Татьяна Косенкова
Первый приют

Глава 1

ПЕРВЫЙ ПРИЮТ

Санк Петербург 1999 год.

К концу 90х годов число беспризорных детей в Санкт Петербурге постепенно сокращалось в результате признания правительством  необходимости создания приютов для детей потерявших свои семейные и родственные связи. Эти приюты становятся надёжным убежищем для детей, брошенных родителями или самовольно покинувших свои семьи, в которых отсутствуют минимально необходимых условия для жизни. Приют для них становится новым домом и  семьёй  в которой они могут обрести чувство принадлежности и поддержки. Взрослые, потерявшие свою основную работу на заводах, в КБ, в НИИ и других местах в результате перестройки и конверсионной реконструкции, подобно автору  этой книги, также сменили свои, порой скучные, профессии. Можно сказать, обрели для себя приют, где  живой творческий процесс, позволил ощутить  себя даже более нужными, а кому-то и необходимыми, путь на короткий период. Мы  можем оставить неизгладимый след в жизни ребенка, когда ему так необходимы неравнодушные заботливые  люди. К сожалению   приют становится местом притяжения и для безнравственных вороватых людей, равнодушных к эмоциональному миру детей, их интересам и потребностям. А мы становимся свидетелями противоречивости требований, жестокости наказаний.

Книга о том, что происходит когда наше бездействие и желание отвернуться, чтобы избежать дискомфорта, приводит нас к соучастию в совершении зла.

По теории  Готфрида Лейбница (1710 г) "Из  понятия творческого акта Бога, следует, что существующий мир есть наилучший возможный из миров. Тем не менее, в нем есть зло, и притом в трёх видах: зло метафизическое (несовершенство), зло физическое (страдание) и зло нравственное (грех). Что касается первого вида зла, то оно неизбежно: как бы мир ни был совершенен, он не может быть равен по совершенству Богу, который один есть существо совершенное. Мир есть мир существ ограниченных, следовательно, несовершенных".

На написание этой книги меня вдохновило неожиданное событие, когда мне понадобился внешний USB накопитель для гибких дисков чтобы открыть некоторые старые документы. Мне не без труда удалось купить такой накопитель на маркетплейсе. Я нашла у себя ещё две маленькие дискеты подписанные : "Дневник". Дневниковые записи я делала более чем 20 лет назад, когда работала воспитателем в приюте . Мой рабочий график сутки через двое позволял мне практиковаться ночью  в наборе текста на компьютерной клавиатуре после того как я укладывала детей спать.

Я сомневалась, что могла написать литературно и интересно даже для себя, поэтому решила бегло пролистать дневник. Однако  погрузилась в воспоминания  смеялась грустила и плакала так, как будто прочла чей-то роман как будто это происходило не со мной. На самом деле я никогда не забывала и не забываю ни тех людей ни те события. Дальнейшую свою жизнь я посвятила работе с неблагополучными семьями и с подростками, которых принято называть трудными. Событий в социальной сфере предостаточно но в этом приюте я провела с разными детьми более 10 лет своей жизни, там были первые впечатления.

В описание событий невозможно не включить большое количество персонажей которые не являются вымышленными, но имена и фамилии были изменены. Многих взрослых часто не иначе как только по имени отчеству нельзя называть. Чтобы не запутать читателя в семейном клане я включу некоторые пояснения, шпаргалку:

Директор приюта – Илья Михайлович.

Зам директор по воспитательной работе – Глафира Андреевна

Зам директора по социальной работе – Анна Георгиевна

Сын директора, он же внук заместителя директора по социальной работы, он же водитель – Михаил

Сын заместителя директора по воспитательной работе Глафиры Андреевны , он же воспитатель средней группы – Эдуард Эдуардович

Воспитатели старшей группы: Елена Сергеевна, Нина Брониславовна, Таисия Игнатьевна.

Другие воспитатели средней и младшей группы : Мария Даниловна Мария Васильевна, Галина Дмитриевна.

Музыкальный работник – Тамара Владимировна

Старшая группа дети: Ира, Аня, Даша, Саша, Олег, Надя, Виталий,Толик.

Глава 1

Немолодая  женщина в шляпке и в кожаной куртке тяжело ступала  по очищенной от снега, выложенной новой плиткой,  но уже безнадёжно заплёванной жвачками  платформе вокзала. Она сосредоточенно поглядывала на хрупкую девочку подростка с рюкзачком на плечах. Девочка тащила ещё и набитую какими то вещами и книгами большую полиэтиленовую сумку с одной ручкой. Женщина с показной заботой бралась за ту часть белого пакета, где  маленькая дырочка обозначала присутствие, когда-то столь необходимой  сейчас детали. Непохожие  друг на друга, явно чужие представительницы разных поколений, протащив несколько шагов совместно поклажу, останавливались  пытаясь придумать более удобный способ передвижения.

– Сейчас дойдём до киоска, я куплю тебе пакет. Давай, давай помогу .

– Спасибо. Я сама, сейчас вот так –  девочка прихватывала под мышку  провисающую часть  и продемонстрировала  на короткое время лёгкость  походки.

– Ну, ладно. Давай так тогда. Уже не много осталось! У меня-то тут тоже тяжёлая ещё и куча документов – показала она на папку торчащую и её большой сумки.

Принаряженные жители  Лен области дружно  передвигавшиеся вдоль  вагонов  в сторону  метро  обходили их разглядывая  отчужденно. Большая компания  беззаботных парней, с полным  ассортиментом  хорошего отдела провинциального магазина , рюкзачков,  похохатывая, громко обсуждала,  в каком месте лучше проскочить  без жетона через турникет.

Спустя полчаса  инспектор  Приозерского муниципального отдела  по опеке и попечительству  при сходе с поднимающегося  эскалатора метро подхватила ручку уже нового пакета с вещами девочки.

– Спасибо – Ира осмотрела незнакомую станцию. Хотелось спросить, далеко ли ещё добираться, но она не решилась. «Сказали же – не много осталось. А может это до метро, она говорила не много? Можно ещё потерпеть. Зачем только учебники, дурочка, взяла. Там дадут, наверное. Ой, ой, как страшно там, что там. Сбегу завтра. Какая это станция? – оглянулась она, надо запомнить дорогу. Очень близко Ира увидела несколько мальчиков, примерно третьеклассников, расположившихся уверенно и спокойно  на гранитных плитах у стены здания метро. Губы у некоторых были подёрнуты красной каймой, под носом одного висели длинные сосульки, рукава его куртки покрыты характерными жёлтыми «паутинами» от «Момента». Запах шел от парней резкий.  Детей ничуть не смущали взгляды прохожих их остекленелые глаза были равнодушны ко всему.. Чёрная шляпка – трикотаж, натянутый на твёрдую основу – оказалась уже далеко вереди. Ирка пробежалась  и догнала её. «Может сейчас и сбежать?».  Нет, хочется избавиться от пакета скорее. Может быть мама уже вернулась домой. «Мама! Мама! Я приехала – не плачь». «Ой, доченька!». Хочется уткнуться  в неё котёнком, вложив в свою непередаваемую иначе и никому  другому , не понимаемую ни кем( и не дай бог поймут) кроме неё незащищённость , почувствовать тепло целебных ладоней  на своих плечах, высказанную только лёгким объятием силу родительской тревоги и силу родительской любви.

« Ну почему я для кого-то должна бросив  всё что было воздухом , средой обитания, и куда то сейчас ехать? Кому от этого станет лучше ? Надо бежать.»

Да , а тут милиция – за Ирой.   И вся улица смотрит. Женька  проходит  топая «гадами» с таким видом, как будто  в них обошёл весь земной шар: «Ирка! Че там у вас !» – а в глазах злая радость.

«Как в голову вообще пришла такая подлость – «бежать» Женщина схватится, а меня нет. Ей попадёт. Она же мне доверяет, не тянет меня за руку.

Нет, лучше  туда, в этот  приют или  детский дом – чем они отличаются? Надо спросить. Как её зовут! Так без имени не удобно. Она же сказала «Давай познакомимся, Ирочка – меня зовут …….». Кажется, Антонина Сергеевна, а вдруг Александровна? Просто так спрошу и всё: «Извините, скажите,  пожалуйста, а приют это что?». « Но она же мне говорила что-то   о временном устройстве детей на время, болезни родителей или длительного отсутствия родителей». « Мама у тебя болеет, папа  длительно отсутствует» .

Временно, наверное, приютят. Может квартира такая . Знаю, что вот есть приют для бездомных собак, они в клетках, им пищу раздают. Ира представила  детей разного возраста делающих уроки в больших клетках.

Специалист говорила ей, тихо плачущей у окна когда они ехали  в вагоне электрички, что там хорошо, уютно, есть компьютеры. Ира мысленно окрашивала представляемые ранее ржаво – синими  решётки в белый цвет  и поставила в  каждую по компьютеру.  Главное, чтобы одна, чтобы никто не унижал. Я хочу быть одна всегда. Ведь если бы я не видела других людей весёлыми, можно было бы и не думать о них. Но почему мне непременно хочется, с кем то поговорить, посмеяться, чтобы оценили меня, похвалили, посмеялись над моей шуткой.? Зачем? Блажь какая то.  Буду одна в клетке. А когда всех будут выводить на прогулку – Ира представляла  двор, в котором  дети младшего возраста скачут  на скакалках  играют в песке, старшие прогуливаются, болтают как в школе – ни с кем общаться не буду. Ведь каждый спросит «А где твои родители?».

Приют для старушек Ира представляла себе ещё хуже, чем для собак. Когда по телевизору показывали несчастных инвалидов в длинных коридорах, ей казалось она ощущает смесь запахов лекарств, мочи и сырости. В таком приюте для детей Ира рисовала себя в окружении одинаково подстриженных детей в фланелевых халатах и пижамах. Там уж точно, ни на минуту не останешься  наедине со своими мыслями о маме.

«Мама, мамочка – только ты у меня, только я у тебя. Мы одни на свете.  Я тебе докажу , что ты напрасно так обо мне думаешь! Ты плачешь сейчас! Ой, нет, надо бежать к ней, скорее. Только я могу её успокоить. Её обижают! Она сейчас рвётся ко  мне , её не пускают!  Но где она?». Её увезли в сумасшедший  дом !!!». Дураки! Они не понимают, что она просто разволновалась за меня. Поэтому так закричала и разбила окно. Я должна была им объяснить всё и её бы не забрали. Может сейчас не поздно ещё раз объяснить. Надо было рассказать  этой женщине – специалисту, что это я виновата. Сказать так: «Вы знаете,  мама обычно себя ведёт правильно, Просто вчера….Мы с Наташей, моей новой подругой, начали мыть котёнка , у него блошки. Мне к третьему уроку надо было…учительница, Клавдия  Самуиловна, заболела, я не заметила как пролетело время… он убегал… я залезала в подвал.... Мы ждали, потом когда вода  остынет…. мы нагрели, а холодной вдруг не стало в кране…мы решили к колонке  идти. Мама очень волновалась. Она сбегала в школу потому, что забыла мне  дать деньги на  экскурсию в Питер ,  а меня там в школе  не  было… Все сидят на уроке, а меня нет, представляете..». Надо было объяснить поточнее почему так получилось, не  все же знают.

– Послушай, деточка – вдруг ласково заговорила  инспекторша –  извини меня,  пожалуйста. Да тебе всё равно спешить не куда. Постой здесь немножко. Ладно? Отдохни. Я хочу вон в тот киоск заглянуть. Там очередь небольшая. Вот так сумочку поставь возле себя. Я скоро. Ладно? Ира смотрела на  удаляющуюся  тяжёлую фигуру . Уважение вызывали у неё абсолютно все взрослые люди особенно те, кто на важной работе и сейчас  этой  убегающей раскачивающейся походкой тётеньке она была просто признательна за то, что та, оказывается, во время их долгого тягостного молчания думала не о Ире, а о чем-то своём, о  своей рыбке.  Обе они устали и от долгого вынужденного тягостного общения.  Только за три часа поездки в электричке специалистом управления по опеке и попечительству задавались время от времени девочке отвлечённые  вопросы для поддержания беседы, но ответы были короткие.

Рядом с газетным киоскам  насколько женщин торговали шоколадными конфетами. Сидя на ящиках раскладывали на своих «витринах», тоже ящиках, пакеты с  заманчивым фантиковым разнообразием. Остановились  бабушка с внуком, аккуратно отсчитывав  деньги , получив сдачу -копейки, взяла у закутанной в платок поверх искусственной шубы, торговки заранее расфасованные в прозрачные пакеты конфеты, достала одну, дала жадно ожидающему внуку. Ира подняла глаза к небу, летел самолёт  и вдруг, спрятался за плотной, серой  спокойной подсвеченной сверху губкой  облаков. Попал туда, где, наверное, разливается солнечные лучи  по пушистой поверхности . Вспомнилось как давно очень летали в Крым с родителями. Здесь же на земле под низкими серыми  небом Ира начинала  дрожать от холода, но она  даже не пошевелилась  для того, чтобы достать из сумки чтонибудь из тёплых вещей. Начала было разглядывать обложки журналов  за стеклом киоска, но быстро отвернулась – такие картинки смотреть не прилично. «Жёлтая пресса»  говорили с отвращением  взрослые о таких ярких зазывающих изданиях с раздетыми тётеньками, это раньше,  говорили они, было уважение к тем, кто в киосках «Союзпечать» газеты и журналы покупал, по утрам в очередь вставали за черно белыми свежими газетами, а теперь страмота одна.

Ира глядя на машины, думала:

– Ну и ладно, что не сказала ей ничего.

То, что было дальше, она и себе то боится напоминать: «Как ты сюда попала? Тебя заманили? А может ты сама пришла?! Где ты была!!! Даже  школу  прогуляла! Так тебе здесь понравилось. Тебя заманили ….Я её ищу повсюду, а она здесь.

– Мама, мы просто котёнка мыли – кричала Ира. Отец Наташи молчал, а её мать только что пришла из магазина, она была очень,  бледна и испугана.

– Не слушай, она сушашедшая – сказал жене отец Наташи.

.– Вы что не знали, что ей в школу надо? Мама жадно ждала от него успокаивающего ответа.

Отец  Наташи  пожал плечом. Крикнул  «Папа!». Из большой комнаты вышел дедушка Наташи. Оба переглянулись усмехнулись.

– Я тут грешным делом – увлёкся , статья в журнале  интересная попалась. Девчонки  что-то там бегали взад вперёд . – Ну ка в комнату  к своему котёнку идите, он кажется сбежал уже – скомандовал дедушка  девочкам и те ушли.

Котенок спокойно ползал по дивану. Ира с Наташей гладили его и напряжённо слушали доносящиеся непонятные разговоры из маленькой комнаты. Говорили там о законодательстве, о суде, об аренде. Дедушка, вдруг, громко сказал такие слова : «Слушай тётя ! Радуйся что мы люди интеллигентные и ваш сарай  до сих пор не сожгли со всей скотиной и с вами».

– Как вам не стыдно? Бога не боитесь. – Крикнула мама. Потом раздался звук разбитого стекла,  девочки вбежали в комнату. Окно было выбито, холодный ветер кружил, снежинки залетали на подоконник. Папа Наташи набирал номер телефона, дедушка улыбался, мама Иры непонимающе  смотрела на окружающих, мама Наташи закрыла лицо руками и плакала, дедушка Наташи ее успокаивал .  Девочек выгнали на кухню.

Потом приехала машина скорой помощи и почему то маму санитары повели за руки на улицу. Ира в тапочках   выбежала за ними.

– Мама, ты, что порезалась?

– Доченька, разберёмся, со мной все в порядке, не ходи в этот дом больше, я скоро приду. Иди к тете Тане, пока.

В снегу под окнами валялся перевёрнутый стул, торчали большие осколки стекла.

Сотрудникам отдела опеки попечительства кажется что девочке, вот сейчас можно,  вырваться из своего прошлого: от навозных куч , от стыда  за старый платок мамы, от закрученных скотчем электрических проводов и прикрываемых клеёнкой дыр  на полу сарая на хуторе. "Ей надо уйти от насмешек, что папа затеял что-то там  грандиозное, а сам  сбежал".  По телефону говорили кому-то: «Ей психологически лучше уехать туда, где её ни кто не знает, она у вас там прописана в Питере». Самих этих сотрудниц Ира иногда, когда шла в школу, видела, они крутили педали своих стареньких велосипедов по дорогам и дорожкам Приозерска. В светлых нарядных блузах летом, и в одних и тех же  куртках в другие времена года, преодолевают путь на свою работу. Они тоже копаются в огородах в свободное время  и на работе обсуждают что выросло а что не уродилось. Конкуренция и обмен опытом одновременно. Но никто из них не занимается разведением овец и коз. Они сказали: "Не беспокойся ты за своих овечек. Все будет хорошо с ними. Мама сообщила где ключ от сарая". В представлении девочки не укладывается как они приедут на автобусе который ходит только три раза в день, пойдут от автобусной остановки по дорожке, потом свернут на утоптанную снежную тропу . Пройдут 500 метров по свежему снегу, откроют сарай, потом  вилами прихватят сено из стога, понесут и бросят его блеющим голодным овцам. А потом, что они будут разводить огонь в печке?  Им придётся носить воду с озера из проруби и греть её в котле для козочки и пяти овец.

– Ну, вот и я. Не долго? Здесь, я смотрю, и мясо с машины можно купить и рыба не дорогая. Обратно поеду,  может и  не быть уже. У нас , сама знаешь Ладога,  Вуокса, а вот рыбки свежей нет, я здесь взяла ледяную. Тебе я сушечки купила, вот, возьми, погрызешь. Вот нам на этот автобус как раз. Давай, давай пробежимся………

Глава 2

Дневник воспитателя приюта. Елены Карасиковой

5. 02.1999.  У меня есть компьютер. Это что-то! Так не бывает! Что за скачок невероятный  в  техническом  прогрессе?!

Это Бог подводил, подводил  плавно разум человеческий к созданию логично действующей и объяснимой  системы  работы с информацией. А потом раз подарок – что-то не вероятное, сказочное и уже  не поддающееся объяснению. Скатерть самобранка, сапоги – скороходы  и даже ковёр – самолёт,  для меня любительницы путешествовать ничто по сравнению с компьютером  – я бы не поменяла. Создатель сказал: «Берите люди, пользуйтесь».   Спасибо, что и меня не обделил. Далеко я не в первых рядах обладателей, но и не в последних. А, главное, директор, вдруг, быстро согласился на спонсорские деньги купить для старшей группы столь  ценный подарок. Дал Бог и мне разумного и терпеливого сына  Серёжку что бы я могла  разобраться, уловить алгоритм  дал бы  ещё  ума всё это понять и освоить! Нет, всё не возможно, не буду и пытаться.

Сегодня я учила всех по очереди печатать с  помощью тренажёра «Соло на клавиатуре» , сама ночью, пока они спят, осваиваю слепой метод. Надо тренироваться. Не хочу  заглядывая то и дело  в толстые умные  книги, перепечатывать их.   Запишу ка  я лучше свои собственные наблюдения и мысли. Ох,  как их много у меня!  Тем лучше! Тренируйся Леночка

Возможно потом воспоминания согреют душу, может разгонят тоску. Всё, что я вижу, чувствую, мне всегда очень хочется сохранить, поэтому я много фотографирую. Героиня одной пьесы сказала: «весь секрет жизни в том, чтобы вовремя подготовить хорошие воспоминания». Боюсь,  что только хорошими я не ограничусь. Работа у меня такая.

Ну, что ж, персональный,  хоть и полюбила я тебя с первого взгляда, но  тайн своих  «девичьих» , извини, тебе  не открою. Добрый ты – ошибки мои грамматические и стилистические  без насмешек  исправляешь, фразы перестраивать позволяешь. Какая экономия на черновиках! Ты извини, но я хочу с твоей помощью причесать накопившиеся мысли о  моём втором доме, о моём приюте. Вот, стоят они, толкаются, шумят.

– Циц! Ребята! В очередь! Умные вперёд!

Умные   ! Где вы! Куда же вы все подевались, вас так много было до того, как я вас причесать решила.

06.02.99.

Последнее  увлечение девочек  – личные  блокноты, в которые предлагается  всем  знакомым вносить пожелания.   Затея  на самом деле раскрывает нормальную потребность юных особ в оценке со стороны . Сам по себе этот незначительный факт жизни  девочек в приюте , их  уверенность в доброжелательности тех., к кому они обращаются с просьбой сделать запись на их разрисованных цветочками и сердечками страницах блокнотиков можно расценивать  между прочим , как уровень слаженности в нашем небольшом коллективе.

Интересно, что вносимые в блокнотики пожелания  не только доступны каждому для , но и настоятельно предлагаются для чтения. Так мы, воспитатели, вдруг   обнаружили скрываемую обычно подростками, теплоту души, их способность говорить друг другу  добрые слова. Грубостями и язвительными  замечаниями они  не редко щедро разбрасываются в адрес друг  друга.  Но здесь сознают, что  занесённые на бумагу  высказывания в адрес доверившейся владелице  тоже оцениваются окружающими и  являются их характеристикой.

А мы только наблюдаем их суету и волнения с незатейливой идеей создания  сборника мнений о себе окружающих . У  каждой из них разная степень  преодоления страха получить что -то обидное  и потребность в оценке.  Это же один из главных признаков  стремления  к самосовершенствованию. Наши мальчишки пишут девочкам трогательные пожелания. Саша  в своих записях  для  Даши, слегка осуждает тех ,кто желает ей «встретить хорошего парня»,он считает, что ей  еще рано об этом думать».

Девочки предпочитают писать пожелания, выбранные из шаблонов, как правило, в стихотворной форме, но при этом обязательно добавить что-то свое.

А мы ,  воспитатели,  обсуждая это при передаче смены,  делаем свои педагогические выводы «Это, вероятно, еще одна из форм проявления самоорганизованного  юношеского творчества».

Взрослые получают дополнительную возможность высказывания своих любимых поучений. Записи наших воспитателей Таисии. Игнатьевны. и Нины Брониславовны краткие, афоризматические  в них тревога за детей, большая любовь симпатия к ним, желание   в нескольких строках  дать наставления на всю их оставшуюся жизнь, повысить самооценку обладательниц блокнотов.

Мои пожелания, наверное, оказались менее комплементарными, я решила соригинальничать, написала в стихотворной форме Ане, которой до дня рождения осталось всего четыре дня:

Что тебе пожелать, человек мой дорогой?

Чтобы много пожеланий, выше всяких ожиданий

Получила, ты голубка ,

В день рожденья близкий свой.

Даше: Мой список пожеланий, советов, назиданий

Тебе, моя хорошая мне не  вместить в  блокнот.

Ты в кратком виде очень,

Желанья видеть хочешь

Ну, что ж оно исполнится, коль ум не подведёт:

Хочу, чтоб за советом,

Без комплексов  при этом,

Всегда к нам приходила и верила в добро.

Что золото молчанье, известно изначально,

Но слово…, если надо, используй серебро.

Аня сегодня звонила маме. Девочке стыдно за нее, но удивительное свойство характера  говорить с лёгкостью о том, что принято скрывать – тоже способ узнать мнение взрослого человека и конечно признак доверия и уверенности в искренней доброжелательности  взрослых, а так же способ выражения симпатии  к нему.

Нина  Брониславовна   рассказала мне при передаче смены о том, как пьяная Анина мама бегала вокруг приюта, обзывала нецензурно сотрудников , посмевших не пустить соизволившую, наконец, приехать после долгих приглашений соц. работников и самой Ани, мамашу .

А сегодня Аня с моего разрешения позвонила маме, она сама  захотела сделать это в моем присутствии, даже включила зачем то  громкую связь. (Позже я узнала, что Аня выполняла требование зам. Директора по воспитательной работе).  Я слышала, негодуя, конечно,  в душе,  упреки к девочке в том,  что та не  сочувствовала  вчера своей родной матери, приехавшей из далека  (десять остановок на метро).

Употреблялись фразы, бьющие на жалость, предрекания бездушия будущих Аниных детей, в те, скорые времена, когда Анечка наша станет наркоманкой. Аня с нервным смехом говорила: «Мама, почему это я должна стать наркоманкой».

Основная задача соц.служд способствовать восстановлению семей, и когда девочка расстроенная подошла ко мне на кухне, я говорила ей призирая себя за банальность, о том, что вот у них в семье тот случай, когда дочь оказалась серьезнее и самостоятельнее матери, что Ане предстоит  еще перевоспитание своей  мамы.  Шутливый  налёт  в разговоре, как всегда спасал от  понимания обеими   глубины безысходности   положения    Девчонка действительно  самостоятельная и трудолюбивая, поразительно, как она быстро и с благодарностью воспринимает те жизненные  правила, которые мы ей предлагаем.

Теперь мы, с ней иногда шутя, вспоминаем первые дни ее пребывания в приюте – моменты взаимного недоумения, когда я выражала свое потрясение легкомысленностью Анны ее неряшливостью, а она недоумевала по поводу нашей  непонятной потребности в навязывании детям ни кому не нужных, тогда на ее взгляд, требований. Помню как в первые же часы её поступления  к нам из изолятора, я зашла  в комнату девочек  и обнаружила Аню и еще одну нашу воспитанницу стоящими  на подоконнике. Они из окна второго этажа активно и кокетливо общались с бомжеватого вида взрослыми мужиками с бутылками пива.  Аня не понимала моего возмущения: «А че такого?». Но когда я ей говорила  стереотипные  правильные речи о достоинстве девочек, о самоуважении, об умении выбора друзей, о дисциплине и т.д и т.п. она на меня смотрела так, как будто я у нее на глазах  поднялась на воздушном шаре. Она с таким интересом и уважением слушала человека с другой планеты. Не понимаю, она же не бродяжка была, в школе обычной училась.

Больше ничего подобного никогда не повторялось. Она ходит в школу, старательно делает уроки и очень, очень любит рукоделие. С удовольствием лепит со мной из глины, когда я на кухне затеваю занятия с детьми. Когда ездим в ДОЛ, она по долгу  занимается в творческих студиях, не тусуется на улице  с курящим за углом ребятами, любит находится рядом с воспитателями, слушать их правильные речи, соглашаться с теми замечаниями которые делают они  другим «нехорошим и неправильным»,   шутить и смеяться.

Аня часто кладёт совою  высветленную перекисью водорода  голову  мне плечо и говорит голосом ласкового, доверчивого ребенка: «Правда, вы не отдадите меня, свою девочку, маме?». Я отвечаю: «Ну, ты же теперь наш ребенок, вот устроим если мы тебя в этот чудесный колледж с общежитием, будешь учиться, наслаждаться там творчеством. Я тебе просто завидую, просто храм  искусств какой-то…я бы и на ковроткачество пошла и на роспись фарфора и на керамику, конечно, а какие условия там!!!! Просторные помещения с высокими потолками. Обо всем забудешь погрузившись в учёбу в отношения с новыми друзьями и подругами и педагогами. Будешь хоть приезжать иногда к нам?».

Анна резко поднимает голову и лукавые голубые зрачки осуждающе смотрят на меня, дескать  «как вы могли  подумать, что я вас забуду», милая,  круглая мордашка с ямочками на щеках уже сияет  радостью.

– Конечно, Я как Андрей буду приезжать  постоянно. Но я не хочу от сюда уходить.

– Ну это ты погорячилась. Тебе будет не до нас и нам, видишь,  часто бывает не до выпускников. Не жаловались, не обижаются? Вот приехал в гости Андрей и сидит у телевизора. А я только с ним парой слов обменялась и опять убежала.

– Нет Андрей  за Дашкой бегает. Как бы я хотела остаться здесь! Я буду  приезжать сюда каждый день.

Мы обе с Аней  понимаем что, ласкаем себя второй, запасной как бы  жизнью. А в настоящей  – Аня больше всего на свете  мечтает , что что – то изменится дома и она вернётся к своей матери, в маленькую комнатёнку, где живет еще и бабушка. И надеется что куда-то исчезнет мамин очередной любовник, что бабушка и мама перестанут пить, что дома ей больше не придется много нервничать, терпеть побои, упреки, оскорбления. А я знаю чётко, что ни при каких обстоятельствах ни Аню, ни кого другого из детей, не  оставят в приюте дольше, чем до конца учебного года. Если не получится с колледжем, то тогда детский дом.

Переговоры с Колледжем традиционной культуры о том, чтобы  приняли в виде исключения девочку с восьмилетним образованием, находятся хоть и пока в  удачной, но всё таки в стадии переговоров. Я там была с Аней и , уже наедине, заму по воспитательной работе рассказывала какая наша Аня рукодельная, какая она дисциплинированная и позитивная. Обещала благодарность от приюта на красивом бланке оформить за содействие ля ля .ля и благотворительность.

Колледж с общежитием, но только принимают туда только после девятого класса.

Мы, воспитатели,  не скрывая слез провожаем каждый год уходящих от нас   детей.

Пьяненькая бабушка предлагает Анне взять опеку над ней. Она, почему-то решила, что это юридическое действие позволит автоматически выселить из квартиры ее дочь (Анину маму).

Очень холодно ведет себя бабушка по папиной линии, хотя там все благополучно.

Вероятно, само существование Ани на этой земле напоминает ей и её супругу о страшной гибели по вине жены их сына, Аниного отца. Он был зарезан в ванной маминым любовником.

