Мира Вишес
(Не)желанная невеста дракона

Глава 1

Пальцы скользнули по бархатистой поверхности пергамента. Еще одно предложение руки и сердца. Или, точнее, попытка заполучить меня – самую выгодную партию в королевстве.

Поклонников было много, не сосчитать. Они осаждали письмами, визитами, томными взглядами на балах, которые с завидной регулярностью приходилось посещать по настоянию господина опекуна-наместника. Ведь негоже поместью Хартвуд быть без хозяина… Мне не устают напоминать: законы неумолимы. Женщина не может управлять родовым гнездом. Значит, необходим муж.

О, без преувеличения, я невесты мечты! Жгучая брюнетка с лицом, которое называли «работой древних богов», тонким станом и грацией дикой кошки. Не мои слова, и не то, чтобы они мне льстили. Наоборот, заставляли чувствовать себя куском мяса на аукционе. Прибавим к этому знатное происхождение, богатое приданое и магический дар, способный передаваться по наследству. Я была желанной добычей для любого аристократа, жаждущего усилить свой род или умножить состояние. Именно так они на меня и смотрели. В их глазах читалось: «Какое ценное приобретение!» Ни искры подлинного интереса ко мне.

Да откуда бы им знать меня настоящую? Я научилась носить маску неприступности, как доспехи, чтобы пережить эту постыдную охоту. Сторонилась ото всех, отбивалась колкими шутками, ледяным взором. Прослыла напыщенной гордячкой. Лучше уж так… Сама мысль о том, чтобы отдать свою жизнь, свою магию в руки кого-то из них, вызывала тошноту.

Я швырнула письмо в растущую кучу отказов. Оно мягко шлепнулось поверх других, таких же ненужных. Воздух в кабинете отца был густым от пыли, а теперь еще и от моего отчаяния. Солнечный луч, пробившийся сквозь высокое стрельчатое окно, подсвечивал миллионы пылинок, кружащихся в бессмысленном танце.

Мне вообще не хотелось замуж. Ни за кого, никогда!

Три года. Три долгих года прошло с той ночи, когда огонь и сталь смешались с криками. Стены замка поднялись из руин – выше и неприступнее прежних, но шрамы остались – почерневшие камни в новых кладках, пустые глазницы окон там, где когда-то были светлые галереи. Я помнила вой, стоны, треск ворот, падающих под ударами неведомой силы… и оглушительную тишину после. Хартвуд – наш дом, колыбель поколений – был обезглавлен. Родители… матушка с ее теплыми руками и строгий, но бесконечно любящий отец. Все обратилось в пепел и кровь. Мы с Марленой выжили чудом.

Марлена. Младшая сестра. У нее нет магии, но есть дар куда более редкий – чистота души. Она не красавица в привычном смысле, но для меня никого на свете нет милее. Ей всего семнадцать, сердце – открытая книга, исписанная одним именем: Элрик. Из обедневшего дома Дровейнов. Без земель и громкого титула, но с любовью к моей сестре – искренней, нежной, той самой, о какой мечтают в балладах. Он хотел взять Марлену в жены и вдохнуть жизнь в Хартвуд. Пусть замок и отстроен заново, но души и тепла в нем давно нет. Им заведуют наместники, следят за поместьем, за доходами, за двумя осиротевшими наследницами. Элрик достойный человек и, пожалуй, единственный, кого я готова была допустить к сестре.

Именно они оба, вернее, их невозможное пока что счастье, заставляло меня сейчас рыться в конвертах. Существует правило! Глупое, архаичное, неумолимое: младшая сестра не может выйти замуж прежде старшей, хотя разница между нами всего год. Пока я не обзаведусь мужем, путь Марлены к алтарю закрыт.

Я вцепилась в ручки кресла, стараясь унять дрожь в руках. Элрик не сможет ждать вечно… Нельзя, чтобы из-за моего упрямства, из-за моих страхов, Марлена потеряла свой шанс на счастье.

Безысходность сжала горло. Решение, зревшее в глубине души с тех пор, как сестра, сияя, рассказала о предложении Элрика, наконец было принято. Горькое, как полынь, но правильное.

Поэтому я и засела в кабинете отца. Наедине с предложениями о браке, которые прибывали с завидной регулярностью, как налоги. Моя «коллекция»! Я потянулась к последней пачке писем – тех, что пришли за последние месяцы и были отложены «на потом». На «никогда». Но сейчас «никогда» наступило.

Я принялась изучать пергаменты. Лорд Вистер. Дважды вдовец, уверенный, что я буду счастлива стать мачехой его ораве взрослых негодяев. Нет. Далее. Сэр Годрик. Молод, горяч, красив… и глуп, как пробка. Ищет кошелек для оплаты своих азартных похождений. Нет. Герцог Эльбрук. Умен, хитер, амбициозен. Взгляд масляный, руки липкие. Его магия – жалкая искра. Жаждет моего дара для укрепления своей линии. Нет. Нет. Нет.

Я перебирала письма, будто колючие ветки, морщась от напыщенных фраз, от скрытого расчета, от фальши. Каждое «нет» отдавалось щемящей болью где-то под ребрами. Я не могла. Просто не могла вручить себя ни одному из них!

Письма летели прочь одно за другим. Каждый кандидат был хуже предыдущего. Сердце бешено колотилось, в висках стучало. Что делать? Обречь себя на вечное прозябание рядом с тем, кто видит во мне лишь инструмент?

Резким движением я смахнула всю стопку конвертов со стола. Они рассыпались по темному дубовому полу, как осенние листья. Один из упавших пергаментов был ярче и явно качественнее других, а печать… Стилизованный дракон, обвивающий пламенеющий меч. Герб дома Веларион.

Ксалор. Тот, чьи острые, как кинжалы, комментарии в мой адрес заставляли меня стискивать зубы до боли, а пронзительный взгляд – гореть щеки. Мы ненавидели друг друга. Вернее, он ненавидел меня, считая высокомерной пустышкой, а я… я отвечала ему молчаливым презрением.

Кровь ударила в лицо. Потом отхлынула, оставив саднящую пустоту. Его письмо. То самое, которое он прислал месяца три назад. Я знала историю этого письма. Мне нашептал на балу опьяневший лорд Кельвин, один из моих назойливых поклонников: «Представляете, наследник Веларионов поспорил с кем-то из своих огнедышащих приятелей, что сделает вам предложение»…

Я тогда едва не подавилась вином. А когда, день спустя, письмо с драконьей печатью действительно прибыло… На следующем балу я нашла Ксалора в зале, где он, скучающе прислонившись к мраморной колонне, наблюдал за танцующими. Высокий, атлетически сложенный, с небрежно растрепанными волосами цвета платины. Его золотисто-янтарные глаза, такие же непостижимые, как у его драконьих предков, встретили меня ехидным блеском.

– Леди Корделия, – произнес он, нарочно растягивая мое имя. – Какая неожиданность. Разве ваши танцы не расписаны по минутам?

– Лорд Ксалор, – в моем голосе звенел лед. – Ваше письмо… Что за нелепая шутка?

Уголок его рта дрогнул в подобии улыбки.

– Шутка? Помилуйте. Раз каждый второй аристократ уже попросил вашей драгоценной руки, – он сделал театральный жест в мою сторону, – почему бы и мне не присоединиться? Не отставать от моды, так сказать.

Все в нем кричало о насмешке, о дерзком пари, о желании уколоть. Я тогда выпрямилась во весь свой уступающий ему рост и с достоинством удалилась, спиной чувствуя его жгучий взгляд. Письмо было брошено в ящик стола, затерявшись среди других.

И вот оно. Лежит у моих ног. Как змея, свернувшаяся клубком.

Я медленно подняла его. Драконья печать будто жгла пальцы. Держать в руках этот конверт, зная, что он – всего лишь издевка, ставка в глупом споре, развлечение для спесивого наследника драконьей крови… Я открыла его. Текст был кратким, сухим, безупречно вежливым и абсолютно лишенным каких-либо чувств. Стандартный и обезличенный до зубовного скрежета.

Во мне вспыхнул гнев. Как Ксалор посмел?! Его надменное лицо встало перед глазами, его язвительные фразы зазвенели в ушах. «Не отставать от моды!»

И вдруг… как удар молнии. Мысль. Циничная, блестящая в своей извращенной логике.

Сердце замерло и забилось с новой, лихорадочной силой. Ему не нужна жена. Ему нужен был только повод для злорадства. Он представитель древнейшего рода и легендарной крови. Богатый, влиятельный, ослепительно красивый. Он женился бы когда-нибудь на ком-то равным себе, для политической выгоды, для продолжения рода. Не на мне, простой смертной.

Если я соглашусь… Формально. Публично. Ксалор не захочет этого брака. А по законам нашего королевства, жених, отказавшийся от невесты без веских причин (а «я поспорил и передумал» – не веская причина), встретится с осуждением общества. Он будет в ярости. Он же рассчитывал на мой гневный отказ, чтобы поиздеваться.

А если он разорвет помолвку по своей инициативе… О, боги! Я стану отвергнутой невестой. Жертвой чужого каприза. Позор падет на его голову, не на мою. И, главное, Марлена! Она сможет выйти за Элрика. Как «отвергнутая», я буду считаться старшей сестрой, чье замужество не состоялось по вине жениха. Правила будут соблюдены. Я избавлюсь от необходимости выбирать мужа из этой жалкой толпы охотников за приданым, обрету свободу. А Ксалор получит по заслугам.

Кроме того… Мне дико хотелось увидеть его лицо. Как его драконье спокойствие взорвется от ярости. Сам нарвался!

Я встала, держа в руке конверт, будто сжимая горло самого Ксалора. Да. Это был выход. Рискованный? Безумно. Унизительный? Возможно. Но это моя маленькая месть миру и ему лично.

Пройдя по длинному коридору, завешанному гобеленами с изображением подвигов моих предков, я нашла опекуна-наместника Илмера Рендала в его кабинете. Он был там, как всегда, погруженный в учетные книги.

– Господин Рендал, – мой голос прозвучал удивительно ровно, почти бесстрастно.

Он поднял седую голову, устало протер переносицу.

– Леди Корделия, чем могу служить?

Я протянула ему письмо. Драконья печать была видна как на ладони. Рендал вздрогнул, его глаза расширились.

– Это… письмо Ксалора Велариона?

– Да, и принимаю его предложение. Отправьте ему официальное согласие. Сегодня же.

Он замер, словно его ударили обухом по голове. Невозмутимое, как высеченное из камня, лицо исказилось полным, абсолютнейшим непониманием. Брови взлетели к седым волосам, рот приоткрылся, глаза округлились.

– Вы… – Рендал с трудом сглотнул. – Вы уверены?

– Совершенно уверена, – повторила я, глядя ему прямо в глаза. – Отправляйте ответ. Немедленно.

Он продолжал смотреть на меня, словно увидел призрак. В его взгляде читалось одно: «Она сошла с ума».

