. По залитому светом переулку она вела свою добычу к черному входу.

Высокий темноволосый парень, прислонившийся к углу здания, курил сигарету и, казалось, проявлял мало интереса к происходящему. Но он явно стоял здесь не просто так. Он работал на Рубена, короля Вампирского ковена Нового Орлеана. Я сразу понял, кто он такой. Мой разум захлестнула волна мрачных мыслей.

Альфа мягко зарычал, ощущая присутствие мрачного жнеца. Мы звали их гримами[1]. Не потому, что они сопровождали души умерших в загробный мир, а потому, что вокруг них витала мрачная аура – под ее воздействием люди начинали предаваться соблазнам и прислушиваться к тем глубинным желаниям, которые в обычной жизни они всячески старались подавлять.

Существовало четыре вида сверхъестественных существ. Самой загадочной силой обладали гримы. Мой двоюродный брат Нико рассказывал, что однажды видел в Хьюстоне шестерых гримов – они появились возле многоквартирного дома, когда там начался пожар. Они проскользнули в дом, незамеченные пожарными. Нико тогда подумал, что, возможно, они и правда сопровождают души умерших в загробный мир, ведь в огне погибло несколько человек. Кто знает? О себе гримы не особенно распространялись, но каким-то невероятным образом о других они знали практически все.

Дежурить рядом с вампирским логовом – работа как раз для грима. Сверхъестественный закон гласил, что жертва должна добровольно делиться своей кровью с вампиром. Под воздействием ауры, исходившей от грима, люди испытывали нестерпимое желание поддаться похоти и отправиться навстречу опасным приключениям – так их и затягивало в вампирские сети.

Большинство обычных людей не подозревали о том, что сверхъестественные существа живут с ними бок о бок. Хотя некоторые догадывались. Но они предпочитали помалкивать – из страха, из уважения, а возможно, и по той и по другой причине.

Мне не хотелось вторгаться в личное пространство грима, но если кто и владел нужной мне информацией, то это был он. Я не представлял, которая из сестер была разрушительницей заклятий, но он-то должен быть в курсе.

– Привет. Ты знаешь сестер Савуа?

Помедлив с ответом, грим с наслаждением затянулся сигаретой. У него были заостренные черты лица и не менее острый ум, судя по проницательному взгляду его карих, почти черных, глаз, который, казалось, пронзал собеседника насквозь.

– Нет. Я не знаю сестер Савуа. – Он оценивающе оглядел меня с ног до головы и стряхнул пепел на тротуар. – Но мне кое-что известно о них.

Умник нашелся. Разбей ему нос.

Заткнись.

– Знаешь что-нибудь о разрушительнице заклятий?

Грим посмотрел на меня с притворным безразличием. От взгляда его темных глаз ничего не ускользало: этот парень был наблюдательным, расчетливым и запоминал все, что видел. Он, скорее всего, знал о людях, проживавших рядом с Мэгэзин-стрит, больше, чем кто бы то ни было.

– Младшая сестра, Эвелин. Рыженькая. Интересная. Специалист по снятию проклятий. Согласно базе данных Ведьмовского ковена, помогает в десяти случаях из десяти. Работает в «Котле» четыре или пять раз в неделю, владельцами этого бара являются сами сестры Савуа. – Он посмотрел куда-то вверх и прищурился, словно пытаясь что-то вспомнить. – Мне кажется, сегодня бар закрывает не она.

Ого.

– У тебя есть доступ к их базе данных?

Грим пожал плечами, не удостоив меня ответом, и, слегка прикрыв глаза, продолжил наблюдать за прохожими. Делиться какой бы то ни было информацией он явно больше не желал.

– Оживленно у тебя здесь. – Я кивнул в сторону переулка.

Сделав последнюю затяжку, он затушил сигарету о кирпичную стену.

– Другим гримам иногда достается работенка и похуже. – В его голосе завибрировали низкие угрожающие нотки.

Альфа на всякий случай зарычал.

– Да ну, – скорее утвердительно, чем вопросительно выдал я.

В общем-то, и так было понятно, о какой работенке он говорит. Но я совершенно точно не хотел углубляться в детали профессиональной деятельности гримов.

– Моя задача – стоять на углу улицы, курить сигареты, наблюдать за людьми и получать за это сто пятьдесят долларов в час. Не работа, а мечта.

Ничего себе! Рубен щедро платит. Я не был с ним знаком, но все в городе знали, кто такой Рубен. Приятно видеть, что он ценит своих подчиненных. Видимо, такой гонорар Рубен платил этому парню за то, что он предоставлял ему неограниченный доступ к обширной информационной базе в своей голове.

– Полагаю, я тебе что-то должен за предоставленные сведения… – Я потянулся за бумажником в заднем кармане джинсов.

– Оставь себе. – Он криво ухмыльнулся. – Теперь я в курсе, что оборотень собирается наведаться в «Котел». Считай, что мы в расчете.

Осклабившись, он покачал головой, а затем вытащил из кармана черных джинсов пачку сигарет.

– Как так?

Закуривая, он прищурился. Кончик сигареты засветился оранжевым, и лицо грима приобрело сочувственное выражение. Я испытал острое желание врезать ему.

Следуй своим инстинктам.

Мы не мигая уставились друг на друга. Должно быть, в моем взгляде промелькнуло что-то волчье. Чем дольше я находился рядом с гримом, тем больше я распалялся – у меня кулаки чесались подраться. Разгоряченная кровь бурлила в венах, доводя до исступления. Переминаясь с ноги на ногу, я держал руки в карманах, чтобы ненароком не сорваться.

Грим выпрямился, но провоцировать меня не стал. Правильно, нечего совершать глупости. Мы с ним были почти одного роста, однако он понятия не имел, с кем связался. Хотя, может, и догадывался. Возможно, он выпрямился, потому что хотел пуститься наутек – что ж, значит он был намного умнее, чем я предполагал.

Рискни, грим.

Наконец он заговорил. Его предупреждение звучало ровно и спокойно:

– Они не помогают волкам. Никогда не помогали.

Я кивнул, фокусируя свой взгляд на здании бара в конце улицы. Вот моя цель.

Хм-м-м. Рыжая. Люблю таких.

Если мы хотим, чтобы она нам помогла, тебе придется держать язык за зубами.

В моей голове раздался мрачный смешок.

Ладно. Выбора у меня не было. Кивнув гриму на прощание, я решительно направился в сторону «Котла».

Глава 2
Иви

Этого еще не хватало. Я отработала десятичасовую смену, какого-то мажора стошнило мне на ботинки; вдребезги пьяная девица, напрочь лишенная музыкального слуха, похабно исполняла на барной стойке Pour Some Sugar On Me[2]; а теперь еще какой-то оборотень пожаловал и принялся умолять меня снять с него заклятие.

Ладно, не какой-то оборотень, а довольно симпатичный оборотень. И, возможно, он не умолял. Вряд ли такой мужчина знает, как это делается. Но от одной мысли, что он меня умолял, дрожь пробежала по спине, а затем приятно отозвалась у меня между ног.

– Ты Эвелин, верно?

В моей голове прозвучало правило «Никаких оборотней», но хрипловатый баритон незнакомца сообщил моим девичьи местам о том, что это было глупое, очень глупое правило.

– Просто Иви. И да, это я. Но я сильно сомневаюсь, что на тебя наложили проклятие.

– А я уверен, что наложили.

Он что, рычит на меня?

– Слушай, человек-волк.

– Матео.

– Да без разницы. – Я запрыгнула на барную стойку. Сидя на ней, крутанулась и, свесив ноги, оказалась с ним лицом к лицу. – Я бы хотела помочь, но правила есть правила. Никаких оборотней. Извини.

Неважно, что он был очень красивый. У него были задумчивые выразительные глаза и непослушные волосы, спускавшиеся чуть ниже идеально очерченной линии челюсти. Но Джулс убьет меня, если я соглашусь помочь. Спрыгнув со стойки, я продолжила заниматься своими делами, стараясь не обращать внимания на мелькнувшее в его взгляде отчаяние. Джулс установила правила не просто так. Она была умной и осторожной. Она оберегала нас. С тех пор как мама, выйдя на пенсию, передала Джулс бразды правления Новым Орлеаном и уехала в Альпы вместе с папой, сестра относилась к своей работе очень серьезно. Поэтому я проигнорировала нахмурившегося оборотня – я видела, как плотно сжались его губы, но прошла мимо.

– Я готов заплатить, сколько скажешь.

Он следовал за мной по пятам, пока я переворачивала стулья и ставила их на барную стойку, чтобы уборщики могли навести здесь порядок после закрытия. Расположившийся за стойкой Джей-Джей протирал стаканы и с интересом поглядывал то на меня, то на оборотня – происходящее явно забавляло его. Приподняв идеальную бровь, он усмехнулся. Это могло означать что угодно. Например: «Какой красавчик, смотри не упусти его». Или: «Он опасен, держись от него подальше». Когда-нибудь я научусь правильно трактовать глубинный смысл выразительного молчания Джей-Джея.

– Слушай, дело не в деньгах. – Я поставила третий стул на стойку и почувствовала, как широкая ладонь гостя сжалась на моем предплечье.

– Пожалуйста.

Я резко повернула голову в его сторону, и мои волосы, затянутые в тугой высокий хвост, со свистом очертили в воздухе полукруг. Я выразительно посмотрела на собственную руку, и только тогда он разжал свои пальцы.

– Извини, – пробормотал он. – Мне просто… нужна помощь.

Итак, теперь он точно был готов умолять. Его глаза попеременно светились то орехово-золотым, то холодно-коричневым цветом – да, похоже, в них действительно было что-то сверхъестественное. Это меня насторожило, признаю. Но правила есть правила.

Я уперлась рукой в бок и посмотрела в окно: несмотря на поздний час, на улице было оживленно. Мы закрывали «Котел» в полночь, но другие заведения на Мэгэзин-стрит продолжали работать.

Прикусив губу, я обернулась:

– Ты говорил об этом со своими?

– Со своими?

– Да, с оборотнями. Ликантропами. Со своей семьей.

– У меня нет семьи.

– Как, совсем?

– Совсем.

– Совсем-совсем?

– Разве я непонятно выражаюсь?

Он еще сильнее насупился, а его голос зазвучал так низко, будто он вот-вот зарычит. Именно из-за таких перепадов настроения Джулс ввела правило «Никаких оборотней», но озвучивать эту мысль вслух я не стала.

Прикусив верхнюю губу, я принялась размышлять. Оборотень как-то неестественно замер, словно кто-то нажал на паузу. Такое остановившееся выражение лица я уже замечала у вампиров, когда те пристально следили за окружающими. Мне стало не по себе. Я хотела было повторить, что не смогу помочь, и думала посоветовать ему обратиться к другим оборотням, но не успела. Парень, до этого сидевший в углу бара и явно перебравший наших коктейлей «Олд фешен» с красным апельсином[3], со всего размаху толкнул Матео в спину.

Я и глазом моргнуть не успела, как человек-волк схватил парня за горло и пригвоздил к столешнице.

В груди оборотня нарастал угрожающий рык, и мои руки покрылись мурашками. И тогда я поняла, что он не просто угрожал. Он пытался придушить пьяного парня.

– Спокойно, спокойно, спокойно. – Я медленно подкралась к оборотню и положила руку ему на предплечье. Стоит отметить, предплечье было мускулистое, с выпуклыми венами.

Перепрыгнув через стойку, Джей-Джей на всех парах помчался к нам. Из-за этого оборотень зарычал еще громче, но парня, которого душил, так и не отпустил. Я помотала головой, глядя на Джей-Джея. Он замер на полпути и с расстояния уставился на нас.

– Тише, тише, тише, – мягко обратилась я к рассвирепевшему мужчине, собиравшемуся совершить убийство в нашем баре.

Я аккуратно протиснулась между ним и столешницей и положила обе ладони ему на грудь. Я почувствовала, как того трясет от гнева, и у меня перехватило дыхание. Он был такой горячий. Не просто очень сексуальный. А сексуальный и разгоряченный, как грозный вулкан, извергающий лаву. Прошипев сквозь зубы заклинание, я направила в него мягкий магический заряд – такой прием я обычно использовала, когда мне нужно было сдвинуть с места предмет с помощью телекинеза. Импульс не подействовал, оборотень так и остался стоять на месте, а вот его злобный взгляд теперь был обращен не к перебравшему парню, а ко мне.

– Матео, – мягко продолжила я. – Отпусти его. Ты же не хочешь навредить ему.

Его огненно-золотистые глаза вспыхнули, и он, резко вздрогнув, отпустил парня. Повернувшись к стене, уперся в нее руками и, низко опустив голову, стал жадно глотать воздух. Его темные волосы закрывали лицо.

Прикосновение было мимолетным, но я почувствовала кое-что. Тяжелее всего было принять волну болезненного отчаяния, которая, зародившись внутри него, буквально разрывала оборотня на части. Моя сестра Клара умела читать эмоции других людей, но я не обладала таким даром. Тем не менее мне было очевидно, что этот мужчина страдает. И очень сильно. Что я за ведьма такая, если отвернусь от человека, попавшего в беду? К тому же, скорее всего, я единственная, кто в состоянии ему помочь.

– Джей-Джей, – спокойно сказала я, кивая в сторону пьяного парня, – помоги ему вызвать такси, пусть едет домой.

– В чем дело? – заплетающимся языком спросил перебравший парень, потирая шею и выпрямляя спину. Кажется, он даже не понял, что пару секунд назад его чуть не прикончили.

– Ты уверена? Может быть, не оставлять тебя здесь одну? – спросил Джей-Джей. Он сжал кулаки и тем самым напомнил мне, почему подрабатывает у нас еще и вышибалой.

– Не беспокойся. – Я посмотрела на широкую спину Матео, который продолжал глубоко дышать. Он был почти два метра ростом, но сейчас сильно сгорбился. Ему было нехорошо. И он сожалел о произошедшем. – Все нормально.

Джей-Джей задержался на мгновение, затем поставил на ноги пьяного парня и выпроводил его за дверь. Вайолет ушла пораньше, так что сегодня бар должны были закрывать мы с Джей-Джеем. Я осталась с оборотнем один на один, и это должно было пугать до чертиков. Но мне почему-то не было страшно. Да, он поддался своим звериным инстинктам – однако мне показалось, что по натуре он не был агрессивным, просто страдания причиняли ему нестерпимую боль. Вздохнув, я приняла решение.

– Матео?

Он медленно расправил мускулистые плечи – значит, услышал меня. Оттолкнувшись от стены, он откашлялся и повернулся ко мне. Его руки безвольно повисли вдоль тела, взгляд был устремлен в пол.

– Прости. Подобное поведение неприемлемо.

– Да, – мягко согласилась я. – Ты потерял над собой контроль.

Кивнув, он наконец оторвал взгляд от пола. Его карие глаза теперь смотрели на меня. Я думала, что в них будет пламенеть ярость, но от нее не осталось и следа – в его взгляде я прочитала лишь глубокую печаль. Ту самую, которую почувствовала, когда прикоснулась к нему.

– Часто с тобой такое происходит? – с сочувствием спросила я.

– Никогда. Раньше такого никогда не происходило. Мне нужна… помощь. – Казалось, что это признание далось ему с трудом. А в помощи – и не малой – он действительно нуждался.

У меня даже кольнуло в груди.

– Ну да.

Я мягко улыбнулась ему, но Матео оставил мою улыбку без ответа – судя по напряжению, которое сквозило в его лице, он все еще испытывал мучительный стыд. Если я соглашусь ему помочь, сестра всыпет мне по первое число. Неожиданно я вспомнила маму.

– Хорошая ведьма видит правду, принимает добро и чтит свой дар.

– Но как мне чтить свой дар? – спросила я.

Она мягко взяла меня за подбородок и одарила мудрой материнской улыбкой.

– Делиться им. С теми, кто в нем нуждается.

Я вновь взглянула на оборотня. Решение принято.

– Ладно, пойдем со мной.

Я протиснулась между столиками, прошла за барную стойку и направилась к выходу. Я шла, не оглядываясь, – и так знала, что оборотень следует за мной. Я чувствовала его. У этого оборотня была тяжелая аура. Хотя «тяжелая» не совсем верное слово, скорее «мощная». Так или иначе, ощущение было такое, словно мою спину обжигало пламенем. Мы прошли через пустую темную кухню, мимо кладовки – к выходу на улицу. Я сняла ключ с цепочки, которая висела на моем ремне, и отворила дверь.

Придерживая ее, я пропустила Матео вперед. Он вышел на улицу и засунул руки в передние карманы своих джинсов. Видимо, он думал, что так выглядит более безобидно. От этой мысли я хихикнула и закрыла за нами дверь. Как бы он ни старался казаться безобидным, таковым его точно не назовешь. Я только что своими глазами видела, на что он способен. К тому же сейчас он был похож на искрящийся электричеством громоотвод, в который попало двадцать молний.

– Что тебя так забавляет? – спросил Матео, вновь нахмурившись.

– Да ничего.

– Может, расскажешь?

Он шел рядом, пока мы двигались по переулку, который отделял «Котел» от нашего магазинчика «Мистика у Мэйбелл», расположенного на углу. Дом, в котором мы жили, тоже находился по соседству – всего в нескольких минутах ходьбы, через перекресток.

На улице было все еще жарко, но уже не так влажно – все-таки близился конец октября. Здесь нужно пояснить: прогулки по городу больше не ощущались как заплыв по тарелке с супом. По степени влажности воздух на улице теперь скорее напоминал собачье дыхание. Со дня на день должен был прийти холодный фронт, а вместе с ним – и долгожданная прохлада. Но наши молитвы пока не были услышаны, поэтому мы продолжали плавиться здесь, как в Мордоре.

– Хм-м-м. Дай-ка подумать…

На тротуарах все еще толпились люди, но свет уличных фонарей давал им ощущение безопасности. Это ощущение, правда, было мнимым – никакой свет не спасет, если парню, который идет рядом со мной, взбредет в голову разорвать человека на куски. Его настороженный взгляд перемещался с одного прохожего на другого.

– На работе был тяжелый день, а перед самым закрытием в бар заявился оборотень, который считает, что он проклят…

– Я действительно проклят.

– Умоляет меня помочь ему. Но когда получает отказ, решает умертвить одного из наших посетителей.

– Я не собирался его умерщвлять.

– Уверен? – спросила я совершенно серьезно.

В ответ – тишина. Матео посмотрел куда-то в сторону, темные пряди волос упали ему на глаза. Эх. Мы остановились перед железными воротами, за которыми виднелась парадная дверь – вход в наш дом. И только теперь он наконец повернулся ко мне лицом. Смерив меня взглядом с головы до пят, он задержался на моей груди. Что именно привлекло его внимание, я точно не знала: моя упругая грудь или футболка с черным котом. Кот держал в зубах человеческую кость, а надпись сверху гласила: «Выгуливаю хозяина».

Я надеялась, что сейчас Матео наконец-то улыбнется, но вместо этого он глянул на меня как на сумасшедшую (что ж, не он первый, не он последний) и вздрогнул, как в баре, когда словно пытался пробудиться от дурного сна. Не на такую реакцию обычно рассчитывает девушка, демонстрируя симпатичному парню свои прелести.

– Ты в порядке?

Матео плотно сжал губы, на скулах заходили желваки, затем он сказал:

– Ты даже не представляешь, что со мной творится из-за того, что я не могу обратиться.

Я живо вспомнила, как он прижал того парня к столешнице и попытался придушить его одной рукой.

– Мне кажется, я имею некоторое представление.

– Мне жизненно необходимо выпустить волка наружу.

Его лицо вновь исказилось от боли. Во взгляде читалась немая мольба. Ему уже не нужно было меня убеждать, я и так решила ему помочь, но вслух пока в этом не призналась. Очевидно, что Матео не лгал и не преувеличивал. Ему и правда была нужна моя помощь, и я решила прислушаться к своему внутреннему чутью. А не к правилам Джулс.

Сдержанно кивнув, я отворила железные ворота. Мы поднялись по ступенькам на крыльцо, и я предложила ему зайти в дом. Должно быть, я сошла с ума.

Из кабинета Джулс, как обычно, доносилась тихая музыка, под которую она занималась своими делами. Матео проследовал за мной в прихожую, затем мы миновали скромный кабинет и арку, которая вела в просторную гостиную и кухню. Мы продолжили путь по коридору в кабинет, из которого доносилась музыка. Похоже, в главной части дома сейчас находилась только Джулс.

Клара и Вайолет, видимо, легли спать в бывшей каретной, располагавшейся за гаражом. Иначе я бы застала их на кухне возле холодильника. Изадора и Ливви были в отъезде. Стало быть, Джулс сейчас одна. Хорошо. По моей вине вот-вот разразится скандал, и я не хотела, чтобы сестра отчитывала меня при свидетелях.

У входа в кабинет я резко остановилась, прислушиваясь к музыке. В коридор просачивались звуки волынки, флейты, ударных инструментов и кельтской арфы – играла ритмичная мелодия любимого фолк-коллектива моей сестры. Что ж, это хороший знак. Если бы из динамиков доносилось горловое пение той монгольской метал-группы, исполняющей песню о сокрушении врагов, я бы вытолкала оборотня за дверь и предложила ему зайти завтра.

Глубоко вздохнув, я посмотрела на Матео. Он был на голову выше меня и стоял очень близко.

– Твое дело – помалкивать. Можно только отвечать на вопросы. Мои или Джулс.

– Это еще почему?

– Потому что моя сестра не любит работать с такими, как ты. А еще она Сифон.

Он вздрогнул от этих слов. Да. Сифоны, также известные как Стража, обладали большей силой, чем Обнуляющие ведьмы, которые умели замораживать сверхъестественные силы других существ. Джулс могла не просто заморозить силы. Она могла забрать их. Навсегда. Сифон был существом куда более могущественным, чем столетний вампир. Вот почему Новым Орлеаном правил наш Ведьмовский ковен, а не Рубен Дюбуа, повелитель вампиров этого города.

Матео посмотрел в сторону открытой двери, его била крупная дрожь. Проклятие любого оборотня состояло в том, что ни при каких обстоятельствах он не может избавиться от заточенного внутри него зверя. Однако он мог лишиться сверхъестественных способностей, которые приходят вместе с проклятием. Необычайной силы и скорости, более продолжительной жизни, а также творческого дара, который каждый оборотень непременно получал в дополнение к волчьей сущности.

Делая вид, будто ничего особенного сегодня не произошло, я вошла в святыню своей старшей сестры, натянув на лицо самую беспечную и жизнерадостную улыбку, на которую была способна. Джулс уютно расположилась на козетке около окна, поджав колени, на которых лежала открытая книга. На столике рядом стоял бокал красного вина. Как только мы вошли в кабинет, она оторвалась от книги и уставилась – нет, не на меня, а на оборотня у меня за спиной.

Капитулируя, я подняла руки вверх.

– Подожди, ничего не говори. Позволь мне все объяснить.