Вечером  Глафира (зам директора) сказала, что к нам через неделю из изолятора поднимут ещё одну девочку.  А Аню она считает надо отправить в детский дом. Хлопоты специалиста по социальной работе Нины Леонидовны относительно колледжа она называет её прибабахами.

Зам директора по социальной работе, Анна Георгиевна мечтает избавиться от Нины Леонидовны. Зам. директора по воспитательной работе мечтает избавиться от Ани.

Для любого дальнейшего решения  Аниной судьбы  необходимо  добиться лишения родительских прав  её матери. Поскольку Анна уже  достаточно взрослая, она должна сама написать заявление в суд. Меня просили  поговорить с ней, узнать, что  она думает по этому поводу. Сегодня я не стала этого делать,чтобы решение Аней было принято не под влиянием конфликта с ее мамой.

Глава 3

Глава  3

Изолятор

Появляются разные женщины, присаживаются на стул , осторожно расспрашивают, что то записывают, уходят   и опять Ира одна, как и хотела, но какая тоска.  На окнах решётки…За ними  белые деревья на белом снегу под голубым небом.  Белые стены, белая двухъярусная кровать, детские книжки, детские игрушки. Лучше, конечно, чем она себе  представляла, но   похоже. Медсёстры приносят поесть на подносе, потом забирают грязную посуду и уходят на долго. Гулять нельзя, сказали, ну она сегодня нагулялась пока ехала сюда. Розовая куртка и  кожаные сапожки  Иры на видном мете в  прихожей. Но дверь на улицу всегда закрыта. Можно читать , выбрать книги с полки, но перелистывая их машинально, Ира без интереса просматривает картинки. Не заперты двери в общий большой коридор , но сказали, что выходить  туда нельзя.  Дверь большой комнаты, в которую её поселили неизвестно, на сколько выходит в небольшой коридорчик. Там ванна, туалет, ещё две комнаты. В одной из них томится также  как и она,  мальчишка  лет десяти. У него температура,  он лежит, его лечат. Когда она проходила мимо двери этой комнаты, резко скрипнула кровать , Ира услышала: «Эй, тебя как зовут? ».

Медсестра  из кабинета врача, быстро отреагировала.  Распевный голос выпалил привычно фразу,  предотвращающую возможное нарушение  порядка.

– Так, с градусником лежать не шевелиться. Ишь  распрыгался!  Щас в школу живо отправим ! – Она это произнесла, сосредоточенно роясь в коробке с лекарствами , но мальчишка тут же лёг.

Полдники приносят заранее,  сразу после обеда. они разложены на  тележке со стеклянными полочками в общем коридоре. Ира заметила,  что после каждого пробегания Кости по коридору  на их двух тарелках  веточки  с  виноградом  всё больше оголяются.

Вечером  они с Костей , который к вечеру выглядел совсем здоровым,  мыли  свои комнаты, коридорчик ванную и туалет под назидательные замечания медсестры.

– Стул то отодвинь! Ну и как ты одной тряпкой, так и будешь мыть весь пол? Протёрла, прополоснула, отжала. Вот так. Костик, помоги ей кровати подвинуть. Куда ты чёрт метёшь! Совсем  дурной что ли? Счас будешь из обуви вытрясать  грязь, размахался. Че тебя там воспитатели  не научили ? Убирал ты  там  что ни будь?

– Да и мусор выносил.

– А ты – обратилась она к Ире – на старшую группу пойдешь, наверное. Тебе  скоро тринадцать то?     Через год почти…..Чевож они тебя  на старшую то? Да, вроде нет мест в средней.

Ну, на старшей будешь  ужин сама готовить на всех, даже торты делают и пироги пекут сами они.

–Я к маме поеду.

– Нет, милочка ты у нас поживёшь пока. Это уж потом……

– Когда потом?

– Когда  вырастешь, закончишь училище, получишь профессию…

Вдруг , Ира и медсестра обе вздрогнули и резко испуганно повернулись в сторону двери, за которой в большом коридоре  что то громко хлопнуло, грохнуло и донеслись до них громкие детские возгласы, смех, крики, топот множества ног.

– А, это средняя группа на ужин в столовую бежит – возмутилась медсестра, себе под нос пробурчала "вот козел"и выбежала в большой коридор с криком:

– Борисюк! А ну вернитесь!!! я сказала.....ты, вот ты первый который, стой!! не заходи в столовую, вернись. !  Где ваш воспитатель?

Послышались голоса: "нам Эдуард Эдуардович разрешил. Он наверху, он сказал идти на ужин, мы сами ходим в его смену"

– дверь с лестницы в коридор об стенку бить тоже он велел? Так все назад. Все, я сказала, быстро, отпусти  ручку двери в столовую. Вас никто не будет кормить там без воспитателя. Поднимайтесь все наверх, быстро.

Ира вышла в прихожую изолятора увидела через открытую дверь  как по большому коридору понуро бредут , обходят осторожно стоящую в центре коридора воинственно настроенную медсестру в белом халате и поднимаются по лестнице на второй этаж мальчишки и девочки.

Медсестра вернулись , набрала трёхзначных номер на стационарном телефонном аппарате.

– Мария Васильевна! Что у вас дети одни по первому этажу носятся? Дверь, кажется сломали об стенку.......Да что вы его оправдываете..Зачем?..Зачем вы поведете их ? А он что? Почему он не может? Ну, как хотите.

Положив трубку, сказала Ире:

– Смена Эдика сегодня. Сами по себе по его команде дети побежали. Воспитатели должны сопровождать деток в столовую и обычно кушают с ними и следят за порядком. А этот, … не знаю как назвать..потом придёт один в тишине ужинать. Бедная воспитатель младшей группы, которая с ним работает. Будет в столовой одна за всеми следить. Твоя старшая группа завтракает и обедает тоже в общей столовой на первом этаже. А ужин готовят сами на своей кухне, им Ирочка, повар продукты выдает по запросу. У них там и меню в шутливой даже стихотворной форме составляется.

После того, как медсестра посмотрела  свой  любимый сериал и проследила чтобы два её подопечных помылись, почистили зубы и улеглись в свои кровати, она удалилась в свой кабинет Вскоре оттуда раздавался ровный храп. Тишина в  коридоре за большой дверью иногда нарушалась. Ира сначала лёжа, потом сидя прислушивалась к  звукам этой чужой для неё жизни. Топот детских ног, сбегающих по лестнице продлился в коридоре. Вскоре из глубины коридора приблизились к двери изолятора   шаги взрослого и  ребенка.

Слышан был плач мальчишки и ворчание взрослого мужчины. Ира на цыпочках подошла к двери и услышала:

– Вот ты видишь ручка двери сломана я буду платить за тебя?

– Ой больно –  крикнул парнишка,  ну Эдуард Эдуардович не надо. Вот работает, не сломана.

– А вмятина в стене?!

– Это раньше было.  Вы сами обещали что поиграем.

– Сломал дверь, блин, придурок

– Иди спать никаких игр сегодня не будет. Остальные все спят?

– Нет, они там бесятся. Мария Васильевна заглядывала, ругалась на них.

– Блин . Из-за тебя буду теперь дежурить тут сидеть смотреть чтобы вы спали. Ты мой должник.

Голоса удалились. Ира тихо прошла под приглушённым светом дежурной лампы маленького коридора в свою  комнату но тут же услышала шаги в коридоре. А потом скрежетания в дверном  замке ближайшего кабинета возле изолятора и мужские голоса.

Вернувшись к двери, она  тихо приоткрыла её оставив маленькую щёлку и увидела двух  молодых мужчин в верхней одежде. Они возились с замком перед ближайшим кабинетом.

– Что за фигня , ты ничего не перепутал – говорил один.

– Что мне путать я с детства знаю всё здесь. Отец как-то так открывал когда ключи потерял .

Дверь удалось открыть, парень сказал «Ес!», посмотрел по сторонам, увидел стоящую босяком на полу в ночной рубашке девочку в приоткрытой двери, толкнул приятеля. Тот тоже повернулся, Ира быстро побежала к себе в кровать. Дверь сзади  через  какое то время , когда она уже накрылась одеялом, захлопнулась.

Спустя время ещё слышала какие-то шорохи из коридора возле кабинета рядом но уже не поднималась и заснула.

Утром  во время завтрака и после, Ира смотрела телевизор. Она устала за первый день своего пребывания в этом изоляторе сидеть прямо на краюшке кровати или  на стуле в ожидании, что кто то зайдёт. Поэтому  решила сразу прилечь на покрывало. Услышала за дверью.

– Где она. А вот.– вошла молодая  высокая, прямая, полноватая, очень строго и элегантно одетая женщина. Длинные, густые, вьющиеся волосы схвачены  замысловатой и очень красивой  заколкой, светлые глаза слегка подкрашены ,  губы – нет. Приподнятая над старым линолеумом  каблуками сапог,  высокая фигура , облаченная в  чёрный  без единой складочки, пуссер создающий прямой угол   на линии груди  и  длинную чёрную  юбку почему то напоминала Ире  тумбу лектора в их  школьном клубе. Тумба давила, наваливалась на маленькое ничтожество, каким себя ощущала Ира,   всем своим благополучием, включающим чистоту, ухоженность, чужим  запахом  дорогих духов.

– Ты Волкова? Пойдём со мной.

Идти оказалось не далеко, и  Ира не могла уловить темп  вышагивающей  на высоких каблуках дамы . Она чуть не наткнулась на неё, когда та резко остановились у кабинета, пройдя всего несколько шагов.

– Садись – Ире было указано на кожаное крутящееся   кресло за соседним от дамы столом. Порывшись в бумагах, дама светло-синими тревожными глазами уставилась на Иру.

– Василиса прекрасная – подумала девочка.

– Я специалист по социальной работе, зам директора  – произнесла очень строго и как -то нервно Василиса,  слегка прокручиваясь вместе с креслом –  ты с кем уже разговаривала?

– Я не знаю.

– Как не знаешь – начала заводиться женщина – К тебе вчера кто ни будь,  приходил?

– Никто не приходил.

– Что в.о.о ообще никто не приходил?! – возмутилась она , сделав огромный акцент на слово вообще.

Ира стала теряться в догадках. Ей казалось , что Василиса имеет в виду её маму. Она, наверное что- то знает. Мама, наверное, не смогла попасть к ней.

– Чёрте, что, Что и никто не смотрел тебя?

– Смотрели – кресло, в котором сидела Ира, казалось становится всё шире, бледные её ладони на подлокотниках  оказались далеко от  туловища.

–– Кто, кто смотрел? Доктор? Медсестра?–  как с дурочкой начала говорить с ней  заместитель самого директора, в лице обозначилось, что-то от Кощея бессмертного.

– У Василисы и Кощея могли быть  дети – глупость какую-то подумала Ирка.

– Доктор – ответила она

– До..         ктор, Какой   до…..ктор? передразнивая со злой улыбкой тянула праправнучка Кощея и Василисы когда  в кабинет вошла ещё одна молодая женщина.

– Слушай  Ольга, кто её вчера смотрел? Она ничего толком сказать не может .Не знаешь?

– Это Волкова?

– Ну да

– Я вчера  Карину к ней посылала.

–С тобой разговаривала такая девушка, молоденькая совсем? Волосы вьются, длинные, светлые? Обратилась Ольга к Ире .

– Да она спрашивала, почему меня из Приозерска сюда привезли. Я сказала, что я прописана в С.Петербурге.

– А как ты в Приозерске то  в этом  оказалась?

Ира хотела ответить, показать, наконец, что она не дурочка, но та, которую назвали Ольга торопливо и четко начала докладывать.

– Родители уехали в Приозерск, им там служебную площадь дали, а её – она указала на Иру – к  бабушке прописали.   Ну что бы жильё сохранить за ней.

А сейчас у неё мать в психушку  забрали. Вообщем она там окно разбила кому то. Хозяева не долго думая вызвали скорую, ну наверное и раньше «звоночки» были . В центральную там городскую больницу её отвезли сначала , а сейчас сюда её к нам привезли .Может на Пряжку или в Скворцова Степанова, пока не знаю. Короче опять разбираться надо. Придётся мне в Приозерск ехать. Я   не могу пока дозвониться  до муниципалов. Документов как всегда никаких. Я вчера , знаешь  сколько в суде просидела  с Бабасюками? Мамаша так и не явилась, опять перенесли суд.

– На какое?

– На  25 марта. Я наверное уеду уже тогда…..

–Как!? Возмутилась зам директора

– Я не могу отказаться от поездки. Я уже  заплатила,  Илью Михайловича я предупредила. Ничего Карину подучу к тому времени, в конце концов, она  такой же специалист а не ученица.

– Пусть лучше Карина. Я бы не хотела чтобы Нина Леонидовна этой семьёй занималась. У тебя паломническая поездка как всегда?

– Ну да.

– Ладно, ещё до конца марта далеко. А что с папой у нас? – задумчиво спросила зам. директора кивнув в сторону Иры.

– Отец. Что отец. У него другая семья. Ты с папой общаешься ? – обратилась Ольга к Ире, стараясь быть мягкой  – Когда ты его видела последний раз?

– Месяц…месяцев  десять назад. – тихо прохрипело из кресла.

– У неё мама гл.. , плохо слышит, инвалид по слуху. Слушай, что мне сейчас делать – папаша Громова  соизволил придти.Сидит у меня к кабинете.

– А что делать, Пусть пишет заявление. Продиктуй ему:  Директору приюта «Фламинго» от такого и такого.  Я такой то и такой то, отказываюсь от дальнейшей заботе о своём сыне и прошу направить его  в детский дом. Пусть укажет причину – другая семья, частые  продолжительные командировки за границу, пусть эта сволочь сама думает, что ей ещё написать. Только чётко чтобы был прописан отказ, чтобы потом не стал крутить. Ты мамашку то  его не нашла ?

– Анна, ты меня извини, я что ещё и по всем гостиницам ходить должна ?

– Она говорят в Балтийской промышляет. Иногда клиентов приводит домой. Ты же знаешь ей поэтому  дети и мешают… С соседями поговори, оставь записку.

– Попробую.

Ольга  закрыла за собой дверь. Праправнучка  опять уставилась на Иру.

– Ты в школе ЗПР наверное училась?

– Что ?– Ира смотрела. не отрываясь на  богатую  дублёнку  не плечиках. на вешалке. «Сколько же овечек погублено, что бы согревать и украшать  это тело? Оно, это тело  наверное очень  ценное  и полезное для общества ». «Снежная королева!» вспомнила она недавно виденную рекламу. «Да  она жестока  очень эта снежная королева к животным».

– Ты хорошо слышишь? Я говорю , спрашиваю : Ты училась  в общеобразовательной  школе? Оценки я вижу не плохие. Школа для обычных детей  или  для детей с задержками в развитии?

Брезгливость и презрение в каждом слове праправнучки.

––

– Что ты за плакса такая. Такая большая и такая плакса. Всё будет хорошо. – другая медсестра сменила утром вчерашнюю. Сейчас она провела рукой по голове  Иры – что ж ты ничего не смогла объяснить  толком Анне Георгиевне. Почему не сказала, что тебя врачи вчера смотрели? А?  Лариса Андреевна это наша врач тебя смотрела. Окулист вчера как раз приезжала, глазки твои смотрела помнишь?. Ну чевож не сказала?

– Она спросила, кто ко мне приходил.

Ну ладно. Из за этого и расстроилась?! Пусть это будет самой большой твоей проблемой. Завтра утором кровь пойдём сдавать в поликлинику. Вот тебе баночки под кроватью будет стоять – не разбей, утром в туалет с ними сходишь. Твоя там куртка висит? На улице мороз обещают завтра. Шарф есть у тебя?

– Нет, я не успела взять.

– Так ты что, с голой шеей приехала  из Выборга?

– Из Приозерска

– Тебя на машине привезли что ли?

– Нет, На электричке, потом на метро, потом на автобусе.

– Так, чего у тебя ещё нет? Трусы? Показывай шкаф.– женщина по деловому стала  перебирать Ирины  личные вещи -

Так, в этих брюках ты приехала? Юбка на тебе. Футболку тебе на смену надо. Тапки это твои  на тебе? Взяла, молодец. Кто собирал то тебя? Сама.  Полотенца зачем набрала, мы даём. Носки, колготки. Учебники  тетради в тумбочку на, положи. Как согревает и на долго ещё остается в памяти, вызывает чувство гордости  это невзначай сказанное по ничтожному поводу слово «молодец».

После обеда убрав  вместе с Костей со стола, они  опять смотрели телевизор. Белобрысый косой мальчик успел ей порядком надоесть. В шашки он играет плохо, в уголки проигрывает и жульничает. Всё говорит и говорит о себе, хвастается, показывает всякую ерунду из общего шкафа с играми: «Смотри, что я нашёл!» Потом, вдруг начинает задираться.

Но,  когда  Ира плакала , Костя ей очень сочувствовал  и говорил

–Уроды, они все   здесь уроды, мой отец их ненавидит. Я потом уеду в Америку. Там знаешь как там   здорово. Там вот за десять долларов можно  пойти там  в  парк такой аттракционы, не то что здесь. Здесь одни уроды. Я эту Анну Георгиевну, дуру вообще ненавижу.

– Ты откуда знаешь как в Америке?

– У меня отец там уже бесчисленное количество раз был. Он меня устроит. Он спортсмен знаменитый. Я буду как он спортсменом. У меня ты даже не представляешь какой отец! Он мне всё… Он мне столько покупает. Во, смотри.

Костя сбегал в маленькую комнату притащил  пачку супер-носков , дезик для ног, крем какой-то или это паста.

– А мама?

– У меня мама, ты когда ни будь увидишь она придёт. Сейчас она не может у неё работа. она красивая такая, знаешь! Я очень люблю свою маму. Мы с ней друзья, знаешь какие. Жаль, что ты не видела её. Я Тебе обязательно покажу. А у тебя мама есть?

– Здравствуйте….А  где у вас новенькая девочка – слышно за дверью.

Появилась на пороге высокая женщина в костюме  в туфлях на каблуках.

– Ты  у нас Ирочка! Угадала? Улыбается она. А меня зовут  Екатерина Петровна. Давай познакомимся. Да, собственно мы уже и познакомились получается так –да?. Я психолог. Знаешь, кто такой психолог?

– Тот, кто психику лечит.

– Ха, ха ха – смеётся обнажив белые, ровные  зубы. Екатерина Петровна У вас в школе  не было психолога?

– У нас в санатории, где я на каникулах летом отдыхала, был психолог. Он с нами  проводил всякие там игры, тренинги.

– Ну а почему ты тогда решила, что он лечит психику?

– А я просто так сказала.

– Первое, что в голову пришло? Молодец, получилось весело. А я вот такой психолог, которого хлебом не корми, дай поговорить.  Я хочу тебя пригласить к себе в кабинет пошептаться. Пойдём? Не возражаешь?

– А что там?

– Ну здесь мы  Константину будем мешать телевизор смотреть. Вон, какие крутые там у него….Кто это супермен?

– Да это же человек паук …Нет,  вы не будете мне мешать, оставайтесь здесь – закричал мальчик.

Ира рассказала  в маленьком кабинете незнакомой женщине сначала  про  котёнка , очень забавного, но блохастого, про то, как они с Наташей  уговаривали её родителей разрешить взять его домой. У него голубые глаза, белые лапки а сам такой  персиковый.  Когда его мыли шампунем, все боялись, что он не выживет, он почти умирал, но очень доверчиво смотрел на людей не сопротивлялся, как будто говорил:  « Мне больно, мне тяжело, но я понимаю, что вы делаете всё как надо, я верю вам , вы мои Боги» и этим подкупил бабушку Наташи и даже  её папу. При упоминании папы, у Иры сжалось  сердце.

– Потом, так знаете – кресло такое высокое. Бабушка в нём сидит, а он сзади, ну на спинке , лапками играет с её волосами.

Психолог рассказала про то. Как они с братом в детстве нашли котёнка с поломанными лапками, накладывали шины из палочек , шили на каждую лапку мешочки. Как она, кошечка эта быстро начала поправляться и убегать с  палочками и мешочками , как  они её искали. А она вдруг выскакивала на задних лапах уже с болтающимися на ниточках мешочками и хватала ,играя, своих благодетелей за ноги.

Потом,  эта женщина очень серьёзно, осторожно и сочувственно глядя Ире в глаза, рассказала ей, что  удалось узнать на счёт её мамы. Её перевезли в Питер из Приозерской больницы.

– Случилась такая беда, по видимому  под влиянием стресса – сказала она. Это, к сожалению,  довольно часто в наше  время  происходит с людьми. Но, это я тебе с полной ответственностью говорю,   достаточно большой процент   тех, кто вылечивается и в последствии уже такой рецидив  у них не повторяется.

Вечером  Ира вместе с медсестрой смотрела взрослый многосерийный фильм.

Ясно было из него только то, что большая  семья, состоящая из умных, красивых , положительных интеллигентных людей  живёт в большом загородном доме с балконами внутри. Все всегда в своём доме даже одеты, так, как – будто в гостях, у всех причёски. Они с большим уважением относятся друг к другу, хочется повторять их осторожную  деликатную манеру разговора . Так же, примерно разговаривала сегодня с Ирой психолог.  Но в фильме  все,  почему – то страдают. Этих людей  постоянно вспоминает и  куда нибудь направляет сам тогдашний президент Сталин. То, что он сволочь, порядочная Ира знает давно от взрослых людей, которые все время обсуждают прочитанное в толстых журналах. Мама тоже выписывала "Новый мир", "Юность","у соседки брала почитать журнал "Иностранная литература ". Сейчас Ире тревожно за героев, которые оказываются, уже на экране одетыми в  ватники. У неё опять наворачиваются слёзы.

Как бы она хотела сейчас,  как раньше , когда родители держали коз,  овец, собаку  пробежаться топая дурашливо в большом, не по размеру ватнике  по  узкой скрипучей тропе  среди по настоящему белоснежных сугробов , а потом плюхнуться в глубокий снег. Валяться и запрокинув голову  смотреть  на лес, зная точно, что с любовью поглядывают на тебя ,  замерев даже,  удерживая  вилами  над головой вытащенное из покрытого снегом  стога пахучее сено , два взрослых человека – твои отец и мать.

«Почему я такая тупая, не смогла ничего о себе рассказать этой Анне. Правильно ли я рассказывала о себе   психологу?». « Они все видят во мне    дочь сумасшедшей».

Ира чувствовала  огромную  пропасть  между собой и этими благополучными людьми . Ей не верилось  что обитатели  счастливого берега, на котором ни кто не работает ( работой Ира считала только физический труд приносящий  определённые физически ощутимые  плоды) , где ходят с маникюром , пьют чай, наливая в красивые чайники из неизвестно кем привезенных баллонов чистую покупную воду,  говорят правильно размеренно  и  мудро – будут строить сами мост на её  берег несчастий и  картофельных  мешков. Никто не будет устраивать брошенную теперь неизвестно на кого  скотину . Это реально может сделать соседка тётя Таня. Она охала  и причитала, узнав, что  мама попала в больницу.  «Ой! а что теперь со скотиной то будет?!». Из всей скотины осталось после развода родителей одна козочка и пять овечек.  Тётя Таня не подведёт она сделает всё правильно и честно,  наверное.

Психолог так внимательно слушала. Так сочувственно смотрела. Хотелось ей как то всё,  всё объяснить. Но не только Ира но и, наверное, никто никогда не сможет в рассказ о себе вместить все чем жил, когда и какие чувства испытывал, у каждого свой основательно запутанный клубок разных наблюдений переживаний и сопереживаний, чувств и эмоций. У всех  есть истории, которые трудно рассказывать и в каждой семьи имеются и тёмные и светлые моменты. Делиться своими историями непросто, но слушать их зачастую не менее трудно если нет эмоциональной эмпатии. А Екатерина Петровна из тех, кто понимает как нуждаются дети и в сочуствии и в похвале, а она искренне испытывает симпатию к каждому. Беседы ведёт в тёплой и доверительной атмосфере, располагающей к общению. Поэтому всегда дети радуются ее приходу, просилятся к ней на консультацию по любому поводу.

А в клубке воспоминаний Иры и рассказы бабушки о блокаде Ленинграда, слово блокадница, следовало неотступно, когда она была жива. Подруги настоящие,  родные это только те, с которыми вместе  работали в мастерских во время блокады. Перешивали обмундирование для военных, ремонтировали  каски.   Книги  интересовали бабушку  о войне и о блокаде. Фамилии Жуков, Рокасовский, Молотов она произносила с таким благоговением, как будто это имена святых.  Стихи  Ольги Бергольц, зачитанные  книги «Сквозь всю блокаду», «900 дней» хранятся и после её смерти как реликвии. Рассказывали родители, что очень долго стояла  бабушка на очереди на получение квартиры, а потом после перестройки, оказалось, что новую квартиру их семья может  только купить. Проживали  в одной большой комнате в коммуналке . Кто-то посоветовал и отец устроился водителем лесником в Приозерское лесничество. Ему  выделили  для  семьи  однокомнатную квартиру. Он  водил   грузовую машину, потом даже удалось купить списанную.  Родителям  очень хотелось  в период  активной агитации к созданию  фермерских   хозяйств и обещаний поддержки таковых  заняться  разведением  скота. Большой, необозримый , бывший финский хутор был арендован ими почти без проблем. Антикомаринные шапки , резиновые сапоги  всё лето, в любую погоду, осенью, весной  работа, работа. Больше пяти лет отец Иры в выходные дни и вечерами после работы вырубал кусты для дороги и под сенокос, приводил в порядок  территорию вдоль просеки.  Жили  впроголодь, но нанимали  экскаваторщика копать  канавы, наращивая дорогу  пятьсот метров от  шоссе до участка; грейдер чтобы выравнивать её.  Смысл всех переживаний, обсуждений, ожиданий старалась понимать ещё совсем тогда маленькая девочка Ира. Сама она всегда тоже была задействована в работе –  посла овец и коз,  помогала на сенокосе, полола огромные для неё сорняки старательно подкапывая  их лопаткой. Злополучные пятьсот метров, пятьсот шагов  выкладывали камнями. Отец подъезжал к скалам , по деловому  пробовал   на возможность поднятия  покрытый  мхом и ушедший в землю огромный  камень, упорно пыхтя и погрузив  руки около камня сквозь мох  в землю  и наконец  выворачивал его, опрокидывал  и с  красным от напряжения лицом    медленно перешагивая через кочки нёс к кузову .

– Стой, я поддержу , надорвёшься дурак, зачем такой огромный то хватать – суетилась мама.

–Вон ,с дороги! – отвечал отец.

Почему то каждому хотелось  удивить  скоростью своей работы  возможностью  переносить больший по  объёму  природный строй материал,  и каждый заботился о другом:

– Доченька  оставь этот, вон там у куста как раз для тебя кучка  бери по парочке и носи. Зачем перчатки скинула?

– Мне не тяжело. Мне так удобно.

– Оставь – отец побегал к матери и выхватив  ловко у неё  одной рукой  осколок гранита размером с большую кастрюлю  метко запускал его в кузов, и уже двигаясь  к  следующему валуну по грохоту за спиной  убеждался, что  попал правильно.

Сейчас прислонившись головой к холодной казённой стене  Ира вспомнила и почувствовала  вдруг  упругость сидения папиного ЗИЛа, запах бензина и то  радостное настроение  когда  с «добычей» возвращались к своему собственному участку.

Тут же вспомнилось и другое:

– Маш, не хватай камни, на ключи, сдай назад немного – показал на освободившуюся после расчистки от камней  площадку отец.

Мама растерянно встала. Отец крикнул.

– Сять за руль. Машину отгони назад – показал ей широким жестом. – тот валун хочу затащить.

– Что?

Отец бросил ей связку ключей , показал в сторону машины. Мама поймала и положила их себе в карман, постояв немного соображая, продолжила сбор камней.

–Твою мать – отец подскочил, засунул  руку ей в карман, с ключами пошёл к машине, сел за руль , включил заднюю скорость – как всё надоело  идиотка, глухая б….

Мама виновато сжалась – казалось это она поняла.

Камни  везли  на свою дорогу , ровно укладывали их. И так несколько лет в промежутках между другой работой.

А как то, по рассказам родителей, приехал на «козлике» человек деловой , сообщил, что купил землю рядом с хутором. Родители познакомились с соседом новым и единственным, рассказали ему, что требуется ещё  для того,  чтобы провести электричество. Трансформатор  отцу удалось купить недорого, но его регистрация, установка  трансформаторной будки  и  четырёх  столбов  от высоковольтки  дело дорогое и хлопотное. Мужичок (Родители между собой его называли потом Жириновский) много говорил о своих связях, необходимых в этом деле, демонстрировал компетентность. Но приговорка у него была не «однозначно» а «я грешным делом». Было смешно , когда он говорил, например:

– Я грешным  делом  тут – все напрягались, думали, что услышат как минимум криминальные откровения , а дядька продолжал  – заглянул в магазин – проводка, бабина сейчас стоит  около тысячи это значит нам надо, так  ну километра  три до того хутора.. К их трансформатору  подключимся. Твой этот на фиг ,я думаю не нужен. На какой баланс ты его поставишь? Подумал?

– Могут возражать  на хуторе , потери то будут  электричества. – ответил отец.