Возможно. Но безумие – это иногда единственный разумный выход. Особенно когда на кону счастье Марлены и есть шанс поквитаться с Ксалором Веларионом.

– Исполняйте, господин Рендал, – сказала я тихо, но решительно. – Вы же хотели, чтобы я определилась с кандидатом в супруги. Ваше желание сбылось.

Развернувшись, я пошла прочь, оставив его переживать потрясение в одиночестве. По спине бежали мурашки. Но сквозь сумасбродство и панику пробивалось что-то еще. Темное, опасное… и сладкое. Предвкушение.

Ну что, Ксалор? Готова ли твоя драконья кровь вскипеть? Мода, говоришь? Получай!

Глава 2

Два дня. Целых два дня прошло в тягучем ожидании. Я то неприкаянно бродила по замку, то замирала у окна, вглядываясь в дорогу, ведущую к воротам Хартвуда. Мои нервы были натянуты, как тетива. Каждый доносящийся со двора стук копыт заставлял сердце бешено колотиться, а потом сжиматься от разочарования – это были гонцы из столицы, торговцы, кто угодно, только не люди Ксалора.

Марлена, моя бедная, ничего не подозревающая Марлена, видела мое состояние. Как-то раз, выловив меня в коридоре, она положила прохладную ладонь мне на лоб.

– Корди, ты больна? Может, послать за лекарем?

– Нет, сестренка. – Я отстранилась, стараясь принять безмятежное выражение лица. – Просто волнуюсь. Извини, сейчас не могу тебе рассказать. Подожди немного, хорошо?

Она обиженно насупилась, но настаивать не стала. И замечательно. Пусть пока побудет в неведении…

И вот этот миг настал. Был полдень. Солнце, яркое и теплое, заливало светом гостиную, где я читала отчеты Илмера Рендала о делах в поместье. Ему это никогда не нравилось, он считал это бесполезной для меня информацией, но не предоставлять их не имел права. Марлена вышивала у окна, напевая какую-то незатейливую мелодию. Внезапно донесся гул, нарастающий, как ропот прибоя. Со стороны ворот. Тяжелый. Многоголосый.

Я встрепенулась, игла в руках Марлены остановилась на полпути. Не сговариваясь, мы быстро привели себя в порядок и вышли в коридор. Нам навстречу уже бежал слуга, задыхаясь, с глазами, полными паники.

– Леди Корделия! Леди Марлена! К нам прибыл… сам лорд Веларион. Со свитой!

Он приехал… Лично. Значит, мое письмо попало точно в цель. Ярость дракона не знает промедления.

– Так приготовьтесь оказать соответствующий прием, – велела я. – Марлена, дыши глубже. Это брачная делегация. Ко мне.

– Что?.. – прошептала она, бледнея.

– Ксалор предложил, – пожала я плечами, – я согласилась. Не падай в обморок, идем.

Мы вышли на парадное крыльцо, на котором смущенно топтался Рендал. Картина, открывшаяся моему взору, заставила притворное спокойствие дать трещину.

Не делегация. Целый кортеж. Человек пятнадцать, не меньше. Все в камзолах цвета пламени – цвета дома Веларион. Прибывшие сидели на холеных конях, которые беспокойно переступали копытами по мощеному булыжнику. Но лица… Лица этих гордых драконьих посланников были чопорны, губы плотно сжаты. Они смотрели на замок Хартвуд, на меня, стоящую на ступенях, с крайним непониманием. «Что он наделал?» – читалось в каждом взгляде. Предложил руку… смертной? Даже если и выгодной партии… Немыслимо!

В центре этого великолепия был он, мой дорогой жених.

Ксалор Веларион спешился. Движения были отточенными, но в них чувствовалась напряженность. Казалось, воздух вокруг завибрировал. Он не смотрел на свою свиту, только на меня. Статный, властный, в камзоле из черного бархата, расшитого золотом у горла и на манжетах. Платиновые волосы, растрепанные быстрой ездой, падали на высокий лоб. Красив. Очень красив. И очень зол.

– Леди Хартвуд, – его голос прозвучал громко, четко, несясь над затихшим двором. Предельно вежливо. Как лезвие, прикрытое шелком. – Я получил ваше… любезное согласие. Счел необходимым лично подтвердить его и обсудить дальнейшие шаги.

Марлена схватила меня за руку. Ее пальцы были ледяными.

– Лорд Веларион… – Я высвободила ладонь и сделала небольшой, безупречный реверанс. – Ваш визит неожиданно скор. Вы оказали нам честь. Прошу, входите.

Официальная часть в зале длилась вечность. Представления, церемониальные фразы, вино, которое никто не пил. Свита Ксалора сидела, как на иголках, бросая на меня косые, оценивающие и все еще недоуменные взгляды. Марлена, бледная как смерть, ерзала в кресле. Рендал потел и заикался. Сам Ксалор был холоден и непроницаем, как глыба льда. Он отвечал Рендалу односложно, посматривая на меня искоса. Словно сканировал по сантиметру.

И вот, посреди пространных фраз моего опекуна о предстоящей свадьбе, Ксалор поднял руку. Легкое движение – и весь зал замер.

– Благодарю за прием. Но прежде, чем обсуждать детали… – Он повернул ко мне лицо, и у меня по спине пробежала дрожь. – Мне необходимо переговорить с моей невестой. Наедине. Если леди Корделия не возражает.

В зале повисла гробовая тишина. Рендал открыл рот, но не издал ни звука. Марлена вцепилась в подлокотник кресла. В глазах драконьей свиты запылало что-то вроде надежды: может, он образумился? И сейчас все исправит?

Прекрасно! Развязка моего безумного спектакля близка. Страх, холодный и липкий, сжал горло. Но я вскинула подбородок. Игра начата, отступать поздно.

– Конечно, лорд Ксалор, – ответила я на удивление звонко. – Кабинет моего отца к вашим услугам.

Мы шли по длинному коридору – он на полшага позади. Я чувствовала его присутствие. Жар, исходящий от него, ощущался ледяным холодом. Дверь в кабинет отца захлопнулась позади нас с тихим, но зловещим щелчком. Запахи не вытравливаемой пыли и старых книг ударили в ноздри. Я повернулась к нему, стараясь дышать ровно.

Ксалор не стал тратить время понапрасну. Он шагнул ко мне так близко, что я уловила тонкий, чуть дымный аромат – не костра, а чего-то иного, дикого и неконтролируемого. Его золотистые глаза пылали, впиваясь в меня с такой силой, что мне захотелось отступить. Но я устояла.

– Зачем? – выдохнул он. Одно слово, звучащее обвинением. – Зачем вы это сделали, Корделия?

Я заставила губы растянуться в самой глупой и слащавой улыбке, на какую была способна. Закатила глаза к потолку, сложив руки на груди.

– Как вы можете спрашивать? – защебетала я восторженным тоном. – Три месяца… три долгих месяца я обдумывала ваше письмо. И вдруг – озарение! Как же я была слепа… Как могла не видеть ваших чувств? – Я посмотрела ему в глаза с наигранным обожанием. – Я осознала, что хочу быть вашей женой!

Ни один мускул не дрогнул на его безупречном лице. Только глаза сузились до золотых щелочек. В них не было ни капли веры. Конечно! Ксалор видел меня насквозь. Все драконы – поголовно менталисты. Но не собиралась же я, право слово, разыгрывать влюбленность убедительно.

– Перестаньте ломать комедию. – Его голос стал тише, но в десять раз опаснее. – У вас нет ко мне таких чувств. Отзовите свое согласие.

Я притворно надула губы, изображая обиду.

– Вы раните меня своим недоверием! Если вам так не терпится разорвать помолвку… – я развела руками с преувеличенным недоумением, – отзовите свое предложение. Оно же ваше, в конце концов.

На его скулах выступили желваки. Ксалор наклонился еще ближе, моего лба коснулось несдержанное дыхание.

– Вам известно, чем это для меня чревато, – прошипел он. – На это и рассчитываете, ведь так?

– Вы что… меня не любите? – Я сделала большие, невинные глаза. – Ну не страшно. Моя покойная матушка говаривала, что любовь порой приходит позже. Непосредственно в браке! Мы же будем стараться, правда?

Ксалор выпрямился, и в его взгляде промелькнуло что-то новое – не только ярость, но и… изумление моим нахальством?

– Что вам нужно? – спросил он резко, отчеканивая каждое слово. – Денег? У вас их полно. Власти? Статуса? Вы и так одна из первых невест королевства. Что я могу предложить за ваш отказ?

– Вы уже предложили мне самое ценное. Ваши руку и сердце! И я их беру.

Я протянулась к нему, будто желая коснуться, Ксалор отстранился.

– Зачем? – вернула я его же вопрос. – Зачем вы прислали мне то письмо?

Естественно, признания не последовало. Не скажет же он, этот ретивый дракон, что поспорил. Или пошутил. Такое не оценит ни общество, ни его семья!

– Брак не состоится, – заявил он с ледяной уверенностью. – Я найду причину. Будет проще, если вы одумаетесь и откажетесь. Сегодня. Вы что, вправду решили, что я всерьез готов на вас жениться?

Маска слащавой дурочки сползла с моего лица мгновенно. Словно ее и не было. Я встретила его пылающий взгляд своим – колючим, полным вызова. Вся моя ненависть выплеснулась наружу! И мне даже не хотелось ее сдерживать, пусть чувствует.

– Что ж, – сказала я с усмешкой. – Ищите свою причину. Удачи в поисках.

Ксалор хмыкнул. Казалось, не ожидал такого от меня. В его глазах мелькнуло что-то новое. Уважение? Но оно исчезло, похороненное под лавиной гнева.

– Играешь с огнем, смертная, – произнес он так, что кровь застыла у меня в жилах. – Помни об этом.

Он развернулся и вышел из кабинета, не оглядываясь. Дверь захлопнулась с такой силой, что чуть не слетела с петель. С полки свалилась старая фарфоровая статуэтка, разбившись вдребезги.

Я шумно выдохнула. Адреналин отступал, оставляя послевкусие поражения и… осознания. Он не сдастся. Этот дракон ищет лазейку. А ведь она есть! Если найдет, то цена моей расплаты будет высока.

Обратно в приемный зал я не пошла. Сидела за отцовским столом до тех пор, пока снова не услышала с улицы шум. Я подошла к окну. Внизу, во дворе, свита дракона садилась на коней. Ксалор вскочил в седло одним легким движением. Он дернул поводья и галопом помчался к воротам. Его люди, все еще растерянные, понеслись следом. Облако пыли поднялось за ними столбом, скрыв их от моих глаз.

Они уехали. Первая битва была выиграна – помолвка состоялась, Ксалор поставлен в тупик. Но война только начиналась. Он не собирался играть по моим правилам.

Я сжала кулаки, глядя на рассеивающуюся пыль. Где-то глубоко внутри, вопреки азарту, копошился червячок сомнения: а не зря ли я все это затеяла? Я тряхнула головой, отгоняя упаднические мысли. Нерешимость – роскошь, которую я не могу себе позволить.