В первый момент она даже не сдвинулась с места. Ее голубые глаза со стальным отливом посмотрели сначала на Матео, потом на меня, затем снова на него. С напускным безразличием она захлопнула книгу и, отложив ее в сторону, встала, скрестив руки на груди. Из шести сестер она была самой субтильной и невысокой. Джулс носила короткое прямое каре, мягко обрамлявшее ее четко очерченные скулы и острый подбородок. Прическа, правда, не придавала мягкости ее взгляду – в глазах сестры отчетливо читалось: «Тебе конец».

– Джулс, познакомься, это Матео. Он…

– Я знаю, кто он. Что он делает в нашем доме?

Код «красный», Джулс включила материнский тон. Ладно, по крайней мере, она не стала с ходу вопить как сирена.

– Он говорит, что на него наложили заклятие, которое не дает ему обернуться в полнолуние. – Повернувшись лицом к Матео, я заметила, что его взгляд прикован к моей сестре. – Когда последний раз ты оборачивался волком?

– Три месяца назад.

В его голосе уже слышалось чуть меньше отчаяния, и я гадала, чем вызвана такая перемена. Вряд ли поведением моей на редкость неприветливой сестры.

Джулс, уставившись на нас, не произнесла ни слова, но я практически слышала, как скрипят ее мозги в попытке переварить услышанное. Она размышляла над тем, выставить оборотня за дверь сразу или все же сначала выслушать его. Каким-то чудом она выбрала второй вариант.

– Почему ты думаешь, что это заклятие, а не обычная спячка?

Матео издал звук, напоминавший нечто среднее между покашливанием и смешком.

– Я слышал, что волки иногда впадают в спячку. Но внутренний зверь тогда ведет себя тихо и не беспокоит оборотня. В моем случае все происходит совершенно иначе.

Его глаза вновь вспыхнули золотистым пламенем, в остальном же он продолжал сохранять спокойствие.

– То есть? – холодно поинтересовалась сестра.

– Меня беспокоят… примитивные нужды.

Я почти задрожала, услышав его откровенное признание. И да, каждое слово оборотень будто прорычал. Однако казалось, словно он что-то не договаривал.

– Джулс, – начала я серьезно, – сегодня вечером в баре его случайно толкнул один из клиентов, и Матео, взбесившись, с большим трудом смог вернуть контроль над собой. Мне кажется, оборотни не настолько агрессивны в обычной жизни. Хотя, надо признать, я ни с одним из них не знакома.

– Я не хочу никому навредить, – запротестовал он. – Такое чувство, будто у меня внутри стоит какой-то блок. Мой волк пытается вырваться наружу, но что-то удерживает его внутри. Это противоестественно. Единственное объяснение этому – на меня наложили проклятие.

– Он представляет угрозу для окружающих, – добавила я. – Мы должны хотя бы попытаться ему помочь. В противном случае ответственность ляжет и на нас. Если вдруг он сорвется.

Я предоставила Джулс возможность самой сделать дальнейшие выводы. Матео сверлил меня взглядом, но я намеренно не поднимала на него глаз.

– А что ты чувствуешь? – спросила сестра у меня.

В этом-то и была загвоздка.

– Я точно не знаю.

Когда он схватил меня за руку в баре, я почувствовала что-то, но не смогла определить, что именно.

– Ты пробовала исследовать его разум?

– Не очень глубоко, – ответила я тихо: мне было сложно признаться, что в баре Матео действительно меня напугал. Как я могла попросить его посмотреть мне в глаза и разрешить проникнуть в его разум, когда он душил одного из наших клиентов. Но если бы я сказала Джулс правду, она бы вряд ли стала нам сейчас помогать.

– Попробуй еще раз, – скомандовала она, кивая в сторону Матео. – Здесь и сейчас.

Ладненько. Я подошла к Матео и сделала глубокий вдох. Согнув руки в локтях, я развернула к нему свои ладони.

– Держи руки вот так и прикоснись своими ладонями к моим.

Он не стал задавать лишних вопросов и быстро сделал так, как ему было велено. Вот умница. Мы взялись за руки, и тепло, исходившее от его тела, волной прокатилось по кончикам моих пальцев и ладоням.

Глядя в его карие глаза, вновь замерцавшие огненно-золотым, я направила волну магии в его сторону. Нежно. Очень нежно. Но даже этого было достаточно, чтобы в его груди зародилась вибрация, за которой последовал грубый рык. Я знала, что он рычит в знак предупреждения и что мне стоит быть осторожнее, но против собственной воли я испытала восхитительное чувство, накрывшее меня с головой. Оно отозвалось приятным покалыванием в каждой клеточке моего тела, словно это был удар молнии. По коже побежали мурашки.

– Тихо-тихо, не дергайся, – прошептала я так, словно обращалась к раненому и до смерти напуганному зверю. – Я хочу лишь взглянуть.

Вот так обычно я и проверяла, не наложено ли на человека заклятие. Кончиками пальцев я втолкнула в него свою магию, выискивая следы магии чужеродной. Обычно я могла определить тип заклятия, а также понять, какая ведьма наложила его.

Иногда бывало, что в человека рикошетом отлетало заклятие, изначально предназначавшееся кому-то другому. Такое случалось редко, но все же случалось. Но даже в таких ситуациях я могла определить, с каким заклинанием мы имеем дело, и успешно рассеять чужеродную магию.

Но чем глубже я проникала в его разум, тем больше я чувствовала… сопротивление. Что-то отбрасывало мою магию назад, не позволяя ей проникнуть внутрь. Я не ощутила явных признаков колдовства – рассеянного электрического заряда, оставшегося от магии, которой здесь не должно было быть. Но я почувствовала присутствие могущественного существа, его волка; невидимое ограждение вокруг него и странную ауру, которая, отталкивая, не пускала меня внутрь.

Все это показалось мне очень странным. Заклятия обычно так не работали. Они от природы сами по себе не могли проявлять агрессию. Они просто находились внутри. Лежали, словно предмет на столе. Человек, оставивший на столе Матео предмет, явно добавил к заклинанию что-то еще. Не нравилось мне все это.

Матео зарычал еще глубже, и тогда, разжав пальцы, я сделала шаг назад. Вовсе не потому, что испугалась, – просто не хотела злить его внутреннего зверя.

На мгновение я просто застыла, глядя на Матео. Его глаза, сверкавшие до этого золотым, медленно приобретали свой привычный шоколадный оттенок. Грудь оборотня вздымалась и опускалась сильнее обычного, но в его взгляде я не увидела ни злости, ни ярости. Только удивление.

– Ну что? – спросила Джулс.

Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы переключить свое внимание на сестру.

– Да, внутри точно что-то есть. Но мне сложно сказать, что это за проклятие и какая ведьма могла его наложить, и я не знаю, предназначалось оно ему или кому-то другому. Все это очень… странно. – Я перевела взгляд на Матео. – Возможно, я просто мало знаю об оборотнях и свойственной им магии. Мне легче работать с людьми, другими ведьмами и даже вампирами. И мне кажется, что твой внутренний… волк по какой-то причине меня отталкивает.

Матео усмехнулся, но как-то безрадостно.

– Сомневаюсь, что тебя отталкивает мой волк.

Он пронзительно посмотрел на меня, и я вынуждена была признать его правоту. Значит, мы имеем дело с заклятием, подобных которому я раньше не встречала.

Джулс принялась изучать книжные полки, на которых громоздились книги о сверхъестественных существах: история происхождения, молот ведьм во времена Испанской инквизиции, заклинания, талисманы – в ее шкафу можно было найти практически любую литературу по этой теме. Я знала, какой том она искала, но вместо того, чтобы взять с полки нужную ей книгу, Джулс молча смотрела на нее добрых три минуты. Потом она развернулась к Матео – и я поняла, что она приняла решение.

– Может быть, кто-то желает тебе зла? Или затаил обиду?

Он провел рукой по волосам, взъерошив их еще больше, и ответил:

– Нет.

– Обычно мы не работаем с оборотнями, – сказала она будничным тоном.

Матео вздрогнул. Стараясь сохранять спокойствие, он сделал глубокий вдох, а затем сказал:

– Да, Иви говорила. – Переминаясь с ноги на ногу, он вытянул руки по швам. – Но я представляю опасность для окружающих, поэтому с меня необходимо снять заклятие.

– Понимаю.

Я потрясенно уставилась на сестру. Джулс обычно неукоснительно следовала правилам. Она подошла к нам поближе, ее руки все еще были скрещены на груди, но напряжения в ее позе больше не чувствовалось.

– Я не знаю, сможем ли мы тебе помочь, но я доверяю своей сестре. Если она считает, что ты опасен для окружающих, значит, так и есть. Мне нужно изучить кое-какие материалы, прежде чем мы продолжим наш разговор. – Кивнув в мою сторону, она добавила: – Иви тоже нужно подготовиться.

– Спасибо, – выдохнул наконец он. Повернувшись ко мне, с нажимом повторил: – Спасибо тебе.

Благодарность, адресованная мне, звучала более эмоционально и чувственно. Она была более личной. Уверена, она исходила и от человека, и от волка.

Стараясь унять дрожь, я сказала:

– Я провожу тебя. – И направилась к двери, пока Джулс не передумала.

Через коридор мы прошли к выходу и остановились у железных ворот. Засунув руки в задние карманы джинсов, я перекатывалась с пятки на носок.

– Тебе повезло. Сегодня она была в хорошем настроении.

Матео едва заметно усмехнулся.

– Это называется «хорошее настроение»?

– Не вздумай оскорблять мою сестру, – решила поддразнить его я. – Это моя прерогатива.

– Она всегда принимает решения за тебя?

– Нет. Она вмешивается только в тех случаях, когда беспокоится, что меня могут ненароком убить. – Я склонила голову набок, и мой хвостик лег на плечо. – В наше время нелегко быть ведьмой. Дело это опасное, а я всегда слишком…

Тут я прикусила язык. Мне почему-то хотелось излить душу мужчине, с которым я была едва знакома.

Он сделал шаг вперед и, наклонившись, встретился со мной взглядом.

– «Ты всегда слишком» что?

Пожав плечами, я неловко рассмеялась.

– Я всегда слишком быстро начинаю доверять людям. Так велико иногда желание помочь.

Его губы растянулись в широкой и доброжелательной улыбке, вынуждая меня восхититься его идеально ровными белыми зубами. Странно, что у оборотня такая красивая улыбка. Никаких желтых клыков или остатков пищи, с боем добытой в лесу, между зубов. Я даже засомневалась в том, что Матео оборотень. Выглядел он совсем не страшно.

– Не понимаю, как это может мешать делу. Вряд ли умение доверять людям и доброе сердце можно считать недостатками, Иви. Мне кажется, наоборот, это чудесные качества.

О боже. Он произнес мое имя таким глубоким, хриплым и низким голосом и с таким нажимом, что у меня мурашки побежали по спине.

Я нервно выдохнула.

– Спасибо.

Что еще я могла сказать в ответ на такое признание? Я старалась не думать о том, что моя склонность помогать другим людям частенько стоила мне разбитого сердца. Ладно, один раз стоила мне разбитого сердца, но не будем сейчас об этом вспоминать.

Матео кивнул, продолжая внимательно изучать меня.

– Я в долгу перед тобой.

– В большом долгу.

Он вновь усмехнулся. Мне хотелось разрядить обстановку и снять напряжение, возникшее между нами. Помимо того, что нужно было разрушить заклятие, этого парня требовалось также развеселить. И еще ему нужен был друг. С первым пунктом дела, как мне показалось, обстояли неважно, и друзей у него, наверное, было немного.

– Спасибо тебе. Спокойной ночи, Иви.

Он вновь произнес мое имя низким, почти рычащим голосом, а затем осекся, как будто сделал что-то неправильное. Так странно. Неужели все оборотни такие чудны́е?

– Спокойной ночи.

Помахав ему на прощание, я пошла в сторону дома, спиной чувствуя, как он провожает меня тяжелым взглядом. Дойдя до крыльца, я обернулась – но его и след простыл.

Перед сном меня, без сомнения, ждала головомойка. Я сразу отправилась на кухню – судя по доносившемуся оттуда шуму, Джулс находилась именно там. Видимо, наливала себе еще один бокал мерло.

Я заняла место на кухонном островке и устроила свою попу на столешнице для разделки мяса.

– Вперед, можешь высказать все, что ты думаешь.

Облокотившись спиной на раковину, она сказала:

– Ты все правильно сделала.

Стоп, что?

– Повтори?

– Если твои догадки верны, то этот оборотень действительно представляет опасность для общества. Следовательно, наш долг – попытаться ему помочь.

В обязанности сестер Савуа входило поддержание мирного сосуществования всех сверхъестественных существ в Новом Орлеане. В качестве главы ковена наша семья правила здесь на протяжении трех поколений, поэтому за соблюдением законов следили мы.

В большинстве регионов балом правили наиболее могущественные существа – вампиры; но не здесь. Сифоном была моя бабушка Мэйбелл, затем моя мама, а теперь и Джулс.

Ведьмы и вампиры – существа очень организованные, у нас существовали местные гильдии, проводившие регулярные собрания не реже двух раз в год. Гримы были достаточно скрытными. Они предпочитали оставаться в тени и редко нарушали правила. Джулс говорила, что каждую встречу гильдии посещают разные гримы – чтобы никто не догадался, кто именно стоит во главе их ковена. Они были… странными. А оборотни – это просто кучка раздолбаев, которые редко принимали участия в собраниях и либо жили поодиночке, либо стайкой колесили по городам. Если гильдия оборотней где-то и существовала, то я о ней ничего не знала.

За моей семьей закрепилась репутация суровых, но справедливых правителей, поэтому наше право на лидерство редко ставилось кем-то под сомнение. Но как говорил дядя Бен Питеру Паркеру: «С большой силой приходит большая ответственность»[4]. Может быть, именно поэтому Джулс так легко отступила от собственных правил. Хотя это было не в ее стиле.

– Серьезно? Я думала ты как минимум зачитаешь мне десять заповедей. Разве правило про оборотней – это не третья заповедь в твоем списке?

Она закатила глаза.

– Я имела в виду, что с оборотнями не стоит встречаться, не стоит с ними дружить и не стоит к ним эмоционально привязываться.

– Что-то я не припоминаю таких подробностей. Но я и оборотней-то никогда не встречала, ты ведь даже не пускаешь их на порог нашего бара.

– Боже, Иви. Это неправда. Не драматизируй. С твоих слов получается, словно я какая-то фанатичка и ненавижу оборотней.

– Ну…

Она придвинулась поближе ко мне и, поставив бокал с вином на разделочную доску, сказала:

– Они опасны, поэтому я хотела, чтобы вы с сестрами держались от них подальше.

– Не опаснее, чем вампиры.

Ее глаза сверкнули гневом. Я знала, в чем причина такой реакции. Ну, догадывалась.

– Вампирами можно управлять. В большинстве случаев. – Ее ноздри расширились. – А оборотнями – нет. Ты помнишь, что они натворили?

– В пятнадцатом веке? Нет, я тогда еще не родилась. Но я хорошо помню, что ты рассказывала нам на уроках истории. Оборотни помогали охотникам на ведьм.

– Они вспыльчивы и часто жестоки.

Выдохнув, она смягчилась, и теперь ее голос был так похож на мамин. Она даже не представляла насколько.

– Итак, расскажи мне, что сегодня случилось в баре. Что он натворил? И кстати, как его зовут?

– Матео. – Затем я неохотно добавила: – Он едва не придушил одного парня.

– Неужели? – Она изогнула бровь в притворном удивлении. – Я в шоке.

– Всему виной заклятие. – Я надеялась, Джулс не заметит, что я защищаю оборотня, хотя именно это я и делала.

– И ты уверена в этом, – скорее утвердительно, чем вопросительно добавила она.

– Странное дело. Я чувствую, что что-то не так. Но…

– Но?

– Понимаешь, когда я коснулась его в баре, то тоже ощутила тот блок, о котором он говорит. Волк насильно заперт внутри Матео, это совершенно точно. Когда я попыталась проникнуть в его разум, меня словно оттолкнуло. Что это за магия, я не знаю.

– То есть это не типичное заклинание.

– Да, – согласилась я. – Оно более сложное. Я с таким раньше не сталкивалась. Либо я не могу понять, что это за магия, поскольку мало что знаю об оборотнях.

– Но ты считаешь, что он испытывает тягу к агрессии из-за этого заклятия.

И опять утверждение. Я пожала плечами.

Джулс пригубила вино, затем добавила:

– Если разрушить это заклятие, раз в месяц он сможет оборачиваться кровожадным монстром и тогда в обычной жизни станет спокойным и послушным.

Я провела пальцем по джинсам на коленке.

– Ну, может, и не очень послушным.

– Ха! – Сестра залпом допила вино, сполоснула стакан и оставила его в раковине. – Эвелин Мариэлль Савуа. Послушай меня внимательно. Мы поможем парню, потому что это наша работа. Но нельзя эмоционально привязываться к этому Матео. Я знаю, у тебя доброе сердце, но он не бездомный щенок, которого можно принести с улицы домой.

– Джулс, ради бога. Это просто работа.

– Именно. Вот и относись к этому делу соответствующим образом.

Снисходительный тон сестры меня разозлил, и я спросила:

– Ты о чем?

– О мистере я-смогу-его-исправить Харви.

Опять двадцать пять. Я закатила глаза.

– Мистер Харви был крайне признателен за мое целебное зелье.

– Еще бы. Конечно он был признателен. Благодаря магическому эликсиру, приготовленному тобой, он наконец-то перестал горевать о своей покойной жене и начал бегать за всеми более или менее симпатичными вдовами в округе.

– Ну, эликсир же сработал. – Стоило прикусить язык. Но нет. В итоге Джулс получила полное право напомнить мне, чем обычно заканчивались все мои эксперименты.

– Отлично сработал. Кларе без конца приходилось делать ему внушения – он срывал встречи ее книжного клуба каждую неделю. Миссис Фэрридей угрожала ему судебным запретом, а потом произошел тот случай с «Виагрой».

– Откуда мне было знать, что опасно смешивать магический энергетический эликсир и «Виагру»? – огрызнулась я в попытке защититься.

Склонив голову набок, Джулс внезапно издала легкий смешок и посмотрела на меня так, словно я была головоломкой, которую она никак не могла решить.

– Иви. Проводить маленькие эксперименты можно только на животных. – Она руками оттолкнулась от кухонной столешницы, не отводя от меня взгляда серых глаз. – Этот Матео – мужчина. К тому же он оборотень. А это значит, что…

– Он опасен. Я знаю.

Надменно подняв бровь, Джулс удовлетворенно улыбнулась и сказала:

– Отлично. Рада, что мы пришли к взаимопониманию.

Она выпорхнула из кухни и буквально взлетела вверх по лестнице.

Обдумав ее слова, я спрыгнула со стола. Без проблем. Нужно просто сделать свою работу. Провести немного времени с оборотнем, соблюдая дистанцию и не переходя границы, снять с него заклятие и продолжить жить своей жизнью. Легкотня.

Глава 3
Матео

Начиная с прошлого месяца у меня вошло в привычку каждое утро просыпаться с мучительно болезненным стояком. Не поймите меня неправильно, было приятно осознавать, что я состоятелен как мужчина, но это уже просто смешно. Еще одна проблема в копилку – а все из-за заклятия.

Я выполз из кровати и, шаркая по полу, прошел в ванную комнату, тяжко вздыхая по поводу внушительной проблемы в моих бо́ксерах.

Надумал что-то с этим делать?

Господи, почему он проснулся в такую рань.

Ты этим поленом гвозди забивать можешь.

Еще немного – и я сойду с ума. Определенно сойду, если он и дальше продолжит доставать меня с самого утра.

Помоги себе рукой, не то люди будут шарахаться от тебя на улице. Или найди себе настоящую женщину и займись с ней сексом. Ты хоть помнишь, что это такое?

Заткнись.

Как насчет той девчонки из бара? Мне она понравилась.

Я вижу, как она тебе понравилась.

Слова лились из него потоком. Альфа что-то бормотал про ее запах, ее кожу и милый хвостик, за который он с удовольствием бы держался, пока брал ее сзади. Я едва не лишился рассудка, когда в последнюю встречу просто разговаривал с ней.

Слушай, нам нужна ее помощь. Веди себя прилично, когда мы находимся рядом с Иви.

Хриплый смех эхом разнесся внутри моей черепушки.

В мои планы не входит вести себя с ней прилично.

Я уставился на свое отражение в зеркале и поблагодарил небеса за то, что на моем лице пока не было заметно признаков того безумия, которое я ощущал изнутри. Я почесал щетину, уже начавшую превращаться в бороду. Если бы я страдал раздвоением личности, то хотя бы не осознавал, что в какой-то момент один из голосов берет верх над моим разумом. Все бы отдал за это блаженное неведение. Но нет, моя человеческая сущность вынуждена была уживаться с животным эго. Или животным подсознанием. Ну или какую там часть меня волк представлял.

Альфа. Меня зовут Альфа, и ты это знаешь.

До того как на меня наложили заклятие, я слышал его голос только раз в месяц, когда оборачивался волком. Воспоминания о том, как он получал контроль и руководил мной во время трансформации, были довольно смутными. Но сейчас я не мог выпустить волка наружу, и тот сумел проникнуть в мою душу: он стал жить со мной бок о бок и каждый божий день изводить меня бесконечными комментариями на тему того, кого он хочет прибить, а кого – затащить в постель. Для справки: практически всех уличных собак и всех женщин, которые встречались нам на пути. Я был измотан. Он меня утомил.

А теперь он зациклился на Иви. Доверчивой, доброй ведьмочке, которая уговорила свою острую на язык сестру помочь мне. Она не обязана была этого делать. Я прекрасно знал, какого мнения о нас были другие сверхъестественные существа. Оборотни были настоящими отщепенцами. К вампирам и гримам ведьмы и то лучше относились. Да, я знаю, наши предки сами вырыли себе могилу – сыграли не последнюю роль в охоте на ведьм и помогли устроить кровавую бойню. Поэтому я и свыкся с одиночеством. Но когда Альфа начал отравлять мой разум, без конца рассказывая о своих непристойных планах на Иви, этого я вынести уже не мог.

К неудовольствию рычащего Альфы, я принял холодный душ и, быстро позавтракав яичницей с сосисками, спустился в свою студию. Мне нужно было доделать скульптуру на заказ, а для этого необходимо сосредоточиться.

С этим как раз были проблемы – я не мог настроиться на работу в присутствии Альфы. Мне постоянно мешали всплески его неистовой агрессии. Резьба по металлу требует силы и выносливости, но также аккуратности и нежности. С такими понятиями Альфа не был знаком.

Да брось. Я могу быть нежным. Приводи сюда рыжую ведьму, и я покажу ей, с какой нежностью могу ее отшлепать.

Господи боже. Спасите меня.

Я надел шлем, натянул перчатки, снял с подставки сварочный аппарат и включил его. Вернувшись к незаконченной скульптуре, переложил проволоку из нержавеющей стали на рабочий стол, затем уселся на табурет. С помощью сварочных щипцов поднял моток оцинкованной проволоки и нагрел его. Наклонившись вперед, я принялся выкладывать из проволоки морские волны, которые омывали тело выпрыгивающей из воды русалки.