– Я грешным делом ,  слышал столбы  собираются менять на высоковольтке.  Можно   параллельно бросить провода наши. На эти то  столбы, грешным делом, думаю нельзя  цеплять. Или:

– Я  « грешным делом» подумал, а может нам это  болотце засыпать,  здесь надо то машин  двадцать  отсева  я договорюсь. Комаров будет меньше, дорога короче и развернуться, хоть  можно где-то будет, ото , что так задним ходом  то выезжать или как ты разворачиваешься?  по траве, по камням…? Долбанёшся ещё…Че у тебя как то тут..? Вот здесь бы мост сделал, леса полно вокруг, бросил бы пару брёвен  через канаву на них  ещё штук пятнадцать, скобы вон в сельмаге … Машину оставляешь здесь , так к дому подъезжал бы. Не я «грешным делом», если уж берусь, делаю всё как надо.

Мужичок как Жириновский  размахивая руками  показывал  то на просеку, то на высоковольтку, то на  лес,  рассуждал  быстро , категорично , по деловому уверенно. Отец рядом с ним выглядел бесхозяйственным лентяем.

Мужичок исчез  и долго не появлялся. А через два года наехала тяжёлая техника в том числе и гусеничная и стали по нашей дороге  и по мосту, что всё  таки сделал отец –  вывозить лес  в дождливую осеннюю погоду.  Дорога превратилась в грязное месиво, по ней  ездить стало невозможно. Машину , старенький «Москвич» ( непригодный  ЗИЛ уже давно гнил, ждал большого ремонта и стоял не далеко от сарая)  отец, стал оставлять  за километр до участка  и лесом к своему хутору  стали ходить пешком. Когда приезжали на велосипедах, то с ними по камням шли через лес.

Отец вместе с мамой  и с Ирой стояли в кабинете  лесничихи, когда та одевалась, чтобы выехать на объект, её ждала машина. .  Женщина в шляпке  орала на отца.

– Ты что Волков, о чём ты говоришь?  Какая дорога! На карте нет  никакой дороги! Вы понимаете, для того, чтобы её занести на карту, надо  подняться на вертолёте…Вот если её там  увидят….. Будешь платить за вертолёт? А кто я буду платить?

Отец тихо виновато, говорил, что раньше дорога  была , но не чёткая, заброшенная  после финнов ею шестьдесят лет ни кто не занимался.  Тогда лесничиха  быстро согласилась

– Да, она  была, но предназначалась именно для вывоза леса.

Своего сильного, уверенного отца Ира  не узнавала. Она считала его волевым суровым  и этим объясняла для себя его безжалостность. Козы  часто болели потому, что  он наносил им травмы палкой, если они забредали не туда, собаку не кормил, только угощал иногда, считал, что она сама должна находить себе пищу и быть злой. А перед лесничихой стоял человек  с лицом обиженного ребёнка, он топтался на пороге в непривычной для него  городской одежде.

Отец стал всё чаще носить литровые баночки козьего молока на продажу  для отдыхающих  на тур базе сам, а не посылать Иру  за полтора километра. Мама становилась всё более раздражительной. Государство требовало от родителей  какие то деньги , налог от дохода с фермерского  хозяйства.

Как объяснить всё  этим нарядным людям а этом  «Фламинго»  – они хотят  знать о  ней что – то , но им нужны ответы на вопросы, они делают быстрые выводы о её  родителях и о ней и эти выводы  и сейчас очень обидные, а  если им рассказать про коммуналку бабушки или про  сельскую жизнь,  ещё больше будут презирать.

Им всё ясно, они постоянно говорят «Ясно».

– Отец, говоришь, болен?, Чем болен?

– У него сосуд, который вот здесь  – Ира  рукой касается шеи сзади – он не поставляет кровь к голове..   к мозгу.

– Я я.я .сно.

Или :

– И где же вы зимой, козлёночка выхаживали?

– Дома, у печки, ему там сделали загородку….

– Что в городе? Прямо в квартире?!

–Да.

– Я..я..ясно.

Загадочное, многозначительное и обидное «Ясно», очень отличается от  жалкого  папиного «ясненько» в разговоре с начальством.

Вот у Кости всё прекрасно, он гордится своим отцом  спортсменом.

––

– Громов ! Давай за швабру берись. Сейчас помоем .. Ира, тоже вставай , хватит рассиживать, мечтать. Завтра  тебя на верх поднимут –  прервал мысли голос  медсестры.

– Здорово – обрадовалась  Ира , я тогда сразу вещи буду складывать в  пакет – А  у тебя фамилия  Громов  разве?– обратилась она к Косте  –  Так  твой папа сегодня приезжал.

А потом неуверенно добавила, соображая, что наверное не надо было этого говорить

– А ты вроде не уходил никуда?....И к тебе никто не……

Глава 4

День рождения Ани

Дневник

11/02/1999

День рождения Ани. Девочка очень взволнована, возбуждена (это слово у неё вызывает сдержанный, осуждающий смех взгляд на меня, как на человека, тем более воспитателя! способного так не прилично выражаться в обществе).  Как всегда  возвратись из школы, с радостным криком Елена Сергеевна!!! Бегом бросилась ко мне обниматься. Поцеловала меня в щеку.

Мы с Таисий Игнатьевной с утра ходили покупать подарок для неё. Остановились  на альбоме и шампуне. Всю неделю до этого обсуждали, время от времени, вопрос – что подарить. Было принято  однозначное решение – серьги.  При поиске подарка никто из нас не находил ничего подходящего на заданную сумму. То, что нравилось, стоит дороже. Рискнуть же выйти за пределы невесть откуда заданной суммы 120 руб. никто не решался. Теперь же, вдвоём с Игнатьевной, мы не задумываясь выложили на подарок 180 руб.

Простое решение дарить обоюдно  подарки нашим воспитанникам от воспитателей,  соц. работника  Нины Леонидовны  и психолога Екатерины Петровны  пришло не сразу. До этого года мы в своей группе  вручали ребятам и девчонкам нашим при разных обстоятельствах, каждый свой небольшой подарочек. Они разнились по стоимости, по  вкусу, по степени ответственности в подходе к покупке, по отношению к имениннику, и проч.

Когда у киоска наши с Игнатьевной глаза вдруг одновременно уткнулись в симпатичный альбом для фотографий, решение тоже было принято одновременно. Обе мы вспомнили, что у Ани в беспорядочном состоянии хранится огромное количество семейных фотографий. Аня очень ими дорожит, пересматривает по много раз. Она расставляет теперь, спустя год после того, как сбежала от мамы, её портреты по всей комнате с понимающего согласия соседок по ней.

Череда фотографий, на которых очень милая, симпатичная, копия нашей Ани брачуется законным браком в торжественной обстановке  с разными, но тоже симпатичными молодыми людьми, очень отдалена от реального образа беззубой неврастеничной алкоголички, с которой я один раз общалась в стенах приюта.

Ребята и девчонки, возвращаясь из школы, «зависают» над моим столом, опираясь руками  на него. Денис бойко, не на минуту не сомневаясь, что мне это интересно   рассказывает юношеским баском о своих делах и успехах. Катюха игриво, выразительно смотрит, ожидая с нетерпением моих вопросов. Надюшка трогает по очереди каждую вещь на моём столе – тоже ждёт вопросов и её усыпанное прыщичками лицо  краснеет от каждого и любого из них, начиная с «Как дела?».

Я показываю им приготовленную Таисией Игнатьевной самопальную, большую поздравительную открытку, на которой уже нет места для написания новых пожеланий. Предлагаю девочкам ухитриться и втиснуть свои теплые слова между размашисто написанными, но искренним  напутствиями взрослых Олежек приходит в воспитательскую из свей комнаты. Он поднял своё длинное худое тело с  кровати чтобы посидеть напротив воспитателя  в  кресле, пряча глаза, стараясь не привлекать к себе внимания, но что – то   тянет его потусоваться со всеми. Так Олег себя ведёт всегда, но сегодня у него есть причина  оставаться в тени – он подвел меня утром.                            Игнатьевна при передаче смены рассказала с сомнением, что  Олег  неважно себя чувствовал с вечера, а утром, дескать, ему совсем стало плохо – тошнота, головная боль и т.д. и т.п. Недуг совпал с ответственной сдачей тщательно подготовленной Ниной    Брониславовной   с Олегом  работы – устного перевода по английскому яз.  Подозрение что парень струсил и пытается оттянуть кульминацию неприятной длительной истории отношений с преподавателем английского языка, имеет право быть т. к. и раньше, ссылаясь на нездоровье, Олег отлёживался во время ответственных уроков в школе, а за тем, очень бодренько проводил вечера в приюте за теннисным столом  или у компьютера.  Раньше для  него вообще не существовало предмета под названием «английский язык». Когда его  одноклассники двенадцатилетки расходились по группам, наш пятнадцатилетний Олежек спокойно уходил на перекур. Позже он объяснял это тем, что во первых у него не тот учебник, он ошибся при покупке, во вторых он там, на уроке ничего не понимает. Когда это обнаружилось, были мобилизованы все воспитательские силы, подключилась психолог – терпеливые длительные занятия с Олегом принесли свои плоды, он начал что – то понимать, стал учить самостоятельно слова, проявляя при этом упорство. Скорее всего, причиной сегодняшнего заболевания является страх  публичного произношения английского текста перед классом.

Уходя с Таисией Игнатьевной  за подарком утром, мы обе накрученные, категорически отказавшейся верить Олегу директрисе по воспитательной работе, Глафире , настоятельно потребовали от него, чтобы он поднялся с кровати и пошёл в школу к третьему уроку. Олег обещал. И когда я с подарком вернулась в приют, Олега не  обнаружила в комнате, восприняла это как послушание и с чистой совестью принялась делать салат из приобретенных только, что в магазине продуктов  для вечернего празднования дня рождения.

Через некоторое время  я услышала  громогласные возмущения Глафиры  Андреевны в адрес Олежки и его тихие, бубнящие оправдания. Голос директрисы  звучал на лестнице, а за тем быстро стал приближаться в мою сторону,  как я и предполагала, и начала при первых звуках её голоса строить мысленно цепь оправданий. И когда она, гневная женщина с несколько комичной внешностью начала задавать мне прямые вопросы, любые ответы , на которые , мы это обе понимали, могли только подчеркнуть мою несостоятельность как воспитателя – я стоя перед ней с разделочной доской в руках,чувствовала себя на этой доске, и тоже, как  Олег, что-то  бубнила в ответ.

Упрёки, наверное, были справедливы – я должна была  убедиться в уходе Олега, проверив наличие зимней обуви на ногах и сменки в пакете,  и проч.

Спустя время, когда ко мне уже присоединилась пришедшая из школы Настя, пришла Глафира Андреевна  с бумагой в руках и грозно обратилась ко мне по имени. На мой игривый вопрос: «Я в чём – то провинилась Глафира Андреевна?», она забежала на кухню, взглядом выгнала Настю и заговорчески  зашептала: «Я написала приказ о лишении премии  Таисии Игнатьевы – почитайте – протянула мне, бумагу и увидев моё лицо, поспешила успокоить – это так для Олега. Я хочу, чтобы он узнал об этом, понял, что за его прогулы будет наказан воспитатель. «Я ответила: «тогда напишите и меня, я ведь утром не выгнала его к третьему уроку».

Глафитра А, одержимая своей очередной идеей – фальшью, велела мне, позвонить ей по местному телефону когда все вернутся из школы.

В её коварные планы, конечно, не входило проверить благородство Олега, его порядочность. Она сама очень далека от этих понятий, не употребляет в воспитательном процессе этих слов и не проявляет этих качеств. Педагог с большим стажем, она прекрасно обходится без них.

Олег абсолютно лысый, нет, не бритый, а лысый пятнадцатилетий подросток .О нём, как  и об  большинстве  наших воспитанников можно сказать: Он очень много пережил в своей небольшой жизни.  Но череда переживаний от  бед этого парнишки привела его к новой беде – облысению. Для очень скромного,  ребёнка  подобная метаморфоза внешности  – трагедия, которая , по слухам, чуть не привела его к суициду. Ни кто из сотрудников «Фламинго» не уточнял у  разговорчивой, общительной бабушки Олега, что помешало осуществить подростку задуманное, но каждый понимает, что отношения с ним надо строить особенно бережно. У парня отца не просто убили. Его расчленили. В ходе расследования убийства, части тела находили постепенно и каждый раз приглашали родственников на дознание…

Бабушка Олега по папе, в очередной приезд из города Талина, рассказала мне историю их   родословной.

Дворянский род – отец  бабушки имел до революции несколько заводов в Петербурге, далее   эмиграция в Эстонию,  после известных исторических событий.  Так называемые, теперь часто, социальный статус и материальный достаток, наживались заново на новом месте. Дети, в том числе бабушка Олега нашего, все  получили хорошее образование, воспитали своих  детей. Ряды товароведов, моряков, бухгалтеров города Талина пополнили потомки бывших Петербуржцев  дворян  из рода Ожеговых предков.

И, вот, наконец, папа Олежки  курсант Мореходного  училища города Таллинна,  женился на симпатичной девушке из так близкого сердцу семьи, города Ленинграда. То, что родители невесты увлекаются водочкой, конечно, настораживало, но уверенность, почерпнутая из сказок, в том, что добро должно победить, помогала в принятии решения в пользу чувств сына.    Мягкие попытки перевоспитать, начавшую потаскивать из дома ценные вещи, молодую жену, привели к неразрешимым конфликтам, так, как получали далеко не мягкий, а неожиданно лживый и нецензурный отпор.    Рождение ребёнка, (нашего Олега) препятствовало  принятию решения о разводе его отца с его мамой, не смотря на то, что по наблюдениям  приходящих всё более в ужас, родителей, круг друзей молодой жены, становился и кругом друзей мужа. Не знаю во что они, эти друзья втянули молодого моряка, но последующие события  перевернули так же , как шторм  в море  меняет тёплую поверхность воды на ледяную, так и  ровную, спокойную полную надежд и устремлений жизнь,  всех членов семьи: и тех, кто много уже испытал  на своём веку, и Олега, достигшего к тому времени тринадцатилетнего возраста , на борьбу с страданиями наполненную , нервными хлопотами и  болезнями .    До того, как попасть к нам, Олежка  жил в основном у бабушки  в Талине. Удовлетворялись и требования, видится с ребёнком, начинающей пить, но не лишённой родительских прав матери. У Олега было в этот период два разных, по сути, дома. Теперь у него три дома, включая наш приют. Мы самые главные. Можем отпустить на выходные домой, а можем и не отпустить если:  1. нет справки из Муниципального совета о их знакомстве с условиями  проживания  очень увлекающейся порочной  мамы 2. если наш соц. работник Нина Леонидовна  сочтёт, что пребывание также  в квартире бабушки по маминой линии, на данный период не желательно для ребёнка, 3. если мы, паразиты, воспитатели не отпустим Олега по причине неуспеваемости его в школе. Других проступков у него не бывает, почти, а  возможность отпускать или не отпускать нашего любимчика к его маме это  наш единственный рычаг, позволяющий подтягивать успеваемость пятнадцатилетнего парня, с трудом обучающегося в шестом классе. Классическое заявление Олега , передаваемое из уст в уста среди взрослых: «Ну что вы ко мне пристаёте постоянно. Я никогда так мало не прогуливал школу, как  теперь, когда живу в этом приюте, а вы всё не довольны», характеризует весь его прошлый опыт получения знаний.

Благими намерениями выстлана, как известно, дорога в ад. Я позвонила Глафира и сообщила, что все собрались. Глафира при всех вслух прочитала приказ о наказании воспитателя. На Олега было страшно смотреть, после того, как перед ним была искусно разыграна, коварной  Глафирой, сцена прочтения строгого приказа. Получилась роль удивления и у меня очень натурально, поскольку, я действительно была  расстроена и растеряна оттого, что принимаю участие в деле не благородном. Моё удручённое состояние усугублялось по мере того, как я, поглядывая на Олега. Взрослые знают что дети в таких случаях активно и демонстративно перед воспитателем клюют тех, кто виноват в любом его огорчении . Не знаю как в других заведениях, но в у нас в конфликте педагог- ребенок, все яростно на стороне взрослого. Олег сначала застыл минут на пятнадцать, взявшись за лысую голову и уставившись в одну точку, а потом удалился в свою комнату, где пролежал с подушкой на голове весь вечер.Я не знала чем его успокоить, сказать ,что просто перед ним разыграли спектакль,я не могла.

День рождения Анечки прошёл, как и почти все наши дни рождения, в переменных состояниях всех детей. Веселью, тщательно стимулируемому моими  шутками за столом,  предшествовали не только  Олегово  отчаяние , но и Анины рыдания после визита её мамы. Пообщавшись с долгожданной своей, девочка с распухшим от слёз лицом  пыталась мне объяснить, что она не может зашить ту рваную шубу, которую  давно привезла из дома. Мама на этот раз приехала трезвая и поэтому её встреча с Аней состоялась они посидели вместе в холле и в комнате девочек, а потом погуляли на улице. .Там то  мама в день рождения дочерри закатила  истерику из-за того, что та не носит старую шубу.  Уверенная, что мамины обвинения справедливы, Аня потом рассказывала мне обо всех своих попытках заклеить и зашить дырки. Еще с гордостью показала мамины подарки –  мельхиоровые серьги,  требующие ремонта в ювелирной мастерской и пакет с фруктами, доведёнными до совершенно гнилого состояния. Пёстрый, чёрно-жёлтый  банан был единственным, светлым пятном в пакете, наполненном тёмным месивом из начинающих портится яблок.  Мама, с ее слов, наконец устроилась на работу. На этот раз её приняли на овощебазе. Скорее всего, мама ходит на базу за просрочкой. Аню уговорила не есть эти фрукты, своих разнообразных в нашем приюте много.

Накануне к Ане приезжала бабушка по папиной линии, поэтому девочка щеголяет,  уже два дня, в новых джинсах, а на нашем праздничном столе, по мимо испечённого  и украшенного самой Аней при помощи и по инициативе конечно  Нины Брониславовны торта, красуется тарелка с  аппетитнейшими  пирогами.

Вечером, во время мытья посуды, Олег сосредоточив на струе воды из крана свои вечно тревожные  зрачки в окружении белых ресничек,  сказал мне, что ему надо уходить из приюта. Спросил можно ли ему перейти жить к маме. На мои слова о том, что такой переход надо оформить, а для этого потребуется получение разрешения от разного рода организаций, занимающихся детскими судьбами, спросил: «Почему маму хотят лишить  родительских прав? Она же стала меньше пить теперь»– потом, подумав добавил –« Я не смогу здесь больше жить, как я буду смотреть в глаза вам и Таисии  Игнатьевны».

Каждый человек – тайна непостижимая, глубокая. Следует относиться к нему благоговейно, очень осторожно. Не годятся для всех одни и те же приёмы психологического воздействия. Тем более подобные этому очередному Глафириному воздушному шарику, выдаваемому за бомбу.

Встречались у нас  такие ребятишки, для которых  подобная информация стала бы причиной  мстительной радости, кому то она просто  по фиг.  Значит такая манипуляция чувствами рассчитана только на людей ранимых, тонких , совестливых. Ещё парочку подобных приёмов к ним применить, и они пополнят ряды циников.

Осуждать Глафиру можно, но что предложить в замен? Типичной ошибкой является склонность людей преувеличивать роль внутренних причин поступков другого человека.

Девчонки бегают в изолятор с каждой болячкой, пытались познакомится с новенькой,  но девочка ведёт себя замкнуто. «Ой мелкая» разочаровано сказала Аня.

– Дурочка – сказала  про Иру Глафира за утренним чаепитием с воспитателями – не живая какая то. Там по моему проблем с лишением будет куча, не избавиться долго будет  от неё если мамашке не вернут. Хотя вряд ли если не дееспособная.....

Глава 5

Глава 5

Глафира. Семейка.

Воспитатель старшей группы Елена Сергеевна Карасикова  начала, пока нет мальчишек, делать стенгазету, посвящённую 23 февраля. Она раздвинула кухонный обеденный стол, растянула рулон ватмана. разложила листочки с рисунками девочек – подростков. Усмехнулась

Смешно и странно меняются понятия и представления, наверное вся история так перековеркивается спустя уже короткое время не говоря уж о  прошествии веков . Девчонки срисовали иллюстрации с книг о войне.  Из-за снежных сугробов с поднятыми  вверх руками выходят немецкие  солдаты, на лицах страх перед невидимыми на картинке, но предположительно ироничными усталыми и смелыми вооружёнными советскими бойцами .

–Напиши пояснение –  говорила  Ане воспитатель.

–Какое?

– Ну,  «хенде хох» там, чтобы понятно было, что это война, вообще что это за война –  то, что враг сдаётся. А так не понятно кто стоит с поднятыми руками.

Рисунок подписан : «Мы победили, а вы глупые, вам не взять КПРФ!». На другом  солдаты в маскхалатах бегут по снегу с винтовками , он подписан Дашей так: «Немцев бей, спасай Россию!»

Рядом на буфетном столике старательно решала задачи худенькая. светловолосая девочка.

– Решила Ириша? – подошла к ней воспитатель.

– Нет, не получается.

–Ну ка покажи, ну вот ты всё правильно делаешь.

– С ответом не сходится

– Так. ну давай посмотрим, вот…так пятьдесят шесть..А где ты делила? Где деление  делала , покажи , может там ошиблась.

– Нигде, сама. – прозвенел колокольчик –  Может ответ в учебнике не правильный? Там, часто бывают ошибки.

–Это я  часто слышу от вас, от деток разумных и трудолюбивых такие слова, сама такой была,  да вот только не разу не видела  эти опечатки . Сами мы их делаем в  своих тетрадочках  эти опечатки – напевно произнесла Елена изучая пример –  Давай-ка лучше искать. Ты , что в уме разделила 280 на 5?

– Да.

– Сейчас проверю, так, верно  56, молодец,– обрадованно посмотрела в глаза Ире – слушай, однако! Хе, а в знаках то ошиблась, здесь минус. Тут-то оно и получается. Поняла, да ? Переписывай начисто в тетрадь. Это у нас последнее задание? Хорошо, потом ко мне присоединяйся, мне художник, выризальщик  нужен. И, слушай, у меня твоего рисунка нет еще.  Вот тебе книги, посмотри.  Хочешь выбрать картинку?

– Да, вот эту можно . Цветными карандашами лучше или фломастером?

–Фломастеры сухие. И пусть все рисунки в одном карандашном стиле будут. Ну тебе для школы то дадут все необходимое.

–Я завтра в школу иду? – спросила  девочка неуверенным голосом.

–Да, твои медицинские справки готовы. Глафира Андреевна договорится с директором ближайшей школы чтобы тебя взяли. Вижу что не подведёшь, не отстала от программы. У мальчишек средней группы сейчас эти задачки – домашнее задание в дневниках .

Женщина на одной трети большого листа, размашистыми движениями губкой из сухих остатков гуаши  создавала камуфляжный фон. Это образец, остальное заполнят девочки.  Просить у Глафиры  Андреевны новую гуашь воспитательнице очень не хотелось, да и она знала, что та наверняка откажет. Усадив  девочку отправилась всё же искать Глафиру Андреевну в соседнее отделение средней и младшей групп . Пробежав по безлюдному коридору мимо открытых дверей  аккуратно прибранных детских комнат, заглянула на кухню. Там её радостно приветствовали и стали приглашать за стол сотрудницы учреждения. Воспитатели средней и младшей группы задержались за чаепитием  после передачи смены. Постепенно их беседы о детях перешли в постоянное русло : обсуждение обид, нанесённых детям и взрослым заместителем директора по воспитательной работе.

По содержанию разговора было понятно, что Главиры Андреевны нет сейчас в стенах заведения.

– Садитесь, попейте чайку с нами . Пока дети все в школе.  Как там дела у вас? Вчера орала на кого то из ваших.

– Может и за дело. Мальчишки выбегают курить, прячутся за углом.

– Да директор за одним углом, дети за другим.

– Мне надо идти к себе, у меня новенькая девочка, газету делаем.

– Ой пойду с ней поздороваюсь, с Ирочкой, хорошая девчёнка, рада, что к вам она попала – поднялась из за стола медсестра. – Вы посидите, вот.  Как она у вас себя чувствует.

– Ну, вот в школу готовимся.  – сказав это Елена собралась выходить из кухни.

– А у нас новость – произнесла  пожилая маленькая полненькая краснолицая  Галина Павловна.

– Какая – спросила Лена.

– У Ильи Михайловича деньги спонсорские из сейфа украли. Мы вот тут говорим что наверное его  сынок Мишка и украл. Михалыч и милицию не стал вызывать.

Елена замялась, но взяла из буферного шкафчика чистую чашку и присела за стол. Воспитатели стали вспоминать что Мишка занимал у них деньги и не отдал ещё никому все знают что сын директора, внук Глафиры наркоман. Зазвучали за столом  нотки сочувствия к директору и нотки осуждения семейки. Елена вспомнила как этот приятный парнишка, Миша, говорил ей с милой улыбкой, но очень настойчиво "Елена Сергеевна вы единственные кто мне ещё не давал деньги ну дайте пожалуйста, ну очень надо ".

Разговор за столом от переживаний за то, что директору нечем  будет расплачиваться со строителями и того, зачем он вообще затеял строительство летней дачи для воспитанников в г.Тихвине, плавно перешёл к личным обидам воспитателей на семейку.

Елена обычно удерживает себя от обсуждений начальства, но не отрицает терапевтический эффект от общих воспоминаний и взаимных  выражений друг другу сочувствия . Она уже не надеется на то, что пострадавшие решат обьеденится как никогда не смогут объединиться стада парнокопытных против одного хищника. Будут вздыхать и наблюдать как хищник настигает и сжирает по одному более слабых товарищей.

В последние месяцы   жизнь самой Елены – сорокадвухлетней женщины в приюте ставшим для неё почти родным, наконец, после продолжительных встрясок нормализировалась. Её не просто  Глафира перестала терроризировать, а, наоборот, во время  беседы с ней  Елена Сергеевна стала  замечать со стороны грозной,  властной энергичной шестидесятилетней

гражданки   некоторую нервозность зависимого человека, попытки уловить  в  глазах  более молодой собеседницы осуждение её действий, и попытки предотвратить его это осуждение,  изменяя  по ходу своего повествования  всю его  суть.

Чудесные превращения произошли когда, после долгого  , непонятного для вспыльчивой части членов коллектива,  молчания, Елена Сергеевна вдруг  ответила дерзко директриссе, отразив очередной  её  наскок.

– Я не верю в гороскопы, девочки, но сравнение моих черт характера с драконьими – моим знаком по гороскопу , считаю удачным. – говорила Елена во время очередного обсуждения  коллегами   выходок начальницы  – Я  человек молчаливый, как вы знаете, драконьих монологов я тоже что-то не припомню много в сказках.  Вот и сейчас молчу как видите – с ухмылкой говорила она. Моя когда-то хрупкая фигура начинает приобретать с годами очертания  похожие  на  телосложение сказочного собрата.

– Ой, я не могу на неё. У вас прекрасная фигура, что вы говорите.– реагировали за столом.

– Спортсменка – вздохнула  полная, миролюбивая, приветливая воспитательница Мария Васильевна, которую дети обожают – любят  гурьбой обхватывать  за то место на её большом теле, где талия должна находиться, и подзаряжаться энергией  от её не снисходительной  доброты  как от дуба векового.

– Да на Шрека всё больше похоже становлюсь – кокетничала надкусывая пирожное, Елена Сергеевна  –  компьютер меня погубит.

Но помимо телесного роста, девочки,  теперь уже  я чувствую, что  тоже могу , знаете ли, дать отпор. Ну , вот, сказочный дракон, (из тех сказок, конечно, когда сам никого не трогает), терпит до поры до времени щекотания производимые  грязным копьём  (из тщеславия или из страха  там) деревенским героем – самозванцем , а потом в   один прекрасный , возможно,  а возможно и роковой для него день – очень легонько, осторожно  может вдруг  взять и поддать обидчику сильным хвостом  своих, долго таившихся переживаний ..

– Ой . лучше не связываться  – отвечала одна , пережившая войну и сталинские репрессии пенсионерка воспитательница – Ой меня уж,  вы знаете, Глафира так изводила. А вот  отстала.

– Перекинулась на другого,  вот и всё. Искры летели вчера когда я её сыночку сказала что мальчикам надо спать ложиться а не сидеть в прокуренном кабинете с ним. Домой не уходит после смены, сидит с пивом в кабинете Глафиры в компьютерные игры, где кровушка рекой льётся, играет. Потом засыпает на диване. Так , представляете,  я иду по лестнице из столовой, а он мне ножку подставил после этого, я чуть не упала. Так я ей все выскажу –  мятежный  дух в обстановке безопасности просыпался у представительницы многострадальной  нации изгоев, Таисии Игнатьевны.

– Вы же знаете какая она мстительная, у нас не хватит стервозности с ней бороться. Мне вот Анна Георгиевна всё время говорит : «Что вы её все боитесь? На собрании все молчите?»     Ну ведь так, если честно – если один выступит, никто его не поддержит? – горячилась энергичная сухонькая, бывшая учительница младших классов, покинувшая  недавно по собственному желанию  школу,  Марина Даниловна.

–Нет

–Нет – Смело и откровенно замотали головами  воспитатели хлопоча выкладывая на тарелочки казенные печенье и конфеты, разливая из чайника кипяток по чашкам и перекладывая друг другу из чашки в чашку один заваренный пакетик из принесённой кем-то пачки чая. «Вы первая, Вы покрепче любите», «да нет, мне один раз можно окунуть, давайте Вам положу».