Глава 3

Тишина, воцарившаяся после грохота копыт драконьей свиты, была громче любого крика. Я стояла у подоконника в кабинете отца, глядя на пустоту двора. Разбитый фарфор у ног напоминал о ярости Ксалора – точный, хрупкий символ того, во что я ввязалась. Тревога, противная и навязчивая, пыталась укрепиться в груди, но я прогнала ее, глубоко вдохнув свежий воздух из окна. Игра начата. И я не проиграю.

Дверь кабинета отворилась, на пороге появилась Марлена. Ее глаза были влажными, лицо белее свежевыпавшего снега, а губы подрагивали.

– Корди! – выдохнула она, чуть не плача. – Что это было?.. Ты… и Ксалор Веларион?! Я же была вместе с вами на балах! Он тебя презирает! Ты его ненавидишь! И… и… – Голос ее сорвался. – Это из-за меня, да? Из-за этого дурацкого правила? Ты жертвуешь собой, чтобы я могла выйти за Элрика?

Сестра бросилась ко мне, схватив за руки. В ее глазах читался настоящий ужас – не за себя, а за меня.

– Не позволю! – заявила она. – Я подожду, пока ты не найдешь кого-то другого… не этого.

Я мягко, но твердо высвободила руки. Время слабостей прошло. Нужно было играть роль до конца – хотя бы для Марлены.

– Успокойся, – сказала я, заставляя губы растянуться в самой беззаботной улыбке. – Какая жертва? О чем ты? Посуди сама: я выхожу замуж за наследника дома Веларион! За дракона, Марлена! Это же верх мечтаний любой аристократки! – Я широко раскинула руки, изображая восторг. – Представь: титул драконьей леди, влияние, сказочное богатство, о котором можно лишь мечтать! И сила… О, их сила! Разве это не выгоднее любого графа или герцога?

Марлена смотрела на меня, словно я говорила на древнем наречии. Ее шок медленно сменялся недоверием.

– Но вы же терпеть друг друга не могли! – воскликнула она. – Он отпускал тебе колкости, ты смотрела на него, как на что-то налипшее на подошву! А драконы… – сестра понизила голос, оглядываясь, будто боясь, что их услышат, – страшные снобы. Женятся только на своих, на драконьей крови, или в избранных случаях – на королевских особах или могущественных магах! А твой дар им…

Она запнулась, не желая обидеть.

– Мой дар драконам без надобности, – закончила я за нее спокойно. – Особенно непроявленный. Драконья кровь доминирующая: их дети всегда наследуют способность к трансформации и долголетие. Но, – я грациозно повернулась, давая сестре оценить мой стан, – разве я не тяну на «избранный случай»? Драконы могут себе позволить нарушать традиции.

Про себя же я позлорадствовала, представляя сцену в замке Веларионов после получения моего согласия. Ксалора наверняка отчитали как следует. Предлагать руку смертной из-за глупого спора! Если они вообще о нем знают. Ох, как его драконье достоинство должно было пострадать! Эта мысль согревала душу.

– Но его неприязнь… – не сдавалась Марлена, хотя в ее тоне уже слышались колебания.

– Сестренка, ты слишком неопытна, чтобы понимать такие тонкости. Разве он не сам сделал мне предложение? – Я сделала значительную паузу, глядя на нее с видом знатока людских и драконьих сердец. – Порой самая ярая «ненависть» – напускная. Спрятанное влечение. Как у мальчишек во дворе – дергают за косички ту, кто им нравится. Ничто человеческое драконам не чуждо, поверь. Особенно таким молодым и горячим.

Хотя его «горячность» больше похожа на извержение вулкана…

– Думаю, за его колкостями и высокомерием скрывалось… восхищение. Скрытое. Глубоко запрятанное. – Я почти сама поверила в эту чушь, так артистично я ее подала. – Все у нас с ним будет хорошо, не переживай.

Марлена задумалась. Я видела, как в ее добрых глазах боролись сомнение и желание поверить в лучшее для меня. Она хотела, чтобы я была счастлива, или хотя бы не несчастна из-за нее.

– Ты действительно считаешь, что это удачный брак? – спросила сестра, утирая слезы. – Честно?

– Конечно, – заверила я ее, обнимая за плечи. – И посмотри на расклад. Во-первых, Элрик может просить твоих руки и сердца. Никто не посмеет вам помешать – формально старшая сестра обручена. Во-вторых, драконам не нужно мое приданое и управление Хартвудом. У них своих гор золота хватает. Значит, все поместье, все земли, все доходы отойдут тебе и твоему мужу. Разве не идеально?

Последний аргумент, казалось, добил ее сомнения. Глаза Марлены засияли.

– О, Корди! Если ты действительно так считаешь… и если он… если в этом есть хоть капля правды… – Она отстранилась, смотря мне в глаза с надеждой. – Тогда я рада за тебя! Пусть это и не любовь с первого взгляда… но ты будешь драконьей леди! Это же так почетно! И для тебя плюсы, и для меня! Правда, идеально!

Марлена рассмеялась, румянец вернулся на ее щеки. Моя ложь сработала, груз вины свалился с ее плеч. Она затараторила о том, как объявит Элрику хорошую весть, как они поженятся и будут обустраивать Хартвуд… Я улыбалась, кивала, а внутри ныло от горечи. Но она счастлива. Хотя бы она.

Облегчение оказалось недолгим. Вечером того же дня в гостиную, где я пыталась читать магический фолиант, бессмысленно скользя глазами по буквам, вторгся Илмер Рендал. Его лицо было мрачнее грозовой тучи, а руки нервно перебирали складки камзола.

– Леди Корделия, – начал он без предисловий, устало и тревожно. – Мы должны поговорить.

Я отложила книгу, жестом приглашая его сесть. Он проигнорировал кресло, предпочитая стоять, как на судилище.

– Говорите, господин Рендал.

– Это… помолвка, – он процедил слово, будто оно было ядовитым, – с Веларионом. Вы должны отозвать свое согласие.

– С чего бы? – Я подняла бровь. – Вы же разговаривали с лордом Ксалором. Все решено.

– Решено?! – В его глазах отразилось отчаяние. – Леди, вы видели их лица! Лица его свиты! Это было не просто изумление. Это было почти презрение. Они смотрели на вас, на Хартвуд, как на нечто, оскверняющее чистую драконью кровь. А сам лорд Ксалор… – Рендал сглотнул. – Он не хочет этого брака. Ни он, ни его род.

– Ксалор сделал мне предложение, – парировала я. – Письмо подлинное, вы его читали.

– Понятия не имею, зачем он его отправил! – вырвалось у Рендала. – Веларионы не простят нам этого. Итог может быть ужасен. Для вас. Для Хартвуда. Для леди Марлены!

Он взывал к моему разуму, к ответственности. Во мне снова вспыхнул знакомый строптивый огонек. Страшно было, да. Но пойти на поводу – означало остаться ни с чем. Проиграть Ксалору, проиграть законам, проиграть будущее Марлены.

– Мое решение окончательно, – припечатала я, закрывая тему. – Я становлюсь невестой Ксалора Велариона. Точка.

Рендал застыл, смотря на меня с тем же немым порицанием, что и драконья свита днем.

– Тогда… – он сдался, его плечи бессильно опустились. – Тогда я вынужден начать подготовку. Согласно обычаю, помолвка должна быть публично объявлена на королевском балу. Ближайший на следующей неделе. В столице. В присутствии Их Величеств.

Королевский бал. Через несколько дней. Публичное объявление. Сердце екнуло. Сцена готова. Ловушка захлопывается.

– Отлично, – произнесла я, храбрясь. – Я подберу самое роскошное платье. И Марлене тоже. Пусть все видят, что Хартвуд возрождается.

Рендал молча поклонился и вышел, оставив меня одну в огромной, внезапно похолодевшей гостиной.

Я подошла к камину, где тлели догорающие поленья. Несколько дней. Если точнее, всего четыре. До бала, который все усложнит. Для Ксалора. И для меня. Отменить свадьбу станет гораздо сложнее.

Уверена, он не допустит публичного объявления. Задумал что-то и будет действовать. Драконы не из тех, кто ждут удара. Они наносят его первыми!

Я закусила губу, глядя на язычки пламени. Ладно, пусть ищет «причину». Вряд ли найдет. Это я заставлю его разорвать помолвку. Заплатить за свою дерзость и учиненное надо мной издевательство.

Удар последовал уже утром. От Веларионов прибыли господа маги. Для проверки моей совместимости с драконьей энергией и способности продолжить их род. Изящное унижение!

Магов было двое. Один – пожилой, второй – помоложе. Оба с гербом, вышитый на мантиях: тем самым драконом, обвивающим пламенеющий меч. Услышав, зачем их прислали, я не сдержалась:

– Скажите, не беспечно ли сперва присылать письма с предложением брака, а лишь потом озаботиться вопросом, возможен ли он физиологически?

Уверена, мои слова будут доведены до сведения Ксалора! Младший маг ухмыльнулся, старший остался непоколебим.

– Такой порядок допустим, леди, – ответил он. – Процедура проверки проводится после выражения взаимного намерения, но до публичного объявления помолвки.

Передо мной, на стол в гостиной, положили кристалл размером с куриное яйцо. Не бриллиант, не изумруд. Камень был темным, но в его глубине, словно тлеющие угли, пульсировал золотисто-багровый свет. От него исходило тепло. Древнее. Чужое.

Отпечаток драконьей сущности. Мне предстояло коснуться его и позволить своей магии отозваться. Если наша энергия совместима, кристалл проявит это. Если нет… Считай, Ксалору повезло.

– Пожалуйста, начинайте, – попросил младший маг.

Я медленно, демонстративно не торопясь, протянула руку. Провела пальцами по гладкой, темной поверхности.

И мир взорвался.

Точнее, взорвался свет внутри камня. Ослепительным золотом, пронизанным жилками алого огня. Он заполнил гостиную, тепло сменилось жаром – не обжигающим, но мощным, пульсирующим в такт биению моего сердца. В ушах зазвенело, волоски на коже встали дыбом. Резонанс… Что-то во мне откликалось на зов этого древнего пламени.

Свет угас, вернувшись к своему тусклому состоянию. Но теперь в кристалле тлел ровный золотой свет. Гармоничный с багровыми всполохами.

– Совместимость есть, – произнес старший маг с некоторым почтением. – Ваша магия, леди Корделия, сильна и гармонирует с драконьей энергией. Этого более чем достаточно для продолжения рода.

Я отдернула руку, изобразив робкую улыбку:

– Хорошо. Ведь мне пока неизвестно, какой именно у меня дар.

– Такова природа женщин, леди, – кивнул он, – обычно у вас он проявляется лишь после… заключения брака. Или от глубокого, трансформирующего душу потрясения, которого я вам не желаю.