Работа спорилась, я накладывал одну нагретую проволоку за другой, создавая витиеватый рисунок на хвосте русалки. Затем сформировал изящную линию талии и шелковистую кожу.

Надо же, как только я увлекся созданием скульптуры, он замолчал. Благословенная тишина длилась добрых одиннадцать минут. Я смог ненадолго очутиться в своем мире, где-то на границе реальности и фантазии, и моя муза наконец-то меня посетила.

У нее грудь больше.

Я тяжело вздохнул.

О чем ты, черт побери, говоришь?

У ведьмы. У нее грудь больше. Сделай русалке грудь, как у нее.

Черт!

Чтобы помещалась в ладонь.

Поверить не могу.

Что? Ты и сам без конца о ней думаешь.

Я выключил сварочный аппарат, сорвал с себя шлем и швырнул его так, что он пролетел через всю мастерскую. Запустив руки в волосы, я подумал, а не начать ли мне принимать наркотики. Но с моей удачей они лишь притупят человеческое сознание, и голос волка будет звучать в моей голове еще отчетливее.

Может, хватит нам играть с металлическими женщинами? Давай найдем настоящую. С рыжими волосами.

В последнее время он не мог заткнуться даже на пятнадцать минут.

Девчонке с хвостиком мы тоже понравились. Я это чувствую.

Девчонка с хвостиком? У нее есть имя.

Не расслышал. Немного отвлекся.

Иви. Ее зовут Иви.

Хм-м-м. Точно. Легко будет запомнить, правда? Мне она нравится.

Я знаю, что она тебе нравится. Но поверь, ты – то есть мы – не нравишься ей. По крайней мере, не в этом смысле.

Тут у нас мнения расходятся.

Секундочку. Прошлой ночью. Он не обронил ни слова, когда мы вышли из бара. Мы с Иви шли к ней домой, а он всю дорогу молчал, и на встрече с ее сестрой тоже помалкивал. В тот вечер он принялся за свое, лишь когда мимо нас прошел какой-то качок, покидавший клуб. Альфа признал в нем самца и хотел, чтобы я померился с ним силой.

Нужно было показать ему, кто тут главный.

Кажется, я начинаю понимать. Альфа в красках описал, как хочет нагнуть ее на барной стойке, но стоило мне прикоснуться к ней, как неистовый ураган эмоций, бушевавший внутри меня, моментально рассеялся. Это не отменяет факта, что тем вечером я чуть не придушил того беднягу в баре, но мне заметно полегчало после встречи с Иви и ее сестрой. Я подумал, что испытал облегчение из-за того, что, возможно, нашел решение своей проблемы. Ведьмы готовы мне помочь – это определенно успокаивало. Но что, если… дело было не только в этом? Что, если дело было в самой Иви?

Точно.

Что «точно»?

Твоя взяла. Мы идем на встречу с ведьмой.

Чудесно. Пора пометить нашу женщину.

Она не наша женщина. Угомонись ты уже наконец. Мы с ней едва знакомы.

Желание волка превыше всего.

Схватив висевшие возле двери ключи, я запер студию и направился в сторону Мэгэзин-стрит. До бара всего несколько кварталов. Я знал, что у них можно пообедать, но час был еще ранний. Если Иви не окажется в баре, зайду к ней домой. Если я без приглашения заявлюсь к ней на порог, она вряд ли обрадуется, но я был в отчаянии.

Согласен.

Расположившись на улице под тентами кафе, люди пили кофе, сосредоточившись на экранах ноутбуков и планшетов. Я засунул руки в карманы и опустил голову – чтобы лишний раз не нарываться на неприятности. В прошлом месяце Альфа устроил потасовку рано утром – втянул меня в драку с водителем, ехавшим на работу. Я доставлял заказ клиенту в сити и припарковал свой пикап в положенном месте, чтобы вытащить скульптуру. А этот водила начал мне сигналить. Но ему показалось, что гудка автомобиля было недостаточно, – и, выйдя из машины, он стал вымещать на мне свою агрессию. В итоге остался лежать на тротуаре с разбитой губой.

Надо было разорвать ему глотку.

Ты сейчас серьезно?

Этого подонка нужно было проучить раз и навсегда.

Он заслуживал смерти? Просто потому, что накричал на другого водителя? Класс.

Клянусь, я почувствовал, как этот мохнатый монстр пожал плечами.

Тогда-то я и понял, что у меня проблемы. Я всегда умел держать себя в руках и никогда не применял насилие к другим людям. Без крайней на то необходимости.

Это и была крайняя необходимость.

Вовсе нет, придурок.

*сдавленный смешок*

В общем, в тот день я осознал, что из-за невозможности обернуться волком мои нервы начали сдавать. С каждым днем мне становилось все тяжелее контролировать животные инстинкты.

Лучше бы ты перестал контролировать свой член, мои шары уже посинели от воздержания – осталось посыпать их блестками и украсить ими новогоднюю елку.

Ну да. А я мечтаю, чтобы ты заткнулся. Но как видишь, мы не всегда получаем желаемое.

Возможно, скоро это изменится. Я ускорил шаг.

Я подошел к «Котлу» и посмотрел сквозь витрину. Черт. Кажется, внутри никого нет либо все на кухне. Я двинулся дальше. Переходя улицу, я заметил какое-то движение внутри магазина «Мистика у Мэйбелл». Это была небольшая лавочка по продаже товаров для медиумов и экстрасенсов. Я посмотрел внутрь через стекло витрины и остановился как вкопанный. Иви. Забравшись на стремянку, она расставляла товары на верхней полке в глубине магазина.

М-м-м. Она хорошо выглядит сзади.

Я зашел в магазин – и колокольчик, висевший над дверью, зазвенел.

– Одну минуту! – крикнула она.

Иви пыталась закрепить на подставке стеклянный шар, украшенный мраморным узором. Декоративный хрустальный шар. Мне не хотелось ее отвлекать, поэтому я подошел к полкам, расположенным у правой стены, и стал изучать ассортимент магазина. В продаже имелось бесчисленное количество хрустальных шаров всех цветов радуги, а также россыпь всевозможных камней: янтарь, обсидиан, аметист, аметрин и голубой арагонит. К каждому камню прилагалась карточка с надписью: «от боли в суставах», «от тревоги» или «для медитации». На соседней полке стояло несколько книг, на корешках которых красовались названия вроде «Руководство оракула», «Раскрой своего внутреннего медиума» и «Разблокируй свои чакры».

Ведьмы владели магазинчиком по продаже товаров для колдовства – казалось бы, в этом нет ничего необычного. Тем не менее я был удивлен. Людям и в голову не приходило, что среди них живут настоящие ведьмы. А на полке с картами Таро даже имелось чучело кота. Но таксидермист, сделавший это чучело, явно было обделен талантом: редкая шерсть животного торчала клочьями, а позвоночник слишком сильно выпирал. Нужно было набить беднягу чем-то изнутри, чтобы он не выглядел таким тощим.

И тут чучело медленно повернуло морду – и уставилось на меня.

– Боже милостивый!

Убей его!

– Ой! – воскликнула Иви.

Я слышал, как она начала спускаться по стремянке, но продолжал таращиться на шерстяное недоразумение. Он моргнул стеклянными оранжевыми глазами. Каждым поочередно. Медленно, как робот. А потом у меня чуть не отвисла челюсть. Он улыбнулся. Я не шучу. Улыбнулся. Как будто он был пьян или под кайфом.

Вот же мерзость.

– Это всего лишь Зи. – Протиснувшись между мной и полкой, Иви взяла чудовище на руки. Она нежно прижала его к груди и подбородку. – Он немного застенчивый.

Кот издал странный булькающий звук, похожий на звук моторной лодки, двигатель которой завелся и тут же заглох. Болен, видать.

– С ним все хорошо?

Судя по звукам, с ним все было не хорошо.

– Что? А! – Она засмеялась, и ее лицо просияло. – Да, когда он урчит, то немного хрипит. Он уже старенький. – Иви почесала кота за ухом, и он заурчал еще громче, но все так же странно. – Но он такой лапочка, правда?

Глядя на этого кота, так и не скажешь, но не обижать же девушку. К тому же я собирался попросить ее об одолжении. Но сначала я хотел проверить, верна ли моя теория.

– Он не укусит, если я его поглажу?

– Зи? Нет, конечно. – Она засмеялась. – Он ласковый, как ягненок.

Изувеченный, полумертвый ягненок. Добей его.

Я протянул к коту руку и провел пальцем по несоразмерно большой голове, незаметно коснувшись ладошки Иви, лежавшей у животного на спине.

Да. Меня сразу окутало мягкой волной спокойствия. Я испытал мгновенное облечение. Словно нырнул в прохладную воду в конце жаркого дня. Так я и знал.

Я перевел взгляд на ее белую футболку. На ней были изображены силуэты мужчины и женщины, чьи руки соприкасались кончиками пальцев; сверху ярко-розовым было выведено «Рейло[5]навсегда». От моего взгляда не ускользнуло, что выведенные на футболке буквы заметно натянулись на ее груди. Возможно, Альфа дурно влиял на мои мысли. С другой стороны, он никак не прокомментировал увиденное.

Я посмотрел на жутковато улыбавшегося кота и усмехнулся.

– Что тебя так развеселило? – Она сделала шаг назад и приподняла брови, явно озадаченная происходящим.

– Да нет. Ничего. – Я чувствовал себя жалким. Но не мог перестать глупо улыбаться.

– У тебя взгляд немного дикий. – Она решила, что у меня не все в порядке с головой, и, похоже, была права. – У нас пока нет для тебя новостей по поводу заклятия.

Я кивнул и отстранился. Но не слишком сильно. Мне необходимо было оставаться как можно ближе к ней.

– Мне кое-что нужно. Я хотел попросить об одолжении.

– Очередном?

– Ну да.

– Ладно. – Она посадила кота на прилавок, и тот, немного повозившись, неуклюже свернулся в клубок.

Я замешкался, силясь подобрать правильные слова, чтобы она не подумала, будто я псих или сталкер. Но в голове – чистый лист. Проглотив остатки своей гордости, я засунул руки в карманы джинсов и выдал:

– Я бы хотел встречаться с тобой время от времени, и готов за это платить.

Она побледнела.

– Не знаю, за кого ты нас с сестрами принимаешь, но мы не шлюхи.

Я подавился собственной слюной. По какой-то причине Альфа хранил гробовое молчание.

– Нет, нет, нет. – Я замахал руками в знак протеста. – Я не это имел в виду. Уверяю.

– А что ты имел в виду?

– Я имел в виду, – начал я, понизив голос, – что ты каким-то образом усмиряешь моего внутреннего волка.

Она усмехнулась.

– Повтори?

Пригладив волосы рукой, я судорожно пытался придумать, как бы сформулировать мысль так, чтобы она не звучала совсем уж безумно. Но в голову ничего не приходило. Значит, нужно сказать правду. Она должна все понять и должна поверить мне, ведь она ведьма.

Откашлявшись, я начал снова:

– Меня донимают не только животные инстинкты.

Иви уставилась на меня. Ничего не сказала. Просто вопросительно подняла брови, призывая продолжать. Что я и сделал.

– Я слышу его голос у себя в голове.

– Чей?

– Волка.

Альфы, идиот. Меня зовут Альфа. Представь меня нормально.

Господь всемогущий.

– Вообще-то, у него даже имя есть.

– Какое?

Сделав глубокий вздох, я перевел взгляд на полки с камнями и хрустальными шарами.

– Альфа.

Иви не стала смеяться, и тогда я вновь посмотрел на нее. Уголки ее губ слегка вздернулись, а в глазах читалось любопытство.

– Знаю, знаю. Если бы я мог солгать тебе, я бы так и сделал. Но тогда волк разорался бы пуще прежнего, а мне и без того сложно сосредоточиться.

Она положила руку на прилавок, побарабанила пальцами по столешнице, а затем прислонилась к ней бедром.

– Он постоянно с тобой разговаривает?

– Постоянно.

От удивления ее брови поднялись еще выше, приковывая мой взгляд к зелени, мерцавшей в ее глазах. Вокруг зрачков сияла россыпь золотистых крапинок – из-за этого ее глаза могли издалека казаться карими. Но на самом деле они были насыщенного зеленого цвета – цвета молодой листвы, которая появляется на деревьях весной. Я потерял ход своих мыслей, пытаясь понять, что именно мне напоминает этот оттенок.

Откашлявшись, она спросила:

– И даже сейчас? – На ее лице появилась удивленная улыбка.

Оторвавшись от размышлений о цвете ее глаз, я в очередной раз упрекнул себя в том, что веду себя как чокнутый. Ради приличия отвел взгляд в сторону, а затем кивнул, стараясь выглядеть максимально непринужденно и нормально. Хотя в последнее время выглядел я – да и чувствовал себя – совсем иначе.

– Он настоял на том, чтобы я сообщил тебе его настоящее имя.

Подойдя ближе, она пристально посмотрела мне в глаза, словно пыталась разглядеть в них волка. Я ей признался в сверхъестественной шизофрении, а она и бровью не повела. Странно. Мне пришлось посильнее стиснусь зубы, когда Альфа довольно зарычал.

Так и знал. Я ей нравлюсь.

– А вчера он тоже разговаривал?

Я рассмеялся.

– О да. Болтал без умолку.

– Что ж, это многое объясняет, – сказала она, наклонив голову и внимательно меня изучая.

Занервничав, я вновь откашлялся.

– Что ты имеешь в виду?

– Мне показалось, что ты какой-то рассеянный. Весь на нервах. Не обижайся, но ты вел себя немного странно.

Из моей груди вырвался лающий смех прежде, чем я успел опомниться. Кивнув, я еще раз нервно провел рукой по волосам.

– Я и был рассеянным, на нервах и вел себя немного странно.

Она улыбнулась, а затем нахмурила брови:

– Но все равно не понимаю. При чем здесь я?

– Сложно объяснить.

– Попробуй. – Она скрестила руки на груди, округлость которой так нравилась Альфе.

Даже не пытайся отрицать. Тебе она нравится не меньше моего.

Я знал, что моя просьба прозвучит дико, поэтому заранее немного отодвинулся от Иви и расположился ближе к неопрятному шерстяному комочку по кличке Зи.

Ощетинившись, Альфа зарычал, но рык услышал только я.

Я собирался погладить кота.

Не вздумай. Он обратился ко мне резким и грубым тоном.

Успокойся.

Не трогай это сатанинское отродье.

Отвали.

Я погладил животное пальцем по голове. Сломанный моторчик внутри него заурчал еще громче.

– Я пытался работать, но он вообще не затыкается. Я не могу нормально работать с прошлого месяца, то есть с тех пор, как он начал… ну, просто начал.

Иви подошла ближе и прислонилась бедром к прилавку. На ней были джинсовые шорты – и я не упустил шанса полюбоваться ее длинными стройными ногами. Даже странно, что Альфа позволил мне насладиться этим моментом, не выкрикивая всякого рода непристойности. Рядом с ней он действительно становился послушнее.

– Чем ты занимаешься?

– То есть? – Я резко посмотрел ей в глаза.

– Ты сказал, что не можешь работать. Кем ты работаешь?

– А, понял. Я скульптор, работающий с металлом.

Иви улыбнулась еще шире, и я чуть не потерял сознание. Она была хорошенькая. Темно-рыжие волосы прекрасно оттеняли изумрудно-зеленые глаза. Ее личико было скорее круглое, чем овальное, – благодаря этому она выглядела моложе своих лет. Но ведьмы, конечно, и так стареют медленнее, а живут дольше. Все сверхъестественные существа живут дольше, чем люди. Мы не бессмертны – вопреки устоявшимся мифам, не вечны даже вампиры, – но продолжительность нашей жизни длиннее человеческой. У нее был маленький носик с россыпью веснушек на переносице. Идеальной формы губы – «бантиком». Совершенные и пленительные. Но по-настоящему красивой, а не просто хорошенькой, Иви делала улыбка.

– Может, я видела твои работы. Где располагается твоя галерея?

– Недалеко. В двух кварталах от Мэгэзин-стрит. Галерея «Прометей».

Ее глаза расширились.

– Я знаю это место, – взволнованно сказала она. – Я как-то заходила туда. А скульптуру Гермеса в талариях[6] ты делал?

Улыбаясь, я кивнул.

– Да. Продал ее как раз на прошлой неделе.

– Ничего себе! Это так здорово.

От ее комплимента мою шею залило румянцем.

– Увлекаешься искусством?

– Да. – Она смотрела на меня, но мысли ее витали где-то далеко. – Если я буду проводить время с тобой, как это поможет работе?

Я облизнул губы – во рту внезапно пересохло. Что послужило тому причиной – мои нервы, ее близость или что-то еще, я не знаю. Тем не менее нужно было все объяснить – и не показаться при этом конченым психом.

Поздновато ты спохватился.

– Как я уже говорил, твое присутствие успокаивает волка. Полагаю, это как-то связано с твоей способностью снимать заклятия. Прошлой ночью, например, чем дольше мы находились вместе, тем тише он себя вел, это я могу сказать наверняка. Сейчас произошло то же самое: стоило мне войти в магазин, как он… притих. – Я сделал шаг в ее сторону в попытке подавить охватившее меня отчаяние. – Если тебе нравится искусство, в качестве оплаты я сделаю для тебя скульптуру. Если хочешь. Или заплачу наличным. Неважно сколь…

Она подняла руку в знак протеста.

– Плата не требуется.

– Но мне нужно, чтобы ты находилась рядом со мной каждый день. Твое время – деньги.

– Платы, которую Джулс назначит за работу по снятию заклятия, будет достаточно.

– Не ты определяешь, сколько стоит твоя работа?

– Я. У нас есть стандартные расценки на индивидуальную работу. Однако в данном случае, видимо, помощь Джулс тоже потребуется – соответственно, плата за услуги будет выше.

Какую бы цену они ни назначили, по мне это не сильно ударит. Сильно ударить по мне может разве что Альфа – если в очередной раз заставит выслушивать бессвязный поток пошлостей в его исполнении.

– То есть ты согласна помочь мне просто так? – спросил я, не веря своим ушам.

– Я сделаю это в рамках нашей общей работы по снятию заклятия, – пояснила она. – И без обид, но я не смогу проводить с тобой двадцать четыре часа в сутки. Как насчет двух?

Фыркнув, я сделал шаг в ее направлении. Она выгнула бровь, чувствуя, что я стою слишком близко. И проявляю излишнюю агрессию. Двух часов в день было недостаточно для того, чтобы я успел закончить работу над скульптурой к назначенному сроку.

Отстраняясь, я возразил:

– Шесть часов.

– Шесть? Ты с ума сошел?

– Ну, если быть откровенным, то да.

На секунду у нее отвисла челюсть, затем Иви скрылась за прилавком и достала из-под него мобильный телефон. Быстро набирая сообщение, она произнесла:

– Четыре часа, не больше. У меня, знаешь ли, есть своя жизнь, человек-волк.

– Матео. – Я вздрогнул. – Пожалуйста.

Она сунула телефон в задний карман и уперлась рукой в бок.

– Ладно, Матео. Но у меня куча дел. Сегодня среда, а по средам я обычно встречаюсь кое с кем. Так что тебе придется сначала сходить со мной по делам.

На секунду я застыл, наслаждаясь нежными звуками ее хрипловатого голоса. Она произнесла мое имя – казалось бы, что в этом такого? Но я хотел услышать свое имя из ее уст еще раз. И еще раз.

Я хочу услышать, как она будет его кричать.

Он умел испортить прекрасный момент. Действительно умел. Мысленно стряхнув с себя волка, я огляделся по сторонам.

– Ты не работаешь сегодня в магазине?

– Клара с утра была занята, так что попросила меня присмотреть за ним. Но скоро должна подойти Вайолет. Она может подменить меня.

– Кто такая Вайолет?

Стройная женщина с голубыми волосами, более высокая, но не такая фигуристая, как Иви, с такой же светлой кожей и похожей формой лица вошла в магазин со стороны служебного входа.

– Так, так, так. Высокий, темноволосый, стоит того, чтобы провести с ним ночь. Как его зовут?

Она мне нравится. Но, малышка, прости, мы уже заняты.

И кем же мы заняты, позволь узнать?

Альфа одновременно фыркнул и издал смешок в моей голове.

Ее сестрой. Кого еще, по-твоему, я мог иметь в виду?

Ты зациклился на Иви. Хватит. Она не моя. И не наша.

Но будет.

– Матео, знакомься, это моя сестра Вайолет. У нее лексикон как у портового грузчика. Прошу простить. Вайолет, это Матео, наш новый клиент.

Женщина проплыла в паре сантиметров от меня, оперлась рукой о прилавок и принялась пожирать меня взглядом.

– Рада знакомству, оборотень. – Она подмигнула.

Бедняжка. Она хочет нас. Девушки не в силах перед нами устоять, братишка. Мы обладаем животным магнетизмом.

Мне даже стало неловко. Добавляем к длинному списку твоих прекрасных качеств еще и нарциссизм.

Все верно. У меня множество прекрасных качеств. Как-никак, я высший хищник.

Господи. Он даже сарказма не понимает.

Схватив меня за руку, Иви повела нас к выходу – волна безмятежного блаженства разлилась по моим венам. Я едва не застонал от удовольствия.

– Приятно познакомиться, – бросил я через плечо, но мой взгляд был прикован к очаровательной ведьме, размахивавшей передо мной своим высоким хвостиком из стороны в сторону.

Глава 4
Иви

Всю дорогу Матео смотрел себе под ноги.

– А с кем ты встречаешься по средам?

– С парнем по имени Бэм.

– Кто такой Бэм?

– Владелец магазина комиксов.

Я отпустила его руку, осознав, что до сих пор этого не сделала. Зачем я вообще схватила Матео за руку, было для меня загадкой. Ну, на самом деле нет. Сказать по правде, мне не понравилось, что Вайолет начала с ним флиртовать. Она со всеми флиртует. Такая у нее манера общения. Но Матео сейчас нельзя отвлекаться. Особенно на развлечения, которые могут взбудоражить его внутреннего волка. Ему нужно было найти развлечение другого рода. То, что больше подходит его творческой натуре. Поэтому среда сегодня была как нельзя кстати.

– Тебе нравятся комиксы?

– Нравятся? – Я издала смешок и закатила глаза. – Я живу ради комиксов.

Матео молча шел рядом. Когда я подняла глаза, то заметила, что его взгляд вновь прикован к моей груди. Боже. Не поймите меня неправильно, у человека появилась маленькая одержимость – я не против, но вслух определенно собиралась сделать ему по этому поводу замечание. Однако Матео меня опередил:

– А что это за хэштег – «Рыло»?

Во-первых, он произнес «Рыло», а не «Рейло». Во-вторых, как оказалось, его маленькая одержимость – это мои футболки, а не моя грудь. В-третьих, как можно не знать, кто такие «Рейло»?

Остановившись возле бутика с одеждой в стиле бохо-шик, любимого магазина моей сестры Изадоры, я уперла руки в бока и резко повернулась лицом к Матео. К его чести, он даже немного испугался, хотя весил килограмм на тридцать-сорок больше меня.

– Ты, должно быть, шутишь.

– Прощу прощения?