Немного истории:

Глафира Андреевна, невысокая, коренастая женщина с грубоватым лицом с резким , кричащим  голосом который характерен нервным и раздражительным людям,  подверженным часто вспышкам гнева и агрессии, раньше работала воспитателем в детском саду.  Её дочь уже была  в разводе со своим мужем  Ильей. Злые языки поговаривают, что дочь Глафиры живёт со своей подругой. Илья Михайлович остаётся в хороших отношениях со своей бывшей женой  заботится о их совместном сыне Михаиле.

В 1991 году в Санкт-Петербурге впервые в России начала создаваться система соц.защитных учреждений для детей, оказавшихся лишёнными родительского внимания, родительской опеки, оказавшихся на улице, не имеющих жилья и средств к существованию.   Какое-то время  в городе для таких детей были просто выделены квартиры чтобы они могли находится в помещении а не обитались на чердаках и подвалах, в притонах и даже люках . Социальные работники  привозили им еду, они видели и фиксировали ужас существования несовершеннолетних в старых, неотремонтированных квартирах, где спали на полу вповалку были предоставлены сами себе  разные дети, в том числе и имеющие опыт бродяжничества, опыт токсикомании, наркомании, алкоголизма, воровства, испытавшие жестокость и насилие.

Распоряжением мэра о развитии учреждений социальной защиты беспризорных детей были образованы в городе первые дома для детей утративших семейные родственные  связи. Для работы в один из них, в маленький приют пригласили  на должность директора  интеллигентного , мягкого , творческого человека Илью Михайловича.

В новом государственном  неплохо уже организованном заведении в старой пятикомнатной бывшей коммунальной квартире в центре города первые нашли свой приют пятнадцать воспитанников разного возраста.  Старшие учились в ближайших школах и после занятий бежали в свой новый дом, а  малышами  занимались заботливые воспитатели, сочувствующие милым крохотным существам, попавшим в незнакомую, на первой поре чужую, обстановку. И каждый сотрудник по своему старался создать условия для радостного комфортного пребывания каждого ребёнка в новом для них доме. Директору очень нравилось что вечерами все собирались вместе  за большим столом под  абажуром. Большая кухня была одновременно и столовой. Утром воспитатели готовили завтраки. Днем обед и ужин им готовила повар. Приюту романтичный директор дал многозначительное название "Фламинго".  Розовый фламинго – символ надежды, прекрасных грез, исполнения желаний. Вместе с тем, название фламинго происходит от латинского слова «flamma», что означает «пламя» – символика  включает в себя огненный аспект и перекликается с символикой птицы Феникс, которая сгорает в огне и возрождается из пепла. То есть фламинго является символом стойкости и возрождения, стаи фламинго способны выживать в весьма суровой среде.

Тогда  во «Фламинго» посменно работали шесть воспитателей, люди, которые были рады этому трудоустройству потому, что  остались без работы по специальности, потеряли должности  в результате ликвидации их   предприятий и учреждений. Специалистом по социальной работе стала недавно прибывшая в Санкт Перербург из г. Маздока  статная и красивая, большеглазая и уверенная в себе девушка – Анечка. Устроились в приют на работу поваром  сестра Анечки – Машенька. Но вскоре вместо Машеньки появилась Глафира.

Воспитатели вспоминают  как Глафира Андреевна работала поваром во «Фламинго» , содержала кухню в отличном состоянии, вкусно готовила. Но за столом во время приёма пищи стояла гробовая тишина. Дети давились и недоедали. Глафира грозно ходила по кругу – хозяйка столовой  демонстрировала воспитателям как надо работать. Вспоминают Елена и Таисия случаи, когда тоже молчали, к своему стыду глядя как повариха тиранит несчастных детей, упивается своей властью:

– Что ты ныряешь в тарелку как свинья! Не хлюпай! Угроза в голосе обращённая к одному, действует на всех. Притихшие, не болтающие ногами за столом малыши, и дети постарше кушали, не поднимая глаз от тарелок. И всё-таки:

– Почему не доел, зажрался! Доедай, не выпущу из за стола. Ишь барин, забыл как голодал у маменьки с папенькой! На помойках небось всё вкусным казалось?

Десятилетний пацан отвечал с обидой

– Я  не  собирал по помойкам! Вы сами собирали?

Глафира надулась, покраснела, выхватила из-за стола «пакость такую», летела тарелка на пол, испуганные дети боялись пошевелиться иначе и про них скажут что-то, о чём думать не хочется. А Глафира тащила обидевшего её  за шкирятник, тот вырвался, спрятался. Она его искала , нашла . Отлупив, заставляла уже присмиревшего оттирать пятна на кухне, мыть туалеты.

– Пусть моет туалет, пусть не отодрать пятна масленой  краски, оставленные строителями, зато поймёт как обзывать педагога (Она всегда себя называла педагогом). Чище будет.

Скандалами заканчивался приём пищи в смену Глафиры Андреевны почти всегда. Нельзя сказать, что она не получала отпора от сотрудников. Но можно сказать, что воспитатели в этот период менялись почти каждую неделю. Директор выслушивал только свою тёщу.

Пять детей семьи  Усановых в полном составе  находились в приюте, все они чувствовали себя уверенно – большая семья  особое чувство общности, у младших полное ощущение опоры, у старших выработанная ответственность.

Как то раз девочки помогали Глафире  Андреевне на кухне.

– Чего ты так месишь, как безрукая.– обратилась она к старшей из сестёр.

– У меня не получается.

– Как трахаться с мужиками так получается, а здесь у неё не получается видите ли.

– Вы, что?  – заплакала девочка

– А что. скажешь не трахалась никогда. Ну скажи, ну что нет скажешь? ! Молчишь….

– Сс……а  – крикнула девчонка и убежала.

Четырнадцатилетняя пацанистая  девочка забралась под кровать, её никто не мог от туда  уговорить выйти, а Глафире Андреевне  не удавалось вытащить так  как братья начинали её отталкивать от кровати и тащить за подол юбки.

–Я вызову милицию! – орала Глафира

– Я не вылезу из под кровати пока эту сс…у не уволят, пусть приезжает милиция, вызывайте милицию, пусть составляют протокол. Я сбегу, маме расскажу. Она пойдёт в РОНО, тебя уволят. Мама в РОНО всех знает.

Глафира притихла.

– Ну. что я тебе такого сказала, ты, что шуток не понимаешь?

Не надо придумывать, я тебе совсем не так сказала….

Да да , вспоминают за столом Елена Сергеевна и Таисией Игнатьевной как однажды их весёлая шумная раскрасневшееся  голодная ватага детей громыхая  лыжами валилась в  дом, вернувшись из Кавголово.

На пороге  у гардероба стояла одетая в шубу Глафира-повар.

– Если сейчас шесть часов, то я трамвай на повороте.

– Ой, Глафира Андреевна, извините пожалуйста – взмолилась женщины, забирая у детей рукавицы и раскладывая их по батареям – не успели на электричку. Вы ждёте, мы подумали вы оставите ужин, мы подогреем сами. Мы так и делаем когда Машенька (тоже повар) работает. Извините ради  Бога!

Директору было доложено, в жутких красках описано, а главное от него потребовали немедленной реакции. Он отреагировал -неуклюже, отчитывал, сам не понимал за что.

– Вы опоздали на целых два часа, уроки им же надо делать, им же надо в школу приготовиться, помыться там наверное, ещё что то….  – в мужском варианте звучали слова Глафиры .

– Мы опоздали не на поезд, не на самолёт а домой. Основным условием для поездки за город, детям было ещё в субботу поставлено выполнение уроков. Нина Брониславовна  проверила у всех наших. С младшей половины с детьми я за неделю договаривалась, что беру, только тех, кто не получал двойки. Все помылись вечером, уборку выполнили и вовремя легли спать.

– Для вас Глафира Андреевна пельмени налепила там. а вы ужинали уже в восемь часов получается.

– Да, в начале девятого, спасибо ей, очень вкусно, сварили и съели. Мы весело обыграли подсчёт пельменей для добавки . Назначили комиссию по добавке. Сашка в белом переднике  раскладывал по тарелкам, а Вика со старыми счётами ходила рядом и щёлкала костяшками якобы считала. Они в ожидании  слюну сглатывали, так вкусно. Бутерброды почти все остались, наелись пельменями со сметанкой.  Посуду и кухне мыть, желающих хоть отбавляй.

– Надо уважать Глафиру Андреевну

–Это приказ? Так мы его и так выполняем.

На следующий день:

– Глафира Андреевна, мы можем ещё раз извиниться, видимо вас здорово подвели. Ну зачем вы директору сказали что уроки не сделаны, что никто не помылся, ведь это было не так.

– Что! да я с вами вообще не хочу разговаривать! Ишь, такие правильные пришли, я их как дурочка, ждала, они явились видите ли! Заморозили детей, болтаются где хотят…Ещё ко мне приходят!!

В 1995г. В соответствии  с   приказом   Министерства   социальной   защиты населения Российской  Федерации    "Об  утверждении Примерных положений    о    специализированных     учреждениях     для несовершеннолетних, нуждающихся в социальной реабилитации",  муниципальный    приют    "Фламинго"переименовали в Государственное учреждение  Социальный  приют  для  детей и подростков "Фламинго» и выделили ему большое двухэтажное  здание бывшего детского садика. Увеличили штат сотрудников. Социальный работник Анечка стала заместителем директора по социальной работе Анной Георгиевной,  Быстро сделала карьеру и Глафира Андреевна, получив должность заместителя директора по воспитательной работе..Была счастлива, но добрее не стала.

Тёща директора догадывается , что если любой из воспитателей  вдруг развернётся на полную мощь справедливого гнева, долго подпитываемого ею самой, то никакие связи не помогут ей удержаться   в чудом доставшимся  кресле.  Вовремя надо  вычислить, носом чувствовать. от кого может исходить опасность.. Интересно что она любит свою работу, отдаётся ей полностью, очень гордится удачными решениями многих не простых стратегических вопросов при устройстве детей в учебные заведения в поиске спонсоров. но её трудно сдерживаемая ненависть к взрослым людям, брезгливая неприязнь к детям и потребность подворовывать мелко  в широких масштабах может обрушить все, Рухнет моральное и материальное благополучие, ни какие силы уже не помогут  удержаться на работе в сиротском учреждении и её  сыночку, её к позднему, любимому двадцатилетнему ребёнку, который воспитателем может называться только в насмешку.

Как то на планёрке, после того , как  раскрасневшаяся как полуденное солнце от собственной значимости на земле, Глафира Андреевна окончила  горделивый  рассказ  о своей новых педагогической находке – трудотерапии. Вдруг, обычно молчавшая  серая мышка – Елена Сергеевна, очень волнуясь, с места задала вопрос : «Извините, а если бы вы работали с домашними –  с детьми у которых есть родители , как бы они отнеслись к тому, что их детей воспитывают посредством  перетаскивания в подвал мешков с цементом?».

Глафирино лицо покрылась ещё более красными пятнами,  она не нашла что ответить. А потом в течении полугода  активно проверяла качество уборки комнат  воспитанниками  старшей группы, задирала одеяла на кроватях,  если не находила там песок, то кричала, что  очень воняет в комнатах.  Эти , иногда  и справедливые  заплывы  «щуки в пруд» совпадали  всегда. как бы случайно, со сменой Елены Сергеевны.

Та молчала,  или пыталась объяснить очевидные вещи, например, что  кровать не убрана,  потому, что  Аня  болеет, и сейчас вышла в туалет. Труднее было  объяснить Глафире  Андреевне то , что та  и так  прекрасно понимала. Утром, выйдя на работу после двух дней своих выходных, Елена слушала  молча

– Плинтусы не помыты, так , а за тумбочкой – она отодвигала тумбы на кухне –  там, что крошки у вас. Вот, всё , записываю в тетрадь – и выводит фамилию «Карасикова», всё буду премии снимать.

Ей хотелось спровоцировать непонятную женщину  на стукачество. Нормально было бы сказать, что только что вышла на работу и смену приняла такой от Таисии Игнатьевны. но та молчала. Это Глафиру Андреевну тоже устраивало. Все на этаже,  включая детей, слушали  как отчитывает строгий директор нерадивого воспитателя.

Заходя на первом этаже в кабинеты  местных клерков по делам, зам директора по воспитательной работе бросала невзначай не лестные фразочки  о  тех, воспитателях, от которых  «пора избавляться». Жертвы чередовались, кто – то уходил, кто-то приспосабливался, от кого-то она отставала, наметив новую мишень. Мнение о ней, о самой в коллективе  единодушное и попытки Глафиры  создавать «мнение» о Елене то с кладовщицей, то в бухгалтерии и конечно в кабинете директора ,  терпели иногда неудачу  Фразы типа: «Нет, ей я не могу  поручить, она безграмотна» вызывали неоднозначную  улыбку  у психологов и соц. работников, которые от Глаши не завесили.

– Кто не грамотный?

Глафира понимала и покрывалась пятнами. Сама она закончила давно училище по специальности воспитатель детского сада. Известно, что у  всех воспитателей старшей группы высшее образование по их первой специальности а Таисия Игнатьевна и Елена Сергеевна в настоящий период ещё и учатся, получают второе высшее по специальности социальная работа в университете педагогического мастерства. Нина Брониславовна   аспирантка в Герцена .

Елена пятнадцать лет отработала инженером экономистом в АУП  ЛНТИ большого научно производственного объединения. Иногда вспоминая своих коллег, думала "Как бы они реагировали на то,что вижу я в этом приюте.?". Ей так многое здесь кажется очень странным  не только в кадровой системе приюта. Некоторые сотрудники ведут себя по отношению к детям просто откровенно как гротескные отрицательные герои из сказок, книг, фильмов, спектаклей. Елене странно и  непонятно как может подниматься рука на чужого ребенка, тем более на сироту, как можно о детях говорить "мразь такая",  как можно при детях пренебрежительно и зло говорить об их родителях, и многое многое другое. Если бы кто-то так себя повел в ее НИИ, его бы все дружно осудили, а здесь понимающих, что так делать категорически нельзя, раз два и обчёлся.

Елене благодаря этой работе   в приюте,  посчастливилось познакомиться и с  множеством уникальных, увлечённых, интереснийших людей, которые с большой готовностью приезжают в приют чтобы позаниматься с каждым нуждающимися в личной к ним заинтересованности взрослого, приезжают талантливые люди чтобы попеть с детьми под гитару,  отдают детям много тепла , делятся знаниями, увлекая их в мир  своих интересов. Интересные беседы бывают с потенциальными приёмными родителями, с волонтёрами. Парикмахер Наташа приезжает после работы  подстригать всех воспитанников, о деньгах никто и не заикается, обиделась бы даже. Наоборот, она всегда приезжает с гостиницами. Елена познакомилась и подружилась с ней, когда та навещала в приюте девочку – дочку спившийся соседки. Работали воспитателями интеллигентные люди увлечённые астрономией и археологией они вместе с подростками приюта ездили на археологические раскопки в Новгород, организовывали лыжные походы в Хибины . Но никто из них не вступает в конфликт с зам. директора. Все понимают, что цивилизованные методы борьбы с человеком, способным на всё бесполезны.  Глафира с гордостью рассказывала за чаем, что когда она с детским садом выезжала на лето на дачу, ей очень не нравилась «одна врачиха».   Глафира настроила директора так, что тот доктора уволил и предложил  тут же уехать. Но женщина попросила разрешения переночевать и договорилась с водителем машины, на которой привезли продукты в садик, что он её  прихватит , утром довезёт до города. Глафире это очень не понравилось. Она ночью шилом проткнула колёса Уазика – буханки чтобы врачихе все же пришлось идти пешком с вещами пять км. до станции.

– Ой. знаете, так оказывается шумно воздух выходит, я так испугалась! – весело, не сомневаясь в  солидарности подчинённых, рассказывала она.

Воспитатели старшей группы под разными предлогами не ходят пить чай с Глафирой на младшую половину. Воспитатели младшей, каждый день пробуют вкусные пирожки, приготовленные Глафирой,  и завидуют  воспитателям старшей половины.

Почему мы молчим, когда надо говорить? Почти у каждого был хоть раз момент, когда хотелось сказать: «Стоп! Так нельзя!», но промолчали. Замечали, что кто-то сделал гадость, кто-то обидел слабого, кто-то несправедливо повысил голос. но слова застряли в горле. После приходит неприятное ощущение: вроде и не виноват, но и не совсем чисто на душе. Почему хорошие люди выбирают молчание, когда правда нуждается в их голосе? Что происходит внутри каждого, когда нужно защищать справедливость, но не хватает сил, смелости или просто веры в себя. Что нам мешает говорить? Страх быть не таким, как все: мы выросли в обществе, где выделяться – не всегда хорошо. Даже если внутри всё кипит, страшно сказать лишнее и получить клеймо: «слишком умный, буйный, вечно недовольный». Если промолчать, будет проще. Страх последствий: честный разговор приведёт к конфликту. Не хочется портить отношения, стать изгоем  или навлечь на себя чужую агрессию. Проще отойти в сторону, даже если внутри неспокойно. Застенчивость и неуверенность: с детства учили: «молчи, будешь умнее». Многие люди просто не знают, как правильно говорить о том, что их волнует и волнение  мешает формулировать мысли. Но несправедливость разрастается.Если никто не скажет «нет» хамству, оно становится нормой. Такие люди как Глафира привыкают к вседозволенности, начинают чувствовать себя  ещё сильнее.

Недавно утром в субботу  подростки впятером расположившись на большом диване в воспитательской, смотрели по телевизору передачу "Умники и умницы", Елена Сергеевна проверяла домашнее задание – переписанное ещё  вечером сочинение Виталика. Вошла Глафира: «Фу , как здесь воняет, опять носки кто то не постирал?»,  Виталик , высокий крепкий семнадцатилетний парень, склонившись над воспитателем, глядя сосредоточенно в свою тетрадь, ответил тихим  наивным  хамством: «До вас не пахло». Ребята и девочки хохотнули, резко бросили взгляды на свои босые ноги потом в сторону воспитателя, уверенные, что она сделает замечание Виталику. А Елена Сергеевна подняла глаза на Глафиру, пожала плечами , извиняющимся тоном сказала "бумеранг".  И неожиданно заговорчески улыбнулась подросткам. Тогда уже все дружно  громко засмеялись.

– Не волнуйтесь Глафирра Андреевна , с запахами мы справляемся, ноги вечером моем, носки стираем, нам бы только ещё всем научиться взаимному  уважению и культурному общению –  сказала она.

Зам директора по воспитательной работе не нашла что ответить и вышла. Её  сбил с толку   адекватный  ей  по мере бестактности ответ и использование запретного оружия – солидарности с детьми взрослого против другого взрослого. Глафира долго гуляла одна по просторам многообразия речевых  манер.

«Как же вы правы, как вы мудры, мы бы так не смогли» всегда говорили ей глаза  взрослых и детей и когда  она с  истерическим  визгом  смело вступала в драку с большим  парнем воспитанником , отнимала , выдёргивала из его рук   личный подарок ему от спонсоров – швейную машинку , и когда с деланной  интеллигентностью костным языком  рассказывает  гостям – экскурсантам о несчастных детках сиротках, и когда бесконечными упрёками , язвительными  замечаниями  раздражённого,   совершенного во всех отношениях человека, оказавшегося вынужденно среди  баранов донимает уставших воспитателей.

Елена Сергеевна вдруг неожиданно  прошлась с ней рядом по её  личному коридору беспардонности. .

Потом, спустя время,  Карасиковой   вдруг снизили размер премии, выданной  за тот период работы, когда она  после долгих добровольных поисков, нашла для приюта  типографию – спонсора  и обеспечила тем самым  на долгие годы приют огромным количеством кип качественной бумаги разного формата. В этот же месяц, конечно не ради премии, сшила дома декоративный коврик для хранения тапочек детям младшей группы. Для сохранения формы коврика,  натянула ткань с синтепоном на  лист оргалита, размером задней стенки двухстворчатого шкафа. Яркий, с объёмными аппликациями  коврик для малышовых тапочек женщина привезла верхнем багажнике своей машины.

– Ой, восхищались дети – какая красота! Это вы где купили?

– Ну до чего-ж талантливая, за что ни возьмётся, всё прекрасно. И лепит она и рисует, а как готовит – вас муж, наверное на руках носит? – говорили воспитатели.

– Это я его ношу, скорее переношу. – так предпочла сказать о муже  в коллективе преимущественно  безмужних женщин  Елена.

–Я поражаюсь на вас – взвивалась  Игнатьевна, чем больше на вас плюют, тем больше вы стараетесь.

–Когда я шила коврик, не позволяя мужу и сыну ходить по расстеленной по всей комнате ткани и флизелину, супруг мой, аккуратно снимая с любимого кресла обшитую пару декоративных волн с картоном внутри, и отряхивая с брюк нитки, ворчал: «Давай, давай, старайся – тебе такое спасибо скажут, что ты опять расстроенная придёшь домой».

– Ну и зачем тогда, вы же видите, её злит, когда вы что-то делаете. Помните , она бежала по коридору и кричала в отчаянии.

«Опять лепят, опять лепят!». А на машине она вас гоняет, за бензин хоть раз заплатила?

– Ну это потому, что сын художником по совместительству числится. Девочки, на себя то посмотрите. Сколько вы Таисия Игнатьевна, уважаемая, наша денег на литературу, сценарии, праздники тратите, сколько костюмов перетаскали сюда. Она мне ещё говорит что-то. У своего ребёнка «Sega» отняла, и сюда принесла.

– Моя наигралась, пусть учится.  Нам хоть премию не снизили.

– Относительно меня да, а относительно Эдика?

– Нет, и  конечно,  не для того, чтобы угодить Глафире – продолжала Елена – в свои  выходные дни я упорно перезванивала, преодолевая чувство стыда когда мне отвечали в типографиях: «Нет, у нас нет никаких отходов и  обрезков,  вряд ли мы сможем вам помочь, очень жаль. Ну, позвоните через месяц». А когда , наконец, от одного из директоров крупной типографии  из списка выделенных мною шрифтовыделителем как отзывчивого, я услышала  «приезжайте», то радовалась только тому, что дети будут рисовать сколько хотят , не боясь испортить лист, не получив взамен другого.

– Нам без черновиков то как плохо было. Ребёнок подходит задачу решать, я начинаю рыться в газетах, искать пустые листы  в рекламе. –  согласилась Таисия Игнатьевна

– Спасибо, а мы стенгазету сделали – отозвалась Марина Даниловна.

– Ой шикарная стенгазета – одобрительно закачали головами воспитатели

– Вы талант, Марина Даниловна. – Елена улыбнулась воспитательнице средней группы – Я не представляю как придумываете такие задания когда и малышей младшей группы привлекаете своими ручками создавать вдруг такие милые работы. Вроде снеговиков из ваты налепили каждый как мог, а вы собрали их в круг на синем фоне обоев и ещё пару деталей и  – красота неописуемая, глаз радуется когда прихожу к вам.

– Так я и сама радуюсь, она подходят и тычут пальчиками, «это мой, а это мой снеговик»  – засмеялась Марина Даниловна.

– Наши радости не каждый понимает – я соседке с гордостью показываю наши детей на фото, а она говорит «Знаешь, я не люблю всё это, всю эту возню с ними. Ты показываешь, а меня даже подташнивать начинает». Она говорит, что никогда своему сыну сказки не читала. – Вздохнула Елена Сергеевна – А вот, он сейччас взрослый сорокалетний мужик, у него мама на первом месте Очень заботливый сын.

Но у нас самые красивые дети , вы заметили?

– Да, Глафира говорила – (Хаха, к нам Глафира приходила, нам Глафирв Говорила) смеётся Марина Даниловна  – она говорила, что на экскурсию когда приезжают всякие организации, спрашивают «Почему у вас такие красивые дети? Где вы их набираете?».

– Так и есть.

– Мы сегодня прямо с утра с Ирочкой по школам проехали за справками об отсутствии карантина.– сообщила Елена.

– На новеньких – спросила Мария Васильевна

– Да

– Опять, вы, у нас же водитель есть и машина

– Так нам задание дали.

– А вы по чувство радости какое то там говорите – откликнулась Таисия Игнатьевна, поняв что слишком засиделась сдавая смену Елене , быстро взяла свою чашку, и направилась  мыть её к раковине. Елена тоже взяла свою и встала , продолжая говорить:

– Такое же чувство , девочки, я испытывала, когда на своём стареньком «Фольксвагене» утопая в осенних тогда  грязных лужах, возвращалась в приют, имея  в бардачке,  в  полиэтиленовом файле,  набор медицинских справок из разных школ. Это конечно, не моя работа, но не Глафире, а медикам  стоять на остановках, или воспитателям с укутанными семилетками (оставить вы их не можете же) ходить под мокрым  снегом по грязи , значительно труднее, чем мне  прокатиться на машине , прихватив  днём  двух, не устроенных пока в школу подростков.

Елена с Таисией пошли в сторону своего отделения, А воспитатели средней и младшей групп продолжали о наболевшем. Уже о премии:

– Но вот помните , одна воспитала как то не промолчала  как делают все,  а спросила, почему премия  Эдика.– сыночка Глафиры Андреевны., в два раза выше, чем у каждого из нас.

–Как выше. почему выше. Он получил дополнительную премию как учитель дополнительного образования – кружковод ИЗО студии.

– Но совместителям у нас никогда не начисляли премию и сейчас не начисляют, вы помните какие специалисты классные работали у нас без премии. Обидно было , но  бухгалтер была не пробиваема.

– Вот поэтому мы Эдуарду Эдуардовичу просто как воспитателю добавили и всё. Конечно обидно.

– Но , ваш муж оформлен  оказывается, тоже преподавателем ИЗО и ему тоже начислена премия. Его никто не видел никогда.

Глафира «покрывалась пятнами» (так  выражают воспитатели между собой проявление  реакции  на стресс у своего руководителя)

– Зачем вы дарите глазами по ведомости, когда зарплату получаете в бухгалтерии!?

– Зачем мне шарить, мы рядом в списке и с вашим мужем и с вашим сыном, у нас табельные номера подряд идут.

Да, была такая история.

Глафира что-то врала, но уже следующие её подходы  к этой воспитательнице имели заискивающий характер. А потом эта воспитательница тихо уволилась.6е видели уходящей в слезах из кабинета директора. О ней распустили слух,что санкнижка не в порядке, что у нее куча болезней.

Известно, что вся  работа воспитателя средней группы, Эдуарда Эдуардовича, заключается в том, чтобы в полулежащем состоянии  из кресла в зале , связанного двумя коридорами, наблюдать с хмурым выражением лица, за кипящей бурной деятельностью коллег, проводящих групповые занятия в зале или  ведущих детей по коридору мыться, стирать носки или одеваться на прогулку. Вечерами, уложив оных, воспитатели  принимаются за работу по заполнению тетрадей. Описание  поведения каждого из детей за период работы смены, описание настроения после таких событий как посещение родственников и множество других бытовых и учебных записей, касающихся подготовки к урокам например формы для физкультуры или материалов и инструментов к урокам труда – процедура важная и обязательная, но не для всех. Мама Глафира  своего  Эдуарда  Эдуардовича в лучшем случае пожурит слегка за абсолютно пустые тетради  наблюдений, за теми несчастными, которым « повезло» быть переданными на воспитание  в  руки двадцатитрехлетнего избалованного  парня.

Выдержка  из выступления Глафиры на педсовете : «Замечаний нет. все работают одинаково хорошо. Но злостное нарушение не письма моё единственное волнение. Тетради я проверила , все  почти заполняют. Планы коррекционной  работы есть. Ну вот некоторые, молодёжь наша не любит писать письма. Я понимаю, что письма не все любят писать родственникам  вы можете не писать – это ваша  проблема, а вот сюда надо. Я говорила три месяца назад на пед совете, а  вот проверила сейчас, опять есть тетрадка не заполненная».

Мама одинаково снисходительно смотрит на подзатыльники, используемые, как метод воспитания детей – сирот  и на двусмысленные поглаживания девочек её сынком.  Когда ей кто – то решился сказать о том, что  к уважаемому   Эдуарду Эдуардовичу  по ночам приезжает и остаётся в его мастерской  бывшая воспитанница приюта – четырнадцатилетняя  Оля  Крайнова, которую вернули  к  перевоспитавшейся  , ставшей вдруг  хорошей  после бесед с нашими психологами , мачехе,   Глафира Андреевна ответила  достаточно душевно: «Не сыпьте мне соль на раны». Такой ответ из уст в уста пронёсся волной и  несколько успокоил коллектив, в котором каждый мучался от того, что совесть требовала пресечения развращения малолетней сироты , а желание продолжать работать и кормить семью подсказывало разного рода оправдания  не выполнения требований не практичной совести. Коллектив понял слова мамы, как знак того, что она тоже тревожится  пусть не за судьбу девочки, ну хотя бы за репутацию сына, плюющего на её собственную репутацию, и на репутацию директора всего приюта – зятя Глафиры Андреевны..

Оля и правда перестала приезжать в приют. Но продолжаются её звонки ему и продолжаются обнимания сынком девчонок в приюте.

Глава 6

Дневник воспитателя пиюта.