Улыбка сползла с моего лица. По их мнению, случившееся здесь три года назад не тянет на потрясение?.. Крики. Огонь. Кровь. Боль. Дикая, неконтролируемая, ужасная. То, что я прятала глубже всех тайн, за семью печатями страха и стыда. Никому не понравится мой дар. Где-то на задворках сознания шевелился ужас от мысли о том, что он когда-нибудь снова вырвется наружу.

Маги склонились в поклоне и, забрав камень, удалились. Когда их шаги затихли в коридоре, я позволила себе выдохнуть. Все хорошо. Кристалл показал только силу и совместимость, а не суть моего дара. Ксалор получит отчет о проверке. О, как же он будет беситься! Надеялся найти причину для разрыва помолвки? Не вышло.

Глава 4

Три дня минули без происшествий, но мои нервы напоминали натянутые струны, готовые лопнуть в любой момент. До королевского бала и объявления помолвки оставался день, за который Ксалор Веларион мог выкинуть что угодно. Эта мысль грызла меня изнутри, заставляя каждую минуту ждать удара.

Я старалась не поддаваться панике и, отчаявшись подобрать наряды в наших с Марленой шкафах, устроила смотрины платьев, извлеченных из сундука матушки для «особых случаев». Он пах лавандой и прошлым. Шелка, бархат, парча… Великолепие классического кроя, не утратившее актуальности, но смотреть на него было больно. Мы с сестрой, окруженные служанками, бережно перебирали их долгие часы.

– Оно будет идеально на тебе смотреться! – Марлена осторожно расправила платье золотого цвета, расшитое драгоценными камнями. – Будешь истинной драконьей невестой.

– Слишком пафосно, – покачала я головой и указала на изумрудный бархат. – Надо что-то сдержаннее. Чтобы не кричать о своем статусе, а намекать.

И чтобы не выглядеть полной дурочкой на фоне возможного скандала…

– Тогда я возьму это. – Марлена не устояла перед нежно-розовым шелком, похожим на лепесток пиона. – Элрик обожает такое…

Я улыбнулась, глядя на ее сияющее лицо. Хотя бы ее счастье было реальным, а не построенным на лжи и риске.

Выбор платьев отвлек, но тревога не ушла. Она лишь притихла. Что Ксалор задумал? Его молчание после визита магов было зловещим. Как затишье перед бурей.

Буря пришла в тот же день. Ранним вечером.

Сначала был звук. Низкий, гулкий, нарастающий рокот, от которого задрожали стекла в окнах. Потом замок накрыла тень. Огромная, стремительная, перекрывшая угасающее солнце. Она пронеслась над башнями, обдав двор ледяным ветром.

– Дракон! – крик часового с башни был полон первобытного ужаса. – Над замком дракон!

В замке и в конюшнях поднялся переполох. Слуги в ужасе метались, лошади бились в стойлах. Я выбежала на балкон своей спальни, желудок сжимался в тугой комок.

Он кружил. Огромный, чешуйчатый, цвета закатного неба – глубокий золотистый оттенок, переходящий в синеву на спине и кончиках гигантских, кожистых крыльев. Глаза, как раскаленные угольки, метали искры. Дыхание клубилось паром в прохладном воздухе. Он был воплощением мощи и древности, существом из легенд, снизошедшим в наш мир смертных. И он снижался прямо к парадному двору.

Ксалор?.. Первая мысль – дикая, иррациональная. Прилетел запугать окончательно. Но нет… Определенно не его цвет.

Дракон опустился на землю с грацией, неожиданной для его размеров. Сложил крылья, его голова на длинной, змеиной шее повернулась, и угольки-глаза уставились прямо на меня, на балкон. Взгляд был тяжелым, пронизывающим насквозь.

Затем произошло невероятное. Гигантское тело начало сжиматься, светиться изнутри. Чешуя сливалась с этим светом, крылья втягивались, форма менялась, пока вместо громадного ящера не возникла фигура человека. Высокого роста и завидной стати, в темно-синем камзоле, лишенном всяческого лоска. Светлые волосы с проседью у висков, лицо с резкими чертами, высокими скулами и глазами: такими же золотисто-янтарными, как у Ксалора, но холоднее, мудрее, глубже. Не глаза, а озеро расплавленного металла под вековым льдом.

Его отец. Мориус Веларион.

Он стоял посреди опустевшего от страха двора, невозмутимый, как гора. Его взгляд все еще был прикован ко мне.

– Леди Корделия Хартвуд, – голос донесся до балкона, вибрирующий, полный неоспоримой власти. – Соблаговолите спуститься.

Сердце ушло в пятки, но я кивнула, стараясь не показать ни капли страха. Показывает силу, устраивая зрелищный спектакль? Нет, ему это ни к чему. Его визит был посланием. Весомым, как удар драконьим хвостом.

Я спустилась, заставив ноги идти ровно. Перепуганная Марлена догнала меня в коридоре и хотела последовать за мной, но я остановила ее. Спустилась одна. На ступенях крыльца уже стоял Рендал, заваливая Мориуса льстивыми приветствиями.

– Входить я не буду, – сказал ему дракон в человечьем обличье, едва глядя на моего опекуна, – мы с леди пройдем в сад. Нас не побеспокоят.

Это был не вопрос, а требование. Рендал поклонился, не в силах вымолвить ни слова.

Мы с Мориусом направились в сторону старого розового сада. Его осанка выдавала врожденное превосходство, взгляд скользил по мне – как по дорогому, но сомнительному товару. Отмечая черты лица, стан, походку. Красоту он, несомненно, видел. Но видел ли он что-то еще?

– Вы впечатляюще спокойны, леди, – заметил он наконец, когда мы остановились между пышных кустов роз. – Для смертной, только что увидевшей облик дракона.

– Вид был, безусловно, впечатляющим, лорд Веларион, – ответила я, глядя прямо перед собой. – Но я полагала, что будущая супруга вашего сына должна реагировать именно таким образом. Или я ошибаюсь?

– Вы не ошибаетесь. – Уголки его строгого рта приподнялись – то ли усмешка, то ли одобрение. – Хотя, признаюсь, выбор сына стал для меня неожиданностью.

Он не знает о пари. Прозвучало кристально ясно. Ксалор не посвятил семью в детали. Для отца это был внезапный, необъяснимый порыв наследника. Стыдная выходка, скрытая даже от своих.

– Вступать в брак – для дракона шаг величайшей важности, – продолжил Мориус. Тон был ровным, но в нем чувствовалась тяжесть неодобрения. – Особенно для наследника древнего рода. Это не просто союз двух людей. Это сплетение судеб. Это ответственность перед предками и потомками. Честь – неслыханная для смертной. Но и бремя немыслимое. Жизнь среди нас, по нашим правилам, соответствие ожиданиям… Вы уверены, леди Корделия, что готовы к этому?

Удивительно, но в его словах не было снобизма. Была холодная аналитика и сомнение. Этот брак ему не нравился. Совсем. Но он пытался уважать решение сына.

Внутри меня все кричало: «Скажи ему! Скажи, что это фарс! Пусть запретит!» Но это было бы слишком дерзко и неосмотрительно. Скорее он вынудит меня разорвать помолвку, чем наложит прямой запрет, кинув тень на репутацию семьи. Сначала делать предложение, а потом отказываться без веских причин – даже драконам не позволено.

– Лорд Веларион, – я встретила его взгляд с той же холодной уверенностью, на какую была способна. – Я прекрасно осознаю серьезность шага.

Он изучал мое лицо, ища ложь. Нашел только стальную решимость. Это, кажется, его озадачило.

– Ваша уверенность заслуживает уважения, – произнес он наконец. – Но понимаете ли вы, что отречетесь от привычной жизни? Ваши дети будут дышать пламенем. Вы состаритесь гораздо раньше супруга.

– Понимаю, – сказала я.

Ветер шелестел листьями кустов. Лорд Веларион смотрел куда-то вдаль, за стены сада, в сторону гор.

– Ксалор импульсивен в своем молодом возрасте, – сказал он тихо, больше себе, чем мне. – Надеюсь, он осознает, что делает.

Надеюсь, его сын осознает, как сильно хочет этого не делать! Или отец поможет ему это осознать.

– Если лорд Ксалор передумает, – осторожно вставила я, опустив глаза, – я приму его решение с пониманием. Но свое слово я дала. И отзывать его не стану. Это было бы недостойно Хартвуда.

Я подчеркнула последнее. Пусть знает – я не сбегу. Позор отказа должен лечь на них. На Ксалора.

Мориус повернул голову, его непроницаемые глаза снова уставились на меня.

– Вы необычная женщина, леди Корделия, – констатировал он. – До встречи на балу.

Прощаться не стал. Просто отступил на несколько шагов. Воздух вокруг него снова заструился золотым светом. Форма начала меняться, чешуя проступила сквозь ткань камзола. Через мгновение на дорожке снова стоял исполинский дракон. Он взмахнул крыльями, подняв вихрь опавших листьев, толчком мощных лап оторвался от земли и взмыл в темнеющее небо, быстро превращаясь в стремительную тень, а затем и вовсе исчезая из виду.

Я стояла одна посреди сада, обняв себя руками. Отец Ксалора не одобрял этот брак. Это было очевидно. Но он не стал его запрещать. Не стал давить. Лишь предупредил.

Глава 5

Столица встретила нас огнями фонарей и праздничным шумом, но мое сердце стучало в такт не веселью, а тревожному маршу. Карета, увешанная гербами Хартвуда, пробиралась к королевскому дворцу. Напротив меня ерзал Рендал, подпрыгивая на несуществующих кочках. Марлена сидела рядом со мной, сияя в нежно-розовом шелке, как весенний бутон. Ее рука покоилась на моей ладони, согревая своим теплом и подбадривая.

– Ты прекрасна, Корди, – сказала она, когда карета остановилась. – Ох, как же мне будет сложно дотерпеть до объявления твоей помолвки и ничем не выдать, что о ней знаю!

Я поправила тяжелый изумрудный бархат на плечах. Платье было весьма скромным, но безупречно подчеркивало тонкую талию.

– Просто будь рядом с Элриком, – подмигнула я. – Наслаждайся балом. Обо мне не беспокойся.

Мы вышли из кареты на дорожку, устланную алым ковром, поднялись по широким мраморным ступеням. Из распахнутых дверей слышались голоса, смех и музыка, воздух был пропитан ароматами цветов, дорогих духов и воска сотен свечей. Обыденные запахи, но сегодня они душили.

Бальный зал ослеплял. Хрустальные люстры, подобные замерзшим водопадам, лили магический свет, в глазах рябило от позолоты, драгоценных камней и отражений гостей в зеркалах во всю стену. На тронах восседали Их Величества. Король, седовласый и важный, в парадном мундире. Королева, хрупкая и элегантная, будто бы неподвластная годам. Мы с Марленой склонились перед ними в глубоком реверансе, чувствуя на себе тяжесть их взглядов. Пришлось ответить на стандартные вопросы о том, как поживает наша семья, естественно, не углубляясь в детали.