– Правильно делаешь. Р-е-е-е-й-л-о – это самая прекрасная пара в мире научной фантастики. За всю историю существования этого жанра.

В ответ он одарил меня полным непонимания взглядом.

Набравшись терпения, я спросила:

– Ты слышал про «Звездные войны»?

– Конечно слышал. Я не пещерный человек.

– Тебе почти удалось меня обмануть.

– Я смотрел фильм, но давно.

– Минуточку. Ты смотрел его один раз? Ты видел только один фильм из вселенной «Звездных войн»? И все?

Он пожал плечами.

– Не очень люблю научно-фантастические фильмы. Да и кино в целом, если уж на то пошло.

– Не верю своим ушам, – пробормотала я скорее себе под нос, чем в ответ ему.

Как будто Чубакка[7] говорит на клингонском[8]. Моя. Твоя. Не понимать. Ладно. Главное – сохранять спокойствие.

Когда я была в книжном магазине в прошлый раз, то случайно услышала, как подросток спросил, есть ли в наличии графический роман «Звездные войны: восстание ситхов». Я подошла к бедняге и читала ему лекцию на тему того, почему, по моему мнению, злодеям поклоняются, – до тех пор, пока у него не остекленел взгляд. Пожалуй, не стоит наступать на одни и те же грабли дважды. Не всем по душе мой энтузиазм.

– А чем ты тогда занимаешься целыми днями? – с напускной легкостью в голосе поинтересовалась я.

– Работаю. И читаю.

– А еще?

– Не знаю. Набрасываю черновики для будущих работ. Хожу в походы и много гуляю.

– Гуляешь?

– Да. И хожу в походы.

– В походы? Куда здесь ходить в походы? Вокруг одна трясина да болота, кишащие змеями.

Матео усмехнулся, прижав подбородок к груди, и длинные волосы упали ему на лицо. Боже, у него были прекрасные волосы. Взъерошенные, как после бурной ночи. Очевидно, что он их даже не укладывал, а они все равно выглядели шикарно. Несправедливо.

– Если тебе интересно, то обычно, в перерывах между заказами или когда мне нужна тишина для вдохновения, я езжу на север. К северу от Батон-Руж[9] есть одно место. Туника Хиллз[10]. А лето я обычно провожу в домике в Теннесси.

Я задумалась на секунду.

– Ну конечно. Тебе нравится лес.

Он одарил меня смущенной улыбкой.

– Да, я люблю лес.

– Что ж, раз мы собираемся проводить вместе по четыре часа в день, – сказала я, шагая по Мэгэзин-стрит, – самое время показать тебе, что ты пропустил.

– Мне кажется, я ничего не пропустил.

– Это потому, что все прошло мимо тебя, а ты и не заметил.

Взгляд Матео проникал в самую душу, даже если он смотрел украдкой. Кажется, он сам не понимал, насколько пронизывающим был его взгляд. Всякий раз, когда он на меня смотрел, это было сродни вспышке молнии. Когда я была маленькой, я специально наэлектризовывала ботинки о ковер, а затем хватала Джулс за руку. Когда Матео поднимал на меня глаза, ощущения возникали такие же. Правда, его взгляды не били меня статическим электричеством. Просто заряжали энергией и волнующей радостью.

– Мы пришли. – Я указала в сторону небольшой витрины, на которой красовалась стилизованная под граффити надпись «Комиксы Бэма».

Мы вошли внутрь, и у нас над головой звякнул колокольчик. С правой стороны, на табурете за прилавком, сидел Бэм. Он одевался как битник, но стригся коротко и не носил бороды. Мне всегда казалось, что если бы он отрастил волосы и бороду, как настоящий хиппи, то выглядел бы намного лучше. Бэм был чудаковатым парнем, но природа наделила его красивыми глазами и идеальной улыбкой. Которая моментально появилась на его лице при виде меня. И слегка померкла, когда он заметил тень у меня за спиной.

– Поздравляю с серединой недели, Бэм.

– И я тебя, малышка Иви.

Я терпеть не могла, когда он так ко мне обращался, но каждую среду он давал мне сказочную скидку на комиксы, поэтому эта фамильярность всякий раз сходила ему с рук.

Он поднялся с табурета и похлопал рукой по лежавшему на прилавке свежему выпуску комикса «Фармхэнд»[11].

– Я его упаковал, он уже заждался тебя. Поищешь еще что-нибудь?

Я подумала, что Матео не помешает немного осмотреться в магазине – не все же по лесу бродить. Поэтому решила воспользоваться предложением Бэма.

– Да, я еще что-нибудь посмотрю.

Я жестом предложила Матео следовать за мной, и мы прошли к полкам у дальней стены.

– Так. Тебе нужно расширять свой горизонт, раз ты скульптор. Некоторые из этих комиксов содержат потрясающие иллюстрации.

Я глянула на него через плечо, ожидая, что тот будет протестовать, но заметила, как он смотрит на один из моих любимых комиксов.

– О! Это «Дэдпул: Ассасин». В этой части Уэйд Уилсон сражается с Гильдией ассасинов в Новом Орлеане – так классно, что действие происходит в нашем городе. В общем, в этом комиксе он сражается с кучей злодеев. Мой любимчик среди них – спидстер[12] с ножом по имени Харвестер.

Схватив Матео за запястье, я потащила его к другой стойке.

– Вот, посмотри. «Дикие Мстители». Они очень крутые. И к ним присоединился Росомаха! Наконец-то.

При виде Росомахи мое сердечко бешено заколотилось. Я взяла в руки выпуск комикса, который приобрела еще на прошлой неделе, и уставилась на изображение своего милого, но безжалостного к врагам мужчины на обложке.

– Хочешь купить? – спросил Матео, глядя мне через плечо.

– У меня уже есть этот выпуск.

– Ты что, дрожишь?

– Да. У меня всегда идут мурашки по коже от Росомахи. – Я адресовала изображению на обложке воздушный поцелуй и поставила комикс обратно на полку.

Развернувшись, я хотела пройти дальше, но Матео преградил мне путь – его широкоплечая фигура занимала весь проход. Сбитая с толку, я посмотрела на него и заметила, как его карие глаза на мгновение вспыхнули желтым огнем. От пристального пламенеющего взгляда, устремленного прямо на меня, я вновь задрожала, теперь уже от страха.

– Ты как? Все хорошо? – спросила я, собираясь сделать шаг назад, чтобы увеличить расстояние между нами.

Покачав головой, он натянуто улыбнулся и судорожно сглотнул, его кадык дернулся.

– Да, конечно. Все хорошо.

Резко отступив в сторону, он сцепил руки за спиной. Наверное, волк опять разговорился. Но что, черт побери, он сказал Матео? На секунду его лицо приобрело совершенно одичавшее выражение.

Я прошла дальше и показала ему еще один свой любимый комикс, стараясь на этот раз вести себя более сдержанно.

– Вот этот тоже потрясающий. Обожаю выпуск «Росомаха: Оружие Эйч». По сюжету они соединяют ДНК Халка и Росомахи.

– Кажется, ты хочешь сказать, что тебе нравится Росомаха.

Не обращая внимания на сарказм в голосе Матео, я взволнованно продолжила. Рассказывать кому-то новому о любимом герое было так здорово.

– Еще есть «Возвращение Росомахи» и «Старик Логан», тоже один из моих любимых комиксов. Ох! Вот эта серия реально хороша. Действие в ней происходит на пустынных землях в будущем. Как в фильме «Безумный Макс: Воин дороги»[13].

Матео уставился на меня так, словно я говорила по-русски.

– Черт, точно. Ты же не смотришь кино. Хочешь сказать, новый фильм «Безумный Макс: Дорога ярости»[14] ты тоже не видел?

Продолжая таращиться, он едва заметно покачал головой.

– Ты даже не представляешь, что теряешь. Мне тебя жаль.

Я прошлась вдоль полок, указывая на свои любимые комиксы, среди которых были «Звездные войны: TIE-истребитель», «Песнь Обливиона», «Оружие Эйч» и «Старик Квилл». Честно говоря, даже не помню, когда я последний раз столько болтала. Мои сестры не увлекались комиксами. Матео был тихим и внимательным – прямо-таки напрашивался, чтобы я в красках рассказала ему о своем увлечении. Или зависимости.

Когда он взял в руки выпуск «Монстры на свободе!»[15] и стал внимательно рассматривать обложку, поглаживая пальцем восхитительную иллюстрацию, я сказала:

– У меня есть такой. Могу одолжить тебе, если хочешь.

– Думаю, я куплю его.

Клянусь, в этот момент я была похожа на Чеширского Кота или Безумного Шляпника, а может, на обоих персонажей одновременно. Я заметила номер «Стражей Галактики», и мой мозг тут же переключился.

– В прошлом году на «Визард Ворлд»[16] я видела девушку в костюме Гаморы[17]. Честное слово, я была уверена, что это актриса Зои Салдана, – так она была на нее похожа.

– Что такое «Визард Ворлд»?

– Матео, ты что, серьезно?

Неужели он действительно ничего не знает о внешнем мире? Должно быть, ему очень одиноко. Чтение – это, конечно, здорово. Ходить в походы – тоже хорошо. Но были ли у него друзья? Он жил в этом городе, и никто до сих пор не затащил его на «Визард Ворлд»? Тяжко вздыхая, я сказала:

– Это крупный фестиваль популярной культуры, который проходит в Конференц-центре в январе.

– А, точно. У меня есть друг, который время от времени ходит на этот фестиваль. Я просто не знал, что он называется именно так.

– Ты ни разу не был на этом фестивале?

Он покачал головой.

Я повторила его жест.

– Ты даже не представляешь, что теряешь. Там собираются фрики и гики со всего мира.

Усмехнувшись, он сказал:

– Пожалуй, я бы отлично вписался в их компанию.

Вздохнув, я развернула его к кассе.

– Мне предстоит многому научить тебя, юный падаван.

Он одарил меня легкой улыбкой, от которой я затрепетала.

– Я обратила его в свою веру, Бэм, – крикнула я на подходе к прилавку.

– Правда? – Тот взял комикс из рук Матео. – Один из твоих двоюродных братьев приехал погостить?

В прошлый раз я привела в магазин двоюродного брата Дрю, он приехал из Лафайетта[18], самого сердца Акадианы[19]. Он жил вместе со своим братом Коулом и другим колдуном по имени Трэвис, все трое – члены ковена Акадианы. Навещали нас по несколько раз в год.

– Нет, – засмеялась я, глянув через плечо на привлекательного мужчину, стоявшего слишком близко ко мне. – Он не двоюродный брат.

Я заметила, что Матео пару раз коснулся меня как бы невзначай, – и поняла, что ему это было просто необходимо. Он признался, что с трудом контролирует волка, но, видимо, мой врожденный дар каким-то образом успокаивает его. Ему становилось легче, когда он находился рядом со мной. Прикосновения должны были наполнять его спокойствием. Но сейчас, к сожалению, он не казался спокойным. Наоборот, он выглядел крайне напряженным.

– Вот, – сказал он, протягивая кредитную карточку Бэму. – Я заплачу и за ее комикс.

– Ты не обязан.

– Это меньшее, что я могу сделать.

Сейчас его голос звучал грубее, чем когда мы только вошли в магазин. На самом деле, его поведение тоже изменилось. Если раньше он казался спокойным и беззаботным, то теперь его взгляд горел огнем, плечи были напряжены, а голос как будто грохотал. Должно быть, в нем говорил волк. Спиной чувствуя напряжение, я поняла, что, возможно, не ошиблась. Глянув через плечо, я заметила, что взгляд Матео сосредоточен на Бэме, который, казалось, вовсе не торопился принять оплату кредитной картой.

Я боялась, что Бэм просто тянет время, и оказалась права, когда услышала его вопрос:

– Вы встречаетесь?

Бэм проявлял излишнее любопытство. И выбрал не лучшее время для расспросов – Матео явно был не в настроении для беседы.

Проблема заключалась в том, что Бэм был неравнодушен ко мне. Именно поэтому у меня никогда не находилось времени, чтобы выпить с ним чашечку кофе или как-нибудь вместе «перекусить». Хотя он много раз приглашал меня. Он был милым и нравился мне, но Мэйбелл, моя бабушка, не уставала повторять: «Не плюй в колодец, пригодится воды напиться». У Бэма была лучшая коллекция комиксов во всем Новом Орлеане, и я решила, что лучше нам с ним оставаться друзьями, особенно с учетом того, что я не отличалась постоянством, когда дело касалось мужчин. Несколько свиданий и приличный – возможно, даже хороший – секс не стоили того, чтобы в конечном счете потерять доступ к комиксам. Они представляли для меня куда большую ценность.

– Не встречаемся, – сказала я со смехом, затем наклонилась над прилавком и, понизив голос до шепота, с заговорщицким видом оглянулась по сторонам.

Бэм тоже наклонился над прилавком, хотя мой спектакль и не требовал от него таких усилий.

– Видишь ли, какое дело. Этот парень – оборотень. А я ведьма. Он заплатил мне, чтобы я разрушила заклятие. Теперь он обречен ходить за мной по пятам, пока я наконец не решу исполнить свое обещание.

Бэм несколько секунд таращился на меня, а затем разразился оглушительным смехом. Лошадиным.

– Малышка Иви! – Протянув руку, он дернул меня за хвостик. – Милая, ну и фантазия у тебя.

Почувствовав спиной сильный жар, я ощутила, как волосы у меня на затылке встали дыбом. Матео был не в восторге от моего признания – даже оборачиваться не требовалось, чтобы удостовериться в этом. Я сказала правду только потому, что знала – Бэм все равно не поверит. В этом и заключалась соль шутки. Ну, мне, по крайней мере, ситуация казалась забавной.

Пока Бэм проводил оплату, я еще раз посмотрела через плечо. Да, как и ожидалось, бросает испепеляющие взгляды, раздувает ноздри. Я с улыбкой пожала плечами. Когда Бэм протянул кредитную карту владельцу, Матео наклонился вперед, чтобы забрать ее из рук продавца, и прижался грудью к моей лопатке.

От меня не укрылся хмурый взгляд, адресованный Бэму, но уже через секунду лицо Матео вновь приобрело бесстрастное выражение.

– Ты как? – шепотом спросила я.

Он перевел взгляд своих выразительных глаз на меня и несколько раз моргнул – словно старался прогнать негативные эмоции, одолевавшие его буквально секунду назад.

– Все хорошо.

– Ну, как скажешь. – Я сунула сумку с новыми комиксами под мышку. – Спасибо, Бэм. Увидимся на следующей неделе. – И вышла из магазина, а оборотень вприпрыжку последовал за мной.

Глава 5
Иви

Мы с Матео попрощались около магазина. Сначала мне нужно было переговорить с сестрой и убедиться, что она не будет против, если я стану проводить с ним в студии по четыре часа в день. Изадора и Ливви находились в отъезде, поэтому мы с Кларой по очереди работали в магазинчике «Мистика у Мэйбелл». Как только я переступила порог, мои уши свернулись в трубочку – не попадая по нотам, кто-то с чувством исполнял песню Defying Gravity[20] из мюзикла «Злая». Ага. Значит, Клара где-то здесь.

Клара – самая милая из моих сестер. Солнышко, которое согревает своим теплом всех вокруг. Я не шучу. Добрая до безобразия. И я действительно имею в виду до безобразия. Как-то раз она решила отнести еду бездомным, которые жили под мостом, и чуть не погибла в процессе. Она постоянно приносила им остатки еды: сэндвичи с огурцом, лимонные булочки, французские пирожные макаруны и прочие кондитерские шедевры, которые обычно подавали к чаю на встречах ее книжного клуба.

Однажды вечером на территории палаточного городка две местные банды устроили разборки – и Клара оказалась под перекрестным огнем. Она очутилась на земле без сознания прежде, чем успела привести в действие свою магию. К счастью, когда она пришла в себя, оказалось, что ее не задело, лишь на лбу красовалась большая шишка. Она так и не узнала, что случилось со стрелками. Но что в данной ситуации беспокоило Клару больше всего? Тот факт, что ее бездомные друзья были вынуждены жить в такой обстановке. В этом была вся Клара.

Возможно, она самый бескорыстный человек, которого я знала. Она красива и обладает множеством замечательных качеств. Но пение? Спаси и сохрани. Певица из нее была решительно никудышная. Что интересно, ее близняшка Вайолет имела прекрасный певческий голос. Проблема заключалась в том, что Клара любила петь. Особенно ей нравились мелодии из бродвейских мюзиклов. Пение делало сестру счастливой. Так что, естественно, все мы притворялись, что ее импровизированные выступления мимо нот не были пыткой для наших ушей. Мы стойко переносили эти испытания, позволяя ей наслаждаться тем, что она так любит делать. Вот такой семьей мы были. Даже Вайолет – самая прямолинейная из нас – ни разу не сказала близняшке, что та не умеет петь.

– Клара! – Я позвала сестру, потому что не видела ее со стороны входа.

Она выскочила из находившейся в дальней части магазина подсобки, неся в руках две коробки, полные новых карт Таро.

– Привет! – просияла она.

Ее золотистые волосы были заплетены в косу и уложены в «корзиночку» на макушке. Внезапно она остановилась в паре метров и ахнула, уставившись на меня с неподдельным интересом.

– Вот это да! Сегодня вокруг тебя витает такая чудесная голубая аура, – сказала она так, словно похвалила мои волосы или глаза. Как будто я специально что-то сделала с аурой, и та выглядела очень красивой.

– Я думала, у меня всегда была голубая аура? – Сделав шаг вперед, я взяла у нее из рук одну из коробок.

Она рассмеялась так, словно я сказала какую-то глупость.

– Да. – Сестра внимательно рассматривала невидимый свет вокруг моих плеч, который был доступен только ее взгляду. – Но сегодня он словно вибрирует. Бьется как сердце. – Она несколько раз быстро моргнула, а затем, одарив меня улыбкой, направилась в сторону главной полки, на которой располагались карты Таро.

Я последовала за ней.

– Не знала, что аура может биться как сердце.

– О, еще как! Аура может пульсировать, вибрировать, вращаться и даже мутнеть.

– Фу. Звучит отвратительно.

Мы поставили коробки на пол и начали доставать из них колоды карт, чтобы расставить их на полке.

Опустившись на колени, сестра начала с нижнего ряда.

– Обычно это дурной знак.

Клара была Аурой. Не путать с сияющим пульсирующим светом, который она видела вокруг других. Аура – это ведьма, которая может не только чувствовать эмоции как эмпат, но и проецировать собственные чувства на других людей. Классный вид магии – он был особенно полезен всякий раз, когда Вайолет пребывала в дурном расположении духа. В такие моменты Клара поила ее каким-нибудь веселящим соком, чтобы та не впадала в уныние. Забавно, но всякий раз, когда Вайолет действительно хотела утопить комнату в слезах и высосать всю радость из окружающих, Клара просто не давала ей этого сделать.

– Много товара нужно разобрать сегодня на складе?

– Правда чудесные? – Сестра подняла украшенную сусальным золотом колоду карт, на упаковке которой была изображена красивая женщина со скипетром.

Я кивнула. К странному ходу мыслей Клары мне было не привыкать.

– Много нового товара надо разобрать?

Не торопясь, сестра расставляла новые колоды карт на идеальном расстоянии друг от друга.

– Не очень. Мне нужно наполнить магией новые кристаллы, а также собрать букетики из шалфея и перевязать их лентой. Больше ничего. А что?

– Сегодня я должна помогать тебе в магазине, но мне нужно кое-что сделать.

Пододвинув к себе вторую коробку, она внимательно посмотрела на меня своими небесно-голубыми глазами.

– Что тебе нужно сделать?

Полагаю, я не могла не сказать ей.

– Помнишь, мы с Джулс рассказывали тебе за завтраком про оборотня? Он попросил об одном одолжении.

Стоя на коленях, она выкладывала второй ряд карт.

– Что за одолжение?

Боже. Я не была уверена, одобрит Джулс эту идею или нет, но врать сестрам не могла.

– Он попросил меня проводить с ним несколько часов в день. – Я вынула из оловянной подставки гусиное перо – одну из тех безделушек, не обладавших магическим эффектом, которые мы продавали в магазине, и покрутила его в воздухе.

– Его внутреннему волку нравится проводить с тобой время?

Я убрала перо на место и уставилась на ее золотистую макушку.

– Что ты сказала?

Она положила последние колоды карт из новой поставки на среднюю полку, а затем поднялась на ноги.

– Могу поспорить, Матео становится более уравновешенным, когда ты рядом. Более спокойным.

– Откуда ты знаешь? Он сказал мне практически то же самое.

– Ну, просто это логично. – Она одарила меня своей фирменной улыбкой. – Но и по тебе я тоже это считываю.

Положив руку на бедро, я нахмурилась.

– Как ты можешь по мне что-то считывать? Бессмыслица какая-то.

– Что считывать? – Джулс вошла в магазин через коридор, который вел на задний двор, выходивший на улицу, где располагался «Котел».

Вот черт.

Подняв две пустые коробки, Клара направилась к кассе.

– Оборотню, которому помогает Иви, нужна ее компания. Ее присутствие успокаивает нервы.

Джулс, одетая в белый поварской халат, нахмурилась и скрестила руки на груди.

– Что, черт возьми, это значит?

– С ней он становится спокойнее, – добавила Клара. Но похоже, что этого объяснения было недостаточно.

– Иви, о чем она говорит?

– Да ни о чем.

Мы обе подошли к кассе, которую Клара открыла, чтобы разложить наличные.

– Матео попросил меня немного побыть с ним в студии, чтобы ему было легче сконцентрироваться на работе. Как Клара уже сказала, похоже, что мое присутствие успокаивает его внутреннего волка. Не подумай ничего дурного.

Джулс приподняла бровь.

– Все происходящее, конечно, довольно странно, но я верю тебе. По правде говоря, логика во всем этом определенно есть. Возможно, твоя способность снимать заклятия уравновешивает эффект, вызванный этим проклятием. Может, это и к лучшему, что ты будешь проводить с ним время.

Стоп, что? Я в шоке.

– Ты серьезно?

– Ну да. Я подумала, что в галерее или мастерской у тебя получится что-то разузнать об этом заклятии. Или о ведьме, которая его наложила.

Закрыв кассу, Клара облокотилась на прилавок, положив ладони на столешницу.

– Нам нужно будет провести ритуал с использованием ведьминого круга, прежде чем Иви попытается разрушить заклятие.

– Верно, – согласилась я. Ведьмин круг усиливал наши способности. Мне бы не помешал хороший заряд магией.

Прикусив губу, Джулс устремила задумчивый взгляд на витрину.

– Но перед этим нужно, чтобы Вайолет проверила его. Погадала ему с помощью чаши предсказаний, посмотрела, что она может выяснить со своей стороны. Нам поможет любая информация.

Засунув руки в задние карманы джинсовых шорт, я спросила:

– Как вы думаете, у меня получится? Разрушить заклятие?

Хоть я того и не хотела, моя неуверенность в себе выплеснулась наружу. Я съежилась, услышав нотки сомнения в собственном голосе. Мне всегда удавалось снимать заклятия, но в других сферах жизни я не очень преуспела. Я отказалась следовать своей мечте, потому что страх поражения был слишком велик. Да. Это единственное слово на букву «п», при звуке которого я вздрагивала.