Даша

19.02.99. Вот сегодня Даша, прибежала из школы глаза радостно блестят по причине того, что встретившись на первом этаже с  Эдуардом  Эдуардовичем обменялась с ним шуткой, Даша начала со слов: «Представляете,  Елена Сергеевна, Эдуард Эдуардович назвал меня толстушкой!».

Даша очень худенькая, такая шутка между молодыми людьми вполне имеет право быть.

Даше нравится внимание молодых людей, тем более воспитателя – это естественно и понятно если ещё учесть, что другого внимания она ни от кого не получает, почти… Дашу знаю давно, она посещала долгое время дневной стационар, ездила с нами в лагеря во время каникул. Теперь в её семье всё сложилось уже так серьезно, что только в стационаре государственные люди могут дать ей все необходимое для обеспечения жизни без негатива. Приятно наблюдать как она развивается. Правильная послушная симпатичная стеснительная девочка остается ответственной, но физически становится  стройной, лёгкой, спортивно ладной , высокой но всё ещё девочкой, девушкой назвать нашу прикольную, желающую похулиганить Дашу , не могу. При пубертате и внешность и характер меняются, обоятельная мимика с хитринкой и желанием повеселить, становится более осознанной и адресно направленой тем, кто способен её оценить. Может Даша, когда я ее прошу сложить  нормально вещи  в шкафу, выложить их на кровать, но не складывать а зарыться в своих платьях, куртках, разных штанах со смехом ждть, когда я войду к ним в комнату. Я говорю: "это что за секонд хенд!".  Дальше пока она складывает вещи, мы вместе с ней смеясь развиваем мысль, как она станет директором сети секонд хенд.

Изменения происходят у неё в эмоциональной и психологической сфере: Даша задумывается о поведении своих родных, критично начитает воспринимать мотивы их поступков. Милая, симпатичная девочка с хорошим чувством юмора, она все же постоянно прибывает  в очень грустном состоянии, изредка чередуя его подчёркнуто – радостным .

Она, как и Аня, постоянно старается быть рядом с стоящим у меня на столе телефоном и преодолевая стеснение, снова и снова просит разрешения позвонить. Номер телефона один и постоянный, также, как постоянен ответ на другом конце провода: « Его нет дома».

«Он» – отец Даши, действительно редко бывает дома .Водитель -дальнобойщик – этим всё сказано. Но никогда у нас не обсуждается тема – кто отвечает по телефону Даше и почему уж всегда так одинаков ответ. Дело в том, что у папы другая семья, он воспитывает других, не своих детей, которых раздражают Дашины звонки.

Кто – то  из сотрудников сказал  девочке, чтобы она попросила папу почаще приезжать к ней, тогда его не лишат родительских прав. И вот, теперь Даша, волнуясь, каждый раз заново готовясь к разговору, переживая, дадим ли мы, воспитатели, ей позвонить (А мы то, толком и не знаем в чём дело, считаем, что она хочет потрепаться по телефону с подружками) набирает один и  тот же номер и слышит тот же ответ.

Я тоже преодолеваю неловкость оттого, что вторгаюсь в чужую жизнь и спрашиваю, наконец: «А, зачем тебе так срочно понадобился папа? Освободиться, сам позвонит».

Даша очень закрытая девочка, но на этот раз она мне нервно и сбивчиво стала объяснять причину, по которой ей надо срочно поговорить с папой. А ещё ей срочно надо пятьдесят рублей на подарки мальчикам к 23 февраля. Она не хочет говорить в школе, что находится на государственном обеспечении и это обеспечение не подразумевает участие в классных денежных сборах. Учителя раскидывают все расходы на экскурсии и пр. домашних детей.

В конце рассказа Даша заплакала. В это время в  дверь постоянно заходили другие ребята со своими просьбами и желаниями поговорить. На мягкие мои просьбы подождать, эгоистично пытались коротко изложить причины своих приходов, просовывали в закрываемую Дашей у них перед носом дверь, свои тетради с выполненными домашними работами.

Я дала Даше пятьдесят рублей на неопределённый срок, зная её щепетильность , просила не переживать и не пытаться мне их отдать в скором времени. Закрыв на ключ дверь, я рискнула, может быть преждевременно, сказать Даше о том, что после показа её по телевидению в передаче  «Домашний очаг», было нам переадресовано с телевидения много телефонных звонков людей, желающий  помочь именно этой девочке.

Нам  сотрудникам приюта, совершенно ясно, что папе она не нужна, он этого не скрывал от специалистов по соц. работе при разговоре с ними. Необходимо уточнить захочет ли четырнадцатилетняя Даша знакомиться с новой семьёй.  Раз  получился такой разговор, я сказала: «Дашуля , я тебя умоляю, не надо плакать о будущем, оно неизвестно ни для кого из нас. В жизни очень много разных неожиданных поворотов тем более у тебя. Вот, сейчас, в одном из многочисленных домов  может быть, тебя ждёт  свой, другой письменный стол, за которым будут сидеть твои дети и внуки в последствии». Я пыталась придать лёгкость нашему разговору, Даша также полушутя ответила мне: « Да кому я нужна, Елена Сергеевна». Ей самой, видимо, жутко стало от этих слов и она, заплакав, открыла дверь торчащим из неё ключом и вышла. Потом закрылась в своей комнате, скрываясь от уговоров девочек и любопытства парней, и просидела там наедине с собой минут сорок.

Очередной приезд телекомпании «Домашний очаг» совпал с тем, не редким событием , когда наша девочка, Дашечка ,как она сама себя любит называть , готовила ужин.  Телевизионщиков  сопровождала зам директора  по соц работе приюта, она обратила их внимание на девочку, почти свободную от уз биологической семьи. Дашу  засняли не только во время работы на кухне, у неё взяли интервью, показали её  в комнате, где она проживает вдвоём с Аней. И почти, было ушли, но почему – то , как раз тогда, когда Даша развешивала уже бельё в сушилке ( что то вдохновляло её в этот день на труд) вдруг появились снова люди с камерами. Я не видела, какая получилась телепередача, но говорят те , кто видел, что  был не корректный момент со стороны известной в приюте личности. Показали нашего мальчика – очень симпатичного  – после рассказа о нём и предложения заинтересованным лицам звонить, следует фраза:  «Мальчик здоров, лечение не требуется»…

22.02

Сегодня, должна состояться встреча Даши с  одной пожилой парой, которая после просмотра телепередачи очень настаивала на знакомстве с девочкой. Мы знаем о них, что они спортсмены; мужчина преподаёт в институте им. Лесгавта, оба (что интересно – обычно только бывает одна жена) посещают филармонию; дни рождения великих поэтов, отмечают как свои; литературные вечера, театры и музеи города посещают чаще, чем магазины.

Вот и сегодня они приехали позже, так, как женщине , не смотря на нездоровье , необходимо было присутствовать в доме-музее А.С.Пушкина на вечере, посвящённом его памяти.

Даша, в предварительной беседе с Таисией  Игнатьевной  дала согласие на встречу с этими людьми. И, вот, сейчас, я попросила девочку одеться поприличнее. Она своим  обычным шутливо-распевным   тоном сказала: «Ну ладно, Елена Сергеевна, так и быть», послушно удалилась в комнату и вернувшись от туда в чуть менее растянутой кофте, чем была до того и уже без торчащей из под неё небрежно, нижней футболки, спросила тоном человека, сделавшего мне вынужденно большое одолжение: «Ну что, так хорошо?». Я попыталась, было заверещать: «У тебя же есть очень красивые блузки…», но остановилась под её взглядом, означающим «Ну, тогда я вообще…». Я продолжила: «Ну, а  впрочем, мы готовим ужин, у нас рабочая обстановка. Нормально ».

Напряжение ожидания, которое, я чувствовала, испытывает Даша, передалось и мне.

Мы готовили плов и наша беседа становилась всё менее непринуждённой по мере приближения к нашей кухни ,супругов, для которых была устроена предварительная экскурсия по помещениям приюта. К моменту, когда Анна Георгиевна распахнула дверь нашей кухни, со словами: « А вот здесь наши старшие ребята сами готовят себе ужин..» ,мы с Дашей уже молча обе раскладывали по тарелкам и ставили на стол наш аппетитный плов.   Смущённые, очень напряжённые, пожилые люди смотрели  только на Дашу, рассеянно отвечая  шумно восхваляющей нашу жизнь  Анне Георгиевне.

Дарья срочно увеличила темп раскладывания приборов на столе,  Её  в  этот ответственный момент, занимал только вопрос скорейшего накрытия  стола, хотя выскочившие из комнат на шум незнакомых голосов, ребята прислушивались к беседе, в надежде на участие в ней. Когда была произнесена фраза: «А вот это наша Даша» , девочка слегка улыбнулась, взглянув на мгновение в сторону гостей.

Было решено, что гости посидят пока Даша ужинает, а потом они смогут побеседовать в комнате девочек.

Супругам на вид лет по шестьдесят, лица добропорядочных граждан, причёски, стиль одежды, а значит и образ мышления, образца шестидесятых годов. Ностальгические чувства вызывают у меня шестидесятые годы, но даже и я, в свои сорок, хотела бы двигаться вперёд – в продолжение своего развития,  не смотря на  наступающий период прогрессирующего  увядания. А поймёт ли такую верность  славному периоду хрущёвской оттепели, Дарья? Вот в чём вопрос.  Поужинав , Даша уткнулась мне в плечо: «Ой, Елена Сергеевна, мне страшно. Болейте за меня».

«Даша, относись к этому легче, веди себя искренно и естественно»– шепнулая ей.

Девочка уединилась с претендентами на роль будущих родителей , в комнате.  Я время от времени заходила  в комнату –  то для того, чтобы предложить ещё один стул; то для того, чтобы попросить показать выполнение дом .задания  беспардонно усевшуюся ( а может наоборот помогающую общаться  Даше с незнакомыми людьми )Анну.

Даша показывала фотографии своих бабушки, прабабушки, дедушки, жены дедушки, папы и естественно себя в детстве и в разных ситуациях в приюте, в том числе фотографии, запечатлевшие поездку на  юг с приютом этим летом .

Вот Даша совсем маленькая, ей лет пять, она выступает на сцене у нас в приюте. В этом же возрасте мы видим её в обнимку с бабушкой на хорошо разработанном садовом участке .Пока была жива бабушка, Даша жила с ней, но посещала дневной стационар приюта. Питалась там, делала уроки, участвовала в праздниках, ездила с нами в лагеря летом.

Гости  провели в комнате девочек больше часа, они рассматривали  фотографии очень внимательно, находили в родственниках Даши общие черты со своими какими то сёстрами и дядями.  Общение получилось сразу, как мне показалось, непринуждённым и обоюдно интересным для всех.

Показ фотографий вообще  заслуживает отдельной главы, как средство, дающее толчок к искренности в общении малознакомых и незнакомых людей.

После ухода гостей, настроение Дарьи, если так можно выразится, было порхающе – летающее. Когда она в очередной раз пролетала мимо меня, шутя на ходу со всеми, кто встречался на пути, я спросила

– «Ну как?»,

Даша остановилась, развернулась ко мне и изрекла :

–  Ну что? В общем  так. Они оба спортсмены, преподают в общем где то там. Ну это не важно. У них есть два кота. Они много ходят в разные там  му..зеи. Скоро мы с ними поедем в этот, как его …Эрмитаж…Ну в общем я пошла в медпункт на ингаляцию.

Мне показалось, что Аня и новая девочка Ира  завидовали Даше . Вечером  перед сном я сидела у них в комнате. Аня  попросила. Чтобы я ей помогла написать в суд заявление о том, что она не возражает против лишения родительских прав её мамы. Соц работник Нина Леонидовна тоже переговорила с  девочкой по этому вопросу и сейчас мы решили  оставить написание  текста до следующей моей смены. Время позволяет.

Беседы о личном  девочек с воспитателями, а так же манера обо всём говорить в шутливой форме, ни как не могут  подтолкнуть  Иру  к откровенности, к лёгкости в общении. Она молчит и на  всё,  то, что происходит  на отделении старшей группы смотрит  очень заинтересованно. Сегодня Даша  уходя с кухни,  беседовать с гостями, Сказала мне «Елена Сергеевна, я посуду потом помою». Вдруг неожиданно откликнулась  Ира: «Я помою – ты не беспокойся»

– Ну ладно, потом я за тебя тогда.

– Не надо.

У девочки есть фотографии. Она рассматривала их как- то перед сном, я подошла. Она показывала мне их, но очень настороженно, как  мне показалось. По моему она боится, что мои  комментарии окажутся обидными для её родственников и даже животных.

Очень много там маленьких козлят, собка. Красивое, доброе , простое лицо мамы, фигура отца в отдалении с мотоблоком. Всё это в окружении дикой природы, огромные ели, сосны  и  никаких строений.

Я восторженно удивлялась,  но когда глядя на загорелые лица  на  стройные крепкие фигуры  сказала «Вы как Лыковы», Ира очень покраснела. Я попыталась сделать другой комплимент

-Ты знаешь твоя мама на Купченко похожа, знаешь такая популярная актриса.

Ира совсем смутилась и похоже обиделась

Что может  привести человека к потери рассудка? – Думала я про её маму.

Ира сказала, что  с родителей потребовали большую плату за  аренду земли, прошёл срок, а они не могут рассчитаться, а ещё рядом стали вывозить лес и испортили  дорогу к их хутору.

Девочка упомянула недавно в разговоре за ужином город Приозерск , ребята оживились . Денис и Александр  были недалеко там, правда ,  в разное время в лагере  «Промитей». Заспорили. Денис, рассказывая в захлёб  о том, как там интересно, стал просить меня  связаться с этим лагерем и узнать о  возможности направить наших воспитанников туда предстоящим летом. Александр же , наоборот  с возмущением  говорил о том, что там например если застанут курильщика, то заставляют его копать яму  глубиной три метра , а потом захоронить в ней окурок.

– Да это есть , там  курить нельзя. Мы знаешь, сколько работали?! Мы приходили , знаете  Елена Сергеевна……зато…..

– Да не перебивай ты, я сейчас расскажу.  . Знаете сколько я там потерял килограмм? Я приехал…у меня вот такие мышц …

– Что ты всё время перебиваешь……там  на нашем острове…знаете..ну вот если вы были в тех местах….. так там  сколько змей знаете…

Не буду передавать  горячий  получасовой спор ребят , суть не в этом. Меня заинтересовал  лагерь , я решила поискать о  нём информацию в Интернет. Наткнулась на негативную статьью и расстроилась.

Несправедливость, подмятые идеалы могут вывести вероятно  тонкого,  ранимого человека , вот так и Ирину маму , из состояния баланса реального восприятия мира.

Психолог наша съездила уже в своё  личное время в Приозерск ( 150 км от  Питера три часа езды только на электричке!), беседовала с соседями. Она у нас героиня вообще – навещает всех  бывших воспитанников в детских домах.Так вот она узнала от соседки, что папа Иры познакомился с какой-то женщиной на турбазе, Она врач, возит его теперь по разным санаториям. Его и найти трудно. Он оставил семью и всё хозяйство после того как  их кто-то здорово потеснил там на хуторе. Взял в аренду озеро, запустил карпов и перегородил проход к единственному источнику из которого хуторяне Волковы воду набирали. Там колодцы оказываются нельзя копать Бурение скважин осложнено наличием в почве гранитных, скальных отложений, крупных валунов. Тот вредитель им дважды  дорогу искурочил. Свободно  собак огромных выпускал, одна из них отца Иры покусала . Мама после ухода отца одна там потихоньку пыталась бороться, что то доказывать, в суд подавала, воду ей все же разрешили набирать из озера чтобы овец напоить. Рассказала, что овцы и козочка неделю голодные в лесу в сарае топтались и кричали, так этот злодей получил разрешение от опеки их продать приезжим узбекам. Обещал деньки на сберкнижку Ириной маме положить. Екатерина Пертовна вместе с Ниной Леонидовной наветила Ирину маму в больнице. Та говорит, что не разбивала окно, что хозяин квартиры сам бросил стул. А её из за разбитого окна, оказывается поместили в больницу. Екатерина Петеровна так охарактеризовала маму Иры: »Слабый, бессильный человек, не способный постоять за себя переживает за весь мир». И политикой интересовалась и расстраивалась не только из за личных проблем, но и когда  видела, что никто не  борется с грязью и крысами, что газоны около больших домов усыпаны шприцами  и презервативами.

Я припомнила, как в  Тур. агентстве  оператор доброжелательно советуя нам с мужем приобрести путёвки  не по Скандинавии , а в Чехию,  не сомневаясь, что мы хотим хлебнуть немного цивилизации , говорила:  «Там ещё чище, вы отдохнёте, насладитесь. Вы знаете, я даже ни куда по музеям не ходила, просто наслаждалась чистотой и красотой города ».

– Боже мой!   – думала я , до чего же мы дожили, что готовы зарабатывать, копить  по несколько лет деньги, чтобы только дней пять пожить в чистоте  другой маленькой страны!

Глава 7

Дневник . Конец февраля.

28.02. 1999.

Неделю не делала записей . Событий было много. Каждый день насыщен событиями, о которых хочется кому то рассказывать, но муж не охотно слушает, у него своих впечатлений  хватает. Он последние годы занимается ремонтом машин, о основном  кузовные работы. Крупное  научно производственное объединение , на  котором мы оба трудились много лет было ликвидировано в итоге великих преобразований по имени "перестройка". Муж мой, был начальником большого цеха на заводе , завод разорён. я работала в НИИ – он уничтожен так же как  разорены КБ и разные научные школы, целые отрасли оборонной промышленности пошли прахом конверсии.

Мой самозанятый  автослесарь трудится в арендованном нами гараже,  благо приобрёл богатый опыт ремонта собственного старенького Москвича ещё в студенческие годы. 407й был  приобретён у хитрого старичка и сразу потребовал капитальных вложений сил и денег.   Так что аппараты электро и газо сварки  и все остальные прибамбасы для ремонта машин давно имеются  у мужа в наличии . Ремонтировал он и раньше другие машины в свободное от работы время младшему брату и друзьям.

Так же как и мне , хватает ему общения с самыми разными людьми , хватает и головоломок с возвращением первозданной  красоты битым и проржавевшим легковушкам. Замена  крыльев, порогов  капотов и т.д. на новые невозможна из-за отсутствия их в продаже и поэтому приходится ему ставить заплатки, выравнивать помятости после аварий . Основное время своей жизни он проводит в бетонном гараже, обогревая  помещение дровяной печкой буржуйкой. Когда бывает дома, то отмыв, отерев  руки от шпаклёвок и краски,  наспех поев,  начинает на бумагах и картонках моделировать помятости, чтобы определить место точного нажатия или удара для восстановления гладкой ровной поверхности.

А я с головой ушла в подготовку постановки по написанному мною в стихотворной форме  сценарию к 23 февраля,  радуюсь новым открытиям, незаметным на первый взгляд,  положительным переменам в поведении  и настроении каждого из девяти наших ребят и девочек. В официальных отчётах отмечаю: «воспитанники подчиняются  правилам, все в группе способны к волевым усилиям, все следуют социальным нормам поведения во взаимоотношениях с взрослыми и со сверстниками, все соблюдают правила безопасного поведения и личной гигиены». Стандартный набор слов , но у каждого свои проблемы которые отражаются и на поведении. Как же хорошо, что у меня такие коллеги: Таисия Игнатьевна и Нина Брониславовна . Мы подолгу друг другу передаём смену, сообщая в подробностях обо всем, что тревожит или радует каждого из наших воспитанников. А, потом, придя домой ещё созваниваемся и делимся рассказами о событиях в приюте, советуемся как поступить в каждой непредвиденной ситуации.. Они очень разные  , но обе умеют с головой уходить в свою  работу, обе  эрудированные, находчивые,  энергичные легко и с юмором создают взаимный контакт с каждым из наших подростков. Можно сказать что мы вызываем доверие у наших парней и девочек  больше чем другие источники , но и нас обмануть  для них в некоторых ситуациях даже гордость . Поэтому нам, воспитателям, надо тоже быть между собой заговорщиками.. Такие наши воспитанники как Ирочка или Олег  возможно сами до конца   не понимают, что с ними происходит  они  всегда хотят остаться незаметным, чтобы их не трогали, в то время как другие  стараются чтобы их заметили и поговорили с ним. Коллеги мои легко и я находим способы помочь  открыться таким как Виталик , Даша и Аня проявив к ним заинтересованное  отношение, даём понять, что их проблемы понятны и решаемы. Но наши подходы и попытки изменить настроение тех, у кого  большая печаль перехлёстывает всё – безуспешны. В успокоительные слова надо включать обещание позитивной перспективы, а если перспектива не определённая, то врать не можем. Психолог  добывает информацию для Иры, но пока особо утешительного  в ней нет. А мы, вовлекая их в театральную деятельность можем только отвлекать от тяжёлых мыслей. И как же меня порадовало когда  Ирочка смеялась во время  прочтения сценария, когда улыбается Олег.

Много репетировали. Саша уверенно взялся играть товарища  Сухова.  Изображая Восточных женщин, Аня и Даша легко и быстро уловили интонации и акцент .

Первая жена:

Хорошо жить на востоке,

Кушать чай из пиала и лежать на солнцепёке

Жёны сделают дела.

Вторая: Хорошо быть очень сильным

С пушкой средь песков гулять

А портянки, как подарок

В стирку жёнам отдавать

Хотелось, чтобы Ирочка – Гюльчатай  капризно пропела:

В бочку с нефтею один

Загонял нас господин

Другой, честь спасая нашу,

Поджигать велел ту чашу.

Но Ира стеснялась, боялась я её обидеть, несколько раз показывала как надо . Но в результате её  кроткий голосок тоже оказался уместным.

И голос Кати уже был уверенный  и напористый :

Гюльчитай, что говоришь!

Русский кровь в тебе малыш!

Мы имеем господин,

Много нас, а он один.

Непосредственно перед праздником я занималась вместе с девочками оформлением общего зала, когда они ложились спать, продолжала одна  закреплять сделанную из ватмана  военную атрибутику  разных времён. В центре  сцены на постаменте, из больших скученных  в широкий тубус листов ватмана , поставила три  разных  по  росту столбика . Погонами, воротничками из цветной бумаги обозначила воинские различия. Вместо голов положила надутые воздушные шарики. На  один из них  положила солдатскую пилотку, на другой  фуражку, на третий матросскую бескозырку. Всё  это взрослые принесли по моей просьбе из своих домов. Праздник был не в мою смену, я не могла в это раз на нём присутствовать , у меня заболел котик, я просидела с ним в ветеринарке, волновалась, плакала, думала только о нём. Слава Богу все обошлось, помогли капельницы, катетер, и добрые умелые руки ветеринара. Говорят, что концерт посвящённый дорогим мужчинам «Славные сыны Отечества» прошёл торжественно, радостно, вдохновенно и тепло! Очень рада что наша совместная постановка с педагогом дополнительного образования – музыкальным работником приюта Тамарой Владимировной   вызвала массу эмоций. Говорят, что долго аплодировали. Взрослые из бухгалтерии и социальные работники  подходили выразить восторги Тамаре Владимировне . .Директору , как всегда, на концерте пели дифирамбы . На сцене получали  подарки и выступали  с хорошими стихами нарядные мальчики. Девочки пели и танцевали. На сцену вышли для получения поздравлений все мужчины приюта, они же все без исключения члены семьи и родственники Глафиры. «Мы желаем вам успехов на вашем благородном фронте, счастья вам и добра!» дружным хором пропели девочки  им: директору – Илье Михайловичу, воспитателю Эдуарду Эдуардовичу, водителю – Михаилу (сыну директора и внуку зам директора по воспитательной работе) и ещё работнику АХО – двоюродному брату Глафиры Андреевны. На сколько нам известно , ни Эдуард, ни Миша в армии не служили. Про Илью Михайловича и заведующего АХО не знаю. Рассказывают, что директору трудно было скрывать свои переживания. Он , явно был чем-то очень огорчён. Скорее всего возникли большие проблемы в связи с кражей у него из сейфа денег.

Газета посвящённая 23 февраля всем тоже очень понравилась, туда мы  поместили некоторые из наших приколов. Удивила меня наша самая младшая в группе воспитанница, Ирочка. Она не срисовала со страниц книги как все,  а сама простым карандашом набросала на бумаге женщину в ватнике, спасающую дочь из разрушенного дома.  Детали разрушения, какие то кирпичи и доски  очень подробно и тщательно прорисованы. Есть там и разбегающиеся в стороны  плохо прорисованные домашние животные. Я поговорила с медсестрой, которая присутствовала при создании рисунка. Она говорит «А я просто спрашивала её про жизнь на хуторе, она скупо отвечала  и рисовала , рисовала».

Смену мне передавала моя коллега – энергичная умница, остроумница  всеми уважаемая Нина Брониславовна записала в тетради передачи смены: «Елена Сергеевна, спасибо за оформление зала и за газету , всё супер, а газета просто супер, Супер!!!» . Я её мнением дорожу.

Сама то она испекла с  нашими девочками торт  бисквитный к празднику. Меня как всегда в таких случаях ждал в холодильнике кусочек.

Теперь о детках. Даша категорически отказалась продолжать встречи с упомянутой ранее супружеской парой. Заметна была большая внутренняя борьба, влияющая постоянно на перемены настроения  девочки. Было и множество неприятных переговоров Даши с взрослыми людьми в приюте, противоречивые советы разного рода . Каждый совет по-своему справедлив и не справедлив. Но Даша в конце концов решила сама и очень твёрдо. Больше всех на решение повлиял, конечно, папа .Он появился в приюте и сказал Даше, что возьмёт её «к себе» 1 апреля. На вопрос «куда?» никто не знает ответа. Я его задавала и воспитателям и психологу и соц.работнику и Глафире  Андреевне.. Каждый из них свой долгий, пространный ответ начинает с : «Не знаю, куда он может её взять, в свою семью это исключено….». Кроме того все понимают, что и оформить документы на перевод Даши на новое место жительства за короткий срок невозможно. То есть папина фраза, брошенная просто так опять оставила Дашу в состоянии неопределённости . А у предполагаемых усыновителей рухнула, судя по всему, последняя надежда на семейное счастье на не одинокую старость.

Аня дала согласие на лишение родительских прав её мамы. Бумагу – объяснение для суда мы составляли с ней вдвоём. Получилось  так «Я очень люблю по-прежнему свою маму, но продолжать находиться с ней вместе я не могу  т.к. в этом случаи моя собственная жизнь может стать повторением ошибок её жизни».

Эта короткая фраза, что то значит наверное, но рождена она очень и  очень долгими размышлениями. Разговаривали с Аней  о её взаимоотношениях с мамой и психолог и социальный работник наша  хлопотливая Нина Леонидовна мы воспитатели. Аня очень терзалась вопросом лишения мамы родительских прав. Она сама  пришла ведь  к нам в приют от неё и понимает прекрасно  что через много лет  алкоголичка пойдёт на всё. что бы заполучить в очередной раз бутылку спасительного зелья. Возможен вариант, что она будет  шантажировать Анину будущую семью, будет звонить  ей на работу и прочее, упрекая дочь, в том. что та не выполняет  свой дочерний  долг.

К Олегу приезжала его бабушка из г.Талина. Она разбудила сначала меня в 5 час. утра, потом Глафару  Андреевну.. Долго объясняла нам сонным что ей надо срочно получить с помощью Олега форму №9 до двенадцати час., и не хотела понимать объяснения того, что паспорт находится у соц. работника, которая может начать свой рабочий день где угодно в РОНО, в сберкассе, в ОППН, в квартире родителей какого-нибудь  ребёнка и т.д.

Бабушка привезла в Питерскую психиатрическую больницу свою дочь, о которой я лично ничего не знаю, и рассчитывает на наше сочувствие, понимание и помощь т.к. ей надо срочно оформить визу. В противном случаи бабушке будет в дальнейшем закрыта дорога  в Питер.  На сочувствие  и понимание она рассчитывала, я так думаю, ещё и потому что Глафира недавно гостила у неё в Таллинне.

Потревожив меня, бабушка нашла в моём лице внимательного слушателя и человека, попытавшегося найти выход из положения. Я , стоя босиком на полу, продирая глаза , пытаясь придать бодрость своему сонному голосу, обещала в 9 утра, когда придут на работу многие сотрудники приюта, попытаться проникнуть в кабинет соц.работников и к этому времени подготовить Олега к поездке на встречу с бабушкой.

Второй её  звонок разбудил Глафиру Андреевну., с тех пор бабушка уже к ней никогда ни за чем не обращается. «Я была злая, как крокодил», рассказывала мне позже Глафитра.

У Олега появились деньги, а следовательно стала чаще болеть голова, и чаще стали возникать конфликты с нами, воспитателями по поводу подозрения в распитии бутылок пива.  «Ну вот, – стал часто кричать он – опять мне никто не верит?» .

Очень наивным надо быть, чтобы верить, когда в комнате пахнет пивом, а внизу в ящике с мусором появляются вечером, бутылки. В приюте только три взрослых парня Олег, Саша, Денис. Конечно, далеко не все «в группе способны к волевым усилиям» как я отчиталась, но Олег ходит, ходит в школу! С ним много времени проводит психолог Екатерина Петровна, и  это не беседы и тесты целенаправленные , а занятия английским, по которому у него катастрофическое отставание от младших его по возрасту одноклассников.