Пройдя вглубь зала, я тут же увидела его.

Ксалор Веларион стоял у выхода на балкон, окруженный своими пламенными приятелями. Они всегда обособленно держались своей немногочисленной компанией, но сегодня у них случилось пополнение. Рядом с ним была очень приметная девушка. Несомненно драконица. Изящная, в платье цвета расплавленного золота, облегавшем каждую линию ее безупречного тела. Волосы – огненная медь, собранная в сложную прическу, открывавшую длинную лебединую шею. Ее глаза, желтовато-медные, скользили по гостям с высоты, на которой обитали лишь боги. Лираэль – мелькнуло в памяти. Из древнего, но менее влиятельного драконьего рода. Я встречала ее однажды – не на балах, на королевской охоте, один единственный раз.

Ксалор повернул голову, наши взгляды на миг скрестились, как клинки. Быстро потеряв ко мне интерес, он что-то сказал Лираэль. Она коротко ответила, положив руку с длинными ногтями на его предплечье. Посыл был предельно ясен: «Вот кто достоин наследника Веларионов, именно на такой мне и положено жениться! А ты на что рассчитываешь, смертная?»

Вдобавок вокруг не стихали обсуждения: «Что происходит, зачем Ксалор ее привел? Лираэль – его невеста?»

Мой кулак сжался под складками бархата, но не от ревности. От бешенства. Он делает это специально, чтобы подчеркнуть пропасть между нами. Я сделала глубокий вдох, успокоилась и… улыбнулась. Широко, тепло, как будто увидела подругу. И направилась прямиком к ним, сквозь толпу, внезапно притихшую. Вслед мне поползли шепотки: Хартвуд идет к драконам? Она с ума сошла? Они же с Ксалором как кошка с собакой!

– Лорд Веларион, – мой голос прозвучал громче, чем я планировала, перекрыв музыку. – Какая прелестная у вас спутница! Представите нас?

В его глазах мелькнуло удивление, быстро сменившееся подозрительностью. Лираэль приподняла бровь.

– Леди Корделия Хартвуд, – представил он сквозь зубы, без тени любезности. – Моя… давняя знакомая. А это леди Лираэль Игнисарр.

– О, как приятно! – Я протянула руку драконице, та сдержанно коснулась ее кончиками пальцев. – Я столько слышала о вас и всегда восхищалась родом Игнисарр. Жаль, что вы не посещали балы раньше.

– Меня пригласил Ксалор, – молвила она надменно.

– Конечно… – Я сочувственно покачала головой, глядя на нее, как на жертву несносного ребенка. – Сегодня такой важный для всего драконьего круга вечер.

На лице Лираэль промелькнуло замешательство, она одернула руку. Невозмутимость Ксалора дала трещину – на скуле дрогнул мускул. Его свита замерла, ошеломленная. Они еще не знают?

– Я не понимаю, о чем вы говорите, леди Хартвуд, – отчеканила Лираэль, бросив на спутника взор, полный недоверия. – Прошу меня извинить.

Она резко развернулась и скрылась на балконе, унося с собой облако дорогих духов.

Победа. Маленькая, но сладкая. Ксалор остался стоять без нее, окруженный недоумевающими взглядами своих приятелей и всего двора. Он наклонился ко мне и процедил на ухо так тихо, что услышала только я:

– Очаровательно… Что ж, по-хорошему вы не хотите.

– Вы так обходительны с девушками, – ответила я отнюдь не тихо и с нескрываемым ехидством.

Его глаза запылали настоящим драконьим огнем. Я спокойно отошла, внутренне торжествуя. Пусть объясняется со своими… Если пожелает!

Меня мгновенно окружили поклонники.

– Ого, – прокомментировал дважды вдовец Вистер. – Наша ледяная роза пустила шипы. Раньше вы никогда не отвечали лорду Ксалору на его дерзости.

– Все же говорить в таком тоне с наследником Веларионов не стоило, – поделился мнением пустоголовый красавчик Годрик. – Кажется, вы разозлили всю драконью свиту.

– А что такого? – пробормотал Кельвин, уже успевший перебрать с вином. – Тоже мне небожители.

На него покосились с неодобрением, Вистер даже забрал у него бокал, чтобы он не доболтался до чего-нибудь непоправимого. Беседа переключилась на всякую светскую ерунду. Я слушала ее вполуха. Всю ту вечность, что длилось представление оставшихся гостей королевской чете.

Наконец музыка сменилась – зазвучали первые аккорды вальса. И во мне что-то щелкнуло. Теперь мой ход!

Опасаясь, что меня кто-нибудь пригласит, я быстро подошла одинокому Ксалору, тщетно пытающемуся слиться с колонной. Улыбалась при этом во весь рот, с обожанием в глазах, которого на самом деле и близко не было.

– Лорд, я обещала вам первый танец…

Я взяла его за руку. Он вздрогнул, как от удара током. Его пальцы были обжигающе горячими, по моей спине пробежала дрожь.

– Когда это обещали? – выдавил дорогой жених, пытаясь высвободить руку, но я вцепилась мертвой хваткой.

Не станет же он стряхивать меня при всех? Не стал.

– Когда вы выходили из кабинета моего отца, потому, вероятно, и не услышали, – защебетала я, утягивая его за собой. – Идемте… Ах, какая волшебная мелодия! Мы еще ни разу не танцевали, нужно немедленно это исправить.

Цепляться за колонну Ксалор счел ниже своего драконьего достоинства, и я вытянула его в центр зала. Все взгляды прилипли к нам. Шепотки превратились в гул. Хартвуд и Веларион? Собираются вместе танцевать? Мир сошел с ума! Я видела растерянное лицо Рендала и Марлену. Ее ладонь покоилась в пальцах Элрика, и в его глазах горела та самая искренность, которой так не хватало сейчас мне.

Нас с Ксалором захлестнула музыка. Его рука легла на мою талию – жестко, властно. Я почувствовала жар, исходящий от его тела, уловила тонкий, дымный аромат кожи. Не отпрянула. Наоборот, прошептала медовым голоском:

– Вы прекрасно танцуете, мои подруги лопнут от зависти.

– Прекратите этот фарс, – его губы почти не шевелились, но слова впивались, как иглы. – У вас нет никаких подруг.

– О, вы такой шутник… – Я хихикнула, как будто он сказал что-то восхитительно остроумное. – Но вы покорили меня именно этим!

Рядом ахнула какая-то графиня. Его пальцы впились мне в талию, губы почти коснулись моего уха. Дыхание было горячим, но слова – ледяными:

– Если вы немедленно не перестанете, я обниму вас так, что вопросы о воспитании и репутации леди Хартвуд возникнут не только к вам, но и к вашей сестре.

Страх сковал горло. Ксалор действительно может так сделать, ему-то что! Паника сжала горло, я чуть не споткнулась. Он почувствовал мою дрожь, его пальцы сжали мою талию еще сильнее, но со стороны это выглядело как необходимый элемент танца.

– Не наступите мне на ногу, – шепнул Ксалор с отчетливой усмешкой в глазах, – а то будет неловко.

Я не могла говорить. Моя игра в любовь дала сбой. Он нашел мою болевую точку – Марлену… Музыка гремела, мы кружились, а я мысленно отсчитывала секунды и смотрела куда угодно, только не на партнера по танцу. Кельвин с неприятной ухмылкой поднял в нашу сторону вновь раздобытый бокал. Годрик мрачно смотрел на мою руку на плече Ксалора. Вистер внимательно изучал выражение моего лица, словно пытаясь разгадать шахматную партию. Господа драконы недобро переглядывались. Всеобщие взоры, недоуменные шепоты – все смешалось в оглушительный вихрь. Я видела, как король что-то спрашивает Рендала, указывая на нас взглядом. Мой опекун растерялся еще больше.

Танец закончился. Я чуть не упала от облегчения, но Ксалор крепко держал мою руку. Он поднес ее к губам. Его поцелуй был долгим, театральным. Губы обжигали кожу.

– Благодарю за танец, – сказал дракон так формально, что я почти поверила в его равнодушие.

Он отпустил мою ладонь и уверенным шагом направился прочь, хотя мне было заметно – его спина слишком напряжена. Не понравилась реакция общества и приятелей на наш танец? Еще больше ему не понравится буря, которая поднимется на объявлении нашей помолвки! Пусть отказывается от меня поскорее, пока ущерб не столь существенен.

Глава 6

Преследуемая чужими взглядами, я нырнула в толпу в попытке затеряться. И наткнулась на своих поклонников, лица которых выражали смесь ошеломления, ревности и откровенного непонимания.

– Это невозможно, – бормотал Годрик. – Она же его ненавидит…

– Очаровательная наглость, – усмехнулся граф Винтер. – Впрочем, зрелище было увлекательное. Веларион выглядел так, будто готов сожрать ее живьем.

– Подавится, – поддато икнул Кельвин, но первым заметил мое присутствие. – Милая Корделия, просветите нас, что это было?

– Танец, – пожала я плечами.

– Разве? – сипло хмыкнул герцог Эльбрук, мой самый неприятный поклонник. Его масляный взгляд скользил по мне так откровенно, что хотелось немедленно пойти помыться. – Похоже, что наша неприступная леди Хартвуд высказала дракону расположение…

– Господа, иногда танец – это просто танец, – отрезала я и направилась в уборные – освежиться и перевести дух.

План не удался, в коридоре я наткнулась на стайку девиц на выданье. Одинаково лощеных, как на подбор. Их платья шелестели, духи смешивались в тяжелый цветочный коктейль. Улыбки были сладкими, как патока, а глаза – холодными и злыми.

– Корделия, какой смелый шаг, – защебетала леди Элоиза, дочь графа Бейнбриджа, закатывая глаза. – Танцевать с самим Ксалором Веларионом! И он позволил вам это! Просто невероятно. Вы, наверное, теперь его единственная смертная… подруга?

В ее голосе явственно прозвучало «игрушка».

– О, да! – подхватила ее спутница Сильвия Лавьер с деланным восторгом. – Вы выглядели просто очаровательно вместе. Такой… контраст.

Она сделала акцент на последнем слове, заставив меня мысленно скривиться.

– Мне льстит ваше внимание, – ответила я с неизменной вежливостью. – Лорд Ксалор был удивительно галантным партнером.

– Нам показалось, он не хотел идти с вами танцевать, – заявила далекая от этикета Лорейн из недавно разбогатевшего дома Граусонов. – Дорогая, все же неприлично вот так навязываться.

– Вам показалось, – парировала я. – Не хотел бы – не пошел, верно? Вряд ли дракона можно к чему-либо принудить.

– Ваш союз крайне маловероятен, – язвительно заметила Элоиза. – Веларионы никогда не примут в семью смертную без веской причины. Вы либо страшно наивны, либо чрезмерно самоуверенны…

Она замолчала, всем видом давая понять, что склоняется к двум вариантам сразу.