– Иви, ты справишься, не сомневаюсь. – Джулс, казалось, расстроил мой вопрос. Как будто я сказала глупость. – Но, судя по тому, что ты мне рассказала, это что-то новое. Мы с таким раньше не сталкивались. Чем больше у нас будет информации, тем выше наши шансы на успех.

Звучит логично.

– Что ж, хорошо. – Я повернулась к Кларе. – Ты справишься сегодня без меня? – Тут мне кое-что пришло в голову. – Подождите, а где Вайолет? Если что, она может помочь.

Клара махнула рукой в воздухе.

– Она опять исчезла.

Задумчивое лицо Джулс скривилось.

– Где, черт побери, она все время пропадает?

– Я не знаю. А ты? – спросила я Клару.

– Я тоже. – Она улыбнулась, доставая закрытую коробку из шкафчика под кассовым аппаратом. – Но с ней все хорошо.

Джулс хмыкнула.

– Ты не волнуешься за нее?

– Нисколько. Чем бы она ни занималась, это не вредит ее здоровью, я уверена.

Кларе, конечно, было виднее.

Джулс раздраженно повернулась к двери и пробормотала себе под нос:

– Просто не люблю секреты.

Клара открыла коробку, внутри которой лежали упакованные в пластиковые мешочки кристаллы.

– Бедняга Джулс. Вечно беспокоится о вещах, которые того не стоят.

– Ты о чем? Она беспокоится обо всем на свете.

Она рассмеялась.

– И то правда.

– Что ж, если я тебе сегодня не нужна, я пойду.

– Без проблем.

Сестра высыпала на ладонь фиолетовые аметисты из пластикового мешочка и сжала руку в кулак. Раздалось шипение – магия Клары, пульсируя, взметнулась вверх и растворилась в воздухе. Заряжая кристаллы магией радости, ее ладонь и пальцы излучали тусклое свечение.

– Ступай, позаботься о своем оборотне. Я справлюсь.

– Ну хорошо. – И с этими словами я направилась в сторону выхода. – Только он не мой оборотень, – бросила я через плечо.

Сестра рассмеялась мне вслед.

Глава 6
Матео

Она сказала, что сначала зайдет в магазин, а после придет ко мне в мастерскую. Я не собирался возобновлять работу над скульптурой без Иви, но мог заняться другими делами, пока ее нет. Переступив порог галереи, я кивнул Мисси, стоявшей в глубине помещения за длинным прилавком возле кирпичной стены.

– Доброе утро. Есть новости?

– Доброе утро, мистер Круз! Пока нет, но звонил Кайл и сказал, что сегодня днем он поменяет несколько картин.

Сегодня ее жизнерадостное приветствие подействовало на меня особенно удручающе, и я знал почему.

– Не хотите выпить чашечку кофе, прежде чем пройти в мастерскую? – Ее солнечная улыбка буквально сияла.

Мисси работала на меня уже два года и знала мой распорядок дня наизусть, хотя именно порядка в моей жизни сейчас и не было. Совсем. Если говорить начистоту, в ней царил полнейший бардак.

– Да, было бы здорово. Я пока побуду в офисе.

Проходя через мастерскую, я заметил, что на одной из картин Сандры, выполненной в смешанной технике, висит ярлычок «Продано». Мне редко удавалось продать какие-то из своих статуй в галерее, но процент от продаж работ художников, арендовавших у меня помещение, держал бизнес на плаву. Мой реальный доход складывался из частных заказов, и спрос на них с каждым днем повышался. Но черт возьми, сейчас работа шла намного медленнее – Альфа постоянно мне мешал.

Во всем всегда виноват я, да? Может, ты просто талант растерял.

Нельзя «растерять» талант.

Уверен? Твоя новая скульптура – хрень полнейшая.

Много ли ты знаешь об искусстве?

Я знаю лишь то, что грудь у русалки должна быть больше.

Я прошел по коридору, нырнул в свой маленький офис и уселся за стол. Я уставился на пачку счетов, аккуратно сложенных в почтовом ящике, но, как только я начал их просматривать, мысли улетели далеко.

Бэм. Что это вообще за имя такое – Бэм? Вы издеваетесь? Такой франт. Слишком чистенький и опрятный, чтобы заправлять магазином комиксов. Владельцы подобных заведений должны быть лохматыми, бородатыми и носить выцветшие футболки. Когда он коснулся волос Иви…

Ты должен был выдрать ему руку из сустава.

Господи. Ты можешь оставить меня в покое хотя бы на пять минут?

Держал бы он свои глазенки поглубже в черепе, не то я их вытащу ложкой.

Ложкой? Кто ты?

Невнятное ворчание.

Я Альфа. Мы вроде это уже обсуждали? Неужели у тебя деменция началась? Тебе всего-то чуть больше ста.

Это означало, что я оборотень в самом расцвете сил, но Альфа заставлял меня сомневаться в этом. Я определенно сходил с ума.

– Ваш кофе, мистер Круз.

Мисси заглянула в комнату, в руках она держала чашечку ароматного, как всегда, идеально приготовленного напитка. Я неоднократно пытался уговорить ее называть меня просто по имени, но она наотрез отказывалась. Когда я ее нанял, Мисси было всего восемнадцать, и обращение по имени казалось ей фамильярным, хотя сам я придерживался другого мнения. Она, бывало, подолгу смотрела на меня, и я довольно быстро понял, что Мисси влюблена. На этом я и оставил свои попытки убедить ее звать меня по имени. На работе границы лучше не переходить. К тому же она была совсем ребенком.

А знаешь, кто у нас настоящая женщина?

Умоляю, только не сейчас.

Иви.

– Спасибо, Мисси, – сумел выдавить я.

– Мистер Круз, у вас все хорошо? В последнее время вы, кажется, много нервничаете. Я могу что-то сделать для вас?

Да, притащить сюда Иви.

Прекрати!

– Нет, Мисси. Мне просто нужно кое-что обдумать.

Научись сдерживать свои инстинкты.

В том-то и проблема. Я их сдерживаю. Пока что. Но скоро я дам им волю.

Если я спущу тебя с цепи, то, клянусь, к воскресенью получу целый букет венерических заболеваний.

Оборотни не умирают от заразы. Так что я готов рискнуть.

Разбежался. Решения пока что принимаю я.

Вот именно, пока что.

Испытав животный ужас, я вздрогнул всем телом. Его угроза захватить власть над моим разумом действительно пугала. Я держал волка на привязи всю свою жизнь. За исключением ранней юности.

Каждый месяц, как только волк начинал скрести меня изнутри, я собирал вещи и на неделю или даже больше уходил в лес, подальше от людей. Давая волю животным инстинктам, которые томились внутри меня, я словно тушил встречным палом[21] надвигающийся пожар.

И тут это заклятие. Черт бы его побрал. Волк вторгся в мою душу, завладел моими мыслями, заставляя каждый день выслушивать бесконечный поток его слов – и я всерьез начал опасаться, что произойдет, если спустить его с цепи. Кроме того, я боялся, что, если он одержит надо мной верх, я уже никогда не обрету человеческий облик. Все желания, потребности и мысли принадлежали не только Альфе. Они становились частью меня. Чтобы хоть как-то утолить жажду крови, я питался полусырыми стейками несколько раз в неделю.

Оборачиваясь волком, я охотился до тех пор, пока жажда крови не стихала. Животную похоть я без проблем утолял в обличье человека, слава тебе Господи. Альфа хотел, чтобы я вел себя как бродячий пес, но я не мог так жить – в этом и заключалась проблема. Я придерживался последовательной моногамии, стремился находиться в отношениях с одной женщиной до тех пор, пока не начинал надоедать ей или она – мне. Кэролайн ушла месяца три назад, после того как поставила мне ультиматум: или мы съезжаемся, или расходимся. Я никогда ни с кем не съезжался. Не мог. Никогда не мог.

Если бы я завел с кем-то более серьезные отношения, пришлось бы объяснять, почему я каждый месяц на неделю уезжаю в лес, а со временем она бы заметила, что я не старею. На самом деле я старел, конечно, просто намного медленнее, чем обычный человек. Мне было немного за сотню, но выглядел я на тридцать. И буду выглядеть так следующие лет пятьдесят. Нет. Ничего не остается, кроме как заводить отношения на пару месяцев, максимум – на год, а затем двигаться дальше. Все, что мне было нужно, я мог получить и так.

Ну что, кто у нас следующий по списку? Рука – решение временное. Нам нужна плоть. Теплая кожа. Та бойкая ведьма.

Размечтался.

– Мисси! – Она уже вышла в коридор, и я крикнул ей вдогонку.

– Да, сэр? – Она вновь появилась в дверном проеме.

– Я жду кое-кого в гости. Иви Савуа. – Ее имя я произнес неожиданно хрипло. – Позовешь меня, когда она придет?

– Да, сэр. – Девушка вышла за дверь, глаза ее были широко раскрыты.

Бедняжка. Она замечала мои перепады настроения, но вела себя со мной, как обычно, мило и вежливо.

Вернемся к Иви. Почему не она?

У тебя совсем мозгов нет? Потому что она пытается помочь нам избавиться от заклятия.

И что с того?

Что с того?

Я обхватил голову руками, мое колено дергалось и подпрыгивало с бешеной скоростью. Из груди вырвался рычащий смех. Смех принадлежал Альфе, но звук издавал я.

Я серьезно. Отступись от нее, Альфа.

Иностранный язык. Не понимаю, что ты говоришь.

Ты прекрасно понимаешь, о чем я говорю. Мы не станем за ней бегать. Конец дискуссии.

Ты хочешь ее.

Я хочу, чтобы она помогла нам, да. Разрушила это чертово заклятие, чтобы мы могли вернуться к прежней жизни.

Еще один грубый смешок вырвался из моей груди, отозвавшись эхом в стенах маленького офиса. Он насмехался надо мной.

И вот опять. Очередной приступ страха пронзил меня насквозь, в груди что-то сжалось и больно кольнуло. Вездесущее и зловещее «а что случится, если» вновь замаячило на горизонте.

Меня беспокоило не только следующее обращение в полнолуние или то, на что волк мог пойти для того, чтобы утолить жажду крови и насилия. Я боялся, что он полностью одержит надо мной верх. Было страшно подумать, каких дров он наломает, если я в таком состоянии решусь лечь в постель с женщиной.

Особенно с той, которую я…

Я взял в руки следующий счет, даже не обращая внимания на цифры, указанные в нем, – моя нога продолжала отбивать ритм, стуча каблуком по полу.

Боже. Да ты правда хочешь ее.

Радостное приветствие Мисси донеслось до моих ушей – кто-то вошел в галерею.

– Да, я пришла к Матео.

Иви. Внизу живота странно кольнуло, а кожу будто обдало жарким огнем. Я не понимал, что это за чувство. Понимал только, что поднялся со стула и мои ноги начали двигаться. И мужчина, и волк хотели находиться рядом с ней – и я ничего не мог с этим поделать, отрицать было бесполезно.

Мне бы только быть поближе к ней. Да. Свои желания и непрошенные мысли я могу держать под контролем.

Ну попробуй.

Когда я вошел, Иви пожимала Мисси руку, тепло улыбаясь. Эта улыбка. Благодаря своим сверкающим – действительно сверкающим – глазам Иви казалась не просто хорошенькой, а неземной, излучающей какую-то ангельскую ауру девушкой. Я был ошеломлен. Чертовски ошеломлен, сбит с толку, одурманен ее волшебной улыбкой. Я действительно сходил с ума. Я стал почти одержим этой девушкой, хотя познакомился с ней меньше двадцати четырех часов назад.

Почти – явно не то слово, братишка.

Я спешил отвести ее в мастерскую, чтобы поскорее начать работать и перестать зацикливаться на ее небесной улыбке, поэтому торопливо представил ее Мисси:

– Мисси, это моя… Иви. Иви, это мой ассистент, Мисси.

– Приятно познакомиться, – едва успела сказать Иви, как я подтолкнул ее в сторону коридора, положив руку на спину. Одно легкое касание – и меня окутало волной спокойствия. Она выгнула бровь, оглядываясь через плечо. – Куда-то торопишься?

– Да. Мне нужно работать.

– Без проблем. – Иви похлопала по кожаному рюкзаку, который висел у нее на плече. – Я тоже кое-что принесла с собой, будет чем заняться, пока ты работаешь.

– Отлично.

– Но у тебя осталось всего три часа и двадцать минут.

– Это еще почему?

– Четыре часа в день. Таков был наш уговор. В магазине Бэма мы провели как минимум сорок минут. И как я уже сказала, я не собираюсь целый день торчать в какой-то душной студии.

Я практически вытолкал ее за дверь в конце коридора, вывел на улицу и потащил через маленький кирпичный дворик, который соединял мою галерею с мастерской и квартирой. Когда мы шли по внутреннему дворику, Иви резко развернулась и направилась к его центральной части.

– Ничего себе, – прошептала она.

Посреди небольшого, огороженного кирпичом сада, в котором в середине октября росли в основном зеленые растения (в столь позднее время года цветы уже не распускались), стояла одна из моих самых первых работ. Это была скульптура Аида, бога подземного мира. Он возвышался над садом, выставив вперед обутую в сандалию ногу, его туника развевалась на невидимом ветру, одной рукой он сжимал двузубец, а другая покоилась на голове доходившей ему до пояса адской гончей.

Иви обошла скульптуру по кругу, и ее восхищенный взгляд заставил меня подойти ближе. Но я не проронил ни слова, когда она, вновь осматривая мою работу, протянула изящную руку и провела ею по предплечью Аида, державшего скипетр, похожий на вилы.

– Как… как тебе удается в металле воплощать иллюзию движения? – Она тряхнула головой. – Кажется, будто его туника колышется на ветру. Невероятно. – С трудом оторвав взгляд от скульптуры, Иви посмотрела на меня. Уголки ее губ были слегка приподняты, в глазах читалось неподдельное восхищение.

Я не нашелся что ответить. Другие художники и критики неоднократно спрашивали меня, какие техники я использую при создании своих работ. По какой-то причине мне всегда сложно было подобрать слова, чтобы объяснить.

Она провела кончиками пальцев по голове собаки, а затем подошла ко мне.

– Ты чертовски хорош, не так ли?

По моим венам резко прокатилась волна адреналина, вызванная ее искренним восхищением. И тем, как она прикасалась к металлу. С трудом сглотнув, я сделал два шага вперед и открыл дверь, придерживая ее для Иви.

– После тебя.

Войдя в мою мастерскую, девушка глянула на закрытую дверь, которая вела в квартиру, расположенную наверху, а затем принялась изучать мое рабочее место.

Присвистнув, она рассмеялась.

– Ну и чистюля.

Я попробовал посмотреть на мастерскую ее глазами, отмечая, что на рабочем столе все вещи лежат на своих местах – за исключением шлема, который продолжал валяться на полу, там же, где я его с утра и оставил. Я поднял его.

– Люблю порядок.

– Это видно.

Иви внимательно осмотрела комнату. Я проследил за ее взглядом и вдруг осознал, что у меня даже нет стула, на который она могла бы присесть.

– Ох, черт. – Я направился к двери, которая вела наверх, в мою квартиру. – Я забыл принести стул для тебя.

– Нестрашно, – сказала она, усаживаясь на пол возле стены. – Я все равно больше люблю сидеть на полу, вытянув ноги.

– Уверена? Потому что я могу…

Но Иви, махнув рукой, уже принялась расстегивать молнию на рюкзаке. Оттуда она вытащила комикс, который купила утром.

Который мы купили.

Да. Небольшая плата за ее присутствие в мастерской. Впервые за все время, что она находилась здесь, Альфа подал голос. Психологическое напряжение, которое я испытывал из-за постоянного присутствия волка, мгновенно рассеялось, как только она оказалась в паре метров от меня.

Я по-прежнему хочу встретиться с Росомахой лицом к лицу и вызвать его на поединок.

Да. Ты уже говорил это в магазине комиксов.

Это недоразумение – то ли человек, то ли животное – думает, что может претендовать на нашу Иви? Он просто не знает, с кем связался.

Ему бы в зеркало почаще смотреться.

Как я уже говорил, Росомаха – не настоящий.

Но она послала ему воздушный поцелуй и сказала, что у нее от него мурашки.

Разговаривать с волком – все равно что вести беседу с пещерным человеком.

Мурашки у нее могут быть только от нас.

– Хорошо, – сказал я, сосредоточившись на Иви. – Значит, тебе удобно и все в порядке?

– В полном. – Она глянула поверх комикса, улыбнулась, затем вновь углубилась в чтение.

Эти глаза. В тускло освещенной студии они казались темно-зелеными, по цвету напоминая мох. Не зацикливайся!

Я не зацикливаюсь. Я размышляю над стратегией. Планирую.

Я не с тобой разговариваю.

Игнорируешь меня и предпочитаешь вести беседы сам с собой? Братишка, да тебе помощь нужна.

Невероятно.

Да, это определение подходит. Я невероятный. Я бы даже сказал – потрясающий. Как только доберусь до Росомахи, смогу на деле это доказать.

Закатив глаза, я направился в другой конец комнаты и поднял дверь гаража, выходившую на узкую дорожку, где обычно был припаркован мой пикап. Комната наполнилась солнечным светом и свежим воздухом, теперь в ней было не так душно – запах, который источали работавшая горелка и расплавленный металл, немного рассеялся.

– Не возражаешь, если я включу музыку? – поинтересовался я.

Иви вновь глянула на меня поверх комикса и, пожав плечами, сказала:

– Матео, это твоя мастерская. Делай, как тебе удобно. – Постучав по часам, она добавила: – Осталось три часа.

На этих словах я зашевелился, положил мобильный телефон рядом с беспроводными колонками и включил плейлист под номером три. Надев шлем и перчатки, вооружившись горелкой и устроившись на табуретке возле скульптуры, я принялся за дело.

Господи. Работать стало так легко, мне даже не верилось в это. Находясь в мастерской, Иви как будто шепотом призывала мою музу, наполняла мои руки и пальцы энергией – и теперь они выполняли предназначенную для них работу. Сделав глубокий вдох, я наклонился ближе к скульптуре и позволил музыке унести меня в мир, где значение имело одно лишь искусство. Впервые за последние несколько месяцев я мог спокойно работать, и Альфа даже не пикнул.

Черт, четырех часов в день, скорее всего, будет недостаточно. Но сейчас я был рад довольствоваться тем, что Иви могла мне предложить.

Глава 7
Иви

Пресвятые угодники! Как можно сидеть и смотреть на это по четыре часа в день и не захлебнуться при этом собственной слюной?

Первые полчаса все шло хорошо, я полностью погрузилась в чтение комикса. Успела даже сделать кое-какие наброски на планшете, но, когда в исполнении Florence & the Machine заиграла песня Seven Devils[22], я подняла взгляд на Матео и едва не заработала сердечный приступ.

Он трудился над интересной, но довольно простой скульптурой русалки, выныривающей из воды. Русалка опиралась выпрямленными руками на камень, а ее хвост за спиной выгибался дугой. Матео мастерски умел обращаться с металлом, волшебным образом переплавляя проволоку в многослойные объемные произведения искусства, но дело было не в этом. Я своими глазами видела, как он это делает.

Сосредоточенно. Напряженно. Он низко склонился над скульптурой, поношенная футболка облегала его спину и торс как вторая кожа. Было видно, как напрягались косые мышцы его живота, когда он нагибался и вытягивал руки вперед во время работы. Отложив в сторону шлем и горелку, Матео не стал снимать перчатки и с помощью какого-то металлического инструмента принялся формировать грудь русалки. Мягкими поглаживающими движениями он надавил на верхнюю часть бюста, а затем прошелся пальцами до ключицы, и под его умелыми руками грудь русалки начала принимать очертания. У меня начало покалывать кожу от одной только мысли, как прикосновения этих рук могли бы ощущаться на моем теле.

И почему я об этом подумала?

Никаких оборотней. Никаких оборотней. Никаких оборотней.

Возможно, если напоминать себе об этом достаточно часто, мысль проникнет в подсознание и возымеет действие. Но прямо сейчас мое тело и мой мозг прямым текстом говорили Джулс, что она вместе со своими правилами может идти к черту.

Матео встал с табуретки, затем поднял горелку и взял щипцами новый моток проволоки. Расплавив стержни, он начал укладывать их слой за слоем, создавая очертания лица, работая над самой незавершенной частью скульптуры. По сути, у русалки были готовы череп и челюсть. Волос на голове у нее пока не было. Но Матео двигался легко и уверенно – я знала, что в его воображении уже существует финальный образ. Он вновь отложил горелку, чтобы свободной рукой пройтись по подбородку русалки и придать форму размягченному металлу возле уха.

Когда он поднял голову вверх, его волосы упали назад. Он был сосредоточен на работе, и его рот был слегка приоткрыт. Из колонок доносилась ритмичная музыка, и по его мускулистым плечам градом струился пот. Его бицепсы напрягались с каждым движением пальцев, а вены на руках вздувались оттого, что кровь в них буквально бурлила от духоты в мастерской. А затем Матео буквально убил меня.

Он вернулся к работе над очертаниями рта русалки, поглаживая пальцем нижнюю губу и надавливая на нее подушечкой большого пальца. То, с каким усердием он ваял; быстрые, ловкие движения его пальцев; невероятная красота, которую он создавал, используя только сталь, жар огня и талант, – все это невероятно восхищало меня. Я была очарована. И сказать по правде, я даже немного завидовала ему.

Вот оно что.

Засунув планшет в рюкзак, я поднялась с пола и, оттолкнувшись спиной от стены, направилась к двери.

– Ты куда?

Он замер с поднятыми руками, прижав ладони прямо к груди русалки, и уставился на меня в непонимании – в его глазах читался ужас. Боже. Неужели моя близость действительно была важна для него настолько, что он, казалось, запаниковал от одной только мысли, что я ухожу? Я облизнула губы. Взгляд его карих глаз упал на мои губы, затем он вновь посмотрел мне в глаза.

Показав большим пальцем куда-то назад, я сказала:

– В туалет. Заодно сделаю перерыв, разомнусь. У тебя в галерее есть дамская комната?

Тот медленно кивнул, на его лице читалось беспокойство.

– Не задерживайся.

Командует.

– Хорошо.

Я прошла во внутренний двор, и мне показалось, что Аид возвышается надо мной как часовой, наблюдает за моими передвижениями. Я отсалютовала ему и продолжила свой путь. Туалет располагался в коридоре напротив офиса. Прежде чем возвратиться в мастерскую, я решила заглянуть в галерею.

Его ассистентка Мисси стояла рядом с парой, восхищавшейся одной из работ Матео. Скульптура была раза в два меньше той русалки, над которой он работал в мастерской. Она представляла собой греческого воина с мечом в руке. Воин стоял лицом к красивой женщине, облаченной в тунику, и держал ее за руку. Женщина смотрела в глаза воину, а ее ладонь покоилась у него на груди.

Мисси отвечала на вопрос, который пара задала по поводу скульптуры.