Нина Брониславовна  завела , тетрадь, в которую мы записываем  высказывания наших подростков и  детей с младшей половины такие например: Руслан воспитателю: «Елена Сергеевна, вас к телефону» поднимаясь по лестнице: «Спасибо, а кто там?». Руслан: «Я не знаю». Спашиваю: «Ну кто? Мужчина, женщина, ребёнок?»Он : «Я не спросил».

Разговор о днях рождения. Шестилетняя Надя: «Сколько раз у меня было день рождения, и представляете, всегда в один и тот же          день!».

Надя (6 лет) дарит свой рисунок врачу. Доктор – очень заслуженный, очень уважаемый в   высоких кругах специалист, восхищается подарком девочки очень долго. Надя с сочувствием: «Вам что никто никогда не дарил подарки?».

Ребята старшей группы рассматривают линии на руках: «Линия жизни , линия судьбы». Саша, показывая на какую то линию: «А вот линия учёбы».

Семилетний Мирон гордо демонстрирует свои знания показывая ладошкой на верхнюю часть висящей на стене  карты: « А это Северо ядовитый океан».

Он же восторженно:

– У нас сегодня в школе на сцену выходила одна девочка и нам показали, что у неё три пупка.

-как это показали?

– Да, её учительница показала и все хлопали в ладоши.

– А как она могла показывать, что-то непонятно

– Она держала в руках . Она спортсменка её по гимнастике наградили даже , она много где выступала и её награждали.

– А! Наверное  три кубка?

– Ну да

Глава 8

Ира

– Иришка, не спишь?  Можешь ещё полежать, тебе близко в школу  прошептала  – Елена  Сергеевна  заглянув в комнату девочек . – время есть . А Катюше ведь к первому уроку?

– да

– Катенька, солнышко, поднимайся . вставай потихонечку, тебе далеко ехать – подошла Елена к кровати Катюхи, наклонись , потянула слегка скомканное под ногами спящей девочки одеяло в нежном цветном пододеяльнике .

– Ой!  Елена Сергеевна , так не хочется вставать , это моя одеяла! Отдайте мою одеялу! – не открывая глаз сонно сказала Катя.

– твоя одеяла чуть не упала. Зачем тебе одеяла если ты на ней лежала.

– чтоб одеяла моя  не упала я на ней лежала – уже иргиво смеясь ответила Катя

– ты её опять роняла

– Ну можно я еще поваляюсь немного – сонная с полузакрытыми глазами вальяжно потянулась в пижаме на мятой простыне Катя. – Зачем вы тревожите детей – дети спать хотят.

– Мы очень жестокий народ – воспитатели.  Спать  они, видите ли хотят иш какие.. А что это у тебя под подушкой проездной билет лежит? Вот это правильно,  вот это разумно,  вдруг контролёр войдёт, а у тебя все под рукой. Девченки вставайте, пойду мальчишек будить.

Воспитать ушла, Катя потягиваясь села на кровати.

– Вот ты вчера «Жёлтые страницы листала» а мне снится что мама моя так быстро бежит себе спокойно так легко  без инвалидной коляски и костылей  и этот толстый журнал «Жёлтые страницы» крепко держит двумя руками. Я такая радостная ей «Мама, мама! Ты ходишь! Я сейчас Сашку позову, вот он обрадуется» и вдруг Миша , который водитель выбегает и хвать у неё журнал. А мама сразу упала и поползла по земле, это где то на улице на незнакомой какой то. Я подбегаю, хочу помочь ей встать , а она говорит «Нет, я без журнала не смогу встать, не смогу идти».

– Ну, конечно, она же постоянно у тебя на телефоне. Все организовывает для вас с Сашей, сюда звонит воспитателям часто.

– А ты что вчера смотрела?

– Я хочу узнать где моя мама лежит, в какой больнице.

– Так ты спроси.  У тебя кто социальный работник?

– У меня Карина, но она не говорит.

–А что она сказала?

– Просто, что туда не пускают. И Екатерина Петровна тоже так сказала. Она была у мамы, сказала, что там не принято скоро выписывать. Но с мамой все в порядке.

– А что за больница?

– я не знаю, я пошла мыться, а потом завтракать. Одевайся догоняй.

Школа рядом. воспитатели помогают разобраться в дом.заданиях. У Иры одни  пятёрки и четвёрки (а ведь в Пиозерске  она училась значительно хуже ), её хвалят как хорошую помощницу. Девчонки не вредные. Катька, с которой Ира живёт в комнате очень смешная, приколистка просто. Говорит дурашливо. Когда подходит к воспитателям, может что, ни будь начать поправлять на их одежде , завязывать шнурочки на кофточке например и так  глядя в глаза  что-нибудь рассказывать им.

Ира же относится к воспитателям как к учителям в школе.

Воспитатели тоже приколисты, шутят постоянно.  Денис  так и сказал  Елене Алексеевне:

– Я понял. вы по жизни прикалываетесь.

Вчера было страшно, потом смешно. В гости в приют приехала пятнадцатилетняя девочка – бывшая воспитанница, которая вернулась жить домой, её зовут Женя . Она ведёт себя как-то вульгарно  но, воспитатели ,  её принимают радушно, расспрашивают о том, где она учится или работает.

Женя отвечает значительно, с достоинством, что теперь она работает воспитателем в детском саду. Девчонки переглянулись, а воспитатель , слушает как будто верит. Эта Женя  нахально зашла к ним в комнату, стала всё хватать, ей Катя сказала просто уходи, так она так разоралась ещё и матом. Полезла к ней драться, Катя заплакала.  Хорошо, что прибежала на крик Елена Сергеевна, сказала очень строго , но с приколом:  «Послушайте, коллега!!!  Я слышу нецензурные  выражения.  В  нашем заведении используются несколько другие методы и  приёмы воспитания, если вы помните? Извините, мы работаем по старинке.    Вы не могли бы вашу новую  методику применять только в стенах Вашего, вероятно, экспериментального детского сада».  Женя удивлённо вытаращила глаза, а за тем ушла.

Все ребята и девочки старше Иры, но Катя  и  Олег учатся, как и она в шестом классе. Саше и Денису  уже  по семнадцать – они в девятом. Здесь тепло , уютно, и особенно хорошо, когда всей группой собираются за столом под абажуром  на ужин. Правда, все немного поддевают друг друга, но Иру не трогают, просто потому, что она им не интересна.

Мысли о доме и прежде всего о маме не оставляют Ирку, но она даже представить не может каким образом если убежать, например, найти эту Пряжку. «Что на улице так и спрашивать – Скажите, пожалуйста, а где Пряжка находится?».  Часто  здесь в старшей группе  приюта  если человек тормозит или наоборот веселиться громко или психует ,  а всё это происходит  постоянно  то с одним, то с другим –  все называют друг друга   или Даунами или Скворцова – Степанова. Ира представляет как она  на улице и спросит: « Скажите пожалуйста, а как проехать к  больнице Скворцова-Степанова?». Олег очень похож на  доброго инопланетянина, его все называют «Лысый». «Лысый, пойдём покурим», «Лысый, ты за мной будешь на компьютере играть», «Лысый, дай плеер послушать». Олег всегда молчит, а когда говорит , у него голос мягкий виноватый.

Однажды  красавец  Александр вдруг подошёл к Ире и попросил её  дать Олегу списать  математику. Она торопливо достала  тетрадь с выполненным домашним заданием уже уложенную  в сумку . Раньше  с того первого  дня, когда её впервые  воспитатели  познакомили с  подростками , он её  вообще не замечал.

Первое знакомство вспоминать стыдно – она  разрыдалась и убежала, услышав в след «Скворцова –Степанова какая то» . Это было так:

Воспитатель Таисия Игнатьевна  спустилась за Ирой в изолятор. Взяла её пакеты с вещами и они вместе прошли по длинному коридору. Навстречу им попался тот парень, которого она видела ночью из изолятора. Сейчас он приветливо улыбался воспитателю.

– Здравствуйте Таисия Игнатьевна – сказал он. Это к вам?

– Да, Миша, здравствуй

Парень , вдруг наклонился к Ире и ехидно произнёс « Сплетница».

– Миша, ты что? Наша девочка она в изоляторе была.

Парень промолчал, пошел в другой конец коридора и свернул в ту сторону где тоже возле изолятора есть лестница на второй этаж.

Иру слова парня очень обидели, она чуть не плакала пока поднимались по лестнице,ведущей в старшую группу. Стены  этого  перехода украшены   большими намалёванныеми гуашью портретами лохматых женщин  в очках и  без очков и лысых мужчин. Воспитатель бодро рассказывала , что  это  портреты  сотрудников приюта, нарисованные  детьми. Ире стало ка то радостнее от вида этих забавных детских работ. Захотелось чтобы и её рисунок оказался вот  так в рамочке на  общем обозрении и она мысленно начала   рисовать эту  женщину с густыми волосами. Не хотелось, чтобы  её портрет был  бы  так же похож на все остальные, но способ изображения волос этой  шустрой, весёлой, конопатой женщины она видела  только один – размазывание круговыми  движениями   оранжевой краски.

Поставив сумку и свободной рукой приобняв Ирку воспитательница  подтолкнула её  бережно  в комнату , где на окнах  спокойными ровными  фалдами до подоконника опускались красивые  заграничные  занавески, у стен  стояли две аккуратно убранные деревянные кровати и современный шкаф . За письменным столом сидела  девочка , недокрашенная блондинка , её руки занятые иглой и  катушкой с нитками зависли над  полиэтиленовым  мешочком с бисером. Эта девочка  заглядывала раньше  в изолятор, когда посещала мед пункт, но сейчас она смотрела очень недовольно. Позади  Иры и Таисии Игнатьевны в одно мгновение вдруг раздался топот многочисленных ног и  возникло  в дверях человек десять (как показалось Ире) ребят и девочек. Таисия Игнатьевна слегка развернувшись к ним вместе с Ирой бодро  и радостно сообщила , что пришла новенькая девочка  «Смотрите, какая симпатичная» . Боковым зрением  Ира видела как крашеная блондинка поморщилась многозначительно  посмотрев на  группу. Не обращая внимания,  воспитатель продолжала: «Вот Ирочка, это у нас Аня, она  тебя постарше,  расскажет тебе о наших порядках. Мы сами готовим, сами убираем. Ты знаешь об этом? Ира кивнула , взглянув на воспитателя  большими влажными глазами как тонущий смотрит на непонятный предмет ,  с надеждой и сомнением, что он останется на плаву если за него ухватиться, потому, что все ухмыляясь не просто ждали шоу, а мечтали сами его устроить, но не было пока подходящей зацепки. Так ей казалось.

– Аня вышивает у нас, вот плетёт из бисера, она тебе покажет потом какие картины у неё великолепные из бисера.

– Ой я вся такая рукодельная – дурашливо сказала Аня. Потом просящее жалостным тоном обратилась к воспитателю.

– Ну Таисия Игнатьевна !  Я хочу с Дашунькой жить. Ну пожалуйста.

– Из толпы Ира услышала  ноющий девичей голос

– Нам обещали.

– Опять кто-то непонятный, что то обещал. Сколько раз : «Сказали, обещали. .»– что за манера. Кто сказал?  –  обратилась она к толпе Все молчали.

– Кто то неизвестный, что то обещал, а я должна немедленно исполнить?

Группа заухмылялась уже над девочками. Высокий парень очень серьёзно возмущенно обратился баском к  Ане.

– Мне не надо чтобы вы ржали у меня за стенкой  вечерами. Знаете , Таисия Игнатьевна как они мне надоели. Анька забегает к девчонкам и ржут как дуры. Я не могу сосредоточиться. Ни почитать ни чего.

– Предатель! Тебе дают у компьютера сидеть , ты и  сидишь тихонько. Ненавижу таких людей – возмутилась Анька – Я вчера за тетрадкой  зашла только к  Кате…а он , ну до чего противный.

– Так, сегодня я ничего менять не  буду. общаться вам никто не мешает днём с кем хотите, а вечером спать надо ложиться, а не разговаривать.

– Ну пожалуйста, ну пожалуйста, мы вас очень просим. Мы очень тихонечко будем. Вот увидите –  заныли девчонки!

– Нет, я сказала! Утром Даше с Катей  раньше вставать в школу. Получится, что в двух комнатах одни будут мешать другим спать или собираться в школу. Так, давайте  с Ирой познакомимся   – к ужасу девочки, сказала воспитатель и все взоры обратились опять на неё.

– Я Александр  – сказал большой  парень Ире  – ты  не бойся , в общем тут  ни кто не кусается, но вообще опять  подобострастно обратился он  снова к воспитателю – куда нам такую маленькую Таисия Игнатьевна. Её просто,  вы понимаете здесь …ну она  не подойдёт….она готовить не умеет конечно. Как можно её заставлять посуду мыть.

–– Курить не ходит, списать не даст –  продолжила воспитатель – тебе бы отличницу, девятиклассницу , красавицу, дуру влюблённую в тебя, делающую за тебя задания…. извините, ищем по всему городу. Пока вот не удаётся найти. Ты уж извини нас не расторопных.

– При чём тут  красавица.. и я , между прочим не курю. Я договор  подписал

– А я между  всем  прочим верю.  Раз  договор подписан, то, конечно же, не куришь Сашенька, как ты можешь сомневаться в моей вере в тебя. Даже обидно. Следующий!

– Олег – тихо произнёс  инопланетянин и спрятался за других.

– А я Катюха . Таисия Игнатьевна- я не против, пусть со мной живёт. – весело  сказала такая опрятнинькая, домашняя девочка – Ты в какую школу  ходишь? – обратилась она в Ире дружески.

– Пока не в какую, мне сказали. что буду в эту – Ира показала в окно.

– В какай, в какой класс – заверещали  двое пацанов.

– Ира будет учиться в шестом, она….

– Ха ! Олежка  в наш с тобой класс, поздравляю –  громко захохотал  почему то низкого роста  белобрысый парнишка. Ну мы тебя там научим. Мы тебя будем оберегать. Ты не беспокойся ,  только ты нам  будешь математику  решать, мы будем списывать. Скажи, Лысый прикольно да.  – дурашливо начал он. А Если не дашь, ты уж извини мы такие…

Другой, тоже небольшой, подхватил

– Ты знаешь, мы такие крутые. мы тебя живо….. нет, мы не обидем……ну пару раз там поддадим……ну  с кем там не бывает…знаешь… так с легка…..– они качая головами окружили Иру  и на перебой под  общий  хохот  стали болтать  подобную ерунду, дружески постукивая её по плечу и махая перед лицом руками с растопыренными пальцами.

Чувствуя,  как растущий внутри её мокрый  ком быстро  катится к глазам, чтобы вылится потоком слёз, Ира выскочила, пробираясь, сквозь  спокойно расступающуюся толпу из комнаты и побежала неизвестно куда во время продолжающегося разговора. Но уже  за спиной она слышала голос воспитателя

– Так, Бабасюк и Андреев , что вы здесь делаете, живо на свою половину . Я тебе сейчас поиздеваюсь, я тебе так поиздеваюсь. При слове «так» она что то сделала им, похоже взяла их за  шкирки .

– Да, чё вы я не виноват, что она Степанова-Скворцова. Шуток не понимает….Нам Миша сказал что дуру какую то привели нам тут. Ревёт ещё, а я виноват..да?

Внизу, в пустом коридоре, воспитательница, прижимала Иру к себе, так как будто она хочет выдавить из нё надуманную как она говорила , беду.

– Не плачь дурёха, они перед тобой выпендриваются. Хотят крутыми показаться. Оба трусы и шестёрки у больших ребят. И вообще они с младшей половины, я их загнала туда. Пойдём, не плачь. Увидишь, потом со смехом будешь вспоминать , как ты убежала. Тебе у нас понравится. Вот увидишь. Пошли, заглянула в лицо Ире Таисия Игнатьевна , но девочка мотнула головой, прижатой  к шерстяному   боку чужой женщины и  продолжала поливать  её юбку слезами.

Поуговаривав, Таисия Игнатьевна дала возможность  порыдать  Ирке одной в тёмном углу. Всё, всё накопившееся  за последние две недели, да и за всю жизнь вложила Ира в эти слёзы. Потом стала прокрадываться на верх, прислушиваясь к шуму голосов  ребят и музыки , сосредоточенному  в другом конце коридора. Она схватила в пустой комнате свои  сумки и побежала вниз , в пустой коридор вытаскивать и одевать свою куртку и сапоги.

–Надо искать маму, надо давно было её искать. Прочь от сюда. из этого чуждого  ей дома.

К отцу она не поедет, пусть себе живёт с чужими людьми, пусть сажает на плечо чужого ребёнка, как видела Ира . Этой Питерской тётке непременно надо было с тур базы  приехать в Приозерск со своим ребёнком и с моим отцом..

– Куда собралась? – устало спросил лежащий на диване у телевизора охранник.

– Гулять

– Воспитатели отпустили?

– Да

– Иди, скажи им пусть мне позвонят.

Ира разделась и поднялась на верх..  Там звонили колокола.

Аня пробегая мимо  Иры , приостановилась

– Это так на ужин у нас зовут. Пойдём я тебе покажу где руки мыть. Давай скорее..

Когда они вошла в туалет, ей Даша протянула  мокрое мыло, а сама стала смывать руки под краном.

– Вставай сюда, здесь вода лучше идёт….я только здесь моюсь всегда, знаешь такая струйка душиком,  правда приятно ?…

Тёплая. чистая вода  пенилась в руках, смывала грязь. усталость, согревала  маленькие  слабые  руки.

Вечером девчонки на перебой ей рассказывали о приюте а своём отделении «Могочи». Подвели Иру к интересной стенгазете в виде забора на котором объёмные фигуры перелезают через забор выглядывают из за него . «Это мы с Еленой Сергеевной делали». Там в стенгазете и конкурс «Пятёрочка», где в клетки по датам заносят  «5» только если пятёрку получил .

– Видишь, у меня больше всех пятерок – говорила Даша

– Ага, только по физкультуре. У меня более ценные: по математике и за сочинение.

– Ты сама сочинение писала ? Тебе Елена Сергеевна помогала.

– Ну и что, она проверила и подсказала некоторые идеи , и всё. Писала то я.

– Вот читай про нас – обняла она Иру за плечи указывая пальцем  на красочный лист: Легенда о Могачах.

«Живут поживают в воеводстве «Фламинго» молодые Могачи, которых с октября 1989 года отделил главный воевода, выделил им отдельное место для проживания, благоустроил им комнаты на двух человек, отдельную кухню, душевые кабинки и гордость воеводы диковинное изобретение сантехники  – биде. В напутственном слове изрёк так: Даю вам дети мои удочку и какую рыбу будете ловить как-то от вас зависит на том и порешили.

Стали Могачи жить -поживать да добра наживать. В начале устроили презентацию расчудесную, получили полезные подарки (часы, книги, плошки и другие нужные хозяйственные вещи), стали учиться готовить вкусные блюда да знатных людей приглашать, вроде как программу «Смак», то есть знатный человек готовит, а могачи учится, помогают, а потом и дегустируют. Блинчики с любыми  начинками, голубцы не ленивые, супы наваристые, пироги сдобные – вот неполный список рациона скромных гурманов.

Славится могачи и своих гончарных дел мастерами, изделия из глины украшают их жилища, появляются заказчики из воеводства. Скоро будет аукцион керамических изделий. Возродили могачи забытые традиции воеводства рванули на каникулах в горы Хибины аж на 10 дней жили в палатках ходили на перевалы, закалились подружились, испытывали себя и выдержали.

Много умений приобрели славные могачи много им предстоит постигнуть, но они готовы они сильны потому что они вместе. Они любят своих учителей, которые учат их с любовью и если кто-то покидает молодое племя он уносит в своём сердце добрую память и любовь.

Ходит молва в воеводстве разные о богачах, кто говорит «своевольные», кто пожимает плечами, но старейшины называют это мудрёным словом  – реабилитация.

Сноска: «могач» словообразование В.Хлебникова , от слов «могу» «мочь», «богач» старший экспериментальная группа ГУ СРЦ «Фламинго».

– Вы сами сочинили? – спросила Ира

– Нет , мы все вместе с Ниной Брониславовной  сочиняли. Но она знает больше, мы сразу сюда на это отделение  пришли, уже были «Могачи», они , те первые, уже здесь не живут. Мы все временно здесь.

– Вы и в походы ходите, в горы?

– Нет, мы не ходим. Там, в прошлом году  был другой воспитатель. Он уволился.

Глава 9

Дневник . Конец февраля. Гюльчитай.

28.02. 1999.

Неделю не делала записей . Событий было много. Каждый день насыщен событиями, о которых хочется кому то рассказывать, но муж не охотно слушает, у него своих впечатлений  хватает. Он последние годы занимается ремонтом машин, о основном  кузовные работы. Крупное  научно производственное объединение , на  котором мы оба трудились много лет было ликвидировано в итоге великих преобразований по имени "перестройка". Муж мой, был начальником большого цеха на заводе , завод разорён. я работала в НИИ – он уничтожен так же как  разорены КБ и разные научные школы, целые отрасли оборонной промышленности пошли прахом конверсии.

Мой самозанятый  автослесарь трудится в арендованном нами гараже,  благо приобрёл богатый опыт ремонта собственного старенького Москвича ещё в студенческие годы. 407й был  приобретён у хитрого старичка и сразу потребовал капитальных вложений сил и денег.   Так что аппараты электро и газо сварки  и все остальные прибамбасы для ремонта машин давно имеются  у мужа в наличии . Ремонтировал он и раньше другие машины в свободное от работы время младшему брату и друзьям.

Так же как и мне , хватает ему общения с самыми разными людьми , хватает и головоломок с возвращением первозданной  красоты битым и проржавевшим легковушкам. Замена  крыльев, порогов  капотов и т.д. на новые невозможна из-за отсутствия их в продаже и поэтому приходится ему ставить заплатки, выравнивать помятости после аварий . Основное время своей жизни он проводит в бетонном гараже, обогревая  помещение дровяной печкой буржуйкой. Когда бывает дома, то отмыв, отерев  руки от шпаклёвок и краски,  наспех поев,  начинает на бумагах и картонках моделировать помятости, чтобы определить место точного нажатия или удара для восстановления гладкой ровной поверхности.

А я с головой ушла в подготовку постановки по написанному мною в стихотворной форме  сценарию к 23 февраля,  радуюсь новым открытиям, незаметным на первый взгляд,  положительным переменам в поведении  и настроении каждого из девяти наших ребят и девочек. В официальных отчётах отмечаю: «воспитанники подчиняются  правилам, все в группе способны к волевым усилиям, все следуют социальным нормам поведения во взаимоотношениях с взрослыми и со сверстниками, все соблюдают правила безопасного поведения и личной гигиены». Стандартный набор слов , но у каждого свои проблемы которые отражаются и на поведении. Как же хорошо, что у меня такие коллеги: Таисия Игнатьевна и Нина Брониславовна . Мы подолгу друг другу передаём смену, сообщая в подробностях обо всем, что тревожит или радует каждого из наших воспитанников. А, потом, придя домой ещё созваниваемся и делимся рассказами о событиях в приюте, советуемся как поступить в каждой непредвиденной ситуации.. Они очень разные  , но обе умеют с головой уходить в свою  работу, обе  эрудированные, находчивые,  энергичные легко и с юмором создают взаимный контакт с каждым из наших подростков. Можно сказать что мы вызываем доверие у наших парней и девочек  больше чем другие источники , но и нас обмануть  для них в некоторых ситуациях даже гордость . Поэтому нам, воспитателям, надо тоже быть между собой заговорщиками.. Такие наши воспитанники как Ирочка или Олег  возможно сами до конца   не понимают, что с ними происходит  они  всегда хотят остаться незаметным, чтобы их не трогали, в то время как другие  стараются чтобы их заметили и поговорили с ним. Коллеги мои легко и я находим способы помочь  открыться таким как Виталик , Даша и Аня проявив к ним заинтересованное  отношение, даём понять, что их проблемы понятны и решаемы. Но наши подходы и попытки изменить настроение тех, у кого  большая печаль перехлёстывает всё – безуспешны. В успокоительные слова надо включать обещание позитивной перспективы, а если перспектива не определённая, то врать не можем. Психолог  добывает информацию для Иры, но пока особо утешительного  в ней нет. А мы, вовлекая их в театральную деятельность можем только отвлекать от тяжёлых мыслей. И как же меня порадовало когда  Ирочка смеялась во время  прочтения сценария, когда улыбается Олег.

Много репетировали. Саша уверенно взялся играть товарища  Сухова.  Изображая Восточных женщин, Аня и Даша легко и быстро уловили интонации и акцент .

Первая жена:

Хорошо жить на востоке,

Кушать чай из пиала и лежать на солнцепёке

Жёны сделают дела.

Вторая: Хорошо быть очень сильным

С пушкой средь песков гулять

А портянки, как подарок

В стирку жёнам отдавать

Хотелось, чтобы Ирочка – Гюльчатай  капризно пропела:

В бочку с нефтею один

Загонял нас господин

Другой, честь спасая нашу,

Поджигать велел ту чашу.

Но Ира стеснялась, боялась я её обидеть, несколько раз показывала как надо . Но в результате её  кроткий голосок тоже оказался уместным.

И голос Кати уже был уверенный  и напористый :

Гюльчитай, что говоришь

Русский кровь в тебе малыш

Мы имеем господин

Много нас, а он один.

Непосредственно перед праздником я занималась вместе с девочками оформлением общего зала, когда они ложились спать, продолжала одна  закреплять сделанную из ватмана  военную атрибутику  разных времён. В центре  сцены на постаменте, из больших скученных  в широкий тубус листов ватмана , поставила три  разных  по  росту столбика . Погонами, воротничками из цветной бумаги обозначила воинские различия. Вместо голов положила надутые воздушные шарики. На  один из них  положила солдатскую пилотку, на другой  фуражку, на третий матросскую бескозырку. Всё  это взрослые принесли по моей просьбе из своих домов. Праздник был не в мою смену, я не могла в это раз на нём присутствовать , у меня заболел котик, я просидела с ним в ветеринарке, волновалась, плакала, думала только о нём. Слава Богу все обошлось, помогли капельницы, катетер, и добрые умелые руки ветеринара. Говорят, что концерт посвящённый дорогим мужчинам «Славные сыны Отечества» прошёл торжественно, радостно, вдохновенно и тепло! Очень рада что наша совместная постановка с педагогом дополнительного образования – музыкальным работником приюта Тамарой Владимировной   вызвала массу эмоций. Говорят, что долго аплодировали. Взрослые из бухгалтерии и социальные работники  подходили выразить восторги Тамаре Владимировне . .Директору , как всегда, на концерте пели дифирамбы . На сцене получали  подарки и выступали  с хорошими стихами нарядные мальчики. Девочки пели и танцевали. На сцену вышли для получения поздравлений все мужчины приюта, они же все без исключения члены семьи и родственники Глафиры. «Мы желаем вам успехов на вашем благородном фронте, счастья вам и добра!» дружным хором пропели девочки  им: директору – Илье Михайловичу, воспитателю Эдуарду Эдуардовичу, водителю – Михаилу (сыну директора и внуку зам директора по воспитательной работе) и ещё работнику АХО – двоюродному брату Глафиры Андреевны. На сколько нам известно , ни Эдуард, ни Миша в армии не служили. Про Илью Михайловича и заведующего АХО не знаю. Рассказывают, что директору трудно было скрывать свои переживания. Он , явно был чем-то очень огорчён. Скорее всего возникли большие проблемы в связи с кражей у него из сейфа денег.

Газета посвящённая 23 февраля всем тоже очень понравилась, туда мы  поместили некоторые из наших приколов. Удивила меня наша самая младшая в группе воспитанница, Ирочка. Она не срисовала со страниц книги как все,  а сама простым карандашом набросала на бумаге женщину в ватнике, спасающую дочь из разрушенного дома.  Детали разрушения, какие то кирпичи и доски  очень подробно и тщательно прорисованы. Есть там и разбегающиеся в стороны  плохо прорисованные домашние животные. Я поговорила с медсестрой, которая присутствовала при создании рисунка. Она говорит «А я просто спрашивала её про жизнь на хуторе, она скупо отвечала  и рисовала , рисовала».

Смену мне передавала моя коллега – энергичная умница, остроумница  всеми уважаемая Нина Брониславовна записала в тетради передачи смены: «Елена Сергеевна, спасибо за оформление зала и за газету , всё супер, а газета просто супер, Супер!!!» . Я её мнением дорожу.

Сама то она испекла с  нашими девочками торт  бисквитный к празднику. Меня как всегда в таких случаях ждал в холодильнике кусочек.

Теперь о детках. Даша категорически отказалась продолжать встречи с упомянутой ранее супружеской парой. Заметна была большая внутренняя борьба, влияющая постоянно на перемены настроения  девочки. Было и множество неприятных переговоров Даши с взрослыми людьми в приюте, противоречивые советы разного рода . Каждый совет по-своему справедлив и не справедлив. Но Даша в конце концов решила сама и очень твёрдо. Больше всех на решение повлиял, конечно, папа .Он появился в приюте и сказал Даше, что возьмёт её «к себе» 1 апреля. На вопрос «куда?» никто не знает ответа. Я его задавала и воспитателям и психологу и соц.работнику и Глафире  Андреевне.. Каждый из них свой долгий, пространный ответ начинает с : «Не знаю, куда он может её взять, в свою семью это исключено….». Кроме того все понимают, что и оформить документы на перевод Даши на новое место жительства за короткий срок невозможно. То есть папина фраза, брошенная просто так опять оставила Дашу в состоянии неопределённости . А у предполагаемых усыновителей рухнула, судя по всему, последняя надежда на семейное счастье на не одинокую старость.