– Ну что вы, – отмахнулась я, – уверяю, я трезво расцениваю свои шансы.

Они переглянулись, улыбки стали еще слаще, еще фальшивее. Ксалор прав. У меня не было подруг. Ни одной. Только завистливые «соперницы» или пустые светские куклы. Единственный близкий человек, моя Марлена, была сейчас с Элриком, и от каждого взгляда на них у меня кололо под ложечкой. Он был весьма мил: невысокого роста, с русыми кудрями и трогательными ямочками на щеках… Полная противоположность драконам!

Освежившись, я вернулась в зал и старалась вести себя как обычно, но украдкой все же наблюдала за драконьей компанией. Ксалор стоял чуть в стороне, его профиль был резок, как высеченный из камня. Судя по позам и жестам других драконов, там кипели нешуточные страсти. Лираэль отсутствовала. Наверное, все еще зализывает раны после нашего «приятного» знакомства. Мысль об этом согревала.

Бал близился к финалу, до объявления помолвки оставалось не больше часа. Рендал, почти в полуобмороке, жался к краю зала, ведь за неимением у невесты живого отца, выступать перед публикой предстояло ее опекуну. Чувствуя, что теряю самообладание, я отступила в дальний угол к одинокому столу с закусками. Закрыла глаза на секунду, пытаясь унять дрожь в руках и бешеный стук сердца.

– Леди Корделия… – пьяный шепот прямо у уха заставил меня вздрогнуть. Снова Кельвин. От него разило вином, как из бочки. Он пошатывался, ухмыляясь во весь рот. – У меня исключительная новость. Только для вас…

– Лорд Кельвин, – попыталась я отстраниться, – вам бы присесть, выпить воды…

– Воды? Фи! – поморщился тот, с трудом фокусируя взгляд. – Слушайте. Принц… наследник престола…

Кельвин таинственно понизил тон, хотя и так общался со мной шепотом.

– Его Высочество говорил сегодня, что очень заинтересован вами. Что вы – единственная, кто перед ним не лебезит. И он подумывает… сделать вам предложение руки и сердца, да-да. Наверное, из-за вашего феерического танца с Ксалором. Видимо, решил, что раз дракон обратил на вас внимание, то и ему стоит.

Ледяная волна прокатилась по спине. Принц? Леон? Мы пару раз танцевали, он был весьма обходителен, но не более. Никаких знаков особого внимания, никаких намеков. Он вообще на балах больше занят своими друзьями-офицерами, весельем и вином, чем пристальным изучением невест.

– Откуда у вас эта информация?

– Я слышал… сам слышал! От… – Кельвин нахмурился, пытаясь сосредоточиться. Его лицо стало растерянным. – Кхм… не помню. Кто-то говорил рядом. Или… – Он потер виски. – Нет, точно слышал! И решил, что вам надо знать.

Так. Что-то здесь не то!

Я коснулась его руки под благовидным предлогом – забрать бокал. Осторожно призвала дар… И увидела. Тонкие энергетические нити, подобно паутине обволакивающей сознание Кельвина. Чужая воля. Знакомая магия… древняя, с привкусом дыма. Драконья. Ментальное воздействие, перед которым неодаренные люди бессильны.

Ксалор!..

Все стало на свои места. Ярость, белая и чистая, затопила меня. Вот его новый ход! Подбросить мне «слух» о заинтересованности принца. Расчет прост: я, меркантильная охотница за видным женихом, должна тут же возжелать стать будущей королевой! Ведь это почетнее, чем быть драконьей леди. А чтобы не упустить шанс, мне срочно нужно отозвать свое согласие на его, Ксалора, предложение. Изящно, подло и совершенно в его стиле. Он думал, я клюну?

Я поставила бокал на стол с такой силой, что хрустальная ножка чуть не треснула, и отыскала глазами этого негодяя. Он игнорировал своих недовольных друзей и смотрел прямо на меня. Его золотистые глаза, казалось, ждали моей реакции на «новость».

Хорошо. Дождется!

Я оставила Кельвина и пошла через зал. Прямо к группе, где веселился принц Леон. Я остановилась возле него, достаточно близко, чтобы он заметил. Удивление мелькнуло в его обыкновенных карих глазах. Я сделала безупречный реверанс и ответила легкой, ничего не значащей улыбкой. А когда заиграла следующая мелодия, я как бы невзначай покосилась на танцующих.

– Леди Хартвуд, не удостоите ли меня танцем? – среагировал положенным образом принц.

– Конечно, ваше высочество!

Он всегда был на редкость любезен и улавливал намеки. Мы закружились в вальсе. Леон был легок в общении, шутил, говорил о погоде, о скачках. Я отвечала, улыбалась, а сама чувствовала на себе тяжелый, обжигающий взгляд Ксалора. Я не смотрела на него, но знала – он пристально наблюдает. И почему-то ему это не нравилось. Совсем. Уж больно колючие искры энергии до меня долетали. Что такое? Разве Ксалор не должен быть доволен?

После танца с принцем я направилась к выходу на балкон. Мне срочно нужно было подышать полной грудью. И я была уверена, что недолго буду там одна. Лунный свет заливал каменные перила, глоток прохладного воздуха был как бальзам. Шум бала остался позади, приглушенный. Я облокотилась на перила, глядя на усыпанное звездами небо. В груди по-прежнему бушевала ярость.

Раздались шаги. Твердые, уверенные. Я не обернулась.

– Наслаждаетесь последними минутами свободы, леди Хартвуд? – раздался насмешливый голос Ксалора.

Я медленно повернулась. Он стоял в дверном проеме, его фигура заслоняла свет из зала. Золотистые глаза светились в полумраке, как у настоящего хищника.

– Лорд Ксалор, – сказала я сладким голоском, – вы ревнуете? Нет, я просто вышла проветриться. А что до принца… До меня дошли любопытные слухи. Будто бы Его Высочество всерьез мной заинтересован. И даже подумывает сделать предложение. Представляете?

На его красивом высокомерном лице вспыхнула надежда. Он выпрямился, ожидая продолжения. Отчетливо читалось: «План сработал!» Ему неоткуда было знать, что мой дар проявлен и способен распознавать ментальное внушение.

– Ох, не переживайте, дорогой жених, – продолжила я с преувеличенной нежностью. – Я вся ваша! Скоро Рендал объявит нашу помолвку, и все эти слухи умолкнут. Надеюсь только, принц не слишком расстроится. Он такой милый.

Надежда в его глазах погасла, сменившись яростью, такой интенсивной, что казалось, воздух вокруг него сгустился.

– Хватит! – Ксалор шагнул вперед. – Я вижу, вас не прельщают ни корона, ни легендарность моего рода. Значит, есть что-то другое. Что вы хотите на самом деле, Корделия? Говорите. Я дам это вам. За ваш отказ.

Я нахмурилась, изображая обиду.

– Что я могу дать вам, чего вы не можете получить без меня? – Он сделал еще шаг. И еще. Встал совсем близко. – Как насчет правды? О той ночи. Три года назад. Кто напал на Хартвуд.

Это было как удар под дых. Перед глазами поплыли кровавые вспышки, я словно наяву услышала треск рушащихся ворот, крики…

– Вы… – прошептала я. – Вам известно, кто убил моих родителей?

– Нет. Но я могу узнать. У драконов есть ресурсы, недоступные королевским следователям. – Ксалор говорил убедительно, почти завораживающе. – Все наемники погибли, допрашивать было некого. Но кто-то их нанял. Тот, кто хотел смерти лорда Хартвуда и его семьи. Я найду ответы. Все. Имена. Причины. Я преподнесу их вам. В обмен на разрыв помолвки.

Жажда узнать правду и наказать виновных была всепоглощающей. Она жила во мне каждую секунду, грызла изнутри. У моего отца было полно врагов, но кто мог решиться на такое? Предложение было невероятно соблазнительным. У драконов действительно есть все возможности…

Я посмотрела в зал, выхватив взглядом Марлену, которая, прижавшись щекой к плечу Элрика, что-то ему шептала, а он смотрел на нее, как на свое личное солнце. Ее будущее. Ее счастье. Оно стало возможным только благодаря моему безумному согласию на помолвку.

– Нет, – произнесла я тихо, но твердо.

Он замер, пораженный. Конечно! Не привык, чтобы ему отказывали.

– Что? – выдавил он.

– Я сказала нет. – Я смотрела ему в глаза, в которых бушевало пламя непонимания и гнева. – Давите на самую больную рану? Это подло и низко. Даже для вас.

А я не променяю прошлое на будущее. Особенно на будущее моей сестры.

Ксалор сжал кулаки, его челюсти напряглись.

– Вы глупите, – прошипел он, – и упускаете единственный шанс докопаться до истины.

– Вероятно. Но это мой выбор. Кстати… В ваших драконьих владениях есть рынок?

– Рынок? – переспросил Ксалор, сбитый с толку.

– Да. Обычный рынок. С торговцами. – Я улыбнулась ему самой ядовитой улыбкой. – Надо будет сходить туда вместе. Вам явно нравится торговаться.

– Корделия! – Он потерял последние остатки самообладания. – Отзовите свое согласие! Сейчас же!

– Если я скажу «нет» в третий раз, вы наконец меня услышите? – поинтересовалась я с ехидством. – Идите и сами отзовите свое предложение.

Ксалора буквально перекосило от бессильной ярости. Его глаза метали искры в буквальном смысле – в темноте балкона было видно, как в их глубине вспыхивали крошечные огоньки.

– Что ж, – прошипел он так угрожающе, что по моей спине пробежали мурашки. – Тогда наслаждайтесь представлением.

Дракон развернулся и зашагал обратно в зал. Я последовала за ним, чувствуя, как колотится сердце. Представление? Что он задумал?..

Ксалор направился прямиком к Илмеру Рендалу, который в панике теребил края своего камзола, глядя на королевскую ложу. Мой опекун заметил приближающегося дракона и побледнел еще больше, если это вообще возможно. Ксалор наклонился к нему, что-то быстро проговорил. Лицо Рендала исказилось ужасом, потом полным непониманием. Он замотал головой, что-то бормоча в ответ, явно отчаянно протестуя. Ксалор что-то добавил, его лицо было непроницаемо, но в позе читалась неумолимая воля. Рендал замер, будто парализованный, потом его плечи опустились. Он кивнул, коротко и покорно.

Тревога сжала мое горло. Что он ему сказал?!

Ксалор отошел в сторону, его взгляд скользнул по мне – ледяной и исполненный какого-то странного ожидания. Рендал сделал глубокий вдох, выпрямился, хотя колени у него явно дрожали. Он поднял руку, требуя внимания. Музыка смолкла, все взоры обратились к нему.

– Милостивые господа! – голос Рендала дрожал, но звучал достаточно громко, чтобы его услышали в дальних углах зала. – Их Величества! Достопочтенная публика! Я имею честь… объявить важную новость!

Он сглотнул, его взгляд мельком встретился с моим. В нем читалась паника и… укор?