– Это Царь Леонид накануне Фермопильского сражения. Он последний раз в жизни видит свою жену, королеву Горго.

– Поразительно, – ответил мужчина средних лет, – мастер смог так точно запечатлеть в металле выражения их лиц.

– Не правда ли искусно? – Мисси явно гордилась работами начальника, ее глаза блестели от восхищения. – Все скульптуры мистера Круза уникальны. Он никогда не изображает одного и того же греческого персонажа дважды.

– Никогда? – спросила женщина, сжав предплечье мужа. Я не знала наверняка, но предположила, что это ее муж. На изящной руке дамы сверкало кольцо с бриллиантом размером с булыжник.

– Да, мэм. Он хочет, чтобы каждый покупатель мог приобрести в свою коллекцию поистине уникальное произведение искусства.

– Впечатляет.

– Не могу не согласиться.

Боже ты мой. Кажется, Мисси боготворила своего начальника. Хотя кто я такая, чтобы ее осуждать.

– Мистер Купер, вас заинтересовала эта скульптура?

Прикусив губу и скрестив руки на груди, мужчина некоторое время внимательно рассматривал скульптуру, а затем наконец кивнул.

– Да, мы ее берем. Но мы живем в другом городе. Вы сможете упаковать ее для транспортировки? Мы летим домой в воскресенье.

– Разумеется. – Мисси прошелестела мимо них и не спеша направилась в сторону прилавка, ее юбка-трапеция изящно всколыхнулась на повороте, а упругие очаровательные кудряшки рассыпались по плечам. – Давайте оформим сделку, и дальше мы обо всем позаботимся.

Пара последовала за ней, чтобы оплатить покупку, и, глядя на счастливое лицо мужа, жена не смогла удержаться от улыбки. Когда женщина взяла его за руку и их пальцы нежно сплелись, она поднесла сцепленные руки к губам мужа – и тот мягко поцеловал костяшки ее пальцев, затем разомкнул ладони и повернулся к Мисси. Мое сердце отчего-то… сжалось. Вроде бы ничего особенно не произошло. Но этот едва заметный жест показался мне таким интимным – видно было, что они давно друг друга любят. Прикосновение не было требовательным или настойчивым, скорее мимолетным и аккуратным, рассказывающим целую историю. Историю глубокой искренней любви.

Сердце защемило. И хотя я выглядела моложе своих лет, мне уже было тридцать восемь, но ни разу в жизни мне не довелось испытать нечто подобное, сродни тому, что было у этой пары. Разумеется, у меня было множество парней – в основном обычных людей, но я разрывала отношения с ними, пока дело не заходило слишком далеко. Я не могла себе позволить долгосрочные отношения с обычным человеком. Даже если бы он примирился с моей сверхъестественной сущностью, я бы пережила его лет на двести, а мне этого не хотелось. Серьезные отношения у меня были всего лишь раз. Да и те закончились разрывом, потому что он меня не понимал.

Дерек переехал в Новый Орлеан для того, чтобы закончить ординатуру, – он готовился стать врачом. Нас с сестрами с ним познакомил мой двоюродный брат Дрю – Дереку нужны были связи в ведьмовском сообществе. И поначалу он казался мне замечательным. Очень нежный и внимательный, он интересовался моими увлечениями и хобби. Хотя тут нужно уточнить, что рисование для меня – это не хобби. Это дело всей жизни. Мою одержимость комиксами и причудливыми рисунками Дерек находил очаровательной. По крайней мере, именно так он мне говорил. Но по прошествии года он стал намекать, что мне пора повзрослеть, в переводе на человеческий язык это означало носить одежду, более подходящую моему возрасту, и заниматься более взрослыми вещами – например, ходить с ним на унылые коктейльные вечеринки, организованные ковеном.

Я пыталась. Я правда пыталась. Но когда Дерек прямым текстом заявил мне, что я должна перестать вести себя как подросток и стать подходящим для него партнером, который будет соответствовать его статусу и стилю жизни в высшем ведьмовском обществе, я поняла, что отношениям конец.

Я усмехнулась, хотя мне по-прежнему было горько вспоминать, какое шокированное выражение приобрело идеальное лицо Дерека, когда я сообщила ему, что мы расстаемся. И когда я говорю «идеальное», я имею в виду, что оно будто было создано рукой Микеланджело. Смотреть, как на безупречном мраморе проступает трещина, было скорее смешно, чем грустно. Он не мог поверить, что какая-то незрелая псевдохудожница и официантка может отвергнуть великое чудо, коим являлся Дерек Чарльз Салливан, богатый аристократ и уважаемый колдун. Я уж не говорю о том, что он использовал меня и связи моей семьи для того, чтобы попасть в высшее общество, о котором так мечтал. Иногда мне казалось, что встречаться со мной он начал только ради этого.

Спустя несколько месяцев после нашего разрыва он даже не поленился прислать мне на день рождения электронную открытку, в которой сообщил, что желает всего наилучшего и не держит зла. Пф-ф-ф. Серьезно? И только потом я обратила внимание, что письмо было отправлено с рабочей почты и внизу сообщения был указан его титул: Глава ковена Батон-Ружа и прилегающих территорий. Его карьера пошла в гору, он получил власть и сумел стать главой ковена в Батон-Руже и его окрестностях всего через три месяца после нашего расставания. Таким образом он хотел наглядно продемонстрировать мне, чего я лишилась, разорвав с ним отношения. Я была благодарна ему за это, потому что лишний раз убедилась в том, что сделала все правильно. Отправив эту треклятую поздравительную открытку, он хотел утереть мне нос, но на деле лишний раз доказал, что он мне не подходит. Вот козел. Я была рада избавиться от него.

Мир ведьм был тесен, и выбирать жениха в нем особенно не из кого. Вот почему мы с сестрами до сих пор не вышли замуж, хотя всем нам уже за тридцать. Джулс вообще исполнилось сорок два, но выглядела она моложе всех нас – не в последнюю очередь благодаря тому, что была ростом с эльфа.

Ежегодный Саммит гильдии ковена проводился именно для этого. Изначально идея состояла в том, чтобы на Саммит съезжались главы всех ковенов и рассказывали о текущем состоянии дел в каждом регионе. Джулс всегда тащила туда кого-то из нас. На коктейльную вечеринку по случаю завершения Саммита все главы ковенов приводили своих подчиненных – в итоге за последние несколько десятилетий было заключено некоторое количество браков.

К счастью, Джулс перестала уговаривать меня ходить на эти вечеринки – по вполне понятным причинам – и всегда разрешала оставаться дома. Меньше всего на свете мне хотелось, чтобы доктор Дерек, глядя на меня, злорадствовал, держа под руку какую-нибудь длинноногую блондинку модельной внешности.

Я по нему не скучала. Ни капли. Дело было не в этом. А в том, что он заставил меня стыдиться собственной мечты. Заставил почувствовать себя никчемной. Недостойной. Я пока что не сумела претворить свои мечты в жизнь, поэтому не хотела, чтобы мне лишний раз напоминали о постигшей меня неудаче. Его слова о том, что мои попытки стать художницей просто нелепы, словно порвали в клочья мои паруса: теперь я боялась выходить в открытое море – вдруг он прав и я пойду ко дну?

Поэтому я ни с кем не делилась своими мечтами, отказываясь выходить из зоны комфорта. Джулс обо всем знала, но не давила на меня. Я решусь следовать своей мечте, когда буду готова.

И, находясь здесь, глядя на потрясающие скульптуры Матео, которые тот создавал благодаря невероятному таланту, мне захотелось свернуться калачиком и до конца дней хранить свои мечты в секрете от мира. Может быть, Дерек был прав. Возможно, я и правда ничего собой не представляла.

– Иви?

Я резко вздрогнула и ахнула от удивления: я не услышала, как Матео подошел ко мне сзади. Весь в поту, волосы теперь собраны в небольшой хвост – выбиваются лишь несколько прядей. Он хмурился.

– Ты напугал меня до смерти.

Он подошел совсем близко.

– Ты в порядке?

Оглянувшись, я поняла, что та пара уже покинула галерею, а Мисси не видно за прилавком. Я стояла в углу помещения и, потеряв счет времени, смотрела на картину, написанную маслом: на ней яркими контрастными красками был изображен дуб.

– Конечно, – пискнула я, словно мышь, мой голос звучал неестественно высоко. – Почему ты спросил?

– Не знаю. – Он придвинулся еще ближе, вглядываясь в мое лицо излишне пристально.

Я почувствовала его естественный запах, смешанный с потом и ароматом мыла для мужчин, и мое сердце бешено заколотилось. Old Spice?[23] Вряд ли Old Spice может пахнуть настолько вкусно, что мне хочется лизнуть кожу Матео.

– Я просто любовалась картиной. – Я указала на пейзаж, надеясь, что он переведет взгляд своих наблюдательных глаз с меня на картину.

Парень посмотрел на пейзаж, выполненный в ярко-красных, оранжевых и желтых тонах.

– Это работа Сандры.

– Кто такая Сандра?

– Одна из художниц, которая арендует место в галерее и выставляет здесь свои картины. – Внимание Матео вновь переключилось на меня, и, сдвинув брови, он нахмурился. – Ты как будто чувствуешь себя не в своей тарелке.

– Вовсе нет. – Я сглотнула и сделала шаг назад, а затем посмотрела на часы. – Слушай, мне еще столько дел нужно переделать перед вечерней сменой.

– Ты вроде говорила, что не работаешь сегодня.

– А, да. Джулс в последний момент сказала, что ей понадобится моя помощь. – Я пожала плечами, врать я никогда особенно не умела.

– Но мои четыре часа еще не истекли. – Он выглядел по-настоящему расстроенным.

Меня под дых ударило чувством вины, я поняла, что веду себя как последняя засранка. И не могла бросить Матео только из-за неуверенности в себе и из-за того, что на его фоне ощущала себя полной неудачницей, в то время как он был прекрасен во всех отношениях – за исключением того факта, что раз в месяц, когда ему еще не мешало заклятие, мог превращаться в кровожадного монстра.

– Хм. Да. Точно. Ну что ж, тогда пойдем.

Развернувшись, я метнулась обратно в мастерскую и вновь расположилась на полу. Матео даже не успел нагнать меня, а я уже держала в руках планшет. Но я не стала продолжать работу над своими рисунками, хотя стоило бы. Вдохновение покинуло меня быстрее, чем ущемилось эго Дерека в тот вечер, когда я порвала с ним. Упиваясь своими страданиями и трусостью, я открыла приложение Webtoon[24] и в течение оставшегося времени читала комикс. И я, конечно, ни разу не взглянула на сексуального оборотня, пока тот создавал невероятную красоту из маленьких стальных прутьев.

Не-а. Ни разу.

Глава 8
Иви

– Четыре часа. – Джей-Джей произнес это так, словно повторял какой-то нелицеприятный диагноз, – с недоверием и отвращением.

– Ну да. И что с того? – Пожав плечами, я в третий раз протерла барную стойку. Мне необходимо было чем-то занять руки, и я без остановки что-то ими делала уже часа два – с того момента, как заступила на смену.

– Я думал, Джулс не хочет, чтобы вы работали с оборотнями.

– Мне тоже так казалось. Но видимо, речь о том, чтобы соблюдать меры предосторожности при работе с оборотнями. Серая зона, так сказать.

Покачав головой, Джей-Джей приложил кредитную карту к терминалу и, одарив меня выразительным взглядом, прошелся вдоль барной стойки, чтобы вместе с чеком вручить ее сидевшему с краю клиенту.

– Кажется, ему не очень нравится эта затея, – сказал Чарли, потягивая через длинную трубочку коктейль «Сангрия „Отравленное яблоко“»[25].

Чарли был лучшим другом Джей-Джея, всегда безупречно одевался и говорил то, что думал. Он также являлся одним из немногих людей, кто знал, что мы ведьмы.

– Это просто работа.

Он ухмыльнулся.

– Ты выглядишь мило, когда лжешь.

– Я не лгу.

– Видишь? Такая милая.

Джей-Джей вернулся к нам и вопросительно приподнял бровь, явно обвиняя меня в чем-то.

Это было уже просто смешно. Я уперла руку в бок.

– Что?

– Что значит «что»? – Он скрестил мускулистые руки на идеальной груди. – Я видел, как оборотень впал в ярость тем вечером. На мгновение мне показалось, что он и тебя на куски разорвет.

– Ой, да брось. – Я отмахнулась, словно это был какой-то бред. Хотя я тут же вспомнила, как глаза Матео вспыхнули желтым огнем в магазине Бэма. – Он может разорвать человека на куски, если обернется волком. Но в этом и заключается подвох – он не может обернуться.

А значит, мне ничего не угрожало, так?

Джей-Джей прищурился.

– Я также заметил, что вчера его взгляд был другим.

– Выкладывай, – попросил Чарли, потягивая напиток. Его брови взметнулись вверх.

Я придвинулась ближе.

– «Другим» – это каким?

– У него был голодный взгляд, – ответил Джей-Джей. – И изголодался он не по крови.

– Не выдумывай. Ему нужна помощь. Джулс дала добро, так что тут больше нечего обсуждать.

– Совсем нечего?

– Совсем.

Мне не хотелось встречаться взглядом с его проницательными глазами, поэтому я начала старательно рассматривать столы в зале. Черт, если бы я не знала, что он человек, то приняла бы его за вампира – интуиция у него была воистину сверхъестественной.

– И что вы сегодня делали на протяжении четырех часов? – спросил Джей-Джей как бы между делом, кивая головой новому клиенту, который только что расположился у барной стойки.

Чарли издал смешок.

Я бросила испепеляющий взгляд на Джей-Джея.

– Ты рассказал Чарли?

– Это же не секрет.

– Но это мое личное дело, – процедила я сквозь зубы.

– Может, оно и так, – добавил Чарли с чувством собственного превосходства. – Но в действительности ты шифруешься, потому что не хочешь, чтобы кто-то знал, что ты по уши втрескалась в симпатичного оборотня.

Как я и говорила. Что в голове, то и на языке.

– Тебе виднее. – Я пожала плечами. – Мы еще не встречались сегодня. Договорились увидеться после смены. – Я старательно оттирала несуществующее пятно на столешнице.

Джей-Джей многозначительно усмехнулся, забирая из рук Чарли пустой стакан.

– Погодите-ка секунду. Я тоже должен это услышать.

Он подошел к новому клиенту, налил ему пива и, поставив перед ним стакан, вернулся к нам.

– Ита-а-ак, – протянул он, улыбаясь до ушей. – Почему вы встречаетесь после наступления темноты? И где ты проведешь четыре часа сегодня ночью?

– Иви, милая, за четыре часа можно таких дров наломать. – Чарли положил купюру на барную стойку.

Закатив глаза, я серьезным тоном сообщила им:

– Сначала Клара попросила меня помочь обновить ассортимент на полках в магазине, потом я выполняла поручения Джулс на кухне. Как видишь, у меня тоже есть кое-какие обязанности, Джей-Джей.

Он уставился куда-то вверх, затем перевел взгляд влево, а потом пробормотал себе под нос:

– Если я правильно считаю, то на все про все у тебя ушло часа три. Коробки в магазин привез я. Расставить товары на полке или помочь Джулс на кухне – это недолго. Так что тут два варианта: либо ты намеренно избегаешь его сегодня, либо специально тянешь время, чтобы встретиться с ним позже по какой-то другой – неприличной – причине.

– Так и знал! – просиял Чарли.

Да чтоб его!

– Ты ошибаешься. – Он был совершенно прав. – У меня, вообще-то, есть жизнь вне работы. – Я говорила правду, но Матео все-таки избегала. И если честно, сама не знала почему. Мне хотелось немного побыть одной.

– Конечно есть, – язвительно ответил он и многозначительно переглянулся с Чарли.

Я ткнула Джей-Джея кулаком в плечо.

– Ой! – Ощущение было таким, словно моя рука врезалась в кирпичную стену. – Мистер Вселенная, нельзя все свободное время торчать в спортзале.

– Попрошу не богохульничать. – Чарли развернулся ко мне лицом. – На такую фигуру кто угодно клюнет. Он мой штурман в делах сердечных.

Проигнорировав его слова, Джей-Джей сосредоточился на диалоге со мной:

– Не увиливай от ответа. Чем ты собираешься с ним заниматься? – Его лицо приобрело серьезное – вернее, даже суровое – выражение. Сейчас он вел себя как старший брат, хотя мы не были связаны с ним родственными узами. Более того, я была намного старше него.

– Ладно, сдаюсь. У нас будет дикий, волчий секс при свете луны.

– У кого будет дикий, волчий секс? – Вайолет материализовалась у меня за спиной буквально из ниоткуда.

От неожиданности я даже подпрыгнула.

– Ни у кого, – огрызнулась я.

Она ободряюще улыбнулась.

– Молодец, Иви, так держать!

– Да я пошутила! Я бы никогда…

– Ты бы всегда, – перебил Чарли.

Вайолет цокнула языком. Ее волосы, доходившие до плеч, теперь были выкрашены в темно-фиолетовый оттенок.

– С твоей стороны будет опрометчиво не провести тест-драйв в постели. Художники обычно оказываются чуткими любовниками. Уж поверь. – Она подмигнула мне, а затем повернулась к Джей-Джею. – Два темных пива «Абита»[26], а также «Грим-тоник»[27].

Кивнув, он открыл дверь холодильника.

Пропустив мимо ушей ее слова, я решила сменить тему.

– Мне нравился цвет фуксии. Почему ты так быстро перекрасилась?

Сестра, одетая в черную майку на тонких бретелях, пожала плечом, на котором красовалась татуировка – черно-синяя орхидея.

– Мне кажется, я не из тех девушек, которым идет розовый цвет.

Я фыркнула.

– Если кому и идет розовый цвет, так это тебе. Или нет? Слишком легкомысленный для тебя?

– Отстань, Сисси.

Только Вайолет продолжала называть меня этим детским прозвищем. Оставалось загадкой, почему его унаследовала я, ведь старшей в семье была Джулс. Ее игривое настроение продолжало набирать обороты. Улыбнувшись, словно дьявол, она наклонилась вперед и оперлась на локти.

– Так что происходит между тобой и оборотнем? Джулс, как обычно, молчит словно воды в рот набрала. – Она приподняла брови.

– Верни брови на место. Я просто помогаю ему с… не знаю, как это поточнее объяснить.

– Зато я знаю. – Джей-Джей принес Вайолет два пива и вставил трубочку в коктейль. – Судя по всему, на оборотня наложили заклятие – вот уже несколько месяцев он не может обернуться волком. А еще, – наклонившись ближе к нам, Джей-Джей заговорщицки улыбнулся, – ему необходимо находиться рядом с Иви, ведь ее присутствие успокаивает волка. Поэтому они, – он изобразил в воздухе кавычки, – «проводят время вместе». – Он многозначительно ухмыльнулся. – Каждый день. По несколько часов.

Вайолет разразилась поистине сатанинским смехом, и теперь брови обоих выписывали на их лицах невообразимые пируэты. Как дети малые, ей-богу.

Тяжело вздохнув, я сказала:

– Все совсем не так.

– Почему нет? – спросила Вайолет. – На твоем месте я бы хотела, чтобы все было именно так.

– Я тоже, – добавил Чарли.

– Это работа. Только и всего. Конец дискуссии. – Махнув хвостиком, я вновь принялась усердно натирать барную стойку. – Он оборотень. – Вряд ли я вообще ему нравлюсь.

– Это мы уже слышали, – добавил Джей-Джей.

Вайолет посмотрела на меня так, словно хотела спросить: «Ты издеваешься?» – а затем перевела взгляд на Джей-Джея, который еле сдерживал смех. Пусть думают что хотят. Я просто помогала Матео. Он был клиентом. Возможно, другом. Но не более того.

Я закатила глаза, уперев руку в бедро.

– Если вы, детки, закончили развлекаться, можем приступить к обслуживанию посетителей.

– Ага, – сказал Джей-Джей. Глянув поверх моего плеча, он одобрительно хмыкнул и закусил губу. – К тебе как раз пожаловал новый.

В дальней части бара на угловом диванчике расположился Матео с меню в руках. Увидев его, от неожиданности я остолбенела, а мое сердце забилось сильнее и чаще. Оторвавшись от меню, он поймал мой взгляд и кивнул в знак приветствия. Я облизнула губы и улыбнулась, махнув ему рукой. Его плечи были напряжены, на лице читалась тревога – тем не менее он, казалось, был рад меня видеть. Вернее – казалось, испытал облегчение, увидев меня.

Джей-Джей наклонился поближе и прошептал:

– Кажется, кое-кто не смог дождаться конца твоей смены.

– Замолчи.

Я оттолкнулась от барной стойки и выпрямилась, безуспешно пытаясь справиться с беспокойством, охватившим меня при виде идеальных черт и задумчивого выражения лица Матео в тусклом свете ламп. Радоваться встрече с другом – это нормально. Совершенно нормально. У меня, правда, почему-то перехватило дыхание, но я решила сейчас не обращать на это внимание.

– Мне бы такого мужчину, – сказал Чарли со вздохом. – Хорошего вечера, дамы. – Он помахал нам рукой в знак прощания и направился к двери.

Я оставила тряпку лежать на столешнице, сделала вид, что не слушаю болтовню этих двоих у меня за спиной, и, протискиваясь между столиками, двинулась в сторону углового диванчика в конце бара.

От меня не укрылся страстный взгляд карих глаз Матео, которыми он буквально пожирал каждый сантиметр моего тела, пока я лавировала между посетителями.

Стараясь дышать ровно, я попыталась изобразить на своем лице непринужденную улыбку. Эту миссию я с треском провалила, но пустила в ход актерское мастерство.

– Привет. Я не ждала тебя так рано.

– Мне нужно было… – Он протянул руку, словно хотел дотронуться до меня, но быстро спохватился и, одернув себя, вцепился в меню как в спасательный жилет.

Продолжая изучать блюда из списка, он откашлялся, но его голос все равно прозвучал сухо и хрипло:

– Мне нужно было увидеть тебя. Оказаться рядом с тобой. – Он поморщился. – Знаю, звучит жутко.

– Еще как.

Матео в ужасе посмотрел на меня. Но, увидев улыбку на моем лице, расслабился.

– Я все понимаю, не беспокойся. Почитала тут кое-что об оборотнях.

– Правда?

– Я теперь знаю, как работает ваша магия.

– Что ты имеешь в виду?

Магия ведьм была довольно сложной. Каждая ведьма обладала определенной силой и набором талантов, которые другой ведьме могли быть несвойственны. Вампиры и гримы рождались с одинаковыми видами сил, но эти силы могли различаться по степени своей мощности. Некоторые из них, например, перемещались с такой скоростью, что окружающим казалось, будто они растворяются в воздухе. С оборотнями дела обстояли иначе. Они рождались с одинаковой магией, с одним и тем же проклятием. А к проклятию всегда прилагался и творческий дар.

– Судя по тому, что я прочитала, ваша магия работает таким образом, что вы не можете использовать свой талант без проклятия. Другими словами, если не выпускать волка наружу, то заниматься творчеством не получится. А поскольку я умею разрушать заклятия, логично, что мое присутствие немного притупляет наложенное на тебя заклятие. Это вполне естественно.