Аня дала согласие на лишение родительских прав её мамы. Бумагу – объяснение для суда мы составляли с ней вдвоём. Получилось  так «Я очень люблю по-прежнему свою маму, но продолжать находиться с ней вместе я не могу  т.к. в этом случаи моя собственная жизнь может стать повторением ошибок её жизни».

Эта короткая фраза, что то значит наверное, но рождена она очень и  очень долгими размышлениями. Разговаривали с Аней  о её взаимоотношениях с мамой и психолог и социальный работник наша  хлопотливая Нина Леонидовна мы воспитатели. Аня очень терзалась вопросом лишения мамы родительских прав. Она сама  пришла ведь  к нам в приют от неё и понимает прекрасно  что через много лет  алкоголичка пойдёт на всё. что бы заполучить в очередной раз бутылку спасительного зелья. Возможен вариант, что она будет  шантажировать Анину будущую семью, будет звонить  ей на работу и прочее, упрекая дочь, в том. что та не выполняет  свой дочерний  долг.

К Олегу приезжала его бабушка из г.Талина. Она разбудила сначала меня в 5 час. утра, потом Глафару  Андреевну.. Долго объясняла нам сонным что ей надо срочно получить с помощью Олега форму №9 до двенадцати час., и не хотела понимать объяснения того, что паспорт находится у соц. работника, которая может начать свой рабочий день где угодно в РОНО, в сберкассе, в ОППН, в квартире родителей какого-нибудь  ребёнка и т.д.

Бабушка привезла в Питерскую психиатрическую больницу свою дочь, о которой я лично ничего не знаю, и рассчитывает на наше сочувствие, понимание и помощь т.к. ей надо срочно оформить визу. В противном случаи бабушке будет в дальнейшем закрыта дорога  в Питер.  На сочувствие  и понимание она рассчитывала, я так думаю, ещё и потому что Глафира недавно гостила у неё в Таллинне.

Потревожив меня, бабушка нашла в моём лице внимательного слушателя и человека, попытавшегося найти выход из положения. Я , стоя босиком на полу, продирая глаза , пытаясь придать бодрость своему сонному голосу, обещала в 9 утра, когда придут на работу многие сотрудники приюта, попытаться проникнуть в кабинет соц.работников и к этому времени подготовить Олега к поездке на встречу с бабушкой.

Второй её  звонок разбудил Глафиру Андреевну., с тех пор бабушка уже к ней никогда ни за чем не обращается. «Я была злая, как крокодил», рассказывала мне позже Глафитра.

У Олега появились деньги, а следовательно стала чаще болеть голова, и чаще стали возникать конфликты с нами, воспитателями по поводу подозрения в распитии бутылок пива.  «Ну вот, – стал часто кричать он – опять мне никто не верит?» .

Очень наивным надо быть, чтобы верить, когда в комнате пахнет пивом, а внизу в ящике с мусором появляются вечером, бутылки. В приюте только три взрослых парня Олег, Саша, Денис. Конечно, далеко не все «в группе способны к волевым усилиям» как я отчиталась, но Олег ходит, ходит в школу! С ним много времени проводит психолог Екатерина Петровна, и  это не беседы и тесты целенаправленные , а занятия английским, по которому у него катастрофическое отставание от младших его по возрасту одноклассников.

Нина Брониславовна  завела , тетрадь, в которую мы записываем  высказывания наших подростков и  детей с младшей половины такие например: Руслан воспитателю: «Елена Сергеевна, вас к телефону» поднимаясь по лестнице: «Спасибо, а кто там?». Руслан: «Я не знаю». Спашиваю: «Ну кто? Мужчина, женщина, ребёнок?»Он : «Я не спросил».

Разговор о днях рождения. Шестилетняя Надя: «Сколько раз у меня было день рождения, и представляете, всегда в один и тот же          день!».

Надя (6 лет) дарит свой рисунок врачу. Доктор – очень заслуженный, очень уважаемый в   высоких кругах специалист, восхищается подарком девочки очень долго. Надя с сочувствием: «Вам что никто никогда не дарил подарки?».

Ребята старшей группы рассматривают линии на руках: «Линия жизни , линия судьбы». Саша, показывая на какую то линию: «А вот линия учёбы».

Семилетний Мирон гордо демонстрирует свои знания показывая ладошкой на верхнюю часть висящей на стене  карты: « А это Северо ядовитый океан».

Он же восторженно:

– У нас сегодня в школе на сцену выходила одна девочка и нам показали, что у неё три пупка.

–как это показали?

– Да, её учительница показала и все хлопали в ладоши.

– А как она могла показывать, что-то непонятно

– Она держала в руках . Она спортсменка её по гимнастике наградили даже , она много где выступала и её награждали.

– А! Наверное  три кубка?

– Ну да

Глава 10

Музей, Церковь

Так и повелось, Ира решат задачи одна или с воспитателем, потом  Денис берёт у неё тетрадочку и отдаёт  Олегу. Ребята  виртуозно  набивают огромное количество очков в вертульном, компьютерном катании на сноуборде. Уроки сделаны, а значит имеют право. Девчонки иногда попадают в компьютерное  кресло, но как то так складывается. что в основном  играют ребята. Ира и девочки на компьютере печатает  доклады по истории по географии по биологии.  Литературу помогают подобрать воспитатели.

Как то Ира печатала. а ребята смотрели  телевизор. Кто -то уходил, кто то приходил за спиной, разговаривали. Потом продолжительная  тишина, только знакомые рекламные фразы исходящие из ящика.

– Спасибо.– услышала  девочка. Она оглянулась, сидел  на диване один Олег.

– За что?

– Сама знаешь, сказал он , встал и вышел шурша широкими штанами.

Он и одет как инопланетянин. Шуршащие серебристые брюки, часы, не такие, как у всех. Приезжает  его бабушка из непонятной страны, привозит  голову сыра. Такую никто никогда не видел. Её кладут в  холодильник на кухне и все отрезают сколько хотят от неё. Лысого  всё время ругают и в школе и в приюте., над ним смеются, но все и дети и взрослые говорят,   что его обожают. Он постоянно жалуется на головные боли, и лежит в своей комнате ,укрывшись одеялом. Глафира  раньше  била в набат по этому поводу, Олежку обследовали , его возили в какие то институты, делали сложные обследования на  дорогой аппаратуре., но с некоторых пор она вдруг стала орать на него постоянно придираясь. Стаскивает  с него одеяло , заставляет что то перетаскивать в подвале. Ира проходя мимо комнаты парней видела, но не поняла, зачем  Глафира  поливала цветы в их комнате , она же директор, она  занимается  другими, очень важными  для приюта вопросами. в руках у неё была бутылка из под пива.

– Вот –  сказала она увидев Иру –  нашла у них. И  стуча каблуками  у же в коридоре  добавила обращаясь к  кому то

– Надо  избавляться.

Но что случилось во время концерта? Им долго аплодировали взрослые и дети. Счастье было видеть лица взрослых , как они все смотрели ! Все те, кто в обычной жизни  был равнодушен к детям: бухгалтер, секретарь директора, те, кого обычно раздражали дети (злая кладовщица и уборщица), во время выступления смотрели так же умилённо и восторженно как и те кто их откровенно любит.На аплодисменты выходили все вместе , а потом по одному. Когда Ира – Гюльчатай счастливая  выбежала на поклон, вдруг, с последнего ряда какой-то мальчишка средней группы громка крикнул «Сплетница!». Никто ничего не понял и не заметил, но Ира это слышала в свой адрес уже третий раз. Она убежала в душевую и там дала волю слезам. «За что?» , «Почему? Они меня так называют», «Что я сделала? Я никогда не о ком никому не говорю» Первым так её назвал тот парень, водитель машины, которая сейчас стоит разбитая у дверей приюта. Она общалась только с Костей в изоляторе, а кода шла жить в группу кто то её уже считал сплетницей. А Костя ещё оставался в изоляторе, и у него не было повода так её называть да и не такой он.

В этот же день был наказан Олег. Ему не разрешили играть в компьютерные игры и охрану строго предупредили чтобы его не выпускали на улицу. Он избил какого то мальчика из  средней группы. На Олега это не похоже совсем.

А в  музей Истории города на следующий день его, наооботот, повели вопреки его желания. Почти никто не хотел  идти. Парни придумывали всякие небылицы про уроки. Сашу  дома ждала мама инвалид – это правда, она его постоянно ждёт и  по несколько раз в день звонит воспитателям. Им это очень не нравится потому, что мама пытается контролировать их работу., давать указания как надо воспитывать Сашу.

Виталию срочно,  оказалось, требуется поехать  к отчиму.

– Ну почему почти  каждый выходной мы куда ни будь ездям то в Петропавловку, то в ЦПК и О, то в ТЮЗ.

Есть в группе мальчик Толик , он очень хочет в музей.

Девочек  Елена Сергеевна сначала уговаривала:

– в наш город  приезжают со всех концов света, чтобы посмотреть на него, а вы не хотите даже знать, что находится рядом. Аня и  Даша морщились, придумывали. как её обмануть. Стали жаловаться на плохое самочувствие. Потом Аня стала  ныть

– Ну если  я такой человек, вы понимаете, не хочу, мне не  интересно. Я ненавижу музеи. Я была в музее!

– В какам?

–Не помню, в этом, как его….Ну пожалуйста……

– Ты в школе так же поступаешь, если тебе не хочется идти на какой то  урок ?  Здесь, Аня тоже своя программа. В программу реабилитации  входит не только кормить, одевать…..Вы должны  расширять свой круг знаний, ваши эмоциональные  впечатления должны пополняться не только  выяснениями отношений , здесь, в замкнутом круге общения    или  ущербными передачами по телевизору, то что вы смотрите… простите..всё  разжёванное . Сладкие конфетки, думать не надо совсем. развлекаловки.. Мы  с вами  должны  восполнить  за короткое время пробелы. Не всех вас водили, наверное, по музеям родители.  Вас, что с четырёх лет  водили в филармонию?. Кто был в Капелле, слушал орган? сколько раз вы были на  балете? Оперу кто нибудь слушал? Да вы же жители   прекрасного города с богатейшей историей.. Вы о нём ничего не знаете и знать не хотите!? ! Не ужели вас только и интересует, что Петя сказал про Васю. Не может  быть. Вы девочки все очень не глупые , пройдёт время быстро. Вы будете попадать в  неловкие ситуации  в общении с людьми на работе, когда не знание вами  элементарных  вещей, будет вызывать  усмешку и недоумение у людей.

У меня болит нога, мне бы сидеть и радоваться. что вы никуда не хотите. С нас ведь девочки, никто не требует вас водить. Это наша инициатива. Но я не могу, так,  мне самой интересно ещё и ещё раз сходить например в музей истории города, сводить вас, показать, то что меня потрясло там,  понять то , на что я не обратила  внимания раньше или  найти подтверждение  тому, что прочла недавно.

Когда она ушла  Аня сказала

– Давайте поедем, потом потеряемся в метро. Я хочу к маме съездить.

Смешанный состав из младших и старших детей приюта с тремя  воспитателями на метро проехали через весь город ,  потом шли пешком через  Неву по мосту. Аня спросила  воспитателя, показывая на  видневшийся в дали купол

– А что  это там за башня?

– Исаакиевский собор

– Ну я так и думала.  Ой, как здесь все дома близко, стиснуты.– указала она на набережную.

Она передумала сбегать, Потому, что когда ехали всю дорогу придумывали с Еленой Сергеевной слова на букву «М». Она сама так увлеклась. что чуть они не проехали ст. М «Василеостровская». Игра началась с того, что малыши стали спрашивать, а что нам там дадут в музее

– Мы едем в музей. Значит, всё  будут давать на букву «М»

– Муку?

– Так, ещё что?

– Мороженое

– Отлично

– Мясо?

– Макароны

Шумная толпа ввалилась в  здание бывшего особняка на берегу  Невы. И уже притихшие поднимались по парадной лестнице на второй этаж. Музей начинался за  одной из нарядных дверей  и манил загадочной темнотой. Когда позволено было войти в полумрак с освещенными  экспонатами , дети попытались разбежаться в разные стороны. Кто-то  искал сюрпризы в следующих залах, кто-то замер у первых же объектов, сочтя их интересными для себя. Воспитательский театральный шёпот повелел  вернуть слишком шустрых . Началась экскурсия. Для большинства первая в жизни.

Какой ужас, как могли жить  люди в таких условиях! Без водопровода, без тепла в сорокаградусный мороз. Просто невероятно. Кусочек хлеба, в котором муки то только небольшой процент, а остальное  обойная  пыль и опилки. Экспонаты, на которые без экскурсовода не обращал никто внимания, заговорили вдруг, после её разъяснения,  дети смотрели на них, подолгу молча, например, на  кусок столярного клея, который, оказывается, варили и ели, кожаный ремень тоже ели. Город, весь в снегу, его не узнать вообще.  На Невский проспект Иришка  часто ходила с мамой, когда они приезжали в город.. Сейчас,  здесь , стоя  у маленькой панорамы за стеклом , Елена Сергеевна говорила  «Какая  это улица, узнаёте? Да, Невский.  Видите там троллейбус в сугробе. Нет электричества, транспорт давно не ходит. Отопления нет, люди в «буржуйках» уже сожгли всю мебель, а на улице мороз сорок градусов., Вот все видят?  люди набирают воду в  вёдра  прямо по среди Невского проспекта, видимо прорвало водопровод.. Вот мальчик укутанный, У него совсем нет сил от голода , наверное, но он постарается принести побольше воды домой и вскипятить её, может он спасёт сегодня жизнь кому-то из близких, сестре, маме…..»  Слёзы очень часто наворачивались у Иры. Так жалко бабушку. Ира прочла про себя единственную молитву, которую знала «Отче наш….» Многие дети тоже стали рассказывать воспитателям про своих родственников, переживших блокаду.

Какие же огромные снаряды летели по  городу!

В музее можно потрогать кресло той самой Ольги Бергольц, которую так боготворила бабушка. Положив руку на спинку, Ира почувствовала себя каким то  земным передатчиком  своей  родни , так духовно  проникнутой  простыми словами   этой женщины  поэтессы. Словами, жгущими  и греющими  людей  в те не вероятные времена. Потом  все смотрели фильм об кинодокументалистах.

Обратно  шли по мосту. Ветер с  Невы раздувал  куртки наваливающихся  на  него  больших и маленьких людей, рассыпанных по  тротуару моста,   приятно обветривал лица. Воспитатели   смешно спорили о том, как  мост  назывался первоначально. Раиса Степеновна говорила, что  «Благовещенский», Елена Сергеевна, что он  сразу был назван в честь  Николая 1. Ира с девчонками средней группы побежали быстрее. чтобы прочесть  табличку на другом берегу. Оказалось. что была права  Раиса Степановна.

В борьбе за руку воспитателя  Ира никогда не участвовала. Другие дети ругались, отталкивали друг  друга или  шли рядом с воспитателем, прямо перед тем, кто шёл с ней за ручку и то и дело сердито оборачивались когда им наступали на пятки.

А сейчас  Елена Сергеевна сама подхватила Иру, и уже никто не смел её оттолкнуть.  Аня и Даша  шли далеко сзади. Они кричали «Ира, Ира! Иди сюда на минутку» . Ира неохотно оторвалась от  воспитателя , (место тут же заняла Катя) и пошла на встречу большим девочкам.

– Ириша, послушай , вот мы спорим, смотри – перед ними шла компания парней – тебе какаие   жо… у мужиков больше нравятся.?

Вечером Аня написала самое лучшее сочинение о музее, оно больше всего понравилось воспитателю.   Елене Сергеевне читала вслух строки из него «…мы  благодарны  тем,  неизвестным нам людям, операторам. Они рисковали жизнью, но оставили  для нас, для всех людей такие  кадры , важные для истории, которые,  вот  мне , например, помогают в трудные минуты справиться с  проблемами. Увидеть, что они не такие уж большие по сравнению с  тем, что мы видим  в документальном кино. Этому веришь больше, чем самому хорошему художественному фильму…….В музее я всё время  ставила себя на место  тех людей, которые тогда жили. Я думала, а как бы я поступила, если бы оказалась в замкнутом кольце. Я думаю, что я, если бы у меня  оставались, хоть какие то силы спасала близких мне, свою маму, не смотря ни на что…».

Девчонки завели опять новые тетради, теперь они соревнуются кто в них напишет больше слов на  букву «М» и «К» .Ира отстаёт, потому, что девчонки  могут подходить ко всем взрослым, включая директора и спрашивать

– Какие вы слова знаете на букву «М»или на букву «К».

им все говорят  «Да возмите вы словарь или энциклопедию», они отвечают «Это будет не честно».

Ира подружилась с девочками с младшей половины. С ними то она  и стала посещать церковь, но не такую как  с мамой, а другую. Песенки про бога  поют они два раза в неделю в приюте. Приезжает  женщина приятная как ангел, только престарелый и привозит много угощений. Старшие  злятся, когда  их заставляют идти в спортивный зал на встречу с церковью. Младшие же  кричат  «Ура , церковь приехала!» и бегут на встречу женщине и её шестнадцатилетней дочери. Можно вести себя  как угодно, Агата Тимофеевна  (так зовут престарелого ангела) не ругается и мальчишки носятся по залу, начинается  такой кавардак, тогда приходит воспитатель, садиться и слушает, как проходят занятия. Дети терпеливо вырезают из картона  ангелочков, ясли, в которые положили новорождённого младенца Христа, показывают это добрейшей  Марии Сергеевне и получают  много гостинцев. Она иногда провозит  тортики и все вместе пьют чай.

– Вот, на свои деньги купила, не поверите, на последние копейки, у нас в доме даже есть нечего – Слышала Ира как говорила она Елене Сергеевне за столом в столовой.

Она очень подолгу всегда разговаривает с воспитателями. Вот, Елена Сергеевна , которая очень нравится  Ире почему то  недоверчиво  смотрит на  Ангела , они спорят о религии

– Он один Христос для всех. Вот дочь моя в Протестанскую ходит церковь, а я в католическую.

– Я не спорю, но вы хотите их крестить в  католической церкви. У многих есть могилы на православных  кладбищах, связь с православными родственниками, когда они вырастут  и будут жениться. выходить  за муж скорее всего в России и за православных , возникнут проблемы. Да хорошо, вы им сейчас правильно даёте возможность выбора  религии, показываете одну из многочисленных. Может кому то близка именно она окажется  потом. А может и мусульманская вера и  он к ней придёт сам.

Как  бы не оступились их родители сейчас, предки то их  были  в большинстве своём  людьми нравственными . Их православные  традиции должны наверное продолжать  дети. Мы  помогаем им вытянуть новую , здоровую ветвь  из их же рода, пусть где то подгнившего местами под влиянием  внешних обстоятельств.

– Ради Бога, ради Бога! пусть меняют потом религию. Но сейчас им  нужны  духовники, мы им каждому  дадим по крёстному отцу…

– Крёстные как бы  заменяют родителей  в случаи беды…

– Вот они будут..

– Дети уйдут  в детские дома..

– Да , а с крёстными они будут поддерживать связь всю жизнь. Вы  знаете, вот Женечке  все завидуют. Ой! какой  крестный у него! батюшка, отец Стефан. а Ирочку я вашу обожаю, ой какая хорошая девочка. Она у меня роль учит, Будет выступать. Я сама. лично буду её крестной матерью.

Да Ирочка! кивнула Агата Тимофеевна , видя, что Ира слушает их разговор  сидя за соседним столиком.

– Ей много учить придётся,  она ведь ещё готовится к  концерту  на восьмое марта в приюте.

– Нет , но я кроме неё ни кого не могу представить на роль девы Мари.

Ирочка, обратилась она к девочке  –  мы через месяц примерно поедем вас крестить в церковь. Угу? – дружески кивнула Агата Тимофеевна ей.

Ира достала из под воротника футболки  крестик и показала сидящим за соседним столом женщинам.

Вечером Елена Сергеевна листала умную, заумную, непонятную книгу, пока Ира делала уроки у неё в воспитательской. Писменный стол в комнате девочек заняла Катя.

– Вот, послушай как написано – сказала воспитатель

«Отец Павел Флоренский сказал, что католицизм и протестантизм можно изучать по книгам, а православие понять по книгам невозможно: «надо зажить православно». И только тогда открывается реальность духовного пути. Только непосредственный опыт может поставить человека на путь духовной жизни, но чтобы его получить, надо сделать шаги».

– Как ты эти фразы поняла

– Ну самим надо идти и не грешить

Глава 11

Консилиум

Екатерина Петровна поднималась по лестнице ведущей в отделение старшей группы с уверенностью что её здесь встретят  приветливо, что ей здесь рады и взрослые и дети . Вот только как подобрать слова если ты  гонец не радостных вестей после консилиума..

В коридоре Олег уважительно поздоровался с психологом, спросил

– Будем заниматься сегодня? Я «четыре» получил по английскому.

– Здорово, Олежка, я так рада. У тебя же не завтра английский будет. Я сегодня уже и так перерабатываю, давай завтра займёмся, сразу после школы приходи ко мне..

– Хорошо.

– Что нового у вас?

– Там ужин Саша сегодня готовит.

– А ты когда?

– Я вчера

– А что готовил?

–А вот меню. Мне Ира помогала.

–А – вспомнила она – у вас же меню наоборот, после того как всё приготовят и съедят.

– Да, вот. На  двери кухни.

Выбежала Катя, обняла Екатерину Петровну.

– Привет, тёзка, как дела – отреагировала – Екатерина Петровна

– Хорошо. А когда к вам можно прийти?

– Давай завтра.  Я сама за тобой зайду, когда освобожусь. Хорошо?

– Ну!

– Мне сейчас с Еленой Сергеевной надо поговорить. Я её не скоро увижу, А с вами каждый день видимся.

Даша выбежала из комнаты « Ой, Екатерина Петровна?, я готова».

– Мы же с тобой сегодня беседовали.

На кухне оживление , Александр и Аня готовят ужин , радостно приветствуют психолога. Саша спешит пользоваться консультацией взрослого : «рис сварен, его  надо промывать для плова?»

– Я промываю, только ты дождись, чтобы вся вода ушла через дуршлаг , потряси хорошенько чтобы каша не получилась, а рисенка к рисенке .   А где Елена Сергеевна?

– Она там, в воспитательской уроки проверяет у Толика. Вот наше вчерашнее меню, посмотрите. – хочет задержать психолога на кухне Аня.

Екатерина Петровна подошла к двери , восхитилась оформлением закреплённого в рамке меню и прочла вслух :

«Предложенный ужин, состоящий, исключительно из деликатесов: салат из мидий Японский, салат из капусты элитной, салат из моркови корейский, салат – лече , причудливое, креветки – были отвергнуты  нашими гурманами.  Особым спросом за ужином пользовались серые макароны  с сосисками . Приготовлена эта часть ужина Олегом и Ирой. Высокую оценку получило печенье «курабье». Спрос на него был днём и попытки захвата ночью. Предложена добавка  данного  печенья была только как поощрение  для старательных представителей могачей . Таковыми оказались все могачи, благодаря печенью «курабье».

– а откуда деликатесы?– удивилась психолог

– Церковь привезла – ответила подошедшая Ира,  – Здравтвуйте Екатерина Петровна. Вы ко мне?– с надеждой спросила она.

– Нет, Ирочка, я сейчас хочу с воспитателем пообщаться.

Во воспитательской рядом с Толиком сидела за столом усталая Елена Сергеевна она обрадовалась увидев  Екатерину Петровну, предложила ей сесть на диван.

– Садитесь, меня тут Анатоий веселит. Мы оба устали уже. Я ему пересказываю доступным языком содержание параграфа по истории. Ему не понятен текст.  Говорю что при храмах были «служители богов» – жрецы. Люди такие , служили в храме, они ставили перед идолами еду. . Жрецы боялись повернуться спиной к изображению поэтому и пятились , уходили спиной к выходу, лицом к божеству. Прошу пересказать. Толя, обратилась она к мальчику, А ты мне как рассказываешь.

– Так и рассказываю

–Ну повтори.

– В храмах были в Египте жеребцы, они пятились назад чтобы бога не обидеть.

Екатерина Петровна смеётся по доброму, приобняла Толика,

– А картинка есть в учебнике? Покажи. Жрецы это люди, служащие в храме..

– Я уже говорила ему – сказала Елена – запомни это слово «жрецы», иначе получится потом не смешно.  Толик, иди почитай ещё раз параграф. Перед сном расскажешь как понял.

Толик ущёл, а психолог сказала.

– Я вот с совещания под  высокопарно называнием консилиум. Мы с Ниной Леонидовной только вдвоём настаивали чтобы Аню подержали у нас до конца учебного года , а на лето в лагерь, но Анна Гергиевна и Глафира Андреевна  настояли и принято было решение взять направление в отделе опеки и попечительства для помещения Ани  в детский дом.

– Как же так? Зачем все хлопоты были с колледжем. Там люди согласились взять её в виде исключения с восьмилетним образованием. Имелось ввиду от нас.

– Да, я говорила об этом и Нина Леонидовна горячилась, настаивала. Но они ответили, что и из детского дома тоже можно пойти в этот колледж. Им нужно движение, большее количество обслуживаемых. Одно утешает, что волокита с лишением с судом и бумажная продлятся ещё месяца два. Заново все справки медицинские надо собирать.

Дашу тоже решили в детдом отправить. Отец обещал приехать, отказ написать.

– Плохо дело – Елена задумалась. Надо нам всем вместе обсудить, может к Михайловичу сходим

– А что Михалыч?

– Ну да.

В дверь постучали и тут же появилась Нина Леонидовна её глаза весело блеснули за стёклами очков.

–Вы здесь? Ну рассказали вам, как мы проиграли битву?

– Садитесь на диван,  – предложила Елена.

– Ой не буду, я провалюсь, потом мне трудно встать будет

– Мы поднимим – улыбнулась психолог

– Садитесь на стул, я сейчас сбегаю, посмотрю, что там на кухне происходит – встала со стула Елена.

– Спасибо,

– Я вот не понимаю: мы два человека работающие непосредственно с семьёй , наши два голоса при голосовании весят столько же, сколько голоса других психологов и специалистов по социальной работе, которые в глаза не видели ни маму ни девочку, а только во время консилиума прослушали отчет о ситуации в семье. – продолжала Нина Леонидовна

Специалиста по социальной работе обижает когда говорят социальный работник. Она поправляет;  «Социальные работники носят бабушкам продукты на дом, а у меня другая работа» Хотя должность «специалист»  ввели совсем недавно.

Елена выбежала на кухню, когда вернулась, говорили про Иру.

– Отец Иры объявился, он даже маму её в больнице навещал. – говорила  Нина Леонидовна –  я сообщила ему адрес,  да он и от Приозерского отдела опеки и попечительства узнал где Ира. Он хочет к Ире приехать, но боится, что она не захочет его видеть. Она ещё в Приозерске отвернулась от него и просила соседку передать, чтобы он её не искал и не встречал из школы.

– Она не говорила вам почему? – спросила Елена у психолога.

– Вы знаете, я очень вас уважаю, Елена Сергеевна, но это как исповедь . Она , если захочет, сама расскажет. Там ничего криминального, не подумайте, Просто такая  гордая она.

– Нет, что вы , я не настаиваю. Да и её не собираюсь расспрашивать . Если буду вызывать доверие или у неё будет потребность высказаться, то выслушаю. Мне кажется её что-то гнетёт у нас в приюте. Она спускается вниз в столовую, вдруг резко разворачивается , бежит к себе в комнату, что-то пережидает.

– Да по тестам и по рисункам страхи и тревожность почти у всех наших. Но если у многих девочек это боязнь не соответствовать определенным стандартам красоты, успеха и популярности, Ха,ха., то у Иры тревога за маму за животных. Мы  же с вами и видим эти физические и эмоциональные проявления её повышенной тревожности. Так называемые иррациональные страхи когда эта милая девочка испытывает опасения, которые людям не посвящённым в её проблемы,  может быть,   кажутся необоснованными или преувеличенными.

Вот как и у  Олега,  тоже очевидная подверженность настроению, апатии и потере интереса к каким либо увлечениям.

– У Иры сложности в семье, безысходность и неудачи в их фермерской деятельности , развод родителей – Ответила Нина Леонидовна  – Её немного успокоило, когда я ей сказала, что нашёлся хороший человек, который купил домашних животных. С отцом они всё оформили. Этот человек на хуторе недалеко строит дом, животных  он кормит пока в их же сарае, их же сеном. Но не пустил же на шашлыки.

– Откармливает на шашлыки – горько усмехнулась Елена.  – А что есть хутора ещё?

– Да, я сама туда не ездила, но соседка их сказала, что там красота : луга, скалы, озёра. Это финские хутора, вернее фундаменты. Ещё в Андроповское время давали Ленинградцам и жителям ленобласти.