– Сегодня… в этот знаменательный вечер… – Рендал сделал еще один вдох, словно набираясь смелости перед прыжком с обрыва. Дракон стоял неподвижно, как изваяние. – Лорд Ксалор Веларион сделал предложение леди Корделии Хартвуд… и… она ответила согласием!

Тишина. Абсолютная, оглушительная тишина накрыла зал. Казалось, даже свечи перестали потрескивать. Все замерли, застыв с разинутыми ртами. А через секунду зал взорвался гулом изумления и аплодисментами.

Я стояла, как громом пораженная. Ксалор… он велел Рендалу объявить помолвку? И она официально состоялась!

Глава 7

Казалось, воздух дрожал, пропитанный ошеломлением сотен пар глаз, уставившихся на меня, на Ксалора, на бедного Рендала, который пошатывался, будто вот-вот рухнет.

Аплодисменты не утихали. Голоса смешались в единый рев восторга, зависти и откровенного непонимания. Сэр Годрик бессмысленно открывал и закрывал рот, граф Винтер ухмылялся в усы, явно находя всю ситуацию пикантнейшим развлечением сезона. Бедняга Кельвин растерянно моргал, словно сомневался, мог ли он выпить столько, чтобы все это ему привиделось. А леди Элоиза и ее куклы стояли с поджатыми губами, растеряв всякое подобие улыбок. Даже вся драконья компания замерла в потрясенном молчании, глядя на обручившегося сородича, как на сумасшедшего. Точеное лицо Лираэль исказилось гримасой ярости, казалось, драконица вот-вот воспламенится.

Их Величества… Король приподнял седые брови, выражая неподдельное удивление. Королева же не выглядела шокированной, хоть и светилась от любопытства.

– Какая чудесная новость! – всплеснула она руками. – Мы от всего сердца поздравляем вас, лорд Ксалор и леди Корделия.

Король кивнул, восстанавливая царственное спокойствие:

– Мы одобряем и благословляем ваш союз. Пусть он будет крепким.

Их слова, формальные и полные высочайшего одобрения, скрепляли эту чудовищную пародию на помолвку. Лучше бы они были против!

Ксалор направился ко мне. Его походка была плавной, взгляд —неумолимым. Он остановился совсем близко, и на его губах играла торжествующая усмешка. «Вот какую невесту я себе заполучил», – нарочито кричало каждое его движение. Лгун!

Он пошел ва-банк. Принял мой вызов, поднял ставки и захлопнул ловушку, в которую я сама себя заманила.

– Мне не терпится увидеть ваше помолвочное кольцо, – воскликнула королева. – Оно должно быть восхитительным.

Кольцо…

У меня перехватило дыхание. Вот он, неминуемый конфуз! Ксалор ведь не собирался доводить дело до конца. Он ждал моего отказа. Откуда у него кольцо?

Но дракон лишь улыбнулся – впервые за вечер искренне, с каким-то диким, опасным удовлетворением. Его рука скользнула во внутренний карман камзола. Он достал не просто драгоценность. Магию, застывшую в золоте. Витиеватое изящное кольцо венчал камень: большой, темно-синий, как бездна ночного неба. В его глубине клубились и переливались крошечные искры чистого пламени, будто заточенная буря.

Зал ахнул хором. Я сама не смогла сдержать тихого вздоха. Оно было… пугающе прекрасным. И абсолютно чужим.

Без единого слова, с властной небрежностью, Ксалор надел кольцо мне на безымянный палец. Металл был теплый, как живой. Камень засиял ярче, золотые искры внутри закрутились быстрее. По руке пробежала волна тепла, смешанного с леденящим ужасом. Это был знак. Печать сделки с драконом.

– За счастье будущей пары! – выкрикнул принц, и бокалы поднялись вверх, поблескивая в свете люстр.

На глаза Марлены навернулись слезы счастья, Элрик улыбался, обнимая ее. Я взяла поданный слугой бокал, поднесла к губам. Вино – дорогое, выдержанное – текло по горлу безвкусной жижей.

Музыка заиграла снова. Ну да… Танец жениха и невесты. Традиция. Ксалор протянул руку. Его ладонь была обжигающей. Он снова обхватил мою талию, ведя меня в центр зала. Казалось, все эти сотни глаз впились в нас, сканируя каждый жест, каждую эмоцию. Я чувствовала себя мухой в янтаре – прекрасной, застывшей и абсолютно беспомощной.

– Что не так? – его губы почти коснулись моего уха, голос был низким, насмешливым. – Разве вы не этого хотели?

Нет, конечно! Я хотела, чтобы он от меня отказался. До объявления помолвки. Чтобы Марлена вышла за любимого, а я была свободна. Теперь же… Собственно, а что теперь? Пока никто из нас не выиграл. Борьба продолжается.

Я стойко изобразила счастливую улыбку.

– О, Ксалор, это самый волнительный момент моей жизни! – прошептала я с придыханием. – Волнительнее будет разве что наша свадьба.

Он фыркнул, коротко и беззвучно. Его пальцы собственнически очертили мою талию.

– И все же зря вы не захотели по-хорошему, – обронил дракон так, что только я могла услышать. – Пеняйте на себя.

Танец закончился. Аплодисменты грянули опять, но я уже не слышала их.

Ксалор отпустил меня с театральным поклоном и ушел к своим драконам. Их лица все еще были непроницаемыми, но в глазах читалось не только непонимание, но и гнев. На него. На меня. На всю эту немыслимую ситуацию.

Меня мгновенно обступил народ. Их голоса сливались в назойливый шум из поздравлений, лести, колких вопросов, замаскированных под шуточные.

– Поздравляю, дорогая! Ну вы даете!

– Невероятно! Как вам удалось приручить дракона?

– Кольцо… божественное! Веларионы не скупятся.

– А правда, что они спят на золоте?

– Надеюсь, он не слишком горяч в быту. Ха-ха!

Я улыбалась, кивала, бормотала что-то невразумительное. Все расплывалось, слова доносились как сквозь вату. Кольцо жгло палец. Я искала глазами спасение.

– Господа, дайте же невесте передохнуть! – раздался звонкий голосок, и хрупкая, но решительная фигурка в розовом втиснулась между мной и толпой. Марлена… – Вы зачем на нее налетели? Она должна наслаждаться моментом, а не отвечать на двадцать вопросов сразу!

Сестра ловко вывела меня в относительно тихий угол.

– Корди, – прошептала она, сжимая мою руку. – Я так рада за тебя.

Ее слова были как острый нож в сердце. Я хотела сказать ей правду, крикнуть, что все это сущий кошмар… Но не смогла. Не сейчас. Не здесь.

К нам подбежал Рендал и заговорил, запинаясь:

– Леди Корделия… Я должен вам сказать. С бала вы… поедете не с нами.

Мы с Марленой непонимающе уставились на него.

– Лорд Веларион настаивает, что невеста до свадьбы должна жить в замке жениха. Это драконья традиция. – Рендал сглотнул ком в горле. – Он сказал мне это перед объявлением помолвки. Обещал позаботиться о вашей безопасности и комфорте.

В голове пронеслось: «Зря вы не захотели по-хорошему»… Вот что Ксалор имел в виду! Собирается увезти меня. Сегодня же. Лишить дома, Марлены, всего знакомого. Теперь я в его власти как официальная невеста. Он сможет сделать мою жизнь невыносимой. Превратить в пленницу в драконьем логове.

– Переезжать к жениху до свадьбы?.. – вырвалось у меня. – Это же немыслимо!

– Господин Рендал, у драконов так правда принято? – спросила Марлена неуверенно.

Он лишь развел руками.

Бешенство, холодное и острое, вытолкнуло меня из угла. Ксалора нигде не было видно, но я догадывалась, где его искать. Где еще дракон может укрыться от людей и взглядов?

Я почти бежала по боковому коридору, ведущему к королевскому саду. Тяжелое бархатное платье мешало, кольцо пылало на пальце. Я распахнула стеклянную дверь – и замерла на пороге.

Лунный свет заливал мраморные плиты дорожек и белоснежные скульптуры. Воздух был полон ароматом цветов. И в центре этой идиллии стояли они. Ксалор и Лираэль. Она была так близко к нему, что ее платье цвета расплавленного золота почти касалось его черного камзола. Ее медные волосы, выбившиеся из сложной прически, казались огненными. Она что-то говорила ему с негодованием, он слушал молча, сложив руки на груди.

– …непостижимо! – долетели до меня ее слова. – Как ты мог?!

Я сделала шаг назад, намереваясь исчезнуть, не быть свидетелем этой сцены. Но скрип гравия под моей туфлей выдал меня. Они оба обернулись. Лираэль окинула меня презрительным взглядом с головы до ног, задержалась на кольце.

– Поздравляю с помолвкой, – бросила она каким-то жалостливым снисходительным тоном. – Надеюсь, кто-то из вас одумается.

Не прощаясь, драконица развернулась и стремительно скользнула мимо меня обратно в замок. Я осталась стоять одна на холодном мраморе, лицом к лицу с драконом.

– Я не перееду к вам до свадьбы, – заявила я. – Это неприлично.

– Неприлично? – Ксалор не сдвинулся с места. – Вы считаете драконьи традиции неприличными?

– Нет, я…

– Вы даже не знали о них, – жестко припечатал он. – А должны были изучить, прежде чем принимать предложение. Самое время наверстать упущенное, чтобы не осрамить дом Веларионов своим невежеством. Или же, если вас что-то не устраивает, вы можете отказаться. От нашего брака.

Я почувствовала себя загнанной в угол. У нас состоялась помолвка или покупка?.. Раз теперь приобретенную собственность доставят по адресу нового хозяина! Ну ничего, это еще не конец. Новое начало! Игра продолжится там.

– Хорошо, – сказала я, с трудом контролируя голос. – Но дайте мне хотя бы день. Собрать вещи. Проститься с сестрой. Поговорить с Рендалом о делах поместья…

– Не нужно, – перебил Ксалор, – дела я с ним уже обсудил. Ваши вещи в ближайшие дни будут собраны служанками и отправлены в Драконий Пик, хоть это и лишнее: все необходимое вам предоставят. Уезжаем мы через полчаса. Не тратьте время напрасно, и успеете попрощаться с сестрой.

Я стиснула зубы, он победоносно ухмыльнулся. Мол, посмотрим, дорогая невеста, как долго ты продержишься. Что ж! Посмотрим, насколько хватит тебя, дракон.

Глава 8

Карета ощущалась клеткой на колесах. Каждый камушек под колесами бил по натянутым струнам нервов. Ксалор сидел напротив, неотрывно глядя на меня через узкое пространство, разделявшее нас весьма символично. Его глаза пылали в полумраке кареты, освещенной лишь светом встречных фонарей. Злость. Раздражение. Презрение. Я читала все это на его безупречном лице. Но больше всего – неумолимую волю тюремщика, доставляющего добычу в логово.