Он внимательно посмотрел на меня. Пожав плечами, я продолжила:

– Ну, по крайней мере, я это так поняла.

– Думаю, ты права. – Матео вновь протянул руку, но остановился и шепотом спросил: – Можно прикоснуться к тебе?

На секунду я потеряла дар речи и в красках представила, как его широкая мозолистая ладонь с длинными пальцами прикоснется ко мне… везде. Он собирался убрать руку, так как, очевидно, решил, что моя отвисшая челюсть и гробовое молчание означают «нет», но я поспешила потянуться к нему и накрыла его ладонь своей, сомкнув пальцы.

Крепко сжав мою руку в ответ, он прикрыл глаза и улыбнулся. Сделав глубокий вдох, он вновь посмотрел на меня и произнес:

– Спасибо.

– Не за что. Действие магии усиливается, если ведьма не просто находится рядом, а прикасается к тебе. Так что, если тебе время от времени нужно трогать меня, я не против.

Это прозвучало совсем не пошло, нет. Но признаться честно, он мог трогать меня где угодно и когда угодно. Я не буду жаловаться. Глаза Матео на секунду блеснули золотом, и я тут же спросила:

– Как поживает Альфа? Беспокоит тебя?

Кривая улыбка Матео стала еще шире, осветив его лицо.

– Постоянно.

– Передай ему, что я велела вести себя хорошо.

– Он слышит тебя. Но отказывается вести себя хорошо.

Улыбка Матео погасла, взгляд потускнел. Я вдруг почувствовала, как мозолистым пальцем он поглаживает тыльную сторону моей ладони.

– Понятно.

Я еще раз слегка сжала его руку, а затем посмотрела в сторону Джей-Джея, который, находясь за барной стойкой, смешивал три коктейля одновременно и следил за мной, как форменный сталкер. Я также заметила, что за соседними столиками посетителей заметно прибавилось.

– Итак, что будешь заказывать?

Расправив плечи, он снова глянул в меню.

– Хм. Думаю, какое-нибудь крафтовое пиво. Сорт на твое усмотрение.

– Отлично.

Развернувшись к соседнему столику, я приняла заказ у двух парней и девушки, которые сидели на диванчике позади Матео, а затем поспешила обратно к барной стойке.

– Два коктейля «Могильщик»[28], мартини «Укус паука»[29] и пиво Witch’s Brew[30]. Бутылки достань в холодильнике из заднего ряда, оно должно быть холодным как лед.

– Итак. – Джей-Джей выдержал театральную паузу, к которой так любил прибегать. Наливая по шоту текилы в каждый шейкер для коктейля «Могильщик», он продолжил: – Он так хотел тебя увидеть, что решил не дожидаться конца твоей смены, да?

Я вставила трубочки в коктейли и расположила их на круглом подносе.

– Полагаю, что так, – ответила я. – Или ему просто захотелось выпить после долгого рабочего дня.

Вновь усмехнувшись, друг одарил меня той лучезарной улыбкой, благодаря которой симпатичные мальчики складывались вокруг него штабелями.

– И именно поэтому он сейчас бросает на меня испепеляющие взгляды.

Я посмотрела через плечо и поймала мрачный взгляд Матео, устремленный на Джей-Джея. Я развернулась обратно к другу, он поставил на мой поднос кружку с ледяным пивом, а затем водрузил на него мартини.

Опершись обеими руками на столешницу, он наклонился вперед и произнес так тихо, что его могла слышать только я:

– Помнишь, ты говорила мне о мерах предосторожности?

Мне пришлось мысленно вернуться к началу нашего разговора.

– Иви, будь осторожна. Джулс, возможно, и не против поработать с волком, но если я в чем и разбираюсь, так это в мужчинах. Видишь этот взгляд? – Он посмотрел поверх моего плеча, а затем – мне в глаза. – Это опасный взгляд.

Я твердо решила сделать вид, что его предупреждение не произвело на меня никакого впечатления, поэтому быстро развернулась и, лавируя между столиками, направилась в дальний конец бара – сначала обслужила посетителей за спиной у Матео, а затем поставила кружку пива перед оборотнем.

– Ты голоден? – Мое сердце сделало тройной кульбит, пока я задавала этот, казалось бы, невинный вопрос.

Карими глазами он внимательно изучил мое лицо, затем сфокусировался на меню. Откашлявшись, Матео спросил:

– Посоветуешь что-нибудь?

– Джулс – убийственно прекрасный повар. У нее все получается вкусно.

– Твоя сестра работает здесь шеф-поваром?

– Именно. У нее много талантов.

Матео не ответил и сидел молча так долго, что мне стало не по себе, а затем он вновь перевел взгляд своих прекрасных карих глаз на меню.

– Значит, в баре вы с сестрами решили выбрать ведьмовскую тематику?

– Только для меню напитков. – Я рассмеялась. – Прячемся у всех на виду. К приготовлению еды Джулс относится более серьезно.

– Это я уже понял. Я возьму устрицы по-каджунски[31], приготовленные на гриле, и традиционный луизианский сэндвич с тушеной говядиной.

– Скоро все принесу.

К вечеру в баре стало многолюдно, посетители занимали мои столики, а значит, у меня, к счастью, было много работы. Слова Джей-Джея никак не выходили из головы. Конечно, Матео был опасен. Он же чертов оборотень. Тем не менее, глядя в его теплые карие глаза, я почему-то не чувствовала себя в опасности. Я чувствовала, что нахожусь в компании друга. Возможно, в этом и заключался подвох. Внешне он казался мне безобидным, хотя я знала, что внутри него сидит запертый в клетку зверь.

Я еще раз подошла к Матео – так, словно он был обычным посетителем, и принесла ему еще одно пиво, прежде чем он попросил счет. Расплатившись, Матео остался за своим столиком, ожидая, когда я освобожусь. Но он не сидел без дела – в руках у него был карандаш, и он что-то рисовал им в блокноте.

Когда я разносила напитки или выходила с кухни, время от времени поглядывала в сторону Матео – и замечала, что в такие моменты он всегда отрывает взгляд от блокнота и смотрит на меня дольше, чем, возможно, стоило бы. Я заставляла себя переключать внимание на что-то еще, притворяясь, что жар, поднимающийся от груди по шее, никак не связан с его гипнотическим, темным взглядом.

Я закрыла последний счет и отдала кредитную карту паре, сидевшей за круглым столом недалеко от Матео.

– Большое спасибо, – поблагодарила я и медленно направилась к нему.

Матео не сводил с меня глаз, пока я двигалась в его сторону, и бесстыдно меня рассматривал. Может, я ему нравилась? Ранее эта мысль уже приходила мне в голову, но потом выяснилось, что он восхищался моими чудаковатыми футболками. И все же Матео бросал в мою сторону такие страстные взгляды, что у любой девушки начали бы подгибаться колени. Я не стала исключением. У меня были планы на сегодняшний вечер, но теперь мне казалось, что все это плохая затея. Мое воспаленное сознание не позволяло мне мыслить трезво. Он просидел на этом диванчике три часа. С математической точки зрения я должна была провести с ним всего час. Приближаясь к его столику, я задавалась вопросом, как же мне поступить. Может, стоит…

– О чем задумалась? – Его губы тронула улыбка.

– Что?

– Складывается ощущение, что ты планируешь сбежать.

– Я? Нет! Вовсе нет, что за глупости.

Конечно да. Ладно, сбегать я, возможно, и не планировала, но от идеи провести уютный вечер за просмотром фильма на диване, кажется, нужно было отказаться. Особенно с учетом того, что Матео три часа бросал на меня пристальные взгляды, расшифровать значение которых я не могла.

– Зачем мне сбегать?

Он засунул блокнот в черную сумку, затем встал из-за стола и перекинул ее через плечо. Тут я поневоле вспомнила, какой же он все-таки высокий. Я не была коротышкой, но на его фоне чувствовала себя Дюймовочкой. У Матео была широкая грудная клетка и мускулистые плечи – он не был массивным, но чувствовалось, что внутри него таится скрытая сила. Я знала это наверняка, потому что смотрела видеозаписи, на которых оборотни были запечатлены в своем зверином обличье. Я никогда не видела их вживую – в противном случае уже, скорее всего, была бы мертва. Оборотни являлись истинно ночными монстрами – именно этими существами мамы пугали своих малышей. Не сходи с дороги, Красная Шапочка. Если такой волк в полнолуние повстречается тебе на пути, поминай как звали. Как однажды сказала мне бабушка Мэйбелл: «Тут и сказке конец».

Я уставилась на Матео и, судорожно сглотнув, стала размышлять о том, в какого монстра он превратится, когда мы наконец снимем с него заклятие. Теплота, с которой он до этого смотрел на меня, исчезла – теперь он пристально вглядывался в мое лицо, словно читал мои мысли.

– Уверена?

Так, о чем мы говорили?

– Уверена в чем?

– Что не хочешь сбежать.

– Уверена. – Прозвучало не слишком убедительно. – Я думала, мы посмотрим фильм у меня дома.

Его плечи напряглись, но явно не из-за того, что я предложила посмотреть кино. Он глянул поверх моего плеча на Джей-Джея, который, стоя за барной стойкой, полировал стаканы и не спускал с нас глаз.

– Вряд ли это понравится твоему парню.

– Моему парню? – Я вновь посмотрела на Джей-Джея, а затем, запрокинув голову назад, расхохоталась. – Он не мой парень.

Хмурый взгляд Матео смягчился, но он продолжал смотреть в сторону бара.

– Мне кажется, он хочет быть твоим парнем.

Вот оно что. Это было даже мило. Моя тревога рассеялась как утренний туман. Взяв Матео под руку, я повела его в сторону выхода.

– Нет, он точно не хочет быть моим парнем. Он для меня как старший брат. И если уж на то пошло, то он бы предпочел быть твоим парнем. А не моим.

Матео наконец перестал напоминать грозовую тучу и одарил меня ясной улыбкой.

– Я не в его вкусе.

Он распахнул передо мной дверь, пропуская вперед. Развернувшись, я вновь схватила его за руку, и мой хвостик со свистом описал очередной круг в воздухе.

– Да ну? А кто в твоем вкусе?

И зачем я это спросила?

Я думала, что в ответ Матео выдаст какую-нибудь шутку, но вместо этого он окинул меня взглядом с ног до головы и притянул поближе к себе. Мои пальцы обвились вокруг его прекрасного мускулистого бицепса, и он тихо прошептал мне на ухо:

– Спроси меня как-нибудь в другой раз. Только не этой ночью.

Я улыбнулась ему так, словно он удачно пошутил, но его слова показались мне крайне загадочными. Я хотела спросить, что он имеет в виду. Разве сегодняшняя ночь какая-то особенная? Меня распирало от любопытства, но Матео сильно стиснул зубы и явно торопился поскорее добраться до дома, поэтому я решила сделать так, как было велено, и задать вопрос в другой раз. В кои-то веки здравый смысл возобладал.

Глава 9
Матео

– Дай мне минутку. Я перевариваю увиденное.

Иви заерзала – она сидела рядом со мной на диване, поджав ноги, и улыбалась как сумасшедшая. Как очень милая сумасшедшая.

– Тебе понравилось, да? Взрыв мозга, скажи? – И она руками изобразила взрыв головы.

– Ну, можно и так сказать.

– Я так и знала! – Подпрыгнув, она полетела на кухню с воплем: – Нам нужно больше попкорна!

Я услышал, как она включила аппарат для приготовления попкорна и засыпала в него зернышки. Затем Иви вновь появилась в дверях под аркой, которая соединяла гостиную и кухню.

– Хотя, – она посмотрела на часы, слегка поморщившись, – четыре часа уже давно истекли, а тебе наверняка завтра с самого утра нужно работать.

– Я все равно не усну, пока не узнаю, что будет дальше, в «Возвращении джедая»[32]. Так что можешь выставить меня за дверь, но диск с фильмом я тогда забираю с собой.

Ее лицо засияло как рождественская елка. Сцепив руки, она прижала их к подбородку и, топчась на месте, исполнила, шаркая стопами по полу, странный танец, а затем заскользила в носках как на коньках и исчезла на кухне. Я не смог удержаться от смеха, видя, какой восторг у нее вызвала моя реакция на фильм «Империя наносит ответный удар»[33]. Дарт Вейдер – отец Люка? Серьезно? Такого сюжетного поворота я не ожидал.

Словно услышав мои мысли, Иви крикнула с кухни:

– Поверить не могу, что ты не знал, что Дарт Вейдер его отец. С момента выхода фильма столько лет прошло, а ты ни разу ничего не слышал об этом?

Минуту спустя она вернулась с миской попкорна в форме шлема Имперского штурмовика и поставила ее между нами.

– Я уже говорил, что нечасто смотрю телевизор.

– И похоже, не следишь за поп-культурой даже в социальных сетях.

Я пожал плечами.

– Не особенно.

– Такое ощущение, что ты существуешь отдельно от современного мира. – Она вскочила с дивана и подошла к DVD-проигрывателю, чтобы поменять диск. – Матео, в это даже сложно поверить.

Я вздрогнул – мне понравилось, как из ее уст прозвучало мое имя.

Я бы кое-что сделал с ее устами.

Черт. Альфа молчал на протяжении двух часов. Я даже успел забыть о нем.

Не волнуйся, братишка. Я всегда к твоим услугам.

Да ты только и делаешь, что бесишь меня.

Иви уронила диск на пол и наклонилась, чтобы поднять его.

Только не это.

М-м-м. Боже. Вот это да. Мои лапы просто созданы для этой округлой задницы.

Мы уже обсуждали это. Перестань так говорить о ней.

Я даже не успел среагировать – связки завибрировали, и из моей глотки вырвался агрессивный рык. Повернув голову в мою сторону, Иви застыла с диском в руках, на ее лице читалось беспокойство.

– Ты в порядке? – тихо спросила она.

Вжавшись в диван, я отвел от нее взгляд и зачерпнул горсть попкорна.

– Хм-м-м. Да. Все хорошо, – пробормотал я с набитым ртом.

Я бы ни за что не позволил Альфе наброситься на женщину, пока находился под действием заклятия. Я боялся подумать, что он мог натворить, если бы я потерял над ним контроль. Особенно в отношении такой очаровательной, мягкой и милой девушки, как Иви.

Очаровательная и мягкая – это точно. А еще она аппетитная и наверняка упругая.

Заткнись!

Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться и мысленно оттолкнуть его. В присутствии Иви этот фокус иногда срабатывал. К тому моменту, когда она поменяла диски и вновь заняла место возле меня, я чувствовал себя почти нормально. Хотя джинсы начали мне немного жать.

– Ты точно в порядке?

– А? Что? Да. Все хорошо.

Иви перевела взгляд на мою ногу. Я снова отбивал ритм стопой. Обхватив колено рукой, я привел себя в чувство и сконцентрировался на титрах, стараясь не обращать внимания на то, с каким беспокойством она на меня поглядывает. Устроившись поудобнее, вместе мы молча смотрели фильм.

К сожалению, Альфа действовал мне на нервы. Или, возможно, я нервничал из-за Иви. Не знаю. Но как бы то ни было, сердце в груди бешено колотилось. Иви сменила позу, поджав под себя ноги, и, прислонившись спиной к дивану, слегка наклонилась в мою сторону. Меня окутало ее запахом – женственным, пудровым, цветочным. Я только и мог думать о том, как было бы хорошо, если бы она обвила меня руками и ногами, оказалась бы подо мной или на мне. Ее прикосновения были похожи на удары молнией – они заряжали энергией, но превращали меня в камень. В результате пульс учащался, и я боялся, что сердце просто выпрыгнет из груди. И одновременно с этим ее прикосновения усмиряли моего внутреннего зверя. Я впервые испытывал такие потрясающие и чертовски безумные ощущения.

До сегодняшнего вечера я ни разу не чувствовал такого… искушения. На улице среди людей, в галерее или даже в мастерской мне было легко и спокойно рядом с ней. Но, сидя здесь, на ее диване, в тусклом освещении, когда весь дом спит, мне в голову начинали лезть разные мысли. Плохие мысли.

Да отличные мысли. Действуй.

К тому моменту, как Лея удавила Джаббу Хатту, я уже яростно сжимал кулаки и дышал через рот – только бы не чувствовать ее запах. Она сводила меня с ума. Буквально.

Внезапно в кухне зажегся свет, и в гостиную вошла симпатичная блондинка с волосами до талии. Я вскочил на ноги.

– Ой! – пискнула она.

Иви тоже вскочила. Скорее всего, с дивана она встала из-за меня, а не из-за того, что на нее удивленно смотрела молодая женщина с голубыми глазами, которая, очевидно, была ее сестрой. Она выглядела точь-в-точь как та девушка с синими волосами, Вайолет. Только… приятнее. На ее губах не играла циничная улыбка, а ногти не были выкрашены в черный цвет.

– П-прости, Иви. Я не знала, что у тебя сегодня гости.

– Все в порядке, – сказал я, засунув руки в карманы, чтобы она не подумала, будто я представляю опасность. – Мне… уже все равно пора идти.

– Ты о чем? – спросила Иви. – Мы еще даже половину не посмотрели.

– Ты была права. У меня с утра куча работы. Уже поздно. Я и так злоупотребил твоим гостеприимством.

Она фыркнула.

– Если бы я хотела, чтобы ты ушел, то уже давно бы тебе об этом сообщила.

Сомневаться в этом не приходилось. Внешне она казалась очаровательной и женственной, но мириться с разного рода неудобствами явно в привычку у нее не входило. И она бы точно не оценила у себя на диване поползновения со стороны слетевшего с катушек оборотня.

Я пригладил рукой торчавшие во все стороны волосы и сказал:

– В любом случае мне уже пора.

– Если ты собрался уходить из-за меня, то не стоит, – сказала блондинка.

– Это моя сестра, Клара. Клара, это Матео.

Клара улыбнулась, и на секунду мне показалось, что я увидел светящийся нимб вокруг ее фарфоровой головки.

– Ты тот самый оборотень, о котором говорила Иви.

– Да, это я. Я пойду.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила она, подходя ближе.

– Что, прости?

– Твоя аура, – она наклонила голову, – сейчас выглядит неустойчивой.

– Неустойчивой? – Иви уперла руки в бока.

Я издал нервный смешок.

– Неудивительно. Я чувствую себя не в своей тарелке.

– О чем вы? – Иви поочередно смотрела то на меня, то на Клару.

Когда Клара сделала еще один шаг в мою сторону, я резко отпрянул на добрых полметра. Она замерла и подняла руки ладонями вверх, словно пытаясь защититься от дикой собаки. Я вновь рассмеялся, теперь уже маниакальным смехом.

– Матео, нет ли у тебя ощущения, что ты того гляди обернешься волком?

Она говорила низким, мягким и успокаивающим голосом. Я даже рассердился. Я не собирался выходить из себя. По крайней мере, не в этом смысле. Она подошла еще ближе, и мне в ноздри ударил ее запах. В голове прозвучал вибрирующий рык, но я отказывался выпускать голос Альфы наружу. Иначе Иви вытолкает меня взашей и не станет помогать с заклятием. А я уже весь извелся из-за этой чертовщины. В самом деле начинал терять над собой контроль.

– Нет, – постарался ответить я как можно спокойнее, но слова все равно прозвучали хрипло и свирепо. – Я не собираюсь оборачиваться. Мне просто нужно идти.

– Возможно, в моих силах тебе помочь, – прервала девушка поток моих слов. В отличие от своей сестры-близняшки, она походила больше на эльфа, и голос ее звучал намного нежнее.

Она похожа на чертову феечку. Только без крылышек.

Не дожидаясь моего ответа, Клара пересекла комнату и схватила меня за предплечья. Я едва не отшатнулся, но она крепко держала меня, хотя весила раза в два меньше, да и ростом была мала.

– Тихо-тихо.

Ее голос напоминал звон колокольчиков, но я толком не слышал, что она говорит, из-за гула в ушах и чувства бесконечной эйфории, которое прокатилось волной по моим венам и накрыло меня с головой. Не знаю точно, сколько прошло времени, но в какой-то момент она наконец отпустила меня.

– Так лучше? – Улыбаясь, она была похожа на ангела.

– Да, – прохрипел я. – Намного. Спасибо.

Приступ безумия прекратился, уступив место блаженному покою, – я чувствовал себя так, словно был под кайфом.

– Кто ты?

Она просияла.

– Я Аура. Слышал о таких?

– Да. Ты можешь передавать… – Я указал пальцем сначала на нее, а потом на себя. – Вот это. Можешь делать то, что сделала только что.

Она рассмеялась.

– Эффект временный. Судя по тому, что Иви рассказала нам, ты не сможешь стать самим собой, пока мы не снимем заклятие. Но надеюсь, что тебе полегчает хотя бы на время.

– Спасибо. – Я осмелился взглянуть на Иви, на ее лице читалось… раздражение.

– Я провожу тебя. – Она подошла к DVD-проигрывателю и вытащила диск.

Я вышел из гостиной, прошел через коридор к входной двери, открыл ее и стал ждать Иви, вдыхая полной грудью свежий воздух, свободный от ее дурманящего аромата. Через несколько секунд она присоединилась ко мне и вручила диск с фильмом «Возвращение джедая».

– Можешь досмотреть его, как будет время. – Она скрестила руки на груди и казалась уже не такой хмурой. – Ты уверен, что все в порядке? – Раздражение на ее лице сменилось беспокойством.

– Да. Теперь все хорошо.

Она снова насупилась.

– Ты все еще хочешь увидеться завтра?

– Конечно. Почему нет?

– Действия заклинания Клары хватит на целый день. – Задрав подбородок, она продолжила: – Возможно, мое присутствие не потребуется, ты и так сможешь сфокусироваться на работе… или на чем там нужно.

Она отвела взгляд и уставилась на парочку, которая двигалась в сторону Мэгэзин-стрит – навстречу ночным приключениям.

– Иви, – я подошел ближе, стараясь завладеть ее вниманием, – мне все еще нужно быть – с тобой, возле тебя – рядом с тобой.

Внутри тебя.

Я помахал рукой, в которой сжимал диск.

– Мы же договаривались.

– Я помню, о чем мы договаривались. Я просто говорю, что…

– Я зайду в девять, нормально? Или тебе нужно будет работать в магазине?

– Нет, я там обычно не работаю. Магазином занимается Клара. Это их с Изадорой вотчина. Мы с Вайолет работаем в баре. Ливви ведет счета и занимается рекламой. А вся кухня держится на Джулс.

– Значит, в девять?

– Идет.

Она потянулась к дверной ручке. Настроение у Иви испортилось – очевидно, она здорово испугалась, когда я слегка вышел из себя в гостиной.

Она уже собиралась было закрыть дверь, но я помешал ей, придержав ту рукой.

– Спасибо, Иви.

Она взглянула на меня из-под темных ресниц, и, клянусь, в этот момент по моим венам вновь прокатилась волна безумного блаженства, вызванного заклинанием Клары.

– За что?

Я улыбнулся.

– За то, что показала мне «Звездные войны».