– Ну, может все наладится. Семья востановится

– Это вряд ли. Отец сказал мне по телефону, что они с женой будут сдавать её квартиру, а сами уедут жить на долго во Вьетнам. Так выгоднее. Алименты он не платил, он не работал. Если уедет, я не представляю как взыскивать с него. Но деньги от продажи он честно перевёл на счет мамы. Она не может справляться одна с таким большим фермерским хозяйством. Часть животных успела продать . Но обе и она и девочка – света белого не видели, работали на ферме.  Она же ещё работает бухгалтером … Работала.

– Да, говорят что иногда, чтобы пойти правильно, всё должно пойти не так. – вздохнула Елена.

Глава 12

Грешным делом

В небольшой  комнате освещаемой лампами дневного света три сотрудницы приюта раздвинув папки с документами к краям своих письменных столов и достав с выделенной под эти нужды полки в шкафу с объемными увесистыми папками, на торцах которых крупными буквами написаны от руки фамилии во множественном числе (Соколовы,Волкова и.д), чашки, пакетики чая  и печенюшки, приготовились к чаепитию.

Резкий звонок   телефонного аппарата местной связи, заставил их приостановить  хлопоты..  Молодая девушка Карина оказалась ближе всех к аппарату, она свободной от пакетов рукой  взяла трубку.

– Алло, это я охранник . Я звоню Анне Горгиевне в кабинет она трубку не берёт. Я знаю что она где-то здесь в приюте . Тут мужчина пришёл какой-то спрашивает её .

– У нас здесь нет её наверное вышла куда-то .

– Можете вы поговорить? Вот мужчина спрашивает у него девочка здесь .

– А что за девочка

В трубке послышался разговор двух мужчин.

– Говорит Волкова,  есть такая у вас Волкова Ирина ?

Карина повернулась к колегам

– Тут по поводу Волковой пришёл мужчина какой-то.

Нина Леонидовна, подскочила со стула, понесла свою чашку обратно в шкаф,

– Ой сейчас. Я подойду к нему, подождите , вернее пусть подождёт. обрадованно замахала она рукой Карине – это наверное папа её я пойду встречу.

В коридорчике возле комнаты охранника топтался в неуверенности мужчина средних лет, он виновато приветливо улыбнулся Нине Леонидовне.

– Здравствуйте. Вы папа? –    в вопросе Нины Леонидовны звучало сомнение, мужчина не подходил по возрасту он выглядел старше чем по документам и внешность отличается от той ,что на фото  копии паспорта.

– Да нет, я дальний родственник- смутился мужчина сняв с головы андатровую  шапку и пригладив редкие седые волосы на голове  – я , грешным делом, хотел поговорить вот с Анной Георгиевной .

– Я веду эту семью поговорите со мной , у вас есть какие-нибудь документы с собой .

– Да документы -то есть, ну там не указаны родственные связи, я дальний родственник. Меня зовут Аркадий., Аркадий Трофимович.

– Вот запишитесь здесь в журнале пожалуйста и давайте пройдём в кабинет.

Усевшись на стуле напротив Нины Леонидовны и поглядывая сквозь белые решетки  в окно Аркадий Трофимович начал с того что   давно знает эту семью, ему очень жалко девочку, ему больно было смотреть как её эксплуатировали

– И вот,  такой вот финал.– вздохнул он, повернулись к зависящим над своими бумагами  сотрудницам.

Олька и Карина понимающе вздохнули, Нина Леонидовна смотрела на него внимательно.

– Я грешным делом, сегодня заглянул и к матери её в больницу,  меня не пустили. Приехал  по своим делам в Петербург, вот решил и сюда зайти поговорить с вами узнать какие у неё перспективы.

– А вы с папой её тоже общаетесь ? – Нина Леонидовна делала пометки в блокноте лежащем на хорошо прибранном столе.

– Да нет он же уехал. А как Ира ? Её в детский дом поместят? Здесь же временно детки живут?

– Ну почему у неё же есть родители .

– Ой вы знаете , это такие родители не дай Бог никому. И девочка тоже очень сложная, ей нужен хороший контроль взрослых. Она у нас в подвале сидела под домом, представляете, мы её вытащили оттуда с женой пожалели. Так её мать пришла и нам окно выбила, совершенно незнакомым людям пришла и разбила окно. Схватила стул и как зафигачит, мы все обалдели, грешным делом, откуда столько силы.

– Так вы только что сказали что вы её знаете давно , что вы родственник.

– Ну я, грешным делом,  так сказал на самом деле я к ним приезжал только  по соседски на хутор,  у  них там такой ужас творится, вы бы только видели, бедные животные. Я сейчас их пристроил хорошо, за ними ухаживают у меня работники строители их подкармливают. Я  купил овечек , просто этих животных у Волкова он мне с радостью продал.

– Так вы , значит, виделись с ним?

– Да, нет, мы по телефону договорились через муниципалов . Прямо от них звонил. Я потом  деньги им принёс, они на сберкнижку Ире положили. Они же сейчас её законные представители.

– Сейчас мы её законные представители –  глядя в стол ответила Нина Леонидовна.

– Ну я не знаю,  знаю только что отец девочки общался с муниципалами, видел сберкнижку, у него ко мне претензий нет.

– Я уточню мне как-то по-другому говорили.Так , а что вы хотите от нас?

– Я просто хочу чтобы вы знали, вам же важно, наверное , мнение других людей о семье.  Вы же собираете сведения . Вон какие у вас папки толстые на каждого – кивнул он на шкаф.

Ольга подошла к шкафу и закрыла дверьки шкафа.

– Понимаете, вот у меня внучка почти её ровесница, так это день и ночь по сравнению с этой Ирой. Наша  секции посещает, в хоре поет.. солирует даже.. . Ой, я « грешным делом»,  как-то зашёл к ним на репетицию , а она как раз пела.!!!  Ну такая.... – уверенно приготовился рассказывать он всем присутствующим, развернувшись  к оставившим свои дела и  вежливо слушающим его , строгой набожной Ольге и  и молоденькой  девушке Карине .

Дверь в кабинет открылась и вошла Анна Георгиевна она улыбнулась Аркадию Тимофеевичу.  А , здравствуйте это вы и есть , пройдите ко мне в кабинет пожалуйста. Нина Леонидовна встала чтобы пойти с ними но Анна Георгиевна остановила её  повелевающим жестом.

– Оставайтесь здесь Нины Леонидовна, я вас позову если понадобится.

Глава 13

Дневник . Март

20. 03. 03. Я  еду на свою   работу, на улице стараюсь не смотреть на множество несчастных бездомных никому не нужных созданий. Умные морды собак постоянно высматривающих в толпе  доброго человека, как живой укор нашей совести.     Нищие в метро на улице ,  по  всюду – «Дайте, подайте,  помогите». По ногам пассажиров  электрички  метро проталкивает с  трудом инвалидную коляску с безногим мужчиной в камуфляжной форме,  явно пьющая женщина. Их беда заставляет отводить глаза настроенных на  работу, на учёбу на общение , на карьеру  конечно  на любовь людей, вынужденных сейчас  совершать смущённо какие действия: прижиматься плотнее друг к другу,  поджимать полы дорогостоящих пальто, чтобы не запачкать колесом, обтирать грязь от колеса с брюк, не выказывая вслух не удовольствия. В этом заключается вклад  в помощь  инвалиду для большинства. Ну кое-кто демонстративно с укором глядя на остальных достаёт денежку, кто-то это делает как бы извиняясь.

Мама  ведёт малыша бледного по вагону электрички «Люди добрые помогите, дайте на лечение».

«Надо лишать её родительских прав срочно», думаю я  достаю умную книжку «Психотерапевтические  истории» Ирвина Ялома . Погружаюсь в проблемы онкологических больных в далёком Стэнфорде. Идея   чтения  мудрых притч  в   группе  умирающих  возвращает  меня мысленно в свой приют.  Создание  группы, в  которой  складываются связи одного пациента с другим наводит меня на мысль, о том что и у нас  пятьдесят процентов заслуги в безусловно быстрой  реабилитации  детей принадлежит  самим детям, объединенным  похожими проблемами.

Выхожу из метро.  На меня движется красивый . представительней,  хорошо одетый мужчина. Судя по взгляду, он мной очарован – да я многим нравлюсь, вероятно это он, человек с хорошим вкусом, разглядел  меня в толпе. Произошло чудо, надо к нему как- то  подготовиться. Улыбку пока придержу конечно.

– Девушка, купите сигареты. – из кармана достаёт пачку.

Хорошо, что я придержала улыбку, удобнее маску равнодушия  менять на злобный оскал в ответ спекулянту.

Вот веселиться громко толпа подростков , длинные рукава  грязных курток,  зелёные  лица , дерзкие взгляды,  круги во крук  рта, запах «Момента» – я иду мимо.

Пять лет  подряд  мы с однокурсницами  также обходили стороной бездомных,  безнадзорных у станции метро Владимирская возвращаясь   из института Педагогического мастерства и обсуждая проблемы дезадаптации   детей и подростков.  Да и сейчас каждый  день  и много  лет   там, в том числе,  проходят сотни студентов и их преподавателей имеющих звания и степени за  глубочайшее знания в области  соцальной  педагогики,  психологии изучающие и написавшие  труды о  исторических корнях благотворительности   в России.

И не только они и не только  здесь. Милиционеры разных рангов; врачи, психологи, педагоги, верующие и  атеисты; грешники, мечтающие искупить  где угодно свои грехи; борцы за справедливость где бы они не оказались;  мечтающие  выполнить  в жизни своей  какую нибудь  великую миссию оставить след на земле;  жалостливые,  сердобольные; мужественные и героические все идут мимо. Наверное каждый из них так же как и  я пытался когда-то в своей  жизни  подойти, поговорить, пристроить но сталкивались прежде всего с тем, что  подростки не хотят разговаривать, а если  и захотят пристроить их почти  невозможно. Если кто- то и дойдёт до ОППН милиции, потратив там много  времени, нет гарантии, что ребёнка устроят .Да это так, но тот, кто хочет помочь как известно, находит  средства, кто не хочет, ищет причины.

Причины тоже веские , конечно- если я возьму в дом к себе  десять кошек или пять собак например, я подпадаю автоматически в социальный  разряд дурочек в этой жизни, врядли я смогу помогать кому то имея такую репутацию. Взявший на воспитание одного или двух  из огромной армии  замечательных никому не нужных  и невинных  детей, вызывает в обществе или недоумение или подозрение – наивный дурак, не способный предвидеть своё будущее или мошенник, желающий использовать детский труд и сиротские деньги.

«Довольствуйся малым» читаю я в той же книжке Ирвина Ялома. Что ж буду довольствоваться  тем, что семь лет  работала в приюте почти бесплатно на самом низшем разряде, но не уходила. Друзья и знакомые предлагали мне  достаточно материально выгодные места как в  гос. учреждениях так  и в частных  конторах. Не буду врать, мне просто очень нравится здесь. «Поистенне не с чем не сравнимое чувство», как часто преподносит нам с экрана телевизора реклама какой ни будь  нежный  продукт, я испытываю  здесь,  в приюте уже при входе, когда  маленькие дети бегут тебе радостно на встречу. Все хорошенькие, нарядные и не понятно, почему так  светятся  беспричинной  любовью к чужому воспитателю, а в прочим ко всем  взрослым.

– Здравствуйте Елена Сергеевна!!!

Кто, тот умнейший психолог. который придумал здороваться? Взрослые люди и маленькие дети с разным уровнем  словесного  запаса интонацией имеют возможность выражать друг другу свои чувства. Но  об этом тоже можно долго рассуждать, так как приветствием можно и маскировать  истинные чувства. Речь не об этом сейчас. Попробую для себя , себя  пред собой оправдать.

«Качать права», добиваться во чтобы тоне стало  повышения разряда для  себя, здесь, где  не справедливость  по отношению к детям творится на каждом шагу? Прямой  путь отстаивания чего либо  здесь в приюте, означал тогда путь на улицу.

Глафира- ныне директор по  воспитательной работе, а совсем в недавнем прошлом – повар приюта,   не позволяла повышать разряды.

Я пришла в приют с трудовой книжкой, в которой  записи в течении пятнадцати лет фиксировали только карьеру инженера экономиста НИИ. Школа инструкторов туризма и справки о прохождении , в качестве туриста по горам Алтая, Кавказа и   в качестве руководителя походов сложных маршрутов по рекам Прибалтики, по Вуосе, по Ладоге не принимались во внимание. Я тогда  поступила в институт по специальности и только после его окончания мне дали двенадцатый разряд. То- есть семь лет я получала зарплату по самому  низкому разряду только, что вылупившейся  из неполной средней школы девочки. Я закончила попутно в эти годы курсы лепки из глины и вела с подростками дополнительно и естественно бесплатно кружок.

Не повышали разряд и аспирантке Нине Брониславовне, она дополнительно работает во всемирной организации «Доктор планеты», проводит занятия в  «школе для родителей», сама  создаёт программу. Много детей устроили в семьи благодаря ей.

Игнатьевна пятнадцать лет проработала сначала воспитателем, потом  методистом в детском саду. После окончания института ей, наконец, повысили разряд, назвали при этом ловкачкой.

Лёд тронулся  благодаря появлению сынка в приюте. «Молодёжь надо продвигать»– сказал директор. Эдик, вписав в свой педагогический стаж весь трёхлетний стаж в приюте (два года он проработал сторожем у нас), уверенно встал на льдину тронувшегося льда  рядом  с нами.

Аттестационная комиссия, в которую народ избрал моих ближайших коллег, посмела отказать сынку в слишком уж быстром продвижении. Нина Брониславовна и Таисия Игнатьевна  с трудом подобрали в своих аргументах «протв» мягкую форму обоснования проступков Эдуарда Эдуардовича и предложили дать ему не двенадцатый, а только десятый разряд.

Началась травля. Мамочка  занялась своим обычны делом –созданием общественного  мнения,  цеплялась к мелочам, требовала выходить на какие-то дикие субботники. Эдик, парень без затей,  он просто стал подставлять ножку проходящей мимо Таисии Игнатьевне, ломать аппаратуру перед проведением Ниной Брониславовной тренинга с сотрудниками, прятать ключ от спорт-зала, зная, что старшая группа постоянно играет в теннис.

Мы три воспитателя, я  ,и две тридцатипятилетние женщины  Нина Брониславовна и Таисия Игнатьевна продолжаем вновь и вновь штудировать  на разного рода курсах по  психологии  труды  Фрейда  и  его дочери., изучать  концепции Эльконина  школу  Выгорского, Гальперина, Пиаже  и прочих и прочих исследователей  бездонного  океана парадоксов и противоречий детского развития.   Мы все трое  очень разные. У нас у всех абсолютно разные судьбы и взгляды на  разные вещи,  но мы  одинаково видим   возможность воспитания  детей и подростков  только посредством уважения к личности   каждого из них, какой бы эта личность не была. А за девять лет работы мы повидали всякого.

Сейчас у нас находятся  подростки, которые  попали к нам непосредственно из семей. Но большинство  наших воспитанников это  безнадзорные дети  потерявшие давно семейные и родственные связи. Они оказались  брошенными родителями или самовольно ушли из семей, не обеспечивших ребенку минимально необходимых условий для жизнедеятельности  и полноценного развития, допускавших жестокое обращение с ними.

Мы  поняли после долгих наших конфликтов с Глафирой, после того, как были уволены из приюта или ушли сами ителигентнийшие , талантливые  люди,  что если мы хотим здесь работать, помогать детям по настоящему, нам надо  приспосабливаться, говорить комплименты Глафире, приходить к ней за советом – она это обожает. Иначе детьми по прежнему будут заниматься здесь люди, строящие  свою педагогическую  систему на унижении и на запугивании.  Глафира била  детей по лицу. Эти методы применяли и другие воспитатели, когда я пришла.

Дети боятся фраз «Посмотри на себя, не забывай откуда ты вышла», «Из грязи в князи», они готовы  на всё, чтобы только  не прозвучало публично: «Ты как твоя мамаша, шлюха,  пойдёшь по рукам».  Громкое обсуждение детей во время воспитательского чаепития : «Слушайте, эта Кристина такая пакость, такая масть!»– было нормой, к сожалению и сейчас порой  звучит. Но люди стали много понимать. Казалось бы аксиома что главное условие нормального  развития ребёнка , главная  жизненная сила  это любовь.

Возможно,  звучит не скромно, но наше присутствие в приюте, наше только в абстрактных  рассуждениях осуждение подобных методов  создания дисциплины  изменяет людей, мы это видим.. Мы продолжаем учиться на курсах. У многих воспитателей это вызвало хорошую зависть, они поступают в педагогический колледж.  Нина прекрасно ведёт  тренинговую   работу с сотрудниками приюта. Главное, что Глафира  стала успокаиваться и не видеть в нас врагов.

Досконально изучаем мы вместе с Глафирой  теперь   все возможные ситуации  психологического состояния  ребёнка в приюте на тренингах, проводимых талантливо  легко  в игре Ниной  Брониславовной.

Глафира оказалась не смотря на свой преклонный  возраст способной к самоизменению. Нет,  она не костная. Не смотря на свою жуткую амбициозность, склочность, желание избавиться от людей, способных понимать нечто большее во взаимоотношениях ребёнка и взрослого,  она стремится тянуться понять  о какой гуманной педагогике они говорят, хочет не  только покрасоваться в очередном новом костюме  в залах  заседаний  правительственного уровня, но и  понимать, то о чём там идёт речь.

«Без понимания прошлого, невозможно изменить будущее» писали Миллер и Доллард. На тренингах нас обращала  к детству  Нина Брониславовна и  Глафира  рассказывала, что она оказывается, всю жизнь хотела быть педагогом. В интернате, где она училась, очень жестоко обращались с детьми. И маленькая Глафира- девочка из многодетной семьи,  мечтала вырасти  и показать  другие способы воспитательного воздействия. Действительно заметны её попытки разговаривать иначе как со взрослыми, так и с детьми, но заложенное в детстве берёт своё. Социальное научение через   наблюдения собственного детства , побеждает в ней. Имитация, индефикация -процесс в котором личность заимствует мысли, чувства и действия  от другой личности, выступающей в качестве модели, приводит, вероятно,  даже к тому, что  человек и в последствии  может воображать себя на месте модели, испытывать, сочувствие, соучастие, симпатию к тому, кто даже тиранил его.

Довольствуйся малым.

Я не жалею, что не  ушла из приюта, что промолчала, утешая себя тем, что это на пользу детям, когда  после моих   настоятельных просьб приобрести  муфельную печь для приюта её приобрели и тут же выделили  Эдику помещение  для керамического кружка, буквально  выжив от туда  прекрасного преподавателя техники «Батик», Веронику.

Множество выставок в городе  украшали работы наших детей раньше. За замечательные картины на шёлке и ситце  ребята получали на этих выставках не только грамоты, но и роликовые коньки, фотоаппараты. Батика в приюте больше нет. Раньше и взрослые  уже  создали себе по произведению  в мастерской  добрейшей  и талантливой девушки.

Я лепкой с детьми больше не занимаюсь, унизительно просить у Эдуарда Эдуардовича чтобы он  обжёг в печи наши работы и глупо теперь,   как было  раньше возить поделки  на своей машине в другой конец города к знакомым в ТУ, тем более платить там  за обжиг.

Не  шумит больше в мастерской ребятня измазанная краской пристраиваясь  рисовать даже сидя на ящиках. Теперь в пустой, чисто, надо отдать должное комнате стоит один стол и один  диван. Один раз в  месяц «для отмазки» выражаясь языком наших детей там проводится  занятие, остальное время в нём живёт   сынок, попивает пивко и иногда водочку,  питается в приютской столовой. Он груб, несчастен и  одинок, ему трудно найти общий язык с людьми, его раздражают дети. Мальчики тянуться  на нашем  безрыбье  даже  к этому мужчине, но получают подзатыльники. Только заискивающее поведение может дать им  шанс длительного  прибивания  рядом с молодым мужчиной.

Раньше ждали моей смены  мои  девочки мальчишки. Мы лепили до  самозабвения. Однажды перед выходными даже до трёх часов ночи. Египетские  пирамиды по собственным чертежам  вырезали из раскатанных  пластов глины  четырнадцатилетние мальчишки, бывшие беспризорники, которые  до поступлении  в приют  не умели ни считать не писать, ни когда не учились в школе. Я помню, очень нервная девочка  Марина, ни могла ни на чём сосредоточиться. Начиная раскатывать  из глины брёвнышки для  бревенчатого домика, она тут же мяла снова в комок глину и кричала  «У меня ничего не получается!». Спустя три месяца она  делала сложные поделки. Сработала  в данном случае любовь к безделушкам .  Девочка раньше подворовывала. Но, видя,  как ребята создают интересные работы своими руками, сработала на пользу жадность. Марина не проявила фантазии, но создавала копии чужих работ. Впрочем об этом можно говорить очень много. Моя дипломная работа называется «Роль исскуства в реабилитации детей и подростков,  находящихся в условиях Социально- реабилитационного центра». Потом  об этом уже в комплексе методов  я написала и опубликовала «Методику комплексного педагогического подхода к развитию через творчество социального интеллекта у  подростков, находящихся в условиях Санкт Петербургского  социально реабилитационного  центра»

Довольствуйся малым! Наши бывшие воспитанники разбросаны по  детским домам, кого- то вернули в семьи, кого- то пристроили в семьи. Они приезжают к нам, звонят . Очень у многих воспоминания о «Фламинго» как о лучшем, из того что  было в их жизни. Детские дома ужасны по сравнению с приютом своим коллективизмом за которым не видно каждого.

Вот прошлую мою смену Екатерина Петровна замечательная наша, пришла ко мне со словами: «Елена Сергеевна вам привет от наших деток Кати Ивановой, Вити Андреева, Ромы Кислицина, Саши Качанова!»

– Ой вы их видели! ахнула я , вы были  в Копинском детском доме. ?По каким делам?

– ездила навещать наших деток, если их можно назвать  детками теперь. Такие все большие, хорошие. Катя просто   красавица. Она худенькая, представляете

–???

–Да, наша пышечка, стала такой стройной. Очень серьёзная стала. Она же там певица, выступает на  сцене. Наша  школа.

– Она была в лагере со своим д/д , правда позапрошлым летом  выступала, пела просто так неожиданно, уже  настоящая певица, она чувствует песню, переживет натурально на сцене. Так глазки опустит….потом в зал неожиданно  пронзительно. Скромность, обаяние. Потом мы её попросили за наш отряд выступить с цыганским  танцем, мы табор изображали. Заняли первое место, Катин отряд  обижался на нас. Девицы там грубоватые, без мата не могут разговаривать

– Так!  я вам должна сделать комплимент. О чем вы думаете мы всё  время говорили? Только о походе. Я стояла и слушала как Ромка  сломал велосипед ,как вы ему колесо  искали новое вместо  восьмёрки, как они ночью на озеро ходили. как вы с девочками мальчишек  пугали с другого берега кричали эхом: «Не купайся Рома. не купайся. не купайся не купайся……,Как вы  змею плывущую увидели в озере и она увидев вас замерла. Ваша шутка походная «Змея в шоке» всё вспоминалась им.  Как вы на лодках  через  Ладогу к островам  плавали. По скалам лазали Мне просто завидно стало, зря я с вами , наверное не поехала. Да вы бы такой балласт и не взяли бы..

– Да, Маша помню мне сказала, этот поход я никогда не  забуду , я буду помнить его всю жизнь..

– Мне нравится очень, что они там держаться вместе все Фламинговские. Вот Катя только выступает, а все остальные живут воспоминаниями о прошлых заслугах. Без Ромки ведь у нас ни одно выступление не обходилось.

– Да форму генерала снимать не хотел вообще. Ромка так на сцене свободно держится , неужели для него роли не могут найти?

– Ну их там много очень…..

Довольствуйся малым. Если бы каждый взял в свой дом по одному несчастному. …..Я взяла, но об этом не сейчас и не в этом дневнике..

«Блаженны кроткие» (Мф.5.5.) Да , терпимость, как нам этого не хватает часто. Это особое качество оно связано с терпением, с покаянностью души, с нищетой духовной. Тесть тот, кто не приписывает себе ничего, не считает своим: способности, успехи, возможно добрый след, оставленный  в душах наших воспитанников , а приписывает это всё  Богу. За всё благодарит Бога.

Вечером рассказываю притчу из книги Ялома о том как бог показал Раввину что такое ад и что такое рай.

«В большой комнате сидели люди у  огромного котла с едой, они ложками с длинным черенком , черпали из него суп, но не могли дотянуть  содержимое  до своего рта. Обжигались, задевали друг друга, ругались и  были очень голодны и рассержены. Вот это ад, сказал Бог  Раввину. В другой, точно  такой же комнате , точно так же сидели  люди около котла с аппетитно пахнувшей едой. И ложки у них  были точно такие же, но были эти люди  довольны, веселы, сыты. Это, как вы догадываетесь рай.  Мне  хотелось бы, чтобы вы, прежде, чем  я продолжу , сами  высказали свои  предположения  от чего  такая разница в этой притче между раем  и адом».

Мне нравится. Как они делают серьёзные лица и начинают рассуждать. Ребята у нас не глупые и ответ  вообщем совпадает.

«Это просто, но требует определённого навыка» сказал бог. В этой комнате люди научились кормить  дуг друга.

Я не согласен –  говорит мне  Виталий, после того как все разошлись, –  вы плохо знаете жизнь.

– Да что ты говоришь, ты хоть прикинул, на сколько я больше тебя прожила на свете. Посчитай в днях, умножь  на  среднее количество  полученной  информации в  мигобайтах в день   и  сравни со своим опытом , посчитанным так же.

– Нет, что вы Елена Сергеевна, я ни в коем случаи не хочу вас обидеть, Вы безусловно знаете много и читали конечно  много, но это всё не та информация, вы не видите того, что есть на самом деле.

– Ты считаешь, что моя жизнь была усыпана розами. Ты очень ошибаешься.  У меня есть причины даже позавидовать вам. Я не имею в виду то, что у вас есть компьюрер, как ты наверное подумал,  нет не это, хотя  в детстве моём не было не  цветных и ни каких других телевизоров не  было красочных учебников, атласов, которые хочется изучать, красочных энциклопедий и книг. Я летом ездила в деревню, к бабушке.  Там не дыло проведено  ни электричество, ни радио. Люди использовали там только  предметы, изготовленные своими руками. Я сама ткала на ткацком станке, который стоял у нас избе, льняные  полотенца. Люди в деревне не знали что такое помидор, выращивали только свёклу, картошку, морковь, брюкву, репу. Полиэтиленовой плёнки ведь не было для парника. .Но я говорю не об этом, не хочу тебе плакаться сейчас  о своём детстве,  меня  мама одна растила, поверь было не легко тоже. Квартира коммунальная, соседи правда, замечательные были, я их воспринимаю как родственников. Но вот взять  хотя бы  два месяца моей жизни,  проведённой в  больнице Скорой помощи среди умирающих старух. Я туда попала, когда сломала ногу. Мне дрелью просверлили  в больнице отверстие в пятке, вставили  металлический  стержень и повесили гирю. Я  там поседела , мне было тогда тридцать лет. Я готовилась в байдарочный   поход  по  реке Пярну в Прибалтике, ногу сломала когда  бегала  в парке. Ко мне  в больницу приходили друзья, родственники,  а мне было стыдно перед ними, хотя я не виновата, за те условия в которых находилась. За  одинокими старухами никто не ухаживал, судна их пьяная санитарка выносила  раз в три дня. Представляешь,  какой там запах был. Все лежачие, никто не вставал  у

многих были пролежни, были среди них сумасшедшие. Я там такого навидалась… Родственники к большинству  старушек  не приходили,  а те кто навещал, старались скорее уйти, они ждали их смерти. Такие дети, знаешь,  солидные  приезжали,  конфликты разыгрывались  около постели больной, говорили о наследстве –  бабули плакали, после их ухода, рассказывали мне  каким трудом их вырастили как любили.

Но, Виталий , я с ними начала проводить аутотренинги, заставляла  их делать зарядку лёжа на кроватях, мне легко удавалось убедить каждую из них, что не всё потеряно, что они выкабкаются, потому, что им  самим этого хотелось,  но ни что не подтверждало им  этого. Перелом  шейки бедра, означал смерть потому что мышцы атрофировались за время лежания  у пожилых на столько, что они не могли уже больше встать. Я заставляла их делать дыхательную гимнастику. Какие они  были послушные…Я такая же пациентка   как и они. ..

– Нет вы все равно  не так понимаете, Может всё было по другому в те  времена, я вижу старые фильмы. Сейчас всё по другому, сейчас, Елена Сергеевна , каждый только за себя и выживает сильнейший. Вы не видите всё равно, того, что видел я. Как мне вам объяснить это.

Вы знаете, мне вот кажется,  что  наш «Фламинго это  маленький  светлый айсберг в большом  чёрном океане  зла».

– Знаешь. а мне кажется ты предпочитаешь видеть зло, вот почему ты предпочитаешь  смотреть криминальную хронику по телевизору?

–Потому, что это и есть правда, а остальное всё ложь.

Глава 14

Глава 14

НЕСКОЛЬКО ДНЕЙ ЖИЗНИ В ЛАГЕРЕ (весна)

Приехав в лагерь на смену своих коллег, мы , воспитатели собрали детей в холле для обсуждения подготовки к очередному лагерному конкурсу «Мистер лагеря».

Выяснилось, что нет претендентов на заманчивую, обычно, в таких случаях, роль, потому что после предыдущего

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.