Я опустила взгляд на свои колени, стараясь не смотреть на дорогого жениха. Драконий Пик… Название звучало как приговор. Я думала о Марлене, о теплых огнях Хартвуда, о родной кровати. И ненавидела Ксалора. Ненавидела так, что перехватывало горло.

Перед глазами поплыло, веки налились свинцом. Я боролась со сном, но изнеможенность после долгого нервного вечера взяла верх. Сознание провалилось в темноту, лишенную даже кошмаров. Просто небытие.

Вынырнув из него, я осторожно приоткрыла глаза. Лунный свет из окна падал прямо на лицо Ксалора, и на нем не было ни капли злобы. Только усталость. Глубокая, затаившаяся в уголках глаз, в легкой расслабленности обычно напряженных губ. И было что-то еще… Сожаление? Нет, не совсем. Скорее, тяжелое раздумье, отражение какого-то внутреннего груза.

Я не шевелилась, боясь привлечь его внимание.

– Беги, пока не поздно, – тихо и хрипловато выдохнул дракон. – Ты не представляешь, что значит быть частью дома Веларионов.

Это было не нападение. Не упрек. Констатация. Говорил он не мне, а скорее в пространство кареты. Я дышала через раз, внимательно слушая.

– День за днем, год за годом. – Ксалор повернул голову, глядя на мелькающие темные силуэты гор в окне. – Каждое решение – не твое. Оно должно соответствовать величию крови. – Он замолчал, потом коротко, с горечью, добавил: – Свобода… это роскошь для смертных. Для нас – иллюзия.

В его словах не было жалости к себе. Кажется, я впервые увидела не просто спесивого дракона, а кого-то, скованного цепями своего происхождения. Будто в его броне была трещина. Маленькая, но реальная.

Карета въехала в широкую долину, я демонстративно потянулась и прильнула к окну. На высокой скалистой вершине, купаясь в холодном свете полной луны, высился Драконий Пик. Не мрачная громада, как я ожидала, а нечто величественное и древнее. Башни, словно клыки, впивались в ночное небо, стены из красного, почти кровавого камня отливали причудливыми бликами. Огни в узких окнах горели подобно звездам, пойманным в каменную паутину. Замок дышал спокойной, незыблемой силой. Красота его была суровой, чуждой, но завораживающей.

– Добро пожаловать, – произнес Ксалор без тени гостеприимства. – Сейчас практически ночь, я познакомлю вас со своей семьей утром. Впрочем, с моим отцом вы уже знакомы.

В замке царила тишина, нарушаемая лишь эхом наших шагов по высоким, сводчатым коридорам. Гобелены – всюду гобелены. На них – драконы в полете, в битвах, драконы, изрыгающие пламя на целые армии. Века величия и силы, вытканные в шерсти и шелке. Они смотрели на меня сверху вниз. Один из изображенных драконов восседал на груде костей… Веселые картинки. Красноречивое напоминание о том, где я оказалась!

Ксалор вел меня молча. Мы свернули в большую, слабо освещенную гостиную с огромным камином, где тлели угли. Не безлюдную. В кресле у огня сидел мужчина, закинув ногу на ногу. Брюнет с вьющимися волосами до плеч. Черты лица – угловатые, привлекательные, но с каким-то опасным изломом. Одет он был в темно-бордовый костюм без лишних украшений, сидящий как вторая кожа. Незнакомец поднял голову, и его глаза – глубокие, темные, даже черные – уставились на Ксалора, а губы изогнулись в самоуверенной усмешке.

– Дружище! – Голос был бархатистым, но с металлическими нотками. – Не ждал меня? А напрасно, у нас осталось незаконченное дело… – Его взгляд скользнул по мне и остановился на кольце. – Ого! Поздравляю.

Ксалор рядом со мной напрягся, излучая враждебность.

– Дезмонд, – отчеканил он, – ты здесь лишний. Как всегда.

Гость рассмеялся и поднялся с кресла, его движения были нечеловечески плавными. Темные глаза впились в меня, будто пытались заглянуть под череп. Мой дар едва уловимо дрогнул внутри. Я почувствовала горячий, скользкий поток энергии. Нечто могущественное, искаженное… Не драконья сила. Демоническая! Раньше я никогда не видела демонов воочию – что немудрено, они не посещают балы, не ведут светскую жизнь. Держатся в тени. В нашем королевстве их не преследуют, по крайней мере, пока они ведут себя прилично.

Дезмонд подошел ближе. Его улыбка стала шире, обнажив белые, острые зубы.

– Госпожа новоиспеченная невеста. – Он взял мою руку, прежде чем я успела как-то отреагировать, и поднес к губам. Прикосновение было прохладным. – Очаровательна. Более чем. Чувствуется… потенциал.

– Отойди от нее. – Ксалор шагнул между нами, оттесняя демона. Его плечи были напряжены, взгляд – чистое предупреждение. – Твои игры здесь неуместны.

Дезмонд поднял руки в мнимом жесте мира, но усмешка не покинула его лица.

– Как скажешь, ревнивец. – Он бросил на меня еще один долгий, проницательный взгляд. – Просто хотел выразить свое восхищение девушкой. Очень удачное приобретение!

Я невольно сжала кулаки, чувствуя, как кольцо жжет палец.

– Тебя не ждали, и тебе не рады, – отрезал Ксалор. – Убирайся.

Дезмонд вздохнул преувеличенно печально.

– Вечно ты такой нелюбезный. Ладно, ладно, не буду мешать вашей семейной идиллии. – Он кивнул мне на прощанье. – До скорого, красавица.

Демон покинул гостиную и растворился в тени коридора.

Вызванная Ксалором служанка, тихая и пугливая, как мышка, провела меня в покои. Они были роскошными – огромная кровать под балдахином, толстые ковры, камин, уже растопленный, массивная мебель из темного дерева. Но клетка оставалась клеткой.

Я подошла к высокому окну, распахнула его. Надо же, без решетки! Ночной воздух хлынул внутрь, холодный и чистый. Внизу расстилалась темная долина, а вдалеке, на склоне горы, горели огни. Усталость накрывала снова, но теперь она была смешана с тревогой от встречи с Дезмондом. Демон… Что он забыл у драконов? О каком незаконченном деле шла речь?

Дверь распахнулась без стука и предупреждения. На пороге стоял Ксалор. Он не вошел, оперся о косяк, оглядывая комнату, затем меня.

– Вы устроились? – спросил нейтрально, но и без тепла. – Вам дали все необходимое?

– Да, – ответила я коротко. – У вас тут мило. Даже демоны в гости заглядывают.

– Забудьте. И ни в коем случае не разговаривайте с ним. – Ксалор помолчал, его взгляд скользнул по огню в камине, потом вернулся ко мне. – Дезмонд слишком любит лезть туда, куда не следует.

– Как и вы? – вырвалось у меня. – Ворвались в мою спальню без спроса. А если бы я была не одета?

– Вы одеты.

– Так мне раздеться, чтобы вы ушли?

Сама не поверила, что произнесла это вслух… Уж чего я точно не собиралась делать – так это раздеваться перед ним!

Он не ответил. Вместо этого сделал шаг в комнату. Потом еще один. Подошел ближе к окну, ко мне. Между нами искрило напряжение. Я ощущала взгляд Ксалора каждой клеточкой тела. Пристальный, пылающий. От него меня бросало то в жар, то в холод.

В его золотистых глазах отчетливо читался принятый вызов. Сердце у меня упало. Нет. Нет, он не посмеет…

– Корделия, – в нем горело опасное пламя, но страшно мне почему-то не было, – не угрожайте тем, чего не станете делать.

Что-то запульсировало внутри – не страх, не злость. Что-то неуловимое, вопреки логике тянущееся к его огню. Моя рука непроизвольно дрогнула. Его взгляд упал на нее, на кольцо, потом снова поднялся на мое лицо. Он сделал едва заметное движение навстречу.

– И все-таки, зачем вы отправили мне письмо с предложением? – прошептала я, стараясь вложить в голос лед, но получилось скорее сдавленно.

Его лицо опять стало каменным. Отстраненным. Ксалор отступил на шаг, восстанавливая дистанцию.

– Письмо было ошибкой, – отчеканил он. – Отдыхайте, я вас не побеспокою.

И вышел, не оглядываясь, плотно закрыв за собой дверь. Я осталась одна, в смятении прогоняя остатки этого странного, незваного волнения. Что это вообще было?..

Я переоделась в ночную рубашку, погасила свечи, легла в огромную, холодную постель и отключилась.

Рассвет застал меня все еще в постели, в полудреме. Первые лучи солнца окрашивали горы за окном в розовато-золотистые тона. Я встала, чувствуя себя разбитой, но более собранной. Накинула роскошный халат, расшитый золотом, похожий на платье, и выскользнула в коридор. Надо было понять, где я, и какие они – правила нашей новой игры.

Я сделала всего несколько шагов, как тень отделилась от ниши у высокого окна в конце коридора. Дезмонд. Он прислонился к стене, скрестив руки на груди, наблюдая за мной. Его темные глаза блестели в утреннем свете.

– Ранняя пташка, – произнес он нараспев. – Или просто не могла уснуть?

Я замерла, по спине пробежал холодок страха.

– Хотела осмотреться, – ответила я, стараясь звучать ровно.

Демон оттолкнулся от стены и медленно пошел ко мне. Остановился слишком близко. Его темные, бездонные глаза впились в мои еще сильнее, чем ранее в гостиной.

– Корди, милая. – Он наклонил голову, изучая меня, как диковинную зверушку. – Твой дар воистину прекрасен. Да… Тьма всегда узнает тьму. – Его голос стал тише, почти интимным. – Сколько крови на твоих руках?

Мир сузился до его демонических глаз и стука моего сердца в висках. Я не могла пошевелиться, не могла вымолвить ни слова. Только смотрела на него не моргая.

Дезмонд улыбнулся. Улыбка была красивой и ледяной.

– Не бойся, я не выдам твою тайну, – прошептал он и исчез в боковом проходе так же бесшумно, как и появился.

Я стояла в пустом, светлеющем коридоре, дрожа и сжимая кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Его слова висели в воздухе, как ядовитый туман. «Тьма всегда узнает тьму». Он знает. Он понял.

Глава 9

Завтрак с драконами – лучший способ потерять аппетит. К счастью, питались они обычной едой, по крайней мере, в человеческом облике. В истинном же, не удивлюсь, если могли закусить каким-нибудь рыцарем вместе с доспехами…

Столовая, в которую меня проводили слуги, была способна вместить толпу. Длинный стол из черного камня, похожего на обсидиан, гулко отражал каждый звук. Потолки поддерживали колонны, вырезанные в виде взвившихся к небу драконьих хвостов. Меня нарядили в платье, которое явно стоило целое состояние, но ощущалось доспехами из павлиньих перьев – вычурное, тяжелое, с вышитыми золотом замысловатыми узорами по подолу и корсажу. Ужасно неудобно!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.