– «Новую надежду»[34], – поправила Иви. Она не улыбнулась, но выражение ее лица смягчилось. – И фильм «Империя наносит ответный удар». – Она бросила взгляд на диск, который я держал в руке. – Если ты не досмотришь третью часть, мы больше не сможем быть друзьями. – Она произнесла угрозу с абсолютно серьезным лицом.

– А мы друзья?

– Конечно друзья, дурачок.

– Друзья. – Я сделал шаг назад и отпустил дверь, улыбаясь как… ну, в общем, как дурачок. – Великолепно.

– Спокойной ночи. – Закрывая дверь, она все-таки слегка улыбнулась.

– Сладких снов, Иви.

Я шел по улице и наслаждался мыслью, что Иви – мой друг. Я хотел быть больше чем друзьями, но я не доверял своему волку, поэтому не мог допустить, чтобы между нами произошло что-то большее. Не сейчас. Пока рано. Но, может быть, после того, как мы снимем заклятие и я снова смогу держать себя в руках… Может быть.

Я точно знал, что чувство эйфории, которое пульсировало внутри моих вен всю дорогу до дома и бурлило во мне до самого утра (заснуть я все равно так и не смог), не было связано с заклинанием Ауры. Оно было связано с Иви.

Глава 10
Иви

– Я сделала что-то не так?

Ложка Клары зависла над банкой открытого мороженого «Тутти Фрутти», которую она прижимала к груди. Я уставилась на сестру – на самую милую сестру на всем белом свете.

– Нет, – ответила я с раздражением.

Я старалась не капризничать как маленький ребенок, но ничего не могла с собой поделать. Я не входила в число тех людей, которые умели скрывать свои истинные эмоции. Мне неоднократно говорили, что все мои мысли и чувства написаны у меня на лице.

– Тогда почему ты на меня сердишься?

– Клара, я не сержусь на тебя. – Но голос мой звучал сердито, со стороны могло даже показаться, что я в ярости, – в итоге я зарычала на саму себя от досады.

– Вы были чем-то заняты, а я прервала вас? – Сестра приподняла темно-золотую бровь и отправила в рот полную ложку окрашенного во все цвета радуги мороженого.

– Пф-ф-ф.

Я открыла холодильник и стала изучать контейнеры с блюдами из «Котла». Джулс частенько приносила домой остатки еды, которые не разбирали работники кухни, официанты или Джей-Джей. В одном из контейнеров обнаружилось фетучини с раками – и я засунула блюдо в микроволновку.

– Да ничем мы не были заняты. Не бери в голову.

– А ты бы хотела, чтобы вы чем-то занимались? Ведь он…

– Да знаю, знаю. Он оборотень. Не надо читать мне нотации, с этим отлично справляется и Джей-Джей.

– Да нет. Я хотела сказать, что он хороший парень.

Заскользив носками по полу, я развернулась и склонила голову набок. Вот это поворот.

– Хороший?

Она улыбнулась.

– Да, очень. – Сестра покрутила ложкой в воздухе. – Единственный недостаток Матео – пугающий зверь внутри него, которого он пытается контролировать. Когда я к нему прикоснулась, то подумала, что он меня сейчас съест. – Видимо, она заметила, как мое лицо исказилось. – Я не про Матео, а про волка. А сам Матео очень милый.

– Милый.

Она съела еще ложку мороженого «Тутти Фрутти».

– Очень милый.

Я не знала, что на это ответить. Ну да. Он был милым. Очень милым. И красивым, и невероятно талантливым. А еще он не разбирался в поп-культуре – и был очарователен в своем неведении. Да кто в наше время не знает, что Дарт Вейдер – отец Люка Скайуокера? Матео. Вот кто. Это просто смешно. И ужасно мило. Признаюсь, его отвисшая челюсть – лучшее, что мне довелось увидеть за этот месяц. А может, и за этот год.

– Ты улыбаешься. Значит, ты больше не сердишься на меня?

Вытащив еду из микроволновки, я достала вилку из ящика.

– Клара, я не сержусь на тебя.

– Но ты рассердилась, когда я наложила на Матео заклятие радости. Вот, видишь, ты опять хмуришься.

Я накрутила фетучини на вилку и отправила еду в рот, лишь бы не отвечать.

– Реакция взрослого человека. – Сестра улыбнулась, кинула ложку в раковину и убрала мороженое в холодильник. – Хочешь знать, что я думаю?

Я прожевала, проглотила, а затем запихнула в рот еще одну слишком большую порцию фетучини.

– Я говодная, – пробубнила я с набитым ртом. Да, в этом была вся я. Вела себя совсем как взрослая. Заедала чувства.

– Мне кажется, тебе нравится этот оборотень.

Я хотела хмыкнуть, но вместо этого подавилась пастой. Клара забрала контейнер у меня из рук, поставила его на столешницу и принялась стучать мне по спине, пока я наконец не проглотила кусочки еды и не сделала глубокий вдох.

– И поскольку он тебе нравится, ты не хочешь, чтобы сестра помогала ему вместо тебя. Очевидно, что твой дар снимать заклятия оказывает на него такой же положительный эффект, как и моя магия. Вот поэтому-то он в тебе и нуждается. – Она погладила меня по спине. – Ты просто немного ревнуешь. Но это нормально. Он тебе нравится.

Я хотела было возразить, но потом вспомнила, с кем я разговариваю. Клара умела читать мысли людей как никто другой. Она была Аурой, и в этом заключался ее дар. Она знала, что думают и чувствуют люди, и, черт возьми, в данном случае тоже была абсолютно права. Я действительно ревновала! Это было так глупо.

– Мы просто друзья, – вкрадчиво призналась я.

– Друзья, – повторила Клара так, словно пробовала новое слово на вкус. Она вернула мне контейнер с фетучини. – Что ж, годится.

– Ты думаешь?

– Ты не хочешь быть ему другом?

– Конечно я хочу быть ему другом.

– Тогда я не вижу проблемы.

– Потому что нет никакой проблемы.

– Тогда почему ты жуешь фетучини в час ночи и рычишь на меня?

– А почему ты ешь мороженое в час ночи?

– Иви. – Клара рассмеялась так, словно я сказала какую-то глупость. Собственно, так оно и было. – Ты же знаешь, что я сластена. Я могу есть мороженое «Тутти Фрутти» или лимонные пирожные в любое время дня и ночи. На черепаховый чизкейк это правило также распространяется. Просто ем, и все. – Пожав плечами, она улыбнулась, давая понять, что это – факт. И это было так.

Это была правда. Клару всегда тянуло на сладкое. Как она при этом умудрялась оставаться такой худенькой – тайна за семью печатями. Они с Вайолет изначально были стройнее остальных сестер, поскольку фигурой пошли в отца. Неважно, сколько тортов или пирожных поглощала Клара, вес она не набирала. Меня вполне устраивала моя мягкая округлая фигура, но я точно знала – калории от фетучини добавят объема моей попе. Но это не имело значения. Углеводы мне сейчас были нужнее, чем худая пятая точка.

– Всем нужны друзья, Иви. А ему – особенно.

– Почему ему – особенно?

– К тому же из друзей получаются самые лучшие любовники. – Она чмокнула меня в щеку. – Спокойной ночи.

– С чего ты вообще завела разговор об этом?

Хихикнув, сестра закрыла дверь, а я, повысив голос, сказала:

– О любовниках и речи не было.

Я смотрела в окно, наблюдая за тем, как Клара возвращается в каретную.

В этот момент я заметила, что Зи сидит на столешнице и смотрит на меня. Подхватив его свободной рукой, я прижала тельце кота к себе, а его лапки закинула себе на плечо. Он всегда позволял брать его на руки так, как мне заблагорассудится, и ни разу не выказывал недовольства.

– Зи, я ни слова не сказала о любовниках. Да, он, конечно, очень милый и хороший. Признаю.

Зи заурчал как сломанный моторчик, и мы направились в сторону спальни: одной рукой я придерживала кота, а во второй несла полночный перекус – двойную порцию фетучини.

– Я бы даже сказала – сексуальный. Отрицать это бессмысленно.

Зи хрипло мяукнул.

– Вот именно. Это не значит, что я хочу с ним переспать. Я каждый день вижу кучу красивых парней в баре. Но мне и в голову не приходит кинуться к ним в объятия.

На этот раз Зи хранил молчание.

– Клара права. Быть друзьями – это хорошо.

Я посадила Зи на кровать. Переодевшись в ночную рубашку и шорты с изображением лепреконов, которые попивали зеленое пиво, я съела фетучини, почистила зубы и запрыгнула в постель.

– Зи, что бы мне почитать сегодня на ночь?

Но кот, свернувшись калачиком, уже спал.

Я изучила стопку книг на прикроватной тумбочке. Да, на ней лежали книги. Комиксы пришлось отложить в сторонку, вечерами я теперь отдавала предпочтение легкому чтиву – на столике громоздились «Демоны ночи», «Жеводанский зверь»[35] и «Оборотни: История происхождения». Я совершила набег на библиотеку Джулс в надежде найти какую-нибудь информацию о проблеме, постигшей Матео. Вчера на ночь я читала книгу об оборотне из Жеводана, и после мне снились кошмары, поэтому на этот раз я решила обратиться к «Истории происхождения». Сухие факты – это хорошо. Они не слишком страшные. Так ведь?

В первой части были перечислены основные характеристики оборотня, его сильные и слабые стороны. Некоторые из них мне были знакомы. А некоторые – нет. Например, чтобы иметь возможность творить, каждому оборотню необходимо было регулярно оборачиваться волком, соблюдая таким образом баланс.

Самый интересный факт, который я узнала прошлой ночью и который я, разумеется, не обсуждала с Матео, касался животных потребностей оборотней. Жажда крови и секса исходила от волка, запертого внутри каждого из них. В книге говорилось о том, что оборотень хотя бы раз в месяц должен выпускать волка наружу, чтобы тот мог вдоволь поохотиться и утолить жажду крови. Я также узнала, что некоторые при необходимости могли оборачиваться чаще одного раза в месяц. Полнолуние никак не влияло на их способность принимать животное обличие, хотя многие сильнее всего испытывали желание обернуться волком именно при свете полной луны.

Но больше всего меня поразили факты, касающиеся либидо оборотней. От словосочетаний «ненасытная потребность», «грубое спаривание», «агрессивное поведение в постели» и, наконец, фразы «будет преследовать свою жертву до тех пор, пока не завоюет ее» у меня буквально глаза на лоб полезли. Сначала я подумала: «Ничего себе!» Это был интересный урок – у меня даже мурашки по телу побежали. А затем я призадумалась. Ни разу не замечала, чтобы Матео проявлял агрессивный сексуальный интерес к кому-либо. Пришлось лишний раз себе напомнить, что я просто выполняю свою работу и мы с ним только дружим. Если все оборотни испытывают такое зверское влечение к противоположному полу, это еще не значит, что они готовы спать с кем попало. Правда заключалась в том, что Матео просто не воспринимал меня в этом плане.

Ну и ладно. Подумаешь. Мне нужно было выполнить свою работу – разрушить заклятие. Пора бы уже обсудить с Джулс план дальнейших действий. Сегодня мне предстояло выучить еще один урок истории.

На обложке книги, лежавшей у меня на коленях, был изображен оборотень, чьи сузившиеся и слегка прикрытые глаза светились жутким желтым светом. По спине пробежал холодок, когда я вспомнила, в каком состоянии сегодня пребывал Матео, сидя на диване. Услышав рык, зародившийся в его груди, я обернулась – и заметила, что его глаза блеснули золотом. Буквально на долю секунды. Но матерь котья, именно в этот момент я поняла, что смотрела вовсе не на Матео. А на его волка. И от взгляда, которым тот одарил меня в ответ, у меня подогнулись колени. К счастью, Матео сумел быстро взять себя в руки – в противном случае мне бы, наверное, пришлось указать ему на дверь. Но он выглядел таким замученным и нервным, что у меня язык не повернулся попросить его уйти. В тот момент больше всего на свете мне хотелось как-то отвлечь его, чтобы он успокоился.

Слава богу, Клара наложила на него заклятие радости, потому что от моей помощи проку было ноль. Собственно, именно это и выводило из себя. Я-то думала, что мое присутствие успокаивает Матео, но сегодня он, наоборот, представлял собой один сплошной комок нервов. С чем это было связано, я не могла взять в толк.

Вздохнув, я открыла книгу на разделе, посвященном происхождению оборотней. Я знала, что их появление каким-то образом связано с ведьмой, которая, возненавидев своих мучителей, прокляла их в наказание за причиненные ей страдания. Скажу честно, изначально меня не очень интересовала вся эта история. Но, прочитав по диагонали шестую главу, я нашла то, что искала.

Цыганка Этелинда, как и многие другие ведьмы, скрывалась от Испанской инквизиции. Но однажды ее все же поймали и, бросив в подземелье, пытали по обвинению в колдовстве. Ее мучителем был капитан Диего Ортега, легендарный охотник на ведьм, прославившийся своими изуверствами: прежде чем убить ведьму, он подвергал ее пыткам. Жестокие методы, благодаря которым он пытался заставить Этелинду выдать имена других ведьм и места расположения ковенов, лишь сильнее разожгли в ней желание мстить. Когда ей в случае неповиновения пригрозили пыткой внутри «Железной девы»[36], она произнесла предсмертное проклятье:

«Капитан, мужчины – звери. Да будет так. Кровь твоей крови до скончания веков будет проклинать твое имя и платить за твои преступления. В каждом сердце красота будет томиться рядом со зверем, и только сам мужчина волен решать, кто будет править, а кто пировать. Я проклинаю тебя, капитан Диего Ортега, и весь твой род по мужской линии».

Пока эхо заклинания еще витало в воздухе, Этелинда прижалась спиной к шипам раскрытой «Железной девы», скрепляя проклятие своей кровью и своей смертью.

Вот это да. Неслабое заклинание. В книге не упоминалось, какой именно ведьмой была Этелинда. Или каким даром она обладала. У каждой ведьмы была своя особая сила, хотя все мы так или иначе обладали способностями к телекинезу и у нас от природы была хорошая интуиция. Я продолжила чтение.

Ирония заключалась в том, что Диего не прекратил охоту на ведьм. Наоборот, его стали бояться еще сильнее – он считался самым безжалостным охотником на ведьм во времена Испанской инквизиции, своих жертв он искал в сельской местности, и нередко – в обличье зверя. Он дал своему волку полную свободу и пожирал каждую ведьму, которую ему удавалось поймать, превратившись тем самым в зверя, которым Этелинда его и нарекла.

На следующих страницах книги были представлены черно-белые иллюстрации женщин – очевидно, ведьм, – чья одежда была разорвана, а тела обезображены. Ужас. Похожие изображения были напечатаны и в «Жеводанском звере». Я быстро захлопнула книгу.

– Ладно. С легким чтением на сегодня закончим.

По-видимому, несколько столетий спустя один из отпрысков Диего переехал во Францию, в графство Жеводан. Про́клятые ведьмой потомки расселились по всему миру. Становилось немного не по себе от одной только мысли, что некоторые оборотни – и тому было множество доказательств – действительно позволяли своему внутреннему зверю одерживать верх. Я выключила ночник и зарылась в подушки с одеялом.

Матео не производил впечатления кровожадного монстра, который выслеживает и убивает ведьм. Совершенно чуждый образ. Он был, как Клара и сказала, хорошим парнем.

– Да нет, ерунда это все, – пробормотала я в подушку, проваливаясь в сон.

* * *

Стояла теплая летняя ночь. Полная и красивая луна освещала своим сиянием пруд, и звезды, мерцая, отражались на поверхности воды, словно светлячки. Сделав глубокий вдох, я обхватила себя руками, и мне сразу стало невероятно хорошо. Тишину нарушал лишь странный низкий гул, вибрировавший в воздухе.

За спиной хрустнула ветка. Обернувшись, я попыталась разглядеть что-то в темноте, но поначалу ничего не увидела. Мгновение спустя две сверкающие золотые точки словно пригвоздили меня к земле. Обладатель звериных глаз вышел из темноты на лунный свет – и передо мной предстал чудовищный трехметровый монстр. У него была вытянутая морда, зубы напоминали лезвия ножей, а на непропорционально длинных руках блестели черные когти длинною в палец. Когда он подошел ближе, я заметила, что его тело покрыто редкими черными волосами, а плотная шерсть растет только на плечах и спине.

Низкий гул нарастал, становился громче. На самом деле это был вовсе не гул, а вибрирующее утробное рычание, которое издавал приближающийся ко мне зверь. Инстинкт самосохранения подсказывал мне, что спасаться бегством от такого хищника бесполезно, но, черт побери, мозг у меня в тот момент отключился, а ноги зашевелились сами собой. Недолго думая, я развернулась и побежала через неглубокий пруд, от воды длинная юбка моментально промокла.

Стоп, какая еще юбка? Я не носила юбок. Разве что в ночных кошмарах. И хотя мой затуманенный разум считал, что все происходящее реально, я точно знала, что это всего лишь сон. Плод моего воображения. Но мое сердце действительно бешено колотилось от ужаса – ощущения были реальными.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Grim – мрачный (англ.).

Вернуться

2

Насыпь на меня немного сахара (англ.) – песня группы Def Leppard с альбома Hysteria, выпущенного в 1987 году. Визитная карточка группы.

Вернуться

3

Old Fashioned (англ.) – один из самых старых коктейлей, известных барменам, придуман в 1880-е в США. Традиционно состоит из Бурбона, биттера, кубика сахара, коктейльной вишни и цедры апельсина. «Олд фешен» с красным апельсином – вариация этого коктейля. Состоит их виски, битера, коктейльной вишни и сока красного апельсина. Вместо сахара в него добавляют кленовый сироп.

Вернуться

4

Древняя пословица, получившая широкое распространение благодаря фильмам и комиксам о Человеке-пауке.

Вернуться

5

«Рейло» – словослияние, состоящее из имен персонажей вселенной «Звездных войн»: Рей и Кайло.

Вернуться

6

Таларии – сандалии с прикрепленными к ним крылышками, атрибут бога Гермеса. Согласно древнегреческим мифам, с помощью таких сандалий можно быстро передвигаться по воздуху.

Вернуться

7

* Персонаж из вселенной «Звездных войн», путешественник и механик на космическом корабле Хана Соло «Тысячелетний сокол».

Вернуться

8

Искусственный язык, придуманный лингвистом Марком Окрандом для вселенной сериала «Звездный путь» по заказу студии Paramount Pictures.

Вернуться

9

* Дословно «красная палка» (фр.). Столица и один из самых населенных городов штата Луизиана, США. Свое название получил благодаря высоким кипарисам, которые местное индейское население украшало окровавленными головами и шкурами рыб и животных.

Вернуться

10

Живописная природная зона, оборудованная для хайкинга.

Вернуться

11

Комикс с элементами комедии и хоррора, действие которого происходит в штате Луизиана.

Вернуться

12

Персонаж комиксов, способный развивать невероятную скорость.

Вернуться

13

* Постапокалиптический боевик 1981 года режиссера Джорджа Миллера, второй фильм в серии фильмов о Максе Рокатански.

Вернуться

14

Постапокалиптический боевик режиссера Джорджа Миллера, четвертый фильм в серии фильмов о Максе Рокатански.

Вернуться

15

** Серия комиксов, выходившая в издательстве Marvel Comics в 1973–1975 гг. и в 2017 г. Первые выпуски были посвящены «классическим» монстрам: вампирам и зомби. В более поздних выпусках главные герои сражаются с многоголовыми и одноглазыми монстрами, монстрами, похожими на рептилий, и другими.

Вернуться

16

* С 2023 года конвент носит название «Фан Экспо» (Fan Expo, англ.). Серия ежегодных мероприятий и событий для поклонников популярной культуры, в том числе фильмов и комиксов.

Вернуться

17

Персонаж из вселенной Marvel, член команды «Стражей Галактики».

Вернуться

18

* Город в штате Луизиана, США. Назван в честь героя войны за независимость США, Жильбера Лафайета.

Вернуться

19

Регион с сильным французским влиянием, составляющий часть штата Луизиана, США.

Вернуться

20

Противостоять трудностям (англ.).

Вернуться

21

Встречный пал – способ тушения лесных и степных пожаров, при котором пущенный навстречу огонь сжигает горючие материалы на пути основной стены огня.

Вернуться

22

Семь дьяволов (англ.). Песня Florence & the Machine с альбома Ceremonials, выпущенного в 2011 году.

Вернуться

23

Популярный американский бренд средств по уходу для мужчин.

Вернуться

24

Онлайн-платформа, предназначенная для публикации комиксов, манги и графических романов. Пользуется популярностью среди независимых художников.

Вернуться

25

Poison Apple Sangria (англ.). «Сангрия» – испанский алкогольный напиток на основе красного вина, в состав которого входят кусочки фруктов, ягод, а также сахар и пряности. «Отравленное яблоко» – вариант «Сангрии», пользующийся популярностью в период Хэллоуина. Готовится на основе белого вина, яблочного сидра и яблочного шнапса с добавлением зеленого яблока.

Вернуться

26

* Abita Brewing Company – пивоваренная компания, располагающаяся в штате Луизиана, в 70 километрах от Нового Орлеана.

Вернуться

27

Имеется в виду коктейль «Джин-тоник», содержащий джин, тоник, лимон или лайм, а также кусочки льда.

Вернуться

28

** Grave Digger (англ.). Коктейль на основе бренди, с добавлением эспрессо, кофейного и апельсинового ликеров, а также взбитых сливок. Напиток посыпаются крошкой печенья «Орео», напоминающей свежевырытую могильную землю.

Вернуться

29

* Spider Bite Martini (англ.). Коктейль на основе водки, шоколадного какао и сливок. Украшается шоколадным или пластиковым пауком.

Вернуться

30

Зелье ведьмы (англ.).

Вернуться

31

Горячая закуска, традиционное для Луизианы блюдо. На устрицы в раковинах кладут небольшие кусочки сливочного масла, затем их посыпают тертым сыром Пармезан, свежим чесноком и запекают в духовке.

Вернуться

32

«Звездные войны. Эпизод VI: Возвращение джедая» – эпическая космическая опера, снятая режиссером Ричардом Маркуандом в 1983 году. Последний фильм оригинальной трилогии.

Вернуться

33

«Звездные войны. Эпизод V: Империя наносит ответный удар» – эпическая космическая опера, снятая режиссером Ирвином Кершнером в 1980 году. Второй фильм оригинальной трилогии.

Вернуться

34

«Звездные войны. Эпизод IV: Новая надежда» – эпическая космическая опера, снятая режиссером Джорджем Лукасом в 1977 году. Первый фильм оригинальной трилогии.

Вернуться

35

Прозвище похожего на волка существа, нападавшего на людей с 1 июня 1764 года по 19 июня 1767 года в северном французском графстве Жеводан. Согласно различным источникам, в течение трех лет им было совершено от 88 до 250 нападений на людей.

Вернуться

36

Железный шкаф, на внутренней стороне которого расположены острые шипы. Достоверные сведения об использовании этого орудия для пыток отсутствуют. Возможно, является фальсификацией эпохи Просвещения.

Вернуться